Континент китая: Гуманный империализм: как Китай завоевывает Африку

Содержание

Гуманный империализм: как Китай завоевывает Африку

Последние 15 лет для многих африканских стран прошли под знаком укрепления торговых связей с Китаем, превратившимся сегодня в крупного инвестора. В отличие от европейских стран, которые, руководствуясь комплексом вины за колониальное прошлое континента, долгое время были сосредоточены на гуманитарной помощи и сокращении африканских задолженностей, Китай сразу же сделал акцент на торговле и инвестициях. Это привело к тому, что из континента, зависящего от гуманитарной помощи, Африка в одночасье превратилась в континент, зависящий от частных инвестиций.

Еще в 2009 году Китай обогнал США, став крупнейшим торговым партнером Африки. А в 2013 году объемы африкано-китайской торговли превысили $210 млрд, и Китай оставил американцев далеко позади, увеличив разрыв в 2,5 раза.

Интенсивное взаимодействие с рискованным рынком, коим, естественно, является Африка к югу от Сахары, и получаемые Китаем от этого выгоды привели к тому, что и другие развивающиеся страны хлынули на континент в поисках своего места «под африканским солнцем».

Взять, например, Индию, торговый оборот которой с Африкой в этом году, по оценкам экспертов, достигнет $100 млрд и, возможно, тоже превысит объемы африкано-американской торговли. В этом же направлении активно развивают свои внешнеторговые связи Бразилия и Турция, опередившие уже многие европейские государства.

Реклама на Forbes

Прямые инвестиции КНР в африканские страны увеличились с $500 млн в 2003 году до почти $15 млрд в 2012 году, а уже в 2013-м займы для развития инфраструктуры стран Африки южнее Сахары достигли $20 млрд.

Помощь в обмен на ресурсы

Интерес Китая к Африке абсолютно понятен. В регионе сосредоточены огромные запасы природных ресурсов, около 60% необрабатываемых земель сельскохозяйственного назначения, огромный внутренний рынок с растущей покупательной способностью и целая армия потенциальных и притом низкооплачиваемых рабочих.

Диверсификация импорта природных ресурсов в последние годы стала краеугольным камнем китайской энергетической стратегии. И КНР вовсе не делает ставку на одну лишь Россию, как кому-то, может быть, хотелось, он постоянно ищет новые возможности.

И Африка имеет для КНР исключительное значение.

За последние 30 лет, по данным Управления энергетической информации США (EIA), доказанные запасы нефти в Африке увеличились на 120%: с 57 млрд баррелей в 1980 году до 124 млрд баррелей в 2012 году. А по оценкам KPMG, у берегов континента ждут своего открытия еще по меньшей мере 100 млрд баррелей. Также значительно возросли и доказанные запасы природного газа — с 210 трлн кубических футов в 1980 году до 509 трлн в 2012 году, то есть более чем на 140%. Благодаря интенсивной разведке эти показатели постоянно увеличиваются. В одном только Мозамбике не так давно было обнаружено 127 трлн кубических футов газа, а дополнительные недоказанные запасы оцениваются еще в 152 трлн.



Китайская модель

 

О текущей ситуации в африкано-китайских отношениях, проблемах и выгодах этого партнерства Forbes поговорил с профессором Университета Джорджа Вашингтона и бывшим послом США в Эфиопии и Буркина-Фасо Дэвидом Шинном:

— Г-н Шинн, какие основные выгоды извлекает из этого партнерства китайская сторона, а какие —  африканские государства?

—  Конечно, Китай находится в выигрыше от этого сотрудничества, так как для того, чтобы питать свою промышленность, ему необходимы природные ресурсы. А для растущего числа африканских стран Китай стал важным источником инвестиций и альтернативой инвестициям западных стран и международных финансовых институтов.

Хотя в последние несколько лет сальдо торгового баланса у Китая со странами Африки было в целом отрицательным, положительное торговое сальдо наблюдается в торговле с большинством бедных ресурсами африканских государств. Для них это проблема. Но для стран, богатых природными ресурсами, торговля с Китаем, несомненно, несет в себе положительный заряд. Помимо лежащей на поверхности выгоды от экспорта ресурсов необходимо также учитывать и тот факт, что китайские закупки, как правило, поднимают мировую цену на определенные товары.

— Экономический рост Китая сейчас замедляется. Скажется ли это на будущем китайско-африканского взаимодействия?

— Да. Китай, скорее всего, будет сокращать свой импорт из Африки. Если снижение темпов роста окажется существенным, то африканским странам могут грозить серьезные последствия в виде снижения цен на сырье, сокращения китайских инвестиций и помощи.

Впрочем, даже если экономический спад в Китае окажется значительным, он не продлится вечно. Поэтому если Китай на какое-то время и уйдет, потом он все равно вернется в Африку в качестве основного торгового партнера.

— Какие, на ваш взгляд, недостатки существуют у китайской бизнес-модели в Африке? Каковы самые спорные моменты коммерческой деятельности КНР на африканском континенте?

— В целом бизнес-модель Китая работала в Африке хорошо. Стоит только посмотреть на количество контрактов, выигранных китайскими компаниями (как государственными, так и частными) в конкуренции с западным бизнесом и компаниями Индии, Бразилии, России и Турции. С западной точки зрения у этого партнерства есть один главный недостаток: китайцы готовы мириться с коррупционной практикой, которая устоялась в некоторых африканских странах. Это приводит к недобросовестной конкуренции и способствует плохой системе управления в Африке.

— Мы часто слышим заявления о недобросовестной эксплуатации Африки от западных коллег, но голоса непосредственно африканской стороны в этом критическом потоке практически не слышны. Все ли устраивает Африку в сложившемся партнерстве?

— Многие африканцы обеспокоены тем, что некоторые китайские продукты хотя и не дороги, но низкого качества. Африканцы жалуются, что на китайские проекты привлекается больше китайской рабочей силы, чем требуется, а некоторые компании запятнали себя плохим обращением с африканскими сотрудниками. Также африканцы обеспокоены наплывом китайских мелких предпринимателей и торговцев, которые конкурируют с местными жителями. И наконец, растет число случаев, когда дешевый китайский импорт заменяет собой продукцию, произведенную африканцами. Это уже стало серьезной проблемой в текстильном секторе, а также затрагивает и множество других продуктов. Например, таких как батарейки и базовое электронное оборудование. 


 


Между тем, несмотря на неоднократные заявления КНР о снижении доли природных ресурсов в импорте из Африки, именно они остаются основной составляющей торговли. В общей сложности в 2013 году импорт сырой нефти из Африки покрыл 23% потребности Китая. При этом нефть составляет 64% от общего импорта Китая из африканских стран. Также Африка обеспечивает 6% китайского импорта железной руды (в основном из Южной Африки) и 8,3% импорта меди (по большей части из Замбии). Формула африкано-китайского сотрудничества: «помощь в обмен на ресурсы». Многочисленные проекты по строительству дорог и инфраструктуры в Африке интересуют китайский бизнес с прагматической стороны, без них поставки сырья в Поднебесную были бы просто невозможны.

Сотрудничество или эксплуатация?

На фоне роста показателей взаимной торговли, появляются и причины для недовольства как самих африканцев, так и международного сообщества. Так, например, китайские корпорации не следят за соблюдением экологических норм, участвуют в коррупционных схемах, допускают многократные нарушения прав африканских рабочих и вообще готовы получить выгоду любыми способами, сотрудничая при этом с авторитарными режимами без лишних сантиментов по поводу отсутствия демократии, прав человека, прозрачности сделок — всего того, что не позволяет некоторым странам получить займы у МВФ.

Не стоит обольщаться и иллюзией создания множества рабочих мест. Во-первых, за предыдущее десятилетие в Африку переехало около миллиона китайцев, которые и занимают львиную долю созданных вновь позиций. Во-вторых, хлынувший на континент дешевый китайский импорт оказался непосильным конкурентом для местного малого бизнеса, который и без этого находился в зачаточном состоянии. В итоге, по данным экспертов издания African Globe, потери африканской экономики от растущего китайского проникновения составили 75 000 рабочих мест.

Естественно, что общественные настроения в такой ситуации складываются не в пользу КНР. На Западе китайская политика в Африке уже давно характеризуется как эксплуататорская, а в ряде случаев даже говорят о ее неоколониальной природе. Но и внутри африканского общества растет недовольство тем фактом, что Африка, по словам бывшего главы ЦБ Нигерии Ламидо Сануси, открывается навстречу «новой форме империализма», в которой Китай забирает сырьевые материалы Африки и продает то, что он произвел, не делясь при этом опытом и технологиями.

Год назад в Сенегале местные активисты не позволили китайцам получить недвижимость в центре столицы, а в Танзании профсоюзы выступили против решения правительства впустить в страну китайских предпринимателей. В будущем вместе с ростом среднего класса, будут шире распространяться и подобные критические взгляды. К африканскому среднему классу Африканский банк развития относит всех, кто тратит от двух до двадцати долларов в день. Под эту категорию на сегодняшний день попадают 34% африканцев (326 миллионов человек), по сравнению с 27% в 2000 году. Фактически мы говорим о людях, которым уже есть, что терять, но которые не получают персональных выгод от китайского присутствия, в отличие от коррумпированной верхушки. И с ними китайцам, по всей видимости, придется считаться.

Как Китай пытается преодолеть имидж  «плохого парня»

Постоянные упреки за проводимую в Африке политику, кажется, не сильно волновали Пекин, пока исходили от западных партнеров. Но, когда голос недовольства стал подниматься внутри самого континента, рискуя навредить китайскому бизнесу, то КНР не осталось ничего иного, кроме как менять имидж.

В мае 2014 года премьер-министр Ли Кэцян признал, что в африкано-китайских отношениях нарастает напряжение. И видимо для того, чтобы снизить градус недовольства и снять с себя обвинения в неоколониальных практиках, Пекин 10 июля огласил новую стратегию помощи зарубежным странам, акцент которой приходится именно на страны Африки южнее Сахары. Она содержит набор конкретных медицинских, сельскохозяйственных и инфраструктурных проектов, развитие которых в ближайшее время будет осуществляться при участии китайского капитала. Важно, что доля африканских стран в общем числе получателей китайской помощи увеличена по сравнению с практикой прошлых лет.

Так, в 2012 году поддержка Африки увеличилась до 51,8% общего объема помощи Китая, с 45,7% в 2009 году. Эта тенденция выгодно отличается от политики стран ОЭСР, которая планомерно снижает аналогичные программы.

Новая риторика начала активно обсуждаться сразу после визитов в Африку председателя КНР Си Цзиньпина в 2013 году и премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна. На официальном уровне было заявлено, что КНР стремится к уменьшению роли природных ресурсов в китайско-африканских отношениях и вместо этого фокусируется на сотрудничестве по вопросам развития, включая инфраструктуру, транспортные сети, обрабатывающую промышленность и медицину.

К сегодняшнему дню Китаем было реализовано уже несколько сотен проектов помощи Африке. Было построено 30 больниц, 30 малярийных центров, 150 школ. Ощутимую роль КНР сыграла и в международной помощи по борьбе с лихорадкой Эбола. Конечно, это тоже понятный расчет — вирус ставил под угрозу будущее энергопоставок, поэтому Китай, как никто другой, был заинтересован в победе над ним.

Реклама на Forbes

В действительности Китай демонстрирует все более гибкую политику по отношению к своим партнерам и даже готов иногда поступиться своими принципами. Недавно Китай начал оказывать помощь Буркина-Фасо — несмотря на то что эта страна признает суверенитет Тайваня. Данная программа помимо Буркина-Фасо коснулась еще трех крупных производителей хлопка — Бенина, Мали, Чада. Суть программы заключалась в передаче семян хлопчатника, сельскохозяйственной техники, удобрений, а также обучении технического персонала. По оценкам экспертов,  хлопок является лучшей и важнейшей статьей сельскохозяйственного экспорта из Африки в Китай.

