Индия в современном мире: Индия как ведущая держава — Московский Центр Карнеги

Содержание

как Индия собирается войти в тройку крупнейших экономик мира — РТ на русском

В 2017 году Индия обошла Францию и заняла шестое место в рейтинге стран по объёму ВВП. При этом эксперты ожидают, что уже через десять лет южноазиатская республика попадёт в тройку крупнейших экономик мира. В последние годы государство совершило серьёзный рывок за счёт усиления промышленности и IT-сектора, расширения экспорта и активного участия в глобальных интеграционных процессах. Впрочем, высокий показатель социального неравенства и недостаток квалифицированных кадров пока остаются главными вызовами для Нью-Дели. Как «индийское чудо» может изменить современный уклад в мировой экономике — в материале RT.

В 2017 году в рейтинге крупнейших экономик мира произошли заметные перестановки. Так, после трёх лет стабильного положения Франция переместилась с шестой позиции на седьмую, уступив при этом своё место Индии. Об этом свидетельствуют данные Всемирного банка.

Согласно оценке мировых кредиторов, по итогам 2017 года объём индийского ВВП достиг отметки $2,597 трлн. Во Франции показатель составил $2,582 трлн. По прогнозу организации, в 2018 году темпы роста валового внутреннего продукта южноазиатской республики составят около 7,3%, а в 2019—2020 годах достигнут уровня 7,5%. Таким образом, ожидается, что в течение следующих нескольких лет экономика Индии станет самой быстрорастущей среди развивающихся стран.

Как отмечают эксперты Всемирного банка, за последние 10 лет Индия сумела удвоить объём своего ВВП. По состоянию на 2007 год его значение составляло $1,2 трлн, при этом республика на тот момент занимала 12-е место в списке стран по реальному уровню валового внутреннего продукта.

Вместе с тем, по оценке специалистов британского Центра экономических и деловых исследований, уже к 2032 году страна обойдёт Соединённое Королевство, Германию, Японию и станет третьей крупнейшей экономикой мира после США и Китая. В свою очередь, аналитики HSBC ожидают, что это может произойти несколько раньше — к 2028 году.

Индийский рывок

Во многом рост индийской экономики обусловлен демографическим фактором. На сегодняшний день население страны превышает 1,3 млрд человек, а объём ВВП на душу населения постепенно растёт. Такая ситуация создаёт все условия для активного развития сферы услуг. Её доля в валовом внутреннем продукте страны уже превысила 50%. Об этом в интервью RT рассказала эксперт фондового рынка «БКС Брокер» Оксана Холоденко.

Рост сектора услуг вместе с наметившимся расширением среднего класса в Индии способствует ускоренному наращиванию потребления в республике. Это, в свою очередь, также положительно сказывается на экономике государства, считает главный экономист Евразийского банка развития (ЕАБР), программный директор Валдайского клуба Ярослав Лисоволик.

«Стоит отметить, что важными драйверами экономического ускорения республики также стали расширение финансовой системы и рост доступности финансовых услуг по отношению к большей части населения. Это тоже может существенно улучшить ситуацию с точки зрения потребления», — добавил Лисоволик.

Также по теме

Миллионеры из трущоб: как инвестиции и отказ от оборота наличных усилят экономику Индии

Власти Индии задумались о создании Инфраструктурного банка на деньги частных инвесторов общим объёмом финансирования в $1,5 трлн на. ..

Кроме того, заметный экономический рывок южноазиатская страна сделала и за счёт развития целого ряда отраслей промышленности. По словам руководителя Школы востоковедения НИУ ВШЭ Алексея Маслова, на сегодняшний день Индия уже сумела стать одной из крупнейших сталелитейных держав мира. При этом в определённой степени республика обязана Китаю своими высокими темпами роста ВВП.

«Индия сумела наладить отличный экспорт товаров сельского хозяйства, в том числе и в КНР. Страна воспользовалась нехваткой продуктов питания на китайском рынке. Помимо этого, республика начала поставлять по всему миру изделия из тканей. Поскольку текстильная продукция Китая заметно подорожала, Индия стала заместителем китайского рынка», — объяснил в интервью RT Алексей Маслов.

Опрошенные RT аналитики также отмечают и положительный эффект для экономики от мощного роста сектора информационных технологий. Так, индийские IT-специалисты пользуются огромной популярностью у зарубежных компаний.

«Индия успела стать основным экспортёром IT-услуг, важным центром технологичного аутсорсинга для транснациональных корпораций и поставщиком соответствующих специалистов в ведущие страны мира. На IT-сектор приходится большая доля занятости в частном секторе страны», — отметила Оксана Холоденко.

Вместе с тем, согласно оценке Алексея Маслова, на сегодняшний день уже можно отследить и начало нового тренда: из страны аутсорсинга Индия превращается в самостоятельную экономическую державу. Во многом это связано с расширением участия республики в глобальных интеграционных процессах. Одним из последних шагов страны в этом направлении стало её членство в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), а также начало переговоров о создании зоны свободной торговли с государствами Евразийского экономического союза (ЕврАзЭС).

«До недавнего времени Индия оставалась достаточно закрытой экономикой с довольно высоким уровнем внешнеторговых тарифов. Уже начатое активное выстраивание внешнеторговых альянсов может привести к улучшению возможностей для индийского экспорта за рубеж. Это тоже дополнительный фактор экономического роста страны», — объяснил Ярослав Лисоволик.

Полоса препятствий

Как отмечают опрошенные RT эксперты, перед вхождением в тройку крупнейших экономик мира Индии ещё предстоит ответить на целый ряд вызовов. Так, несмотря на уже наметившийся рост ВВП на душу населения, показатель по-прежнему остаётся достаточно низким — на уровне $1963. Для сравнения, в Китае это значение составляет $7330, отметил Алексей Маслов.

Помимо этого, согласно мнению эксперта, страна в ближайшие годы должна сосредоточить свои усилия на повышении качества рабочей силы. На сегодняшний день лишь в некоторых районах государства есть высококвалифицированные работники. В связи с этим в Индии возникают определённые сложности с развитием современных областей производства.

«Решением данной проблемы является развитие образования, особенно в южных штатах Индии. Власти уже начали работу в этом направлении, и сейчас идёт создание системы международного образования, а также международных университетов. Самый крупный проект в этом плане — это университет Наланда, где работают специалисты из США, Германии, Китая и Сингапура», — рассказал Маслов.

В интервью RT ведущий аналитик Amarkets Артём Деев также добавил, что позитивный эффект могло бы иметь и более интенсивное проникновение интернета в Индию. По словам эксперта, на сегодняшний день порядка 69% индийцев не пользуются глобальной сетью.

Нехватка квалифицированной рабочей силы усугубляет и проблему неравенства в стране, считает Алексей Маслов. Так, большой разрыв между богатыми и бедными является одним из важнейших вызовов для экономики государства. По словам Оксаны Холоденко, ситуацию ухудшает и высокий уровень коррупции. По данным исследования Transparency International, в 2017 году Индия заняла 81-е место в списке коррумпированности из 176 стран.

«Негатив в экономику прибавляет и существенный рост цен на нефть с середины 2017 года. Этот фактор способствует увеличению бюджетного дефицита Индии. Страна занимает 3-е место после Китая и США по потреблению энергоносителей в мире», — добавила эксперт.

Новый порядок

Основным преимуществом индийской экономики является её молодое население, отмечают аналитики. Так, по словам Артёма Деева, сегодня более 50% индусов моложе 30 лет.

Также по теме

В Китае заявили, что США начали крупнейшую торговую войну решением о введении пошлин

Соединённые Штаты нарушили правила Всемирной торговой организации и начали крупнейшую в истории торговую войну, приняв решение ввести…

«В Индии рабочая сил — одна из самых молодых, а проблема старения населения не является существенной. Поэтому многие заказы начнут перетекать в Индию. Республика будет постепенно перетягивать на себя крупные сборочные производства технологических гигантов. Уже сегодня страна так поступает с Apple — компания начала открывать заводы на территории государства», — пояснил Алексей Маслов.

Кроме того, в ожидаемой перспективе приток дешёвой и квалифицированной рабочей силы из Индии может привести к стабилизации цен в мире, считает эксперт. Обострение противостояния между США и Китаем способствует разбалансировке рынков и в состоянии спровоцировать глобальный инфляционный скачок. На этом фоне индийский фактор станет своего рода предохранителем в случае такого развития событий.

В целом же вхождение Индии в тройку ведущих государств по объёму ВВП, а также возможное лидерство Китая в данном рейтинге с течением времени может поспособствовать изменению уже устоявшего уклада глобальной экономики, считает Ярослав Лисоволик.

«Если в топ-3 крупнейших экономик мира войдут две страны БРИКС, позиции развивающихся государств в мировой экономике будут только усиливаться. Они будут стремиться к изменению баланса сил в уже существующих международных организациях, а также начнут создавать свои собственные интеграционные платформы и институты развития. Это будет отражаться в росте многополярности экономического развития мира», — заключил эксперт.

ЕАЭС – Индия: стратегическое партнерство

Уровень экономических отношений Индии и ЕАЭС не соответствует потенциальным возможностям. Одно из основных препятствий для увеличения товарооборота между ЕАЭС и Индией – сложность логистики. Активизировать сотрудничество может создание зоны свободной торговли и развитие прямых экономических связей Индии с российскими регионами.

Индия – один из ключевых и перспективных партнеров стран-членов Евроазиатского экономического сотрудничества (ЕАЭС).

  • Экономика Индии входит в число самых быстро растущих в мире – по прогнозу МВФ, в 2017 году ВВП Индии вырастет на 7,2%, а в 2018 году на 7,7%.
  • Руководители Индии и ЕАЭС декларируют взаимовыгодный интерес.

Но сейчас уровень экономического взаимодействия Индии и ЕАЭС не соответствует потенциалу.

  • Товарооборот между ЕАЭС и Индией в 2016 году увеличился всего на 0,1%, до $8,8 млрд. При этом объем внешней торговли Индии в 2016 году составил почти $643 млрд.
  • В структуре совокупного товарооборота ЕАЭС доля Индии в 2016-м составила 1,73%, на 0,21% больше, чем в 2015 г. Объёмы торговли ЕАЭС с Индией меньше в 9 раз, чем с Китаем.

Структура торговли ЕАЭС с Индией в основном формируется за счёт России как экономического лидера союза.

  • Доля Индии в российском товарообороте в 2016 году выросла с 1,5% до 1,6%, при этом объемы торговли упали на 1,5%, до $7,7 млрд.

В числе основных причин, мешающих эффективному сотрудничеству, ограничительные меры против импорта из стран-участниц союза и сложная логистика:

  • Из 138 мер (в т.ч. антидемпинговых, защитных, компенсационных), применяемых третьими странами в отношении товаров ЕАЭС, 13 приходится на Индию. Для сравнения: больше ограничений только у Украины (24) и Евросоюза (23), а у США – меньше 11 мер.
  • В настоящий момент большая часть пути из Индии в Россию пролегает по морю: Суэц — Гибралтар — Балтика. Срок транспортировки более 40 суток. Это увеличивает конечную стоимость и делает индийские товары в России и российские в Индии неконкурентоспособными.

Активизировать связи может создание зоны свободной торговли (ЗСТ) между ЕАЭС и Индией. В декабре 2016 года президенты стран ЕАЭС одобрили начало переговоров о заключении соответствующих соглашений.

  • По мнению министра по торговле ЕЭК Вероники Никишиной, создание ЗСТ увеличит взаимный товарооборот примерно на 18%.
  • По оценке главы торгпредства России в Индии Ярослава Тарасюка, между Россией и Индией объем торговли может вырасти до $30 млрд в 2025 году.

Упрощению логистики поможет развитие международного транспортного коридора (МТК) «Север-Юг», о создании которого Россия, Индия и Иран договорились ещё в 2000 году. На это нацелено подписанное в ноябре 2016 года соглашение между «РЖД Логистика» и Федерацией ассоциаций транспортно-логистических компаний Индии.

  • Маршрут включает лишь один морской участок — между индийскими и иранскими портами. Остальной транзит проходит по территории Ирана, Азербайджана и России. Снижение цены доставки планируется на 30%.

Растет инвестиционное сотрудничество и производственная кооперация:

  • В октябре 2016 года Владимир Путин сообщил о создании совместного российско-индийского фонда (по $500 млн инвестиций с каждой стороны) для финансирования проектов в сферах инфраструктуры и инноваций. Уже согласованы 20 крупных проектов.
  • Идут переговоры о налаживании лицензионного производства гражданских самолетов Sukhoi Superjet и о совместной разработке регионального пассажирского самолета.
  • Индийские компании интересуют капиталовложения в добывающую отрасль России. Так, в сентябре 2016-го правительство Индии одобрило сделку по приобретению компанией ONGC Videsh Limited еще 11% (к имеющимся 15%) акций «Ванкорнефти» за $930 млн.
  • В июле 2015-го в рамках визита премьер-министра Индии в Казахстан сторонами подписана «дорожная карта» из 26 проектов в сферах энергетики, машиностроения, металлургии, информационных технологий, химической промышленности, фармацевтики.

Важную роль играет развитие прямых торгово-экономических и инвестиционных связей регионов РФ с индийскими партнёрами:

  • В 2016 в Индии побывали 13 делегаций российских регионов, в январе-мае 2017-го — ещё десять. Последней стала делегация Челябинской области. Руководство региона планирует за два года увеличить товарооборот с Индией в 3-4 раза с $65 млн в 2016 г.

В конце марта Хабаровский край посетили индийские предприниматели. Компания «SRAM&MRAM» намерена инвестировать $5-10 млн. в проекты добычи полезных ископаемых в регионе.

Индия и Россия в меняющемся мире — Клуб «Валдай»

В таких сложных условиях общественного давления роль официального Дели в урегулировании текущего кризиса и выстраивании отношений с Пекином в дальнейшем становится особенно важной.

Эксперты отмечают, что и в российской политике существует определённый недостаток чёткости в подходах к выстраиванию отношений с партнёрами в Южной Азии, а также в стратегии относительно важнейшего для безопасности и экономического развития всей большой Евразии региона вокруг Афганистана. Аналогичная ситуация заметна применительно к присутствию России в регионе Индийского и Тихого океанов, куда смещаются акценты российско-индийского сотрудничества в связи с предполагающимся более активным участием Индии в экономике российского Дальнего Востока и планами по развитию транспортного коридора «Владивосток – Ченнаи». 

Очевидно, что благодаря глобальному кризису уже не нужно смотреть за горизонт, чтобы увидеть очертания мира будущего. Объективной реальностью теперь является не только мир менее предсказуемый, но и более проницаемый. Многие дилеммы, встающие перед лицами, принимающими решения, становятся острыми вопросами сегодняшнего дня, а не отдалённой перспективой. В первую очередь они связаны с процессом цифровизации. Не только Россия прошла большой путь в этом направлении и обозначила технологическую сферу в качестве одного из своих приоритетов, но и для Индии цифровизация уже начала приносить стремительные изменения во все сферы индийской экономики и общественной жизни (подробнее о цифровизации в Индии). Такие вопросы, как цифровой суверенитет, кибербезопасность, особенно в отношении критической национальной инфраструктуры, приобретают первостепенное значение и сохранят свою важность в обозримом будущем. Благодаря наличию сильных амбициозных национальных игроков и эффективных государственных регуляторов Индия планирует и в этой области следовать своему курсу на автономию и стремится сохранить независимый подход. Однако в реальности это может означать сложные решения для политического руководства страны и необходимость выбора между инвестициями и суверенитетом. Ещё до того, как в июне этого года произошли столкновения между индийскими и китайскими военными, на фоне экономического кризиса и потенциального снижения стоимости индийских активов в Нью-Дели приняли решение впредь более избирательно подходить к прямым инвестициям из стран-соседей. Фактически эта мера была направлена на сдерживание инвестиций из Китая в высокотехнологичные индийские компании, к тому моменту уже достигших ощутимых масштабов. Предложенное Индии Лондоном партнёрство десяти демократических стран в совместном развитии технологий 5G примечательно тем, что, пока официальный Дели взял паузу в решении о сроках и параметрах развёртывания этой технологии в Индии, индийский телекоммуникационный лидер заявляет о своей готовности к реализации проектов 5G, включая поставки необходимого оборудования. Технические решения из таких стран, как Финляндия, Швеция и Южная Корея, пока считаются слишком дорогостоящим. Одновременно Великобритания вслед за США вынуждена сокращать масштабы сотрудничества с Китаем, в которое было вложено много усилий Лондона в последние десять лет.

Важнейшими для Индии отраслями, в которых благодаря цифровизации уже происходят революционные изменения и на которые необходимо обратить внимание при определении приоритетных направлений российско-индийского сотрудничества в цифровой сфере, являются финансовые технологии, телемедицина, энергоэффективность, сельское хозяйство, логистика, транспорт, образование, регулирование занятости и рынка труда. Актуальные для Индии решения и взаимодополнение между фундаментальными российскими научными компетенциями и индийскими возможностями масштабирования следует искать в таких сферах, как искусственный интеллект, анализ больших данных и новые материалы.

При этом в ближайшем будущем не только перед обществом, представленным индивидуальными гражданами наших стран, стоит задача более активного участия в выработке приемлемых правил новой цифровой жизни, но и перед государствами и правительствами возникает актуальная необходимость защиты собственного цифрового суверенитета и безопасности, выработки эффективных подходов к правилам поведения в международном масштабе. Учитывая сегодняшнюю разобщённость мирового сообщества, казалось бы, реалистичнее начинать такое движение с двусторонних форматов, однако и этот процесс не обещает быть лёгким, что хорошо видно на примере многочисленных конкурирующих предложений, оказывающихся сегодня перед Индией.

Кризис, связанный с пандемией, значительно повысил актуальность глобальной повестки устойчивого развития и, в частности, семнадцати целей устойчивого развития ООН. Это важное обстоятельство, поскольку в списке ООН, помимо социальных направлений, есть пункты, связанные с вопросами энергетики, ответственного потребления и с тематикой изменения климата (а в более широком смысле – защиты окружающей среды), которым сложно было найти путь не только к умам руководителей российских корпораций, но и к более широкой общественности. Теперь же становится понятно, что России невозможно оставаться за пределами этой повестки, и уже в ближайшее время перед нашей страной не только ещё более остро встанет задача диверсификации экономики, но и возникнет необходимость повышения энергоэффективности всего российского экспорта – от металлургии до продукции сельского хозяйства. При этом Индия, наш перспективный партнёр в сфере поставок энергоносителей и других природных ресурсов, в среднесрочной и долгосрочной перспективе ориентирована на устойчивое развитие не в меньшей степени, чем наши западные партнёры. Эта направленность не только соответствует фундаментальному индийскому мировоззрению, но и является насущной необходимостью, поскольку обеспечить социально-экономический лифт сотням миллионов индийцев на морально устаревших принципах взаимодействия человека и природы, не усугубив при этом экологическую ситуацию в глобальном масштабе, уже невозможно.

Все направления устойчивого развития, проблематика цифровизации, а также перспективы развития российско-индийских отношений и реализации их экономического и делового потенциала напрямую связаны с вопросами образования. 29 июля 2020 года правительство Индии представило разработанную при участии ведущих индийских экспертов Новую политику в сфере образования. Эта подробная программа действий отражает важность стоящих перед современной Индией задач, связанных с образованием, и содержит целый ряд конкретных мер, направленных на повышение его эффективности. Финансирование этой сферы планируется увеличить с 1,7% ВВП до 6% ВВП. Особое внимание будет уделено раннему профессионально-техническому обучению школьников старших классов и развитию навыков, необходимых для активизации предпринимательских инициатив молодёжи, – шагам, направленным на повышение уровня занятости в индийской экономике и создание новых рабочих мест. Ранее меры поддержки для молодых предпринимателей были реализованы через налоговые льготы и широкую институционализацию в Индии стартап-движения. В России принимаются похожие меры. В этой связи особенно важным представляется поощрение совместных образовательных программ и развитие российско-индийских контактов на уровне молодёжи – как в области предпринимательства, так и в научной, академической, культурной и во многих других сферах. Сотрудничество между двумя странами не может быть в полной мере реализовано без наличия с обеих сторон компетентных профессионалов, знающих про открывающиеся возможности и особенности работы в России и в Индии, знакомых с культурой, ценностями и мотивацией, распространёнными в обществе двух стран.

сотрудничество в сфере военных технологий

C начала 2000-х гг. отношения Индии и США динамично развиваются в различных сферах: торговле и инвестициях, энергетике, науке и культуре. Однако их ключевым элементом, безусловно, является военное сотрудничество.

