Велосипедистка: Недопустимое название — Викисловарь

Содержание

ВЕЛОСИПЕДИСТКА — это… Что такое ВЕЛОСИПЕДИСТКА?

ВЕЛОСИПЕДИСТКА
ВЕЛОСИПЕДИСТКА

Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935-1940.

.

Синонимы:
  • ВЕЛОСИПЕДИСТ
  • ВЕЛОСИПЕДНЫЙ

Смотреть что такое «ВЕЛОСИПЕДИСТКА» в других словарях:

  • велосипедистка — ВЕЛОСИПЕДИСТ, а, м. Спортсмен, занимающийся велосипедным спортом; ездок на велосипеде. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 …   Толковый словарь Ожегова

  • велосипедистка — сущ., кол во синонимов: 2 • спортсменка (92) • шоссейница (1) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 …   Словарь синонимов

  • Велосипедистка — ж. жен. к сущ. велосипедист Толковый словарь Ефремовой. Т. Ф. Ефремова. 2000 …   Современный толковый словарь русского языка Ефремовой

  • велосипедистка — велосипедистка, велосипедистки, велосипедистки, велосипедисток, велосипедистке, велосипедисткам, велосипедистку, велосипедисток, велосипедисткой, велосипедисткою, велосипедистками, велосипедистке, велосипедистках (Источник: «Полная… …   Формы слов

  • велосипедистка — велосипед истка, и, род. п. мн. ч. ток …   Русский орфографический словарь

  • велосипедистка — и. Жін. до велосипедист …   Український тлумачний словник

  • велосипедистка — см. велосипедист; и; мн. род. ток, дат. ткам; ж …   Словарь многих выражений

  • велосипедистка — іменник жіночого роду, істота …   Орфографічний словник української мови

  • велосипедистка — велосипед/ист/к/а …   Морфемно-орфографический словарь

  • женщина-велосипедистка — женщина велосипедистка, женщины велосипедистки …   Орфографический словарь-справочник


Австрийская велосипедистка Кизенхофер стала олимпийской чемпионкой в шоссейной гонке — Спорт

ТОКИО, 25 июля. /ТАСС/. Австрийка Анна Кизенхофер стала победительницей шоссейной велогонки на Олимпийских играх в Токио.

Кизенхофер преодолела дистанцию в 137 километров за 3 часа 52 минуты и 45 секунд. Второе место заняла Аннамик ван Флютен (Нидерланды), третьей стала Элиза Лонго Боргини из Италии.

Россиянка Тамара Дронова финишировала 39-й.

В медальном зачете лидирует сборная Китая, на счету которой четыре золотые, одна серебряная и три бронзовые медали. Второй идет команда Японии (3-1-0), третьей — команда США (2-2-4). Сборная России располагается на пятой строчке (1-2-1). Для австрийских спортсменов эта медаль стала первой на текущей Олимпиаде.

Олимпиада завершится 8 августа.

Таблица медалей XXXII летних Олимпийских игр

СтранаЗолотоСереброБронзаСумма
1Китай4138
2Япония3104
3США2248
4Южная Корея2024
5Россия1214
6Австралия1113
6Венгрия1113
6Италия1113
9Тунис1102
10Иран1001
10Косово1001
10Таиланд1001
10Эквадор 1001
10Австрия1001
15Канада0202
16Нидерланды0202
17Сербия0112
18Румыния0101
18Бельгия0101
18Испания0101
18Индия0101
18Тайвань0101
18Болгария0101
18Бразилия0101
25Германия0022
26Швейцария
0
011
26Индонезия0011
26Мексика0011
26Словения0011
26Франция0011
26Монголия0011
26Казахстан0011
26Эстония0011
26Украина0011
26Израиль0011

Одинокая велосипедистка | Библиотека СЕРАНН

Годы с 1894 по 1901 были периодом очень напряженной деятельности Шерлока Холмса. Пожалуй, ни одно трудное расследование за эти восемь лет не обошлось без его совета. Частные расследования, в которых он сыграл выдающуюся роль, исчисляются сотнями, причем многие из них оказались чрезвычайно запутанными и необычными. Каков итог этих лет? Множество блестящих побед и несколько, увы, неизбежных неудач. Поскольку я сохранил самые подробные записи всех дел и часто сам в них участвовал, мне, естественно, трудно решить, что же наиболее достойно опубликования. Я последую старому моему правилу: отдавать предпочтение тем случаям, которые представляют интерес не с точки зрения чудовищности преступления, а с точки зрения тонкости и драматической неожиданности его раскрытия. Вот почему мне хотелось бы описать дело мисс Вайолет Смит, одинокой велосипедистки из Чарлингтона, и весьма интересное расследование, неожиданно оборвавшееся трагедией. Я бы не сказал, что дело это особенно ярко иллюстрировало удивительный дар, снискавший моему другу заслуженную славу. Однако есть в нем некоторые особенности, благодаря которым оно занимает выдающееся место в хронике преступлений, из которых я черпаю материал для моих настоящих очерков.

Вот записная книжка 1895 года. Да, впервые мы увидели мисс Вайолет Смит в субботу 23 апреля. Я помню, что визит ее был очень нежелателен для Холмса: он был всецело поглощен одним сложным и загадочным делом — преследованием, которому подвергся Джон Винсент Хартен, известный табачный фабрикант-миллионер. Холмс любил больше всего точную, углубленную и сосредоточенную работу мысли и терпеть не мог, когда его отвлекали от разбираемого дела. Но надо было обладать особой черствостью, чтобы отказаться выслушать молодую прекрасную женщину, высокую, стройную и гордую, как королева, которая пришла к нам на Бейкер-стрит поздно вечером, умоляя помочь ей. Холмс уверял ее, что он занят, но это было бесполезно, ибо молодая дама, видимо, твердо решила, что не уйдет, пока Холмс не выслушает ее, и выдворить ее можно было разве что силой. Холмс смирился и, устало улыбаясь, предложил прелестной посетительнице сесть и рассказать, что ее так встревожило.

— Уж, конечно, не здоровье! — заключил Холмс, окинув ее быстрым проницательным взглядом. — У такой заядлой велосипедистки плохого здоровья быть не может!

Та взглянула на свои ноги: действительно, край ботинка был чуть-чуть стерт от частого соприкосновения с педалью велосипеда.

— Да, я много езжу на велосипеде, мистер Холмс, и это имеет прямое отношение к цели моего визита.

Холмс подошел к ней и взял ее за руку (наша посетительница не носила перчаток). Он стал рассматривать ее руку так внимательно и бесстрастно, как ученый рассматривает редкого представителя животного или растительного мира.

— Вы, надеюсь, извините меня. Такова моя профессия, — сказал он, опуская ее руку. — Я чуть не ошибся: решил было, что вы машинистка. Но, конечно, вы занимаетесь музыкой. Уотсон, обратите внимание на сплющенные кончики пальцев. Характерно и для пианиста и для машинистки. Но в вашем лице есть одухотворенность. — Холмс мягким движением повернул ее лицо к свету. — Машинисткам она несвойственна. Сомнений нет, наша гостья занимается музыкой.

— Да, мистер Холмс, я учительница музыки.

— И живете за городом, судя по цвету лица.

— Вы не ошиблись. Около Фарнема на границе с Сурреем.

— Прекрасное место. У нас с ним связано много воспоминаний. Помните, Уотсон, мы занимались там Арчибальдом Стенфордом, подделавшим документы? Ну, хорошо. Расскажите нам, мисс Вайолет, что же с вами случилось недалеко от Фарнема на границе с графством Суррей?

Молодая дама изложила очень ясно и точно следующее весьма странное происшествие.

— Мой покойный отец, мистер Холмс, Джеймс Смит был дирижером оркестра в одном театре. Когда он умер, у нас с мамой не оказалось ни одного близкого человека, кроме моего дяди, Ральфа Смита. Но он уехал в Африку двадцать пять лет назад, и мы ничего о нем по сей день не знаем. После смерти отца мы остались совершенно без средств. И вот однажды нам сказали что в «Таймсе» напечатано объявление о том, что нас кто-то разыскивает. Вы можете легко представить себе наше волнение. Мы решили, что кто-то оставил нам наследство, и тут же отправились к юристу, имя которого сообщалось в объявлении. У юриста нам представили двух джентльменов, мистера Каррутерса и мистера Вудли, — они жили в Южной Африке и приехали домой погостить. Эти джентльмены сказали нам, что дядя был их друг и что он умер в совершенной нищете несколько месяцев назад в Иоганнесбурге. Умирая, дядя просил их найти нас и помочь нам, если мы нуждаемся. Нам показалось странным, что дядя Ральф, который знать нас не хотел, когда был жив, вдруг, умирая, проявил такую заботу. Однако мистер Каррутерс объяснил, что дядя услышал о смерти брата только перед самой своей смертью и очень беспокоился о нашей судьбе.

— Простите, — сказал Холмс, — а когда произошел этот разговор?

— В декабре прошлого года — четыре месяца назад.

— Прошу вас, продолжайте.

— Этот мистер Вудли сразу же вызвал у меня отвращение. Он строил мне глазки — пошлый молодой человек с одутловатым лицом, рыжими усиками и прилизанными волосами. Он показался мне омерзительным; я была уверена, что Сирил не одобрил бы такое знакомство.

— Его зовут Сирил? — сказал Холмс, улыбаясь.

Молодая посетительница покраснела и засмеялась.

— Да, мистер Холмс, его зовут Сирил Мортон. Он инженер-электрик, и, надеюсь, мы обвенчаемся в конце лета. Господи, но как же так получилось, что я о нем заговорила? Я только хотела сказать, что этот мистер Вудли показался мне отвратительным, а мистер Каррутерс, который был гораздо старше, производил скорее приятное впечатление. Темноволосый. Цвет лица желтоватый, нездоровый. Чисто выбрит. У него хорошие манеры и приятная улыбка. Он почти все время молчал, спросил только, какие у нас средства остались после смерти отца, и, узнав, что нам совсем не на что жить, предложил, чтобы я учила музыке его единственную дочь десяти лет. Я ответила, что мне не хочется оставлять мать одну, но он сказал, что на субботу и воскресенье я могу ездить домой. Он будет платить мне сто гиней в год — очень, конечно, хорошие деньги. В конце концов я согласилась и отправилась жить в Чилтерн-Грэйндж, в шести милях от Фарнема. Мистер Каррутерс был вдов, хозяйство вела экономка, очень почтенная пожилая женщина — миссис Диксон. Девочка была просто прелесть. Словом, все оборачивалось наилучшим образом. Сам мистер Каррутерс был очень мил, любил музыку, и вечера поэтому проходили очень приятно. А каждую субботу я уезжала домой в город.

Первым облачком, омрачившим мою жизнь, был приезд мистера Вудли, того самого молодого человека с рыжими усиками. Он приехал на неделю, но эта неделя показалась мне длиннее, чем три месяца! Он был ужасный человек, всем грубил и всех тиранил, но хуже всего было его отношение ко мне. Он ухаживал за мной самым настойчивым, самым пошлым образом, без конца хвалился своим богатством, повторял, что если бы я вышла за него замуж, то у меня были бы лучшие бриллианты в Лондоне, и наконец, когда я объявила ему, что не желаю иметь с ним ничего общего, он обнял меня, несмотря на мое сопротивление, и поклялся, что не отпустит, пока я его не поцелую. Он был страшно силен, и я не могла вырваться из его объятий. К счастью, тут вошел мистер Каррутерс и буквально оттащил его от меня, после чего нахал набросился на хозяина дома, сбил его с ног и ударил по лицу. На этом пребывание мистера Вудли в доме в качестве гостя закончилось. Мистер Каррутерс извинился передо мной на следующий день и уверил меня, что никогда впредь я не подвергнусь подобному унижению, — он позаботится об этом. Действительно, мистер Вудли с тех пор исчез.