Экономические интересы превыше всего. Хочешь, чтобы инвестиции работали и ресурсы непрерывно поступали — защищай завоеванные горизонты. И если для этого надо создать образ «хорошего парня», с которым выгодно иметь дело всем прослойкам африканского общества, Китай не поскупится. В ближайшей перспективе, мы, скорее всего, увидим, как китайские компании вводят квоты для увеличения участия африканской рабочей силы на предприятиях, а вновь строящиеся на юани школы выберут китайский в качестве иностранного языка для изучения. Время грубой экспансии безвозвратно проходит, уступая место мягкой и более гуманной.

как КНР расширяет экономическое присутствие в Африке — РТ на русском

В 2018 году Китай намерен существенно нарастить экономическое влияние в Африке: за последние 20 лет он стал ведущим торговым и финансовым партнёром ряда государств на континенте. Эксперты подчёркивают, что КНР начала своё «наступление» после провальной попытки инвестирования в страны Ближнего Востока. Тогда на фоне обострения геополитической напряжённости Пекин потерял вложения. О причинах и возможных последствиях китайской экспансии в Африку — в материале RT.

В 2018 году Китай планирует серьёзно увеличить объём инвестиций в африканские проекты и расширить своё сотрудничество с государствами континента. Такое заявление сделал министр иностранных дел КНР Ван И.

Китаю понадобилось меньше 20 лет, чтобы стать крупнейшим экономическим партнёром Африки. Так, по данным Ernst & Young, в 2016 году торговый оборот между КНР и государствами континента превысил $190 млрд, а по объёму вложений в африканские экономики страна стала ведущим инвестором.

Как рассказал RT руководитель Школы востоковедения НИУ ВШЭ Алексей Маслов, до 2010 года у КНР не было единого плана относительно континента и китайский бизнес лишь периодически вливал средства в некоторые государства. В основном инвестиции получали наиболее нуждавшиеся страны юга Африки. Финансовая поддержка направлялась в ЮАР, пострадавшую от краха апартеида, Мозамбик, а также Сенегал, где сегодня КНР контролирует 90% экономики.

«С 2010 года начинается стабильная политика КНР в Африке, которая связана с поездками Ху Цзиньтао (бывшего председателя КНР. — RT) по континенту. Тогда интерес властей в основном проявлялся к Северной Африке — Египту, Алжиру и Тунису. Конец правления экс-председателя КНР и восхождение к власти Си Цзиньпина в 2012—2014 годах ознаменовались выстраиванием новой серьёзной экономической политики», — напомнил Маслов.

По словам эксперта, ещё до начала своей экспансии в Африку Китай активно вкладывался в Сирию и страны Ближнего Востока. Впрочем, эти средства были безвозвратно утрачены после событий «арабской весны» и начала сирийского конфликта. Тогда правительство КНР сделало вывод, что при инвестировании нужно оценивать не только экономические, но и политические риски.

После вступления в БРИКС в 2011 году ЮАР стала главной «опорной точкой» Китая в Африке. Вслед за этим КНР начала инвестировать в государства, которые нуждались в инфраструктуре, — Танзанию, Кению и Эфиопию. Как сообщил в своей статье в The Telegraph посол Китая в Великобритании Лю Сяомин, КНР оказала серьёзную помощь континенту в строительстве более 5 тыс. километров железных и асфальтовых дорог, 200 школ и 100 больниц.

Алексей Маслов подчеркнул, что после 2010 года Китай увеличил выдачу стипендий на обучение африканских студентов по инженерным специальностям и таким образом начал привязывать их к своим технологиям. По словам Лю Сяомина, КНР способствовала подготовке 160 тыс. квалифицированных рабочих.  

Также по теме

Сделано не в Китае: сможет ли КНР за пять лет стать ведущим мировым импортёром

В ближайшие пять лет Китай может стать крупнейшим мировым импортёром вместо США. Республика будет сокращать дешёвое производство и…

Впрочем, китайские компании в Африке не всегда привлекают местную рабочую силу и зачастую полагаются на собственных приезжих работников. Так, по некоторым оценкам, сегодня в Африке насчитывается почти 1 млн китайских рабочих. Об этом в разговоре с RT рассказал заведующий кафедрой международных экономических отношений Института стран Азии и Африки при МГУ Виталий Мельянцев.

Согласно информации компании McKinsey, в настоящее время в Африке работает более 10 тыс. китайских предприятий. Как отмечают опрошенные RT эксперты, приоритетными направлениями Китая стали ресурсы континента — алюминиевая руда в ЮАР и нефть на африканском шельфе. Помимо этого, страна стимулирует развитие промышленности, а также наземных и воздушных перевозок.

Инвестгигант

По данным Ernst & Young, в 2016 году Китай увеличил инвестиции в Африку на 106% — до $36,1 млрд. Маслов прогнозирует, что по итогам 2017 года этот показатель может превысить $48 млрд. Для сравнения: суммарный объём вложений других крупных инвесторов континента составил $29,1 млрд.

Прирост инвестиций также связан с работой Китайско-африканского фонда развития, созданного в 2007 году для поддержания компаний КНР на континенте. На сегодняшний день фонд намерен инвестировать ещё $4,5 млрд в 91 проект в 36 африканских странах, помимо уже вложенных $3,2 млрд.Об этом в интервью государственному новостному агентству КНР «Синьхуа» рассказал глава фонда Чи Цзяньсинь. По окончании данных проектов африканский экспорт будет ежегодно расти на $2 млрд, а налоговые поступления увеличатся на $1 млрд. После этого фонд направит ещё более $20 млрд в Африку от китайских компаний.

Также по теме

Африканский парадокс: почему рост экономики региона не повлияет на доходы населения и уровень госдолга

В 2017 году впервые за пять лет в странах Африки к югу от Сахары ожидается восстановление темпов экономического роста — в основном за. ..

«Китай не просто наращивает вложения, он диверсифицирует инвестиции. Если раньше у КНР не было запретов на капиталовложения — куда выгодно, туда и вкладывали, — то в 2017 году были опубликованы новые правила по внешним инвестициям. Поддерживаются инвестиции в инфраструктуру, энергетику, и практически запрещаются вложения в непроизводственные или развлекательные сферы», — обрисовал ситуацию Маслов.

Долговое бремя

Как отметил посол Лю Сяомин, Китай существенно помог Африке в облегчении долгового бремени. Так, к 2009 году КНР простила 312 долгов 35 странам континента на сумму $3 млрд, а в 2015 году Си Цзиньпин объявил о решении списать межправительственные беспроцентные займы для наименее развитых стран.

По словам Мельянцева, списание долгов Китаем стало субсидией для африканских государств. В КНР не стали нагнетать напряжённость и «выдавливать» эти средства, чтобы расположить к себе власти стран Африки и получить от них весомую отдачу в будущем.

«Китай взял на себя долговое бремя почти на 50%, привязывая Африку к себе. Нет гарантий, что те капиталовложения, которые были сегодня сделаны, зафиксируются на ближайшие десятилетия. Главный момент — это финансово привязать Африку», — заключил Маслов.

Чем объясняется китайский интерес в Африке — Российская газета

Вакуум капитала и политической силы, распространившийся в конце ХХ века на большую часть Африки, привлек к себе внимание растущего Китая. Пекин, исходя из собственных интересов, разработал продуманный план действий и приступил к его реализации. О ключевых моментах китайского успеха в Африке в беседе с «РГ» рассказал востоковед, профессор НИУ-ВШЭ Алексей Маслов:

— Начиная с 90-х годов Китай начал активно работать с африканскими странами. За эти годы Пекин сумел создать практически на всем континенте крайне хороший собственный имидж. Китай переподготовил огромное количество африканских студентов и внедрил свои образовательные программы в местные вузы, например в Кении, Мозамбике и Танзании. Таким образом, многие студенты стали не только более лояльны, но и оказались привязанными к китайским технологиям. Также переподготовку и подготовку прошел инженерный состав добывающей промышленности Африки, для которой китайцы, кстати, поставили собственное современное оборудование.

Китай принес в Африку передовые технологии, которые многие просто боялись туда экспортировать

Помимо сугубо экономической экспансии, Китай предложил Африке идею экономической независимости, или, по крайней мере, зависимости, но от одной страны, а не десятка других стран. Идея «один пояс и один путь» была широко поддержана на континенте, поскольку предоставила широкий доступ не только к рынкам продажи своей продукции, но и вообще к перевозкам, логистике и мировой инфраструктуре. В рамках этого Африка начинает получать стратегические кредиты под развитие не только промышленности, но и образования.

Другой важный момент — Китай ведет себя по отношению к Африке, как ни странно, достаточно уважительно. Обычно мы привыкли слышать о том, что Китай бесцеремонно входит в страны и экономически их оккупирует. Отчасти это так, но при этом Пекин проявляет уважение, хотя постепенно все-таки вытесняет африканцев из прямого производства. Да, территория Африки эксплуатируется, но Китай платит ренту за эту эксплуатацию. На сегодняшний момент и китайская, и африканская стороны в целом довольны сложившейся ситуацией, каждый получает свою выгоду.

Не стоит забывать, что именно Китай принес в Африку передовые технологии, которые многие страны просто боялись туда экспортировать. В те же Кению и Танзанию он принес телекоммуникации. Причем сам за это заплатил и сам же установил. И речь здесь не только о сотовых телефонных сетях, а, среди прочего, об оборудовании по распознаванию лиц, что очень актуально с точки зрения обеспечения безопасности в странах континента.

72,2 миллиарда долларов инвестировал Китай в Африку за 2014 -2018 гг. Это 259 инвестиционных проектов и 137 тысяч рабочих мест

Еще один значимый аспект — большинство стран, которые приходили в Африку, а это и США и Франция и, кстати говоря, многие компании из России, в результате своей деятельности так или иначе провоцировали конфликты между различными группировками и на этом стремились выиграть. Китай пока что, к счастью, из-за того, что не умеет вызывать групповые или племенные конфликты, предпочитает работать с правящей верхушкой, не пытаясь при этом ее свернуть. И это у многих в мире вызывает понимание и уважение, укрепляет мысль о том, что в этом ключе Китай не опасен.

Пекин также сумел вырастить в Африке то, что Ленин называл «компрадорской буржуазией», то есть целый социальный класс, который, может быть, и не любит эмоционально Китай, но понимает, что его экономическое благосостояние зависит от отношений с Пекином. В том числе благодаря этому никому в ближайшее десятилетие не удастся потеснить китайцев с нынешних позиций на континенте.

ИНФОГРАФИКА «РГ» / АЛЕКСАНДР ЧИСТОВ / ЕЛЕНА БЕРЕЗИНА

РСМД :: Российско-китайское стратегическое партнерство: от континентального к морскому

Россия и Китай — традиционные партнеры на Евразийском континенте. Оба государства, гранича друг с другом, занимают огромные территории Евразийской плиты и их общие интересы в основном здесь и сосредоточены. Именно поэтому международное и региональное стратегическое сотрудничество двух стран начинается на Евразийском континенте и на нем и базируется. Основные проекты двустороннего сотрудничества — ШОС, сопряжение Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и китайской Инициативы пояса и пути, «Большая Евразия» — объединяют континент.

Хотя Россию и Китай традиционно относили к континентальным державам, обе страны омываются океанами, имеют протяженную береговую линию, считают себя морскими государствами и стремятся стать великими морскими державами. Начиная с 1990-х гг. китайское правительство выпустило серию программных документов по развитию мореплавания, в том числе «Океаническую политику Китая в XXI веке» (China’s Oceans in the 21st Century). Превращение КНР в морскую державу — стратегическая цель. На международном уровне в 2013 г. Пекин выдвинул инициативу строительства «Морского Шелкового пути», а в 2019 г. выступил с предложением о создании Морского сообщества единой судьбы. В России же еще в 2001 г. была утверждена «Морская доктрина Российской Федерации на период до 2020 года», которая включала освоение ресурсов Мирового океана, защиту морских интересов России и укрепление ее позиций среди крупнейших морских держав мира.