С 1998 г. значительно выросли количество и масштаб совместно проводимых военных учений и других форм взаимодействия вооруженных сил двух стран. Объем поставок вооружений и военной техники (ВиВТ) из США в Индию поднялся с практически нулевой отметки в начале столетия до более чем 15 млрд долл. в 2019 г.

Очевидный коммерческий интерес для США представляет индийский рынок вооружений как один из наиболее емких рынков в мире. В последние годы США выиграли ряд крупных контрактов, включая поставку Индии военно-транспортных самолетов Lockheed Martin C-130J Super Hercules, ударных вертолетов AH-64E Apache Guardian и тяжелых военно-транспортных вертолетов CH-47F(I) Chinook.

Индия, в свою очередь, заинтересована в повышении боеготовности вооруженных сил для обеспечения безопасности границ и противостояния внешним вызовам, к основным из которых Нью-Дели относит потенциальные конфликты с Китаем и Пакистаном. Принципиальной задачей при этом индийское руководство считает оснащение вооруженных сил новейшими системами ВиВТ, а США здесь отводится роль их поставщика и перспективного донора военных технологий.

Несмотря на наличие общих интересов и достигнутые успехи в развитии военного сотрудничества, проблемными остаются, пожалуй, наиболее сложные и продвинутые форматы взаимодействия, такие как трансфер технологий, совместные разработка и производство систем вооружений.

Одним из основных факторов, который препятствует дальнейшему углублению сотрудничества двух стран, — неготовность США к передаче чувствительных технологий, вызванная, с одной стороны, внутриполитическими и бюрократическими причинами (большое количество ступеней согласования, противостояние различных групп интересов), с другой — недоверием непосредственно к Индии и ее готовности эти технологии принять. Индия, в свою очередь, продолжая прибегать к закупкам готовой военной продукции за рубежом, не стимулирует США отказываться от этого гораздо более выгодного формата.

Не способствовало укреплению доверия и решение Индии по закупке российских зенитных ракетных систем С-400 «Триумф». Нью-Дели при этом (в отличие от Китая и Турции) удалось временно избежать американских санкций, предусмотренных законом CAATSA. Однако Вашингтон получил дополнительный рычаг давления, который позволит США комбинировать в отношениях с Индией использование «кнута» в виде угрозы наложения ограничений на военно-техническое сотрудничество и «пряника» в виде предложений о новых совместных проектах и передаче технологий, мотивируя ее тем самым к постепенному снижению объемов импорта из России. Индия же, стремясь сохранить отношения с обоими стратегическими партнерами, будет вынуждена искать баланс и идти на компромиссы.

C начала 2000-х гг. отношения Индии и США динамично развиваются в различных сферах: торговле и инвестициях, энергетике, науке и культуре. Однако их ключевым элементом, безусловно, является военное сотрудничество.

Отправной точкой в данном контексте можно считать террористические акты 11 сентября 2001 г., серьезным образом повлиявшие на американскую внешнюю политику в целом и ее южноазиатский вектор в частности. Данные изменения привели к отмене действовавших в отношении Индии ограничений на поставку вооружений и технологий двойного назначения, введенных Соединенными Штатами в 1998 году в связи с осуществлением ею ядерных испытаний. С тех пор значительно выросли количество и масштаб совместно проводимых военных учений и других форм взаимодействия вооруженных сил двух стран. Объем поставок вооружений и военной техники (ВиВТ) из США в Индию поднялся с практически нулевой отметки в начале столетия до более чем 15 млрд долл. в 2019 г.

Другим важнейшим фактором, способствовавшим сближению двух стран, стала потребность США в балансировании военного и экономического роста Китая. Вашингтон рассматривает Нью-Дели в качестве важного союзника и центрального звена своей Индо-Тихоокеанской стратегии. Помимо этого, очевидный коммерческий интерес для США представляет индийский рынок вооружений как один из наиболее емких рынков в мире. В последние годы США выиграли ряд крупных контрактов, включая поставку Индии военно-транспортных самолетов Lockheed Martin C-130J Super Hercules, ударных вертолетов AH-64E Apache Guardian и тяжелых военно-транспортных вертолетов CH-47F(I) Chinook.

Индия, в свою очередь, заинтересована в повышении боеготовности вооруженных сил для обеспечения безопасности границ и противостояния внешним вызовам, к основным из которых Нью-Дели относит потенциальные конфликты с Китаем и Пакистаном. Принципиальной задачей при этом индийское руководство считает оснащение вооруженных сил новейшими системами ВиВТ, а США здесь отводится роль их поставщика и перспективного донора военных технологий.

Несмотря на наличие общих интересов и достигнутые успехи в развитии военного сотрудничества, проблемными остаются, пожалуй, наиболее сложные и продвинутые форматы взаимодействия, такие как трансфер технологий, совместные разработка и производство систем вооружений. Почему данному направлению стоит уделить отельное внимание при анализе индийско-американских отношений? Для ответа на этот вопрос необходимо в первую очередь выделить ряд особенностей индийской политики в области военного строительства и закупки вооружений.

Индийская специфика

Одной из важнейших отличительных черт индийского рынка, помимо вышеупомянутой емкости, является его открытость и как следствие жесткая конкуренция, ставшие естественным результатом многолетней и целенаправленной политики Индии по диверсификации источников закупки вооружений. Кроме минимизации политических рисков зависимости от одного поставщика, Нью-Дели таким образом получает доступ к наиболее продвинутым на мировом рынке системам вооружений. Данная тенденция проявилась более явно в связи с бурным ростом экономики Индии в последние десятилетия, позволившим стране увеличить расходы на военные нужды и начать принимать решения о закупке ВиВТ, исходя из конкурентных преимуществ стран-производителей в отдельных сегментах, не ограничиваясь исключительно фактором соотношения цены и качества.

Параллельно с этим правительство Индии предпринимает усилия по достижению самодостаточности в производстве продукции военного назначения за счет развития национальной оборонной промышленности. Сегодня данное направление индийской политики в значительной степени определяет характер ее военно-технического сотрудничества с зарубежными государствами. Так, регламент оборонных закупок в редакции 2016 года (Defence Procurement Procedure, DPP) — основополагающий документ министерства обороны Индии в соответствующей области — описывает систему категоризации приобретаемой продукции с целью стимулирования роста внутреннего производства. Наивысший приоритет в данной системе занимает покупка разработанной и произведенной в Индии продукции c минимальным содержанием компонентов местного происхождения равным 40% в ценовом выражении или же продукции, разработанной и произведенной за рубежом с аналогичным показателем уже в 60%. На более низкой ступени стоит покупка зарубежных образцов с полной локализацией производства в Индии. Наименее же предпочтительным остается вариант закупки готовой продукции зарубежного производства для имеющих стратегическую значимость или длительно эксплуатируемых систем вооружений. Особое внимание при заключении сделок уделяется вопросам передачи технологий и приобретения лицензий на производство.

В этой связи нельзя также не упомянуть о масштабной государственной программе «Делай в Индии» (Make in India), запущенной в сентябре 2014 г. премьер-министром Индии Нарендрой Моди и направленной на превращение Индии в мировой центр промышленного производства. Она предполагает привлечение инвестиций фактически во все крупные сектора экономики, в том числе оборонную промышленность. По задумке разработчиков программы, результатом должен стать не просто выход на самообеспечение военной продукцией, но становление Индии в качестве крупного мирового поставщика. В 2016 году Нарендра Моди заявлял о намерении достичь показателя объема экспорта вооружений в 3 млрд долл. к 2025 году.

Одной из последних заметных инициатив индийского правительства в рамках программы Make in India стало открытие двух оборонно-промышленных кластеров (Defence Industrial Corridors) в штатах Уттар-Прадеш и Тамилнад с целью консолидации и эффективного использования имеющейся производственной инфраструктуры, привлечения инвестиций и создания новых рабочих мест.

В качестве примеров успешно реализованных национальных проектов разработки и производства систем вооружений индийцы приводят 155-мм буксируемую гаубицу Dhanush, зенитный ракетный комплекс средней дальности Akash и легкий многоцелевой истребитель четвертого поколения LCA Tejas. Справедливым будет заметить, что вышеназванная гаубица является фактической копией шведской Bofors FH-77B, а два других проекта имеют долгую и непростую историю создания, сопровождавшуюся многочисленными задержками. В целом же, несмотря на прогресс в отдельных сегментах, Индии пока не удалось достичь заметных результатов на пути к поставленным целям по развитию национальной обороной промышленности. Поэтому в среднесрочной перспективе Нью-Дели продолжит обращаться за военно-технической помощью к зарубежным партнерам. Вместе с тем, принимая во внимание перечисленные выше особенности индийского рынка, странам-экспортерам, если они желают сохранить и укрепить свои позиции, придется учитывать потребности Индии и предлагать соответствующие им новые форматы сотрудничества.

Нормативно-правовая база сотрудничества в сфере военных технологий

За почти 20 лет Индия и США подписали целый ряд соглашений о военном сотрудничестве, регулирующих различные его аспекты, в том числе вопросы передачи технологий, организации совместных разработок и производства вооружений.

Одним из первых таких соглашений на современном этапе стало подписанное в 2005 г. рамочное соглашение о взаимодействии в области обороны (Framework for the U.S.-India Defense Relationship), рассчитанное на 10 лет, которое, помимо прочего, содержало пункт о расширении возможностей для передачи технологий, совместном производстве и проведении научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР). В целях контроля за осуществлением данных мероприятий была создана специальная совместная рабочая группа — Defense Procurement and Production Group.

Это соглашение послужило своего рода основой для принятия в 2012 году инициативы в области военных технологий и торговли вооружениями (Defense Technology and Trade Initiative, DTTI), которая охватывала схожий круг вопросов, но делала отдельный акцент на создании условий для углубления научно-технического сотрудничества и снятии имеющихся бюрократических и процедурных барьеров. Важно отметить, что DTTI не является договором или законом, представляя собой скорее инструмент для руководства двух стран по взаимодействию и контролю в указанной сфере.

В январе 2015 г. по результатам визита в Индию президента США Барака Обамы было подписано обновленное рамочное соглашение сроком еще на десять лет, в котором отмечается, что оборона и безопасность являются основой двустороннего сотрудничества. Сторонами были определены четыре стартовых/пробных совместных проекта (Pathfinder Projects) в рамках инициативы DTTI: производство миниатюрных беспилотных летательных аппаратов RQ-11 Raven, контейнеров с разведывательной аппаратурой для самолетов C-130J Super Hercules, гибридных электрогенераторов и костюмов химической защиты нового поколения. Индия и США также договорились о создании рабочих групп по изучению возможностей сотрудничества в области технологий строительства авианесущих крейсеров и совместной разработки реактивных двигателей.

В 2016 году Индия получила специальный статус «основного партнера США в области обороны» (Major Defense Partner), формально закрепленный в американском законе о выделении бюджетных средств на нужды обороны (National Defense Authorization Act, NDAA). Немаловажным событием стало присоединение Индии в августе 2018 г. к списку стран-партнеров США по торговле стратегическими товарами, открывшее для Нью-Дели возможность приобретения расширенной номенклатуры высокотехнологичной продукции американского производства, включая продукцию военного назначения. Наконец, летом 2019 г. стало известно о включении в проект новой версии закона NDAA положения о предоставлении Индии статуса партнера США равного станам-членам НАТО, что также в перспективе должно способствовать углублению военного сотрудничества в части передачи современных технологий.

Практические результаты и перспективы

Выше перечислены только те соглашения между Индией и США, которые непосредственно затрагивают вопросы трансфера технологий и развития совместных проектов. Помимо них был также подписан ряд договоров, касающихся взаимодействия вооруженных сил двух стран (LEMOA, COMCASA). Таким образом, на современном этапе индийско-американских отношений была сформирована солидная нормативно-правовая база в рассматриваемой области сотрудничества.

Тем не менее практическая реализация обозначенных намерений заметно отстает. К отдельным успешным проектам можно отнести создание на территории Индии совместных предприятий. Так, в 2009 году было организовано совместное предприятие американской компании Sikorsky и индийской Tata Advanced Systems Ltd. (TASL) по производству кабин для среднего транспортного вертолета S-92 в Хайдарабаде (штат Телангана). В 2011 году TASL договорилась с корпорацией Lockheed Martin о производстве компонентов для самолетов C-130J, а в 2018 году — о производстве в Индии крыльев для истребителей F-16 Fighting Falcon. Примечательным событием стало подписание по итогам состоявшихся в сентябре 2018 г. индийско-американских переговоров соглашения между подразделением оборонных инноваций министерства обороны США (Defense Innovation Unit, DIU) и недавно созданной по его подобию индийской организацией Defence Innovation Organisation (DIO). Деятельность обеих структур направлена на поддержку и финансирование частных компаний, занимающихся разработкой прорывных технологий по тем направлениям, в которых традиционные оборонные компании им уступают — это искусственный интеллект и машинное обучение, виртуальная/дополненная/смешанная реальность, робототехника, биотехнологии и т. д.

Одним из основных факторов, который препятствует дальнейшему углублению сотрудничества двух стран, — неготовность США к передаче чувствительных технологий, вызванная, с одной стороны, внутриполитическими и бюрократическими причинами (большое количество ступеней согласования, противостояние различных групп интересов), с другой — недоверием непосредственно к Индии и ее готовности эти технологии принять. Индия, в свою очередь, продолжая прибегать к закупкам готовой военной продукции за рубежом, не стимулирует США отказываться от этого гораздо более выгодного формата.

Не способствовало укреплению доверия и решение Индии по закупке российских зенитных ракетных систем С-400 «Триумф». Нью-Дели при этом (в отличие от Китая и Турции) удалось временно избежать американских санкций, предусмотренных законом CAATSA. Однако Вашингтон получил дополнительный рычаг давления, который позволит США комбинировать в отношениях с Индией использование «кнута» в виде угрозы наложения ограничений на военно-техническое сотрудничество и «пряника» в виде предложений о новых совместных проектах и передаче технологий, мотивируя ее тем самым к постепенному снижению объемов импорта из России. Индия же, стремясь сохранить отношения с обоими стратегическими партнерами, будет вынуждена искать баланс и идти на компромиссы.

Политех выступил с предложениями по развитию дорожной карты двухстороннего сотрудничества России и Индии

В конце прошлой недели состоялось одиннадцатое заседание российско-индийской рабочей группы по науке и технологиям. В мероприятии, которое из-за пандемии коронавируса прошло в режиме онлайн, приняли участие представители министерств обеих стран, ученые и руководители ведущих университетов России и Индии, научных фондов и организаций.

Начало такому тесному партнерству ключевых регуляторов и научно-образовательных организаций двух стран было положено на предыдущей сессии в 2018 году. Напомним, что тогда российские и индийские участники определили направления взаимодействия в вопросах взаимовыгодного сотрудничества, подтвердили наличие совместных государственных приоритетов в ряде областей науки и технологий и одобрили дорожную карту двустороннего сотрудничества между Российской Федерацией и Республикой Индия по выделенным приоритетным направлениям. Благодаря такому оперативному взаимодействию на межправительственном уровне, за последние несколько лет удалось провести ряд двухсторонних конкурсов по поддержке совместных российско-индийских исследований, реализовать ряд стипендиальных программ и организовать совместные научные мероприятия. 

В рамках состоявшейся 11-й сессии представители министерств, Академии наук и научных фондов двух стран – РФФИ, DST, РНФ и других – представили сведения о планируемых в будущем программах поддержки исследовательской деятельности, определили приоритеты и условия совместной работы. В работе сессии приняли участие специалисты институтов РАН и ведущих индийских научных центров. Два ведущих российских университета, имеющих наиболее прочные и продуктивные партнерские отношения с индийской стороной – Политехнический университет Петра Великого и Томский государственный университет – были приглашены представить на заседании рабочей группы свои лучшие практики и опыт в двусторонних проектах, а также предложения для внесения в новую дорожную карту.

Партнерство СПбПУ с ведущими вузами Индии традиционно было в фокусе внимания: на протяжении 15 лет Политехнический университет обеспечивает плодотворное сотрудничество научных групп России и Индии по таким важнейшим направлениям, как Интернет вещей, наноматериалы и наноструктуры для применения в оптике, фотонике и спектроскопии; переработка микропластика с использованием биотехнологий и др. Плодотворное взаимодействие стало возможным благодаря двухсторонним конкурсам РФФИ и РНФ, реализуемыхм совместно с DST; а также сетевому взаимодействию – рамочной программе БРИКС, деятельности в рамках Ассоциации университетов России и Индии и т.д. 

Проректор по международной деятельности СПбПУ профессор Дмитрий АРСЕНЬЕВ, который представил СПбПУ на 11-м заседании российско-индийской рабочей группе по науке и технологиям, отметил в своем докладе, что за последние 5 лет Политех подал более 20 совместных заявок с индийскими партнерами, 6 из которых были поддержаны и реализовались в масштабные совместные проекты. Таким образом, более 25% заявок были одобрены, что свидетельствуют об основательности научных исследований и высоком уровне коллаборации политехников и индийских ученых.

«Необходимо отметить, что при всей обширности уже существующих контактов и полном понимании взаимно интересных направлений сотрудничества, тем не менее, у исследователей наших стран явно недостаточно ресурсов для реализации всех научных идей в русле заявленных стратегий развития наших стран. Наше предложение – увеличить число двусторонних конкурсов, курируемых министерствами и научными фондами, по поддержке научных исследований между РФ и Индией, с привлечением ведущих университетов, участников программ превосходства», – прокомментировал проректор Арсеньев и отдельно подчеркнул, что важнейшим аспектом в современном мире становится практико-ориентированное обучение, особенно в инженерных и научно-технологических дисциплинах. «Для такого обучения критически важны академическая мобильность и внутрисетевые взаимодействия. Учитывая текущую мировую ситуацию с COVID-19, важно использовать возможности онлайн-взаимодействия и онлайн-мобильности, например, через реализацию программ студенческих проектных марафонов», – добавил Дмитрий АРСЕНЬЕВ.

О накопленном опыте и перспективах научно-технического сотрудничества СПбПУ с индийскими партнерами, как в рамках двусторонних конкурсов, так и при поддержке многосторонней инициативы БРИКС рассказал профессор Высшей школы гидротехнического и энергетического строительства Владимир БАДЕНКО. 

«Представленный на сессии доклад был посвящен опыту взаимодействия с индийскими коллегами в рамках двух успешно выполняемых трехсторонних проектов Россия-Китай-Индия, которые финансировались в рамках специальной программы поддержки сотрудничества стран БРИКС. Партнерами проектов являлисьIndian Institute of Technology Roorkee prof Rahul Dev Garg и East China Normal University prof Liu Min и prof Lei Zhang. Оба проекта развивают цифровые технологии в рамках парадигмы перехода к передовым цифровым, интеллектуальным производственным технологиям, роботизированным системам, новым материалам и способам конструирования, машинного обучения и искусственного интеллекта, а в частности, парадигму “Умного города” (SmartCity)», – прокомментировал профессор БАДЕНКО.

В заключении доклада он обратился к представителям министерства образования и фондов, финансирующих научные исследования (РНФ и РФФИ), с просьбой поддержать проверенную временем сложившуюся кооперацию вузов трех стан в рамках создания зеркальных международных лабораторий “SmartCity Lab” для развития проведенных исследований и разработок, а также планируемых проектов по цифровизации агротехнологий.

Предложения СПбПУ были с интересом встречены индийскими и российскими коллегами, которые отметили, что, только объединяя усилия и грамотно координируя инициативы и национальные интересы, получится наиболее эффективно обеспечить развитие прорывных технологий в науке и образовании на благо развития наших стран.

Подготовлено международными службами СПбПУ

Центр Политического Анализа и Прогнозирования


В современной политико-экономической литературе достаточно много исследований посвящено тем или иным аспектам модернизации переходных политических систем. Но, как правило, для исследований берутся модельные регионы, такие как страны центральной или западной Европы. Что касается исследований, посвященных Юго-Восточной Азии, то в основном исследуются Япония и Китай. Между тем незаслуженно обходят вниманием такие важные с точки зрения понимания процессов модернизации страны, как Индия, Индонезия или Пакистан. С нашей точки зрения, наиболее любопытна для рассмотрения Индия как страна, роль которой в современном мире все больше возрастает. Это дает повод многим экспертам ставить Индию наряду с Китаем на лидирующие экономические позиции уже к середине XXI века. Но так ли оправданны эти прогнозы? Насколько тенденции, наблюдающиеся в современной Индии, способствуют дальнейшей успешной модернизации страны? На эти и другие вопросы мы попытаемся ответить в данной работе, рассматривая особенности модернизационных процессов в Индии.