Теперь, мистер Холмс, я перехожу к событию, которое побудило меня обратиться к вам за советом. Каждую субботу я езжу на станцию Фарнем на велосипеде, чтобы успеть на поезд 12.22. Дорога от Чилтерн-Грэйндж до станции безлюдна, а особенно она безлюдна там, где с одной стороны Чарлингтонская пустошь, а с другой — леса вокруг Чарлингтон-холла. Этот участок дороги тянется больше мили, и трудно себе представить более пустынную местность. Редко-редко встретишь телегу или одиноко бредущего крестьянина — и так до самого Круксбери-хилла, где дорога выходит на шоссе. Проезжая по этому месту две недели назад, я случайно оглянулась и увидела на расстоянии примерно двух сотен ярдов от меня велосипедиста. Это был мужчина средних лет, и я заметила у него короткую черную бородку. Потом я оглянулась опять, но велосипедист исчез, и я о нем забыла. Представьте мое удивление, мистер Холмс, когда, возвращаясь назад в понедельник, я заметила опять того же велосипедиста в том же самом месте. Мое удивление возросло еще больше, когда та же история в точности повторилась и в следующую субботу и затем в понедельник. Велосипедист все время держался на почтительном расстоянии от меня, и я никак не могла бы назвать его поведение назойливым. И все-таки в этом было что-то странное и неприятное. Я рассказала все мистеру Каррутерсу, он встревожился и сказал, что заказал лошадь и легкую рессорную коляску, так что я больше не буду ездить одна по этой безлюдной дороге.

Лошадь и коляску нам обещали доставить на этой неделе, но почему-то не доставили, и сегодня утром мне пришлось опять ехать одной на велосипеде до станции. Когда я подъезжала к Чарлингтонской пустоши, я оглянулась — опять тот же велосипедист. Он опять держался от меня на расстоянии, и я не могла разглядеть его лица, но одно несомненно: я его не знаю. На нем был темный костюм, на голове кепка. Что касается черт его лица, то я видела ясно лишь черную бородку. Почему-то сегодня я не была испугана. Меня охватило любопытство: кто он и что ему нужно от меня. Я сбавила скорость. Он сбавил скорость тоже. Я остановилась. Он остановился. Ну хорошо же! Там, где дорога круто поворачивает, я быстро проехала поворот, а затем круто остановилась и стала ждать. Я думала, он вылетит из-за поворота и проскочит мимо меня, не успев остановиться. Ничего подобного! Он так и не показался. Я села на велосипед и поехала назад. Вот и поворот, за ним видна добрая миля дороги, но велосипедист исчез. А ведь дорога нигде не ответвлялась! Куда он исчез?

Тут Холмс засмеялся, потирая от удовольствия руки.

— Да, случай своеобразный, что и говорить, — сказал он. — Не могли ли бы вы сказать мне, сколько времени прошло с того момента, как вы проехали поворот, и до того, когда вы увидели, что на дороге никого нет?

— Не более двух-трех минут.

— Значит, он не мог успеть за это время ни скрыться, двигаясь обратно по дороге, ни свернуть, потому что никаких ответвлений у дороги нет.

— Совершенно никаких.

— Тогда он свернул на какую-нибудь тропинку влево или вправо.

— Только не на пустошь. Я бы увидела его.

— С помощью метода исключения мы должны сделать вывод, что велосипедист уехал в сторону усадьбы Чарлингтон-холл, которая стоит, если не ошибаюсь, недалеко от дороги. Что еще вы можете сказать?

— Ничего, мистер Холмс, кроме того, что это меня сильно взволновало, и я поняла, что не успокоюсь, пока не разыщу вас и не попрошу у вас совета.

Некоторое время Холмс молчал.

— А где работает тот джентльмен, с которым вы помолвлены? — наконец спросил он.

— В компании «Мидленд электрик», в Ковентри.

— Мог бы он неожиданно нагрянуть к вам, не сообщив предварительно о своем визите?

— Что вы, мистер Холмс! Никогда в жизни. Я достаточно хорошо его знаю!

— Есть у вас еще поклонники?

— Было несколько перед тем, как я познакомилась с Сирилом.

— А потом?

— Потом этот ужасный Вудли, если, конечно, можно назвать его поклонником.

— А кто-нибудь еще?

Наша прелестная посетительница была, видимо, несколько смущена.

— Так кто же? — повторил Холмс.

— Я не знаю, может быть, это — мое воображение, но иногда мне кажется, что мистер Каррутерс, у которого я работаю, не совсем ко мне… равнодушен. Мы ведь проводим столько времени вместе! Я ему аккомпанирую по вечерам. Он никогда и словом не обмолвился ни о чем. Он настоящий джентльмен. Но вы знаете, что любая девушка догадывается о таких вещах без слов.

— Хм, — Холмс нахмурился. — Чем он зарабатывает на жизнь?

— Он богатый человек.

— И не держит выезд?

— Во всяком случае, он вполне обеспечен. Раза два или три в неделю он отправляется в город. Его интересуют акции южноафриканских золотых приисков.

— Я попрошу вас, мисс Смит, уведомлять меня обо всех дальнейших событиях. Я теперь очень занят, но я найду время, чтобы навести некоторые справки, касающиеся вашего дела. А пока что, прошу вас, не предпринимайте без моего ведома никаких шагов. До свидания, и надеюсь, что мы услышим от вас хорошие вести.

Посетительница ушла.

— Что ж, это естественно, что у такой девушки есть поклонники, — проговорил Холмс, пыхтя своей трубкой. — И один из них решил ее преследовать на велосипеде на безлюдной дороге. Наверняка ее тайный воздыхатель. Но, между прочим, Уотсон, в этом деле есть интересные детали, наводящие на размышления.

— Вы хотите сказать: странно, что этот воздыхатель появляется только на одном участке дороги.

— Совершенно верно. Прежде всего мы должны выяснить, кто живет в Чарлингтон-холле. Затем надо узнать, что связывает Каррутерса и Вудли, поскольку ясно, что люди они совершенно разные. Почему оба они начали с таким рвением разыскивать родственников Ральфа Смита? Еще одна неясность: что это за странный хозяин, который платит гувернантке жалованье вдвое выше обычного и в то же время не держит лошадей, хотя живет в шести милях от станции? Да, Уотсон, все это странно, очень странно.

— Вы поедете туда?

— Нет, дорогой Уотсон. Поедете вы. В конце концов, возможно, что это какая-нибудь пустяковая интрижка, и я не могу ради нее прерывать важное расследование. В понедельник рано утром поезжайте в Фарнем, спрячьтесь недалеко от Чарлингтон-холла, наблюдайте и действуйте по своему усмотрению. Затем вы должны разузнать, кто живет в этом Чарлингтон-холле, вернуться и рассказать мне обо всем, что узнали. А теперь, Уотсон, ни одного больше слова об этом деле, пока у нас нет надежных фактов, которые привели бы нас к решению вопроса.

От нашей посетительницы мы узнали, что поезд, с которым она возвращается в понедельник, отходит от Ватерлоо в 9 часов 50 минут. Поэтому я отправился из дому очень рано и выехал в 9 часов 13 минут. На станции Фарнем мне объяснили, где находится Чарлингтон-холл, и я нашел его без труда. Ошибиться было невозможно: по одну сторону дороги тянется пустошь, а по другую — живая изгородь из старых тиссов, за которой начинается парк с великолепными деревьями. Главные ворота парка сложены из замшелого камня, и оба столба увенчаны позеленевшими дворянскими гербами. Кроме главного входа, я заметил несколько тропинок между тиссами. Дом не был виден с дороги, но все окружающее говорило о заброшенности и запустении.

Равнина была усеяна золотыми островами цветущего дрока, который так и пылал в лучах яркого весеннего солнца. Я спрятался за одним из таких островков так, чтобы видеть и ворота усадьбы и достаточно большой участок дороги в обе стороны. На дороге не было ни души. Затем я увидел велосипедиста. Он ехал по направлению к станции. Он был в черном костюме, и я заметил, что у него темная бородка. Он достиг того места, где начиналось поместье Чарлингтон, спрыгнул с велосипеда, пошел, ведя велосипед к одной из тропинок, и скрылся за тиссами вместе со своим велосипедом.

Прошло четверть часа и я увидел нашу велосипедистку — она возвращалась со станции. Поравнявшись с усадьбой Чарлингтон, она оглянулась. Несколько мгновений спустя велосипедист вышел из своего убежища, сел на велосипед и последовал за ней. Нигде кругом — от горизонта и до горизонта — не было ни души; только две одинокие фигуры — изящная девушка, державшаяся очень прямо, а на некотором расстоянии от нее — пригнувшийся к самому рулю бородатый преследователь, явно замышляющий что-то. Она оглянулась и сбавила скорость. Он тоже сбавил скорость. Она остановилась. И он остановился, сохраняя расстояние в двести ярдов. Ее следующее движение было смелым и неожиданным. Она повернула велосипед и ринулась ему навстречу! Однако он выказал не меньше проворства и помчался назад. Затем она повернула обратно и поехала дальше. Голова у нее была гордо поднята, словно она не желала больше замечать своего преследователя. Он тоже повернул и поехал за ней, сохраняя ту же дистанцию, и наконец обе фигуры скрылись за поворотом.

Я не покинул своего убежища. И правильно сделал, ибо вскоре я снова увидел велосипедиста — он возвращался обратно. У ворот усадьбы он повернул и слез с велосипеда. В течение нескольких минут я все еще мог видеть его: он стоял под деревьями, и мне показалось, что он поправляет галстук. Затем он вскочил на велосипед и поехал по аллее, ведущей к дому. Я побежал к изгороди. Сквозь деревья я разглядел старое серое здание в стиле Тюдор, ощетинившееся трубами, но так как аллея шла через густой кустарник, велосипедиста больше не было видно.

Так или иначе, мне представлялось, что я неплохо поработал, и в отличном расположении духа я вернулся в Фарнем. Местный агент по продаже недвижимого имущества не мог дать мне никаких сведений о Чарлингтон-холле и посоветовал обратиться к известной фирме на Пэл-Мэл. Я зашел туда по пути домой. Представитель фирмы оказался воплощенной любезностью. «Я хотел бы снять Чарлингтон-холл на лето?» «Нет, к сожалению, это невозможно. Поздно. Дом сдали примерно месяц назад. Арендовавшего этот дом зовут мистером Уильямсоном. Весьма почтенный пожилой джентльмен». Вежливый представитель больше ничего, к сожалению, сообщить не мог, поскольку деловые операции клиентов фирма хранит в строгой тайне.

Вечером Шерлок Холмс с большим вниманием выслушал мой пространный доклад, но отнюдь не похвалил меня, на что я, признаться, весьма рассчитывал. Наоборот, его суровое лицо стало еще более суровым, когда он комментировал то, что я сделал, и то, что я должен был сделать.

— Во-первых, мой дорогой Уотсон, вы неудачно выбрали пункт наблюдения. Вы должны были спрятаться за изгородью — тогда вы смогли бы увидеть с близкого расстояния интересующее нас лицо. Вы же были от него в нескольких стах ярдов и поэтому можете сообщить мне даже меньше, чем мисс Смит. Она полагает, что велосипедист незнаком ей; я же, напротив, убежден, что она знает его. Иначе зачем бы он старался держаться от нее подальше? Вы говорите, что он низко пригнулся над рулем. Тоже затем, чтобы скрыть лицо! Словом, вы здорово прошляпили. Этот велосипедист скрылся в доме, и вы хотели выяснить, кто он. Для этого вы отправились к лондонскому агенту по недвижимому имуществу!

— А что мне было делать? — спросил я, начиная горячиться.

