Религия в алжире: Религия в Алжире — Алжир

Содержание

Религия в Алжире — Алжир

99% алжирцев – это мусульмане-сунниты. Есть маленькая еврейская община, которая обитает в этих краях испокон веков. Христианство присутствует в Алжире с римской эпохи, но несмотря на усилия колонизаторов, особенно французов, эта религия не нашла большого распространения среди местных жителей.

Ислам – не только основа религиозной жизни алжирцев, но и объединяющая духовная сила, которая позволяет находить общий язык друг с другом и с представителями других арабских стран.

Берберская религия была практически полностью вытеснена исламом. Несмотря на притеснения со стороны французских колонизаторов и алжирского правительства (оно усматривало в этой религии угрозу для единства страны), до сих пор существуют так называемые братства, в которых еще живы древние магические таинства и обряды.

Слово «ислам» означает подчинение Богу. По сути, ислам похож на иудаизм и христианство. Главным отличием является то, что мусульмане верят, что Мухаммед был последним пророком и воплощением Бога, то есть Аллаха. В основе исламской веры лежат пять столпов. Первый – Шахада, означает исповедование веры. Второй – молитва, или Салат. Мусульмане молятся пять раз в день.

В мечеть для этого идти не обязательно. Пятница – мусульманская Саббат – это день главной молитвы недели, которую читают в полдень. Третий столп – Закят, или принцип милостыни. Четвертый – соблюдение поста во времени месяца Рамадан. В это время каждый мусульманин обязан воздерживаться от еды и питья до прихода темноты.

Пятый столп – Хадж, паломничество в священный город Мекка, который располагается на территории современной Саудовской Аравии. Каждому мусульманину надлежит хотя бы раз в жизни побывать там.

Представители церкви

В исламе нет священников и духовенства, но есть люди, которых называют муфтиями — они интерпретируют слова из Корана (священной исламской книги) в юридических целях. Еще есть хатибы, который читают Коран в мечетях и имамы, которые ведут молитвы. Муэдзины призывают людей к молитве. Именно Коран, а не какой-то конкретный религиозный деятель, является высшей инстанцией для решения любых вопросов.

В берберской религии есть святые люди, называемые марабутами. Берберы полагают, что Бог наделяет марабутов особой силой.

Ритуалы и святые места

Самое важное время на исламском календаре – это Рамадан, месяц строгого поста, который заканчивается радостным праздником Ид аль-Фитр. В день окончания поста родственники ходят друг к другу в гости и обмениваются подарками.

Мечеть – это молельный дом мусульман. Прямо за дверью располагаются различные чистящие средства, так как чистота и опрятность является важным условием для молитвы. Она символизирует собой смирение перед волей Божьей. Перед входом в мечеть необходимо разуться.

Женщинам входить в мечеть запрещено. Внутри молельни нет алтаря – просто открытое пространство, на полу постелен ковер. Мусульмане должны молиться, обращаясь лицом к Мекке. Небольшая ниша, высеченная в стене, указывает, в каком направлении от них располагается священный город.

Смерть и жизнь после смерти

После смерти семью покойного навещают родственники. Все члены семьи одеваются в черное. В рамках празднования исламского Нового года, Ашуры, мусульмане ходят на кладбища, чтобы почтить память умерших.

«С него тек кровавый пот»: за что погибли христиане Алжира

https://ria.ru/20190525/1554901178.html

«С него тек кровавый пот»: за что погибли христиане Алжира

«С него тек кровавый пот»: за что погибли христиане Алжира — РИА Новости, 04.10.2019

«С него тек кровавый пот»: за что погибли христиане Алжира

В России торжественно отметили память просветителей Руси Кирилла и Мефодия. Святые братья прославились еще и тем, что спорили с мусульманскими проповедниками. К РИА Новости, 04.10.2019

2019-05-25T08:00

2019-05-25T08:00

2019-10-04T19:38

религия

аналитика — религия и мировоззрение

в мире

алжир (республика)

москва

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn25. img.ria.ru/images/19395/35/193953587_0:32:600:370_1920x0_80_0_0_5f383a47f6e353f31e81d5caacd524c0.jpg

МОСКВА, 25 мая — РИА Новости, Алексей Михеев. В России торжественно отметили память просветителей Руси Кирилла и Мефодия. Святые братья прославились еще и тем, что спорили с мусульманскими проповедниками. К чему привели религиозные дискуссии на самой древней после Израиля христианской земле, за что погибли алжирские новомученики и в чем опасность повального храмостроительства — в материале РИА Новости.Под гром ложекВ Алжире идет третья неделя Рамадана — месяца, каждый день которого верующие мусульмане посвящают Богу. От рассвета до заката они не пьют и не едят и пять раз в день встают на молитву. Заканчивается последняя — и улицы городов мгновенно пустеют.»Меня это просто потрясает: наступает гробовая тишина, и вдруг разом начинают греметь ложки — после захода солнца семьи собираются за ужином. И так делает абсолютно вся страна», — рассказывает Ольга Матасова, долгие годы прожившая в Алжире и ставшая христианкой, «наблюдая за тем, как искренне мусульмане верят во Всевышнего». У мусульман, говорит она, есть обычай — сразу после рождения мать берет ребенка на руки и говорит ему на ухо: «Все и вся — Господь». И с самого рождения ребенок знает, что несет ответственность перед Богом. В государстве, пережившем за двадцать лет две гражданские войны, такое осознание особенно актуально.»Христианский шейх»До провозглашения независимости в Алжире было два русских храма. Но потом, рассказывает Ольга, уехали все: французы, испанцы, евреи. Церкви опустели. А те немногие, что не закрылись, объединили всех христиан — коптов, маронитов, православных и католиков. По свидетельству очевидцев, «получилась настоящая Вселенская церковь».К концу 1980-х годов в страну проник радикальный ислам. По телевизору каждую неделю стали выступать проповедники из стран Персидского залива. В итоге в государстве началась гражданская война. После убийства президента Будиафа экстремисты потребовали от всех иноверцев («куфаров») покинуть пределы Алжира.»И тогда христиане заявили, что никуда не уйдут. И что Церковь остается. Власти предупреждали, что не смогут обеспечить безопасность. Но остались даже те монахи, которые приехали из Европы», — вспоминает Ольга.Вскоре исламисты убили 18 монахов и монахинь, в их числе — семерых насельников обители Тибирин. А 1 августа 1996 года от взрыва бомбы погиб «христианский шейх Алжира» епископ Петр Клаври.»Кровь смешалась»Мощный взрыв буквально на куски разорвал епископа и его водителя, мусульманина Мухаммеда. «Их кровь смешалась в буквальном смысле. И верующие восприняли это как мистический знак — совершенное преступление стало последним убийством священника в Алжире», — говорит Ольга.Незадолго до теракта Мухаммед написал в своем дневнике: «Я не могу оставить епископа Петра. Если моего друга будут убивать, как я оставлю его умирать одного? Благодарю каждого, кого я знал в жизни. Пусть Господь дарует мне свою нежность».Проститься с «христианским шейхом», до последнего пытавшимся остановить резню в своей любимой стране, мусульмане шли три дня.Урок концлагеря»Мы часто забываем об африканском христианстве, которое оказало огромное влияние на христианство в Европе. Карфагенские соборы, блаженный Августин… На моей родной Сардинии первыми, кто стал проповедовать Христа, были африканцы!» — рассказывает бывший сотрудник Отдела внешних церковных связей, а ныне клирик храма святых Косьмы и Дамиана в Шубино иеромонах Иоанн (Гуайта).»Понимаете, мы мыслим конфессионально. А христиане, которых в XX веке ссылали в концлагеря, чувствовали совершенно иначе: они в первую очередь ощущали себя верующими», — подчеркивает отец Иоанн.Он вспоминает и почти полторы сотни убитых в Алжире имамов — их казнили за то, что они отказались поддержать насилие. Жестокая гражданская война ничего общего с религией не имела, и зачастую противниками оказывались те, кто рос в одном дворе. «Я искала глазами, чтобы увидеть — мальчик, который в нас стрелял, он меня знает?» — вспоминает монахиня Шанталь Галише. И ее порадовало, что тот ее не знал.Последнее письмоЗнакомая Ольги Матасовой была на одной из последних служб епископа Петра. «Прихожан было совсем немного. Он подошел. С него тек пот, и при свечах было такое чувство, что пот идет с кровью», — вспоминает она. «Ему ничего не было страшно. И это все чувствовали», — добавляет отец Иоанн.»Понимаете, все христиане стоят перед выбором — как понимать свою веру. Можно так: есть Бог всемогущий, в котором мы настолько уверены, что готовы поделиться им со всеми, подарить христианство даже тем, кто не понимает, как это круто. Даже если вы этого не хотите. И храм построим принудительно. Это логика крестовых походов. Но есть и другая: Бог стал человеком, выбрал не всемогущество, а нашу ущербность, наши болезни и страхи. Он прошел через все это, и крест Его не стал мечом», — напоминает иеромонах.Незадолго до своей гибели расстрелянный боевиками священник Кристиан де Шерже написал: «Как я был бы рад, если бы народ Алжира, который я люблю, не был бы огульно обвинен в моей смерти… Алжир и ислам для меня — это тело и душа. Я нередко находил в исламе ту путеводную нить Евангелия, что была усвоена мною на коленях матери. Здесь я обрел свою первую церковь, и здесь моя смерть, очевидно, станет доводом в пользу тех, кто сочтет меня простачком и идеалистом… Я заключаю в свою благодарность и тебя тоже, друг последнего мгновения моей жизни, который не будет знать, что творит. Пусть будет дано нам обоим узреть в раю Господа».

алжир (республика)

москва

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2019

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn21.img.ria.ru/images/19395/35/193953587_33:0:568:401_1920x0_80_0_0_bdd78f4f5f1a0d88ffd7e8710382963d.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected] ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

аналитика — религия и мировоззрение, в мире, алжир (республика), москва

МОСКВА, 25 мая — РИА Новости, Алексей Михеев. В России торжественно отметили память просветителей Руси Кирилла и Мефодия. Святые братья прославились еще и тем, что спорили с мусульманскими проповедниками. К чему привели религиозные дискуссии на самой древней после Израиля христианской земле, за что погибли алжирские новомученики и в чем опасность повального храмостроительства — в материале РИА Новости.

Под гром ложек

В Алжире идет третья неделя Рамадана — месяца, каждый день которого верующие мусульмане посвящают Богу. От рассвета до заката они не пьют и не едят и пять раз в день встают на молитву. Заканчивается последняя — и улицы городов мгновенно пустеют.

«Меня это просто потрясает: наступает гробовая тишина, и вдруг разом начинают греметь ложки — после захода солнца семьи собираются за ужином. И так делает абсолютно вся страна», — рассказывает Ольга Матасова, долгие годы прожившая в Алжире и ставшая христианкой, «наблюдая за тем, как искренне мусульмане верят во Всевышнего».

У мусульман, говорит она, есть обычай — сразу после рождения мать берет ребенка на руки и говорит ему на ухо: «Все и вся — Господь». И с самого рождения ребенок знает, что несет ответственность перед Богом. В государстве, пережившем за двадцать лет две гражданские войны, такое осознание особенно актуально.

«Христианский шейх»

До провозглашения независимости в Алжире было два русских храма. Но потом, рассказывает Ольга, уехали все: французы, испанцы, евреи. Церкви опустели. А те немногие, что не закрылись, объединили всех христиан — коптов, маронитов, православных и католиков. По свидетельству очевидцев, «получилась настоящая Вселенская церковь».

К концу 1980-х годов в страну проник радикальный ислам. По телевизору каждую неделю стали выступать проповедники из стран Персидского залива. В итоге в государстве началась гражданская война. После убийства президента Будиафа экстремисты потребовали от всех иноверцев («куфаров») покинуть пределы Алжира.

«И тогда христиане заявили, что никуда не уйдут. И что Церковь остается. Власти предупреждали, что не смогут обеспечить безопасность. Но остались даже те монахи, которые приехали из Европы», — вспоминает Ольга.

Вскоре исламисты убили 18 монахов и монахинь, в их числе — семерых насельников обители Тибирин. А 1 августа 1996 года от взрыва бомбы погиб «христианский шейх Алжира» епископ Петр Клаври.

«Кровь смешалась»

Мощный взрыв буквально на куски разорвал епископа и его водителя, мусульманина Мухаммеда. «Их кровь смешалась в буквальном смысле. И верующие восприняли это как мистический знак — совершенное преступление стало последним убийством священника в Алжире», — говорит Ольга.

Незадолго до теракта Мухаммед написал в своем дневнике: «Я не могу оставить епископа Петра. Если моего друга будут убивать, как я оставлю его умирать одного? Благодарю каждого, кого я знал в жизни. Пусть Господь дарует мне свою нежность».

Проститься с «христианским шейхом», до последнего пытавшимся остановить резню в своей любимой стране, мусульмане шли три дня.

Урок концлагеря

«Мы часто забываем об африканском христианстве, которое оказало огромное влияние на христианство в Европе. Карфагенские соборы, блаженный Августин… На моей родной Сардинии первыми, кто стал проповедовать Христа, были африканцы!» — рассказывает бывший сотрудник Отдела внешних церковных связей, а ныне клирик храма святых Косьмы и Дамиана в Шубино иеромонах Иоанн (Гуайта).

«Понимаете, мы мыслим конфессионально. А христиане, которых в XX веке ссылали в концлагеря, чувствовали совершенно иначе: они в первую очередь ощущали себя верующими», — подчеркивает отец Иоанн.

Он вспоминает и почти полторы сотни убитых в Алжире имамов — их казнили за то, что они отказались поддержать насилие. Жестокая гражданская война ничего общего с религией не имела, и зачастую противниками оказывались те, кто рос в одном дворе. «Я искала глазами, чтобы увидеть — мальчик, который в нас стрелял, он меня знает?» — вспоминает монахиня Шанталь Галише. И ее порадовало, что тот ее не знал.

Последнее письмо

Знакомая Ольги Матасовой была на одной из последних служб епископа Петра. «Прихожан было совсем немного. Он подошел. С него тек пот, и при свечах было такое чувство, что пот идет с кровью», — вспоминает она.

«Ему ничего не было страшно. И это все чувствовали», — добавляет отец Иоанн.

«Понимаете, все христиане стоят перед выбором — как понимать свою веру. Можно так: есть Бог всемогущий, в котором мы настолько уверены, что готовы поделиться им со всеми, подарить христианство даже тем, кто не понимает, как это круто. Даже если вы этого не хотите. И храм построим принудительно. Это логика крестовых походов. Но есть и другая: Бог стал человеком, выбрал не всемогущество, а нашу ущербность, наши болезни и страхи. Он прошел через все это, и крест Его не стал мечом», — напоминает иеромонах.

Незадолго до своей гибели расстрелянный боевиками священник Кристиан де Шерже написал: «Как я был бы рад, если бы народ Алжира, который я люблю, не был бы огульно обвинен в моей смерти… Алжир и ислам для меня — это тело и душа. Я нередко находил в исламе ту путеводную нить Евангелия, что была усвоена мною на коленях матери. Здесь я обрел свою первую церковь, и здесь моя смерть, очевидно, станет доводом в пользу тех, кто сочтет меня простачком и идеалистом… Я заключаю в свою благодарность и тебя тоже, друг последнего мгновения моей жизни, который не будет знать, что творит. Пусть будет дано нам обоим узреть в раю Господа».

Религия Алжира — это… Что такое Религия Алжира?

Религия Алжира

Среди религий в Алжире наиболее распространённой является ислам, но существует небольшое количество людей, исповедующих иудаизм или христианство.[1]

Ислам в Алжире

Основная статья: Ислам в Алжире

Ислам является государственной религией страны[2] и регулирует практически каждую сферу жизни граждан. Существует закон, предусматривающий наказание каждого, кто призывает мусульманина отречься от ислама и принять другую религию,[2] однако, 29-я статья конституции предусматривает свободу совести.

Иные конфессии

Оранская синагога (араб. معبد وهران العظيم‎‎), построенная в 1918 году.

См. также: Христианство в Алжире

В стране насчитывается около 150 тыс. христиан (по другим сведениям — 50 тыс.