В рамках стратегического партнерства России и Китаю следует разработать концепцию морского стратегического партнерства, которая необходима как для практического сотрудничества, так и для долгосрочного развития двусторонних отношений. Морское стратегическое партнерство и морское стратегическое сотрудничество — не одно и то же. Стратегическое сотрудничество подразумевает конкретные совместные действия, в то время как стратегическое партнерство указывает на статус признания друг друга стратегическими партнерами.

Концепция морского стратегического партнерства могла бы объединить кооперацию на суше и на море и открыть больше возможностей для стратегического сотрудничества между двумя странами. Отсутствие подобной концепции не помешало в прошлом развитию российско-китайского сотрудничества, однако для дальнейшего укрепления отношений двух стран на современном этапе и в будущем такой пробел, вероятно, может послужить тормозом.

В теории стратегическое партнерство между Россией и Китаем может охватывать все области; на практике, однако, это не означает, что сотрудничество между двумя странами достигло пределов по всем возможным направлениям. Вот почему выдвижение концепции морского стратегического партнерства сохраняет столь существенное значение для дальнейшего развития российско-китайских отношений.

Россия и Китай — традиционные партнеры на Евразийском континенте. Оба государства, гранича друг с другом, занимают огромные территории Евразийской плиты и их общие интересы в основном здесь и сосредоточены. Именно поэтому международное и региональное стратегическое сотрудничество двух стран начинается на Евразийском континенте и на нем и базируется. Основные проекты двустороннего сотрудничества — ШОС, сопряжение Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и китайской Инициативы пояса и пути, «Большая Евразия» — объединяют континент.

Хотя Россию и Китай традиционно относили к континентальным державам, обе страны омываются океанами, имеют протяженную береговую линию, считают себя морскими государствами и стремятся стать великими морскими державами. Начиная с 1990-х гг. китайское правительство выпустило серию программных документов по развитию мореплавания, в том числе «Океаническую политику Китая в XXI веке» (China’s Oceans in the 21st Century). Превращение КНР в морскую державу — стратегическая цель. На международном уровне в 2013 г. Пекин выдвинул инициативу строительства «Морского Шелкового пути», а в 2019 г. выступил с предложением о создании Морского сообщества единой судьбы. В России же еще в 2001 г. была утверждена «Морская доктрина Российской Федерации на период до 2020 года», которая включала освоение ресурсов Мирового океана, защиту морских интересов России и укрепление ее позиций среди крупнейших морских держав мира.

Россия и Китай давно сотрудничают в Мировом океане, включая такие направления, как Арктика, реализация проекта «Морской Шелковый путь», проведение совместных военных учений в Тихом, Индийском и Атлантическом океанах, а также в Средиземном море, совместное авиационное патрулирование в Японском море и ряд других видов деятельности. При этом в академических кругах все чаще отмечается необходимость развития стратегического морского сотрудничества между Россией и Китаем. Однако концепция такого партнерства до сих пор не выработана.

Концепция морского стратегического партнерства необходима как для практического сотрудничества, так и для долгосрочного развития двусторонних отношений. Морское стратегическое партнерство и морское стратегическое сотрудничество — не одно и то же. Стратегическое сотрудничество подразумевает конкретные совместные действия, в то время как стратегическое партнерство указывает на статус признания друг друга стратегическими партнерами. Концепция морского стратегического партнерства сформирует общие рамки сотрудничества, объединяя воедино сотрудничество на суше и на море и открывая больше возможностей для стратегического сотрудничества между двумя странами.

Для формирования российско-китайского стратегического морского партнерства имеются и условия, и возможности. Интересы обоих государств в морских акваториях совпадают, отсутствуют серьезные противоречия, хотя по отдельным вопросам возможны разногласия.

Оба государства поддерживают отношения на высоком уровне, что служит необходимой политической основой. И Россия, и Китай считают освоение Мирового океана важным стратегическим направлением. Географически Китай омывается морями Тихого океана, а также он имеет выход к Индийскому океану. Границы России в основном простираются вдоль Северного Ледовитого океана и находятся в непосредственной близости от Атлантического океана. Береговые линии России и Китая практически сливаются, образуя своего рода океанский континуум.

Морское сотрудничество является естественным продолжением континентального сотрудничества Москвы и Пекина. Обе страны имеют взаимодополняющую структуру во многих аспектах морских перевозок. Они могут использовать возможности друг друга для расширения своего потенциала развития мореплавания и получения большей выгоды. Не вызывает сомнения, что в сфере морских перевозок у обеих стран будет все больше точек соприкосновения и, соответственно, областей для сотрудничества. Это создаст потенциал для устойчивого развития морского стратегического партнерства.

XXI век — это век Океана. Мировой океан становится ведущим фактором в политике, экономике и обеспечении безопасности. В Индо-Тихоокеанском регионе расположены четыре из шести крупнейших экономик мира, а именно: США, Китай, Япония и Индия. Арктический регион становится новой горячей точкой в международной политике, сфере безопасности и освоении энергетических ресурсов. В будущем соотношение сил на международной арене в значительной степени будет определяться фактором морской силы. Существенную роль в морских делах будут играть Россия и Китай. Обе страны могут укрепить свои позиции и усилить влияние, действуя в кооперации, что позволит им более эффективно отстаивать национальные интересы.

Основной смысл концепции российско-китайского стратегического морского партнерства заключается в том, что обе страны выступают в качестве стратегических партнеров для осуществления всеобъемлющего и долгосрочного сотрудничества в освоении Мирового океана. Основными регионами сотрудничества являются Тихий, Индийский и Северный Ледовитый океаны, но оно также может охватить и Атлантику, и Средиземное море. Являясь частью стратегического партнерства между Россией и Китаем, морское стратегическое партнерство полностью отвечает его характеру. Оно не является конфронтационным и не направлено против третьих стран. Его главная цель — способствовать развитию двух стран.

Морское стратегическое партнерство России и Китая призвано расширить диапазон и возможности двух стран для освоения Мирового океана, укрепить международный статус и влияние в мире, а также обеспечить защищенность своих интересов и безопасность на море. Кроме того, морское стратегическое партнерство позволит повысить эффективность совместных усилий в деле поддержания безопасности и стабильности Мирового океана и при решении международных морских проблем. Оно также создаст прочную основу для укрепления морских связей между государствами и проявления уважения к морским интересам и безопасности друг друга путем предоставления обеим странам конструктивного механизма разрешения возможных проблем и противоречий в морских делах.

Содержание морского стратегического партнерства включает освоение ресурсов, защиту окружающей среды, проведение совместных исследований, внедрение научно-технических инноваций, сотрудничество в области энергетики, строительство объектов инфраструктуры и новых каналов, борьбу с пиратством и терроризмом, обеспечение безопасности международного морского судоходства, военно-стратегическое сотрудничество в области безопасности на море, поддержание международного морского режима, отвечающего требованиям справедливого международного порядка и т.д. Вместе с тем, по мере развития двустороннего сотрудничества между Россией и Китаем спектр их взаимодействия в рамках морского стратегического партнерства будет расширяться. В целях продвижения морского стратегического партнерства Россия и Китай могли бы разработать особую программу действий и соответствующие механизмы.

В настоящее время основными направлениями взаимодействия России и Китая как морских стратегических партнеров являются Арктика и реализация проекта «Ледовый Шелковый путь», поддержание международного морского режима, обеспечение морской стратегической безопасности, военное сотрудничество, а также развитие сотрудничества в регионе Индийского океана.

Наиболее интенсивно морское экономическое сотрудничество между Россией и Китаем развивается в Арктике, которая обладает наибольшим потенциалом и возможностями для экономического взаимодействия обеих стран. В этом регионе Россия и Китай осуществляют совместное строительство портов «Ледового Шелкового пути». Текущее морское экономическое сотрудничество между Россией и Китаем охватывает широкий спектр вопросов, в том числе смягчение последствий изменения климата, развитие энергетики и защита окружающей среды, внедрение научно-технических инноваций и направлений инвестиций в инфраструктуру и строительство и т.д. Глобальное потепление приводит к увеличению сезона навигации и росту судоходства в Арктике, что придаст импульс российско-китайскому сотрудничеству в использовании Северного морского пути в коммерческих целях. Это может даже изменить сложившуюся структуру международных морских путей, от чего, как ожидается, выиграют и Россия, и Китай.

Россия является арктической страной, а Китай позиционирует себя как «околоарктическое государство». У Москвы имеются определенные опасения, связанные с активностью Пекина в Арктике. Однако Китай не представляет угрозы интересам России, в том числе в сфере военной безопасности и территориальных споров. Вот почему усиление активности Китая в Арктике на самом деле не вступает в противоречие с основополагающими интересами России.

Морской правовой режим — важная составная часть мирового порядка, и его значение постоянно возрастает. Хаотичность, характеризующая современные международные отношения, отличает и нынешний международный морской режим. Его установление и поддержание необходимо для создания миропорядка в будущем. В этом отношении Россия и Китай имеют схожие позиции, обусловленные их последовательным политическим видением построения нового международного порядка. Важно отметить, что обе страны уважают принципы государственного суверенитета и территориальной целостности, а также разрешают морские споры мирными средствами на основе Устава ООН и международного права.

Стратегическая безопасность и военное сотрудничество занимают особо важное место в морском стратегическом партнерстве России и Китая, о чем наглядно свидетельствует сотрудничество в военной сфере между двумя странами. И Россия, и Китай сталкиваются с серьезными угрозами безопасности с моря, некоторые из которых исходят от одного и того же источника. Судя по нынешней тенденции, эти угрозы будут носить долгосрочный характер и постоянно нарастать. Военно-морское сотрудничество между Россией и Китаем может укрепить их обороноспособность и более эффективно обеспечить безопасность. Стратегическое морское партнерство между Россией и Китаем не означает, что в случае военного конфликта эти страны станут «товарищами по оружию», однако оно поможет двум странам по крайней мере «остаться друзьями» и обеспечит политическое взаимопонимание и, возможно, поддержку.

Регион Индийского океана — важное направление морского стратегического партнерства России и Китая не только в силу важности самого региона, но и из-за ситуации, сложившейся после реализации Соединенными Штатами концепции «Свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона» (ИТР). Архитектура Индо-Тихоокеанской стратегии включает наряду с Соединенными Штатами еще три государства, играющие важную роль в Тихом и Индийском океанах, а именно: Японию, Индию и Австралию. Опираясь на механизм Quad, эти четыре страны пытаются построить всеобъемлющую структуру сотрудничества в двух океанах, которое включает политику, безопасность, экономику, науку и технологии, окружающую среду, общественное здравоохранение, строительство инфраструктуры, связь и т.д. Появление такой структуры может иметь разрушительное воздействие на существующие многосторонние механизмы в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Кроме того, Соединенные Штаты, Япония, Индия и Австралия получают доминирующий механизм в регионах Тихого и Индийского океанов.

Нет сомнений в том, что основной целью Индо-Тихоокеанской стратегии США является ослабление Китая, и американцы этого не скрывают. Географически Индо-Тихоокеанская стратегия заключает Китай в окружение на просторах Тихого и Индийского океанов. В таких условиях возникает важный вопрос, смогут ли Россия и Китай осуществлять сотрудничество и исправить ситуацию совместными усилиями. Учитывая закрытый характер Индо-Тихоокеанской стратегии, и Россия, и Китай официально выступают против нее. Вместе с тем, поскольку Индо-Тихоокеанская стратегия направлена в первую очередь против Китая, то российское отношение к ней может отличаться от китайского.

Россия инстинктивно относится к Индо-Тихоокеанской стратегии с подозрением и выступает против нее. Это связано с осознанием Москвой того факта, что Индо-Тихоокеанская стратегия представляет собой стратегический вызов и для нее самой, поскольку подрывает ее стратегическое влияние в Тихом и Индийском океанах и Евразии, а также может отодвинуть страну в этих регионах на периферию.