— Что? Отправиться в ближайший кабачок! Центр всех местных сплетен. Там бы вам сообщили имя любого обитателя дома — от хозяина до судомойки. Уильямсон! Это ровно ничего не говорит мне. Если он пожилой человек, то он не может быть велосипедистом, который сумел успешно скрыться от погони этой молодой, сильной спортсменки. Что нам дала ваша поездка? Ничего, кроме того, что наша посетительница сказала нам правду. А я и не сомневался в этом. Как не сомневался в том, что между велосипедистом и Чарлингтон-холлом есть связь. Это поместье арендовано неким Уильямсоном. Что из этого следует? Решительно ничего. Ну, ну, не расстраивайтесь. До следующей субботы мы мало что можем сделать, а пока я сам наведу кое-какие справки.

Утром мы получили письмо от мисс Смит. Она коротко и точно описывала в нем все те события, которые я видел собственными глазами. В нем была очень важная приписка:

«Я уверена, что вы сохраните в тайне то, что я сейчас напишу: мой хозяин сделал мне предложение, и пребывание в его доме стало для меня затруднительным. Я убеждена, что он движим глубоким и достойным уважения чувством. Но я помолвлена с другим. Он принял мой отказ очень серьезно, но деликатно. И все-таки, вы можете легко представить себе, обстановка в доме стала несколько напряженной».

— Кажется, наша очаровательная клиентка попала в переделку, — сказал Холмс, прочтя письмо. — В этом деле больше интересных особенностей и возможных осложнений, чем я думал сначала. Пожалуй, не мешает мне провести один день на лоне природы. Поеду-ка я сегодня во второй половине дня и проверю на месте несколько имеющихся у меня теорий.

День Холмса на лоне природы кончился неожиданно: он вернулся поздно вечером с рассеченной губой и кровоподтеком на лбу, не говоря уже о том, что весь его вид был таков, что, право, Скотленд-Ярд мог бы вполне заинтересоваться им самим. Приключения, пережитые им за день, видимо, доставили ему огромное удовольствие, и он хохотал от души, рассказывая о них.

— Я веду сидячий образ жизни, и немножко размяться на свежем воздухе очень полезно, — сказал он. — Вам известно, что я неплохо владею старинным английским видом спорта — боксом. Это мне очень пригодилось. Иначе все могло бы кончиться очень плохо.

Я стал просить его рассказать, что произошло.

— Я нашел тот кабачок — помните, я советовал вам начать с него — и обиняками задал хозяину несколько вопросов. Болтливый хозяин рассказал мне все, что меня интересовало. Оказалось, что Уильямсон, седобородый обитатель Чарлингтон-холла, живет совершенно один, не считая, конечно, прислуги. Есть слух, что он был священником. Однако два случая, происшедших за время его короткого пребывания в этой усадьбе, показались мне странными для священника, и я навел справки в церковном управлении. Мне ответили, что действительно, священник такой есть, но репутация у него самая дурная. Хозяин еще рассказал мне, что к этому Уильямсону на субботу и воскресенье съезжается веселая компания, особенно выделяется один джентльмен с рыжими усиками по имени Вудли — он в Чарлингтон-холле завсегдатай. Только он это произнес, дверь отворилась, и вошел мистер Вудли собственной персоной — он пил пиво в соседней комнате и слышал весь наш разговор. Он тут же набросился на меня. Кто я такой? Что мне надо? Какого черта я им интересуюсь? И давай сыпать самыми отборными ругательствами. Закончил он этот поток коротким, но сильным ударом. Я увернулся, но не совсем удачно. Зато следующие несколько минут были восхитительны. Вудли замахнулся второй раз, но его предупредил мой удар прямой левой. Что касается меня, результат у вас перед глазами. Зато мистера Вудли пришлось свезти домой в телеге. Так закончилась моя прогулка; я должен признаться, что если не считать огромного удовольствия, полученного мной лично, польза от моего пребывания на границе с графством Суррей почти такая же, как от вашей поездки!

В четверг пришло еще одно письмо от нашей клиентки.

«Вас не удивит, конечно, м-р Холмс, — писала она, — что я оставляю дом м-ра Каррутерса. Даже большое жалованье не может возместить создавшееся неприятное положение. Коляска и лошадь наконец доставлены, и если раньше безлюдная дорога и была опасной, то теперь этой опасности нет. Я вынуждена оставить дом м-ра Каррутерса не только потому, что чувствую себя с ним неловко, но и потому, что тот отвратительный человек, о котором я вам говорила, мистер Вудли, появился опять. У него всегда была отталкивающая внешность, но теперь он просто страшен. С ним, вероятно, произошел несчастный случай: все лицо у него распухло. Я видела его в окно, но, к счастью, не встретилась с ним. Он долго говорил о чем-то с м-ром Каррутерсом, которого сильно взволновал этот разговор. Очевидно, Вудли живет поблизости, потому что он не ночевал в доме, а утром я его увидела опять — он пробирался через кусты. Если бы по саду бродил дикий зверь, то я, право, была бы меньше испугана. Трудно передать то омерзение и тот страх, которые этот человек во мне вызывает. Как может м-р Каррутерс выносить его хотя бы одну секунду? Впрочем, все мои треволнения кончатся в эту субботу».

— Будем надеяться, Уотсон, будем надеяться, — сказал Холмс мрачно. — Очевидно, сети очень сложной интриги плетутся вокруг этой молодой женщины, и наша задача — проследить за тем, чтобы никто не тронул ее в субботу. Я думаю, Уотсон, нам придется выкроить время и поехать с вами вместе в субботу, не то наше интересное, хотя и незаконченное расследование может оказаться историей с грустным концом.

Признаюсь, что до сих пор я не относился слишком серьезно к этому делу. Мне оно казалось странным, причудливым, но никак не опасным. Ничего не было удивительного, что незнакомец искал случая встретиться с хорошенькой девушкой. Как можно считать его опасным, если у него не хватало храбрости приблизиться к ней и он обратился в бегство, когда она сама попыталась сделать это! Негодяй Вудли был человек иного сорта, но после того единственного случая, о котором она нам рассказала, он оставил ее в покое, и когда он опять зашел к Каррутерсу, он даже не встретился с ней. Велосипедист был, без сомнения, один из воскресных гостей Чарлингтон-холла, о которых говорил хозяин кабачка; но кто он такой и чего добивался, оставалось неясным. Я понял, что за всеми этим непонятными событиями может скрываться трагедия, только когда увидел, как Холмс, настроенный очень серьезно и решительно, уходя, сунул в карман револьвер.

Дождь кончился, и утро было великолепное. Наши глаза, уставшие от светло-серых, темно-серых и желтовато-серых тонов Лондона, впивали краски поросшей вереском пустоши с островками цветущего дрока, ярко горевшего на солнце. Мы шли с Холмсом по широкой песчаной дороге, наслаждаясь утренней свежестью, веселым щебетаньем птиц и запахами весны. Дорога пошла в гору. С гребня Круксбери-хилл мы увидели старый, мрачный Чарлингтон-холл. Его трубы ощетинились среди старинных дубов, и все же деревья были моложе, чем дом, который они окружали. Дорога вилась красновато-желтой лентой между коричневой пустошью и распускающейся зеленью леса. Холмс указал вперед на черную точку, появившуюся вдали. Коляска! Она двигалась нам навстречу.

Холмс воскликнул с досадой:

— Я рассчитал время так, чтобы у нас было в запасе

лишних полчаса! Но если это ее коляска, то, значит, она спешит к более раннему поезду, и я боюсь, Уотсон, что она проедет мимо Чарлингтона прежде, чем мы до него доберемся.

Дорога пошла вниз, и коляска скрылась из виду. Мы бросились вперед. Я начал задыхаться — вот что значит сидячий образ жизни! Холмс, напротив, был в прекрасной форме: его поддерживал неистощимый запас нервной энергии. Шаг его оставался все таким же быстрым и пружинистым. В сотне ярдов от меня он вдруг остановился, и я увидел, как он в отчаянии махнул рукой. В то же мгновение из-за поворота показалась пустая коляска, лошади несли во весь опор, и вожжи волочились по земле.

— Опоздали! — закричал Холмс, когда я подбежал к нему, тяжело дыша. — Надо же быть таким идиотом! Не подумать о предыдущем поезде! Они похитили ее, Уотсон, похитили! А может быть, убили! Бог знает, что произошло! Встаньте на дороге, остановите лошадь! Вот так. Быстрей в коляску! Может, нам еще удастся исправить последствия моей ошибки.

Мы вскочили в коляску. Холмс повернул лошадей, ударил кнутом, и мы понеслись. Сразу же за поворотом нам открылась вся дорога между Чарлингтон-холлом и пустошью. Я схватил Холмса за руку.

— Это он! — крикнул я, задыхаясь от волнения.

Одинокий велосипедист катил нам навстречу. Низко нагнувшись над рулем, он жал на педали, словно на велосипедной гонке. Вдруг он поднял голову, увидев нас, затормозил и соскочил с велосипеда. Его иссиня-черная борода странно выделялась на бледном лице, и глаза горели, как в лихорадке. Он был ошеломлен, увидев в коляске нас.

— Эй, — заорал он, — стойте! — Он поставил велосипед поперек дороги. — Где вы взяли эту коляску? Остановитесь же, говорю я вам! — завопил он, вытаскивая револьвер из бокового кармана. — Остановитесь, или, клянусь небом, я стреляю в лошадь!

Холмс бросил вожжи мне на колени и выскочил из коляски.

— Вы именно тот человек, которого мы хотим видеть. Где мисс Вайолет Смит? — Холмс говорил быстро и отчетливо.

— Вот это я и хочу спросить у вас. Вы сидите в ее коляске, значит, должны знать, где она!

— Коляска неслась пустая. Мы остановили лошадь, сели в нее и помчались на помощь молодой женщине.

— Боже мой! Боже мой! Что делать? — закричал незнакомец в отчаянии. — Они схватили ее, этот подлец Вудли и бандит-священник. Быстрее, быстрее, если вы действительно ее друг! Помогите мне, и мы спасем ее, даже если для этого необходимо, чтобы мой труп гнил в Чарлингтонском лесу!

С пистолетом в руке он побежал, не помня себя, к тропинке между тиссами. Холмс бросился за ним, я за Холмсом, оставив лошадь пастись у дороги.

— Вот где они шли, — сказал Холмс, указывая на следы ног вдоль тропинки. — Эй, постойте-ка! Что это там в кустах?

Молодой человек лет восемнадцати в одежде конюха, с кожаными шнурами и крагами, лежал навзничь, подогнув колени, на его голове зияла глубокая рана. Он был без сознания, но жив. Я взглянул на рану и понял, что кость не задета.

— Это Питер, конюх! — закричал незнакомец. — Он ее вез! Негодяи стащили его с коляски и оглушили. Пусть он лежит. Сейчас мы ему помочь не можем, но ее мы можем спасти от худшей участи, которая только может выпасть на долю женщины.

Мы помчались по тропинке, которая вилась между деревьями. Когда мы достигли кустов, окаймлявших дом, Холмс остановился.

— Они не в доме. Вот их следы. Они идут влево, у лавровых кустов! Ну, конечно, так и есть!

Последние слова он сказал потому, что вдруг из-за кустов послышался пронзительный женский крик, полный ужаса. Затем крик оборвался и на самой высокой ноте перешел в хрип.

— Сюда! Сюда! Они в аллее для игры в кегли! — кричал незнакомец, продираясь сквозь кусты. — Собаки, трусливые собаки! За мной, джентльмены! Поздно! Поздно! Клянусь всем святым, что поздно!