[3]), преимущественно католиков, и приблизительно 1 тыс. приверженцев иудаизма.[4]Антисемитизм властями не поощряется. Когда-то иудейская община Алжира была весьма обширной и насчитывала 140 тыс. человек, но большая часть покинула страну после войны за независимость в 1962 году (получив возможность, эмигрировала во Францию).[5]

Примечания

  1. Deeb, Mary Jane. «Islam.» Algeria (Country Study). Federal Research Division, Library of Congress; Helen Chapan Metz, ed. December 1993. This article incorporates text from this source, which is in the public domain.
  2. 1 2 За призывы отречься от ислама и принять другую религию в Алжире будут сажать и штрафовать. NEWSru.com (22 марта 2006). Проверено 6 января 2009.
  3. Институт религии и политики: Глава протестантской церкви Алжира: Все, кто перешел из ислама в христианство, «ожидают арестов и судебных преследований» (28.05.2008 г).
  4. krugosvet.ru
  5. Deeb, Mary Jane. «Religious minorities» Algeria (Country Study). Federal Research Division, Library of Congress; Helen Chapan Metz, ed. December 1993. This article incorporates text from this source, which is in the public domain.

{{{заглавие}}}

{{{содержание}}}

 

{{{заглавие}}}

{{{содержание}}}

 

Wikimedia Foundation. 2010.

  • Религиозный взгляд
  • Религия Австрии

Полезное


Смотреть что такое «Религия Алжира» в других словарях:

  • Религия в Алжире — Мечеть Джамеа эль Кебир построена в 1097 году. Среди религий в Алжире наиболее распростр …   Википедия

  • Культура Алжира — культура государства Алжир и народов его населяющих. В целом культура страны носит общеарабские черты, дополненные турецким и французским влиянием[1]. Содержание 1 Язык 2 Религия 3 Литература …   Википедия

  • История Алжира — Содержание 1 Доисторический период 2 Древняя история 3 Средневековая история …   Википедия

  • Вооружённые силы Алжира — الجيش الوطني الشعبي الجزائري Национальная Народная Армия Алжира Годы существования 1962 (Ранее Национально Освободительная Армия Алжира) Страна …   Википедия

  • Административное деление Алжира — Алжир разделён на: 48 провинций (вилай; араб. ولاية‎‎), 553 округа (араб. دائرة‎‎; «даира») 1541 коммуну (фр. commune, араб. بلديات‎‎, ед.ч. بلدية баладийа). Содержание 1 Провинции Алж …   Википедия

  • География Алжира — …   Википедия

  • Банк Алжира — Расположение …   Википедия

  • Города Алжира — Города Алжира (араб. مدن الجزائر‎‎)  список наиболее крупных населённых пунктов Алжира. По данным интернет сайта World Gazeteer, в Алжире есть 200 городов с численностью более 37 000 человек[1]. Содержание 1 Список городов Алжира …   Википедия

  • Герб Алжира — Эмблемой Алжира является печать, используемая правительством, которая эквивалентна гербам в других государствах. Современное изображение эмблемы было принято после 1976 и отличается от предыдущего изображением полумесяца, которое присутствует и… …   Википедия

  • Военно-морские силы Алжира — Эмблема ВМС Алжира Го …   Википедия

Религия в Алжире — это.

.. Что такое Религия в Алжире?

Среди

религий в Алжире наиболее распространённой является ислам, но существует небольшое количество людей, исповедующих иудаизм или христианство[1].

Ислам в Алжире

Основная статья: Ислам в Алжире

Ислам является государственной религией страны[2] и регулирует практически каждую сферу жизни граждан. Существует закон, предусматривающий наказание каждого, кто призывает мусульманина отречься от ислама и принять другую религию,[2] однако, 29-я статья конституции предусматривает свободу совести.

Иные конфессии

Оранская синагога (араб. معبد وهران العظيم‎‎), построенная в 1918 году.

В стране насчитывается около 150 тыс. христиан (по другим сведениям — 50 тыс.[3]), преимущественно католиков, и приблизительно 1 тыс. приверженцев иудаизма[4]. Антисемитизм властями не поощряется. Когда-то иудейская община Алжира была весьма обширной и насчитывала 140 тыс.

человек, но большая часть покинула страну после войны за независимость в 1962 году (получив возможность, эмигрировала во Францию)[5].

Примечания

  1. Deeb, Mary Jane. «Islam.» Algeria (Country Study). Federal Research Division, Library of Congress; Helen Chapan Metz, ed. December 1993. This article incorporates text from this source, which is in the public domain.
  2. 1 2 За призывы отречься от ислама и принять другую религию в Алжире будут сажать и штрафовать. NEWSru.com (22 марта 2006). Архивировано из первоисточника 23 марта 2012. Проверено 6 января 2009.
  3. Институт религии и политики: Глава протестантской церкви Алжира: Все, кто перешел из ислама в христианство, «ожидают арестов и судебных преследований» (28.05.2008 г).
  4. krugosvet.ru
  5. Deeb, Mary Jane. «Religious minorities» Algeria (Country Study). Federal Research Division, Library of Congress; Helen Chapan Metz, ed. December 1993. This article incorporates text from this source, which is in the public domain.

 

Страны Африки: Религия

Алжир • Ангола • Бенин • Ботсвана • Буркина-Фасо • Бурунди • Габон • Гамбия • Гана • Гвинея • Гвинея-Бисау • Джибути • Египет¹ • Замбия • Зимбабве • Кабо-Верде • Камерун • Кения • Коморы • Демократическая Республика Конго • Республика Конго • Кот-д’Ивуар • Лесото • Либерия • Ливия • Маврикий • Мавритания • Мадагаскар • Малави • Мали • Марокко • Мозамбик • Намибия • Нигер • Нигерия • Руанда • Сан-Томе и Принсипи • Свазиленд • Сейшельские Острова • Сенегал • Сомали • Судан • Сьерра-Леоне • Танзания • Того • Тунис • Уганда • Центральноафриканская Республика • Чад • Экваториальная Гвинея • Эритрея • Эфиопия • ЮАР • Южный Судан

Зависимые территории

Азорские острова • Британская территория в Индийском океане • о.  Вознесения • Канарские о-ва • Мадейра • Майотта • Мелилья • Реюньон • о. Святой Елены • Сеута • о-ва Тристан-да-Кунья • Французские Южные и Антарктические территории

Непризнанные и частично признанные государства

Сахарская Арабская Демократическая Республика • Сомалиленд

¹ Частично в Азии

Честный рассказ россиянки о переезде в Алжир

Из зимы — в вечное лето, от снега и холода — в пустыню: наша соотечественница переехала из Санкт-Петербурга в Алжир и рассказала «Газете.Ru» о том, к чему можно, а к чему нельзя привыкнуть в южной мусульманской стране.

Бывает так, что человек рождается будто не в своем городе, а то и не в своей стране. И это точно про меня. Я выросла в холодном сером Петербурге, всю жизнь болела разными болячками, причем такими, что частенько врачи даже диагноз не могли поставить. У вас когда-нибудь была аллергия на холод? Кожа чесалась от обычной воды из-под крана?

В общем, окончив магистратуру журфака СПбГУ, я решила, что дальше так дело не пойдет, и стала думать, куда можно уехать.

И уехала — на юг Алжира, в пустыню Сахара, в лагеря беженцев, которые остаются там из-за западносахарского конфликта.

Произошло это после того, как я съездила в Алжир на конференцию, посвященную ситуации в Западной Сахаре. Меня охватило желание спасти беженцев от тяжкой участи — в 22 года еще веришь в справедливость и победу добра над злом.

Я намеревалась сделать в лагерях русскоязычную версию местного информагентства, после чего приглашать студентов-журналистов на летнюю практику в редакцию. Цель была простая — сделать информацию о Западной Сахаре доступной для российской общественности.

Жили мы с иностранцами из разных международных гуманитарных организаций в небольших блоках класса люкс. У нас были водогреи, кондиционеры, кровати и шкафы. Не всякий беженец мог похвастаться такими удобствами.

Летом столбик термометра останавливался на отметке 50 градусов (в тени) — выше просто не было делений. Зимой в 8 утра был легкий минус, зато днем — 20–25 градусов. Цветов окружающей действительности было два — синий и желтый, небо и песок. И бесконечный простор.

close

100%

Наверное, для человека, который ищет себя, лучшего места, чем пустыня, не придумаешь. Есть только ты, солнце (вот уж чего мне не хватало в Питере!), воздух, верблюды, тишина и ночные звезды таких размеров, что можно дотянуться рукой. В этом адском зное и своеобразной красоте я провела четыре года, периодически наведываясь к родителям в Питер померзнуть и поменять визу.

Западносахарский конфликт я не решила, беженцам ничем не помогла, зато сделала сайт и редакцию, как и планировала. И уже совершенно четко поняла, что жить хочу в столице Алжира. Оставалось только придумать, как туда перебраться, потому что это закрытая мусульманская страна, даже визу в Алжир получить можно только по приглашению либо от гражданина, либо от отеля или организации.

Разослав свое резюме по всем алжирским знакомым, я получила предложение поработать фотографом в небольшой фирме — однако владелец этой фирмы, поняв, что ничего ему со мной не светит, выставил меня на улицу, даже не поинтересовавшись, есть ли мне куда идти.

Спас мой будущий муж — позвал меня к себе. С Редуаном на тот момент мы были знакомы чуть больше недели, но как-то сразу поняли, что будем вместе. Я хотела замуж за алжирца, а он совершенно не представлял себя с алжиркой и всегда любил Россию. Чтобы соблюсти формальности, я уехала в Петербург — позже он приехал знакомиться с моей родней. В ноябре 2016 года я торжественно перебралась на ПМЖ в столицу Алжира.

В Алжире мне хорошо — море в 50 метрах от дома, круглый год свежие фрукты и овощи, мясо без гормонов, солнце и чистый воздух. Но самое главное — здесь еще сохранились гендерные различия, читай, патриархат.

close

100%

Говоря простым языком, женщина здесь занята домом, мужчина — охотой на мамонтов.

Алжирские женщины, конечно, работают, но все же большинство после свадьбы переходит в разряд домохозяек, поскольку рожают здесь много. Наши соотечественницы либо работают в российских компаниях, либо открывают свои салоны красоты, либо преподают русский. Я лично пока на трудовую вахту не стремлюсь. Изначально муж хотел, чтобы я работала, но потом привык к горячему обеду, чистому дому и расслабленной жене.

close

100%

Для себя я отвоевала самостоятельность, нетипичную для многих алжирских женщин. Едва переехав, ранним утром заявила благоверному, что иду в магазин. Одна. Пешком. Он просил этого не делать, предлагал отвезти на машине, а когда я все же ушла одна, звонил каждые 15 минут — убедиться, что все в порядке.

Сейчас я спокойно выхожу из дома одна — правда, из-за жары нечасто. Чаще муж все-таки отвозит на машине туда, куда мне нужно. И дело не в ущемлении прав. Он хочет защитить — и есть от чего. Когда я жила в Алжире до замужества, за поход по центральной улице я собирала одну-две попытки познакомиться и от 15 до 20 «привет», «красотка» и т.д. На разных языках. Агрессии нет, но приятного мало, особенно когда такие знаки внимания оказывают каждый день и много раз подряд.

Приспособиться к алжирской жизни достаточно просто. Нужно выучить французский или местный диалект арабского. Французский я учила еще в школе, а с мужем только усердно вспоминала забытое. Диалект я понимаю, но дальше дело не идет, поскольку для общения с родней и в магазинах вполне хватает французского.

Стиль одежды здесь напрямую зависит от уровня твоей религиозности, религиозности семьи и мужа.

Иногда иностранки носят хиджаб — если они соблюдающие мусульманки или просто хотят слиться с массой. Мне хватило сарафанов в пол и длинных кардиганов. Да и алжирские девушки не всегда консервативны в одежде. На улице запросто можно встретить девушку в никабе — с подружкой в облегающих джинсах, футболке и с распущенными волосами. А если попасть на концерт, то даже русский человек будет в шоке от голых спин, декольте, прозрачных блуз и длинных ног. Хотя, конечно, хиджабы тоже будут.

Русских здесь любят: алжирцы — фанаты России, наших женщин, оружия и Путина. Причем эта любовь длится со времен СССР, когда между странами были очень тесные контакты, алжирцы учились у нас, русские работали в Алжире. Каждый уважающий себя друг моего мужа обязательно просит приглядеть ему русскую жену. А когда в апреле этого года пошел слух про закон об отмене виз на Дальний Восток, утром следующего дня в столичном аэропорту стояла очередь из алжирцев-торопыг с чемоданами и билетами. Последние, правда, были куплены только до Москвы. Ознакомиться с процессом получения электронной визы и вообще сроками начала действия закона они не удосужились. Конечно, их никуда не выпустили.

close

100%

В Алжире есть всего две вещи, к которым я никогда не смогу приспособиться. Это тараканы и землетрясения.

С таракашками размером с месячного котенка я познакомилась еще в Сахаре, тогда на мои вопли сбегалась вся вооруженная охрана.

При этом здесь совершенно не важно, чисто у тебя на кухне или грязно. В России считается, что тараканы — признак нечистоплотной хозяйки. Здесь же они живут в трещинах стен, в канализации, под землей. А к тебе в гости заходят посмотреть, есть ли чем полакомиться, и, как правило, благополучно сдохнуть от тапка или швабры.

С землетрясениями сложнее: ни швабра, ни тапок не помогут, а еще нельзя предвидеть, когда затрясет в следующий раз.

Пока я работала в пустыне, удавалось раз в неделю позвонить родителям. Интернет там был ужасный, а разговоры по сотовому — сплошное разорение. Доходило до того, что я забывала слова на русском, когда приезжала в Петербург. Сейчас все иначе: у родителей смартфоны, у меня в столице нормальный интернет. С родными и друзьями я на связи через популярные приложения. К тому же Редуан активно изучает русский.

И все же по родине я не скучаю. По родителям, по любимой собаке, по друзьям, каким-то продуктам — да. Но не по снегу и холоду. Мой дом давно в Алжире, рядом с мужем.

Правозащитники встревожены закрытиями церквей и гонениями на христиан в Алжире / Новости / Патриархия.ru

5 июля 2021 г. 10:54

Недавние закрытия нескольких христианских церквей в Алжире, а также участившиеся приговоры христианам по обвинениям в богохульстве, прозелитизме и подрыве ислама вызывают особую озабоченность у правозащитников — на фоне наметившегося улучшения ситуации со свободой вероисповедания, сообщает Catholicnewsagency.

«Мы стали свидетелями новых случаев судебных приговоров христианам по обвинениям в богохульстве и прозелитизме, — заявила Надин Маэнза (Nadine Maenza), глава Комиссии США по международной свободе вероисповедания (US Commission on International Religious Freedom).  — Несчастных приговорили к многолетним срокам тюремного заключения, а протестантские церкви принудительно закрыли. Это свидетельствуют о том, что страна все еще по инерции движется в неверном направлении».

В марте суд города Оран оставил в силе приговор о пятилетнем тюремном заключении Хамида Судада (Hamid Soudad), 42-летнего христианина, отца четверых детей. Он якобы оскорбил исламского пророка Мухаммеда, дав ссылку на богохульную карикатуру на своей странице в Facebook. А 6 июня пастор и владелец магазина духовной литературы Рашид Мохамед Сейгир (Rachid Mohamed Seighir) получил приговор суда в городе Оран за «изготовление, хранение или распространение материалов, способствующих подрыву мусульманской веры». Всего за несколько дней до этого административный суд в Оране издал вердикт о новом закрытии и опечатывании судебными исполнителями трех протестантских церквей, закрытых правительством в 2020 году, хотя церкви подали апелляцию на это неправосудное решение.

Фредерик Дэви (Frederick Davie), ответственный комиссар Комиссии по международной религиозной свободе, считает эти судебные решения «вопиющими попытками лишить алжирских христиан их права на свободу религии и убеждений». «Мы призываем государственных чиновников США поддержать апелляции на эти решения судов, дабы продемонстрировать нашу твердую приверженность свободе вероисповедания для христиан и всех религиозных меньшинств в Алжире, — подчеркнул комиссар. — Мы рекомендуем Госдепартаменту включить Алжир в наблюдательный список стран, поддерживающих грубые нарушения свободы вероисповедания, либо игнорирующих таковые».