Вместе с тем Индо-Тихоокеанская стратегия не вызвала особого волнения в российском обществе, что неудивительно, поскольку в ее фокусе не находится Россия. Индо-Тихоокеанская стратегия — это в основном спор между Китаем и США. При этом отдельные российские ученые рассматривают Инициативу пояса и пути как аналог Индо-Тихоокеанской концепции, в то время как другие считают ее аналогом концепции Сообщества единой судьбы человечества. Объективно говоря, такая позиция российских академических кругов вполне естественна.

Однако это не мешает России и Китаю действовать сообща в отношении Индо-Тихоокеанской стратегии. Сотрудничество между Россией и Китаем в Индийском океане помогает ослабить общее стратегическое давление на Россию, что отвечает интересам ее глобальной стратегии. Более того, даже если Индо-Тихоокеанская стратегия никак не затронет Россию непосредственно, то давление на нее США не снизится, американские стратегические позиции усилятся, а российские ослабнут. Вот почему совместное решение проблемы Индо-Тихоокеанской стратегии США является разумным стратегическим выбором и для России, и для Китая.

Ответом России и Китая должно стать не прямое противодействие Индо-Тихоокеанской стратегии, а расширение сотрудничества в регионе Индийского океана. Другими словами, совместные действия России и Китая должны быть направлены не на противодействие Индо-Тихоокеанской стратегии как таковой, а на скоординированное развитие и усиление своих позиций в регионе Индийского океана. Хотя у России и Китая есть все основания для противодействия Индо-Тихоокеанской стратегии США, поскольку она исключает их участие, тем самым отправляя их по другую сторону баррикад, но России и Китаю нет необходимости выступать против концепции Индо-Тихоокеанского региона как таковой.

Следует отметить, что развитие глобализации, транспортного обеспечения и средств связи, а также расширение масштабов регионального сотрудничества в ИТР делают естественным процесс сближения в экономике, политике и сфере безопасности. Вполне вероятно, что концепция ИТР будет использоваться в будущем все чаще и чаще. России и Китаю не следует отвергать ее только потому, что ее используют США. Они не должны позволить ей стать «собственностью» США и отказаться от развития в соответствии с концепцией Индо-Тихоокеанского региона. У России и Китая может быть своя интерпретация Индо-Тихоокеанской концепции, и они могут сотрудничать и действовать сообща в рамках своего видения, тем более что географически, экономически, политически и с точки зрения обеспечения безопасности оснований для этого у них более чем достаточно.

Для сотрудничества России и Китая в регионе Индийского океана имеются все условия. И Россия, и Китай сотрудничают со всеми странами региона и реализуют свое присутствие в различных формах. Индия и Пакистан — члены Шанхайской организации сотрудничества. Россия и Китай совместно сформировали несколько механизмов трехстороннего диалога со странами региона, в частности, «Россия — Китай — Индия» и «Россия — Китай — Иран». Москва и Пекин имеют платформы сотрудничества с АСЕАН на высоком уровне, поддерживают тесные отношения с Исламабадом, реализуют проекты транспортных коридоров в Индийский океан. Хотя присутствие России в регионе Индийского океана не такое масштабное и всеобъемлющее, как Китая, Москва поддерживает тесные военные отношения с местными странами, включая Индию, Пакистан, Иран, а также некоторыми странами Юго-Восточной Азии и Африки. Следует также отметить, что Россия и Китай располагают важнейшими механизмами связи с регионом Индийского океана, а именно: Инициативой пояса и пути и Большим Евразийским партнерством. Используя эти форматы, Россия и Китай могут наращивать широкое сотрудничество в регионе Индийского океана и укреплять тесные связи с его странами, что явится наилучшим совместным ответом обеих стран на Индо-Тихоокеанскую стратегию.

Вопросы и ответы Члена Госсовета,Министра иностранных дел Ван И на пресс-конференции, посвященной внешней политике Китая и международным отношениям

24 мая 2020 года на полях третьей сессии ВСНП 13-го созыва Член Госсовета, министр иностранных дел Ван И в Доме народных собраний в режиме видео-конференции ответил на вопросы китайских и иностранных СМИ, посвященные внешней политике Китая и международным отношениям.

Ван И: Дорогие друзья, корреспонденты, добрый день!

В этом году наша пресс-конференция проходит в особый момент, когда весь мир всячески борется против новой коронавирусной инфекции. Пользуясь случаем, хотел бы прежде всего высказать слово высочайшего уважения медицинским работникам всего мира, которые сражаются за каждую жизнь, и выразить глубокую скорбь по погибшим. Сердечно благодарю правительство и народ всех стран, которые проявили внимание и понимание, протянули руку помощи Китаю в борьбе с эпидемией. Вирус не разобьет человечество, эпидемия будет побеждена. Тьма пройдет, и свет впереди. Далее, готов ответить на ваши вопросы.

Газета «Жэньминь жибао»: Какой урок преподала человечеству эпидемия?

Ван И: Урок в том, что народы всех стран мира как никогда взаимосвязаны и взаимозависимы в защите жизни и здоровья. Мы как никогда трезво понимаем, что все страны живут на одной планете и человечество объединяет общее будущее.

Вирус, не зная границ и национальностей, бросает вызов всему человечеству. Политическая манипуляция лишает иммунитета от вируса. Политика «разорения соседа» приведет только к собственному поражению. Пренебрежение наукой оставляет вирусу лазейку для вторжения. Председатель Си Цзиньпин не раз призывал объединяться воедино в борьбе с общим врагом – вирусом, мощнейшим оружием для победы над которым являются солидарность и сотрудничество.

В борьбе с эпидемией мы ценой человеческих жертв научились, что все страны мира должны преодолеть географическое, этническое, культурно-историческое различие, несмотря на разницы в социальных строях, вместе формировать сообщество единой судьбы человечества, беречь единственную для нас общую планету. Одна из актуальных задач заключается в ускорении создания сообщества здравоохранения человечества. Китай, как ответственное государство, готов отдать свои силы.

CGTN: На фоне пандемии и предвыборной кампании США наблюдается эскалация напряжённости в китайско-американских отношениях. Есть ли у вас опасение на счёт возможного ухудшения китайско-американских отношений?

Ван И: Ныне США переживают самую тяжелую эпидемиологическую ситуацию в мире, ежедневно там вирус уносит человеческие жизни. Мы испытываем чувства глубокого сопереживания, искренне желаем американскому народу скорейшей победы над эпидемией и восстановления нормальной социально-экономической жизни.

COVID-19 – общий враг Китая и США, взаимная поддержка и помощь в борьбе с этим злом отвечают чаяниям народов двух стран. С самого начала вспышки эпидемии многочисленные американские общественные ассоциации, компании и граждане оказали огромную помощь Китаю. После того, как эпидемия начала распространяться по США, мы протянули руку помощи американской стороне по линии правительств, местных властей и широких кругов общественности, безвозмездно предоставили срочно нужные медицинские грузы. Мы оказали содействие и удобство американским партнерам при закупке ими медицинских средств в Китае, включая 12 млрд медицинских масок, примерно каждому американцу по 40 штук.

К большому сожалению, наряду с коронавирусом в США расползается и «политический вирус», имею в виду всяческие нападки и голословные обвинения в адрес Китая. С уст отдельных политиканов прозвучала масса чуши, которая противоречит самым простым фактам, спровоцированы всякие лжи и интриги. Совсем недавно все эти лживые слова были записаны в едином сборнике, который уже размещен в соцсетях для всеобщего сведения. Когда поступает новая ложь, она дополнительно зафиксируется в сборнике. Легко представить себе, чем объёмнее станет сборник лживых слов, тем яснее покажется циничность клеветников, у которого только приумножится позор.

Мы призвали США прекратить тратить бесценное время. Китай и США должны сотрудничать по целому комплексу экстренных вопросов, во-первых, мы можем делиться опытом и переменять лучшие практики друг друга, чтобы усилить нашу борьбу с COVID-19; во-вторых, в соответствии с ожиданием международного сообщества участвовать в многостороннем сотрудничестве со своей отдачей, играть конструктивную роль в глобальной противоэпидемиологической деятельности; в-третьих, с учетом затяжного продолжения пандемии и постоянного характера контрольно-профилактической работы, своевременно координировать макроэкономическую политику по минимизации последствий для экономики двух стран и мирового хозяйства.

Что касается состояния и перспектив китайско-американских отношений, мы всегда выступаем за то, что Китай и США, как крупнейшие развивающаяся и развитая страны, несут весомую ответственность за мир и развитие во всём мире. Нам следует с чувством долга перед человечеством, историей и своим народом, взвешенно подходить к двусторонним отношениям. Пройденный за десятки лет путь можно свести к одному: сотрудничество приносит обоюдную выгоду, а вражда наносит сторонам только вред, о чём нам нельзя забывать.

У Китая и США разные социальные строя, которые были собственным выбором двух народов, и заслуживают уважения. Хотя Китай и США немало расходятся, но это отнюдь не означает отсутствие поля для сотрудничества. В сегодняшнем мире вряд ли найдётся какой-либо глобальный вызов, который может быть преодолен без координаций между Китаем и США.

Мы были и готовы в духе непротивостояния, неконфронтации, взаимного уважения и взаимной выгоды выстраивать гармоничные, кооперационные и устойчивые отношения с США. Но при этом мы не можем поступаться своими обязанностями защищать суверенитет, территориальную целостность и законное право на развитие, а также отстаивать авторитет и достоинство, заслуженное китайским народом через тяжелое испытание. Китай не претендует на изменение США, тем более на замену им. Даром же рассчитывать на навязывание Китаю изменения, тем более блокировку необратимого хода 1,4-миллиардного китайского народа к модернизации.

Тревогу вызывает то, что некие политические силы в США пытаются взять китайско-американские отношения в заложники для развязывания «новой холодной войны», такая авантюра идёт вразрез с историческим процессом и может похоронить накопленные плоды сотрудничества, нанести урон собственному развитию США, навредить стабильности и процветанию всего мира. Думаю, что с этим никак не смирятся все здравомыслящие люди как в Китае, так и в США.

Приходится ещё раз повторить: исходя из коренных и долгосрочных интересов китайского и американского народов, ради будущего и благополучия всего человечества. Китай и США должны и обязаны найти путь мирного и взаимовыгодного сосуществования стран с разными социальными устройствами и культурными традициями.

Агентство Синьхуа: Из-за эпидемии мир не станет прежним. Какими видит Китай постпандемический мир и перспективы глобализации?

Ван И: Мир, разумеется, не будет прежним, ведь история движется вперёд. Человечество растёт и закаляется в беде. Мы считаем, что если только страны мира сделают правильный выбор и последуют по верному направлению, то заря наступит с разгромом пандемии.

Первое, необходимо сделать процесс глобализации более инклюзивным и общедоступным. Глобализация – это необратимая тенденция мирового развития и мощный импульс для человеческого прогресса. Глобальная экономика как океан, никак не может превратиться в разделенные озёра. Отказ от глобализации и возвращение к протекционизму ведёт в никуда.

В то время, когда стремимся к рациональному распределению глобальных ресурсов для максимальной рентабельности, нужно уделить больше внимания недостаткам, вызванным глобализацией, включая увеличение разрыва между богатыми и бедными, дисбаланс в развитии между регионами. Справиться с проблемами глобализации возможно только в ходе глобализации, а для этого важно конструктивное направление глобализации. Председатель Си Цзиньпин в выступлении с трибуны форума Давоса в 2017 г. подробно изложил видение китайской стороны об экономической глобализации, призвал делать её развитие более открытым, инклюзивным, общедоступным, сбалансированным и взаимовыгодным. Его рассуждение особенно актуально и мудро для нас в настоящее время.