Кусты неожиданно расступились, и мы очутились на прелестной лужайке. На противоположном ее конце, под сенью могучего дуба, расположилось необычайное трио. Наша клиентка прислонилась к дереву, видимо, теряя сознание; рот у нее был завязан платком. Перед ней, расставив ноги, стоял свирепого вида молодой человек с бульдожьим лицом и рыжими усами. Одной рукой он подбоченился, в другой держал хлыст, весь его облик выражал презрительный вызов. Между ними находился пожилой человек с седой бородой; поверх его легкого шерстяного костюма была накинута сутана. По-видимому, он только что совершил обряд бракосочетания, потому что положил библию в карман как раз в ту минуту, когда мы появились. В виде шутовского поздравления он похлопал негодяя жениха по плечу.

— Они обвенчаны! — мог лишь выговорить я.

— Вперед! — закричал наш проводник и помчался через лужайку, а Холмс и я за ним.

Когда мы приблизились, молодая дама, боясь упасть, судорожно схватилась за дерево. Уильямсон, бывший священник, поклонился нам с издевательской вежливостью, а негодяй Вудли важно выступил вперед. Он хохотал в восторге от своей проделки.

— Сними бороду, Боб, — сказал он, — я тебя сразу узнал. Ты и твои друзья примчались как раз вовремя, для того, чтобы я мог представить вам миссис Вудли.

Ответ нашего спутника был неожиданным. Он сорвал с себя бороду — она действительно была приставной — и с яростью отшвырнул ее прочь. Оказалось, что у него продолговатое, нездорового цвета, чисто выбритое лицо.

— Да, я Боб Каррутерс, — сказал он, прицелившись из пистолета в Вудли, который наступал на него, угрожающе размахивая хлыстом. — И я сделаю все, чтобы смыть оскорбление, нанесенное этой девушке, даже если меня за это повесят. Я сказал тебе, негодяй, что с тобой будет, если ты не оставишь ее в покое, и, клянусь господом богом, я сдержу свое слово!

— Но ты опоздал, голубчик. Она моя жена!

— Не жена, а вдова!

Раздался выстрел, и я увидел, как на жилете Вудли вдруг выступило и расплылось кровавое пятно. Он завертелся на месте и рухнул навзничь; смертельная бледность вдруг покрыла пятнами его отвратительное, кирпичного цвета лицо. Старый Уильямсон, так и не снявший сутаны, разразился при этом такими ругательствами, каких я никогда еще не слышал, и тоже выхватил револьвер, но Холмс опередил его, направив на него дуло своего оружия.

— Довольно, — резко сказал мой друг. — Бросьте револьвер! Уотсон, подберите его. Так, приставьте к его голове. Благодарю вас. А вы, Каррутерс, дайте ваш револьвер мне. Хватит кровопролития. Давайте, давайте его сюда!

— Кто вы такой?

— Шерлок Холмс.

— Не может быть!

— Я вижу, вам известно мое имя. Тем лучше. Я буду представлять официальную полицию впредь до ее прибытия. Эй вы, послушайте! — закричал он испуганному конюху, который появился на краю лужайки, под деревьями. — Подите сюда. Возьмите вот эту записку и гоните вовсю в Фарнем. — Он написал несколько слов на листке своего блокнота. — Отдайте это начальнику полицейского участка. А пока вместо него я.

Могучий ум Холмса и его воля теперь управляли этой трагической сценой, все остальные участники лишь подчинялись ему. Уильямсон и Каррутерс отнесли раненого Вудли в дом, в то время как я предложил руку испуганной девушке. Раненого положили на кровать, и по просьбе Холмса я осмотрел его. Я нашел Холмса в увешанной старинными гобеленами столовой, двое арестованных сидели против него.

— Он будет жить, — сказал я.

— Что? — вскочил на ноги Каррутерс. — Я пойду наверх и прикончу его. Не хотите ли вы сказать, что эта девушка, этот ангел будет на всю жизнь прикована к этому чудовищу Джеку Вудли?

— На этот счет можете не беспокоиться, — сказал Холмс. — Есть по крайней мере две причины, в силу которых она ни в коем случае не будет его женой. Прежде всего мы поставим вопрос о том, имел ли мистер Уильямсон право венчать.

— Я принял сан, — сказал старый негодяй.

— Которого вас потом лишили.

— Священник останется священником всегда.

— Сомневаюсь. А как насчет разрешения на заключение брака?

— Оно у меня в кармане.

— В таком случае вы достали его мошенническим образом. Как бы то ни было, венчание по принуждению — это не венчание, а серьезное преступление, в чем вы скоро убедитесь. Думаю, что у вас будет по меньшей мере десять лет, чтобы обдумать это хорошенько. Что касается вас, Каррутерс, то, право, лучше бы вы не вынимали из кармана этот злосчастный пистолет!

— Теперь я вижу, что вы правы, мистер Холмс. Но поймите: я люблю эту девушку, и я впервые узнал, что значит любить. Какие я предпринимал предосторожности, чтобы уберечь ее! И вдруг все пошло прахом, и она оказалась во власти самого свирепого негодяя в Южной Африке, имя которого наводит ужас на всех от Кимберли до Иоганнесбурга. Поверите ли, мистер Холмс? С тех пор, как эта девушка стала у меня работать, я ни разу не отпустил ее домой одну, потому что знал о сборищах этих негодяев. Я каждый раз садился на велосипед и сопровождал ее. Конечно, я держался на почтительном расстоянии и, кроме того, надевал поддельную бороду, чтобы она не узнала меня. Мисс Смит так независима и горда, она ни за что не осталась бы работать у меня, если бы узнала, что я всюду сопровождаю ее.

— Почему же вы не сказали ей об опасности?

— Потому что и в этом случае она бы покинула меня. Я просто не мог этого сделать. Хотя она и не любила меня, для меня было счастьем видеть ее в доме, слышать звук ее голоса.

— Вот что, — сказал я, — вы называете это любовью, мистер Каррутерс, а по-моему, это называется эгоизмом.

— Может быть, вы и правы. Но разве любовь и эгоизм не сопутствуют друг другу? Словом, я не мог допустить и мысли, что она покинет меня. Кроме того, планы этих бандитов таковы, что ей необходима была защита. Потом пришла телеграмма, и я понял, что теперь они начнут действовать.

— Какая телеграмма?

Каррутерс вытащил ее из кармана.

— Вот она, — сказал он.

Содержание телеграммы было простым и коротким:

«Старик умер».

— Хм! — сказал Холмс. — Мне кажется, я вижу всю цепь событий и понимаю, почему телеграмма сыграла роковую роль. Но раз уж мы все равно сидим и ждем, может быть, вы расскажете нам, что знаете.

Тут старый негодяй в сутане разразился бранью.

— Клянусь всем святым, — заорал он, — если ты донесешь на нас, Боб Каррутерс, то я сделаю с тобой то, что ты сделал с Джеком Вудли! Насчет девчонки можешь приходить в телячий восторг сколько душе угодно, это твое дело. Но если ты продашь своих друзей этому фараону в штатском, будешь последней собакой, ясно?

— Вашему преосвященству незачем так волноваться, — сказал Холмс, закуривая. — Дело и так совершенно ясно, и если я интересуюсь некоторыми деталями, то лишь из чистой любознательности. Впрочем, если не хотите рассказывать, то давайте расскажу я, и тогда вы увидите, как мало вы можете скрыть. Прежде всего, вы трое — то есть вы, Уильямсон, вы, Каррутерс, и Вудли — приехали из Южной Африки в надежде на…

— Ложь номер один! — закричал священник. — Я увидел их в первый раз два месяца назад и никогда не был в Африке. Скушайте на здоровье, дорогой мистер Не-суйте-нос-в-чужие-дела!

— Да, мы познакомились только два месяца назад, — сказал Каррутерс.

— Хорошо, значит, вы двое приехали из Африки. Его преосвященство — продукт отечественного производства. В Южной Африке вы были знакомы с Ральфом Смитом. У вас были основания предполагать, что он не протянет долго. Вы разузнали, что наследство его должна получить племянница. Ну как, все правильно?

Каррутерс кивнул, а Уильямсон опять разразился проклятиями.

— Девушка была ближайшей родственницей, и вы знали, что дядя не оставил завещания.

— Он не умел ни читать, ни писать, — сказал Каррутерс.

— Итак, вы приехали сюда вдвоем и разыскали девушку. Вы решили, что один из вас женится на ней, а другой получит свою долю добычи. Роль мужа должен был сыграть Вудли. Почему?

— Мы разыграли это в карты еще на пароходе. Он выиграл.

— Понимаю. Вы пригласили девушку к себе в качестве гувернантки, чтобы Вудли мог ухаживать за ней. Но она быстро раскусила этого пьяного негодяя и наотрез отказалась знать его. А тут вы полюбили девушку, и уже поэтому вся затея должна была провалиться. Мысль о том, что она будет принадлежать этому негодяю, была теперь невыносима для вас.

— Невыносима, клянусь небом, невыносима!

— Между вами произошла ссора. Вудли, разъяренный, покинул ваш дом и принялся осуществлять свой собственный план.

— Сдается мне, Уильямсон, что нам нечего сообщить этому джентльмену! — Каррутерс горько рассмеялся. — Да, мы поссорились. Он ударил меня, и я упал. Теперь, во всяком случае, я с ним расквитался за это. Потом он исчез. Познакомился с этим святым отцом. Я узнал, что они поселились в том доме у дороги. Я чувствовал, они замышляют что-то недоброе, и не спускал с нее глаз. Иногда я заходил к ним, чтобы разузнать их планы. Позавчера Вудли зашел ко мне с телеграммой, извещавшей, что Ральф Смит умер. Он спросил меня, намерен ли я участвовать в сделке. Я сказал, что нет. Он тогда спросил, согласен ли я жениться на ней и отдать ему долю наследства. Я сказал, что согласен, но она этого не желает. Тогда он заявил: «Выдадим ее за тебя замуж, а через неделю или две настроение у нее переменится». Я сказал, что не хочу ничего делать силой. Он стал ругаться, как последний негодяй, хотя, впрочем, он и есть последний негодяй. Заявил, что так или иначе он своего добьется, и ушел. В эту субботу она уезжала от меня. Я достал коляску, чтобы садовник отвез ее на станцию, но все равно меня одолело беспокойство, и я поехал за ней на велосипеде. Но она уже отъехала довольно далеко, и когда я догнал коляску, было уже поздно. Я это понял, когда в коляске вместо нее увидел вас.

Холмс встал и бросил окурок в камин.

— Я оказался таким тупицей, Уотсон! — сказал он. — Вы ведь мне сказали, что велосипедист поправлял галстук, — помните, когда он шел по дорожке к дому. Одного этого было достаточно, чтобы распутать всю эту историю. Так или иначе, мы можем поздравить себя с весьма любопытным, можно сказать, единственным в своем роде делом. Я вижу, что трое полицейских идут по дорожке к дому, и я рад, что молодой конюх бодро поспевает за ними. Таким образом, весьма возможно, что ни он, ни наш весьма интересный жених не окажутся жертвами сегодняшних приключений. Я думаю, Уотсон, вы должны сейчас обратить свое профессиональное внимание на мисс Смит. Если же она оправилась, то мы с удовольствием проводим ее домой к матери. Если же она еще не совсем пришла в себя, скажите ей, что мы собираемся послать телеграмму молодому электрику в Мидленд. Это будет лучшим лекарством. Что касается вас, Каррутерс, то полагаю, вы вполне заслужили прощение за ваше прежнее участие в этом заговоре. Вот, сэр, моя карточка, и если мои показания могут помочь вам во время суда, я к вашим услугам.