Применительно к странам третьего эшелона модернизации можно выделить несколько подходов. Во-первых, понимание модернизации как внутреннего процесса, который имеет определенную специфику, характерную для той или иной страны. В данной трактовке теория модернизации определяет причину отставания в социо-культурных факторах развития обществ: «…слаборазвитые народы были такими, потому что их общества были недостаточно «современными» социально и психологически».

Низкий уровень развития стран Азии и Африки, таким образом, объясняется локальными особенностями той или иной страны. Поэтому остается важным вопрос о специфике и последствиях доиндустриального развития этих стран. Во-вторых, рассмотрение процесса модернизации через неомарксистскую формулировку, объясняющую процесс мировой капиталистической интеграции как необходимое следствие функционирования монополистического капитала. В данной формулировке главная роль в модернизационных процессах отводится внешнему фактору. Ее сторонники утверждают, что проблемы экономической отсталости не могут быть решены вне контекста включенности в международную систем. Примеров этому можно привести достаточное количество, однако наибольший интерес с нашей точки зрения представляет Индия.

Однако для данного исследования наиболее оптимальной является линеральная модель модернизации, предложенная С. Блеком. Он выделяет четыре фазы перехода к модернизации.

1. Вызов modernity, т. е. первоначальная конфронтация в обществе по поводу перехода к качественно новому этапу развития. Этот этап характеризуется появлением в обществе сторонников модернизации и, как следствие, предпосылок для возникновения институтов нового типа.

2. Консолидация модернизаторской элиты, т. е. переход власти от традиционной элиты к новым лидерам «заряженным» на модернизацию страны. Данный переход, как правило, сопровождается длительными социально-политическими конфликтами, которые наблюдаются на протяжении нескольких поколений.

3. Экономическая и социальная трансформация — социально-экономические изменения в стране происходят до момента перехода от аграрного типа общества к индустриальному.

4. Интеграция общества. Это этап, который сопровождается серьезными изменениями в структуре общества и происходит необратимый переход к демократическому развитию страны, а следовательно, складываются предпосылки для перехода к постиндустриальному обществу.

Индийское общество: потребность в изменениях

Если говорить о главном отличии развития Индии от других стран мира, нужно сконцентрироваться на таком институте, как каста. Целый ряд исследователей отмечает особую важность для страны кастовой системы. Каста, по мнению Л. Дюмона, представляет собой оригинальную цивилизационную модель, построенную на собственных сознательных принципах, и следует начинать с изучения этих принципов, а не применять к ней внешние понятия, присущие той или иной этнокультурной среде . Фактически речь идет о становлении в Индии не просто социальной иерархии, а о возникновении специфического образа жизни, который не в состоянии изменить ни одна сила. Как известно, главной особенностью социальной организации индийского общества в период средневековья был кастовый строй. Со временем сложилось деление на четыре варны (сословия): брахманы (жрецы), кшатрии (воины), вайшьи (земледельцы-общинники) и шудры (эта варна возникла позже всех и включала в себя различные категории зависимого населения вплоть до рабов). Однако кастовая система не была статичной и со временем также корректировалась.

Примерно в гуптский период (318 г.) началось изменение в сословной системе Индии. Все большее значение приобретало имущественное положение. Каждая варна стала делиться на множество каст (по-индийски «джати»), происхождение которых во многом связано с разделением труда и специализацией. Другие же касты, в основном принадлежавшие к сословиям вайшьев и шудр, (торговцев и слуг) являлись племенами, которые включались в кастовую систему и получили определенную социальную функцию . Несмотря на то, что касты являлись самостоятельным институтом, варны служили своего рода ступенями классификации каст по социальному признаку. В процессе развития в стране феодальных отношений изменился социальный характер старых варн. Среди брахманов теперь появились землевладельцы, чиновники, военачальники. В составе кшатриев начали встречаться раджпуты, которые были не только воинами, но и землевладельцам. Вайшьями становились купцы и богатые ремесленники. Начиная с того же периода, развивались особые касты, стоявшие вне варновой системы — т. н. неприкасаемые, которые занимали самое низкое социальное положение и выполняли грязную работу.

Все человеческие общества построены на основе социальной иерархии, которая является одним из главнейших элементов функционирования государства. Эта социальная структура состоит из одной или нескольких (в зависимости от характера режима) доминирующих групп, обладающих тотальной гегемонией, и подчиненных групп, находящихся в нижней части иерархической структуры. Доминирующие группы идентифицируются обществом как социальная власть, некий символ, которому делегируется принятие решений. Именно поиск символического в поле политического во многом привел к формированию таких доминирующих социальных групп и постепенному усилению противоречий между лидерами и обществом. Не многие исследователи обращали внимание на тесную связь символического и социально-политического, говоря о дальнейшем развития элитологических концепций. Так, Сюзанна Лангер, например, отмечала, что символы являются важнейшими элементами человеческого поведения. По ее мнению, символизация «является основополагающим процессом развития человека во все времена».

Главенствующая роль иерархических структур, разумеется, характерна для многих обществ, однако, как правило, подобный уклад не является постоянным и меняется с течением времени под воздействием трёх факторов: экономического, культурного и социально-политического. Что касается экономического фактора, нужно отметить, что в определенный исторический период перед обществом появляется потребность в изменении привычного классового уклада. Так было в Европе, так было и в Азиатском регионе — например, в Японии. Если всё же обратить внимание на модернизацию именно европейских обществ, можно отметить, что это был эволюционный и революционный процесс, под воздействием внутренних факторов. Один из главных компонентов модернизации в странах Европы — это появление независимых городов, которые заключали договор с королём или крупным феодалом. Именно под эгидой свободных городов, начали своё развитие новые социальные структуры: буржуазия, крупные цеха, университеты, приведшие к появлению мощной прослойки учёных. Все эти процессы, привели к постепенному отмиранию традиционного социального деления Европы. Совсем иначе, обстояли дела в обществах Азии, где не произошло качественно нового развития свободных городов, которые по сути своей, представляли крупные деревни без серьёзного изменения, в структуре производства, и как следствие в социальной стратификации. Отсюда вытекает проблема урбанизации, как одного из важнейших критериев модернизации неевропейских обществ.

Что касается культурного аспекта изменений системы, то здесь уместно вспомнить Й. Хейзинга и его «инстинкт игры». Он отмечал, что «свое бытие культура начинает как разновидность сублимированного игрового инстинкта» , элементов священнодействия и праздничных состязаний, продолжавшихся одновременно с развитием институтов и остающихся навечно присутствовать на каком-то уровне. Однако в некоторых обществах этот инстинкт не просто сохраняется, но и распространяется на все сферы жизни общества. Таким образом, система каст сохранилась как определенные некие правила игры, функционирующие практически без изменений до наших дней.

Социально-политическая составляющая выражается в стремлении общества обладать информацией. По мнению ряда исследователей, именно борьба за информационный ресурс и является одной из главных особенностей в эволюции обществ. Центральным явлением здесь выступает политический конфликт, который сознательно поддерживается правящими кругами, чтобы укрепить власть той или иной группировки или лидера . Именно благоприятное воздействие внутреннего социального конфликта зачастую приводит к изменениям и слому предыдущей парадигмы развития общества. Так, например, Чарльз Тилли отмечает, что конфликты внутри социально-политических систем рано или поздно приводят к социальному взрыву, который, в свою очередь, создает предпосылки для наступления, возникновения переходного периода – когда старый режим падет, а новый еще окончательно не институционализируется.

Вызов modernity

Первый этап модернизации Индии был обусловлен внешним фактором, роль которого сыграла Англия. Как известно, британцы уже к 1850 году управляли большей частью Индии, современного Пакистана и Бангладеш. В конце 1800-х годов в британской Индии были сделаны первые шаги к самоуправлению с назначением индийских консультантов для участия в процедурах принятия решений и строительстве экономических и социальных институтов. Это очень важный момент, поскольку стало понятно, что без участия индийцев в принятии законопроектов невозможно модернизировать страну и начать процесс вхождения в мировую экономику. Таким образом, уже в период с 1868 по 1900 год была начата индустриализация и частичная интеграция страны в мировую экономическую систему. Самые быстрые темпы экономического роста наблюдались в 1870–1890-х годах. «Это новый мир, и я спрашиваю себя: неужели я все еще в Индии?» — отмечал Рамсей Макдональд в заметках о поездке в 1909 году в столицу Индии Калькутту.

Действительно, Индию этого периода трудно узнать, уже к концу XIX века страна начинает постепенно включаться в мировую капиталистическую систему, а важнейшим городом индийской промышленности становится Бомбей. В 1893-1899 гг. была проведена финансовая реформа, которая создала условия для проникновения встряну английского капитала. Был введён золотой стандарт рупии, курс которой был привязан к английскому фунту стерлингов. К началу XX века английским монополиям принадлежало большинство чайных плантаций в Бенгалии, Ассаме и на юге страны, кофейных плантаций в княжестве Майсур и каучуковых — в княжестве Траванкур, джутовые фабрики в Калькутте. Кроме того, им принадлежало значительное количество текстильных фабрик и шахт страны. Крупные бомбейские фирмы имели свои представительства в Англии, они получали там необходимый опыт и могли ознакомиться с развитием промышленности, чтобы впоследствии применить свои знания в Индии.

Нарождающаяся индийская буржуазия стремилась получить доступ к тяжелой промышленности, следствием чего стало строительство в 1911 году в Бихаре первого металлургического завода. Уже к 1920 году в стране полным ходом шла индустриализация. Но несмотря на экономическое развитие, наблюдавшееся в стране, англичане не оставляют попыток постарения нации, которое выражалось прежде всего в создании новых институтов. И этому было своё объяснение. На определённом этапе метрополия вынуждена проводить в колонии определённые реформы, которые главным образом касаются политического и административного аспекта и могут носить как глубинный системный характер, так краткосрочный и поверхностный. Глубина и продолжительность таких преобразований зависит, во-первых, от наличия или отсутствия программы действий метрополии в колонии и, во-вторых, готовности впитывать изменения в самой колонии. Немаловажным здесь явилось осознание одного, достаточно очевидного факта: проведение подобных реформ может оказать как положительное воздействие на систему в целом, так и привести к её энтропии. Но если подобные реформы не проводить, есть опасность ухудшения в будущем и экономической ситуации, поскольку архаика в социально-политической системе постепенно может оказать негативное воздействие и на экономический сегмент. Единых рецептов здесь, как известно не изобрели, что делает сам процесс достаточно инвариантным.

Таким образом, перед английской администрацией встала серьёзная проблема приведения социально-политической системы Индии в соответствие с её экономическим уровнем в начале XX века. Реформы, проведённые в Индии имели противоречивые результаты для метрополии. С одной стороны, они обеспечили Индии более устойчивое развитие, но с другой стороны именно вынужденная демократизация начала XX века, предопределила скорую потерю этой колонии. Ситуацию ухудшали восстания, вспыхивающие по всей территории страны начиная ещё с середины XIX века . Восстания носили как локальный характер (против английских предпринимателей), так и более глобальный, направленный против власти англичан.

Во многом как ответ на сложную социальную обстановку в стране, в 1919 году был проведен комплекс реформ, названный «реформами Монтегю–Челмсфорда», которые способствовали «постепенному распространения самоуправления с целью развития в Индии, как составной части Британской империи подотчётного и эффективного правительства» . Закон вводил двухпалатный законодательный орган при генерал-губернаторе, который состоял из Государственного совета и Законодательного собрания. 34 члена Государственного совета избирались, 26 – назначались. Для Законодательного собрания цифры были 105 и 40 соответственно. Однако за генерал-губернатором оставалось право вето. В провинциях вводилась система диархии (двоевластия), направленная на укрепление системы сдержек и противовесов. Введение четкой процедуры выборов на всех уровнях предполагало практическое ознакомление индийцев с демократическими процессами.

Подобные поступательные преобразования имели серьезный резонанс внутри общества, дали ценный опыт для индийцев и отчасти подготовили их к будущей независимости. Фактически Англия оставила Индии сложившуюся структуру институтов, политических партий и зародившуюся элиту. Кроме того, «был фактически создан средний класс, в основном из кшатриев» . Это привело к тому, что даже некоторые индийские интеллектуалы поддерживали британское правление как альтернативу национализму и коммунизму, например Рам Мохум Роя, который надеялся, что либеральные экономические реформы побудят индийцев создать «свою национальную философию либерализма». Если бы не было запроса внутри индийского общества, как на экономические, так и на политические реформы, то, в конце концов, демократические институты не прижились бы, как бывало уже не раз в истории.

Консолидация модернизаторской элиты

Начиная с 1920 года возросла роль индийского общественного деятеля Махатмы Ганди, который выступал за единую Индию без присутствия англичан. Его партия Индийский национальный конгресс (ИНК), по сути, была широким общественным движением. Причём, Ганди удалось практически невозможное – хоть и временно, нивелировать противоречия, существовавшие между кастами. Известно, что Ганди поддерживали даже неприкасаемые, которые надеялись получить свою выгоду от независимости страны . Именно в данный период произошла консолидация модернизаторской элиты, которая хотела независимого развития для страны и в то же время продолжения экономических преобразований с учетом интересов большинства общества.

Опора на брахманов и кшатриев, таким образом, имела успех с точки зрения данного этапа модернизации. Именно образованный класс мог принять и адаптироваться к новым институтам, которые ввели англичане. Поэтому консолидация новой элиты прошла относительно безболезненно, что позволило Индии успешно пойти по пути индустриализации. С 1947 года Индия, получив статус независимого государства, должна была заново определить векторы развития и избрать оптимальную стратегию поведения. И большую роль здесь играет политическая элита страны. Между тем, если в большинстве стран Европы и Юго-Восточной Азии сложились предпосылки к демократизации социально-политической и экономической системы, то в Индии маятник качнулся в другую сторону.

Под руководством Джавахарлала Неру Индия приступила к индустриализации экономики за счет укрепления государственного сектора и применения перспективного планирования. Под контролем государства оказались все ключевые отрасли, находившиеся в собственности монополий. Это очень важный момент, поскольку Неру был горячим поклонником некоторых элементов социалистической модели экономики и ориентировался на СССР. В результате, уже через несколько лет под контролем государства оказались все ключевые отрасли, находившиеся в собственности монополий. На протяжении этапа экономической стабилизации, продолжавшегося до середины 50-х годов, иностранный капитал в Индии был взят под контроль . Интенсивный этап индустриализации продолжался с середины 50-х до середины 60-х годов. В течение этого периода благодаря политике протекционизма были созданы импортозамещающие отрасли. С конца 60-х годов начался процесс социального и технологического переустройства сельского хозяйства на основе «зеленой революции» . Начиная с 1985 года приоритетной целью экономической политики Индии становится развитие инфраструктуры. В этот период нехватка внутренних накоплений определила рост внешней задолженности Индии. В 1989 году Индия становится одним из самых больших из развивающихся стран получателем иностранной помощи.

В дальнейшем экономическом развитии Индии можно выделить три фазы развития. Первая фаза — 1950-е и начало 1960-х годов. Это был период активной государственной политики индустриализации, сопровождавшейся относительной открытостью внешней торговли и инвестициями. Вторая фаза — с 1960-х годов — поворот к импортозамещающему развитию, широко распространенному в те годы во многих развивающихся странах. В целом импортозамещение было, очевидно, необходимой и объективной фазой для тех стран, которые вступили на путь развития позднее стран Запада и Японии . Начало 1990-х годов ознаменовалось переходом к третьей фазе – экспорторасширяющегося развития в рамках программ структурной адаптации МВФ, который приветствовался в экономических кругах с энтузиазмом и со ссылкой на опыт стран Юго-Восточной Азии, добившихся благодаря ориентации на внешние факторы достаточно высоких темпов экономического роста ознаменовалось переходом к третьей фазе – экспорторасширяющегося развития в рамках программ структурной адаптации МВФ, который приветствовался в экономических кругах с энтузиазмом и со ссылкой на опыт стран Юго-Восточной Азии, добившихся благодаря ориентации на внешние факторы достаточно высоких темпов экономического роста.

Как известно, понятие «модернизация» является достаточно многообразным. В социальной, экономической и политической теории модернизация характеризуется достижением индустриализации, высокой урбанизации, секуляризации и рационализации производства. В период холодной войны, например, модернизация воспринималась странами Запада как оружие, направленное против коммунизма. Так, в 1968 году С. Хантингтон призвал к модернизации переходных обществ через урбанизацию. Среди примеров насильственной урбанизации можно выделить Вьетнам, где значительная часть населения была насильственно вывезена из деревень в город, в современное окружение, а их старые дома были сожжены. Подобный опыт не имел успеха и был скорее неудачной попыткой реализации теорий постарения нации, нежели реальными шагами в направлении модернизации . При Неру, напротив урбанизация имела серьёзный успех, поскольку носила не спонтанный характер. Увеличение темпов роса экономики привело, к потребностям в новых рабочих местах. Если в 1950 году численность городского населения в Индии составляла 60,6 млн. чел., то уже к 1990 году эта цифра увеличилась до 230,2 млн. чел. Эта динамика является одной из самых высоких в мире и проигрывает только Китаю (60,9 и 380,8 млн. чел., соответственно). В Азии в 1990 году насчитывалось 115 таких агломераций, больше всего в Китае (38), Индии (24).

Тем не менее, индийское капиталистическое развитие неплохо сочеталось с теми нормами и институтами, которые были насажены в период английского колониального господства. В этот период появились те образованные слои индийского общества, которые и получили власть после обретения страной независимости. Именно поэтому институты, созданные англичанами не были подвергнуты серьёзным изменениям. Законодательная власть в стране принадлежит двухпалатному парламенту и отделена от исполнительной и судебной власти. Политический строй Индии во многом копировал английский аналог, что выражалось не только в наличии схожих институтов, которые могут играть фасадную роль, но и в функционировании новой элиты, которая, придя к власти, реализовала институциональный потенциал и обеспечила определённую эффективность функционирования политической системы .

Говоря о политическом процессе в Индии этого периода нужно отметить, что уже тогда была состязательность с полной свободой для партийных коалиций в ходе избирательных кампаний. Это важно, если учесть достаточно закрытую экономику, курс на которую был взят практически сразу после независимости. Известно, что избирательные кампании свидетельствуют об устойчивости симпатий основной массы избирателей: при наличии коммунистического левого и религиозно-коммуналистского правого крыльев основная доля голосов избирателей приходилась на центр, представленный, прежде всего ИНК, позже также и коалицией оппозиционных ему сил. Если не считать небольшого промежутка времени (1977 — 1979 гг.) все остальные годы во главе Индии стояло правительство ИНК, которое после смерти Неру возглавляла его дочь Индира Ганди, а после ее убийства — ее сын Раджив Ганди, внук Неру. После убийства Раджива Ганди, во главе правительства встал Нарасимха Рао. Это говорит о достаточно стабильной политической системе, которая была своеобразным симбиозом социалистических черт в экономике и демократических в политике.

Таким образом, с 1960-х до середины 1980-х годов Индия была одной из наиболее контролируемых экономик мира за пределами коммунистического блока. Это выражалось в административном контроле за ценами, а также контролем правительства за многими ключевыми отраслями промышленности. Импорт в основном был запрещён, а экспорт и приток инвестиций был значительно уменьшен. Крупные частные предприятия были лишены возможности расширяться, что легло тяжким бременем на другие сектора экономики.

Экономическая и социальная трансформация

В любом переходном обществе разные периоды требуют различных политических лидеров и элит, обладающих определенными навыками и способностями. Элитные группы должны либо смениться, либо адаптироваться к различным задачам, поскольку, как указывает Ф. Шмиттер, — это требует консолидации подходов, которые полностью отличаются в переходный период . Фактически был выбран путь классического переходного процесса а не революционных преобразований . Зачастую в этот период для внутриэлитной борьбы используется идеология национализма в целях контроля над массами. Национализм представляет собой мощную идеологическую основу для формирования новой социально-политической системы. Эта стратегия была успешно применена в Чехословакии, бывшей Югославии – если говорить о Восточной Европе.

С точки зрения X. Линца и А. Степана степень продвижения и характер изменений в стране, переходящей к демократии, могут быть оценены при помощи следующих характеристик: «Демократический переход завершился в том случае: когда достигнуто определенное согласие по поводу политических процедур смены правительства, когда его приход к власти является результатом свободного голосования народа» . В то же время в «третьем мире» процесс консолидации часто бывает прерван и не завершен до конца, при этом возникают симбиотические образования, называемые иногда демократическим авторитаризмом или авторитарной демократией. Во многом это связано с социокультурной средой, в рамках которой осуществляется политический переход, с «реакцией отторжения» демократических ценностей и норм доминирующей политической культуры.