Комиссия США по международной религиозной свободе была учреждена Конгрессом как независимая двухпартийная служба по защите свободы вероисповедания за рубежом. Она дает политические рекомендации президенту, государственному секретарю и Конгрессу. Христианская правозащитная группа Open Doors, выступающая против преследований и ведущая их регистрацию, также выразила озабоченность по поводу событий в Алжире.

В течение последних трех лет алжирские власти проводят системную кампанию удушения протестантской церкви в Алжире. За эти три года были принудительно закрыты 13 церквей, а остальные получили приказы властей о прекращении церковной деятельности. Большинство прихожан этих церквей являются новообращенными из числа бывших мусульман, а потому многие из них подвергаются шельмованию и травле со стороны своих ближайших родственников, общин и мусульманских старейшин. Государственные чиновники со своей стороны также оказывают всяческое давление на новообращенных, в том числе запрещают им публично выражать свои взгляды. Наибольшей опасности подвергаются новообращенные христиане в сельских районах Алжира.

Все же в целом, по данным Open Doors, ситуация в Алжире несколько улучшилась за последнее время, и в результате страна опустилась на 24-е место в списке стран-гонителей христианства, публикуемом этой организацией. Авторы ее отчета за 2020 год указывают, что прогресс отмечается, в основном, «в существенном сокращении случаев прямого насилия в отношении христиан», хотя это совсем не означает, что эти и иные формы преследования христиан в Алжире уже изжиты.

Архиепископ Алжирский Поль Дефарж (Paul Desfarges), уроженец Франции, пояснил ситуацию в интервью изданию ACI Africa. «Раньше новообращенные христиане сразу становились изгоями в своих мусульманских семьях из-за новой веры, — говорит Дефарж. — С течением времени случаи прямых гонений и жестокой травли наблюдаются чуть реже, поскольку новые ученики Христовы исповедуют свою веру смиренно, осмотрительно и с глубоким уважением к исламу. Потому в Алжире медленно, но верно прокладывается путь к толерантности и принятию христианской веры».

Дефарж является членом Папского совета по межрелигиозному диалогу. В 2018 году, будучи главой Региональной епископальной конференции Северной Африки, он поддержал предложение использовать межрелигиозный диалог как способ продвижения веры и справедливости в странах Магриба. «Это наш крестный путь, на котором новые ученики Христовы, дети этой страны, отвергаются и шельмуются теми, кого они любят больше всего после Господа, — говорит архиепископ в интервью ACI Africa. — Вот почему наш межрелигиозный диалог подобает начинать с молитвы, благодарения и заступничества. Он пестуется и углубляется в молитве, и постепенно начинает служить орудием борьбы — борьбы против лжи и против ненависти, со смиренной мольбой о прощении заблудших».

Седмица.ru/Патриархия.ru

Религия и модернизм в Алжире реферат по религии и мифологии

Религия и модернизм в Алжире Массовые уличные выступления в октябре 1988 г. нанесли решающий удар по однопартийной системе, установленной Фронтом Национального Освобождения (ФНО) Алжира сразу после провозглашения независимости в 1962 г. В ответ на это президент Хадли Бенджадид начал проводить демократические преобразования, которые в скором времени привели к расцвету политических партий и установлению свободы прессы. Однако к началу 1990-х гг. на политической авансцене доминировали исламистские партии, наиболее влиятельная из которых, Исламский Фронт Спасения (ИФС), победила сначала на муниципальных выборах в июне 1990 г., а затем — в первом круге голосования на выборах в национальное законодательное собрание в декабре 1991 г. (1). ИФС, вербующий сторонников как из бедняков, так и из среднего класса, всегда громогласно обвинял существующий режим как коррумпированный. Официальные представители этой группировки нечасто поминают демократию, кроме как для того, чтобы предупредить о том, что это пришлая идеология, чуждая исламу. Исламское духовенство из рядов ФНО зачастую даже посвящает свои религиозные службы нападкам на демократию, которую они откровенно обвиняют в приверженности нечестивому секуляризму. Обращая внимание на подобное отрицание демократии со стороны ИФС, военные перед запланированным вторым кругом голосования в законодательные органы выступили за остановку выборов и потребовали отставки президента Бенджадида. Военные опасались, что исламисты, получи они большинство в 2/3 на выборах в Национальную Ассамблею, не избежали бы соблазна изменить Конституцию и установить однопартийное правление собственной марки. Попрание военными желаний большинства избирателей с тем, чтобы спасти демократию от одерживающей победу партии, которую солдаты называют антидемократической — такой предстает ситуация, которую невозможно поверить привычными ссылками из западной политической культурной традиции. В не меньшей степени ситуация парадоксальна из-за позиции различных действующих персонажей, которая сама по себе достойна уважения. Однако для того, чтобы понять внутренние логические и динамические закономерности, управляющие ситуацией в Алжире, необходимо выйти из рамок мгновенного анализа. Может показаться, что ислам является препятствием на пути демократизации, но нам не следует доверять поверхностным впечатлениям и поспешным выводам. Правильно было бы понять, что ислам , каким его воспринимает среднестатистический избиратель, является тем, что в семиотике называется «языком» (language), то есть он скорее свидетель (a signifier), чем освидетельствуемый (a signified). Не имея собственной политической или экономической программы, это скорее проводник определенных настроений, чем конкретный набор существенных предложений. В политическом смысле ислам — это возглас протеста против условий существования, которые ощущаются как невыносимые, это поиск социальной справедливости, хотя ислам не предложил никаких идеологических средств для изменения окружающей социальной реальности. Было бы чересчур поверхностным рассматривать политический ислам лишь в качестве уникальной и преходящей помехи процессу демократизации. Безусловно, он представляет собой помеху, постольку поскольку выражает тысячелетнюю утопию, которая постоянно вступает в противоречие с концептуальными категориями современности. И все же, в той версии ислама, которая представлена в речах и поступках ИФС, обнаруживается приверженность такой форме социо-экономической организации, иначе говоря, такой концепции социальных отношений и экономики, которая была бы совместима с любой формой религиозного гуманизма. Лидеры ИФС (которые являются основной действующей силой на политической арене) говорят на религиозном языке, но языке политическом, социальном и экономическом, а не на языке теологии. Безусловно, поскольку этот демократический процесс проходит в мусульманских странах, то религиозный вопрос должен разрешаться через его дифференциацию и «автономизацию» от политической и экономической сферы. Однако в то же время религиозный вопрос связан с другими важнейшими социальными вопросами. Отделяя социальный вопрос от вопроса религиозного, можно впасть в ту же ошибку, в которую впадает исламский фанатик, для которого религия сама по себе есть конечная цель. В этом эссе я постараюсь показать, каким образом религиозный вопрос связан с вопросом экономическим, в том смысле, что экономика не остается идеологически нейтральной, а скорее, можно сказать, выражает определенную концепцию социальных отношений в сфере производства и обмена. Я также попытаюсь показать, что демократизация в мусульманских странах должна с необходимостью проходить через политический Ислам. Вопрос экономики По всему миру ветры демократии дуют с Запада на Восток и с Севера на Юг. 80-е гг.стали свидетелями конца авторитарных моделей, падение которых во многом обусловили и предвосхитили провалы в сфере экономики. Следует признать, что успехи демократизации, часто проводимой сверху, не обязательно отражают триумф демократической идеологии в глубинах общества. Политические лидеры, еще вчера являвшиеся членами авторитарных режимов, обращаются к демократии, поскольку для них становится очевидным превосходство рынка в стимулировании экономического роста. Именно через рыночную экономику эти правители обращаются в демократическую веру. Интуиция их не подводит, поскольку законы рынка плохо согласуются с авторитарным вмешательством, выходящим за рамки необходимого минимума государственного регулирования. Юрген Хабермас (Jurgen Habermas) достаточно верно выразил эту интуицию, отметив, что законы экономической конкуренции в большой мере соответствуют юридическим и политическим основаниям формальной демократии (2). Важно подчеркнуть тот факт, что та самая элита, которой не удалось заставить функционировать авторитарный механизм, теперь бьет в барабаны демократии. Это позволит нам понять суть сопротивления демократии и, в особенности, оценить слабость культурной и идеологической базы демократии, ту слабость, которая в Алжире обнаружила себя успехами антидемократического ИФС в избирательных кампаниях. Во многих странах посткоммунистического Востока и третьего мира демократические процессы были приведены в ход старой правящей элитой. В этих странах демократизация проявляется как процесс, направляемый сверху, как вопрос устремлений элиты, с которым не могут солидаризироваться низшие социальные классы. Тщательное исследование риторики и практики различных исполнителей ясно показывает, что в Алжире — если рассматривать случай, когда опыт проведения демократизации зашел довольно далеко — демократия как таковая не является самоцелью социально-популистского движения. Демократия замышлялась власть предержащими с тем, чтобы освободить государство от бремени экономики, таким образом давая возможность правительству отклонять социальные требования, которые оно больше не в состоянии удовлетворять. Короче говоря, демократия рассматривается в качестве средства, при помощи которого экономику — до сих пор командную «вещь» — можно было бы впредь заставить подчиняться законам рынка (3). В то время как большинство населения, образующее контингент избирателей ИФС, воображает, что демократия представляет собой усиление государственной ответственности, власти видят в демократии средство положить конец экономике, действующей на принципе перераспределения (которая олицетворяется регулируемым ценообразованием, государственным регулированием убыточных предприятий и т.д.). Для широких народных слоев демократия означает усиление государственного вмешательства; для властей — это средство вывести государство из сферы экономики в пользу регулирования последней законами рынка. Таковы, в широком смысле, две концепции политической и экономической организации, которые противостоят друг другу в Алжире. Современные политические лидеры, закаленные опытом пребывания у власти и Хасане аль-Банна, не говоря уже об ученой полемике теологов 20-го столетия, посвященной спорным местам из шариата. Мусульманским обществам придется столкнуться с вопросом о деполитизации Ислама, то есть с вопросом о том, каким образом удержать Ислам от участия в борьбе за политическую власть. Это — не вопрос о том, является или нет Ислам совместимым с «политическим атеизмом» в гоббсианском смысле: Коран есть священное писание и, как таковое, допускает трактования, удовлетворяющие актуальным требованиям. Политическая модель, которая откроет для мусульманских обществ путь к модернизму, не есть модель, которая существует отчужденно от их собственных исторических судеб и равным образом не есть модель, которая существует в воображении некоего мыслителя с благими намерениями. Такая модель может явиться лишь продуктом истории, результатом столкновения между утопией исламизма и силой социальных реалий — собственно говоря, продуктом реальности в широком смысле (5). До сих пор радикальный арабский национализм, квази-утопический и квази- исламистский в своем проявлении, предупреждал такое столкновение тем, что «замораживал» эволюцию мусульманских арабских обществ. Ошибка радикального арабского национализма, которому во многом наследует политический Ислам, как раз в его неспособности начать проводить процесс секуляризации в социальной сфере, в его неспособности определить место «религиозного» в обществе, а также в том, что ему не удалось превратить Ислам из религии «публичной» в «частную». Радикальный арабский национализм не мог осуществить такого преобразования, поскольку, как однажды заметил Эли Кедури (Elie Kedourie), его политика находится в мистическом измерении (6). При таких правителях, как Насер, Бумедьен или Асад политика становится священной: исламисты же — в ответ на сакрализацию политического — политизировали сакральное. В свете этого политический Ислам — в конечном итоге — рационализирует идеологию арабского национализма, которая, если судить по провозглашенным целям, потерпела неудачу. На другом уровне сакрализация политики ведет в тупик, в котором можно оставаться до тех пор, пока есть эффективная политическая полиция, в то время как политизация «сакрального» в конечном итоге с необходимостью вызовет процесс секуляризации в той или иной форме. Ислам является «публичной» религией, каковой до эпохи Просвещения было и Христианство. Будучи публичной религией, Ислам высвобождает такие политико- динамические силы, которые приводят его в самое пекло конкурентной борьбы за власть и признание ее легитимности. Доминирующая традиция в политической культуре мусульманских обществ все еще определяется религиозными методами установления легитимности, что свидетельствует о том, что это такая политическая культура, в которой политическое пространство не дифференцировано и все еще не предстает автономным по отношению к сфере религии. Лишь после достижения независимости мусульманские общества столкнулись с проблемами присущими для модернизма. Теоретически колониальный период мог стать периодом перехода к модернизму, но на практике колониальный период задержал модернизацию тем, что отвлек всю энергию на антиколониальную борьбу. Поэтому мусульманские общества должны открыть для себя новую политическую культуру, в которой люди были бы суверенными субъектами, а система права была бы скорее светской, нежели сакральной. Тот факт, что мусульманские общества все еще противостоят этому процессу, не означает, что Ислам несовместим с модернизмом. Мусульманская философская и политическая мысль еще не переработала исламские тексты таким образом, чтобы отношения веры и разума были отчетливо сформулированы. Ислам не знал феномена, равноценного европейскому Ренессансу. Отсюда в нем не возникло и нового толкования Ислама, соответствующего модернизму и согласующегося с понятиями политической свободы, гражданства и легитимности права выборов. Для средневековых толкований Ислама эти понятия, очевидно, неприемлемы, так же, как и для средневековой интерпретации Христианства. Три сценария Средневековая традиция Ислама, которая сегодня превалирует на улицах Каира, Алжира и Феса, предлагает всеобъемлющую концепцию общественной жизни. Эта традиция не выдвигает откровенно политических целей, а политике отказывается в признании за ней автономного характера. Она подавляет сферу политического и все, что этой сферой подразумевается. Она не признает разногласий между правящими и управляемыми или наличия в обществе экономических и идеологических расхождений («Умма»), а следовательно и не несет ответственности за такие разногласия или расхождения. В соответствии со средневековой традицией все, что требуется для преодоления таких разногласий и расхождений — это быть правомерным мусульманином. Этот идеологический дискурс, который стремится законсервировать мусульманские общества в до-политической стадии, выражает тысячелетнюю утопию, обращенную к мусульманским массам, стремящимся к такому обществу, которое было бы одновременно эгалитарным и справедливым, однородным и единым (7). Такой дискурс представляет собой помеху устроению политического модернизма в исламских странах, отвергая все понятия личной свободы или гражданства, которые грозят поставить под сомнение коллективистские представления, оформленные, по выражению Луи Дюмона (Louis Dumont), в соответствие с правилами «холистической логики» (8). Эффективность исламистского дискурса, движущей силы этой утопии, нельзя объяснить организаторским мастерством, присущим исламистским движениям, или смиренностью их приверженцев. Успех этого дискурса в основном объясняется тем обстоятельством, что мусульманские общества политически восприимчивы только к данному дискурсу. В конечном счете исламистские движения не являются политическими партиями. Три месяца спустя после своего юридического оформления ИФС уже насчитывал в своих рядах сотни тысяч активистов и миллионы сочувствующих. Это подтверждает, что ИФС не политическая партия ; это скорее состояние духа, культура, популярное движение, популистское движение. Такому движению нет нужды в политической или экономической программе, в административном аппарате; все, что ему необходимо — это вопли на митингах и вдохновенная личность для того, чтобы двигать толпами и манипулировать избирателями во время выборов. В этом кроется объяснение тому обстоятельству, что в случае проведения в любой мусульманской стране демократических выборов можно не сомневаться относительно их исхода. Существует три сценария возможного развития событий в будущем. Первый — это продолжающееся подавление. Второй — это экономическое развитие, призванное модернизировать страну и обособить от сферы социального конфликта призывы исламистского толка, что придает этим призывам политическую силу. Наконец, существует сценарий, по которому исламисты приходят к власти в процессе выборов. С первым сценарием мы знакомы на сегодняшнем примере всех мусульманских стран. У него нет будущего, и он не предоставляет никаких перспектив для демократии. Второй реализовывали прогрессивные арабские режимы насеровского толка и его также постигла неудача. Это поражение даже усилило лозунги исламизма, которые сильнее звучат в Египте или Алжире, чем в странах с более традиционными режимами, как Саудовская Аравия или Марокко. Третий сценарий стал предметом серьезной полемики вслед за победой ИФС на выборах в Алжире 26 декабря 1991 г. Отвергать подобный сценарий равносильно тому, чтобы обречь мусульманские общества на будущее без свободных выборов, а следовательно — без демократии. В этом сценарии присутствуют очевидные элементы риска, однако нет иной альтернативы этому. В конечном итоге исламисты едва ли смогли бы преодолеть те самые противоречия, присущие алжирскому обществу, благодаря которым они и пришли к власти (9). Принципиально важным было предотвратить приход исламистов к власти посредством насильственной революции, что дало бы возможность их собственной легитимности возобладать в обществе на неопределенное время. Если им и суждено прийти к власти, то лишь через выборы, что узаконит их правление только на ограниченный срок. Они, безусловно, будут помышлять об отмене следующих выборов, но если они не смогут сдержать свои обещания относительно оживления экономики, создания новых рабочих мест, строительства жилья и улучшения насущных условий существования, тогда любая попытка сорвать выборы приведет к конфликту с избирателями, которые привели их к власти. Это противоречие будет нарастать, пока исламисты, мирным или насильственным путем, не отступятся от власти, узурпированной ими далеко за рамки их выборных полномочий. Их провалы в области экономического и социального развития содействовали бы усилению демократической альтернативы, которая нарастала бы по мере убывания исламистской утопии. Но стоит ли постановка исламистского эксперимента того, чтобы платить за него такую цену? Я бы ответил, что этого нельзя избежать. Исламистская утопия не случайный феномен момента; она имеет глубокие исторические корни. Как таковой он не может быть уничтожен ни путем военного заговора, ни посредством политических уловок. Армия в Алжире в любой момент может перейти в лагерь исламизма. Тем не менее ясно, что пока ИФС пытался воспроизвести политическую и экономическую модель прежнего ФНО (т.е. модель, которая закреплена в социалистической Национальной Хартии, только в религиозном трактовании), он был обречен на скорую утрату власти по той же причине, по которой ранее ее лишился ФНО. Алжир построит демократию только после того, как исламистская утопия исчерпает себя, а это произойдет лишь в результате пребывания у власти. Потеря власти будет неизбежной, так как в политическом Исламе отсутствуют идеологические средства разрешения социально-экономического кризиса, выражением которого он сам является и из которого может извлекать выгоду, только находясь в оппозиции. ПРИМЕЧАНИЯ 1. О различных исламистских партиях в Алжире см. Arun Kapil, «Les partis islamistes en Algerie,» Cahiers de l’Orient (Paris), July-September 1991. 2. Jurgen Habermas, Strukturwandel der Offentlichkeit: Untersuchungen zu einer Kategorie der burgerlichen Gesellschaft. (Darmstacht, Germany: Luchterhand, 1962) [published in English as «The Structural Transformation of the Public Sphere: An Inquiry into a Category of Bourgeois Society», Thomas Burger, trans., (Cambridge: MIT Press. 1989)]. 3. См. мою статью, «Vers un nouveau contrat social,» в Cahiers de l’Orient (Paris), July- September 1991, 21. 4. В результате ретроспективной иллюзии может показаться, что Христианство выработало политический модернизм, а следовательно и демократию, исходя из собственных теологических ресурсов. Эта иллюзия, которая, например, присутствует в: «Le desenchantement du monde» Marcel Gauchet, (Paris: Gallimard, 1985), недооценивает стремлений церкви осуществлять светскую власть, а также те конфликты, к которым это приводило. С исторической точки зрения внутри Христианства не велось борьбы между мирской властью и властью духовной, которые соответственно себя таковыми полагали. Борьба между духовенством и Империей, а также полемика об инвеститурах выражали, с одной стороны, теократические претензии церкви, а с другой — претензии королей и принцев на власть в сфере духовной. Церковь никогда не отказывалась от своей политической роли, так же, как короли никогда не переставали претендовать на представительство духовной власти. Эти схватки, продолжавшиеся на протяжении столетий, завершились победой светской власти и деполитизацией религии в том смысле, что она больше не могла служить основанием легитимности. Ислам никогда не сталкивался с опытом таких взаимоотношений между светской и духовной властями. И все же здесь мы рискуем попасть в теоретический тупик из-за желания «прочитать» Ислам через призму Христианства и наоборот. Ислам не знал исторического