Читатель, возможно, заметил, что для меня часто бывает трудно завершить должным образом мои очерки и сообщить те заключительные подробности, которые могут его интересовать, — такой напряженной и бурной была наша с Холмсом деятельность. Каждое дело являлось как бы преддверием следующего, и как только очередная пьеса кончалась, ее действующие лица выпадали из нашего поля зрения, ибо мы были слишком заняты, чтобы интересоваться их судьбой. Однако в моих черновиках есть коротенькая приписка, относящаяся к данному делу. В ней сказано, что мисс Вайолет Смит действительно унаследовала большое состояние и сейчас она замужем за Сирилом Мортоном, старшим партнером фирмы «Мортон и Кеннеди», известных инженеров-электриков из Вестминстера. Уильямсен и Вудли предстали перед судом по обвинению в том, что насильно увезли мисс Смит и насильно произвели обряд венчания: Уильямсон был приговорен к семи годам, Вудли — к десяти. О судьбе Каррутерса в приписке ничего не сказано, но я уверен, что к его выстрелу из револьвера суд отнесся с большим снисхождением, поскольку Вудли имел репутацию опасного негодяя, и несколько месяцев заключения вполне удовлетворили правосудие.

«Одинокая велосипедистка» за 6 минут. Краткое содержание рассказа Дойла

: Девушку преследуют два афериста, чтобы завладеть унаследованным ею состоянием. Разоблачает аферистов знаменитый Шерлок Холмс.

К Шерлоку Холмсу за помощью обращается молодая женщина Вайолет Смит. После смерти отца они с матерью остались без средств к существованию, и девушка зарабатывает себе на жизнь уроками музыки. Единственный родственник их семьи, брат отца Ральф Смит, много лет назад уехал в Африку, и с тех пор от него нет никаких известий. Четыре месяца назад Вайолет и её мать нашли приехавшие из Африки джентльмены — мистер Каррутерс и мистер Вудли. Ральф Смит был их другом, он умер в полной нищете и перед смертью попросил найти семью брата и помочь. Вайолет показалось странным, что столько лет дядя ничего не хотел знать о них, но джентльмены объяснили, что Ральф узнал о смерти брата незадолго до своей собственной.

Продолжение после рекламы:

Мистер Каррутерс, немолодой, черноволосый, гладко выбритый мужчина, произвёл на девушку благоприятное впечатление, а мистер Вудли вызвал отвращение. Мистер Каррутерс был вдовец и жил в своём собственном имении Чилтерн-Грэйндж. Он предложил Вайолет за хорошее жалованье преподавать музыку его десятилетней дочери. Девушка должна жить в его имении и навещать мать только по выходным.

Вайолет была довольна своей новой работой, ей нравились обитатели дома. Единственным облачком, омрачившим её пребывание там, оказалось появление Вудли, который вёл себя по отношению к ней чрезвычайно нагло. Каррутерс пресёк его приставания, и Вудли больше в доме не появлялся.

Каждое субботнее утро девушка добиралась до железно­дорожной станции на велосипеде. Обычно дорога была безлюдна, но с некоторых пор её начал преследовать бородатый велосипедист — он ехал позади неё, на одном и том же расстоянии и на одном и том же участке дороги. Поразмыслив, Вайолет пришла к выводу, что незнакомец мог появиться только из усадьбы Чарлингтон-холл, которая находится между станцией и имением мистера Каррутерса. Узнав об этом, мистер Каррутерс встревожился и пообещал заказать ей коляску. Тревога девушки не улеглась, и она решила попросить совета у великого сыщика. Кроме того, ей кажется, что хозяин к ней не равнодушен.

Брифли существует благодаря рекламе:

Несмотря на то, что Холмс очень занят важным расследованием, он обещает помочь Вайолет и просит держать его в курсе событий. В рассказе девушки Холмс замечает несколько неувязок: почему Ральф Смит, столько лет не интересо­вавшийся своими родственниками, вспомнил о них; что связывает таких разных людей как мистер Каррутерс и мистер Вудли; почему мистер Каррутерс платит девушке такое большое жалованье, и почему он не держит лошадей, если живёт далеко от железно­дорожной станции. Впрочем, скорей всего, это пустяковая интрижка, и чтоб не отрываться от своего расследования, Холмс посылает доктора Уотсона узнать, кто живёт в усадьбе Чарлингтон-холл.

Выбрав удобное место, доктор Уотсон наблюдает за дорогой, которая ведёт от усадьбы к станции. Вскоре он видит бородатого велосипедиста, который прячется у границы усадьбы. Через некоторое время появляется Вайолет, возвращающаяся со станции домой. Велосипедист выходит из своего укрытия и едет за ней, низко пригнувшись и стараясь сохранять одно и тоже расстояние между ними.

Продолжение после рекламы:

Чтобы побольше узнать про обитателей Чарлингтон-холла, Уотсон отправляется в агентство по продаже недвижимости. Там он узнаёт, что усадьба арендована месяц назад почтенным пожилым господином, мистером Уильямсоном.

Холмс недоволен поездкой. Рассказ Уотсона лишь подтверждает слова девушки, а он и не сомневался, что она говорит правду. Великий сыщик уверен, что Вайолет знает своего преследователя, иначе бы он не прятался от неё. И сведения об арендаторе усадьбы ему ничего не говорят. Придётся ждать до следующей субботы, а пока Холмс сам наведёт кое-какие справки. Тем временем приходит письмо от Вайолет: хозяин дома сделал ей предложение, но она не может его принять, так как помолвлена с другим. Теперь девушка вынуждена оставить работу. В субботу она возвращается домой.

Шерлок Холмс отправляется в Чарлингтон-холл посреди недели. Зайдя в местный кабачок, он узнаёт, что одинокий мистер Уильямсон раньше был священником с самой дурной репутацией. На выходные к нему приезжает весёлая компания во главе с джентльменом по имени Вудли. В этот момент появляется сам мистер Вудли. Услышав, что им интересуются, он с кулаками набрасывается на великого сыщика.

В субботу, выйдя из поезда, Холмс и Уотсон пешком отправляются в усадьбу. Увидев вдалеке коляску, Холмс бежит вперёд, чтобы проследить, где появится велосипедист, но коляска оказывается пустой, а велосипедист едет навстречу. Обнаружив, что женщины в коляске нет, велосипедист бежит в лес, а Холмс и Уотсон преследуют его. На дороге они находят раненного конюха, который отвозил Вайолет на станцию, на лужайке видят привязанную к дереву бесчувственную девушку, а рядом с ней Вудли и пожилого священника, который только что их обвенчал.

Велосипедист, который на самом деле был мистером Каррутерс, в отчаянии стреляет в Вудли. Но хозяином положения оказывается великий сыщик. Подоспевшего конюха он отправляет за полицией.

Брифли существует благодаря рекламе:

Узнав, что Ральф Смит завещал своё состояние племяннице, Вудли и Каррутерс приехали из Африки в Англию. Один из них должен был жениться на ней и разделить состояние с сообщником. Роль мужа Вудли выиграл в карты. Каррутерс пригласил девушку в качестве учительницы музыки к себе домой, а Вудли пытался ухаживать за ней, вызвав только отвращение. Лишённый сана священник Уильямсон должен был совершить обряд бракосо­четания. Но Каррутерс влюбился в Вайолет и пытался помешать этому. Между ним и Вудли произошла ссора, и Вудли решил осуществить свой план самосто­ятельно.

Мисс Вайолет Смит, унаследовавшая большое состояние, выходит замуж за своего жениха, Вудли и Уильямсон предстают перед судом за похищение и принуди­тельное венчание. Учитывая, что Каррутерс пытался помешать свершиться несправед­ливости, несколько месяцев заключения удовлетворяют правосудие.

80-летняя велосипедистка за три месяца доехала от Твери до Магадана

Поездку в город, давно ставший в нашей стране именем нарицательным, самая пожилая велопутешественница России Юлия Михайлюк приурочила к своему юбилею. 10 апреля ей исполнилось 80 лет, и через десять дней после дня рождения она двинулась в путь. Это большое путешествие стало 25-м в ее жизни.

Юлия Ивановна уже пробовала доехать до Магадана. В 2011 году она добралась до Якутска, переправилась на пароме через Лену, а потом отправилась пешком, потому что нормальной дороги не было. В итоге все-таки повернула назад.

Теперь путешественница твердо решила довершить начатое и доехала до Колымы.

— Я в Магадане! Добралась! — голос у Юлии Ивановны бодрый и радостный. И рассказывает о превратностях пути по дальневосточным просторам:

— От столицы Бурятии Улан-Удэ спокойно доехала до Читы. А там дороги размыло, наводнение, мост рухнул.

Стихия вынудила Юлию Ивановну пересмотреть способ передвижения. Добравшись на перекладных — автостопом — до Якутска, путешественница села на самолет.

Встретили ее в Магадане чудесные люди, обогрели и, можно сказать, к жизни возвратили.

— Я остановилась у Веры Михайловны Маймистовой, руководителя областного совета ветеранов, и ее супруга. Чтобы определиться с местом проживания в Магадане, ранее делала запрос в местный спорткомитет, его передали в совет ветеранов. Вера Михайловна сказала: «Никаких гостиниц» — и пригласила к себе. Представляете, чужого незнакомого человека взять к себе, — тверская велопутешественница была очень тронута.

«Очень нравится на севере и востоке, юг так не тянет. Если позволит здоровье, отправлюсь в Диксон или Тикси»

Она отдохнула неделю, набралась сил, а чета магаданцев показала ей город. И Юлия Михайлюк купила билет в …Анадырь.

— Я ведь первоначально планировала еще и на Чукотку, но дорога была очень тяжелая. А сейчас, у добрых людей отдохнув, снова подумала: может, на Чукотку? — поделилась она.

В Анадыре, как почти по всему маршруту путешествия, Юлия Ивановна остановилась у гостеприимных местных жителей.

— Люблю север и восток, юг так не тянет. Успела походить по городу, он мне очень понравился. Много фотографий разместила и Инстаграме, который специально для путешествий завела, чтобы подружки знали, где я нахожусь, — рассказала Юлия Михайлюк.

Пенсионерка, занесенная в Книгу рекордов России как старейшая велопутешественница страны, 10 августа улетела в Москву, чтобы оттуда вернуться в родную Тверь. Новых поездок она пока не планирует. Но добавляет, что если позволит здоровье, то отправится в Диксон или Тикси.

Журнал «Велосипедист» № 119: уже в продаже!

В этом выпуске: протестирована новая версия Pinarello Dogma; Бекштедтс вернулся в Рубе; JOGLE финал

Фото : Майк Массаро

Выпуск 119, ноябрь 2021 г., из журнала Cyclist уже в продаже. Подпишитесь здесь .

Мне нравится, когда план слагается. Особенно план, сформулированный на спинке пивной циновки и скрепленный мечтами и наплевательством.Так мы прошли всю Британию по самому сложному маршруту.

Когда Covid впервые поразил нас, казалось, еще в другой жизни, мы столкнулись с небольшой дилеммой: как выпускать журнал о зарубежных поездках и велосипедах, если вы не можете выезжать за границу или ездить на велосипеде более чем в 5 км от дома? Именно тогда нам пришла в голову идея устроить грандиозную поездку по Великобритании — все, что нам нужно, — это краткое окно с ограничениями по изоляции и кто-то со стальными ногами.

Первый выдан летом 2021 года; второй появился в образе Маркуса Лича, наездника и писателя, который никогда не упускал возможности наказать себя ради хорошей истории.Просто наш парень.

Затем появился план. Множество велосипедистов совершили поездку JOGLE — John O’Groats to Land’s End — но сколько из них сделали это, преодолевая самые сложные подъемы, которые может предложить эта страна? Теперь это вызов, и он сочетает в себе столько красоты и безумия, сколько оправдывает этикетку Cyclist .

Так получилось, что при поддержке наших друзей из картографической компании komoot, мы проложили маршрут, пролегающий через самые комковатые и самые идиллические части Шотландского нагорья, Озерного края, Йоркшир-Дейлс, Пик-Дистрикт, Северный Уэльс, Брекон. Маяки, Дартмур и, наконец, самая южная оконечность Корнуолла.