90-е годы внесли существенные изменения в социально-экономическую политику Индии и ознаменовали собой новую фазу в стратегии развития страны. Однако толчок, произошедший в новой политике, не очень отличается от изменений, осуществляемых в других развивающихся странах. Особенно это относилось к постсоциалистическим странам, где наблюдались сложные процессы, создающие новые социальные и политические институты. Наиболее важные глобальные процессы, наблюдаемые в Индии в данный период — это уменьшение степени государственного контроля над различными аспектами индийской экономики, увеличение роли частного сектора, переадресация недостаточных ресурсов общественного сектора к областям, где частный сектор имеет перспективы роста. Особый акцент был сделан на привлечении иностранных инвестиций в экономику.

Данные изменения сопровождались серьезными дебатами внутри страны, а также за границей. Всех волновал вопрос о перспективах либерализации в стране. Совершенно очевидно, что после 1991 года Индия двигалась в направлении демократизации политического режима и в качестве образца помимо Восточной Европы и России выступал Китай, где изменения проводились с 1978 года. В основном реформы одобрялись, но были и недовольные изменением политико-экономического курса. Главная критика предстоящих реформ сводилась к разногласиям по темпам открытия рынка страны для внешних производителей, а также степени защиты внутреннего рынка страны. Важная особенность Индии в реализации реформ при сравнении с другими странами заключается в том, что здесь особый акцент был сделан на градуализме, т. е. плавном переходе от одного состояния экономики к другому. Иными словами, правительство сознательно отказалось от «шоковой терапии». Прежде чем рассматривать содержание реформ в стране, полезно выделить главные причины, по которым в стране начала преобладать доктрина градуализма.

Первая причина для перехода к политике градуализма состоит в том, что толчком к проведению этих реформ не стал какой-либо длительный экономический или политический кризис. Реформы начали проводиться в июне 1991 года вследствие кризиса платежного баланса, который был серьезен, но все же не являлся системным и не носил затяжного характера. Напротив, некоторые кризисные явления проявились в конце 1980-х годов, когда индийская экономика росла ежегодно в среднем на 5,5%. Это может казаться скромным по Восточноазиатским стандартам, но это было намного лучше, чем предыдущий период развития страны. Начиная с 1985г. приоритетной целью экономической политики Индии становится развитие инфраструктуры. В этот период нехватка внутренних накоплений определила рост внешней задолженности Индии. В 1989 году Индия становится одним из самых больших среди развивающихся стран получателей иностранной помощи.

Ещё к началу 80-х годов индийское правительство пришло к выводу, что система средств управления, ориентируемая на защиту внутреннего рынка, делает Индию неконкурентоспособной в рамках глобальной мировой экономики. Как отмечают ряд авторов, градуализм был неизбежным результатом демократического и плюралистического развития государства, в котором экономические реформы могут быть осуществлены только в том случае, если они основаны на согласии широких масс населения. Благоприятный опыт либерализации в 80-х создал интеллектуальный климат продолжения реформ в том же в том же направлении. Кризис 1991 года привёл лишь к более решительным реформам, но их направление и темп остались прежним – приемлемым для демократического государства. Это было тем более важно в июне 1991, так как у нового правительства М.Сингха еще не было парламентского большинства.

Экономические реформы, начатые в 1991 году, также носили эволюционный характер, но сильно отличались от реформ 1980-х годов. Прежде всего была признана необходимость в объединении с мировой экономикой через торговлю, привлечение инвестиций и технологий, с целью чего нужно было создать (в течении 4-5 лет) условия, которые бы дали конкурентную среду идентичную другим развивающимся странам. Можно выделить несколько основных направлений либеральных преобразований. Это, прежде всего реформы, укрепляющие рыночную систему страны:

• Финансовая стабилизация

• Промышленная политика и иностранные инвестиции

• Реформы в аграрном секторе

• Либеральные рыночные реформы

Данные меры способствовали окончательному вхождению Индию в мировое сообщество и позволили говорить об успехе модернизации и демократизации в стране.

Инновационная периферия

Уже очевидно, что мировой экономический кризис носит структурный характер и призван уничтожить все, что тормозит внедрение инновационных технологий, прорывов. Та страна выйдет из кризиса окрепшей, обновленной, которая найдет адекватные «ответы» на глобальные «вызовы», использовав не только финансовый, экономический, но и интеллектуальный потенциалы своего общества. Таким образом, можно констатировать, что перед руководителями любых переходных государств всегда стоит выбор между двумя стратегиями поведения: а) дальнейшая авторитарная трансформация системы, направленная на выход из экономического кризиса; б) форсированная демократизация системы, направленная на преодоление политического и уже затем экономического кризиса. В такой дилемме сталкиваются два мнения: о чисто экономических проблемах, обострившееся с кризисом или о кризисе системы в целом, который независимо от всемирного экономического кризиса рано или поздно оказал бы негативное воздействие на государство. Проблема, однако, несколько шире и оба пункта взаимосвязаны. Для преодоления кризиса переходными странами необходима дальнейшая модернизация.

В Индии, пожалуй, наблюдается наиболее острая социальная дезинтеграция общества. Разногласия усугубляются смешанным характером социально-экономической жизни страны. Наличие различных типов социальных отношений способствует появлению опасности социальной нестабильности в стране.

Для современной Индии экономический рост является насущной необходимостью. Многие эксперты считают, что для того, чтобы страна совершила серьёзный рывок необходимо ускорение темпов экономического роста с 5-6% в год до более существенных результатов. Только в этом случае можно будет говорить о начавшемся процессе преодоления социальных проблем в Индии. Результаты говорят сами за себя – около 28% граждан страны в настоящее время живут за чертой бедности. Кроме того, при нынешних темпах экономического роста, к 2012 году, по различным оценкам число безработных может составить от 19 до 37 миллионов, наибольшая часть из которых будут молодые люди . Понятно, что на самом деле речь идёт о ещё больших цифрах. Высокая безработица в свою очередь ведёт к возрастанию конфликтогенности внутри индийского общества. Одна четверть миллиардного (1,1 млрд.) населения Индии – это лица моложе 15 лет, более половины — моложе 25 лет, более двух третей — моложе 35 лет. Предположительно, к 2013 г. трудовые ресурсы увеличатся почти на 90 млн. человек – это общая численность трудовых ресурсов Великобритании, Франции и Италии. К 2028 г. население Индии может увеличиться на 370 млн. человек. В Индии будет одновременно наибольший процент молодёжи по сравнению со странами Запада и самые большие по численности трудовые ресурсы. Такой рост может сделать ее чрезвычайно ценным партнером для США и других стран.

Подобное бурное увеличение рабочей силы традиционно считается позитивным явлением, гарантирующим быстрый экономический рост на 25-30 лет. Увеличение численности работающих означает рост производства, потребления и ВВП. Однако демографический рост не несет чистых выгод автоматически. Обеспечение производственной занятости такой массе людей – пугающая перспектива. По одной из оценок, успешный год — это 7 процентов реального роста и не менее 15 млн. новых рабочих мест. Если создание рабочих мест тормозится или рабочие плохо обучены, десятки миллионов останутся безработными или будут иметь неполную занятость.

Сельское хозяйство, где занято три пятых населения Индии, иллюстрирует потенциальную угрозу такого развития событий. Уже сейчас 60 млн. из занятых в сельском хозяйстве уволены. Если найти для них работу в промышленности или сфере услуг, это обеспечит 25-процентный рост ВВП в течение пяти лет. Повышение производительности сельскохозяйственного труда, конечно, достойная цель, поскольку ее следствием является рост доходов и снижение бедности. Однако одновременно это сократит потребность в рабочей силе и увеличит на десятки миллионов армию тех, кто ищет работу в городах . Таким образом, ускорение экономического роста и обеспечение занятости квалифицированной молодёжи в ближайшие два десятилетия являются ключевыми, стратегическими задачами Индии.

Между тем, многие страны мира сталкиваются с прогнозируемым дефицитом рабочей силы из-за низких темпов рождаемости и увеличения доли пожилых людей. Серьёзная нехватка ощущается в таких отраслях как IT-услуги, медицина и образование. Данная ситуация способствовала формированию в Индии специфического направления услуг, которое можно условно охарактеризовать как инновационная периферия. Именно предоставление удалённых услуг странам Западной Европы и США в ряде перспективных направлений, является на сегодняшний день бурно развивающимся сегментом экономики Индии. По ряду индийских прогнозов к 2020 году в сфере дистанционных услуг будет занято 10-24 млн. рабочих мест. Всё это позволит в ближайшие два года повысить ВВП до 1,5% по сравнению с нынешними темпами роста. Огромные молодые и профессионально подготовленные трудовые ресурсы Индии способны сыграть большую роль в глобальной экономике. Но основное внимание концентрируется на высокопрофессиональной рабочей силе в сфере высоких технологий. Однако в ближайшее время наукоемкие компании не смогут обеспечить занятость нового трудоспособного населения, пополняющего трудовые ресурсы страны. Поэтому Индия должна совершенствовать базовые навыки, гарантировать всеобщее начальное образование.

Иными словами, проблемы выходят за рамки численности этих ресурсов . Тем не менее, нельзя сказать, что не предпринимается никаких усилий для улучшения всеобщего образования в стране. Так, бюджет министерства школьного образования и грамотности, которое контролирует начальное и среднее образование и программы ликвидации безграмотности среди взрослого населения, вырос в 2003-2008 финансовых годах почти в пять раз. Между тем, грамотность в масштабе страны составляет лишь 64 %, что является достаточно низким показателем.

Одна из важнейших проблем страны, которая тормозит переход к консолидации общества, это проблема единого языка в стране . Ещё в 1965 году была попытка сделать единым языком хинди, на котором разговаривало большинство населения страны. Однако эта попытка не увенчалась успехом, поскольку наткнулась на противодействие некоторых южных штатов, для которых хинди не являлся родным языком. Как следствие в современной Индии до сих пор эта проблема не решена, если говорить обо всей территории страны. В какой то степени роль единого языка играет английский, имеющий статус второго государственного, но он, как правило, развит в городах, чего нельзя сказать о сельской местности. Сейчас идёт своеобразный разрыв на англоговорящую городскую среду и на сельскую, использующую преимущественно хинди, а также бенгали, догри, непали и др.

Курс современной Индии на инновации подтверждается и особой ролью, которую в стране отводят функционированию ВПК. Ведь, как известно, об уровне развития и технологичности страны ярко свидетельствует развитие вооружённых сил страны, соответствие их современным угрозам. И современная Индия здесь не исключение. Наряду с дистанционными услугами, главным образом направленными на постиндустриальные страны, одним из направлений индийской модернизации с начала XXI века стало развитие вооружённых сил. Здесь Индия ищет, прежде всего, технологическую основу для превращения ВПК в один из экстрактов развития технологий в стране. Разумеется, нельзя забывать и об военных угрозах в регионе, памятуя о недавних столкновениях с Пакистаном. Но все же, если говорить о модернизационной парадигме развития страны, первичным являются именно технологические инновации, заложить которые может и развитие военных технологий. Фактически сфера ВПК рассматривается современной Индией в контексте одной из экономических опор при будущем переходе к постиндустриальной модели экономики.

Именно по научно-техническим причинам Индия открыла свой рынок крупнейшим мировым экспортерам военной продукции. Ещё в 80-х годах страна активно сотрудничала в данной сфере с Францией, закупая истребители Mirage 2000, а также с Англией, закупая самолёты Jaguar. Сейчас основным партнёром в области поставок оружия для Индии является Россия, которая выиграла 75% тендеров. В разное время в Индию поставлялись: истребители СУ-30 МКИ, МиГ- 29К и МиГ- 29М (палубная конфигурация), которые, по заявлению российской стороны представляет собой поколение 4++. Если в 90-е годы это было приемлемо для стратегии развития вооруженных сил Индии, то сейчас подобные образцы техники уже не позволяют Индии решить стратегические задачи по модернизации ВПК. Очевидно и то, что Россия испытывает явные проблемы с созданием т.н. самолёта 5-го поколения, главным образом из-за резкого ухудшения материально-технической базы. Но проблемы России может помочь решить Индия, заявившая, недавно, о своих планах совместно с Россией заняться этим проектом . Так 22 декабря 2008 года, было объявлено, что компания «Сухой» и Hindustan Aeronautics подписали соглашение о совместной разработке и производстве самолета 5-го поколения. Роль Индии в данном проекте заключается в производстве бортового оборудования для истребителя. Но в обмен Индия требует передачи технологий, а не последующей продажи самолётов. Это заводит отношение по данному вопросу в тупик. Кроме того, Индия понимает, что разработка российского самолета нового типа, находится в зачаточной стадии и в лучшем случае опытный образец поднимется в воздух не раньше 2015-2020 года. Таким образом, Индия просто вынуждена искать другие пути достижения модернизации ВПК.

В этой связи наиболее важным проектом, является продажа Индии российского авианесущего крейсера «Адмирал Горшков», после глубокой модернизации в 2013 году по цене $-2,3 млрд. Хотя на верфях страны уже заложено и несколько авианосцев нового поколения, на рынок вооружения Индии вновь приходят страны Запада и главным образом США. Так, 13 января 2010 года США сделали Индии поистине уникальное предложение о продаже через несколько лет новейших истребителей 5-го поколения F-35, который будет принят на вооружение только в 2016 году. В создании многоцелевого истребителя помимо США учувствует ведущие европейские страны.

Несмотря на очевидные экономические и политические успехи Индии с 1991 года, вопрос о степени и уровне её модернизации остаётся открытым. Говоря о линеральной модели модернизации можно отметить, что Индия прошла три стадии из четырёх, но чтобы перейти к четвёртой стадии нужно решить целый ряд ключевых для страны проблем, от решения которых зависит дальнейший вектор трансформации страны. Отметим также, что сегодня Индия является единственной крупной стабильной страной во всей Южной Азии. И если посмотреть на её ближайших соседей, то картина будет весьма красноречивая: Пакистан – военная хунта, с угрозой прихода к власти фундаменталистов, в Бангладеш и Бирме аналогичный тип авторитарного режима, абсолютная монархия в Непале и, наконец, социализм в Китае. Поэтому можно установить прямую корреляцию между режимами соседних стран и потребности народа в демократии . В окружении авторитарных стран во многих из которых весомую роль играет фундаментальный исламизм, поневоле сформировалась специфическая социальная ментальность индийцев, позволяющая принять демократические институты независимо от экономических успехов или неудач.

Возможности

Попытаемся теперь определить возможные сценарии развития политической системы в случае принятия того или иного решения. Мы использовали поисковое прогнозирование (изыскательское, исследовательское), целью которого является получение предсказания состояния объекта исследования в будущем при наблюдаемых тенденциях, если допустить, что последние не будут изменены посредством решений (планов, проектов и т.п.). Помимо этого, применялось нормативное прогнозирование, целью которого является предсказание путей достижения желательного состояния объекта на основе заранее заданных критериев, целей, норм.

Сценарий 1. Сохранение существующего развития. При сохранении нынешних темпов социально- -экономического развития страны в ближайшие 10 лет Индия по-прежнему будет сталкиваться с негативными тенденциями по трём направлениям:

— растущее население и безработица;

— сохранение зависимости от мировой конъюнктуры на дистанционные услуги;

-опасность внутренних конфликтов, являющихся следствием архаизации большей части социальных институтов страны.

При сохранении данных тенденций может произойти переход к авторитарному развитию страны.

Сценарий 2. Преодоление архаики. Рост экономики Индии отчасти носит и экстенсивный характер, выражающийся в сочетании традиционной экономики, индустриальной и элементами постиндустриальной экономики. Именно уменьшение доли традиционной экономики в стране в частности через урбанизацию и деклирикализацию, может помочь стране перейти в качественно иное состояние.

Таким образом, можно выделить ряд контрмер по минимизации негативных тенденций в модернизации Индии:

1.Отказ от кастовой системы. Для реализации этого, нужно провести деклирикализацию и усиление светских институтов (вузы, школы, научные центры, учреждения культуры, спортивные структуры). Данные меры, так или иначе, приведут к сокращению социальных конфликтов в стране. Второй момент здесь это усиление процесса урбанизации, следствием чего станет сокращение крестьянских общин.

2.Создание внутреннего инновационного рынка. Для этого, нужна дальнейшая либерализации социально-политической и экономической системы страны и повышение образования. В совокупности эти меры могут привести к увеличению постиндустриальной составляющей экономики Индии.

Заключение

Существуют серьезные угрозы модернизации в Индии, которые могут привести к социально-политической и экономической деградации страны. Поэтому, решения, которые примет политическая элита Индии, путь, который она изберет для дальнейшего развития страны – инновационной модернизации с укреплением демократических институтов или сохранения существующего курса, — будет свидетельством уровня сформированности, степени ответственности, жизнеспособности, профессионализма, ценностных ориентаций и установок политической элиты и общества современной Индии.

Балаян Александр.

Литература:

1. Делёз Ж. Логика смысла. М., — 1998.

2. Дюмон Л. «Homo Hierarchicus», М., 2001 г.

3. Пивоваров Ю. Мировая урбанизация и Россия на пороге XXI века. //Общественные науки и современность. 1996. № 3. С.14.

4. Тилли Ч. Демократия. М. 2007.

5. Шмиттер Ф. Процесс демократического транзита и консолидации демократии // Полис. — 1999. — № 3.

6. Gerschenkron A. Economic Backwardness in Historical Perspective. Cambridge [Mass.]: Harvard University Press, 1962.

7. Langer S. 1964 Philosophy in a New Key, pp.

8. Хейзинга Й. Homo Ludus М. 1998.

9. Bachrach P., Baratz M. Two Faces of Power // American Political Science Review. 1962. №4. P. 956.

10. McMillan A. “Deviant Democratization in India” Democratization 15.4 (August 2008): P. 738.

11. Thakur R. The Government and Politics of India. London: MacMillian Press Ltd, 1995.

12. Gupta J. “India: Democratic Becoming and Combined Development” Politics in Developing Countries: Comparing Experiences with Democracy. Edited by Larry Diamond, Juan J. Linz, and Seymour Martin Lipset. Boulder: Lynne Rienner Publishers, 1990.

13. Arun M. Remaking India. One country, one destiny. London 2004,

14. Sengupta J., Neogi C. India’s new economy. Industry efficiency and growth. 2008.

15. Henderson K., Robinson N., Post-Communist Politics. An Introduction, Prentice Hall Europe, 1997.

16. Linz J., Stepan A. Problems of democratic transition and consolidation Baltimore: 1996, Hopkins University Press.

17. Sharma D. S. China and India in the age of globalization. Cambridge university press: 2009.

18. Sengupta J., Neogi C. India’s new economy. Industry efficiency and growth. 2008.

Идеи Ганди в современной Индии

Автор: Дмитрий Киселёв

2 октября Индия отметила большой праздник — 150 лет со дня рождения Махатмы Ганди. День отца нации, духовного лидера, положившего начало национально-освободительному движению от британских колонизаторов. Черчилль презрительно называл Ганди «полуголым факиром», а тот смог увлечь своими проповедями сотни миллионов. Во всем мире имя Махатмы Ганди ассоциируется, прежде всего, с идеей ненасильственного сопротивления. Своих последователей Ганди призывал строить общество равных, Индию для всех, где нет насилия и можно достойно вести скромную жизнь, зарабатывая честным трудом.

В 1948-м Ганди был убит тремя пулями фанатика-террориста. За несколько дней до этого в Ганди бросили бомбу, но он все равно отказался от усиленной охраны и продолжал встречаться со своими многочисленными последователями и проповедовать. «Если мне суждено погибнуть от пули безумца, я сделаю это с улыбкой», – говорил Ганди.

Так и получилось. В первые секунды после выстрелов — а две пули прошли навылет, третья застряла в области сердца — Ганди успел жестом простить убийцу и тут же скончался.

Сам же Ганди навеки войдет в историю как вдохновитель и организатор так называемой «ненасильственной революции», что привела огромную и многонациональную страну — Индию — к независимости от англичан и без кровопролития. Как идеи Ганди проросли в современной Индии?

Автор: Дмитрий Мельников

Почти не осталось тех, кто имел возможность поговорить с Махатмой Ганди. Когда застрелили дедушку, Таре Ганди — внучке отца нации — было 14. «Я очень хорошо помню, когда он дотрагивался до чего-то, до стола, например, было чувство, что он трогает душу предмета. Он был приверженцем минимализма, сам делал себе одежду, пользовался лишь самым необходимым набором вещей», — вспоминает Тара.