Государственный департамент США

Правовая база

Конституция объявляет ислам государственной религией и запрещает государственным учреждениям поведение, несовместимое с исламскими ценностями. Конституция 2016 года предусматривает свободу вероисповедания в соответствии с законом и гласит, что свобода совести и свобода мнений неприкосновенны. Новая конституция, принятая на общенациональном референдуме 1 ноября и вступившая в силу 30 декабря, удалила из предыдущей конституции формулировки, гарантирующие свободу совести.Предыдущая конституция гласила: «Свобода совести и свобода мнений неприкосновенны. Свобода вероисповедания гарантируется в соответствии с законом ». Формулировка новой конституции гласит: «Свобода мнения неприкосновенна. Свобода отправления религиозных обрядов гарантируется, если она осуществляется в соответствии с законом. Государство обеспечивает защиту культовых сооружений от любого политического или идеологического влияния ».

Закон не запрещает обращение из ислама, но обращение в свою веру мусульман немусульманами является уголовным преступлением.Закон предусматривает максимальное наказание в размере одного миллиона динаров (7600 долларов США) и пятилетнее тюремное заключение для любого, кто «подстрекает, сдерживает или использует средства соблазнения с целью обратить мусульманина в другую религию; или используя учебные, образовательные, медицинские, социальные, культурные, учебные заведения… или любые финансовые средства ». Изготовление, хранение или распространение печатных документов или аудиовизуальных материалов с целью «поколебать веру» мусульманина также является незаконным и подлежит таким же наказаниям.

Закон криминализирует «оскорбление пророка Мухаммеда» или любых других пророков. Уголовный кодекс предусматривает наказание в виде тюремного заключения на срок от трех до пяти лет и / или штрафа от 50 000 до 100 000 динаров (от 380 до 760 долларов США) за очернение веры или пророков ислама посредством письма, рисования, декларации или любых других средств. Закон также предусматривает уголовную ответственность за оскорбления в адрес любой другой религии с такими же наказаниями.

Закон предоставляет всем людям право исповедовать свою религию, если они уважают общественный порядок и нормы.

Конституция учреждает Высший исламский совет и гласит, что совет должен поощрять и продвигать иджтихад (использование независимой аргументации в качестве источника исламского права для вопросов, которые точно не рассматриваются в Коране) и выражать мнения по религиозным вопросам, представляемым на его рассмотрение. . Президент назначает членов совета и контролирует его работу. Конституция требует, чтобы совет регулярно представлял президенту отчеты о своей деятельности. Президентский указ далее определяет миссию совета как принятие на себя ответственности за все вопросы, связанные с исламом, за исправление ошибочных представлений и за продвижение истинных основ и правильного понимания религии.Совет может издать фетв по требованию президента.

Закон требует от любой группы, религиозной или иной, регистрироваться в правительстве в качестве ассоциации до начала какой-либо деятельности. В соответствии с Законом об ассоциациях, принятым в 2012 году, правительство потребовало от всех организаций, ранее зарегистрированных, пройти перерегистрацию. Министерство внутренних дел предоставляет религиозным группам статус ассоциаций; официально признаны только зарегистрированные ассоциации. Требования министерства к регистрации ассоциаций национального уровня предусматривают, что члены-учредители должны предоставить документы, подтверждающие их личность, адреса и другие биографические данные; предоставлять полицейские и судебные записи, подтверждающие их хорошее положение в обществе; продемонстрировать, что у них есть члены-учредители, проживающие по крайней мере в одной четверти провинций страны, чтобы доказать, что ассоциация заслуживает национального статуса; представить устав ассоциации, подписанный ее президентом; и подать документы с указанием места нахождения его штаб-квартиры.

Закон требует от Министерства внутренних дел предоставить квитанцию ​​о подаче заявления после получения всей необходимой документации. У министерства есть 60 дней для ответа заявителям после подачи заполненной заявки. Если министерство не отвечает в течение 60 дней, заявка автоматически утверждается, и квитанция может быть использована в качестве подтверждения регистрации. Если министерство считает заявление неполным, оно не выдает квитанцию ​​по заявлению.Закон предоставляет правительству полную свободу действий при принятии решений о регистрации, но предоставляет заявителям возможность обжаловать отказ в административном суде. Для ассоциаций, желающих зарегистрироваться на местном или провинциальном уровне, требования к заявкам аналогичны, но членство ассоциации и сфера деятельности строго ограничены территорией, в которой она регистрируется. Ассоциация, зарегистрированная на уровне вилайя (провинциальный), ограничена этой конкретной вилайей.

Министерство по делам религий (MRA) имеет право рассматривать заявки на регистрацию религиозных объединений, но окончательное решение принимает Министерство внутренних дел.Однако в законе не оговариваются дополнительные требования к религиозным объединениям и не уточняется роль MRA в этом процессе.

Национальный комитет немусульманского культа, государственное учреждение, облегчает процесс регистрации для всех немусульманских групп. MRA председательствует в комитете, состоящем из высокопоставленных представителей министерств национальной обороны, внутренних дел и иностранных дел; президентство; национальная полиция; национальная жандармерия; и правительственный Национальный совет по правам человека (НСПЧ).

Конституция требует, чтобы кандидат в президенты был мусульманином. По закону немусульмане могут занимать другие государственные должности и работать в правительстве.

Закон запрещает религиозным объединениям получать финансирование от политических партий или иностранных организаций. Конституция запрещает создание политических партий на религиозной основе. Членство в Исламском фронте спасения, политической партии, запрещенной с 1992 года, остается незаконным.

Закон определяет порядок и условия проведения религиозных служб, исламских или иных.Закон гласит, что религиозные демонстрации подлежат регулированию, и правительство может закрыть любые религиозные службы, проводимые в частных домах или на открытом воздухе, без официального разрешения. За исключением ежедневных молитв, которые разрешены где угодно, исламские службы могут проводиться только в разрешенных государством мечетях. Пятничные молитвы также ограничены определенными мечетями.

Неисламские религиозные службы должны проводиться только в зданиях, зарегистрированных государством для исключительной религиозной практики, управляться зарегистрированным религиозным объединением, открыты для публики и отмечены как таковые на внешней стороне.Запрос на разрешение на наблюдение за особыми неисламскими религиозными событиями должен быть подан соответствующему губернатору не менее чем за пять дней до мероприятия, и мероприятие должно происходить в зданиях, доступных для общественности. Запросы должны включать информацию о трех основных организаторах мероприятия, его цели, предполагаемом количестве участников, расписании мероприятий и его запланированном месте. Лица, указанные в качестве организаторов мероприятия, также должны получить разрешение от wali .Вали может потребовать от организаторов перенести место проведения мероприятия или отказать в разрешении на его проведение, если он считает, что это поставит под угрозу общественный порядок или нанесет ущерб «национальным устоям», «добрым нравам» или «символам революции». Если несанкционированные митинги проводятся без одобрения, полиция может разогнать участников. Лица, которые не разойдутся по приказу полиции, подлежат аресту и тюремному заключению на срок от двух до 12 месяцев в соответствии с уголовным кодексом.

Уголовный кодекс гласит, что только имамов , уполномоченных государством, которых государство нанимает и обучает, могут проводить молитвы в мечетях и наказывают всех, кто проповедует в мечети, штрафом в размере до 100000 динаров (760 долларов США) и тюремным заключением в размере от одного до трех лет.Штрафы до 200 000 динаров (1500 долларов США) и тюремное заключение сроком от трех до пяти лет предусмотрены для любого лица, включая уполномоченных правительством имамов, которое действует «против благородного характера мечети» или таким образом, «который может нарушить единство общества. по решению судьи ». Закон гласит, что такие действия включают использование мечети для достижения чисто материальных или личных целей или с целью причинения вреда отдельным лицам или группам.

По закону MRA оказывает финансовую поддержку мечетям и выплачивает зарплату имамам и другому религиозному персоналу, а также медицинское обслуживание и пенсионные выплаты.Закон также предусматривает выплату заработной платы и льгот немусульманским религиозным лидерам, являющимся гражданами. Министерство труда регулирует размер заработной платы отдельного имама или служащего мечети, а также устанавливает заработную плату граждан, не являющихся мусульманскими религиозными лидерами, в зависимости от их положения в их отдельных церквях.

Министерства по делам религий, иностранных дел, внутренних дел и торговли должны одобрять ввоз всех религиозных текстов и предметов, кроме тех, которые предназначены для личного пользования.Власти обычно считают «ввозом» около 20 или более религиозных текстов или предметов.

Закон дает властям широкие полномочия по запрету книг, которые противоречат конституции, «мусульманской религии и другим религиям, национальному суверенитету и единству, национальной самобытности и культурным ценностям общества, проблемам национальной безопасности и обороны, общественному порядку и достоинство человека и индивидуальные и коллективные права ». Указ от 2017 года учредил комиссию в рамках MRA для проверки ввоза Корана.Постановление требует, чтобы все заявки включали полную копию текста и другую подробную информацию о заявителе и тексте. У министерства есть от трех до шести месяцев на рассмотрение текста, а отсутствие ответа по истечении этого времени означает отклонение заявки на импорт. В отдельном постановлении 2017 года, касающемся религиозных текстов, помимо Корана, говорится: «Содержание религиозных книг для импорта, независимо от формата, не должно подрывать религиозное единство общества, национальную религиозную ориентацию, общественный порядок, добросовестность, основные права и свободы. , или закон.«Импортер должен предоставить текст и другую информацию, а министерство должно ответить в течение 30 дней. Отсутствие ответа по истечении этого периода считается отклонением. Религиозные тексты, распространяемые без разрешения, могут быть изъяты и уничтожены.

Закон гласит, что правительство должно одобрять любые изменения структур, предназначенных для неисламских коллективных богослужений.

Семейный кодекс запрещает мусульманским женщинам выходить замуж за немусульман, если мужчина не принимает ислам, хотя власти не всегда обеспечивают соблюдение этого положения.Кодекс не запрещает мужчинам-мусульманам жениться на немусульманках. По закону дети, рожденные от отца-мусульманина, считаются мусульманами независимо от религии матери. В случае развода суд определяет опеку над детьми.

Министерства национального образования и по делам религий требуют, регулируют и финансируют изучение ислама в государственных школах. Религиозное образование сосредоточено на изучении ислама, но включает информацию о христианстве и иудаизме и является обязательным на уровне начальной и средней школы.Министерство национального образования требует, чтобы частные школы придерживались учебных программ в соответствии с национальными стандартами, особенно в отношении преподавания ислама, в противном случае существует риск закрытия.

Закон гласит, что дискриминация по религиозному признаку запрещена и гарантирует государственную защиту немусульманам, а также «терпимость и уважение к различным религиям». Он не предусматривает наказаний за религиозную дискриминацию.

В апреле правительство приняло закон о разжигании ненависти, запрещающий все формы выражения мнения, пропагандирующие, поощряющие или оправдывающие дискриминацию.Однако выражение, связанное с религиозными убеждениями или принадлежностью, не входит в число категорий, подпадающих под действие закона.

CNDH отслеживает и оценивает вопросы прав человека, включая вопросы, связанные со свободой вероисповедания. Закон уполномочивает CNDH проводить расследования предполагаемых злоупотреблений, давать заключения и рекомендации, проводить информационные кампании и работать с другими государственными органами для решения проблем с правами человека. CNDH может адресовать религиозные проблемы в соответствующие государственные учреждения от имени отдельных лиц или групп, с которыми, по его мнению, обращаются несправедливо.CNDH не имеет полномочий приводить в исполнение свои решения, но может передавать дела в соответствующий административный или уголовный суд. Он представляет годовой отчет президенту, который назначает членов комитета.

Правительство не регистрирует религиозную принадлежность граждан и не печатает религиозную принадлежность на таких документах, как национальные удостоверения личности.

По закону лица, перешедшие из ислама в другую религию, не имеют права на получение наследства по наследству.

Страна является участником Международного пакта о гражданских и политических правах.

Государственная практика

Правительство продолжало применять запрет на прозелитизм немусульманскими группами. По сообщениям СМИ, власти продолжали арестовывать, заключать в тюрьмы и штрафовать христиан по обвинению в обращении в веру немусульман, что побудило церкви ограничить некоторые виды деятельности, не связанные с обращением в веру, такие как распространение религиозной литературы и проведение мероприятий в местных общественных центрах, которые Могут присутствовать мусульмане.