Второе, нужно твёрдо отстаивать и развивать многосторонний подход. Пандемия в лишний раз доказала, что любая страна, какой бы сильной она ни была, не может в одиночку защититься. Равнодушие себя не спасёт, «бить лежачего» подрывает лишь свою репутацию. «Ставить себя превыше всего», «свалить вину на другого», подобный подход не только не помогает в решении собственных проблем, но и ущемляет законные интересы других. В условиях нарастания глобальных вызовов только многосторонность позволит международному сообществу объединиться, только солидарность поможет преодолеть кризис.

Третье, необходимо провести более точечное реформирование и совершенствование глобального управления. Пандемия выявила пробелы в системах здравоохранения стран и уязвимость мировых производственно-поставочных цепочек, вышли наружу недостатки в системе и средствах глобального управления. В связи с этим, нам важно в полной мере выявить центральную роль ООН, обеспечить должное выполнение ВОЗ и другими специализированными структурами ООН своих обязанностей, целенаправленно усилить макрополитическую координацию, наращивать потенциал управления, неукоснительно соблюдать основополагающие нормы и принципы международного права и международных отношений.

Мир не вернётся в прошлое, Китай идёт только вперёд. Пандемия – испытание со всех сторон на прочность социального строя и возможности госуправления Китая. Наша страна достойно показала себя в совокупной мощи, в исполнении долга как ответственной державой. Из пандемии китайская экономика выйдет более крепкой, китайский народ будет более сплочённо и уверенно идти по пути социализма с китайской спецификой, на всех парусах будет продвигаться великое возрождение китайской нации.

РИА Новости: Как вы оцениваете китайско-российские отношения в контексте эпидемии? Согласны ли вы с мнением, что Китай и Россия будут вместе оспаривать американское доминирование?

Ван И: Китайская сторона пристально следит за эпидемиологической ситуацией в России, предоставляла и продолжает предоставлять российской стороне всю возможную поддержку и помощь. Убежден, что несгибаемый российский народ под руководством Президента Путина победит коронавирус, и великая российская нация выйдет из эпидемии более окрепшей.

После вспышки пандемии Председатель Си Цзиньпин и Президент Путин несколько раз беседовали по телефону, поддержав наиболее плотные контакты среди лидеров ведущих государств. Россия первой направила в Китай группу медицинских специалистов. Китай в свою очередь оказал России мощнейшую помощь в виде противоэпидемических средств. Двусторонний товарооборот, несмотря на эпидемию, продолжает расти. По темпам роста объема экспорта в Китай Россия занимает первое место среди основных торговых партнеров нашей страны. На фоне голословных нападок и клевет Китай и Россия справедливо высказываются в поддержку друг друга, сплотились в нерушимую крепость перед «политическим вирусом», продемонстрировали высокий уровень стратегического взаимодействия.

У меня нет никаких сомнений, что совместная борьба с эпидемией придаст китайско-российским отношениям дополнительную динамику в постэпидемический период. Мы готовы с российской стороной совместно превратить кризис в шанс, стабилизировать сотрудничество в энергетике и других традиционных сферах, плодотворно проводить Годы научно-технического и инновационного сотрудничества, расширять сотрудничество в электронной коммерции, биомедицине, облачной экономике и других динамично развивающихся сферах, создавать новые точки роста для экономического выздоровления двух стран после эпидемии. Готовы вместе с Россией в контексте 75-летия ООН твердо защищать итоги Второй мировой войны, отстаивать Устав ООН и основные нормы международных отношений, категорически выступать против любых односторонних действий и травли, наращивать координацию и взаимодействие в рамках ООН, ШОС, БРИКС, Группы двадцати и других международных механизмов, вместе реагировать на новый виток преобразования в глубоко меняющемся мировом процессе.

Когда Китай и Россия стоят вместе плечом к плечу, мир и стабильность на планете будут полностью гарантированы, и международная справедливость будет надежно защищена.

   

Газета «China Daily»: Китай оказывает помощь и поддержку многим странам. Однако звучат какие-то сомнения. Как вы к этому относитесь?

Ван И: В тяжелый момент борьбы с коронавирусом мы получили помощь и поддержку со стороны международного сообщества, о чем мы никогда не забываем и глубоко за это благодарны. Когда вирус начал ударять по другим странам, китайский народ с чувством сопереживания сразу протянул руку помощи.

Реализуя концепцию Председателя Си Цзиньпина о формировании сообщества единой судьбы человечества, мы запустили в последние месяцы крупнейшую с момента образования КНР международную гуманитарную кампанию. До сих пор китайскую помощь получили около 150 стран и 4 международные организации, что помогло в снятии срочных нужд. Проведены тематические видео-конференции для более чем 170 стран с участием китайских санитарно-эпидемиологических экспертов, которые со всей откровенностью поделились проверенным опытом и наработками в области диагностики, лечения, профилактики и контроля эпидемии. Направлены 26 медгрупп в 24 срочно нуждающиеся страны для очного обмена и дискуссии. Мы на полную мощность производим для всего мира дефицитные медицинские средства и оборудования при соблюдении всех стандартов качества, включая 56,8 млрд штук медицинских масок и 250 млн комплектов защитных костюмов.

Мы это делаем потому, что китайский народ благодарный, который не останется в долгу и отблагодарит друзей добротой. Китай всегда готов к помощи другим и никак не может остаться в стороне, когда друзья в беде. Когда Африка подверглась атаке лихорадки Эбола, в отличие от тех, кто в первую очередь поспешили с вывозом своих людей, мы без задержки направили в эпицентр инфекции медицинскую бригаду на помощь и доставили грузы первой необходимости, вместе с африканскими братьями довели борьбу с вирусом до конца.

Мы знаем, что наша помощь не может удовлетворять нужды всех стран мира. Мы в курсе того, что отдельные политические силы пытаются сфабриковать мотивацию китайской помощи в нечистоплотных целях. Мы с открытой душой к этому относимся совсем спокойно. Поскольку Китай, совершая благородное дело без корыстных замыслов, никогда не преследует каких-либо геополитических целей или экономических расчетов, не устанавливая каких бы то ни было политических условий.

Единственная наша цель в том, чтобы максимально спасти жизни людей. Наше неизменное убеждение в том, что сдерживание распространения эпидемии в одной стране далеко не означает ее конец. Настоящая победа наступит только тогда, когда эпидемия будет полностью купирована во всех странах.

Пока расползается пандемия по всему миру, Китай ведет себя не как спаситель, а доверительный партнер, на которого всегда можно полагаться в самое трудное время. Мы готовы по мере возможности продолжать помощь нуждающимся странам, углублять международное противоэпидемическое сотрудничество во имя окончательной победы над эпидемией.

Агентство Рейтер: Китай решил продвигать в Сянгане законотворческую работу по национальной безопасности, которая может повлечь за собой контрмеры со стороны Вашингтона. Тревожит ли вас грядущий ущерб позиции Сянгана как глобального финансового центра?

Ван И: Во-первых, дело Сянгана относится к внутренним делам Китая, никакая попытка вмешательства извне недопустима. Невмешательство во внутренние дела входит в основополагающие нормы международных отношений, требующие неукоснительного соблюдения всех стран без исключения.

Во-вторых, во всем мире, в любой стране защита национальной безопасности входит в компетенцию центральных властей. Полученный в соответствии со статьей 23 Основного закона от центрального правительства мандат у специального административного района Сянгана на законотворчество и исполнение конституционных обязательств отнюдь не мешает работе центрального правительства по созданию правовой системы и механизма исполнения в сфере обеспечения нацбезопасности с учетом реальных потребностей. Центральное правительство несет максимальную и окончательную ответственность за нацбезопасность на территории всех местных административных единиц. Это базовый принцип в теории государственного суверенитета и общепринятая практика во всех странах.

В-третьих, с момента начала в июне прошлого года волнения вокруг внесения поправок в законодательство Сянгана не утихает деятельность активистов за «независимость Сянгана» и локальных радикальных сепаратистов, наблюдается эскалация насилия, нелегальное вмешательство в дела Сянгана извне только усиливается. Все это наносит огромный ущерб национальной безопасности Китая и серьезно угрожает не только процветанию и стабильности в Сянгане, но и принципу «Одна страна – две системы». Создание и совершенствование в Сянгане правовой системы и механизма исполнения по национальной безопасности уже приобретает неотложный и обязательный характер.

В-четвертых, решение ВСНП исходит из действий, серьезно нарушающих национальную безопасность страны. Оно не касается ни автономии Сянгана, ни прав и свободы сянганской общественности, не затрагивает законных прав и интересов иностранных инвесторов в Сянгане. Все мы должны быть более уверенными в будущем Сянгана. Ведь нет повода беспокоиться. Законодательный процесс запустится после принятия Решения. Это будет содействовать усовершенствованию правовой системы САР, формированию более стабильного общественного порядка и улучшению правовой и бизнес-среды, способствовать отстаиванию принципа «Одна срана – две системы», поддержанию позиции Сянгана как центра финансов, торговли и морских перевозок. Убежден, что само решение находит понимание и поддержку у всех тех, кто желает долгосрочной стабильности в Сянгане и последовательности принципа «Одна срана – две системы».

   

Агентство Феникс: Согласна ли китайская сторона с проведением международного независимого расследования по происхождению вируса?

Ван И: Разногласия между Китаем и отдельными американскими политиканами насчет происхождения вируса являются, на самом деле, разницей между правдой и ложью, противопоставлением между наукой и предубеждением.

Выявление происхождения вируса представляет собой серьезный и сложный научный вопрос, в котором должны были разобраться учёные и медицинские специалисты. Однако, некоторые американские политики поспешно стигматизируют вирус, политизируют вопрос о его происхождении, дискредитируют Китай. Они себя переоценили в способности к злодумству, при этом недооценили общественную рассудительность. История должна писаться фактами и правдой, а не ложью и обманом. Нам необходимо с совестью и благоразумием отстаивать беспристрастную и объективную память о нынешней пандемии в летописи человечества.

Мы открыты к международному научно-исследовательскому сотрудничеству по выяснению происхождения вируса и считаем необходимым обеспечить профессиональность, беспристрастность и конструктивность этой работы.

Профессиональность подразумевает под собой то, что нужно на научной основе под эгидой ВОЗ предоставить ученым и медицинским специалистам доступ к исследованию по всему миру. И это должно быть нацелено на то, чтобы побольше узнать о подобного рода вирусе и адекватно отреагировать на особо опасные инфекционные заболевания в будущем.

Беспристрастность означает, что в процессе выявления происхождения вируса необходимо исключить всякие политические помехи, уважать суверенное равенство всех государств, отказаться от «презумпции виновности». Исследование должно охватывать все непосредственно связанные с эпидемией страны при соблюдении открытости, прозрачности, объективности и благоразумия.

Конструктивность требует того, что выявление происхождения вируса не должно помешать первоочередной задаче – спасению жизни. Вместо того, чтобы повредить международному противоэпидемическому сотрудничеству и ослаблять должную роль ВОЗ, соответствующая работа должна помогать профильным структурам ООН в выполнении своих обязательств, в укреплении сплоченности и взаимодействия между странами, в совершенствовании системы и укреплении потенциала глобального управления в сфере здравоохранения.

Агентство ЭФЭ: В Европе расходятся по отношению к Китаю, Китай порой даже воспринимают как системного соперника Европы. Как Китай к этому относится?

Ван И: Отношения между Китаем и ЕС, выдержав испытание далеко непростой и усложняющейся мировой обстановкой, сохраняют основной курс на сотрудничество, показывают титаническую жизненную силу. Самый полезный опыт, накопленный нами за прошедшие годы, учит, что через равноправный диалог мы вполне можем укреплять взаимодоверие, и через конструктивные контакты мы полностью справляемся с разногласиями. Нужно констатировать, что антагонизма между Китаем и ЕС вообще не бывает. У нас постоянно умножаются возможности взаимовыгодного сотрудничества, расширяется взаимопонимание по отстаиванию многосторонности. В более широком плане с точки зрения развития человечества Китай и ЕС должны развивать всестороннее стратегическое партнерство, а не вступать в политико-идеологическое соперничество. Наши контакты нацелены на обоюдный выигрыш, где нет ни победителя, ни проигравшего.