По пути мы видели отвратительные измельчители ножек, такие как Билач-на-Ба в Шотландии, перевалы Хонистер и Харднотт в Озерах, Крэгг-Вейл в Йоркшире, Дамба Стулан и Тамбл в Уэльсе и ущелье Чеддер в Сомерсете.

Британская погода добавила веселья, так же как и случайные своенравные овцы и мечтающие автомобилисты, но после 14 долгих дней Маркус в конце концов остановился в Лэндс-Энде, и вы можете прочитать о его подвигах в последний день в этом выпуске.

А если вы хотите попробовать сами, вы можете найти полный маршрут на комооте.Всегда хорошо иметь план

Пит Мьюир Редактор

В чем проблема 119?

Как отец, как дочь: Победитель Paris-Roubaix с 2004 года Магнус Бэкстедт и женский наездник Trek-Segafredo Элинор Бекштедт разделяют одну и ту же мечту: стать первым дуэтом отца и дочери, выигравшим «Ад Севера»

Мадонна дель Гизалло: Жемчужина в короне осенней классики Италии — Il Lombardia — восхождение на Мадонна дель Гизалло — самое святое место для посещения на двух колесах

Как удержать британцев: Тур Британии дал редкую возможность увидеть британские континентальные команды в действии.Возможно, они зажгли гонку, но, похоже, судьба этих домашних команд более опасна, чем когда-либо

Все тузы в руках: Наконец-то появился новый групсет Shimano Dura-Ace. Так что же изменилось и почему это такие важные новости?

Последний бросок: После двухнедельного эпического путешествия по Британии конец, наконец, виден

Для всего этого и многого другого, возьмите свою копию Cyclist issue 119, которая уже поступила в продажу.

Подпишитесь на

Cyclist и получайте лучшие велосипеды, аттракционы и эксклюзивные велосипеды

Купите Cyclist на три месяца всего за 1 фунт стерлингов.67 выпуск (обычно 6,30 фунтов стерлингов), бесплатно доставленный к вашей двери до того, как он поступит в магазины

Нажмите здесь, чтобы узнать больше и подписаться

Велосипедист по гравию: опыт езды на велосипеде по гравию

«Наши велосипедные рамы были созданы в 1987 году, протестированы на Тур де Франс в 1991 году и с тех пор ежегодно оптимизируются; они достигли состояния совершенства и ценности, не имеющего себе равных ни в одной другой раме ». — Дизайн Calfee Сделано в Калифорнии с 1989 года. Видео экскурсии по фабрике Calfee В этом видео, JOM велосипедиста по гравию […]

Заявление о миссии KAV «Проектировать, проектировать и производить шлемы, которые приятно носить.Комфортный. Прохладный. Гладкий. Модернизируйте шлемы с нуля, чтобы обеспечить максимальную защиту от сотрясений, используя передовые материалы, производственные технологии и запатентованные технологии. Производство шлемов с принципом экологичности, используя производство с нулевым выбросом углерода в Редвуд-Сити, штат Калифорния ». Персонализация шлема KAV […]

«Brooks England представила в прошлом году свою линейку велосипедных дорожных сумок Scape под простой лозунгом: Независимо от вашей дороги, коллекция для путешествий и байкпакинга с легкими, настраиваемыми вариантами переноски для приключений за углом или в окрестностях глобус.Сегодня Brooks объявляет о расширении линейки новаторских моделей Scape, представив три новых […]

«Испытайте новый уровень езды по гравию. Полная микроподвеска для поистине безграничных исследований. URS LT воплощает дух приключений, сохраняя при этом фирменный силуэт URS и лучшие в своем классе характеристики ». — BMC Switzerland «Используя передовые велосипедные технологии, URS LT спроектирован как единственный в своем роде высокопроизводительный чистый лист, который обеспечивает безопасную поездку в соответствии с требованиями […]

При весе 750 граммов все -новый Specialized Crux, вариант S-Works, возможно, самый легкий гравийный байк из когда-либо производившихся.Велосипед для велокросса или гравийный? Записанный на гонке Sea Otter Classic 2021 года на гоночной трассе Laguna Seca Raceway, Калифорния, JOM из команды Gravel Cyclist собирает дополнительную информацию о Crux из Specialized […]

Достигая идеального сочетания умного рюкзака для гидратации и хорошо вентилируемого жилета, EVOC HYDRO PRO — идеальный запас гидратации для всего, от приключений на гравии до гонок эндуро. Разработанный специально для высокопроизводительных велосипедных приложений, HYDRO PRO доступен в двух разных объемах — 1.5 литров и 3 литра. В основном отсеке с быстрым доступом вмещается […]

Больше, чем самый легкий в мире гравийный велосипед Crux — это самый легкий гравийный велосипед в мире, обладающий исключительными характеристиками большого зазора между шинами и отличной геометрией гравия. Это не просто идеальное выражение характеристик гравия, это ваш билет в один конец к просветлению гравия. Crux всегда был одним из лучших аттракционов […]

«Колорадский производитель велосипедов Alchemy Bicycles выложил все свои фишки в грязь на Sea Otter Classic в этом году в Монтерее, Калифорния.Созданная на основе успеха их нынешней линейки горных и гравийных велосипедов, включая Arktos и Ronin, Alchemy зашла еще дальше на арену грязи, выпустив […]

Adventure Cyclist | Ассоциация приключенческого велоспорта

Являясь единственным в Северной Америке журналом, посвященным велосипедным путешествиям, Adventure Cyclist стремится доставлять читателям депеши из самых дальних уголков карты и скрытые жемчужины в их собственных дворах.За более чем 40 лет мы публиковали вдохновляющие истории, захватывающие изображения, содержательные технические обзоры и комментарии, отражающие радости и трудности на этом пути. Эта традиция продолжается и сегодня, уделяя особое внимание расширенным функциям и удобству чтения, не так сильно отличающемуся от велосипедного путешествия — уникальному, полному неожиданностей и с возможностью позволить повествованию разворачиваться в темпе нажатия педали.

Присоединяйтесь к сегодня и получите девять выпусков Adventure Cyclist, чтобы питать вашу страсть к велосипедным путешествиям круглый год — возможно, ваше путешествие даже попадет на наши страницы! Вот что вы можете ожидать, открывая каждый выпуск:

Отличный отчет о поездке — это больше, чем список посещенных мест, съеденных обедов и встреченных людей.Это повествование, посвященное возбуждению от прибытия, меланхолии одинокого лагеря, вкусу холодной воды в жаркий день и многому другому. Наши корреспонденты запечатлевают величие и детализацию своих путешествий в изображениях и историях, которые вдохновят вас на следующее большое приключение, будь то кругосветка или город.

Мы не хотим быть просто еще одной обложкой «10 ЛУЧШИХ» в газетном киоске или прославленной рекламой последнего релиза крупного бренда.Но путешествие на велосипеде не обходится без велосипеда, а наш технический персонал — одни из самых больших фанатов шестеренок — наше представление о веселье — это измерения в миллиметрах, диаграммы в дюймах для шестерен и долгие споры о совместимости трансмиссии! Adventure Cyclist — от Руководства покупателя туристического велосипеда до подробных дорожных испытаний в каждом выпуске, а также выставок, снаряжения и руководств — это ценный ресурс, независимо от того, покупаете ли вы новый велосипед, обслуживаете ли вы свой текущий или просто держите палец на пульсе отраслевых тенденций.

В путешествии на велосипеде есть что-то такое, что сложно уловить, когда вы находитесь в дороге, но вы знаете это, когда чувствуете это. Будь то уникальная способность постоянного участника Вилли Вейра описать это неопределенное «это» в его колонке «Путешествия с Вилли» или эссе на «Последней миле» от кого-то, кто рассказал о собственном волшебном моменте, мы доставляем уникальные предметы, которые определяют сущность велосипеда. путешествовать.

Вы знаете, что что-то захватило воображение читателей, когда вы снова и снова слышите, что они сначала открывают последнюю страницу журнала.Это что-то вроде галереи Open Road, которая позволяет заглянуть в Национальную коллекцию портретов велосипедистов-путешественников, состоящую из 5000 изображений, рекорд путешествующих велосипедистов, относящийся к 1982 году — хотя соучредитель Adventure Cycling и главный фотограф Грег Сипл ушел на пенсию, коллекция продолжает расти и поразительные черно-белые портреты и короткие виньетки на их сюжеты не перестают очаровывать.

Запросите бесплатный образец выпуска Adventure Cyclist и узнайте, что мы все делаем, или просто станьте участником сегодня.

Последние видеообзоры туристических велосипедов

Для получения дополнительной информации о выборе туристического велосипеда ознакомьтесь с нашим Руководством для покупателя туристического велосипеда.

Олимпийская мечта велосипедиста превратилась в медицинский счет на 200000 долларов Кошмаром после аварии велосипеда: выстрелы

Фил Геймон мчался за место на Олимпийских играх, когда он разбился с другим велосипедистом. Он перелетел через руль и сильно ударился о землю.Результат: перелом ключицы, пять сломанных ребер, частично разрушенное легкое, сломанная лопатка и огромные медицинские счета. Хайди де Марко / KHN скрыть подпись

переключить подпись Хайди де Марко / KHN

Фил Гаймон мчался за место на Олимпийских играх, когда он разбился с другим велосипедистом.Он перелетел через руль и сильно ударился о землю. Результат: перелом ключицы, пять сломанных ребер, частично разрушенное легкое, сломанная лопатка и огромные медицинские счета.

Хайди де Марко / KHN

Это была гонка в Пенсильвании, которая могла отправить велосипедиста Фила Гаймона на Олимпийские игры в Токио; вместо этого в результате серьезной аварии калифорнийец оказался в двух больницах на Восточном побережье.

Геймон знает, что несчастные случаи, к сожалению, являются частью спорта.Он ушел из соревнований по шоссейному велоспорту тремя годами ранее, но весной 2019 года позвонил тренер сборной США по велоспорту.

Тренеру нужна была скорость для соревнований из четырех человек. В то время Гаймон делал себе имя и деньги на горных гонках и ставил рекорды.

«Это была сбывшаяся мечта, — сказал 35-летний Гаймон. — Это шанс на вторую карьеру в гонках».

Но его олимпийские мечты были недолговечными. В спринте с группой гонщиков на велодроме в восточной Пенсильвании Гаймон переплыл руль после столкновения с другим гонщиком.Гаймон сильно ударился о землю. Результат: перелом ключицы, пять переломов ребер, частично коллапс легкого и перелом лопатки — травмы хуже, чем те, которые он получил за 10 лет участия в профессиональных дорожных командах в США и Европе.

Машина скорой помощи отвезла его в больницу Лихай-Вэлли в Аллентауне, штат Пенсильвания, которая является частью системы здравоохранения, спонсирующей мероприятие по велоспорту. Врачи скорой помощи приняли спортсмена, и ему сделали операцию на ключице. Ему также потребовалась операция на лопатке (лопатке), которая, по его словам, была «похожа на рухнувший тако».«Но эта операция должна была произойти через несколько дней, после того, как его выписали из больницы Пенсильвании, и друг помог ему найти хирурга в Нью-Йорке.

Он записал все это испытание в своих каналах в социальных сетях, и вскоре он выздоравливал — болезненно, но успешно — домой. А потом пришли счета.

Пациент: Фил Гаймон, 35 лет, бывший профессиональный велосипедист, ютубер и блогер, который зарабатывает большую часть своего дохода за счет спонсорства. Он платил около 500 долларов в месяц за свое страховой полис с Health Net через Covered California, биржу медицинского страхования штата.У него также был полис вторичного медицинского страхования в компании USA Cycling.

Общая сумма счетов: 151 804 доллара от сети здравоохранения Лихай-Вэлли и 49 526 долларов от больницы специальной хирургии. У него были дополнительные счета от разных врачей. По словам Гаймона, Health Net выплатила компании Lehigh Valley около 27000 долларов. Его вторичная страховка с USA Cycling заплатила 25000 долларов больнице специальной хирургии и его хирургу.