Мохамед Фали, бывший глава мусульманской общины ахмади в стране, остался в Марокко, сбежав туда в поисках убежища в декабре 2019 года. Он сообщил в онлайн-выпуске марокканских новостей Yabiladi , что он бежал, чтобы избежать религиозных преследований со стороны MRA и Министерства. правосудия и сказал, что у него есть семь ожидающих рассмотрения обвинений, связанных с его верой. В сентябре 2017 года власти арестовали Фали и обвинили его в несанкционированном сборе средств, оскорблении пророка Мухаммеда и создании несанкционированной ассоциации.Суды признали Фали виновным и приговорили его к шести месяцам лишения свободы условно. Власти изъяли его паспорт после его осуждения, но правительство вернуло его в 2019 году, и он бежал из страны.

В октябре власти приговорили лидера ахмади к двум годам тюремного заключения по обвинениям, связанным со встречей в 2018 году между лидерами ахмади и полицейскими в Константине. Власти согласились на встречу офицеров с лидерами ахмади в то время, но после окончания встречи арестовали всех семерых участников ахмади по обвинению в «несанкционированном собрании».В ответ ахмади заявили, что они — ненасильственные мусульмане, которые хотят сотрудничать с правительством, и что встреча была предназначена для начала диалога между ахмади и правительством. В декабре власти признали виновными шестерых других мусульман-ахмади за те же преступления.

24 ноября суд в Тизи-Узу вызвал группу из 31 мусульманина-ахмади за то, что их адвокаты назвали «распространение листовок с целью подрыва национальных интересов, занятие здания для тайного богослужения. без разрешения, сбор средств и пожертвований без разрешения и проповедь внутри здания без разрешения и без разрешения.Юристы заявили, что власти арестовали их клиентов за их ахмадийские убеждения. На судебном процессе 22 декабря суд приговорил четверых обвиняемых к двум месяцам лишения свободы условно и штрафу в размере 20 000 динаров (150 долларов США), освободив остальных 27 ахмадийцев.

В августе лидеры ахмади сообщили, что власти вызвали члена их общины в Адрар и допросили его о его религиозных убеждениях. Полиция обыскала его дом и конфисковала его компьютер, телефон, личные записи и его Коран, которые власти использовали в качестве доказательства для будущего судебного разбирательства по неуказанным обвинениям.

30 сентября полиция обыскала дом известного активиста оппозиции хира k Ясине Мебарки и арестовала его, обнаружив старую копию Корана с разорванной страницей. Полиция обвинила Мебарки в связи с повреждением Корана, обвиняя его в разжигании атеизма, оскорблении или порочении догм и заповедей ислама, а также в подрыве национального единства. 8 октября суд приговорил Мебарки к 10 годам лишения свободы и штрафу в размере 10 миллионов динаров (75 600 долларов США).Его адвокаты заявили, что Мебарки заявил, что он мусульманин, выступающий за секуляризм и демократию.

В апреле власти арестовали активиста Хирака Валида Кечиду в провинции Сетиф и обвинили его в оскорблении президента и «нарушении заповедей ислама» в Facebook. Правительство передало его дело в уголовный суд. По состоянию на конец года он оставался под стражей в ожидании суда.

15 декабря суд в Амизуре признал виновным Абдельгани Мамери, копта, пропагандировавшего христианство, за оскорбление пророка Мухаммеда и очернение ислама.Суд приговорил его к шести месяцам тюремного заключения и штрафу в размере 100 000 динаров (760 долларов США). 3 декабря тот же суд судил Мабрука Буакказа, также известного как Юва, который был обращенным в христианство. Обвинение потребовало приговора к шести месяцам тюремного заключения и штрафа в размере 200 000 динаров (1500 долларов США) по тем же обвинениям, что и Мамери. По сообщениям социальных сетей, 17 декабря суд приговорил Буакказа к трем годам лишения свободы.

Лидеры ахмади заявили, что на конец года в Верховном суде находилось 220 дел против членов общины.Обвинения включали в себя оскорбление Пророка Мухаммеда, деятельность и принадлежность к незарегистрированной религиозной ассоциации, сбор средств без разрешения, сжигание Корана и проведение молитв в неразрешенных местах. Представители общины заявили, что в некоторых случаях полиция конфисковала паспорта, дипломы об образовании, а также около 40 ноутбуков и 400 книг. Среди этих дел работодатели поместили мусульман-ахмади, в отношении которых проводилось расследование, в административный отпуск, а правительство уволило 20 учителей и врачей из государственного сектора.Представители Ахмади заявили, что, по их мнению, эти люди предстанут перед Верховным судом в ближайшие три-шесть лет и что тем временем им будет запрещено работать. Правительство ограничивало мусульман-ахмади нерассмотренных дел в их вилаях и требовало, чтобы они физически явились в местный суд один раз в неделю.

В течение года Министерство юстиции завершило расследование обстоятельств смерти известного берберского ибадийского мусульманского правозащитника Камела Эддина Фехара в 2019 году, но не опубликовало результаты расследования.Фехар скончался после почти 60-дневной голодовки, находясь в предварительном заключении. Власти арестовали его по обвинению в «разжигании расовой ненависти» за пост в Facebook, в котором он обвинил местных властей Гардая в дискриминационной практике в отношении мусульман-ибадитов.

НПО и религиозные лидеры мусульман-ахмади заявили, что Министерство внутренних дел никогда не предоставляло общине ахмади квитанцию, подтверждающую заполненную заявку на регистрацию, поданную общиной в правительство в 2012 году, для перерегистрации группы в соответствии с Законом об ассоциациях 2012 года.Ахмади также сообщили, что они не получили ответа правительства на свой невыполненный запрос в 2018 году о встрече с министром по делам религий Юсефом Белмехди или другим высокопоставленным должностным лицом министерства, чтобы обсудить их проблемы с регистрацией.

Община ахмади продолжала сообщать о административных трудностях и преследованиях, поскольку община не является зарегистрированной ассоциацией и, следовательно, не может проводить собрания и собирать пожертвования. Члены сообщества заявили, что после их первой попытки в 2012 году сообщество снова попыталось перерегистрироваться в MRA и Министерстве внутренних дел в качестве мусульманской группы в 2016 и 2020 годах, но правительство отказалось принять эти заявки, поскольку оно не считает ахмадий -Мусульмане.В 2019 году правительство заявило, что одобрит регистрацию общины в качестве немусульман, но ахмади заявили, что не примут регистрацию в качестве немусульман.

Агентство по охране окружающей среды и Церковь адвентистов седьмого дня еще не получили ответов от Министерства внутренних дел на свои заявки на продление регистрации в 2012 году. Обе группы представили документы для продления регистраций, которые были выданы до принятия Закона об ассоциациях 2012 года. По словам пастора, связанного с EPA, Церковь повторно подала заявку на 2014 год в 2015 и 2016 годах, но никогда не была перерегистрирована, несмотря на несколько последующих действий с правительством.Ни одна из церквей не получала квитанций о попытках регистрации.

Некоторые религиозные группы заявили, что они функционировали как зарегистрированные через 60 дней после подачи заявления, даже несмотря на то, что они не получили подтверждения Министерства внутренних дел. Однако такие группы заявили, что поставщики услуг, такие как коммунальные предприятия и банки, отказывались предоставлять услуги без подтверждения регистрации. В результате эти группы столкнулись с теми же административными препятствиями, что и незарегистрированные ассоциации. У них также были ограниченные возможности для подачи судебных исков, и они не могли заниматься благотворительностью, для чего требовались банковские счета.

Многие христианские лидеры заявили, что они не контактировали с Национальным комитетом немусульманского культа, несмотря на его юридические полномочия работать с ними по вопросам регистрации. Христианская НПО и христианское издание заявили, что нет никаких указаний на то, что комитет когда-либо собирался. Они снова заявили, что правительство непропорционально нацелено на протестантские группы для неблагоприятного обращения; лидеры объяснили это акцентом некоторых протестантских групп на прозелитизме и обращении в свою веру, а также преимущественно алжирским составом EPA.

MRA заявило, что не рассматривает ибади как группу меньшинства и считает религиозную школу ибади частью мусульманской общины страны. Мусульманские ученые подтвердили, что ибадиты могут молиться в суннитских мечетях, а сунниты могут молиться в мечетях Ибади.

В январе Morning Star News сообщило, что пастор церкви Оран, связанной с EPA, получил приказ закрыть церковь 11 января. Власти первоначально приказали закрыть церковь в 2017 году, потому что она не была зарегистрирована в правительстве как ассоциация.После апелляций суд вынес решение о закрытии церкви 10 ноября, но, по словам пастора, не вынес решение церкви к концу года.

Согласно сообщениям СМИ и заявлениям EPA, с 2017 года правительство закрыло не менее 18 церквей EPA, и все они оставались закрытыми. В августе административный суд отклонил запрос EPA о повторном открытии связанной с EPA церкви Spring of Life в Макуде, которую правительство закрыло в 2019 году за проведение несанкционированных собраний.Правительство заявило, что церкви, которые оно закрыло, работали без разрешения правительства, незаконно печатали евангелические публикации и не соответствовали строительным нормам безопасности.

В декабре международная группа, которая описала себя как «состоящая из организаций и отдельных лиц, которые являются учеными, религиозными лидерами и защитниками прав человека», подписала письмо президенту Абдельмаджиду Теббуну относительно «нарушений свободы религии и убеждений христиан в Алжире. , включая закрытие многочисленных церквей и отказ продлить регистрацию [EPA].Согласно письму, с 2018 года правительство закрыло 13 церквей и приказало закрыть еще семь из-за отсутствия у них разрешения на проведение неисламских богослужений. В письме также говорилось, что Национальный комитет немусульманского религиозного культа, который отвечает за выдачу разрешений, не выдал ни одного разрешения церквям, связанным с EPA.

В марте правительство закрыло все культовые сооружения в рамках своей реакции на COVID-19. В августе MRA вновь открыло более крупные мечети, способные поддерживать меры социального дистанцирования, хотя пятничные молебны по-прежнему ограничивались небольшими соседними мечетями.Католическая и англиканская церкви также открылись в августе, но правительство отклонило просьбу EPA о возобновлении работы своих церквей, в том числе тех, которые были закрыты до вспышки COVID-19. В июле EPA подало жалобу губернатору Тизи-Узу на закрытие его церквей и запросило разрешение на повторное открытие, но местные власти приняли решение в пользу губернатора и отклонили эту просьбу. Адвентисты седьмого дня заявили, что намеревались открыть их снова, когда мечети полностью откроются.

Пастор Салах Халах сообщил, что протестантская церковь Полного Евангелия в Тизи-Узу, которую Хьюман Райтс Вотч назвала самой большой протестантской церковью в стране, остается закрытой.Полиция закрыла церковь в октябре 2019 года.

Некоторые граждане-христиане заявили, что они продолжали использовать дома или предприятия в качестве «домашних церквей» из-за задержек со стороны правительства в выдаче необходимых юридических разрешений. По сообщениям, другие христианские группы, особенно в преимущественно берберском регионе Кабилие, проводили богослужения более осторожно.

Согласно MRA, правительство продолжало разрешать государственным служащим носить религиозную одежду, включая хиджаб , кресты и никаб .Власти продолжали предписывать некоторым женщинам-государственным служащим, например сотрудникам сил безопасности, не носить маски для головы и лица, которые, по их словам, могут затруднить выполнение ими своих служебных обязанностей.

Представители

MRA заявили, что правительство не регулярно проводит предварительную проверку и одобрение проповедей перед тем, как имамы произносили их во время пятничной молитвы. Они также заявили, что правительство иногда предоставляло заранее утвержденные темы проповедей для пятничной молитвы, чтобы отреагировать на обеспокоенность общественности после крупных событий или поощрить гражданское участие посредством таких мероприятий, как голосование на выборах.MRA заявило, что не наказывает имамов, которые не обсуждают предложенные темы проповеди.

Из-за пандемии COVID-19 и ограниченных ресурсов было неясно, продолжало ли правительство заявленную MRA практику мониторинга проповедей, произносимых в мечетях. По словам официальных лиц MRA в прошлом, если инспектор министерства подозревал проповедь имама неуместной, особенно если она поддерживала насильственный экстремизм, инспектор имел право вызвать имама в «научный совет», состоящий из ученых-правоведов и других имамов, которые оценил «правильность проповеди».«Правительство могло принять решение об освобождении имама от обязанностей, если его вызывали несколько раз. Правительство также контролировало деятельность в мечетях на предмет возможных нарушений, связанных с безопасностью, таких как вербовка экстремистскими группами, и запретило использование мечетей в качестве мест для общественных собраний вне обычных часов молитв.

лидера католиков, англиканцев, протестантов и адвентистов седьмого дня сообщили, что они не пытались ввозить религиозную литературу в течение года. Руководители англиканской церкви заявили, что большинство прихожан предпочитают загружать Библию и молитвенные приложения на свои мобильные телефоны, а не носить с собой Библию на бумажном носителе.Лидеры англиканской церкви также сообщили, что по-прежнему незаконно печатать копии религиозных текстов.

Неисламские религиозные тексты, музыка и видеоматериалы по-прежнему были доступны на неформальном рынке, а магазины и продавцы в столице продавали Библии на нескольких языках, включая арабский, французский и тамазайт. В 2019 году правительство утвердило первые версии Корана на берберском языке, тамазайт, на арабском языке.

Правительство продолжало обеспечивать соблюдение своего запрета на распространение любой литературы, изображающей насилие как законную заповедь ислама.

1 ноября избиратели одобрили новую конституцию. По данным BBC, основные исламские партии, включая Движение за общество мира, Движение за справедливость и развитие и Движение Нахда, заявили, что предложенная новая конституция «противоречит исламским ценностям алжирского общества», угроза будущему нации »и поддержал голосование« против ». Перед голосованием Ассоциация алжирских улемов выразила оговорки по поводу некоторых статей проекта конституции, заявив: «Существует… двусмысленность в отношении таких вопросов, как свобода вероисповедания, национальное единство и язык.Христиане заявили, что одно изменение, касающееся свободы вероисповедания в новой конституции, удаление ссылки, гарантирующей свободу совести, вызывает беспокойство. Как говорится в одном христианском издании, в отличие от предыдущей конституции, «больше нет« свободы совести », возможно, способа помешать церквям и их членам обсуждать христианство в Интернете или пользоваться религиозными услугами в Интернете». Другой заявил, что «защита мест отправления религиозных обрядов в соответствии с новой конституцией мало что значит, учитывая послужной список правительства в отношении свободы религии.Представитель International Christian Concern сказал базирующемуся в США веб-сайту Crux : «Это лишение [свободы совести] — это то, что беспокоит многих христиан, поскольку может вызвать в будущем юридические трудности».

Христианские лидеры

заявили, что суды иногда предвзято относятся к немусульманам в делах о семейном праве, таких как развод или опекунство.

MRA требует, чтобы пары предъявили выданное государством свидетельство о браке, прежде чем разрешать имамам проводить религиозные церемонии бракосочетания.

По словам лидеров религиозных общин, некоторые местные администрации не всегда проверяли религию перед проведением брачных церемоний. Таким образом, некоторые пары смогли вступить в брак, несмотря на то, что семейный кодекс запрещает мусульманским женщинам выходить замуж за немусульманских мужчин.

Лидеры

EPA сообщили, что государственные и частные учреждения уволили некоторых из его членов из-за их христианской веры, а в государственном секторе правительство часто отказывалось от продвижения по службе от немусульман.

Как частные, так и государственные СМИ в течение года продолжали выпускать репортажи, в которых изучались, по их словам, иностранные связи и опасности религиозных групп, таких как мусульмане-шииты, мусульмане-ахмади и салафиты.

церковных групп продолжали утверждать, что правительство не ответило своевременно на их запросы о выдаче виз иностранным религиозным деятелям и приезжающим ученым и ораторам, что привело к фактическим отказам в выдаче виз. Католические лидеры продолжали говорить, что их самая большая проблема с правительством — это долгое и непредсказуемое время ожидания виз для религиозных работников. Католические и протестантские группы продолжали указывать на задержки как на существенное препятствие религиозной практике, хотя англиканское руководство сообщало, что обычно они получали визы своевременно.Один религиозный лидер снова назвал отсутствие выдачи виз серьезным препятствием для поддержания контактов с международной церковной организацией. По словам этих групп, вмешательство на более высоком уровне с должностными лицами, ответственными за выдачу виз старшими должностными лицами MRA и Министерства иностранных дел по запросу религиозных групп, иногда приводило к выдаче долгосрочных виз. Католические лидеры в Алжире заявили, что правительство отказало священнику из Таманрассе в продлении резиденции после его встречи с иностранными официальными лицами в ноябре 2019 года.