Как гласит европейская пословица, настоящие друзья не оставляют друг друга в беде. С момента вспышки коронавирусной инфекции Китай и ЕС решительно поддерживают друг друга в борьбе с пандемией, было немало добрых трогательных эпизодов. Перед лицом беспрецедентного кризиса важно избавиться от идеологических расхождений, вместо того чтобы мерить на свой аршин, выступать солидарно и объединять усилия в борьбе с пандемией.

Из-за эпидемии приходится перенести ряд изначально запланированных на этот год мероприятий в повестке между Китаем и ЕС. Стороны сохраняют контакты по поводу проведения в ближайшее время 22-й встречи лидеров Китая и ЕС, позитивно рассматривают возможности организовать саммит Китай-ЕС в подходящее время, вместе с этим, стараются к концу года завершить переговоры по инвестиционному соглашению, расширять взаимовыгодное сотрудничество в новых отраслях, включая взаимосвязанность, экологию, цифровую экономику и искусственный интеллект. 45-летие дипотношений между Китаем и ЕС должно стать уникальной возможностью для укрепления и подъема китайско-европейских отношений.

Газета «Global Times»: Как Китай будет реагировать на иски, поданные в США против Пекина с требованием возместить ущерб от эпидемии?

Ван И: Такие иски против Китая не имеет под собой ни фактического, ни правового основания, не находят и прецедента в мире. Их в лучшем случае можно назвать товаром с тремя «нет».

От внезапно вспыхнувшей заразы Китай пострадал как и другие страны. Перед лицом неизвестного ранее нового типа вируса Китай с крайне ответственным подходом к жизни и здоровью своего народа, а также международному делу общественного здравоохранения, первым оповестил миру обо эпидемии, раньше всех довел до сведения ВОЗ и поделился ее данными с иностранными государствами и регионами, первым определил последовательность генов вируса для уведомления мировому сообществу. Мы первыми опубликовали рекомендации по диагностике, лечению, профилактике и контролю. С учетом остроты эпидобстановки мы пошли на крайне решительные и смелые шаги, ценой колоссальных потерь в максимально сжатый срок перекрыли каналы передачи вируса, прекратили его стремительное распространение. Китай ничего не скрывает насчет предпринятых карантинных мер, которые и хронологически четко описаны, все аргументы и данные же черным по белому зафиксированы, что выдержит испытание временем.

Раздувая шумихи вокруг так называемых исков о выплате компенсаций против самих пострадавших, подделка якобы имеющих место доказательств в угоду инициаторам сутяжничества – это не только посягательство на международное право, но и предательство человеческой совести, не имеет ничего общего с действительностью, противоречит здравому смыслу и недопустимо международным правом. И Китай, и мир сегодня стали совсем другими, не такими, какими они были сто лет назад. Зря строить себе иллюзии в попытках попирать суверенитет и достоинство Китая, завладеть плоды усердного труда китайского народа. Провокаторы в конечном счете останутся на бобах и навлекут позор на свою голову.

Агентство Киодо: Как Китай смотрит на будущее отношений в формате «Китай-Япония-Республика Корея»?

Ван И: Китай, Япония и Республика Корея – добрые и близкие соседи, отделенные, как принято говорить, узкой полосой воды. С самого начала эпидемии три страны действуют солидарно, поддерживают тесную координацию и взаимодействие в вопросах обмена эпидемиологической информацией, выработки мер по профилактике и карантину, контроля за въезд-выездом граждан, в частности путем проведения внеочередных встреч по линии глав МИД и Минздрав, эффективно обуздано распространение инфекции в регионе. «Земли отделены, небо едино», «Путь не далек, никто не чужой», теплые эпизоды взаимовыручки народов трех стран не только воплощаются в этих архаических строках, но и являются реальной жизнью нашего времени. Сотрудничество Китая, Японии и Республики Корея служит эталоном для международного взаимодействия и укрепляет уверенность в победе над пандемией.

Помимо сохранения усиленных мер по профилактике и контролю перед тремя странами стоит общая задача скорейшего восстановления экономического развития. На Китай, Японию и РК, как ведущие экономики мира, приходится свыше 20% глобального ВВП. Чем раньше будет взята под контроль ситуация и восстановлены производство и деловая активность, тем будет заметнее их роль в оживлении региональной экономики и стабилизации мирового хозяйства.

Первое, важно не допустить второй волны эпидемии на основе антивирусных успехов. В условиях профилактики коронавируса на постоянной основе необходимо продолжать обмен информацией и опытом, усовершенствовать механизм коллективной профилактики и контроля. Важно активизировать сотрудничество по разработке препаратов и вакцины, работать над созданием механизма связи при чрезвычайных ситуациях и резервного центра медицинских средств. Следует в полной мере выявлять роль информационной технологии, в том числе сети Интернета и больших данных для непрерывного повышения уровня управления в сфере общественного здравоохранения и укрепления потенциала оперативного реагирования.

Второе, полезно стимулировать сотрудничество по восстановлению деловой активности в интересах стабилизации цепочек производства и поставок. При соблюдении требований по профилактике и контролю Китай готов установить «экспресс-коридор» для въезда граждан и «зеленый коридор» для грузов и с другими странами, по аналогам с РК, по возможности в кратчайший срок восстановить практическое сотрудничество, удалить сбои во внутренней и региональной экономической циркуляции.

Последнее, необходимо адаптироваться к поствирусным обстоятельствам с акцентом на повышение уровня регионального экономического сотрудничества. Важно отстаивать многосторонние подходы и свободную торговлю, смягчать таможенные пошлины, устранять барьеры и открывать рынок на взаимной основе. Важно укреплять сотрудничество в таких сферах, как здравоохранение, умное производство, 5G с целью создать новые точки роста экономики. Нужно ускорить переговоры по свободной торговле между Китаем, Японией и Республикой Корея, добиться заключения Всестороннего регионального экономического партнерства (RCEP) к концу этого года в пользу углубления экономической интеграции. Надо задействовать потенциал региональных многосторонних механизмов для предотвращения финансовых рисков и повышения экономической стрессоустойчивости.

Китай готов укреплять сотрудничество со всеми партнерами, в том числе с Японией и Республикой Корея, чтобы как можно раньше одержать окончательную победу над эпидемией, оживить экономику Восточной Азии и отдать силы и умы «Востока» в дело регионального и глобального развития.

CCTV: Как китайская дипломатия приспосабливается к ситуации, когда борьба с коронавирусом ведется на постоянной основе? Какие главные задачи у китайской дипломатии в этом году?

Ван И: Эпидемия поставила на паузу межгосударственные контакты, тем не менее, внешнеполитическая деятельность Китая не топчется на месте. В условиях не самых благоприятных для дипломатии обстоятельств мы переходим к модели на удаленке, так называемой «облачной дипломатии», включая телефонные разговоры, обмен переписками и видеоконференции.

С момента вспышки коронавирусной инфекции Председатель Си Цзиньпин лично руководит антивирусной борьбой на внешнеполитическом фронте и с чувством долга продвигает международное сотрудничество. На сегодняшний день Председатель Си Цзиньпин пообщался с порядка 50 руководителей государств и международных организаций по телефону или «глаза в глаза», принял участие в экстренном саммите G20 по новой коронавирусной инфекции, выступил на церемонии открытия сессии ВАЗ с недвусмысленной позицией в поддержку солидарности и международной борьбы с пандемией. Премьер Госсовета Ли Кэцян беседовал с руководителями разных стран по телефону, участвовал в специальной встрече руководителей АСЕАН-Китай-Япония-Республика Корея (10+3) по COVID-19. Лично я провел более 100 телефонных звонков с коллегами из различных стран, участвовал в специальных совещаниях в формате Китай-АСЕАН, Меконг-Ланьцанцзян, Китай-Япония-Южная Корея, а также в рамках БРИКС и ШОС.

2020 год обещает быть крайне необыкновенным на пути великого возрождения китайской нации. Китайская дипломатия на фоне постоянной борьбы с коронавирусом собирается в новый поход. Перед нами стоят 5 приоритетных задач.

Первое, всецело служить внутреннему развитию. Мы будем с учетом внешней и внутренней обстановки максимально мобилизовать внешнеполитические ресурсы в интересах реализации национальных стратегий развития. Особо отмечу необходимость с акцентом на постпандемическую эпоху обеспечить бесперебойность глобальных цепочек производства и поставок, содействовать либерализации и упрощению торгово-инвестиционных процедур, нейтрализовать риск спада мировой экономики.

Второе, решительно отстаивать национальные интересы. Будем стойко стоять на страже национальных интересов в плане суверенитета, безопасности и развития страны, категорически противостоять попыткам вмешиваться извне во внутренние дела Китая.

Третье, непрерывно углублять партнерские связи. Речь идет о продвижении устойчивого и поступательного развития отношений с мировыми державами, расширении точек соприкосновения с соседями, укреплении солидарности и дружбы с развивающимися странами.

Четвертое, решительно защищать многосторонние подходы. Приоритетное значение будет иметь дело продвижения глобального управления в сфере общественного здравоохранения, поддержка достойной роли ВОЗ в глобальной борьбе с пандемией во имя формирования сообщества здравоохранения человечества.

Пятое, активизировать и расширять международную кооперацию. Мы намерены в конструктивном ключе рассматривать возможность создания с разными партнерами механизма по совместной профилактике и контролю, укреплять противоэпидемическое сотрудничество, продвигать кооперацию в сфере здравоохранения в рамках «Одного пояса и одного пути», сообща формировать «Шелковый путь здоровья», вносить тем самым свою лепту в повышение защищенности планеты в антивирусной борьбе.

   

Агентство MENA: Как Китай собирается помогать африканским странам в борьбе с эпидемией?

Ван И: У нас с Африкой давно сложились доверительные и братские отношения. Наши народы были соратниками за национальное освобождение, стали затем попутчиками в совместном развитии, пору лет назад мы в едином фронте победили лихорадку Эбола. Абсолютно правильно сказал председатель Африканского союза, что «Китай и Африка являются не столько друзьями, сколько соратниками. Дружба между Китаем и Африкой не изменена и нерушима».

Теперь Китай и Африка вновь объединяются перед атакой COVID-19. Более 50 руководителей из стран Африки либо по телефону, либо в заявлении выразили нам солидарность и поддержку. Мы со своей стороны отправили бригады китайских медиков в 5 субрегионов Африки и сопредельные с ними страны. Китайские специалисты посетили 45 стран африканского континента, предоставили местным жителям медицинскую помощь, в общей сложности проведены 400 противоэпидемических тренингов, десятки тысяч местных врачей получили полезные рекомендации. Проживающих в Китае граждан африканских стран тщательно берегут как в своем родном доме. Все 3000 с лишним африканских студентов в провинции Хубэй и городе Ухань, за исключением одного зараженного, который быстро излечился от коронавируса, были здравы и невредимы.

В этом году Форуму китайско-африканского сотрудничества (FOCAC) исполняется 20 лет. Выдержав все невзгоды, китайско-африканские отношения лишь растут и крепнут. Мы будем продолжать оказывать помощь Африке в борьбе с COVID-19, предоставлять гуманитарные грузы в приоритетном порядке развивающимся странам, прежде всего странам Африки, и изучать возможность дополнительно направить медицинские бригады в Африку. Будем и дальше реализовывать План действия здравоохранения по итогам Пекинского саммита Форума китайско-африканского сотрудничества, ускоренными темпами продвигать строительство центра по предотвращению и контролю за инфекционными болезнями в Африке в целях повышения потенциала стран Африки в сфере здравоохранения. Вместе с этим усилия будут нацелены на наращивание потенциала Африки по собственному развитию. Будем оказывать поддержку в преодолении имеющихся сложностей на фоне эпидемии для реализации крупных совместных проектов и восстановления производства в пострадавших от эпидемии странах Африки с целью сохранять динамику экономического развития континента. Будем способствовать воплощению в жизнь инициативы Группы 20 о введении моратория на выплаты по кредитам для беднейших стран, чтобы облегчать бремя задолженности африканским странам. Готовы также рассмотреть возможность по двусторонним каналам оказать наименее состоятельным странам Африки дополнительную помощь в выходе из трудного положения.