После себя Махатма Ганди оставил только знаменитые очки, письменный набор, сандалии и прялку — символы простых человеческих потребностей — но в юности Мохандас Карамчанд из рода торговцев специями, Ганди готовил себя совсем к другой жизни.

Учеба на юриста в University College в Лондоне и восхищение метрополией. Единственное, чего не хватало индийскому студенту, — привычной еды, и он вступил в местное вегетарианское общество. Через 5 лет Ганди — уже адвокат в британской колонии в Южной Африке, где быстро понимает: европейский костюм и лондонский диплом не делают его равным в глазах англичан.

Именно этот эпизод в южноафриканском поезде, отраженный во одной из самых ярких биографий мирового кинематографа, и стал переломным для молодого индийского англофила. Юрист Ганди возглавляет кампанию за права индийских работников на плантациях в Африке.

«Я нахожусь на территории бывшей тюрьмы в Йоханнесбурге, где в 1906 году содержали Махатму Ганди. Правда, сюда, в Южную Африку, он приехал как Мохандас Карамчанд, а вот уехал уже Махатмой, что в переводе означает «великая душа». Рождение движения индийских народов против британцев началось именно здесь», — рассказал Балвант Такхур, генеральный консул Индии в ЮАР.

За 22 года в Африке Ганди становится знаменитостью не только среди индийцев — о нем пишут и в Англии. Ненасильственное сопротивление — бойкоты, забастовки — становятся главным оружием. Он издает газеты, ведет переписку с Толстым, вдохновленный взглядами писателя из далекой России.

Ганди возвращается на родину. Простые индийцы видят в нем спасителя, английская администрация — угрозу.

Амритсарская бойня в апреле 1919 года запускает по всей Индии «движение несотрудничества». Ганди призывает бойкотировать английские товары.

Политик Ганди хорошо понимает силу прессы. Эти кадры кинохроники появились лишь потому, что Ганди пригласил кинооператора, когда с десятком единомышленников в марте 1930-го отправился в свой знаменитый «соляной поход».

Через 23 дня Ганди в сопровождении уже тысяч последователей добрался до местечка под названием Данди на побережье. Под страхом тюрьмы британцы тогда запрещали местным жителям самостоятельно выпаривать соль. Махатма Ганди в нарушение этих запретов демонстративно начал добывать соль, удалось выпарить не более чайной ложки. Здесь же его и арестовали англичане. Этот «соляной поход» оказался переломным моментом, после которого Ганди стал общепризнанным лидером движения за независимость Индии.

Лондон в ярости, но вынужден договариваться. К моменту провозглашения независимости Ганди понимает: идеи о мирной жизни миллионов жителей бывшей британский Индии — утопия. Столкновения между индуистами, мусульманами, сикхами сопровождают раздел колонии на два государства — Индию и Пакистан.

«Он очень тяжело переживал разделение страны, поскольку с самого начала был против этого. В конце жизни он с грустью говорил, что иностранный враг может быть побежден методами ненасилия, но врага внутри самого себя такими методами победить нельзя», — сказала Тара Ганди.

Своего жилья у Махатмы Ганди в Дели не было. В особняке приютившего его бизнесмена в начале 1948 года он работал над проектом будущий Конституции новой Индии. 30 января на закате после целого дня встреч и обсуждений он, как всегда, вышел к вечерней молитве. По дорожке Ганди и шел в сопровождении племянницы. Толпа приветствовала своего отца. Один из поклоняющихся выхватил пистолет и трижды выстрелил в Махатму Ганди. «О! Рама!» — были поселение слова Ганди. Они же высечены и на установленном на месте убийства камне. С третьей попытки индуистские радикалы совершают свою месть за отход Махатмы Ганди от религиозных догм.

Его фигура и сегодня в Индии взывает споры. Отказ от ядерного оружия, ненасильственная экономика, ручной труд вместо промышленности постулаты гандизма в современном мире оказались трудноисполнимы. Сразу после его гибели Индия берет курс на индустриализацию, обзаводится ядерной бомбой, и продолжает рваться в мировые экономические лидеры.

«Ганди уверял, что промышленность и станки будут стоить людям рабочих мест. Ганди пропагандировал бережное отношение к сельскому хозяйству, чтобы люди на селе могли сами обеспечивать себя всем. Но все происходит наоборот», — отметил профессор Университета Бенарас.

И все же философию гандизма как государственную провозглашают все без исключения индийские политики. В молодежном лагере в одном из ашрамов, организованных самим Ганди, школьникам рассказывают об отце нации, бродячем мудреце с посохом в руке, который привел Индию к независимости.

«В истории Индии было слишком много эпизодов насилия. И сейчас оно есть. Поэтому с этим молодыми людьми мы проводим совместные молитвы. Индуисты буддисты, мусульмане христиане, сикхи и джайны. Будь здесь Ганди, это стало бы для него подтверждением правоты его идей»,- уверен ветеран движения гандизма Суббот Рао.

Так проходит мирская слава. Статуи британских королей со всей страны индийцы давно свезли в парк на окраине Дели. Время, а может, вандалы стерли их лица, и никто из молодых уже не скажет, как звали этих чужеродных правителей.

Памятник Махатме Ганди сейчас стоит в самом сердце Лондона, по соседству с памятником премьер-министру Уинстону Черчиллю.

Индия в современном мире

Те, кто посвятили себя изучению отношения американского народа к вопросам, которые сейчас обычно называют «империализмом» и «колониализмом», согласятся, что трудно оценить силу интереса, который они на самом деле владеть для широкой публики. Но никто не мог избежать вывода, что во многих кругах они действительно вызывают серьезную озабоченность. Иногда это может находить выражение в идеализме, который, кажется, игнорирует реалии ситуации, или в терминах, предполагающих, что предрассудки, порожденные далеким прошлым, излишне возрождаются.Бывают случаи, когда может быть уместным привести аргументы, основанные на том ответе, который они предлагают и которого действительно заслуживают. Но это диалектика рынка. Они не касаются сути проблемы. То, что это вызывает искреннюю озабоченность у многих мыслящих людей, которые не являются ни чрезмерно идеалистическими, ни необоснованно предвзятыми, — это вопрос, который не могут игнорировать те, кто стремится к лучшему взаимопониманию между Соединенными Штатами и Великобританией — поскольку это, конечно же, Британцы играют для американцев наиболее значительную роль «империалистического» народа, и именно Великобритания, по их мнению, занимает наиболее заметное положение как колониальная держава.

Хотя Британии может казаться не совсем разумным выделять ее на эту роль, она поступила бы нелогично, если бы не осознала истинную причину интереса Америки к этому вопросу. До сих пор достоинства «интернационализма» были вопросом чисто внутренней политики Америки; они могут стать такими снова; а американская партийная политика — это область, от которой британцам рекомендуется старательно отстраняться. Но какой бы ни была игра внутренних сил, которая в конечном итоге повлияет на отношение Америки к проблеме интернационализма, сегодня явно существует почти всеобщее чувство, что мировая безопасность может быть достигнута в будущем только посредством некоторой формы коллективных действий среди ее наиболее влиятельных сторон. просвещенные народы.На данном этапе неважно, следует ли этого добиваться через организацию, которая предоставит силу, необходимую для сдерживания агрессии, или через взаимное понимание мер предосторожности, которые следует принять против ее повторения. Более важно, что многие не ограничивают свои взгляды на безопасность только мерами против беспорядков. Они считают, что необходимо устранить причины отсутствия безопасности — внутреннюю напряженность, возникающую из-за инвалидности и неравенства внутри самих стран, а также различия в национальном статусе, которые подвергли более слабые народы политическому контролю или экономическому давлению более сильных или лучше организованных. наций.

Стремление скорректировать эти условия настолько велико, что может потребоваться корректировка путем более реалистичного осознания связанных с этим проблем. Но каким бы ни был успех, которого можно ожидать, сотрудничества следует искать прежде всего в Великобритании. Именно осознание важности того вклада, который она может внести, является основной причиной такого беспокойства, которое может ощущаться по поводу ее взглядов на мировые дела. Люди Америки более консервативны в некоторых своих привычках мышления, чем они, возможно, осознают.Поскольку в Британии все еще сохраняются институты «феодальной» формы, предполагается, что она контролируется правящими классами, которые неизбежно должны иметь хищнические взгляды не только во внутренней, но и во внешней политике. Поскольку она имеет большие заграничные зависимости, предполагается, что как в желании сохранить контроль над ними, так и в политике их администрации, она должна руководствоваться в основном ее экономическим интересом к ним. Если все это правда, то это может повлиять на качество ее сотрудничества в более далеко идущих мерах, с помощью которых должна быть достигнута мировая безопасность.Случай иногда формулируется в терминах, которые, казалось бы, предполагают, что сама Америка всегда в высшей степени сотрудничала в мировых делах и что ее внешняя политика неизменно проводилась в плоскости высочайшей моральной справедливости. Но лучшая мысль Америки не придерживается такого отношения; его беспокойство по поводу сотрудничества Великобритании в послевоенной политике искреннее; и не будет преувеличением сказать, что он приветствовал бы все, что могло бы его развеять.

К сожалению, американская общественность не смогла увидеть реалии британской жизни за историческими формами, которые все еще сохраняются в некоторых ее политических институтах.Однако до тех пор, пока существует Палата лордов, массу людей в Соединенных Штатах нелегко убедить в том, что британская политика не контролируется «правящими классами». Тем не менее, суть беспокойства по поводу перспектив Британии на самом деле заключается не во впечатлениях, сформированных ее внутренней политикой. Сомнительно даже, что ее отношение к более слабым, но независимым народам учитывается. Имея перед собой пример Египта и Китая, американцам трудно утверждать, что в наше время британская политика не проявляет должного уважения к статусу таких народов.Правда, положение Гонконга по-прежнему вызывает затруднения; но это вопрос, в отношении которого Британия еще не объявила о своей окончательной политике. Индия и колонии представляют собой настоящий камень преткновения.

Из этих двух отношений теперь, кажется, меньше в аргументе учитываются отношения с колониями. Утверждение о «мгновенном освобождении» от всех зависимостей уступило место признанию того, что это на самом деле было бы вредно для многих из них. Сейчас более обычным явлением становится требование о том, чтобы они получали «поэтапное политическое образование», которое им подходит для самоуправления.Но добавляется, что это должно быть предоставлено в форме опеки, при которой попечители будут свободны от соблазна продлить политический контроль благодаря тому факту, что они могут извлечь любую экономическую выгоду из его сохранения. Доктрина опеки долгое время была общепринятым лозунгом британской колониальной политики, и, несмотря на недостатки в способе ее реализации, не может быть никаких сомнений в том, что она служила моральным стандартом, имеющим большое значение для гуманизации административной политики. .Но в британской концепции опека была направлена ​​главным образом на защиту туземцев от жестокого обращения или эксплуатации. Сегодня это имеет другое значение для американцев. Это предполагает для них управление, за поведение которого управляющий должен считать себя ответственным перед каким-то другим судом, кроме своей совести или суждения.

Должно ли это быть наилучшим образом обеспечено путем помещения колоний под какую-либо форму прямого международного управления, или подчинения контролирующих держав внешнему надзору, или требования от них обязательства в отношении политики, которой они должны следовать в управлении, не является вопросом. с чем, кажется, есть какое-то общее согласие в Америке.Вероятно, британцы не прочь бы согласиться с принципом «подотчетности», поскольку он представлен институтом региональных советов, которые путем совместного обсуждения будут стремиться координировать экономическую и другую политику и будут издавать периодические издания. обзоры политического и социального прогресса, достигнутого каждой единицей. Но можно сказать, что одна из причин, почему колонии, кажется, вызывают меньший интерес в целом, чем Индия, заключается в том, что трудно свести к любому простому вопросу проблемы, которые они представляют.

В мире насчитывается около 120 единиц под колониальными правительствами. Они представляют собой большое разнообразие физических и социальных условий. Они находятся в руках по крайней мере девяти контролирующих держав, которые преследуют разные цели в отношении своего будущего и следуют разным системам правления. Из общей численности населения, превышающей 250 миллионов, на Британию приходится только около 67 миллионов. По общему признанию, британцы следовали принципу содействия самоуправлению в своих колониях, и некоторые из наиболее продвинутых областей достигли очень значительного прогресса в его достижении.Но те, кто считает, что прогресс темп не был достаточно быстрым, должны признать, что введение институтов самоуправления представляет необычные трудности для сообществ, которые могут не иметь общих связей, не иметь политического опыта, а социальная организация очень высока. отличается от того, что где-то еще поддерживало структуру демократии. То, что британцы, как и любая другая колониальная держава, извлекают некоторые экономические выгоды из владения своими колониями, не подлежит сомнению.Но в их случае полученное преимущество следует рассматривать в его истинной перспективе. За исключением небольшого военного вклада трех колоний, они не производят прямых платежей в британское казначейство. Только около 12 процентов внешней торговли Великобритании приходится на ее колонии. Более пятидесяти лет ее система свободной торговли включала поддержание открытых дверей в колониальной торговле, и введение системы преференций после последней войны не означало, что она создала эксклюзивный рынок для своей собственной торговли с ними.Только 24½ процента от общего объема импорта в колонии поступает из Соединенного Королевства. То, что ее колонии представляют некоторые преимущества как поле для частных инвестиций, также очевидно. Но и здесь объем инвестиций оказался меньше, чем принято считать. Сумма «перечисленных» инвестиций оценивается в 1 044 миллиона долларов, или только от 6 до 8 процентов от общих зарубежных британских инвестиций до нынешней войны. Ни одно из этих соображений не является решающим, но они предполагают сложности, которые делают избавление от зависимостей далеко не простой задачей.

Индия, с другой стороны, представляет относительно простую проблему. Британцы действительно пошли далеко, чтобы упростить его для американской публики. Поскольку американцы рассматривают ситуацию, Великобритания объявила в марте 1942 года о своем намерении предоставить Индии независимость, если она того пожелает, после войны, при условии соглашения между ее основными политическими группами относительно формы, которую должна принять ее конституция. Но политические группы разделены на сильно враждебные лагеря, и можно предвидеть, что им будет очень трудно прийти к какому-либо решению относительно формы, которую должна принять конституция.Поэтому многие американцы склонны спрашивать, не будет ли для Великобритании более прямым путем объявить сейчас, что она уйдет из Индии после войны, и оставит противоборствующие группы, чтобы найти собственное решение своей проблемы. Утверждается, что они вряд ли сделают это, пока Британия остается и «держит кольцо». Или это не факт, что она ожидает, что разногласия между индийскими политическими группами позволят ей сохранить свой политический контроль в течение длительного, если не неопределенного периода? Разве ее экономический интерес к Индии не настолько велик, что она не может даже думать об отказе от контроля над страной?

Эти вопросы могут показаться чрезмерно простой, но они не являются нелогичными.Приближаясь к ним, британцы должны столкнуться с одной начальной трудностью. Большинство американцев мало знают о том, на каком фоне Британия провела административную реорганизацию Индии в девятнадцатом веке, или о стадии, на которой фактически достигли политических достижений двадцатого века. Значение административного реестра заключается в том, в какой степени он обеспечил финансовую и экономическую независимость Индии и дал ей некую концепцию единства как необходимое предварительное условие для предоставления политической независимости.Поэтому кое-что нужно сказать по этому поводу. Американцам известна история Могольской империи, ее величественный двор, процветающие искусства и великие памятники, свидетельствующие о ее былой славе. Но они не так хорошо знают, что, когда Ост-Индская компания начала расширять свою коммерческую деятельность в Индии, Империя Моголов уже находилась в упадке. Его столица Дели была разграблена афганскими захватчиками; большие части нижней Индии были опустошены мародерскими бандами маратхов; капитаны удачи вырезали себе княжества; со всех сторон был беспорядок, грабежи и грабежи.Маколей едва ли преувеличил, когда сказал, что задачей британцев в девятнадцатом веке была «реконструкция разложившегося общества, которое ничего не знало о правительстве, кроме его поборов».

Чтобы навести порядок в этой хаосе, нужно было не просто сохранить мир. Существовало несколько частных или неофициальных агентств по организации социальной или экономической жизни общества, которые были главным инструментом прогресса в европейских странах. Не было никакого другого агентства, кроме британской администрации, для обеспечения систем образования, медицинских и сельскохозяйственных услуг, для расширения коммуникаций и ирригации или для уменьшения дефицита.Должны были быть созданы суды, приспособленные к нормам личного права у самых разных народов. Администрации было поручено обследовать бесчисленные возделываемые земли Индии, определить титулы отдельных владельцев и оценить ценность их доходов с точки зрения доходов от земли — основной основы налогообложения. Таким образом, работа администрации была всеобъемлющей; и страна стала в значительной степени зависеть от него в значительной части прогресса, достигнутого в организации ее жизни.

Но такого успеха можно было достичь, только обеспечив сотрудничество самих индейцев. Военная сила никогда не была большой; и поскольку его главной задачей было бороться с воинственными племенами на северо-западных границах, остальная часть Индии почти не замечала этого. Европейский официальный истеблишмент также был незначительным с учетом размеров страны. Высшая административная служба — индийская государственная служба — насчитывала всего около 1300 человек, и, хотя технических сотрудников было больше, масштабы были примерно такими же.Очевидно, что эта система не могла бы работать, если бы не было всеобщего признания ее преимуществ и согласия с властью правительства. Как согласились независимые наблюдатели, это во многом было результатом двух особенностей системы, обе из которых были новы для Индии. Введение «верховенства закона» предписывало не только создание судебной власти, которая была бы полностью независимой от исполнительной власти, но и то, что сама исполнительная власть должна во всех своих официальных действиях подчиняться судам.Кроме того, административные службы были наняты на основе, которая обеспечила не только их компетентность, но и их свободу от коррупции.

Но гораздо важнее изучить результаты, которые видны в сегодняшней Индии, чем подробно описать процесс, с помощью которого они были достигнуты. Самый значительный факт — это рост населения. Считается, что в начале девятнадцатого века он составлял от 150 до 170 миллионов, но первая точная цифра — это данные переписи 1872 года.Тогда их было 206 миллионов. Это сегодня 388 миллионов. То, что Индия смогла поглотить такой большой прирост своего населения, отчасти объясняется увеличением посевов и улучшенными методами, введенными министерством сельского хозяйства, а также отчасти расширением ирригации. Сегодня у нее самая большая ирригационная система в мире; площадь ее орошаемых земель более чем в 22 раза больше, чем в рамках федеральных проектов в Соединенных Штатах, и в 10 раз больше, чем в Египте. Производство пшеницы в Индии примерно такое же, как в Канаде; она является крупнейшим производителем тростникового сахара в мире; она входит в число двух крупнейших производителей риса; по производству хлопка она уступает только США.

Хотя около 85 процентов ее населения по-прежнему занимается сельским хозяйством, в последние годы у нее также произошло заметное развитие промышленности. Сейчас она входит в восьмерку ведущих индустриальных стран мира. Она производит более 90 процентов хлопчатобумажных тканей и почти всю сталь, потребляемую в стране, и то же самое касается цемента и множества других товаров. Существует более 10 000 фабрик всех классов, более 80 процентов из которых должны принадлежать и управляться индейцами. Еще более важно, что это во многом связано с тем, что с 1921 года она получила право вводить свою собственную систему защитных тарифов и использовала это право для стимулирования роста своего собственного промышленного развития.Таким образом, она обрела сущность экономической независимости. Это сопровождалось такой же финансовой независимостью. Как и многие другие страны, находящиеся в аналогичных условиях, она изначально зависела от внешнего капитала для общественных работ, построенных государством, и от европейских предприятий для внедрения некоторых из ее основных отраслей. Государственные займы, привлеченные правительством, были израсходованы в основном на обеспечение 41 000 миль железных дорог и ирригационных систем. Они не только обеспечивают самоокупаемость, но и возвращают прибыль государству, в результате чего Индия сейчас находится в необычном и завидном положении, поскольку практически не имеет «непродуктивных» долгов.По мере того, как ее собственные внутренние финансы улучшались, кредиты в фунтах стерлингов, полученные в Великобритании, были дополнены кредитами в рупиях, привлеченными в Индии, и в последние годы произошла постепенная репатриация части долга в фунтах стерлингов путем передачи индийским инвесторам. Сегодня внешний долг настолько уменьшен, что по нему начисляются проценты всего в 8 миллионов долларов, и намечается дальнейшее сокращение. Британские инвесторы больше не будут иметь права залога на прибыльные активы, созданные с помощью государственных займов, а Индия стала кредитором, а не страной-должником.