Правительство, государственные и частные компании профинансировали сохранение некоторых католических церквей, особенно тех, которые имеют историческое значение. Например, провинция Оран продолжала работать в партнерстве с местными донорами над масштабной реконструкцией Нотр-Дам-де-Санта-Крус как части его культурного наследия.

Государственные радиостанции продолжали транслировать рождественские и пасхальные службы на французском и арабском языках, хотя многие христиане-амазиги сказали, что они предпочли бы, чтобы службы транслировались в Тамазигте.Усилия страны по пресечению религиозного экстремизма включали специальные государственные религиозные теле- и радиоканалы, а также сообщения модератора, интегрированные в основные средства массовой информации. После пятничной молитвы государственные телеканалы транслировали религиозные программы, направленные на противодействие экстремизму. Некоторые примеры включают Au Coeur de Islam (В основе ислама) на радиоканале 3 и Dans le Sens de l’Islam (Понимание смысла ислама) на национальном телевидении.

Религиозные лидеры и лидеры гражданского общества сообщали, что еврейская община сталкивалась с неофициальными религиозными препятствиями при приеме на работу в правительство и с административными трудностями при работе с правительственной бюрократией.MRA заявило, что не получало запросов на открытие синагог, закрытых в период борьбы страны за независимость.

Правительственные чиновники продолжали приглашать известных христиан и евреев на мероприятия, посвященные национальным праздникам, такие как празднование Дня революции в Народном дворце 1 ноября.

Высокопоставленные правительственные чиновники продолжали публично осуждать акты насилия, совершаемые во имя ислама, и призывали всех членов общества отказаться от экстремистского поведения.

В июле министерство образования потребовало от учителей провинции Тизи-Узу сообщать о своей религиозной принадлежности. Лидеры EPA выразили обеспокоенность тем, что христианские учителя могут столкнуться с религиозными преследованиями и дискриминацией при приеме на работу, поскольку учителя являются служащими государственного сектора.

Власти арестовали Хусама Хатри в Магнии 23 июля и заявили, что будут судить его за участие в жестоком антисемитском нападении 2014 года на молодую пару в Париже. Во время 90-минутного нападения Хатри и его товарищи подвергли пару физическому и словесному оскорблению, уничтожили множество еврейских религиозных предметов в квартире пары и пошутили, ссылаясь на Холокост.После ареста и суда во Франции в 2018 году Хатри сбежал в Алжир. По сообщениям прессы, согласно условиям соглашения об экстрадиции с Францией, власти будут судить Хатри в Алжире, и ему не грозит экстрадиция. Источник французской службы безопасности сказал AFP: «Это хороший сигнал».

Правительство вместе с местными частными спонсорами продолжало финансировать строительство мечети. 28 октября правительство открыло Большую мечеть Алжира, третью по величине в мире и самую большую в Африке.На церемонии открытия присутствовали премьер-министр и другие официальные лица. По сообщениям прессы, проект стоил один миллиард долларов и подвергся критике за отвлечение финансирования от социальных нужд и тщеславный проект бывшего президента Бутефлики. Семилетние строительные работы были завершены в апреле с отставанием от графика на три года.

Государственный департамент США

Правовая база

Конституция объявляет ислам государственной религией и запрещает государственным учреждениям поведение, несовместимое с исламскими ценностями.Конституция предусматривает свободу вероисповедания в соответствии с законом и гласит, что свобода совести и свобода убеждений неприкосновенны.

Закон не запрещает обращение из ислама, но обращение в свою веру мусульман немусульманами является уголовным преступлением. Закон предусматривает максимальное наказание в размере одного миллиона динаров (8 400 долларов США) и пятилетнее тюремное заключение для любого, кто «подстрекает, сдерживает или использует средства соблазнения с целью обратить мусульманина в другую религию; или используя учебные, образовательные, медицинские, социальные, культурные, учебные заведения… или любые финансовые средства.Изготовление, хранение или распространение печатных документов или аудиовизуальных материалов с целью «поколебать веру» мусульманина также является незаконным и подлежит таким же наказаниям.

Закон криминализирует «оскорбление пророка Мухаммеда» или любых других пророков. Уголовный кодекс предусматривает наказание от трех до пяти лет тюремного заключения и / или штраф от 50 000 до 100 000 динаров (420-840 долларов США) за очернение веры или пророков ислама посредством письма, рисования, декларации или любых других средств. Закон также предусматривает уголовную ответственность за оскорбления в адрес любой другой религии с такими же наказаниями.

Закон предоставляет всем людям право исповедовать свою религию при условии соблюдения общественного порядка и правил.

Конституция учреждает Высший исламский совет и гласит, что совет должен поощрять и продвигать иджтихад (использование независимой аргументации в качестве источника исламского права для вопросов, которые точно не рассматриваются в Коране) и выражать мнения по религиозным вопросам, представляемым на его рассмотрение. . Президент назначает членов совета и контролирует его работу.Конституция требует, чтобы совет регулярно представлял президенту отчеты о своей деятельности. Президентский указ далее определяет миссию совета как принятие на себя ответственности за все вопросы, связанные с исламом, за исправление ошибочных представлений и за продвижение истинных основ религии и правильного ее понимания. Совет может издавать фетвы по просьбе президента.

Закон требует от любой группы, религиозной или иной, регистрироваться в правительстве в качестве ассоциации до начала какой-либо деятельности.Согласно Закону об ассоциациях, принятому в 2012 году, все ранее зарегистрированные организации должны были пройти перерегистрацию в правительстве. Министерство внутренних дел (МВД) предоставляет религиозным группам статус ассоциации; официально признаны только зарегистрированные ассоциации. Требования МВД к регистрации ассоциаций национального уровня предусматривают, что члены-учредители должны предоставить документы, подтверждающие их личность, адреса и другие биографические данные; предоставлять полицейские и судебные записи, подтверждающие их хорошее положение в обществе; продемонстрировать, что у них есть члены-учредители, проживающие по крайней мере в одной четверти провинций страны, чтобы доказать, что ассоциация заслуживает национального статуса; представить устав ассоциации, подписанный ее президентом; и подать документы с указанием места нахождения его штаб-квартиры.Закон требует, чтобы министерство предоставило квитанцию ​​о подаче заявки после получения всей необходимой документации и ответило в течение 60 дней с момента подачи заполненной заявки. Закон гласит, что заявители де-факто утверждаются, если министерство не примет решение в течение 60-дневного срока. Закон предоставляет правительству полную свободу действий при принятии решений о регистрации, но предоставляет заявителям возможность обжаловать отказ в административном суде. Для ассоциаций, желающих зарегистрироваться на местном или провинциальном уровне, требования к заявкам аналогичны, но членство ассоциации и сфера деятельности строго ограничены территорией, в которой она регистрируется.Ассоциация, зарегистрированная на уровне вилайя (провинция), ограничена этой конкретной вилайей (провинция).

MRA имеет право рассматривать заявки на регистрацию религиозных объединений, но окончательное решение принимает МВД. Однако в законе не оговариваются дополнительные требования к религиозным объединениям и не уточняется роль MRA в этом процессе.

Национальный комитет немусульманского культа, государственное учреждение, несет ответственность по закону за содействие процессу регистрации для всех немусульманских групп.MRA председательствует в комитете, состоящем из высокопоставленных представителей министерств национальной обороны, внутренних и иностранных дел, президента, национальной полиции, национальной жандармерии и государственного Национального совета по правам человека (CNDH).

Конституция требует, чтобы кандидат в президенты был мусульманином. Лица, не исповедующие ислам, могут занимать другие государственные должности и работать в правительстве.

Закон запрещает религиозным объединениям получать финансирование от политических партий или иностранных организаций.Конституция запрещает создание политических партий на религиозной основе. Членство в Исламском фронте спасения, политической партии, запрещенной с 1992 года, остается незаконным.

Закон определяет порядок и условия проведения религиозных служб, мусульманских или иных. Закон гласит, что религиозные демонстрации подлежат регулированию, и правительство может закрыть любые религиозные службы, проводимые в частных домах или на открытом воздухе, без официального разрешения.За исключением ежедневных молитв, которые разрешены где угодно, исламские службы могут проводиться только в санкционированных государством мечетях. Пятничные молитвы также ограничены определенными мечетями. Неисламские религиозные службы должны проводиться только в зданиях, зарегистрированных государством для исключительной религиозной практики, управляться зарегистрированной религиозной ассоциацией, открыты для публики и отмечены как таковые на внешней стороне. Запрос на разрешение на наблюдение за особыми неисламскими религиозными мероприятиями должен быть подан в соответствующий вали (губернатор) не менее чем за пять дней до мероприятия, и мероприятие должно происходить в зданиях, доступных для общественности.Запросы должны включать информацию о трех основных организаторах мероприятия, его цели, предполагаемом количестве участников, расписании мероприятий и его запланированном месте. Лица, указанные в качестве организаторов мероприятия, также должны получить разрешение от wali . wali может потребовать от организаторов перенести место проведения мероприятия или отказать в разрешении на его проведение, если он считает, что это поставит под угрозу общественный порядок или нанесет ущерб «национальным устоям», «добрым нравам» или «символам революции».«Если несанкционированные митинги проводятся без одобрения, полиция может разогнать участников. Лица, которые не разойдутся по приказу полиции, подлежат аресту и тюремному заключению на срок от двух до 12 месяцев в соответствии с уголовным кодексом.

Уголовный кодекс гласит, что только уполномоченные государством имамы, которых государство нанимает и обучает, могут проводить молитвы в мечетях, и наказывает всех, кто проповедует в мечети, штрафом в размере до 100000 динаров (840 долларов США) и тюремным заключением от одного до три года.Штрафы в размере 200 000 динаров (1700 долларов США) и тюремное заключение сроком от трех до пяти лет предусмотрены для любого человека, включая уполномоченных правительством имамов, которое действует «против благородного характера мечети» или таким образом, «который может нарушить единство общества. по решению судьи ». Закон гласит, что такие действия включают использование мечети для достижения чисто материальных или личных целей или с целью причинения вреда людям или группам.

По закону MRA оказывает финансовую поддержку мечетям и выплачивает зарплату имамам и другому религиозному персоналу, а также медицинское обслуживание и пенсионные выплаты.Закон также предусматривает выплату заработной платы и льгот немусульманским религиозным лидерам, являющимся гражданами. Министерство труда регулирует размер оплаты труда отдельного имама или служащего мечети, а также устанавливает заработную плату граждан, не являющихся мусульманскими религиозными лидерами, в зависимости от их положения в их отдельных церквях.

Министерства по делам религий, иностранных дел, внутренних дел и торговли должны одобрять ввоз всех религиозных текстов и предметов, кроме тех, которые предназначены для личного пользования.Власти обычно считают «ввозом» около 20 или более религиозных текстов или предметов.

Закон дает властям широкие полномочия по запрету книг, которые противоречат конституции, «мусульманской религии и другим религиям, национальному суверенитету и единству, национальной самобытности и культурным ценностям общества, проблемам национальной безопасности и обороны, общественному порядку и достоинство человека и индивидуальные и коллективные права ». Указ от 2017 года учреждает комиссию в рамках MRA для проверки ввоза Корана.Этот указ требует, чтобы все заявки включали полную копию текста и другую подробную информацию о заявителе и тексте. У министерства есть от трех до шести месяцев на рассмотрение текста, а отсутствие ответа по истечении этого времени означает отклонение заявки на импорт. В отдельном постановлении 2017 года, касающемся религиозных текстов, помимо Корана, говорится: «Содержание религиозных книг для импорта, независимо от формата, не должно подрывать религиозное единство общества, национальную религиозную ориентацию, общественный порядок, добросовестность, основные права и свободы. , или закон.«Импортер должен предоставить текст и другую информацию, а министерство должно ответить в течение 30 дней. Отсутствие ответа по истечении этого периода считается отклонением. Религиозные тексты, распространяемые без разрешения, могут быть изъяты и уничтожены.

Закон гласит, что правительство должно одобрять любые изменения структур, предназначенных для неисламских коллективных богослужений.

Семейный кодекс запрещает мусульманкам выходить замуж за немусульман, если мужчина не принимает ислам. Кодекс не запрещает мужчинам-мусульманам жениться на немусульманках.По закону дети, рожденные от отца-мусульманина, считаются мусульманами независимо от религии матери. В случае развода суд определяет опеку над детьми.

Министерства национального образования и по делам религий требуют, регулируют и финансируют изучение ислама в государственных школах. Религиозное образование сосредоточено на изучении ислама, но включает информацию о христианстве и иудаизме и является обязательным на уровне начальной и средней школы. Министерство национального образования требует, чтобы частные школы придерживались учебных программ в соответствии с национальными стандартами, особенно в отношении преподавания ислама, в противном случае существует риск закрытия.

Закон гласит, что дискриминация по религиозному признаку запрещена и гарантирует государственную защиту немусульманам, а также «терпимость и уважение к различным религиям». Он не предусматривает наказаний за религиозную дискриминацию.

CNDH отслеживает и оценивает вопросы прав человека, включая вопросы, связанные со свободой вероисповедания. Закон уполномочивает CNDH проводить расследования предполагаемых злоупотреблений, давать заключения и рекомендации, проводить информационные кампании и работать с другими государственными органами для решения проблем с правами человека.CNDH может адресовать религиозные проблемы в соответствующие государственные учреждения от имени отдельных лиц или групп, с которыми, по его мнению, обращаются несправедливо. CNDH не имеет полномочий приводить в исполнение свои решения, но может передавать дела в соответствующий административный или уголовный суд. Он представляет годовой отчет президенту, который назначает членов агентства.

Правительство не регистрирует религиозную принадлежность граждан и не печатает религиозную принадлежность на таких документах, как национальные удостоверения личности.

По закону лица, перешедшие из ислама в другую религию, не имеют права на получение наследства по наследству.

Страна является участником Международного пакта о гражданских и политических правах.

Государственная практика

28 мая после почти 60-дневной голодовки скончался известный мусульманский правозащитник из племени мозабит ибади Камель Эддин Фехар. Он находился под стражей до суда с момента его ареста 31 марта за «разжигание расовой ненависти» за сообщение в Facebook, в котором он обвинил местных властей в Гардая в дискриминационных действиях, таких как более частые аресты, допросы и более суровые приговоры, в отношении мусульман-ибади. .В сообщении AP говорится, что Фехар также известен своей работой в интересах меньшинств страны, в том числе христиан. В конце мая его здоровье ухудшилось, и 27 мая тюремные власти перевели его в больницу в Блиде. 29 мая министерство юстиции начало тщательное расследование обстоятельств смерти Фехара, но к концу года не опубликовало своих выводов. Организации гражданского общества и правозащитники безрезультатно требовали обновлений относительно расследования и выдвинутых против властей Гардая обвинений.

Правительство продолжало обеспечивать соблюдение запрета на прозелитизм немусульманскими группами. По сообщениям СМИ, власти продолжали арестовывать, заключать в тюрьмы и штрафовать нескольких христиан по обвинению в обращении в свою веру немусульман, что побудило церкви ограничить некоторые виды деятельности, не связанные с обращением в веру, такие как распространение религиозной литературы и проведение мероприятий в местных общинах. центры, которые могут посещать мусульмане. 20 июня суд в Акбоу, Беджая, наложил штраф в размере 50 000 динаров (420 долларов США) на неназванного христианина за «совершение немусульманских богослужений без разрешения».Прокурор потребовал двухлетнего тюремного заключения. По сообщениям СМИ, группа христиан проводила воскресные богослужения в палатке после того, как в октябре 2018 года власти закрыли «Церковь убежища», связанную с Агентством по охране окружающей среды.

Morning Star News сообщила 16 июня, что судья приговорил христианина в Мостаганеме, который обратился из ислама, к двум месяцам лишения свободы условно и оштрафовал его на 100 000 динаров (840 долларов США). Как сообщает Morning Star News, мужчина пригласил христианскую пару к себе домой помолиться.