Как гласит китайская мудрость, единодушие братьев крепче золота. Мы глубоко убеждены, что при совместных усилиях Китая и Африки, также всего международного сотрудничества, энергичный африканский континент непременно осуществит лучшее и опережающее развитие после эпидемии.

Национальное радио Китая: Как китайская дипломатия будет способствовать окончательному искоренению бедности и всестороннему строительству среднезажиточного общества в Китае?

Ван И: В Китае к всестороннему строительству общества средней зажиточности устремляются веками, о ликвидации бедности мечтают тысячелетиями. Реализация этих великих исторических задач является ориентиром усилий всего народа в 2020 году, а для всех товарищей на дипломатическом фронте – это священный долг и почетная миссия.

Реализация поставленных задач главным образом зависит от наших собственных усилий, в то же время нуждается в благоприятных условиях на международной арене. Ныне самым актуальным вызовом извне является продолжающееся распространение эпидемии по всему миру. Для того, чтобы служить развитию страны, наша дипломатическая работа в условиях складывающейся ситуации должна направлена на решение возникающих вопросов с творческим подходом. Речь идет о минимизации риска коронавирусной пандемии для жизни и здоровья народа, преодолении ее социально-экономических последствий, открытии новых возможностей развития в совместной с международным сообществом борьбе против данной инфекции. Помимо адекватных мер по предотвращению завоза вируса необходимо поэтапно создать более благоприятные условия для восстановления нормальных международных контактов и обменов, предпринять действенные шаги для укрепления взаимовыгодного международного сотрудничества, внести новый вклад в дело всеобщего развития и процветания Китая и всего мира.

МИД также ведет конкретную работу в достижении целей всестороннего строительства среднезажиточного общества и ликвидации бедности. Министерство уже 28 лет оказывает целевую помощь в борьбе с бедностью двум бедным уездам государственного значения – Цзиньпин и Малипо провинции Юньнань. К счастью, оба они недавно выведены из категории «бедных районов». Мы будем и впредь добросовестно исполнять свою обязанность по оказанию им поддержки, помогать закрепить достигнутые успехи в ликвидации бедности. Продолжаем рассказывать всему миру о деле ликвидации бедности в Китае, продвигать международные обмены и сотрудничество в области сокращения бедности, чтобы борьба Китая с бедностью заслужила больше понимания и поддержки в мировом сообществе, и чтобы наша страна внесла свою лепту в дело реализации повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года.

Телеканал CNN: Усиливается словесная перепалка между Китаем и США. Станет ли «дипломатия боевых волков» перспективой китайской внешней политики?

Ван И: Хотя уважаю ваше право задавать вопрос, но саму постановку вопроса, наверно, стоило бы пересмотреть. По любому делу нужно взвесить за и против. Человек, который не различает добро от зла, не заслуживает доверия. Государству, которое не знает правды и неправды, трудно найти себе место в мире.

Вокруг китайской дипломатии существуют разные интерпретации и комментарии. Как министр иностранных дел, официально и со всей ответственностью могу вам сказать, что Китай твердо привержен независимой, самостоятельной и мирной внешней политике. Как бы ни изменилась международная ситуация мы всегда были и остаемся высоко нести знамя мира, развития, сотрудничества и взаимовыгоды, строго соблюдать цели и принципы поддержания мира и совместного развития во всем мире, развертывать дружественное сотрудничество со всеми странами, выполнять славную миссию вносить достойный вклад в развитие человечества.

Внешняя политика Китая основывается на 5000-летней блестящей цивилизации и традиции. Китай известен как страна с древней историей этикета и вежливости. Китайский народ ратует за мир, гармонию, честность и доверие. Мы никогда никого не обижаем, и не даем себя обижать и оскорблять. В ответ на клеветы и сплетни от нас последует самый решительный отпор в защиту чести государства и чувства национального достоинства. Всякие необоснованные обвинения мы опровергаем истинной правдой и аргументами в отстаивание справедливости и человеческой совести.

В выстраивании перспективы китайской дипломатии мы нацелены на совместное формирование сообщества единой судьбы человечества со всеми партнерами. Находясь на одной планете, все страны должны мирно и равно сосуществовать, совместно обсуждать актуальные вопросы, не давая решающего слова только отдельным странам. В этой связи Китай выступает за многополярный мир, за демократизацию международных отношений. Наша позиция полностью совпадает с тенденцией развития цивилизации и прогресса человечества, отвечает чаяниям подавляющего большинства стран мира. Вне зависимости от уровня развития страны мы ни в коем случае не претендуем на доминирование, всегда будем стоять на стороне общих интересов всех стран мира, в верной траектории развития истории. Тот, кто всячески пытается наклеивать на Китай ярлык гегемона, сам является апологетом гегемонии.

Сегодняшний мир переживает беспрецедентно глубокие перемены и турбулентность. В условиях нарастающих глобальных вызовов полезно было бы в духе концепции сообщества единой судьбы человечества, побольше поддерживать и сотрудничать друг с другом, меньше обвинять и противостоять друг другу. Важно, чтобы все действительно стали объединяться во имя прекрасного будущего планеты.

Международное радио Китая: Как китайская сторона оценивает роль ВОЗ? Каковы предложения Китая по реформированию этой организации?

Ван И: ВОЗ как специализированный орган ООН играет центральную роль в координации глобальных усилий в области общественного здравоохранения. Господин Тедрос Гебреисус был избран гендиректором с высоким процентом голосов, снискал полное доверие международного сообщества. Избрание на этот пост выходца из Африки свидетельствует о растущем статусе развивающихся стран в международных организациях.

На недавно состоявшейся Всемирной ассамблеи здравоохранения Председатель Си Цзиньпин в своем выступлении на открытии сессии дал позитивную оценку существенному вкладу ВОЗ в глобальную борьбу с эпидемией, все участники ВАЗ высказались в поддержку деятельности ВОЗ. Как говорится, справедливость восторжествует в конце концов. Международный авторитет ВОЗ и историческая оценка ее деятельности не зависят от предпочтения отдельных стран. Те, кто обливает ВОЗ грязью, позорят и самого себя.

С момента вспышки эпидемии под руководством гендиректора Тедроса Гебреисуса ВОЗ придерживается научно-обоснованного подхода, не минуя ни одного ключевого момента, без задержки дала профессиональные советы, достойно исполнила свои обязательства. Факты доказали, что в тех странах, где уважают и соблюдают рекомендации ВОЗ, эпидемиологическая ситуация взята под надежный контроль. А те, где игнорируют или вообще отказываются от советов ВОЗ, платили жестокую цену.

Хотел бы подчеркнуть, что ВОЗ, в состав которой вошли 194 суверенных государств, не может служить исключительно какой-то конкретной стране, тем более подчиняется тому, кто больше взносов платит. Перед лицом эпидемии любое давление, к тому же шантаж, лишенные элементарного гуманизма, считаются неприемлемыми для международного сообщества.

Жизнь превыше всего, спасение жизни – первоочередная задача. Поддержка ВОЗ означает поддержку спасения жизни людей. Это естественный выбор для любой страны, которая совестно и ответственно себя ведет.

Что касается реформирования ВОЗ, на самом деле, после каждой масштабной эпидемии ВОЗ делает всесторонние анализы и оценку. Эта работа должна нацелена на поддержание многостороннего подхода, а не наоборот, на поддержку ВОЗ, а не в ущерб ей. Об этом уже четко прописано в принятой по итогам 73-ой Всемирной ассамблеи здравоохранения резолюции. В этой связи мы считаем приоритетными следующие три направления работы: во-первых, устранять политические помехи в плане институционального обеспечения и правил, уважать научное и профессиональное мнение, отказаться от действий политизации и дискредитации. Во-вторых, обеспечить ВОЗ достаточными ресурсами, повысить ее способность в реагировании на глобальный кризис здравоохранения. В-третьих, придерживаться концепции сообщества здравоохранения человечества, увеличить поддержку и вложения в дело общественного здравоохранения развивающихся стран.

Казинформ: Как Китай собирается восстановить динамику сотрудничества в рамках «Один пояс и один путь» в контексте эпидемии?

Ван И: Эпидемия действительно несколько сказывается на сотрудничестве в рамках «Один пояс и один путь», но негативное влияние лишь носит временный и частичный характер. В долгосрочной перспективе сотрудничество в рамках ОПОП, выдержав испытания пандемии, станет еще более устойчивым, энергичным и перспективным.

В основе «Один пояс и один путь» лежат кровные интересы народов стран-участниц. На протяжении 7 лет с момента выдвижения инициативы Китай с 138 странами подписал документы о сотрудничестве в рамках «Один пояс и один путь», развернуто больше 2000 совместных проектов, созданы сотни тысяч рабочих мест. Свою востребованность доказал целый ряд инфраструктурных и непосредственно касающихся жизни населения проектов ОПОП во время разгула вируса. К примеру, благодаря бесперебойной эксплуатации энергетические проекты в рамках китайско-пакистанского экономического коридора обеспечивают 1/3 электрического снабжения Пакистана. В условиях масштабного прекращения и отмены авиасообщения в регионе с января по апрель по маршруту Китай-Европа число контейнерных поездов и объем грузооборота не только не упали, а выросли на 24% и 27% соответственно по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. А сам проход, по которому были доставлены приблизительно 8000 тонн противоэпидемических грузов за 4 месяцы, стал по-настоящему «жизненной артерией», соединяющей европейский и азиатский континенты.

Тяготение стран-участниц инициативы «Один пояс и один путь» к совместному развитию является источником силы ее движения. За 7 лет реализации инициативы товарооборот между Китаем и странами вдоль «Пояса и пути» превысил 7,8 трлн долл. США, прямая инвестиция Китая в экономику этих стран превысила 110 млрд долл. США. Не смотря на негативные последствия эпидемии, за первый квартал с. г. инвестиция Китая в экономику государств-участников ОПОП увеличилась на 11,7%, товарооборот – на 3,2%. Благополучно продвигаются такие проекты, как железная дорога Китай-Лаос, железная дорога Венгрия-Сербия, двухтопливная электростанция в Камбодже, развитие новой административной столицы в Египте. Огромное количество временно приостановленных проектов возвращается в нормальный ритм работы, что значительно помогает в победе над коронавирусом и оживлении экономики.

Постоянно расширяющийся охват сотрудничества открывает прекрасную перспективу «Один пояс и один путь». В поствирусный период можно ожидать усиление актуальности развития экономики и благосостояния населения, а также значительный рост заинтересованности в сотрудничестве по общественному здравоохранению. Китай готов вместе со всеми партнерами вдоль ОПОП работать над построением «Шелкового пути здоровья». Полезно было бы вести видеоконференцию «Один пояс и один путь» на высоком уровне с прицелом на обеспечение здоровья и безопасности народов всех стран. Большое внимание также следует уделять формированию «Цифрового шелкового пути», который призван служить еще одной точкой роста национального хозяйства и дополнительным стимулом восстановления глобальной экономики.

В общем, Китай был и остается преданным делу совместного продвижения «Один пояс и один путь». Будем и впредь на принципах совместного обсуждения, совместной реализации и совместного использования и с открытым, экологичным и антикоррупционным подходом осуществить цели высокостандартного и устойчивого развития на благо населения, чтобы «Один пояс и один путь» вел к развитию, сотрудничеству и здоровью.

Телеканал SZTV: Какие планы у Китая по дальнейшему наращиванию связей с АСЕАН?