Аналогичная тенденция наблюдается и в отношении инвестиций в частные предприятия. Недавно было заявлено, что общие британские частные инвестиции, как промышленные, так и коммерческие, в настоящее время составляют всего около 1 000 миллионов долларов по сравнению с 12 960 миллионами долларов США до войны. В этом случае инвестиции в Индию — это не более чем общие британские инвестиции в аргентинские рельсы. Некоторые «не котирующиеся на бирже» инвестиции частных фирм могут не найти места в этой оценке, но известно, что их сумма была значительно уменьшена в результате продажи акций индийским инвесторам.Индия достигает своей финансовой зрелости гораздо быстрее, чем многие независимые страны.

Было бы неуместно заканчивать этот рассказ здесь, поскольку он имеет некоторые другие особенности, менее благоприятные. Хотя в Индии 18 университетов и 14 миллионов ученых в ее школах, доля грамотных все еще ниже 10 процентов населения. Значительная часть населения живет на границу выживания, а в периоды нехватки — ниже нее. Расширение медицинских услуг сделало многое для обуздания эпидемий, но общие стандарты здоровья остаются низкими.Жилищные условия во многих городах плохие и антисанитарные. Если уровень жизни высшего и среднего классов становится все более сопоставимым с уровнем жизни некоторых европейских стран, существуют большие массы населения, условия жизни которых намного ниже их.

Но не все это можно возложить на администрацию. Его деятельность ограничена его ресурсами. Несмотря на увеличение, произведенное во время нынешней войны, центральное налогообложение на душу населения составляет всего 1 доллар.20; суммы, доступные провинциальным администрациям для покрытия всех видов расходов, в среднем составляют менее одного доллара на душу населения. Сельское хозяйство подвержено капризам муссонных дождей. Быстрый рост населения принес свои проблемы. В некоторых местах скопление сельского населения сопоставимо только с Китаем; кроме того, индийские обычаи привели к почти фантастической раздробленности на разрозненные владения даже самой маленькой собственности.Использование кредита для покрытия непомерных расходов на религиозные и социальные обряды привело к тому, что большое количество земледельцев оказались в экономическом крепостном праве в пользу ростовщиков. И снова в индийских социальных привычках много препятствий на пути к прогрессу. Трудно оценить экономические потери, вызванные уединением женщин, или физические результаты практики детских браков. Кастовая система нанесла такой же ущерб предпринимательству, как и достижению социального равенства.Никакое законодательство не может иметь дело с антисанитарными практиками, основанными на обычаях или обрядах, которые не позволяют значительной части людей использовать доступные продукты питания для более сбалансированного питания. Это вопросы, в которых реформа должна происходить изнутри самого индийского общества.

Можно допустить многое из того, что было заявлено для административного учета Британии в Индии; но сейчас Америку в основном интересует вопрос политического статуса. Поэтому стоит отметить, насколько далеко Индия уже продвинулась к самоуправлению в результате серии конституционных реформ, начавшихся в 1909 году.В центральной исполнительной власти, Совете генерал-губернатора, 11 из 14 членов — индийцы. Законодательное собрание состоит из 141 члена, 102 из которых избираются индейцами. Его власть распространяется на все субъекты, которые в другом месте были бы описаны как «федеральные», за исключением обороны и иностранных дел. Он не несет окончательной ответственности, поскольку на него распространяется право вето, но в соответствии с устоявшейся конвенцией вето не распространяется на законодательство о тарифах или налогообложении. Именно эта конвенция позволила Индии ввести систему защитных тарифов, о которой уже упоминалось.

11 провинций, на которые разделена Британская Индия, автономны в своих внутренних делах. В их законодательные органы входят около 30 миллионов индийских избирателей, включая женщин. Индийские министры, ответственные перед большинством партий в законодательных органах, контролируют исполнительные департаменты правительства, в том числе те, в которых европейские чиновники все еще могут быть наняты. Официальные службы в настоящее время в значительной степени индианизированы. На государственной службе Индии 632 индийца против 575 британцев.В общей административной службе соотношение составляет 8 индийцев на одного британца; в «квалифицированных» разрядах гражданских медицинских факультетов — 13 индийцев на одного британца, а в высших классах инженерных факультетов — 14 к одному; а в высшей судебной системе соотношение составляет 10 индийцев на одного британца.

Здесь есть близкий подход к самоуправлению, хотя, правда, не полный. Право вето сохраняется, и генерал-губернатор и губернаторы обладают определенными «зарезервированными» полномочиями для защиты меньшинств, окончательного сохранения порядка и тому подобного.Эта система не распространяется и на всю Индию. Индийские штаты, в которых проживает около 23 процентов населения Индии, контролируют свои территории. Они находятся в договорных отношениях с короной и в своих внутренних делах не подчиняются индийскому законодательству.

Несомненно, что на продолжение этой политической системы или на ее логическую проекцию британцы будут смотреть в случае неспособности индийских политических групп прийти к соглашению, предусмотренному мартовской декларацией 1942 года.Насколько возможно, что экономические соображения приведут Британию к желанию сохранить политический контроль, который дает ей эта система? Индия не производит платежей в британское казначейство. Взятая ею стерлинговая задолженность практически погашена; частные инвестиции британцев в Индию сейчас составляют лишь небольшую часть их общих зарубежных инвестиций. Конвенция, позволяющая Индии устанавливать тарифы для защиты своей промышленности, уже тяжело сказалась на британском производителе и, в частности, на текстильной промышленности, когда-то являвшейся оплотом Ланкашира.В 1909-14 годах около 63 процентов индийского импорта приходилось на Великобританию; в 1938 году они составляли всего 30 процентов. В том же году британский торговый оборот с Южно-Африканским союзом превысил торговый оборот с Индией на 12 миллионов долларов, а с Австралией — на 8 миллионов. Очевидно, что экономическая доля Великобритании в Индии меньше, чем предполагалось, и сохранение политического контроля мало что сделало бы для улучшения положения.

Связь с Индией в прошлом, несомненно, была выгодна Великобритании.Это все еще имеет ценность сегодня, хотя и не той доминирующей ценности, которая предполагалась. Но британцы могут утверждать со своей стороны, что дали Индии упорядоченное управление, чувство национального самосознания, сущность экономической и финансовой зрелости. Они поставили ее на измеримое расстояние до полного самоуправления. Теперь они могут законно спросить, не выгодно ли Индии дать политическим группам возможность объединиться в некую форму конституции, которая обещает стабильное правительство, вместо того, чтобы они покинули Индию в состоянии разногласий и нестабильности. , и, вероятно, вооруженного конфликта, который последует за их немедленным выводом.

Пропасть между конкурирующими группами сейчас, по общему признанию, гораздо более заметна, чем в прошлом. Между великими религиозными общинами всегда существовал скрытый антагонизм, а в прошлом он временами принимал форму насильственных беспорядков. Однако они были местными и спорадическими. То, что общины теперь открыто разделены на противостоящие лагеря, во многом объясняется заменой административного режима политическим, в котором британцы удерживали доминирующую роль и поддерживали мир.Введение демократических институтов, которые ставят меньшинство под законодательный и административный контроль большинства, обнаружило, что Индия по-прежнему озабочена сектантскими разделениями, которые являются препятствием для работы демократии. Тем не менее, эта позиция не обязательно непреклонна. Образованные люди этого поколения проявляют гораздо больший интерес к улучшению социальных условий, чем к превращению политики в поле битвы сектантских проблем. Промышленный труд организуется по принципам, не признающим религиозного разделения.Индия не в меньшей степени, чем Китай, оказалась способной к быстрым изменениям, и урегулирование межобщинных разногласий, которые сейчас стоят на пути ее достижения политической независимости, может быть ближе, чем многие склонны полагать.

Загрузка …
Пожалуйста, включите JavaScript для правильной работы этого сайта.

Индия — Современное индийское общество

Одновременно стабильное общество, комфортно укоренившееся в устаревших традициях, и хаотический тигель новых идей, современная Индия отличается разнообразием и объединяет патриотизм.

Есть бесчисленное множество вопросов, разделяющих страну, включая социально-экономические факторы, такие как каста, класс и доступ к основным потребностям и образованию; региональные различия, такие как десятки официальных языков и различные кухни; религиозные различия, которые разделяют общины и часто приводят к обособлению районов; и глубокое гендерное неравенство, которое выходит за рамки даже разделения между городским и сельским населением. И все же Индию объединяет множество факторов. Даже с точки зрения языка английский и хинди являются общими для большей части урбанизированной Индии, по крайней мере, на базовом уровне.И хотя к крупным городским районам примыкают дороги (независимо от их качества), не следует недооценивать демократизирующую силу индийской железнодорожной системы. Общая история колониализма, активные СМИ, разросшаяся правительственная бюрократия и заинтересованный политический орган помогают создать относительно сплоченное индийское общество. И, конечно же, индийский народ в целом невероятно теплый и гостеприимный.

Астрология

Современная Индия известна своими технологиями, но это не отменяет преобладания традиций.Многие индийцы не будут принимать решения о бизнесе, любви или семье, не посоветовавшись со звездами. Браки, если они не заключены на небесах, должны, по крайней мере, быть освящены в благоприятный день — в дни, которые считаются особо благоприятными для свадеб, проводится огромное количество одновременных церемоний.

Городское и сельское общество

Возможно, самая большая разница в Индии заключается в том, что туристы редко испытывают: разделение между сельской и городской жизнью. Города Индии подпитываются рабочей силой и ресурсами из деревень Индии — большая часть населения страны по-прежнему живет за счет аграрного образа жизни и экономики, — тем не менее, городская и деревенская жизнь — это миры, отличные от полей и грунтовых дорог остальной части Индии.В то время как в городах доступ к электричеству затруднен из-за необъявленных отключений электроэнергии, только около половины сельских индийских домохозяйств вообще имеют какой-либо доступ к электричеству. Образование и питьевая вода часто являются недоступными товарами за пределами городов Индии. Идиллические проблески сельской жизни видны с дороги или поезда — желтые горчичные поля на севере Индии, кокосовые плантации вдоль побережья, тракторы, загруженные невероятно высокими тюками хлопка или других товаров, — но реалии сельской жизни — это что-то для путешественника редко получится увидеть.Интересно, что социально-экономическое разделение по кастам или роду занятий — хотя, безусловно, все еще присутствует — иногда менее резкое в сельских районах, чем в городских.

Богатые, средний класс, бедные

Города Индии — это микрокосмы и плавильные котлы. Небольшая привилегированная элита проезжает (или с водителем) между кондиционированными многоэтажками на юге Мумбаи, закрытыми колониями на юге Дели, эксклюзивными курортами Гоа и аналогичными районами. Жители этой привилегированной группы часто посещают пятизвездочные рестораны, роскошные бутики и частные клубы.Но это всего лишь крошечный сегмент общества.

Большой и быстрорастущий средний класс питает городскую экономику, питая центры информационных технологий страны. Более профессионально и образованно, чем их родители, представители городского среднего класса также подпитывают растущий сектор потребительских товаров и услуг. Трата денег — доказательство успеха, и пышные свадьбы, изобилующие ярдами парчи, милями волшебных огней, килограммами золотых украшений и бушелями свежесрезанных цветов, не редкость.Кофейни и точки быстрого питания обслуживают и укомплектованы членами быстрорастущего общества.

В отличие от богатых и среднего класса, густонаселенные районы Индии также являются домом для миллионов городской бедноты — от мигрантов, которые строят дома в брезентовых укрытиях, работая в строительстве и инфраструктурных проектах, до малообеспеченных семей, живущих в трущобах. колонии с открытой канализацией. Многие городские мигранты живут двойной жизнью, обслуживая богатый и средний класс, чтобы они могли отправлять деньги своим семьям в родных деревнях.Помимо домашней прислуги, низкооплачиваемые рабочие места включают широкий круг работников, включая носильщиков, водителей велорикш и продавцов дешевых товаров.

Гендерные роли

Во всех сферах жизни женщины и мужчины ведут очень разную, часто расходящуюся жизнь. В то время как женщины работают в поле и выполняют ручной труд на стройках вместе с мужчинами, эти роли порождены экономической необходимостью. Женщины из среднего класса и даже из элиты имеют меньше возможностей работать вне дома; Хотя более богатые семьи могут дать образование дочерям так же хорошо, как и сыновьям, для женщин основное внимание уделяется браку и воспитанию детей.Преодоление экономических различий — предпочтение мальчиков — в некоторых штатах детоубийство женского пола все еще является серьезной проблемой, и врачи незаконно раскрывают пол плода. В некоторых деревнях так не хватает женщин на выданье, что им приходилось привозить невест из других регионов Индии — практика, которая противоречит старой традиции заключения брака в пределах одной касты и культуры.

Брак

Браки по договоренности имеют место во всем индийском обществе. Хотя правительство запрещает детские браки, обручения и свадьбы в очень молодом возрасте все же имеют место в отдаленных районах.Однако в наши дни культура свиданий процветает и в больших городах Индии. Пары можно увидеть повсюду в Дели и Мумбаи, выставляя напоказ свою сексуальную свободу на танцполах клубов, делясь кофе и лунными взглядами за столиком в кафе или тайком прогуливаясь под деревом в общественном парке — часто это самое удобное место встреч для бедных. молодежь из более консервативных семей. Интернет-знакомства — это не так уж и просто, чем на западе, и сайты знакомств используются преимущественно семьями среднего класса, стремящимися заключить брак.

Каста

Объявления о браке (списки подходящих мужчин и женщин, живущих в Индии или за границей, доступные для поиска по кастам, религии, профессии, образованию и т. Д.) — лишь одно из многих социальных явлений, в которых касты занимают видное место. Каста в Индии может быть столь же безобидной, как общая история сообщества, обозначенная определенной фамилией, или столь же коварной, как уничижительное оскорбление. Хотя технически и упразднена, на практике кастовая идентичность по-прежнему играет важную роль в современном индийском обществе, особенно в политике.До сих пор ведутся ожесточенные дебаты — похожие, но гораздо более поляризующие, чем американские дебаты о позитивных действиях, — о квотах для исторически неблагополучных каст на государственных должностях и при приеме в школы.

Политика

Парламентская демократия Индии изобилует коррупцией и странными связями, и средний индиец либо активно циничен, либо открыто занимается политикой, а иногда и тем и другим. Многопартийная система означает, что помимо доминирующей Партии Конгресса и БДП (партии Бхаратия Джаната) существуют значительные блоки партий с особыми интересами.К сожалению, некоторые партии используют религию, чтобы заручиться поддержкой, которая может настроить целые сообщества друг против друга.

Религия

Религия играет большую роль в современном индийском обществе, и поклонение является важным компонентом: люди часто регулярно молятся в храмах, мечетях, гурдварах и церквях, но также могут иметь дома семейные святыни, состоящие из икон, портретов , и статуи. Ритуальный пост является обычным явлением во многих религиях, будь то еженедельный для некоторых очень набожных индусов или ежегодно во время Рамадана для набожных мусульман.Религиозные условности часто могут перетекать в культурные, влияя на диету, район проживания, род занятий и выбор одежды.

Одежда

Одежда в современном индийском обществе означает множество вещей — пол, регион, богатство, профессию и, часто, религию. Как правило, мужчины обычно носят брюки или джинсы с рубашками с воротником или футболками. На юге Индии и в сельской местности местные формы одежды — длинные куски ткани, называемые лунги или дхоти — обертываются вокруг талии и ног, но более распространены свободные пижамные наряды.Они увенчаны майкой, называемой баньяном , и, возможно, туникой или куртой. Головной убор также может быть индикатором религии или региона. Мужчины Раджастана известны своими яркими, свернутыми в спираль тюрбанами (и величественными усами), мужчины-сикхи зачесывают свои длинные волосы в обтекаемые тюрбаны, а мужчины-мусульмане обычно носят тюрбаны во время молитвы. Более бедные или сельские женщины всех религий, как правило, покрывают голову тонкими шарфами, а городские мусульманки могут держать голову покрытой и носить закрывающие тело мантии.Традиционная женская одежда включает более типичную для Северной Индии тунику или рубашку, которые называются курта или kameez . Это сочетается со свободными брюками или salwar , собранными на щиколотке, или более узкими churidar, длинными леггинсами , собранными в пучок на щиколотке. Юбки ( lehengas ) с блузками ( cholis ) также популярны, особенно в качестве свадебной одежды. Сари — ярды ткани, которую можно завязать разными способами вокруг юбки и блузки, — носят по всей Индии, и их можно найти во многих тканях и узорах, характерных для разных регионов и сезонов.Городские женщины вполне комфортно носят джинсы и другую западную одежду, хотя обнажать слишком много ног или декольте на публике не одобряют (Мумбаи и Гоа в этом отношении немного более расслаблены).

книг из серии «Индия в современном мире»

Где? Книги »Серии» Индия в современном мире.

Наличие на складе: Сортировать по: Просмотр:

АктуальностьПопулярностьПоследние дополнения Название: От A до Z Название: От Я до AP Дата публикации: От новичка до OldPub Дата: от старого до нового Цена: От низкого до высокого Цена: от высокого до низкого


С 1990-х годов Индия проводит программу экономических реформ, и в то же время экономика растет высокими темпами.В рамках программы реформ и в соответствии с преобладающими экономическими взглядами Индия приватизировала свою большую, неуклюжую общественную секту … или.
Подробнее

Феноменальный рост и либерализация индийской экономики был предметом обширной научной документации и конкурирующих интерпретаций. В этой книге исследуется ключевой период либерализации в Индии с 1991 по 2008 год.В нем анализируется взаимосвязь между ростом и … либерализацией и, в частности, недавним чудом темпов роста »и рассматривается его устойчивость в нынешних экономических условиях Индии. В книге исследуется и переоценивается исторический опыт планирования в Индии между 1950 и 1980 годами в качестве альтернативной модели экономического развития под руководством государства, обсуждается, насколько нынешний быстрый рост является результатом либерализации и насколько сильны аргументы в пользу продолжения либерализации. Cегодня. Книга является значительным вкладом в растущую дискуссию об экономическом росте и либерализации, а также в более широкую тему экономического развития в Индии и других развивающихся странах.Он понравится студентам, исследователям, преподавателям и всем, кто интересуется Южной Азией в целом и Индией в частности. Это также важный ресурс для изучения международной политической экономии и экономики развития.
Подробнее

Исследует ключевой период либерализации в Индии с 1991 по 2008 год. В этой книге анализируется взаимосвязь между ростом и либерализацией и, в частности, «чудо-темп роста» и его устойчивость в индийской экономической среде.

Эта книга, описывающая важный процесс в современной истории Индии, дает оценку проникновения западной науки в Индию. Он предназначен для исследователей истории Индии и тех, кто интересуется взаимодействием западных и индийских традиций интеллектуальной мысли.
Подробнее

Исследует подъем Индии до статуса мировой державы, способной решать весь спектр международных и региональных проблем в критической части мира.В этой книге прослеживается эволюция индийской дипломатии в руках ключевых индийских практиков, сравнивая Неру, основателя индийской дипломатии, с его преемниками.
Подробнее

В этой книге дается сбалансированная оценка процесса дерегулирования и приватизации в общем контексте экономической реформы в Индии.

Показывает раннее развитие науки в Индии, ее роль в секуляризации индийского общества и последующее подтверждение, адаптацию и отказ от традиционных способов мышления.В этой книге исследуются верования ключевых индийских ученых, в том числе Джагадиша Чандра Боса, … П.К. Роя и С.Н. Боса.
Подробнее

Понимание движущих сил и препятствий экономического роста имеет решающее значение для содействия развитию в менее развитых странах, включая Индию. В этой книге исследуется экономический рост в Индии с 1951 года по настоящее время, бросая вызов многим общепринятым ортодоксальным взглядам.

Анализирует экономический рост в Индии с 1951 г. и далее. В этом заголовке утверждается, что рост и застой следует рассматривать в среднесрочной перспективе, и что точная роль государства — в отношении конкретных исторических и политико-экономических обстоятельств — более важна, чем … общий уровень участия или размежевания государства. .
Подробнее

Индекс по названию серии

индейцев Джона Ричардса и Мир

С конца пятнадцатого до начала девятнадцатого веков — для удобства С 1500 по 1800 год — в нашу нынешнюю эпоху человеческие общества разделяли и подвергались влиянию благодаря нескольким беспрецедентным по масштабу глобальным процессам изменений и интенсивность. Как и многие другие историки, я называю эти века раннее Новое время. [1] Мы отличаем этот период от предшествующие века средневековья и современные девятнадцатый и двадцатый веков.Находимся ли мы сейчас в постмодернистском периоде — вопрос догадок, по крайней мере, на мой взгляд. В отличие от многих ученых, я не считаю эту периодизацию руководствуясь чисто европоцентрическими соображениями. Термин ранний модерн это просто попытка уловить реальность быстрых, массовых изменений в как люди организовывались и взаимодействовали с другими людьми и с миром природы. [2] Для истории Южной Азии Я считаю, что имеет смысл использовать термин ранний модерн вместо Индии Великих Моголов, или позднесредневековой Индии, или поздней доколониальной Индии, для с шестнадцатого по восемнадцатый века.Это поможет в снижение степени, в которой Индия рассматривается как исключительная, уникальная, экзотическая, и как-то оторваны от мировой истории.