Поставщики услуг: Госпиталь Лихай-Вэлли-Седар-Крест в Аллентауне, штат Пенсильвания., часть некоммерческой сети здравоохранения Lehigh Valley Health Network; и Больница специальной хирургии, академический медицинский центр, на Манхэттене, Нью-Йорк.

Медицинская процедура: операция по поводу перелома ключицы в больнице Lehigh Valley и операция по поводу перелома лопатки в больнице специальной хирургии.

Что дает: Гаймон столкнулся с тремя опасностями системы здравоохранения в этом физически и финансово болезненном крахе: экстренная помощь за пределами штата, медицинская помощь вне сети и позолоченные цены в обеих больницах, которые его лечили.Гаймон сказал, что может продать свой дом и оплатить эти счета, «но я не должен этого делать. У меня есть страховка».

Его ситуация представляет собой сценарий, с которым столкнулись многие пациенты, когда им требовалась неотложная помощь вне сети своего поставщика. На медицинском жаргоне это известно как «выставление счетов». Больницы и страховые компании без взаимных контрактов часто не могут договориться о цене услуг, и пациенту остается заплатить разницу.

Хотя по меньшей мере 33 штата приняли законы, призванные защитить потребителей от выставления счетов, многие из них не применяются к пациентам за пределами штата, сказал Маанаса Кона, доцент-исследователь Центра реформ медицинского страхования Джорджтаунского университета.

Например, в штате Калифорния, где родился Гаймон, закон штата защищает участников лицензированных государством планов медицинского страхования от выставления счетов, но их полномочия ограничены калифорнийскими врачами и больницами.

«Эти законы штата зависят от штата, обладающего юрисдикцией над вовлеченными поставщиками услуг», — сказал Кона. «Так что ничто не помешает поставщикам за пределами штата присылать счета и преследовать пациента. Это серьезный пробел».

В случае Гаймона обоснованность обвинений больницы также вызывает сомнения.Сеть здравоохранения Lehigh Valley Health Network печально известна большими наценками на уход за пациентами, не входящими в сеть, сказал доктор Меррит Куарум, исполнительный директор WellRithms, которая тщательно проверяет медицинские счета для самофинансируемых работодателей и других клиентов по всей стране. «Нет никаких рифм или причин относительно того, как они взимают плату по сравнению с их затратами», — сказал Куарум.

WellRithms подробно рассмотрел счета Гаймона по запросу KHN и определил, что разумная компенсация за лечение, которое он получил в больнице Лихай-Вэлли, составила бы 21 000 долларов.Это на 6000 долларов меньше, чем уже заплатила Health Net.

В электронном письме в адрес KHN представитель сети здравоохранения Лихай-Вэлли Брайан Даунс назвал расчеты WellRithms «ошибочными» и сказал, что нецелесообразно использовать ставки на основе Medicare для определения медицинских расходов, поскольку они «не отражают фактических понесенных затрат. поставщиком при оказании какой-либо конкретной медицинской услуги «. Однако WellRithms не использовал ставки Medicare. Он проверил суммы, которые, по словам Лихай, Medicare, обходятся системе здравоохранения при оказании широкого спектра услуг.

Одна из причин, названных WellRithms для высокого счета Геймона: больница Лихай-Вэлли взимала с него 25 915 долларов за ночь в отделении интенсивной терапии и 29 785 долларов за ночь в ожоговом отделении, согласно объяснению льгот, отправленных Гаймону от Health Net в январе. 2020. Гаймон понял, что его поместили в эти специализированные отделения из-за нехватки места в других частях больницы. Но Даунс в своем заявлении сказал, что Гаймону нужен ожоговый аппарат из-за его ссадин и отделение интенсивной терапии после операции на ключице.

Тем не менее, расходы являются большими надбавками по сравнению с затратами, которые Лихай сообщает в Medicare: 13 038,82 доллара за ночь для пациента в отделении интенсивной терапии и 18 036,92 доллара за ночь для пациента в отделении интенсивной терапии, согласно WellRithms.

«25 000 долларов в день за отделение интенсивной терапии — это просто смешно», — сказал Куарум.

Счет Гаймона на 49 526 долларов от Госпиталя специальной хирургии был связан с другими противопехотными минами, выставляющими счета пациентам.

Фил Геймон знает, что несчастные случаи — это часть его спорта.Он ушел из соревнований по шоссейному велоспорту тремя годами ранее, но весной 2019 года позвонил тренер сборной США по велоспорту. Хайди де Марко / KHN скрыть подпись

переключить подпись Хайди де Марко / KHN

Фил Гаймон знает, что несчастные случаи — это часть его спорта.Он ушел из соревнований по шоссейному велоспорту тремя годами ранее, но весной 2019 года позвонил тренер сборной США по велоспорту.

Хайди де Марко / KHN

Он напомнил, что представители больницы и его страхового плана сказали ему, что ему будет выставлен счет как пациенту, не входящему в сеть, но они заверили его, что он может подать апелляцию из-за смягчающих обстоятельств. И у него была вторичная страховка, предложенная USA Cycling, которая покроет 25000 долларов на операцию на плече, что она и сделала, согласно записям в счетах.

Он ожидал, что его основная страховая компания Health Net тоже оплатит часть расходов.

Но в письме от 19 октября 2019 г. Health Net отклонил апелляцию Гаймона, поскольку он «сам обратился» к хирургу в Нью-Йорке. Он также описал операцию как «амбулаторную», хотя он провел ночь в больнице. Далее в письме говорилось, что Больница специальной хирургии отнесла операцию к категории факультативных.

Учитывая его уровень боли и тот факт, что хирурги в первой больнице не проводили операции на лопатке во время его пребывания, он решил, что в этом нет ничего «выборного».«Мне нужна была эта операция, и никто другой не мог ее сделать», — сказал Гаймон.

Представитель Health Net Даррел Нг отказался от комментариев, заявив, что не комментирует конкретные дела участников, хотя Гаймон дал письменное разрешение на обсуждение своего дела.

По данным WellRithms, разумное возмещение за операцию Гаймона вне сети лопатки составило бы 13 908 долларов. Исторически сложилось так, что средняя плата за эту операцию в больнице составляла почти 11000 долларов, хотя в год, когда Гаймон перенес операцию, она обходилась всего в 3094 доллара, WellRithms обнаружил в годовом отчете о расходах за 2019 год, который больница представила федеральному правительству.

Разрешение: Борьба с этими счетами стала постоянной работой Гаймона, когда он выздоравливал после операции. И почти через два года после аварии он все еще сталкивается с огромными счетами от обеих больниц, несмотря на то, что обеим больницам были выплачены десятки тысяч долларов через страховое покрытие Gaimon.

После того, как репортер наведал справки, представитель Госпиталя специальной хирургии (HSS) позвонил Гаймону и предложил помочь ему подать заявление на получение финансовой помощи в зависимости от его дохода.

В своем заявлении представитель HSS Ноэль Карневале заявила: «Мы сожалеем о споре г-на Гаймона с тем, что его страховая компания классифицировала операцию как выборную». И она добавила: «Мы с оптимизмом ожидаем легкого решения и с нетерпением ждем возможности отметить его постоянные достижения».

Гаймон месяцами звонил и писал письма в Health Net, чтобы убедить его оплатить посещение отделения неотложной помощи и операцию на ключице. Пока он безуспешен.

Конгресс в декабре прошлого года принял закон, направленный на защиту таких пациентов, как Гаймон, от неожиданных счетов от поставщиков, не входящих в сеть.Начиная со следующего года, когда закон вступит в силу, с пациентов может взиматься плата только в размере их франшизы или доплаты при получении неотложной помощи в любой больнице.

Вывод: Федеральные меры защиты от непредвиденных медицинских счетов за неотложную помощь вступят в силу с 1 января 2022 года. Поэтому, если вы выезжаете за пределы штата в этом году, вы должны знать, что многие планы страхования на уровне штата могут не покрывать вас. полностью или вовсе в другом состоянии.

Если у вас есть неожиданный или остаточный счет за экстренную помощь за пределами штата, обратитесь в свой план медицинского страхования и убедитесь, что представители понимают, что это была экстренная помощь.Позвоните в больницу и спросите о финансовой помощи или благотворительности.

И имейте в виду, что новый федеральный закон не распространяется на все. Если вас, например, доставит в больницу наземная скорая помощь, которая не входит в сеть вашего страхового плана, вы все равно можете оказаться на крючке из-за большого счета.

«Всегда будут какие-то сюрпризы, потому что больница или врачи найдут способ раскрыть вас в соответствии с законом», — сказал Джерард Андерсон, директор Центра финансирования и управления больниц в Школе Блумберга Университета Джонса Хопкинса. Здравоохранение.«Это всегда игра в крота».

Стефани О’Нил предоставила аудио-профиль для этого отчета.

Bill of the Month — краудсорсинговое расследование, проведенное KHN и NPR , которое анализирует и объясняет медицинские счета. У вас есть интересный счет за медицинское обслуживание, которым вы хотите поделиться с нами? Расскажите об этом .

Я люблю кататься на велосипеде. Но я не буду называть себя велосипедистом.’

Кто такой велосипедист? Есть только один способ стать велосипедистом? Я велосипедист?

Последние несколько месяцев друзья и родственники присылали мне фотографии Велосипед со мной на обложке. Это сюрреалистическое ощущение. Я горжусь тем, что я на обложке и мои слова внутри, но я никогда не был уверен, отождествляю ли я себя с тем, что Bicycling традиционно представляет собой основную версию слова «велосипедист».

Подпишитесь на Bicycling All Access, чтобы получать больше комментариев и новостей.

Было удивительно видеть, насколько журнал с таким количеством историй о самых разных людях, которые ездят на велосипеде, действительно нашел отклик у этих друзей и семьи.Но видимые истории черных также контрастируют с этим традиционным белым велосипедистом-мужчиной. И эти истории были напоминанием о том, что это видение велосипедиста, которое часто усиливается в массовой культуре, определяет, кто может свободно ездить на велосипеде, в то время как те, кто не вписывается в этот стереотип, всегда чувствуют, что они выделяются, или боятся, что их остановят или преследуют. В некоторых случаях — например, в случае с Дижоном Кицзи — велосипедисты даже знают, что их могут убить за то, что они не соответствуют профилю «велосипедиста».

Я езжу на велосипеде с детства, но когда я впервые получил работу в Велосипедной коалиции округа Лос-Анджелес в 2014 году, эти вопросы крутились у меня в голове в ночь перед моим первым днем.Я нервничал из-за обычных вещей, из-за которых ты нервничаешь перед первым днем ​​на новой работе. Понравится ли мне работа? С кем я буду обедать? Могу ли я добраться до офиса на велосипеде, не вспотев?

Кроме того, я волновался, буду ли меня рассматривать как достаточно «велосипедиста», чтобы руководить велосипедной коалицией. Конечно, каждые выходные я натягивал спандекс и катался с друзьями в долгие прогулки. Я также любил путешествовать по местным уличным мероприятиям, смеясь и упиваясь отсутствием автомобильного движения.Я даже проехал на своем велосипеде по автомобильно ориентированному ландшафту Лос-Анджелеса, чтобы развлечься, прогуляться по магазину или встретиться с друзьями. К тому же я только что проехал 545 миль вниз по штату в рамках AIDS / LifeCycle. Кружась от сельских ферм к залитым солнцем берегам, я определенно был велосипедистом. Верно?

Но я не думал о себе как о велосипедисте в ту ночь, когда я лежал в постели, нервно пытаясь предвкушать свой первый день в качестве профессионального защитника велоспорта. И я до сих пор не считаю себя велосипедистом, даже несмотря на то, что мои тексты переполнены друзьями, присылающими мне фотографии своей копии Bicycling — со мной на обложке!