Согласно Morning Star News, 17 апреля суд в Тизи-Узу оставил в силе вынесенный ранее судом оправдательный приговор Рашиду Уали, который обратился из ислама в христианство. Уали был одним из пяти человек, оправданных судом в Буире 25 декабря 2018 года по обвинениям в «подстрекательстве мусульманина к изменению своей религии» и «совершении религиозных обрядов в неразрешенном месте». Обвинения Уали в его христианской вере были переданы судье во второй раз в рамках его бракоразводного процесса.Согласно Morning Star News, жена Уали-мусульманка (которая впоследствии развелась с ним) подала жалобу в июле 2018 года, обвинив пятерых человек в том, что они привели ее на церковную службу и пытались убедить ее принять христианство.

Morning Star News сообщило 27 февраля, что суд оставил безымянного человека оправданным 30 декабря 2018 года по обвинению в подрыве ислама. Жена мужчины предъявила ему обвинение в подрыве ислама в 2017 году после того, как он обратился в христианство.

Лидеры ахмади заявили, что на конец года в Верховном суде находилось 286 дел против членов общины. Обвинения включали деятельность незарегистрированного религиозного объединения, сбор средств без разрешения и проведение молитв в неразрешенных местах. Представители общины заявили, что в некоторых случаях полиция конфисковала паспорта и дипломы об образовании, а в других работодатели отправляли мусульман-ахмади под следствие в административный отпуск. Представители Ахмади заявили, что, по их мнению, эти люди предстанут перед Верховным судом в течение следующих трех-шести лет и что тем временем им не разрешат устроиться на работу.По состоянию на конец года сообщений о заключении мусульман-ахмади в тюрьмы по обвинениям, связанным с их верой, не поступало.

Согласно Министерству внутренних дел, религиозные объединения были де-факто зарегистрированы, если министерство не отклонило их заявки в течение 60 дней с момента подачи, и если министерство сочло заявку неполной, оно не выдало квитанцию ​​о подаче заявки. Неправительственные организации и религиозные лидеры ахмадийских мусульман заявили, что МВД обычно не выдавало им квитанцию, подтверждающую, что они подали заполненную заявку на регистрацию.Ахмади сообщили, что они по-прежнему не получали никакого ответа от правительства на свой невыполненный запрос о встрече с министром по делам религий Юсефом Бельмехди или другим высокопоставленным должностным лицом министерства, чтобы обсудить их проблемы с регистрацией.

Община ахмади продолжала сообщать о административных трудностях и преследованиях, поскольку община не является зарегистрированной ассоциацией и не может собирать и собирать пожертвования. Члены сообщества заявили, что они пытались зарегистрироваться в MRA и Министерстве внутренних дел (МВД) в качестве мусульманской группы в 2012 и 2016 годах, но правительство отклонило их заявки, поскольку считает ахмадий немусульманами.В сентябре правительство заявило, что одобрит регистрацию общины как немусульман, но ахмадийцы заявили, что они не будут подавать документы как что-либо, кроме мусульман.

В 2014 году Агентство по охране окружающей среды и Церковь адвентистов седьмого дня представили документы для продления своей регистрации, которые были выданы до принятия Закона об ассоциациях 2012 года, но по состоянию на конец года так и не получили ответа от МВД. По словам пастора, связанного с EPA, Церковь повторно подала заявку на 2014 год в 2015 году, но никогда не была перерегистрирована, несмотря на несколько последующих действий с правительством.

Некоторые религиозные группы заявили, что они действовали как зарегистрированные через 60 дней после подачи заявления, даже несмотря на то, что они не получили подтверждения МВД. Однако такие группы заявили, что поставщики услуг, такие как коммунальные предприятия и банки, отказывались предоставлять услуги без подтверждения регистрации. В результате эти группы столкнулись с теми же административными препятствиями, что и незарегистрированные ассоциации. У них также были ограниченные возможности для подачи судебных исков, и они не могли заниматься благотворительностью, для чего требовались банковские счета.

Большинство христианских лидеров заявили, что они не контактировали с Национальным комитетом немусульманского культа, несмотря на его законный мандат работать с ними по вопросам регистрации с момента его создания в 2006 году. Однако другие официальные лица MRA встретились с христианскими лидерами, чтобы узнать их мнение. периодически в течение года, в том числе получение жалоб на процесс регистрации. Христианские лидеры продолжали говорить, что некоторые протестантские группы избегали подачи заявок на признание и вместо этого действовали осторожно, потому что не доверяли процессу регистрации.В совместном заявлении Совету ООН по правам человека 18 сентября Всемирный евангелический альянс, Всемирный совет церквей, Всемирная христианская солидарность и Юбилейная кампания совместно с EPA выразили «серьезную озабоченность продолжающимся закрытием протестантских церквей. в Алжире », и заявил, что« власти продолжают отказываться признавать как головную организацию протестантских церквей [EPA], так и церкви, которые запросили регистрацию на местном уровне ». В заявлении также говорится, что MRA «не выдало ни одного разрешения» [с момента принятия закона] для утверждения церковных зданий.Согласно заявлению, это оставляет церкви в стране в «правовой серой зоне непризнания», что дает властям право закрывать одно здание за другим ».

Согласно сообщениям СМИ и заявлениям EPA, в течение года правительство закрыло девять церквей по сравнению с восемью закрытыми церквями в период с ноября 2017 года по декабрь 2018 года. Правительство также закрыло один христианский книжный магазин. Все были связаны с EPA. СМИ сообщили о закрытии восьми церквей, связанных с EPA, в сентябре и октябре.По состоянию на конец года 14 церквей, связанных с EPA, в провинциях Беджая и Тизи-Узу и одна церковь, не входящая в состав EPA, в Тизи-Узу оставались закрытыми.

Правительство заявило, что церкви, которые оно закрыло, работали без разрешения правительства, нелегально печатали евангелические публикации и не соблюдали строительные нормы и правила. 23 октября министр внутренних дел и местной администрации Салах Эддин Дахомун заявил СМИ: «Мы закрыли 49 курятников и складов, не имеющих лицензии на соблюдение христианских обрядов.”

15 октября полиция закрыла протестантскую церковь Полного Евангелия в Тизи-Узу, которую Хьюман Райтс Вотч назвала самой большой протестантской церковью в стране. Церковь разместила в Facebook видео, на котором полиция прерывает службу и снимает прихожан со стульев. и вытеснение их из здания. Согласно одному сообщению СМИ, при закрытии церкви полицейские ударили пастора Салаха Чалаха, который также является главой EPA, ударив его дубинкой. По данным НПО, 17 октября полиция арестовала 17 христиан перед мухафазой Тизи-Узу, где они устроили мирную сидячую забастовку в знак протеста против закрытия церкви.

Некоторые граждане-христиане заявили, что они продолжали использовать дома или предприятия в качестве «домашних церквей» из-за задержек со стороны правительства в выдаче необходимых юридических разрешений. По сообщениям, другие христианские группы, особенно в районе Кабилие, проводили богослужения более осторожно.

Согласно MRA, правительство продолжало разрешать государственным служащим носить религиозную одежду, включая хиджаб, кресты и никаб . Власти продолжали предписывать некоторым женщинам-государственным служащим, например сотрудникам сил безопасности, не носить маски для головы и лица, которые, по их словам, могут затруднить выполнение ими своих служебных обязанностей.

17 марта тогдашний министр по делам религий Мохамед Айсса сообщил священнослужителям, что от них больше не будет требоваться представлять тексты своих проповедей властям для утверждения. Представители MRA заявили, что правительство не регулярно проводит предварительный просмотр и одобрение проповедей перед тем, как имамы произносят их во время пятничной молитвы. Они также заявили, что правительство иногда предоставляло заранее утвержденные темы проповедей для пятничной молитвы, чтобы отреагировать на обеспокоенность общественности после крупных событий или поощрить гражданское участие посредством таких мероприятий, как голосование на выборах.MRA заявило, что не наказывает имамов, которые не обсуждают предложенные темы проповеди.

Представители

MRA заявили, что правительство продолжало следить за проповедями в мечетях. По словам официальных лиц MRA, если инспектор министерства подозревал, что проповедь имама была неуместной, особенно если она поддерживала насильственный экстремизм, инспектор имел право вызвать имама в «научный совет», состоящий из ученых-правоведов и других имамов, которые оценили проповедь. «Правильность.«Правительство могло принять решение об освобождении имама от обязанностей, если его вызывали несколько раз. Правительство также контролировало деятельность в мечетях на предмет возможных нарушений, связанных с безопасностью, таких как вербовка экстремистскими группами, и запретило использование мечетей в качестве мест для общественных собраний вне обычных часов молитв.

По данным американской неправительственной организации Open Doors USA, сотрудники спецслужб страны часто присутствовали на церковных службах.

14 апреля министр по делам религий Белмехди разрешил комитетам по управлению мечетями собраться.Предыдущий министр приостановил свою работу в июне 2018 года, заявив, что в комитеты проникли экстремистские группы.

По словам представителей католиков, правительство выдало разрешения на ввоз католических религиозных текстов в течение года, включая католическую литературу и Библии. Агентство по охране окружающей среды получило разрешение на ввоз заказа Библии и религиозной литературы, размещенного в 2017 году. Из 10 000 книг Агентство по охране окружающей среды получило 2 000 Библий и 2600 экземпляров Нового Завета. Обе версии были на французском, арабском, английском и тамазигт.По данным EPA, подробностей об остальных заказанных книгах не поступало.

Неисламские религиозные тексты, музыка и видеоматериалы по-прежнему были доступны на неформальном рынке, а магазины и продавцы в столице продавали Библии на нескольких языках, включая арабский, французский и тамазайт. 13 января правительство утвердило первые версии Корана на берберском языке, тамазайт, на арабском языке.

Правительство продолжало обеспечивать соблюдение своего запрета на распространение любой литературы, изображающей насилие как законную заповедь ислама.

Христианские лидеры

заявили, что суды иногда предвзято относятся к немусульманам в делах о семейном праве, таких как развод или опекунство.

По словам лидеров религиозных общин, некоторые местные администрации не всегда проверяли религию перед проведением брачных церемоний. Таким образом, некоторые пары смогли вступить в брак, несмотря на то, что семейный кодекс запрещает мусульманским женщинам выходить замуж за немусульманских мужчин.

Источники сообщили, что христианские лидеры могли посещать христиан в тюрьмах, независимо от характера их преступления.

Как частные, так и государственные СМИ в течение года продолжали выпускать репортажи, в которых изучались, по их словам, иностранные связи и опасности религиозных групп, таких как мусульмане-шииты, мусульмане-ахмади и салафиты.

Церковные группы продолжали утверждать, что правительство не ответило своевременно на их запросы о выдаче виз иностранным религиозным деятелям и приезжающим ученым и ораторам, что привело к фактическим отказам в выдаче визы. Один христианский лидер продолжал утверждать, что правительство не выдавало или отказывало в выдаче 50 процентов виз, запрошенных работникам католической церкви.По состоянию на конец года три члена католической церкви ждали год на получение визы. Католические и протестантские группы продолжали указывать на задержки как на существенное препятствие религиозной практике. Один религиозный лидер снова назвал отсутствие выдачи виз серьезным препятствием для поддержания контактов с международной церковной организацией. По словам этих групп, вмешательство на более высоком уровне с должностными лицами, ответственными за выдачу виз старшими должностными лицами MRA и Министерства иностранных дел по запросу религиозных групп, иногда приводило к выдаче долгосрочных виз.Представитель католической церкви сообщил, что из-за задержек в выдаче виз и отказов в выдаче визы Церковь отменила свое ежегодное собрание Региональной епископальной конференции Северной Африки, которое она запланировала на 20 сентября в Алжире.

Правительство вместе с местными частными спонсорами продолжало финансировать строительство мечети. Правительство и государственные и частные компании также профинансировали сохранение некоторых католических церквей, особенно тех, которые имеют историческое значение. Например, провинция Оран продолжала работать в партнерстве с местными донорами над масштабной реконструкцией Нотр-Дам-де-Санта-Крус как части его культурного наследия.

Государственные радиостанции продолжали транслировать рождественские и пасхальные службы на французском языке, хотя многие христиане сказали, что они предпочли бы, чтобы службы транслировались на арабском языке или тамазайт. Усилия страны по пресечению религиозного экстремизма включали специальные государственные религиозные теле- и радиоканалы, а также сообщения модератора, интегрированные в основные средства массовой информации. После пятничной молитвы транслировались религиозные программы противодействия экстремизму. Некоторые примеры включают Au Coeur de Islam (В основе ислама) на радиоканале 3 и Dans le Sens de l’Islam (Понимание смысла ислама) на национальном телевидении.

Правительственные чиновники продолжали приглашать известных христиан и евреев на мероприятия, посвященные национальным праздникам, такие как празднование Дня революции в Народном дворце 1 ноября.

Высокопоставленные правительственные чиновники продолжали публично осуждать акты насилия, совершаемые во имя ислама, и призывали всех членов общества отказаться от экстремистского поведения.

Религия в Алжире — Algeria.com

Ислам является официальной религией в Алжире и исповедуется большинством жителей страны.Суннитский ислам или мусульманская религия пронизывают Алжир практически во всех сферах жизни. Хотя не все последователи являются ортодоксами, ислам придает Алжиру его культурную и социальную идентичность, а его принципы определяют большую часть этики и поведения нации. Хотя ислам является доминирующей религией в Алжире, есть небольшое количество христиан, евреев, атеистов и других.

После революции различные группы пытались повлиять на Алжир, чтобы он стал исламским арабским социалистическим государством. В правительстве Алжира создано министерство, занимающееся религиозными делами.В то время как в Алжире пропагандируется исламское сознание, в стране высока религиозная терпимость. Людям всех религий предоставлено право поклоняться и уважать их. Мусульмане собираются для религиозного поклонения в мечетях по всей стране. Имам мечети каждую пятницу проводит проповеди, а также возглавляет свадьбы и похороны. К имамам часто обращаются, когда последователи ислама ищут совета или руководства. В Алжире был создан Высший исламский совет, чтобы побудить мусульман страны понимать исламские учения, а также учитывать влияние религии на общество.

Ислам играет большую политическую роль в Алжире, и можно выделить три точки зрения. Первая — это исламистская точка зрения, согласно которой ислам считается всеобъемлющим и должен быть частью каждого аспекта жизни, как частной, так и общественной. Вторая — светская точка зрения, где ислам рассматривается как руководство, допускающее определенные отклонения. Третий — традиционный взгляд, воспринимаемый пожилыми людьми и сельскими общинами.

Римский католицизм — самая большая церковь христианского мира в Алжире, поддерживающая руководство Папы.В Алжире четыре епархии и одна епархия. Во время французского правления в Алжире было более миллиона католиков. После обретения независимости это число сократилось, так как многие покинули страну. Сегодня они насчитывают лишь несколько меньших тысяч.

Поскольку ислам является наиболее распространенной религией в Алжире , посетители должны знать, что является приемлемым в культурном отношении. Если вы входите в мечеть, важно снимать обувь, а женщины всегда должны быть одеты скромно.Понимая несколько основных правил этикета и исламских верований, вы никого не обидите.

назад в Культуру

Алжир, религия и социальный профиль | Национальные профили | Международные данные


Алжир — основные мировые религии

2

Алжир — крупнейшие религиозные группы

2

Предпочитаемая религия (2015)

1 : Сунниты

Религия большинства (2015)

2 : мусульмане-сунниты (97.4%)

Религиозные приверженцы, (2015)

2
Алжир Северная Африка Весь мир
Мусульманин 98,34% 93,45% 22,98%
  • Сунниты
  • 97.36% 95,45% 19,28%
  • Шиитский
  • 0,39% 0,26% 3,44%
    Не религиозный 1,41% 0,81% 12,1%
  • Без указания религии
  • 1,4% 0.71% 10,11%
  • Атеист
  • 0,02% 0,09% 1,97%
    Кристиан 0,11% 5,3% 29,88%
  • Протестант
  • 0,03% 0,93% 9,58%
  • Католическая
  • 0.02% 0,42% 14,95%
    Восточноазиатский комплекс 0,03% 0,01% 4,85%
  • Китайские народные религиозные деятели
  • 0,03% 0,01% 4,34%
    Буддист 0,02% 0.01% 6,65%

    Религиозная демография

    3

    Страна имеет площадь 919 595 квадратных миль и население 35 миллионов человек. Более 99 процентов населения — мусульмане-сунниты. В провинции Гардая есть небольшая община мусульман-ибади. Официальных данных о количестве христиан и евреев нет; однако практикующие оценили их общее количество в 50 000 человек. Подавляющее большинство христиан и евреев покинули страну после обретения независимости от Франции в 1962 году.Многие из тех, кто остался в эмиграции в 1990-е годы из-за террористических актов, совершенных мусульманскими экстремистами. По словам лидеров христианской общины, христиане-евангелисты, в основном в районе Кабилие, составляют наибольшее количество христиан, за ними следуют методисты и члены других протестантских конфессий, католики и адвентисты седьмого дня. Значительная часть проживающих в стране христиан-иностранцев — студенты и нелегальные иммигранты из стран Африки к югу от Сахары, стремящиеся попасть в Европу; их количество трудно оценить.