В этом эссе я изложу преобладающие атрибуты раннего современный мир с глобальной точки зрения, а затем попытаться разместить Индию (или Южная Азия) в ее собственном контексте в раннем современном мире. я убеждены, что мы должны контекстуализировать индийскую культуру, цивилизацию и общество таким образом, чтобы лучше понять более конкретное развитие южноазиатских история в шестнадцатом, семнадцатом и восемнадцатом веках.

Как минимум шесть отдельных, но взаимодополняющих крупномасштабных процессов определяют ранний современный мир. Первый создание поистине глобальных морских коридоров, которые связали все человечество с увеличивающейся пропускной способностью и производительностью транспортной сети г. В 1400 было три морских региона и мореплавательные традиции, из которых мореплаватели были оснащены для длительных путешествий по океану и открытий: Европейцы Средиземного моря и прибрежные районы Атлантического океана; араб / индеец Индийский океан; и китайцы Китайского моря и Японского залива.Из этих трех у китайских моряков был самый большой и надежный корабли, и уже во времена Сун продемонстрировали способность путешествовать за пределами их родных вод. Экспедиции Ченг Хо с 1405 по 1433 год отправили десятки больших кораблей и тысячи людей в северной части Индийского океана. Если бы они решили это сделать, китайские моряки могли бы обогнуть Африку. или переплыли Тихий океан в Новый Свет. [3] Вместо, Императоры династии Мин отвергли морские исследования и торговлю и обратились их общество внутрь после 1433 года.Правящие элиты Китая сформированы и удерживаются глубоко укоренившаяся предвзятость, препятствовавшая государственным инвестициям в морскую экспансию как раз в тот период, когда европейские монархи были очарованы возможными награды от этой деятельности.

На протяжении шестнадцатого, семнадцатого и восемнадцатого веков, продолжая Европейские правители платили за морские исследования, картографирование и поощряли их. и отчеты, которые позволили получить обширные и систематические знания о глобальных география. Впервые в истории человечества моряки узнали, что все Мировые моря связаны и судоходны (за исключением приполярных ледовые районы).Как выразился Парри: «Надежный корабль, грамотно укомплектованный, адекватно сохранены и оснащены средствами поиска пути, могут вовремя добраться до любого страна в мире, которая имеет морское побережье и может вернуться туда, откуда пришла »[4]. Впервые в истории человечества европейские моряки создали надежный морской переход в Новый Свет из Старого.

Открытие и эксплуатация в Европе надежных морских путей повсюду земной шар был его самым важным преимуществом перед другими ранними современными общества.Постоянные постепенные улучшения в конструкции и конструкции кораблей, в навигационных методах и навыках, а также в вооружении морского базирования. ранний современный европейский морской флот. Моряки неуклонно наносили на карты побережья и гавани континентов и островов мира и выявленные преобладающие ветры и течения в океанах. К концу 1700-х годов у моряков даже было надежные методы измерения долготы и широты.

Секунда — это подъем поистине глобальная мировая экономика, в которой быстро растет междугородняя торговля, подключенные развивающиеся экономики на всех континентах. Плавучий Ранняя современная мировая экономика опиралась на глобальные морские и сухопутные связи маршруты, которые связывали все человеческие общества. По этим маршрутам затраты перевозки как раритетов, так и массовых товаров, а также связанных с этим рисков, снизился между 1500 и 1800. По этим маршрутам сигналы спроса и предложения с большей скоростью переместился в более широкую сеть торговцев. В течение все более сложные региональные валютные системы, основанные на сопоставимых облегчение чеканки золотых, серебряных и медных монет и бумажных векселей торговля.Ежегодные поставки золота и серебра с рудников Нового Света дали государства раннего Нового времени — новые источники снабжения для своих растущих потребностей в чеканке монет — в резком контрасте с металлическим «голодом» прошлых веков — и помогли предотвратить обесценивание валют.

На протяжении всех этих столетий мировая торговая система была сосредоточена на Европе. Антверпен в шестнадцатом веке был первым «настоящим торговым центром». для мировой торговли. [5] Затем последовало голландское доминирование мировая торговля с Амстердамом в ее центре между 1580 и 1740 годами.Лондон вытеснил Амстердам на оставшуюся часть раннего Нового времени и после этого, хорошо в современный мир. В период голландской гегемонии над миром торговли, Амстердам был активным перевалочным пунктом, расположенным на вершине мировые рынки. Уверенная, хорошо финансируемая торговая элита Амстердама контролировал огромный судоходный капитал и доминирующие капитальные ресурсы. Голландский продавцы могли покупать у источника в любой точке мира по более высоким ценам востребованные товары, привезите их в Амстердам, надежно храните, добавляйте ценность путем обработки и упаковки, и продавать их с выгодой.Голландский федеральный республиканское государство, с его коммерческой и финансовой стабильностью, вмешалось активно участвовать во всех налоговых и маркетинговых процессах для предотвращения мошенничества и навязывания стандарты. Доверие к государству сделало процентные ставки Амстердама самый низкий в Европе раннего Нового времени.

Самый большой вклад Голландской республики был в создание торговых компаниям предоставили монополию на торговлю в различных частях света. В Голландская Вест-Индская компания и Голландская Ост-Индская компания были двумя крупнейшая из этих «вооруженных политико-коммерческих организаций беспрецедентного объем и ресурсы не только с учетом масштаба их бизнеса операций, но также и в отношении их военной и военно-морской мощи.»[6] В Азии голландская Ост-Индская компания вместе со своим английским коллегой, сформировали передний край европейской агрессивной экспансии в начале Нового времени. веков. [7]

Производство товаров для расширенных рынков — общая черта раннего современные общества. Польша, Украина и другие страны Балтийского моря отгружала продукты питания, зерно и лес на мировой рынок. Крестьяне в западных Анатолия производила мохеровую пряжу на экспорт. Россия и поселенцы на Севере Американские колонии продавали меха и оленьи шкуры.И в Северной Америке, и в Латинской Америке Американские фермеры экспортировали шкуры и сушеное мясо на европейские рынки. Прибрежный земли восточной Бразилии и Карибские острова поставили тонны сахара на мировой рынок каждый год. Венесуэла отгружала какао; Гватемала, Гондурас, а северная Индия экспортировала индиго. Острова Юго-Восточной Азии экспортировали мускатный орех, перец и другие специи для мировых рынков. Текстиль из хлопка и шелка из Индии нашли новые рынки в Европе. Бриллианты пришли из южной Индии для мирового потребления.Повсюду стимулировался спрос на дешевый принудительный труд экспортные секторы в Африке и Азии — часто вытесняющие более дорогие европейские наемные рабочие.

Третье, во всем мире государства и другие крупномасштабные сложные организации достигли размера, стабильности, емкости, эффективность и территориальный охват не видны с древности, если то. Государства раннего Нового времени демонстрируют новые впечатляющие способности мобилизации ресурсов. и развернуть подавляющую силу. На японском архипелаге Токугава режим объединил враждующие государства средневековой Японии, чтобы сформировать один из мировых самые могущественные государства того времени.В России консолидировалось царское государство. власть и расширила свою территорию. В Западной Европе французская монархия Старого режима построили централизованную государственную структуру, которая руководила колониальными экспансия по всему миру. На Британских островах Англия насильно ассимилировал Шотландию и Ирландию и построил огромную колониальную морскую империю. На Ближнем Востоке Константинополь был центром расширяющейся уверенной централизованное османское государство; и Исфахан, центр соперника Сефевидов империя. В Индии империя Великих Моголов установила централизованную власть над весь субконтинент впервые со времен Маурьев.Испанский колониальный правители установили централизованное правление над Центральной и большей частью Южной Америки; португальцы сделали то же самое в Бразилии. Только в Китае сомнительно, что династия Тингов контролировала более эффективный и мощный государственный аппарат чем у его предшественника, родного Ming.

Четвертое, население мира примерно вдвое в течение первых веков Нового времени. Между 1500 и Население мира в 1800 г., вероятно, изменилось следующим образом: [8]

1500-400-500 миллионов
1600— 500-600 миллионов
1700 — 600-700 миллионов
1800— 850-950 миллионов
Численность людей увеличивалась медленно, но неуклонно, с ускоряющейся скоростью. в восемнадцатом веке.По этим расчетам население мира выросло от 350 до 550 миллионов за триста лет. В целом это медленная, почти незаметная скорость роста, которая маскирует региональные различия некоторых последствий. Около пятидесяти или более миллионов жителей Нового В 1492 году мир сильно вымер из-за неизвестных ранее инфекционных заболеваний. болезни и колониальная жестокость в шестнадцатом и семнадцатом веках. К 1800 году общая численность населения Нового Света была едва ли вдвое меньше, чем в предварительный контакт итого.Однако этот холокост не повлиял на сильную глобальную восходящий тренд в ранний современный период. Доступные прямые и косвенные данные убедительно подтверждают мнение о том, что во всех других регионах мира численность людей неуклонно росла. Некоторые эпизоды роста населения были необычно стремительный. Япония при режиме Токугава выросла с 12 миллионов в 1600 году до 31 миллион к 1720 году. [9] Население России увеличилось вдвое с 14 до 29 миллионов с 1722 по 1795 год. [10] Ни видим ли мы какое-либо отступление от этих уровней после этого.

Пятый, на протяжении раннего Нового времени люди в мире активизировали использование земли для расширения производства в многочисленные эпизоды переселенцев на границах. В дополнение к европейскому поселение Северной и Южной Америки, голландское поселение в Южной Африке, Россия, Китай, Восточная и часть Западной Европы были вовлечены в существенные процессы внутренней колонизации. Растущее население, агрессивные государства, и рыночные силы объединились, чтобы отправить пионеров-поселенцев в леса или саванны для рекультивации земель под пашню или для коммерческого скотоводства (скотоводство).Пионеры расчищали леса, осушали заболоченные земли и огораживали луга. Они заявили о новых правах собственности на вновь определенные и ограниченные земельные участки. Первопроходцы вытеснили малоседных охотников-собирателей, садоводов. и сменные земледельцы, или кочевники-скотоводы, которым приписывали «дикарей» роль злоумышленников. Опираясь на власть и авторитет централизации государства, пионеры-поселенцы угнали, уничтожили или подчинили коренное население народы, чтобы претендовать на землю для возделывания или разведения.Ранний модерн пограничники неизменно были привязаны к внутренним и международным рынкам за товары, которые они производили. Этот продолжающийся процесс урегулирования обеспечил непредвиденный эффект, благодаря которому обильные новые ресурсы — почва, древесина, дикая природа, полезные ископаемые — были введены в концентрированные способы производства для расширения мировая экономика. [11]

Наконец, несколько новых технологий и организационные ответы на эти технологии — урожай Нового Света, порох, и печать — распространилась по всему раннему современному миру. Табак потребление табака и выращивание табака быстро распространились по Африке и Азии в качестве результат связи Нового Света. Кофе, чай и шоколад предложили новые, быстро принял стимуляторы в виде горячих напитков, смешанных с сахаром. Возможно больше значительным было внедрение кукурузы и высококалорийного сладкого картофеля. С помощью этих новых сортов фермеры могли расчищать холмистые леса и приносить прибыль. выращивать эти высокопродуктивные продовольственные культуры. Предоставлены продовольственные культуры Нового Света технический прорыв, который стимулировал расширение выращивания во всем Китай, Япония и Тайвань в восемнадцатом веке.Кукуруза и картофель добавили к производственному потенциалу европейского, а затем и африканского сельского хозяйства.

В раннем современном мире пороховые технологии развивались быстрыми темпами. И переносное личное огнестрельное оружие, и пушка получили удобство в эксплуатации, мощность и точность. Использование пушки на боевых кораблях пережило несколько поколений. улучшения как орудий, так и кораблей. Производство пороха, пушки основания, а производство мушкетов и пистолетов стало повсеместным ранним современным промышленность. Государства раннего Нового времени, столкнувшиеся со значительно возросшими затратами огнестрельного оружия, обратили внимание на улучшение налоговой оценки и коллекция.Военная организация вокруг огнестрельного оружия на суше сделала новый акцент на пехоту и мобильную легкую полевую артиллерию взамен средневековой опора на тяжелобронированную конную кавалерию.

Оглядываясь назад, можно сказать, что самой мощной новой технологией того периода была печать. с подвижным металлическим типом. Новое изобретение особенно подходило для римская и другие системы письма с ограниченным количеством символических букв. Системы печати Gutenberg были очень связаны с европейской экспансией. и господство.Китай, Япония и Корея с идеографическими системами письма, остались привязанными к их сложной системе печати на дереве который поддерживал издание книг в большом количестве. Исламская и Индийская миры не спешили отказываться от рукописей и перо, чтобы использовать менее привлекательные печать на металле.

II

Если для целей аргументации мы принимаем обобщения о ранней современной мировой истории, применимы ли они к югу Азия? Если мы составим контрольный список, разделяет ли субконтинент эти черты? ранней современности? Прежде чем ответить на этот вопрос, было бы хорошо рассмотрите как минимум два возможных возражения против этого предприятия.На этот период (или любой другой период) можем ли мы рассматривать Индийский субконтинент как значимый социальная и культурная единица? Можем ли мы сделать обобщения, которые справедливы во всем весь субконтинент? В грубой и готовой форме мы обязательно ответим на этот вопрос. вопрос в утвердительный по тому, как мы организуемся как южноазиатские специалисты области. Однако в то же время многие южноазиатские ученые утверждают, что что это только лингвистические / культурные регионы, такие как Андхра, Махараштра или Бенгалия, которую можно рассматривать как значимые единицы.Другие обращаются к более мелким регионам или даже населенные пункты как единственные полезные общественно-политические единицы. Обобщения сделаны для всего субконтинента.

Я считаю, что степень сходства в обществе и культуре среди всех регионов субконтинента таковы, что мы можем разумно обсудить и проанализировать Южную Азию как единое целое. Обеспечивая размытость приграничных территорий, мы можно посмотреть на множество общих черт, которые связывают субконтинент воедино. Контраст, скажем, между системами налогообложения принудительного труда в штатах Юго-Восточная Азия и системы налогообложения земли в Южной Азии — лишь один пример.Кастовая система не встречается в Юго-Восточной Азии или других частях страны. world в этом отношении, несмотря на энергичные попытки найти аналоги в другом месте. Строго эндогамные, приписываемые рождению, названные социальные единицы — миниатюрные этносы — организованы иерархически по принципам чистоты и загрязнения и традиционным оккупация и опирается на религиозные догмы, это уникальная южноазиатская явление. Это трюизм, что мусульманские группы в Южной Азии было трудно избежать кастовой организации, несмотря на эгалитарную учения своей веры.Кастовая система, безусловно, эволюционировала и изменилась, особенно в ответ на новое давление, такое как ислама или по колониальному европейскому правлению, но сама система не воспроизводится где-либо еще в мире.

Путешественники, прибывающие на субконтинент из Европы, Ближнего Востока, Юго-Востока Азия или другие регионы мира не оставляют сомнений в различии Индии из их родных регионов. Размышления Бабура о контрасте, часто тянутся неблагоприятно, между Северной Индией и Средней Азией хорошо известный. Помимо обычаев, которые кажутся очень странными, такие как избавление от мертвых путем кремации, Индия была чрезвычайно продуктивной, богатые и густонаселенные по сравнению со Средней Азией или даже Ближний Восток. Мы также можем сопоставить относительную пористость раннего Нового времени. Южная Азия с непроницаемостью Китая. Разные иностранцы — торговцы, религиозные деятели, авантюристы — свободно перемещались по субконтиненту. Они практически не сталкивались с проблемой или контролем со стороны государства. Сравните эту свободу со строгим контролем династии Мин или Тинг над всеми и все иностранцы, а также внешняя торговля, посредством дани миссии система.

Можно утверждать, что чрезмерное внимание к экзогенным силам омрачили написание истории Южной Азии евроцентричными белыми мужчинами до того, как 1947 г. и в некоторой степени после него. Я не хочу возвращаться к понятию пассивной, «традиционной и восточной» Южной Азии, которая только «прогрессировала» и модернизированы «под влиянием Европы. Мы не можем вернуться к этот устаревший подход. За последние полвека историки, религиоведы, искусствоведы, антропологи, литературоведы и другие путем кропотливого и детального исследования энергии и динамизма Южной Азии общество и культура.Некоторые из этих процессов происходят извне; некоторые вполне может и нет. Дело в том, что это мировые процессы, у которых общие атрибуты с теми, кто находится в других регионах, но имеют свой уникальный характер на юге Азия.

Подходит ли Индия к этой парадигме, по крайней мере, ответив на эти вопросы? Да, по крайней мере, на мой взгляд. Конечно же морское сообщение твердая. Индийские порты и судоходство на протяжении веков были связаны Аравийское море, Красное море, Средиземная система с одной стороны и в залив Бенгалии, Малаккского пролива и Китайского моря с другой стороны.С северной Европейские торговые компании лидируют, Индия после 1500 г. была связана с глобальная система морских переходов.

Роль субконтинента в мировой экономике в раннем современном значительный, и мировая экономика оказала большое влияние на Южную Азию. Через эти века субконтинент сохранял благоприятный торговый баланс с остальным миром. Индийские бриллианты, специи, хлопок ручной работы и шелковые ткани, и другие товары сохранили свои старые рынки и нашли новые торговые точки.В значительной степени самодостаточная для своих нужд, Индия была окончательной сливаться с потоком серебра и золота Нового Света. [12] Производство для мировой экономики имело более чем второстепенное значение. Хлопок выращен в черноземных регионах западной Индии, где путешествуют вьючные волы в Коромандель, где его почистили, прядили в пряжу, вручную соткали в длинные штуки, отбеленные и напечатанные на экспорт. Оплата этих товаров прошла форма импортированных золотых и серебряных монет торговым посредникам, и в конечном итоге самим производителям.Ом Пракаш подсчитал, что голландские закупки текстиля в Бенгалии в конце семнадцатого века, вероятно, произвел 100 000 новых рабочих мест для этого региона.

Я провел большую часть своей карьеры, утверждая, что между началом шестнадцатого и в начале восемнадцатого века магалы создали динамичный, централизованное государство. К 1690 году император Великих Моголов был признанным правителем. почти на всем субконтиненте. Просто на основании своей способности облагать налогом общество, поддерживать политическую стабильность и монополизировать силу, Империю Великих Моголов следует признать успешной.Я также подчеркнул динамизм имперской системы в том, что она продолжала углублять и укреплять имперскую институтов до структурного распада, произошедшего в 1720 году. Империя Великих Моголов не смогла обратить вооруженную военную аристократию сельскую местность в квази-чиновников, в результате серьезного структурного изменения, которое необходимо для действительно централизованного управления. Это была задача, которую британцы для выполнения требуется целый век или более. Несмотря на эту неудачу, я считаю что с точки зрения масштаба, эффективности и богатства империя Великих Моголов сравнивает выгодно по сравнению с современными Османской и Сефевидской империями, а также с любыми государство в Европе.Как недавний обзор моих эссе Андре Винка указывает, я придерживался этой точки зрения с довольно невообразимой последовательностью.

Часто за последние тридцать лет я встречал аргументы коллеги, что империя Великих Моголов практически не повлияла на местные общества, на местных властителей (заминдаров) или на повседневную жизнь. Историки Южной Индии подчеркнули децентрализованный характер политической власти и власти в «сегментированных государствах» Южной Индии. Историки маратхов обратил наше внимание на преобладание сопротивления и восстания против Моголов. правят в этом регионе местные элиты.Я обсуждал эти вопросы напрямую с Бертоном Штайном, Андре Винком и историками-единомышленниками. Через, моя позиция была и остается, что развитие беспрецедентной государственной власти и политического объединения под властью Великих Моголов является определяющей характеристикой ранней современной — не Моголов — Индии, просто как это было в других регионах мира.