Журнал о велосипедах / Фото Kayla Reefer

Я всегда считал себя «велосипедистом.«Более того, человек, который любит кататься на велосипеде. Человеку, которому — особенно когда кажется, что мир рушится — нужно , чтобы ездить на велосипеде, чтобы чувствовать себя нормальным, уравновешенным и здоровым. Как мама, которая также является гендеркой, чернокожая женщина со Среднего Запада, я использую множество личностей, чтобы описать себя, и множество слов, которые используют другие люди, чтобы описать меня. Но «велосипедист» никогда не был одним из них.

Почему? По двум причинам. Во-первых, мы склонны определять что-то на примерах, которые мы видим, и изображения велосипедистов, которые чаще всего встречаются в основных средствах массовой информации или в массовой культуре, совсем не похожи на меня.Я не худой. Я не белый. Я не натурал. Я не мужчина. Просто погуглите этот термин и увидите, что центральная версия слова «велосипедист», кажется, отметила большинство или все эти флажки. Я никогда не ставил эти флажки. Я, конечно же, начал заниматься этим не только потому, что устроился на работу в велосипедную организацию.

Я человек, который едет на моем велосипеде. Человек, который любит кататься на велосипеде. Человек, которому нужно кататься на велосипеде.

Это не было осознанным решением — отказаться от термина, потому что он представлен людьми, которые подражают победителям Тур де Франс.Поскольку я никогда не видел себя велосипедистом, я никогда не видел себя велосипедистом. И я не использую этот термин, когда говорю о людях, которые ездят на велосипеде, поскольку он исключает очень многих из разнообразного круга людей, которые катаются на велосипедах по разным причинам и которые имеют разный уровень навыков и комфорта.

Я знаю, что я не один. Я обратился в Твиттер, чтобы узнать, как другие гонщики думают об этом слове. Хотя некоторые говорили, что использование термина «велосипедист» наконец-то помогло им почувствовать себя частью сообщества, многие сказали, что, по их мнению, в этом слове недостаточно нюансов, чтобы полностью описать, кто они, — что это часть их личности, но не его совокупность.

Я могу понять это последнее мнение. Вторая причина, по которой я всегда избегал этого термина, заключается в том, что я считаю велосипед просто вещью, в то время как я — личность. Я человек, который катается на велосипеде. Человек, который любит кататься на велосипеде. Человек, которому нужно кататься на велосипеде. Когда водитель приближается к опасной близости, я не хочу превращаться в безымянного велосипедиста. Я хочу, чтобы они увидели, что я чья-то дочь, сестра, жена и мама. Если наступит день, когда я буду ранен и ранен, я не хочу, чтобы кто-то просто умчался или чтобы другие просто проезжали мимо, пока я лежу от боли.Я хочу, чтобы кто-то видел меня своим соседом, своим другом, своим любимым официантом в местном ресторане с дырой в стене или своим коллегой, едущим в офис. Если случится самое худшее и байк-призрак окажется там, где я погиб, я не хочу быть просто еще одной статистикой. Я хочу, чтобы меня запомнили как человека, который был честным, добрым и всегда готов щедро отдать все, что у меня было, кому нужно.

Этот контент импортирован из {embed-name}. Вы можете найти тот же контент в другом формате или найти дополнительную информацию на их веб-сайте.

Когда я сажусь на свой байк, я не перестаю быть человеком. Я не перестаю быть черным. Я не перестаю быть Тамикой. Я просто человек, который катается на велосипеде. В некоторые дни я могу вести машину. Иногда я сажусь на поезд. В те дни, когда я беру велосипед, это не делает меня менее личным.

Я говорю об этом, потому что люди в веломире должны знать, что всякий раз, когда они печатают, печатают или говорят слово «велосипедист», они теряют связь со многими своими товарищами-любителями велосипедов. Те из нас, кто намного больше.Те из нас, кто не видит своего отражения. Те из нас, кто не находит общности в слове, но чувствует себя исключенным из-за этого термина. Я хочу, чтобы это изменилось. Я хочу, чтобы маленькие полные девчонки вроде меня смотрели в зеркало и видели, чем они хотят стать. Это может быть мировой лидер, девушка с обложки, велосипедист или даже что-то столь же простое и радостное, как «тот, кто катается на велосипеде».

Тамика Батлер была исполнительным директором Велосипедной коалиции округа Лос-Анджелес с 2014 по 2017 год.В настоящее время она является директором и основателем компании Tamika L. Butler Consulting, LLC, где посредством консультирования, обучения и публичных выступлений она проливает свет на неравенство, неравенство и социальную справедливость.

Этот контент создается и поддерживается третьей стороной и импортируется на эту страницу, чтобы помочь пользователям указать свои адреса электронной почты. Вы можете найти больше информации об этом и подобном контенте на сайте piano.io.

Подросток, который пробежал более 6 велосипедистов за пределами Хьюстона, ходит бесплатно

ОБНОВЛЕНИЕ: Адвокат, представляющий подростка, опубликовал заявление.Об этом читайте здесь.

Сразу после преследования и наезда на шестерых велосипедистов возле Хьюстона в минувшие выходные у подростка за рулем черного грузовика была одна мысль, по словам свидетеля: «Как вы думаете, я собираюсь в тюрьму?»

Ответ, как оказалось, был отрицательный.

По словам коллеги-велосипедиста Чейза Феррелла, 16-летний водитель, похоже, пытался «накатить уголь» на группу из восьми велосипедистов, тренирующихся для триатлона Ironman.Феррелл был в нескольких шагах от группы, когда водитель выпустил на него густой черный дым, когда он ехал по Старому шоссе 290 в субботу утром. Спустя несколько мгновений водитель догнал большую группу впереди и попытался сделать то же самое.

Группа велосипедистов накануне столкновения жила в ясный солнечный день.

Чейз Феррелл

Только во второй раз все было иначе. По словам Феррелла и полиции, водитель вместо того, чтобы пустить дым на группу, ускорился и врезался в шесть из восьми велосипедистов.Он остановился, вышел и осмотрел обломки, прежде чем Феррелл догнал место происшествия.

«Да, ты сделал что-то чертовски глупое», — вспоминал Феррелл, сказав подростку. «Тебе следует сесть в тюрьму».

Непонятно, почему подростка не арестовали сразу. Представители окружной прокуратуры округа Уоллер не ответили на вопросы по этому делу, а вместо этого сослались на сообщение в Facebook, в котором говорится, что оно все еще расследуется полицией.

Все, что осталось после крушения, — это покореженные велосипеды.

Чейз Феррелл

Всего четверо из шести пострадавших велосипедистов были госпитализированы. Двое из них пришлось перебросить по воздуху из-за тяжести травм. На фотографиях, которыми поделился Феррелл, показана сцена из фильма: тяжелые повреждения передней части пикапа от удара о велосипедистов. По траве, прилегающей к дороге, валялись искореженные велосипеды. Вертолет скорой помощи готовится к вылету.

Через несколько минут, сказал Феррелл, появились родители подростка. Когда приехала полиция, его допросили, но в конечном итоге отпустили с места происшествия без предъявления обвинений. Это вызвало поток критики со стороны велосипедного сообщества и не только:

«Причина, по которой он не мог остановиться, в том, что он ускорялся, чтобы подуть больше дизельного топлива на этих велосипедистов». https://t.co/RCY788Iu9N

— Джо Катруфо (@JoeCutrufo) 26 сентября 2021 г.

Нападение при отягчающих обстоятельствах, смертоносное оружие.

— Джин Ву (@GeneforTexas) 26 сентября 2021 г.

Полиция решила отпустить молодого взрослого домой, не арестовывая его. Бьюсь об заклад, они даже позволили ему водить его грузовик … pic.twitter.com/GkLrIfTwDI

— NIMBY Patrol (@NimbyPatrol) 26 сентября 2021 г.

Представьте, что 16-летний мальчик нацелил на вас пистолет, чтобы запугать вас, и нажал на курок, вот что произошло, за исключением того, что это был грузовик.

— OldGloryRobotInsurance (@supermills) 26 сентября 2021 г.

Лучше бы это было не последней историей.Ребенку нужно записаться и объясниться. Как и полиция, позволившая ему ехать домой.

И затем, когда на его семью подадут в суд, ему нужно смотреть, как его грузовик увезут и переплавят в велосипедные рамы, чтобы заменить те, которые он разрушил.

— Аллин Уэст (@allynwest) 26 сентября 2021 г.

Власти умалчивают о том, предъявят ли подростку какие-либо обвинения после этого факта.

«То, что этому водителю еще предстоит столкнуться с какими-либо последствиями, безусловно, заставляет многих задуматься, открыт ли сезон для велосипедистов в округе Уоллер», — сказал Джо Катруфо, исполнительный директор BikeHouston.

Два велосипедиста, которых сбил подросток, были доставлены по воздуху в больницу Хьюстона.

Чейз Феррелл

Округ Уоллер и регион Хьюстон знакомы с водителями, которые сбивают велосипедистов, иногда с гнусными намерениями. В 2017 году два велосипедиста погибли в округе Уоллер, когда ветеран армии Виктор Томе намеренно въехал в небольшую группу. В конце концов Томе был осужден за убийство, караемое смертной казнью, и приговорен к пожизненному заключению без права досрочного освобождения. По словам Дага Бегли из Houston Chronicle, эти смерти привели к четырем смертельным столкновениям, которые произошли с 2011 года только в округе Уоллер.

«Ирония заключается в том, что в округе Уоллер преобладает мнение, что велосипедисты из Хьюстона представляют собой угрозу», — сказал Катруфо. «Это сложная позиция для защиты, когда вы видите 16-летнего парня, сбивающего их на грузовике».

Личность подростка не разглашается и, вероятно, останется конфиденциальной, поскольку он несовершеннолетний.


Что вы думаете о чехле? Дайте мне знать в Twitter: @jayrjordan

Велосипедист Канзаса — Велосипеды Канзаса, велосипедные прогулки, клубы, магазины и маршруты

Добро пожаловать в Канзасский велосипедист!

Kansas Cyclist — главный интернет-ресурс о велосипедных прогулках по великому штату Канзас.Хотя Канзас не наделен яркими чертами, такими как горы или океаны, он предлагает тонкую красоту тем, кто кто может оценить удивительное разнообразие ландшафтов и ландшафта в его пределах.

Помимо великолепной природной красоты, Канзас предлагает бесчисленное количество миль дорог и троп для езды на велосипеде по дорогам и бездорожью. И вопреки распространенному мнению, Канзас не совсем плоский, с его долей холмов, рек и долин.

Чтобы узнать больше, изучите нашу обширную коллекцию ресурсов по велоспорту Канзаса и обязательно ознакомьтесь с календарем предстоящих событий.

Заголовки новостей о велоспорте Канзаса

Карта проезжей части Канзаса на 2019 год

Обновленная версия карты Kansas Rails-to-Trails за 2019 год продолжает развитие постоянно растущей сети троп в Канзасе.

Утвержден план ABC Trails

План ABC Trails Plan — это совместный проект между округами Аллен, Бурбон и Кроуфорд, направленный на разработку активного плана транспортных маршрутов и маршрутов для трех округов. Этот план является первым в своем роде в…

Природная тропа Флинт-Хиллз становится парком штата Канзас

19 июня в Оттаве губернатор Канзаса Джефф Колайер торжественно подписал закон, определяющий природную тропу Флинт-Хиллз в качестве парка штата Канзас.Сюжет Ottawa Herald: Тропа Флинт-Хиллз становится государственной…

Объявлен велосипедный маршрут по Канзасу-2018

Велосипедная прогулка по Канзасу, ежегодный недельный тур по штату Подсолнечник, объявила о своем маршруте 2018 года, который пересекает южный ярус штата, 9-16 июня 2018 года.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.