    По соображениям безопасности, в основном из-за гражданского конфликта, христиане в середине 1990-х годов сконцентрировались в крупных городах Алжире, Аннабе и Оране.

    В течение отчетного периода пресса часто сообщала о том, что христианское прозелитирование привело к обращению в христианство значительного числа мусульман в районе Кабилие. Однако христианские источники сообщили, что эти цифры преувеличены, и правительство оценило количество обращений, имевших место в 2007 году, в 140 человек.Судя по отчетам, граждане, а не иностранцы, составляют большинство из тех, кто активно обращается в свою веру в Кабыле.

    С 1994 года еврейская община практически исчезла из-за опасений террористического насилия. Еврейская община не действовала, синагоги оставались закрытыми.

    В Алжире церковные службы посещают в основном члены дипломатического сообщества, иностранные бизнесмены из западных стран, мигранты из Африки к югу от Сахары и несколько местных христиан.

    1. Проект набора данных «Религиозные характеристики штатов»: «Религиозные предпочтения правительства» (GRP) измеряют фаворитизм на правительственном уровне по отношению к 30 религиозным конфессиям и негативное отношение к ним. Серия упорядоченных категориальных переменных индексирует институциональный фаворитизм государства 28 различными способами. Переменные объединены в пять составных индексов для пяти широких компонентов государственной религии: официальный статус, религиозное образование, финансовая поддержка, регулятивное бремя и свобода вероисповедания.Составные части пяти компонентов, в свою очередь, далее объединяются в единую общую оценку — оценку GRP. Проект RCS Data Project хотел бы поблагодарить, признать и выразить нашу глубочайшую благодарность за значительный вклад Тодда М. Джонсона, главного исследователя Всемирной христианской базы данных, одного из главных исследователей Всемирной базы данных религий и соавтора. из серии «Всемирная христианская энциклопедия».

    2. Проект набора данных «Религиозные характеристики штатов»: «Демография» предоставляет ежегодные оценки религиозной демографии как по странам, так и по регионам.Он оценивает население и процент приверженцев 100 религиозных конфессий, включая подразделения второго уровня в христианстве и исламе. Проект RCS Data Project хотел бы поблагодарить, признать и выразить нашу глубочайшую благодарность за значительный вклад Тодда М. Джонсона, главного исследователя Всемирной христианской базы данных, одного из главных исследователей Всемирной базы данных религий и соавтора. из серии «Всемирная христианская энциклопедия».

    3. Отчет Государственного департамента США о свободе вероисповедания в мире ежегодно представляется в Конгресс Государственным департаментом в соответствии с разделом 102 (b) Закона о международной религиозной свободе (IRFA) 1998 года. Этот отчет дополняет самые последние отчеты о правах человека, предоставляя дополнительная подробная информация по вопросам, касающимся международной свободы вероисповедания. Он включает главы по отдельным странам, посвященные статусу свободы вероисповедания во всем мире. Набор данных с этими и другими международными показателями, выделенными на страницах стран, можно загрузить с этого веб-сайта.Эти отчеты Госдепартамента имеют открытый исходный код.

    религиозных верований в Алжире — WorldAtlas

    Местная мечеть в Тлемсене, Алжир.

    Исламская религия в Алжире доминирует над его демографией, около 99% населения являются последователями этой веры. Подавляющее большинство из них исповедуют суннитский ислам. По оценкам статистики Госдепартамента США, в Алжире проживает всего около 100000 христиан, большинство из которых протестанты, и около 2000 евреев.Свобода религии регулируется конституцией, в которой ислам объявлен государственной религией. Однако он запрещает любую дискриминацию и допускает свободу вероисповедания и убеждений.

    Ислам суннитского толка

    Ислам суннитского толка в Алжире составляет большинство населения. Большинство государственных чиновников в Алжире — сунниты, и поэтому алжирская политика вращается вокруг суннитских верований и обычаев.Конституция Алжира включает все исламские верования. Ни один закон в стране не может противоречить исламской вере и учениям.

    Иудаизм

    Иудаизм в Алжире восходит к 14 веку, когда евреи в больших количествах мигрировали в Алжир после преследований и изгнания из Испании. Шесть веков спустя, в 1934 году, мусульмане, подстрекаемые к действиям нацистской Германии, убили массы евреев и еще много ранили.С 1940 года и далее евреи подвергались преследованиям как в социальном, так и в экономическом плане. После того, как Алжир получил независимость от Франции, правительство стало еще более враждебным по отношению к евреям, вынудив большинство из них мигрировать во Францию ​​или в другие места.

    Протестантское христианство

    Протестантизм в Алжире присутствует в Алжире со времен французского владычества.У них был свой первый синод в 1843 году, когда французские методисты начали миссионерскую работу. В 1914 году американские методисты присоединились к французским методистам в миссионерской и евангелической работе. В 1972 году французы и американцы объединились, чтобы сформировать протестантскую церковь Алжира. Протестанты в Алжире насчитывают от 50 000 до 100 000 человек.

    Шиитский ислам

    В Алжире мало мусульман-шиитов, это остаток населения тех, кто жил в средние века.В конце 9 века Абдулла начал движение и сумел обратить многих кутамских берберов в шиитский ислам. Сегодня они составляют около 2% от общей численности населения Алжира. Сунниты не считают мусульман-шиитов истинными мусульманами. Они признают только двенадцать имамов своими религиозными лидерами и считают, что суннитские лидеры незаконно восстановили неправильных людей в качестве лидеров после смерти Пророка Мухаммеда.

    Свобода вероисповедания и терпимость в Алжире

    Христианам и евреям обычно разрешается исповедовать свою веру без вмешательства со стороны правительства.Закон признает браки между мужчинами-мусульманами и немусульманками, но не мусульманками с мужчинами-немусульманами. Дети следуют религии своих отцов. Немусульмане живут под угрозой со стороны вооруженных исламских группировок, которые пытаются избавить страну от любых лиц, не разделяющих их убеждений. Другие религии в Алжире включают ислам ибади, римско-католическое христианство, веру бахаи, ислам ахмади и атеизм.

    Религиозные верования в Алжире

    Бенджамин Элиша Саве в Обществе
    1. Дом
    2. Общество
    3. Религиозные верования в Алжире

    Гражданские войны, политика и религия в Алжире

    Резюме

    Исламистское движение в Алжире и исламистские идеи (политизированные / возрожденческие, исламский реформизм) восходят к колониальному периоду.В то время как радикальные исламистские группы (RIG) и салафитские джихадистские группы (SJG) продемонстрировали высокий уровень насилия более заметно в 1990-х годах, после возвращения так называемых афганцев, которые тренировали советские войска и сражались с ними в Афганистане, радикальный исламизм стал возникли в разные периоды истории Алжира. В 1960-х годах RIG стремились запугать западную молодежь и женщин. В 1970-х и 1980-х годах SJG почти уничтожили государство в результате свирепого вооруженного мятежа. Основные группировки группировки в Алжире, Аль-Каида в Исламском Магрибе (АКИМ) и Джунд-эль-Халифа, являются частью транснациональных экстремистских организаций, таких как Аль-Каида и, с 2014 года, так называемое Исламское государство (ИГ). соответственно.

    Политический ислам в Алжире принимал различные формы: от квиетистских групп до мирных братьев-мусульман и кровавых вооруженных группировок, таких как Вооруженные исламские группы (ВИГ) 1990-х годов или Аль-Каида в исламском Магрибе, пришедшая на смену салафитской группировке. Проповедь и борьба SGPC. Какую бы форму ни приняло движение в последнее время, нельзя понять исламизм, не изучив колониальную историю Алжира и непреходящий кризис идентичности, который он породил среди алжирских мусульман.Вскоре после колониального вторжения сопротивление Франции часто выражалось в исламских терминах, таких как джихад или священная война против неверных. Во время национально-освободительной войны [1954–1962] националистическое движение называло бойцов моджахедами (святыми воинами). Сама алжирская идентичность часто выражается в отношении ислама, который доминирует над социальной и культурной личностью. Ислам и исламизм служили средствами противостояния сменяющим друг друга действующим режимам с момента обретения независимости. Действительно, оппозиция социализму 1960-х и 1970-х годов исходила от религиозных деятелей.В конце 1980-х — начале 1990-х годов Исламский фронт спасения (ФИС), массовая партия, стремился захватить власть и создать государство, в котором можно было бы применять законы шариата. Отмена избирательного процесса привела к кровавой междоусобной войне, в которой силы безопасности столкнулись с ГП разных вероисповеданий. Гражданская война унесла жизни около 100 000 человек, в основном мирных жителей. Однако у алжирского исламизма также есть выборные представители, а легальные исламистские партии представлены в правительстве.Исламизм или исламистские идеи, присутствовавшие во время антиколониальной борьбы, переплетаются с радикальными джихадистскими группировками, которые существуют сегодня в регионе и стране. Алжир пережил почти десятилетний ужасный период гражданской войны, который утих к концу 1990-х годов. Последовавшая за этим Национальная хартия мира и примирения 2005 года обеспечила политическую основу стабильности в стране.

    Алжир: подавление протестантской веры

    (Бейрут). Недавнее закрытие трех протестантских церквей и нападение полиции на прихожан в одной церкви являются последними примерами репрессий в отношении этого крошечного религиозного меньшинства в Алжире, заявила сегодня Хьюман Райтс Вотч.Правительство должно немедленно открыть церкви и публично взять на себя обязательство защищать свободу всех религиозных общин в Алжире.

    Полиция совершила рейд и закрыла самую большую протестантскую церковь в стране, Церковь Полного Евангелия, в Тизи-Узу, 15 октября 2019 г., и напала на прихожан, в том числе на Салаха Халаха, пастора церкви и президента протестантской церкви Алжира (Eglise Protestante d’Algérie, EPA), — сообщил Хьюман Райтс Вотч Хала. На следующий день полиция опечатала две другие церкви в провинции Тизи-Узу.17 октября полиция арестовала, а затем отпустила десятки протестантов, протестовавших против подавления протестов перед мухафазой Тизи-Узу.

    «Власти Алжира должны предоставить религиозным меньшинствам такую ​​же свободу исповедовать свою веру, что и мусульманское большинство», — сказала Сара Лия Уитсон, директор Хьюман Райтс Вотч по Ближнему Востоку и Северной Африке. «Всем церквям, которые были произвольно закрыты, следует разрешить вновь открыться».

    Три закрытия увеличивают количество протестантских церквей, закрытых властями с ноября 2018 года, до 12, заявила протестантская церковь Алжира, в основном на том основании, что государство не дало разрешения на использование этих мест в качестве мест отправления религиозных обрядов, поскольку требуется Постановлением 06-03 от 2006 г. «Регулирование исповедания религий, отличных от ислама.Протестантская церковь Алжира заявила, что власти редко одобряют их заявления, что подвергает их церкви постоянному риску закрытия.

    Власти также отказались продлить статус протестантской церкви Алжира как юридически признанной ассоциации, который она имела с 1974 года. Закон 2012 года требует от ассоциаций перерегистрации.

    Чала сказал, что получил повестку из полиции Тизи-Узу 12 октября 2019 года. Когда он явился на следующий день, офицер попросил его подписать приказ губернатора закрыть его церковь, что он отказался сделать.

    15 октября около 17:00, вскоре после послеобеденной молитвы, полиция ворвалась в церковь и выгнала около 15 прихожан, сообщил Хьюман Райтс Вотч Хала. Он сказал, что они применили дубинки и ранили его и еще нескольких человек. Он получил медицинскую справку из больницы Недира Мохамеда в Тизи-Узу, которую проверила Хьюман Райтс Вотч, в которой говорилось, что он получил травму левой ноги, требующую восьмидневного отдыха.

    Протестантская церковь Алжира имеет 46 дочерних церквей, сказал Халах.

    В соответствии с Законом об ассоциациях 2012 года протестантская церковь Алжира после общего собрания подала свои регистрационные документы в Министерство внутренних дел 11 августа 2014 года и снова в июле 2015 года по почте, но так и не получила регистрацию. квитанция, несмотря на несколько попыток проверить, сказал Чала.

    Он сообщил Хьюман Райтс Вотч, что протестантская церковь Алжира также пыталась соблюдать Постановление 06-03, которое разрешает коллективное богослужение только в здании, предназначенном для этой цели, и с предварительного разрешения Национальной комиссии по исповеданию религий. будет создан в рамках Министерства по делам религий.

    Он сказал, что в октябре 2008 года он отправил запрос на использование здания, принадлежащего протестантской общине в Тизи-Узу, и неоднократно повторял свой запрос, но не получил ответа. Он сказал, что десятки других церквей безрезультатно запрашивали разрешение у этого министерства.

    Хьюман Райтс Вотч проверила ордер на опечатывание дверей Церкви Полного Евангелия. От 9 октября 2019 года в нем говорится, что власти решили закрыть церковь до тех пор, пока пастор Салах Халлах не упорядочит свой статус в соответствии с Постановлением 06-03 и Законом об ассоциациях.

    В июне 2018 года министр по делам религий Мохамед Айсса отрицал преследования протестантов. Он сказал, что церкви закрываются из-за их «несоответствия законам». Конституция Алжира, которая гарантирует свободное исповедание религии, требует, чтобы люди, пользующиеся этой свободой, уважали в ответ законы республики ».

    Согласно Международному пакту о гражданских и политических правах, который ратифицировал Алжир, правительства должны гарантировать право на свободу религии, мысли и совести каждого человека, находящегося под их юрисдикцией, и в особенности религиозных меньшинств.Это право включает свободу исповедовать религию или убеждения по своему выбору публично или в частном порядке, в одиночку или с другими.

    Конституция Алжира предусматривает свободу вероисповедания, но гласит, что «осуществление этой свободы должно осуществляться в соответствии с законом». Постановление 06-03 от 28 февраля 2006 г. ограничивает свободу вероисповедания немусульман и дискриминирует их, вводя ограничительные правила в отношении отправления религиозных обрядов, которые не распространяются на мусульман. Коллективное богослужение может проходить только в здании, предназначенном для этой цели и с предварительного разрешения Национальной комиссии по религиозным вопросам.Коллективное богослужение могут организовывать только религиозные организации, созданные в соответствии с законом.

    Согласно Постановлению 06-03, прозелитизм немусульман является уголовным преступлением и влечет за собой максимальное наказание в размере 1 миллиона динаров (8 347 долларов США) и до пяти лет тюремного заключения для любого, кто «подстрекает, сдерживает или использует средства соблазнения, преследуя цель». обратить мусульманина в другую религию; или используя с этой целью учебные, образовательные, медицинские, социальные, культурные, учебные заведения… или любые финансовые средства.Постановление 06-03, вводя общие запреты на прозелитизм, которые применяются только к немусульманам, нарушает право человека в соответствии с МПГПП на «свободу иметь или принимать религию или убеждения по своему выбору».

    Указ и закон об ассоциациях использовались для преследования других религиозных меньшинств. Множество ахмадийцев, называющих себя мусульманами, были привлечены к уголовной ответственности с июня 2016 года, а некоторые были приговорены к тюремному заключению на срок до шести месяцев. Уголовный кодекс Алжира также предусматривает уголовную ответственность за «оскорбление пророка Мухаммеда» и порочение веры или пророков ислама.6 сентября 2016 года власти использовали эти положения, чтобы осудить и приговорить Слимана Буафса, новообращенного христианина, к трем годам тюремного заключения. Освободился в апреле 2018 года.

    «Власти Алжира могут принимать законы, регулирующие религиозные обряды, но не законы, которые носят дискриминационный характер и применяются таким образом, что усугубляют эту дискриминацию», — сказал Уитсон.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.

    2019 © Все права защищены. Карта сайта
    Ранг Религия Население (%)
    1 Мусульмане 99
    2 Другое 1