Что касается населения, то большинство ученых постулируют, несмотря на то, что впечатляющие эпизоды голода и болезней, значительный рост.Например, Макэведи и Джонс оценили общее количество 1500 для индийского субконтинента в 100 миллионов, а к 1800 году вырастет до 185 миллионов [13]. Ирфан Оценки Хабиба несколько выше, поскольку он предполагает, что 1600 г. эта цифра составляла от 140 до 150 миллионов, увеличившись примерно до 200 миллионов в 1800 году [14]. Свидетельства роста численности людей в значительной степени косвенные, поскольку Моголы и другие государства раннего Нового времени на субконтиненте не вели переписи. С соответствующими корректировками можно нарисовать демографические тенденции. из последовательности оценок доходов от земли Моголов в тех же регионах.Изменение типа землепользования, границы поселенцев и расширение посевов и производство, описанное ранее, действительно. В Бихаре при Шахе Джахане царствования, раджпутские заминдары в районе Рохтас расширили выращивание с поощрение государства. Более позднее описание Шахабада в этот период гласит: «большинство заминдари во время правления Шахджахана происходили из в бан-катай , или заселение земель после вырубки лесов. Те, кто стали заминдарами и получили нанкаров (часть выручки как заминдари правы) на всю жизнь.После смерти таких заминдаров, их сыновья получили санадов за принадлежащие им права при условии непрерывной службы ». [15]

Наконец, все основные новые ранние современные технологии присутствуют на субконтиненте. Новые мировые сорта, особенно табак и кукуруза быстро распространились по субконтиненту в семнадцатом век. Другие, такие как перец чили, были приняты медленнее, но распространились. широко. Империя Великих Моголов преуспела отчасти благодаря своему владению порохом. технология.Порох, пушки и мушкеты производились в Индии в значительное количество для удовлетворения военных нужд. Культурное сопротивление исключено широкое распространение подвижной печати в Индии до начала девятнадцатого века. век. Техники были известны и продемонстрированы миссионерами и европейские компании, но распространились нелегко.

Каковы некоторые значения этой ранней современной модели для нашего изучение Южной Азии? Безусловно, растущий экономический потенциал Индии должен быть переоцененным.Экономика выросла просто для удовлетворения потребностей почти удвоенного населения, а также растущий спрос со стороны мирового рынка. В в какой степени промышленное производство было продуктом разрозненных сельских промышленные операции не получили должного признания. В настоящее время ведутся новые работы Тельмы Лоу сочетает в себе полевую археологию с документальными исследованиями, чтобы предлагают гораздо большее пространственное распределение площадок для производства стали в землях телугу в начале нового века. Несмотря на европейский компаний, индийские купцы активно торговали со Средней Азией, Средним Восточная, Восточная Африка и Юго-Восточная Азия.Как показал Стивен Дейл, колонии проживающих в Москве индийских купцов-экспатриантов вели регулярную торговлю с субконтинентом в течение семнадцатого и восемнадцатого веков. [16]

Самым трудным и сложным является понятие кумулятивного и даже ускорение изменений в ранней современной Индии. Можем ли мы сделать вывод, что тираж людей, товаров и идей стали более плотными и быстрыми в первые современные века? Несомненно, новая культурная продукция — проявляется в популярных религиозные движения на севере Индии — увеличились в размерах, интенсивности и разнообразие.Понимание идеи изменения требует застенчивого усилие. Большинство из нас все еще придерживается неустановленного предположения о том, что доколониальные Индия была почти статичной. Обобщения, сделанные для 1500, все еще применимы в 1750 или даже 1800. Это еще одна версия традиционного или досовременного Индия. Мы должны отказаться от наших знаний о колониальном исходе и посмотреть свежим взглядом на новые институты, новые социальные формы, новое культурное самовыражение, и новая производительность в ранний современный период. Также сложно необходимо выработать междисциплинарное понимание динамики изменений по всему субконтиненту в первые века.

Я заканчиваю тем, что призываю к более интегрированной, междисциплинарной исторические исследования в ранней современной Южной Азии (не в Индии Великих Моголов), в которой ученые плавно перемещаются между особенностями местных и региональных истории к более широкому описанию и анализу стран Южной Азии и мира. юг Азия слишком важна, чтобы попасть на пыльный шельф восточных диковинок когда мировая история пишется в будущем.



N O T E S

[1] Фернан Бродель, Цивилизация и капитализм, 15-18 века (Нью-Йорк: Харпер и Роу, 1981-84), 3 тома.

[2] Даже Дж. М. Блаут, наиболее красноречивый из недавних критиков европоцентризма всемирная история, комментарии: «Африка, Азия и Европа в равной степени рост капитализма до 1492 года. После этой даты Европа стала лидером. Это произошло, как я пытался продемонстрировать … из-за местоположения Европы. недалеко от Америки и из-за огромного богатства, полученного европейцами в Америка, а затем Азия и Африка — не потому, что европейцы были умнее или смелее или лучше, чем неевропейцы, или более современные, более продвинутые, прогрессивнее, рациональнее.Это мифы евроцентрического диффузионизма. и их лучше всего забыть «. Дж. М. Блаут, Модель мира колонизатора (Нью-Йорк: Гилфорд Пресс, 1993), стр. 206.

[3] Дж. Х. Парри, «Открытие моря» (Беркли: Университет of California Press, 1981 [1974]), стр. 16.

[4] Парри, стр. xi.

[5] Джонатан И. Израиль, Голландское первенство в мировой торговле 1585-1740 (Оксфорд: Clarendon Press, 1989), стр. 405.

[6] Израиль, стр.411.

[7] Наиболее полное исследование английской Ост-Индской компании остается К. Чаудхури, Торговый мир Азии и английской Ост-Индии Компания 1660-1760 (Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1978).

[8] Мои оценки основаны на данных о населении, приведенных в Braudel, I, 40-49; Пол Демени, «Население» в Б.Л. Тернер II и др. др., Земля как преобразовано человеческими действиями (Кембридж: издательство Кембриджского университета, 1990), стр. 42-43; и у Колина МакЭведи и Ричарда Джонса, Атлас мира г. История населения (Лондон: Penguin Books, 1985 [1978]), стр.349. Власть Цифра Макэведи и Джонса для 1500 пересмотрена в сторону увеличения с учетом их недооценка населения Нового Света.

[9] Конрад Тотман, Ранняя современная Япония (Беркли: Университет of California Press, 1993), стр. 140.

[10] Braudel, I, 47-48.

[11] Джон Ф. Ричардс, «Преобразование земли» в Б.Л. Тернер II и др. al., eds., Земля как преобразованная в результате деятельности человека (Кембридж: Cambridge University Press, 1990), стр. 163-178.

[12] Джон Ф.Ричардс, изд., Драгоценные металлы в позднем средневековье и Ранние современные миры (Дарем: Carolina Academic Press, 1983), стр. 22-23.

[13] Макэведу и Джонс, стр. 185.

[14] Тапан Райчаудхури и Ирфан Хабиб, ред., The Cambridge Economic История Индии (Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1982) I, стр. 167. Хабиб опирается на ряд оценок, сделанных разными учеными для обе даты.

[15] Цитируется в Richards, The Mughal Empire , p.191, из Музаффара Алам, Кризис Империи в Северной Индии Великих Моголов (Дели: Оксфорд University Press, 1986), стр. 65-66.

[16] Стивен Дейл, Indian Merchants and Eurasian Trade, 1600-1750 (Кембридж: издательство Кембриджского университета, 1994).

9780198731139: Современная Индия: Истоки азиатской демократии, 2-е издание (Краткая оксфордская история современного мира) — AbeBooks

Новое издание этого широко используемого текста охватывает последние два столетия истории Индии и завершается эпилогом, написанным с точки зрения 1990-х годов.В нем тематически и аналитически обсуждается становление Индии как одной из крупнейших демократий мира и одного из самых стабильных государств, переживших опыт колониализма. Основы этого редкого явления в Азии или Африке видны в обществе Индии, в идеях и верованиях ее народа, а также в государственных и политических институтах, которые сложились на субконтиненте в процессе взаимодействия между коренными народами Индии. и многочисленные внешние влияния, оказанные на страну в результате экономических, политических и идеологических контактов с западным миром.Современные исследования показали, насколько разнообразным и сложным было социально-экономическое и политическое развитие Индии; и эта тема проходит через исследование, которое избегает любого простого понимания политического развития Индии как столкновения между «империализмом» и «национализмом» или создания новой нации. Сложность отражает многие из сохраняющихся двусмысленностей и неравенства в жизни субконтинента и подсказывает, почему структуры государства и даже сама природа индийской нации в настоящее время подвергаются сомнению, часто с беспрецедентным общественным насилием.Дилеммы Индии принадлежат не только ей: они также поднимают экономические, политические и социальные проблемы, имеющие огромное значение для всего современного мира.

«синопсис» может принадлежать другой редакции этого названия.

Об авторе :

Джудит Браун — автор книг «Ветры перемен» (OUP, 1991) и «Люди и боги в меняющемся мире: некоторые темы из религиозного опыта индуистов и христиан 20-го века» (1980).

Обзор :

Безусловно, лучший недавний вводный отчет о современной истории Индии * Приложение Times Higher Education *

«Об этом заголовке» может принадлежать другой редакции этого заголовка.

Индия, Китай и мир: взаимосвязанная история

Эта книга [является] своевременным напоминанием о давних отношениях между этими двумя культурами и об их в целом мирном согласии.
Неделя в Китае

Индия, Китай и мир: взаимосвязанная история — большая книга с такими же большими амбициями.. . [он] охватывает все, от передвижения людей, предметов и идей по древнему Шелковому пути до формирования современной инициативы «Один пояс, один путь». Вместо того, чтобы просто изображать потоки между Южной Азией и Китаем как движущиеся по улице с односторонним движением, автор делает замечательную работу по демонстрации циркуляции этих движений. . . . Эта книга будет интересным чтением для специалистов и обычных читателей, интересующихся давней историей обменов между Индией и Китаем.
Журнал азиатских гуманитарных наук Университета Кюсю

Критический и непредвзятый, но стимулирующий анализ отношений между Индией и Китаем в древние, современные и современные периоды. Это основательно и блестяще аргументировано. . . . Ресурсы и аргументы, представленные автором, являются острыми, наводящими на размышления и исчерпывающими. Это замечательная выборка источников, событий, представлений и идей относительно связанных историй прошлого и настоящего.Книга действительно новаторская, и ее обязательно должны прочитать исследователи и практики, занимающиеся историческими исследованиями, индийско-китайскими отношениями и международными отношениями.
China Review International

Эта книга [является] своевременным напоминанием о давних отношениях между этими двумя культурами и об их в целом мирном согласии.
Неделя в Китае

Тансен Сен — наиболее квалифицированный автор, пишущий историю Индии и Китая в контексте мировой истории.Тансен Сен родился в семье индийского ученого из Китая и получил образование в Индии, Китае и Пенсильванском университете в США. Он владеет не только несколькими языками, но и хорошо знает Китай, Индию, Юго-Восточную Азию и мировая история. Эта база знаний позволяет ему понять суть двухтысячелетнего общения и взаимодействия двух гигантских культурных конгломератов.
Китай и Азия

Тансен Сен — бесспорно ведущий мировой историк китайско-индийских связей.В этой новаторской работе он помещает свои огромные знания в рамки всемирной истории, показывая, насколько важны эти отношения как для Азии, так и для всего мира.
Прасенджит Дуара, Университет Дьюка

Тансен Сен обладает замечательными знаниями и навыками, чтобы считаться историком Китая и Индии. В этом новаторском исследовании его способность к языкам обеих культур позволяет ему представить сложную историю и анализ их обмена продуктами, философскими и религиозными взглядами и научными идеями.Отмечая, что отношения между двумя культурами необходимо воспринимать в более широком контексте, Сен описывает влияние их взаимодействия на другие азиатские цивилизации. В заключение он анализирует их отношения в современном мире.
Моррис Россаби, автор книги «Хубилай Хан: его жизнь и времена»

Тансен Сен представляет глубоко увлекательную, обширную и богато детализированную историю народов, технологий, идей и товаров, которые связывали Китай , Индия и мир в целом с древних времен до наших дней.Теперь, когда китайский «один пояс — один путь» в моде, интересно узнать, как эти древние пространства мобильности стали активами для соперничающих империй и объектами конфликтующих национальных интересов, которые сформировали дипломатическую основу для транснациональной политики.
Дэвид Ладден, Нью-Йоркский университет

Древнеиндийская наука и ее значение в современном мире

Предисловие

Все больше признается, что древняя санскритская литература содержит глубокую мудрость физических и социальных наук.База научных знаний, представленная нашими риши и проницательными мыслителями, охватывает широкий круг предметов, таких как физика, химия, математика, астрономия, металлургия, биотехнологии, наука об окружающей среде и т. Д. Индийскому научному уму приписывается много первых. . Изобретение нуля и разностной системы ценностей, измерение стоимости (Пай), формулировка так называемой теоремы Пифагора, теории вращения Земли вокруг Солнца, Закона всемирного тяготения, технических знаний медицины и хирургии. , являются одними из тем, которые четко отражают богатство индийского научного наследия.К сожалению, из-за очень длительного периода интеллектуального господства сил из-за пределов этого региона мы потеряли представление о глубоком вкладе наших предков, который скрыт в обширной санскритской литературе. Наша непрекращающаяся апатия к санскриту на протяжении последних столетий также способствовала тому, что мы не осознаем богатое научное наследие. Наше незнание богатства нашего наследия заставило нас потерять чувство гордости за то, что принадлежит нам. В результате всего этого пошатнулось и наше чувство уверенности в собственных силах.

Знание санскрита и проницательный анализ содержания нашей древней санскритской литературы, такой как Веды, Пураны, Упанишады, Смрити и другие, будут большим подспорьем в получении хорошего понимания нашего богатого научного наследия. Организация санскрита обязана пробудить в санскрите интересы современного мира, раскрывая глубокую научную мудрость, содержащуюся в санскритской литературе, и демонстрируя ее актуальность для современного мира. Только тогда, когда будет установлена ​​связь между санскритским миром и современным миром, приемлемость санскрита как актуального предмета для решения современных жизненных проблем возрастет.Именно с этой целью Раштрийский санскритский видьяпита, Тирупати, выступил с инициативой организации выставки санскрита и науки накануне своего созыва в апреле 2000 года нашей эры … Выставка была организована в очень короткие сроки, она стала одно из самых привлекательных мероприятий созыва. Я хотел бы отметить преданность и приверженность профессору Д. Прахладу Чар, тогдашнему вице-канцлеру Раштрийского санскритского Видьяпита, Тирупати, проф.В. Муралидхара Шарма, координатор выставки санскритологии, и его преданная своему делу команда преподавателей и сотрудников работали над этим проектом, чтобы выставка имела большой успех.

Я также хотел бы выразить свою признательность за инициативу профессора К.Э. Говиндану, вице-канцлеру 1 / c и его команде за то, что они во второй раз представили основные экспозиции выставки в виде привлекательной монографии. Я уверен, что эти монографии вдохновят многих исследователей санскрита и науки внести свой вклад в дальнейшую работу в этой области и привлечь внимание к богатой базе научных знаний, содержащейся в санскритской литературе, на благо современного мира.Я уверен, что это упражнение позволит санскриту вернуть себе первозданную славу не только как язык, скорее как мать всего языка, но и как средство для понимания фундаментальных научных представлений наших риши и древних ученых.

Предисловие

Мы безмерно счастливы и гордимся тем, что представляем эту небольшую монографию читателям, жаждущим взглянуть на мудрость древней Индии.

Существует общее мнение, что вклад древней Индии ограничен областью гуманитарных наук, особенно религии и философии.Конечно, никакая другая цивилизация не может претендовать на превосходство над тем, что было достигнуто в этой области. Тем не менее, если мы пройдемся по страницам этой небольшой монографии, мы поймем, что даже в других областях, таких как ботаника, астрономия, химия и т. Д., Вклад Индии был потрясающим. Теперь Индия уже потеряла большую часть своих древних знаний из-за воздействия иностранных вторжений. То, что осталось, также в значительной степени неизвестно, поскольку большая часть написана на санскрите. Следовательно, мы чувствуем, что существует острая необходимость сохранить оставшиеся знания и повысить осведомленность всех заинтересованных сторон.Это важно не только для поддержания национальной гордости, но и по более практическим, утилитарным причинам, применимым к нашей сегодняшней жизни.

Большая часть материала этой монографии была взята из выставки, которую Раштрийский санскрит Видьяпита организовала во время своего пятого созыва. Вдохновением на организацию выставки выступил наш достопочтенный канцлер д-р В. Панчамукхи, всемирно известный экономист и разносторонний знаток санскрита в целом и традиционной философии в частности.Это снова он вдохновил нас на выпуск второго издания монографии с научными концепциями, которые были недавно добавлены на выставку. Мы очень признательны ему за его постоянную поддержку и бесценное руководство.

Когда наш достопочтенный канцлер обсуждал организацию выставки санскрита и науки с группой молодых сторонников раштрийского санскрита Видьяпита, это был профессор В. Муралидхара Шарма, ныне профессор образования, I.A.S.E.кто вышел вперед, чтобы взять на себя ответственность. С таким же энтузиазмом сменился руководящий коллектив молодых людей, за короткое время он организовал выставку, что иначе было бы невозможно. Эта монография также могла быть выпущена той же командой с большим энтузиазмом и упорным трудом. Излишне говорить, что успех Раштрия Санскрита Видьяпита в будущем также будет во многом зависеть от этих и подобных им преданных ученых.

Если второе издание этой небольшой монографии, которую выпустила здесь Раштрийско-санскритская Видьяпита, зажжет крошечный огонь желания в сердцах читателей для их вклада в сохранение и распространение санскрита, кладезя былой славы Индии, мы были бы вознаграждены за свои усилия.

Обложка книги

О Видьяпите:

Раштрийский санскритский видьяпита был основан в Тирупати (AP) в 1961 году правительством. Индии по рекомендациям Центральной комиссии по санскриту в качестве автономного органа под названием «Кендрия Санскрит Видьяпита, общество Тирупати». Доктор С. Радхакришнан, тогдашний вице-президент Индии, заложил первый камень в основание Видьяпиты 4 января 1962 года.

Позже, Кендрия Санскрит Видьяпита, Тирупати перешла под административный контроль Раштрия Санскрит Санстхан в качестве автономного органа при Министерстве Образования в апреле 1971 года. В 1987 году Видьяпита был провозглашен правительством Индии как признанный университет, учитывая его прогресс за последние 25 лет. Он был официально открыт президентом Индии Шри Р. Венкатараманом 26 августа 1989 года. Национальный совет по оценке и аккредитации (MAAC) аккредитовал «Видьяпита на уровне A +», а также Видьяпита получил статус «Центра передового опыта». в теме традиционных шастр »UGC за его развитие в направлении традиционного древнего языка санскрита.

Основные цели создания Vidyapeetha — распространить и улучшить педагогику санскрита, ускорить распространение более высокого уровня изучения санскрита и объединить традиционное образование санскрита с современными научными исследованиями.

В этом университете студенты из разных частей Индии изучают различные шастры, а также современные предметы, такие как информатика, математика, история и т. Д. Все традиционные предметы преподаются только на санскрите.

О выставке санскритологии:

Проект «Санскрит-наука» — одно из приоритетных направлений Видьяпиты. В рамках этого проекта подготовлена ​​выставка почти 200 концепций, относящихся к различным отраслям науки, с соответствующими параллелями из древних санскритских трактатов. Охватываемые отрасли: аюрведа, геммология, метеорология, математика, ботаника, геология, астрономия, фонетика, металлургия, физика, химия и акустика и т. Д.

Мы продолжаем работу по дальнейшему выявлению многих новых тем, освещенных в санскритской литературе и имеющих отношение к научным исследованиям. В дополнение к вышеупомянутым предметам мы пытаемся охватить многие другие отрасли научной мысли, такие как архитектура, экологические науки, зоология, психология и сельское хозяйство и т. Д.

Содержание

Предисловие i-ii
Предисловие iii
Благодарности iv
Содержание v
Мнение президента, Govt.Индии vi
1. Посвящение ведическим провидцам 1-2
2. Некоторые древние индийские научные труды 2
3. Аюрведа 3–22
4. Астрономия 23–32
5. Алхимия 33 — 42
6. Геология 43–50
7. Физика 51–58
8. Ботаника 59 — 82
9. Геммология 83 — 98
10. Фонетика 99–108
11. Метеорология 109–114
12. Менеджмент 115 — 119
Примеры страниц








.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.