Ван И: Пройденный путь по развитию китайско-асеановских отношений показывает, что любая кризисная ситуация, будь то азиатский, либо мировой финансовый кризис, только сближает нас с АСЕАН, делает наше сотрудничество более прочным и динамичным, что стало возможным благодаря сложившейся между нами с АСЕАН дружбе и глубокому взаимодоверию. Не могу не вспомнить, что в 2003 году после вспышки эпидемии SARS первое же многостороннее мероприятие было проведено в формате Китая и АСЕАН. Подобная ситуация сложилась и в этот раз во время эпидемии COVID-19. 20-го февраля состоялась министерская встреча Китай-АСЕАН, посвященная совместной борьбе с коронавирусом, в ходе которой министры, взявшись за руки, в унисон выкрикнули: «Держись, Ухань! Держись, Китай! Держись, АСЕАН!». Этот воодушевляющий сюжет по сей день до глубины души трогает народы Китая и стран АСЕАН.

В результате совместных усилий сотрудничество между Китаем и АСЕАН, не смотря на серьезные последствия эпидемии, уверенно растет. За первый квартал общий объем взаимной торговли вырос на 6,1%, превысив 140 млрд долл. США. АСЕАН впервые стал крупнейшим торговым партнером Китая. Это сильно нас обнадеживает перед общим вызовом. Как справедливо сказали мои коллеги из стран АСЕАН: из испытаний мы выйдем гораздо сильнее, чем было до них.

Радуга появляется после дождя, впереди светлое будущее. Будем и дальше рассматривать АСЕАН как один из главных приоритетов внешней политики Китая, поддерживать центральное место АСЕАН в региональном сотрудничестве Восточной Азии, вместе со странами АСЕАН в духе «взаимодоверия, взаимопонимания, взаимовыгоды и взаимовыручки» подниматься на новые высоты взаимоотношений. Будем ускоренными темпами наращивать совместную работу по восстановлению производства в целях нейтрализации последствий эпидемии. Будем активизировать сопряжение инициативы «Одного пояса и одного пути» со стратегией развития АСЕАН, расширять сотрудничество в области «умного города», искусственного интеллекта, электронной торговли и других новых секторах экономики. Будем защищать систему многосторонней торговли, добиваться подписания к концу года Соглашения о региональном всеобъемлющем экономическом партнерстве в интересах повышения уровня экономической интеграции. Нацелены работать над созданием регионального механизма по оперативному реагированию при чрезвычайных ситуациях в сфере общественного здравоохранения и центра запасных средств индивидуальной защиты, повышать уровень сотрудничества в сфере общественного здравоохранения и антикризисного потенциала. В культурно-гуманитарном измерении, будем обеспечивать успешную реализацию таких флагманских проектов, как стипендия «Элита» Китая-АСЕАН для активизации обменов в этом направлении. Путем расширения сотрудничества в области «синей экономики» и экологии будем способствовать устойчивому развитию на благо народов региона.

Следующий год, ознаменованный 30-летием диалога между Китаем и АСЕАН, станет очередной вехой в летописи отношений Китая-АСЕАН. Без всякого сомнения китайско-асеановские отношения, перешагнув новый рубеж, станут еще крепче и увереннее на пути к построению сообщества единой судьбы Китай-АСЕАН.

Агентство Рёнхап: По мнению китайской стороны, как будет развиваться ситуация на корейском полуострове и диалог между Пхеньяном и Вашингтоном?

Ван И: Поддержание контактов и диалога между КНДР и США – важнейшая предпосылка для устранения противоречий и разногласий двух стран и урегулирования проблемы корейского полуострова. Как ни банально это звучит, диалог всё-таки лучше изоляции. Мы всегда приветствуем контакты между лидерами КНДР и США, заинтересованы в скорейшем восстановлении конструктивного диалога между Пхеньяном и Вашингтоном. При этом нужно понять, что налаживание взаимодоверия Пхеньяна и Вашингтона, выход из тупика невозможны без практических шагов. Иными словами, в развязке проблем на корейском полуострове помогает не столько кабинетное рассуждение, сколько практические действия.

Необходимо учитывать те позитивные шаги, предпринятые КНДР в последние годы для смягчения напряженности и денуклеаризации, которые, к сожалению, остались без встречных шагов со стороны Вашингтона, в этом же состоит главная причина стагнации диалога. В настоящее время более или менее скоплены неопределенные факторы вокруг ядерной проблемы корейского полуострова. Мы давно вместе с российскими партнерами как соавторы проекта резолюции Совбеза по политическому урегулированию проблемы Корейского полуострова не раз предлагали обсудить в Совбезе вопрос о смягчении санкций в отношении КНДР с целью облегчить социально-экономические трудности КНДР и создать необходимые условия для политического урегулирования. Рассчитываем на серьезное раздумье всех сторон, в том числе США, иначе зря только расходуют имеющиеся наработки, которые нам дались совсем не легко. Раз подходы к решению ядерной проблемы Корейского полуострова уже четко прописаны, имею в виду параллельное продвижение денуклеаризации и мирного механизма, скорейшую разработку для этого дорожной карты по принципам «поэтапности и синхронности», как же можно себе позволить упустить уникальный шанс урегулирования.

Информационный портал «The Paper»: Есть ли у Китая опасение о том, что тема Тайваня еще негативнее будет сказываться на китайско-американских отношениях?

Ван И: 23 миллиона жителей Тайваня – это наши кровные соотечественники. Мы пристально следим за развитием эпидемиологической ситуации на острове, беспокоимся о сохранности жизни и здоровья тайваньских соотечественников. С момента вспышки эпидемии мы уделяем огромное внимание жителям Тайваня, находящимся в материковой части Китая, оказываем поддержку и помощь тайваньским соотечественникам за рубежом. Мы продолжим максимальные усилия для удовлетворения противоэпидемических нужд тайваньских соотечественников.

Руководствуясь принципом «одного Китая», правительство Китая с ВОЗ согласовали все необходимые аспекты об участии района китайский Тайвань в делах глобального здравоохранения. Для Тайваня открыты все каналы по обмену информацией о борьбе с коронавирусной инфекцией по налаживанию сотрудничества и контактов с экспертами ВОЗ и его государствами-членами. В этой связи о каких-либо технических барьерах и противоэпидемических пробелах речь быть не может. Администрация Тайваня, пренебрегая счастьем жителей острова, не признает Консенсуса от 1992 г. о том, что два берега пролива относятся к одному Китаю, именно она закрыла дверь межбереговых консультаций по вопросам внешних связей.

Тайваньский вопрос является сугубо внутренним делом Китая. В мире существует один Китай – это общепризнанный принцип международного сообщества и политический фундамент для установления дипотношений Китая с другими государствами. Мы категорически против официальных контактов с Тайванем под вывеской противоэпидемического сотрудничества, категорически против открытия для администрации Тайваня так называемого пространства действия на международной арене в нарушение принципа «одного Китая», категорически против попустительства извне попыткам тайваньских сепаратистов раскручивать тему так называемой «независимости» Тайваня в свете эпидемии.

Воссоединение двух берегов тайваньского пролива является необратимой тенденцией истории, обуздать которую никому и никакой силе не удастся. Мы настоятельно требуем от американской стороны отдавать себе полный отчет о крайней деликатности тайваньского вопроса, неукоснительно соблюдать принцип «одного Китая» и три китайско-американских совместных коммюнике, отказаться от всякой иллюзии и расчетов ради своих внутриполитических соображений. Мы предостерегаем Вашингтон от любых попыток перейти опасную черту и недооценки несгибаемой воли 1.4-милиардного китайского народа в отстаивании единства отчизны.

Сингапурская газета «The Straits Times»: Звучит мнение о том, что Китай наращивает свою активность в Южно-китайском море за счет пандемии. Как вы бы это прокомментировали? Повлияет ли это на переговорный процесс по «Кодексу поведения в Южно-китайском море» (СОС)?

Ван И: Подобное утверждение о якобы расширении Китаем присутствия в Южно-китайском море за счет пандемии является чистой ерундой. Поскольку в это время Китай концентрируется на плотном сотрудничестве со странами АСЕАН в борьбе против коронавируса. Мы друг друга поддерживаем и помогаем, и взаимодоверие между нами только укрепляется. По Южно-китайскому морю и над ним доставляют грузы многочисленные суда и самолеты. Оно представляет собой реальное воплощение духа взаимовыручки и взаимодействия Китая и АСЕАН в сражении с пандемией. К сожалению, отдельные внешние игроки, поступая по-другому, не прекращают блеф, бряцая своими кораблями и самолетами, всячески пытаются вбить клин между Китаем и странами АСЕАН, любой ценой хотят подрывать стабильность в ЮКМ, которая нам далась не без огромных усилий. Как это коварно и цинично!

В последние годы при совместных усилиях Китая и стран АСЕАН ситуация в Южно-китайском море продолжает стабилизироваться. Налицо значительные сдвиги в сотрудничестве Китая и АСЕАН в области поисково-спасательной операции, морской экологии и научной экспедиции. Динамично идет работа по Кодексу поведения в Южно-китайском море, проект которого находится на стадии второго раунда рассмотрения. Со странами АСЕАН мы давно уже вышли на недвусмысленный консенсус о скорейшем выходе на подписание Кодекса. Мы в этом глубоко убеждены, никто не может нам помешать. Китай будет дальше наращивать взаимодействие со странами АСЕАН, восстанавливать прерванную из-за пандемии работу над СОС, активно изыскивать новые форматы сотрудничества на море в целях поддержания мира, стабильности, развития и процветания региона ЮКМ.

Агентство CNS: Вы не можете поговорить о работе, проделанной МИДом Китая и всеми его загранучреждениями по решению трудностей зарубежных соотечественников после вспышки коронавирусной инфекции?

Ван И: С момента вспышки коронавирусной инфекции находящиеся за рубежом китайские граждане постоянно окружены заботой Родины-матери. Генеральный секретарь Си Цзиньпин не раз подчеркивал необходимость обеспечить безопасность и здоровье соотечественников за рубежом. Министерство иностранных дел и его загранучреждения оперативно действуют, мобилизуют все ресурсы и делают все от себя зависящее, чтобы каждый из наших граждан за границей смог ощутить внимание и заботу от Компартии и Родины. Развернулась по всему миру беспрецедентная акция по оказанию консульской защиты.

Налажена связь с нашими соотечественниками во всех уголках мира для оказания помощи в преодолении трудностей. Под нашей координацией были организованы онлайн встречи со знаменитыми эпидемиологами. Более 20 медицинских бригад было направлено за границу для предоставления профессиональных рекомендаций находящимся за рубежом соотечественникам и этническим китайцам. С помощью отечественных и зарубежных каналов дистанционной диагностики и лечения оказываются противоэпидемические услуги. Особое внимание уделяется безопасности каждого из обучающихся за границей китайских студентов. Мы приложили максимум усилий, чтобы миллион наборов средств индивидуальной защиты с нашей теплой заботой был роздан всем китайским студентам.

Горячая линия по консульской защите 12308 работает круглосуточно, в течение последних 3-4 месяцев обработано порядка 200 тыс. звонков, то есть ежедневно по 3600 с чем-то. Более того, ни один звонок не остается без должного внимания, ведется письменная запись разговора и при чем каждое обращение подлежит обработке. Бесперебойность горячей линии в период эпидемии служит для наших граждан за рубежом зеленым коридором обращения за помощью.

В ранний период эпидемии мы вывозили застрявших за границей соотечественников чартерными самолетами. После ухудшения ситуации с коронавирусом за рубежом с помощью временных рейсов привозили на Родину тех, кто оказались в затруднительном положении.

«Дипломатия во имя народа» — наше устремление. В период ушедших весьма непростых месяцев каждый дипломат от главы до простого сотрудника дипмиссий с преданностью к делу стойко стоит на вахте, не взирая на риск заразы. Все наши соотечественники, пусть находятся в самом дальнем краю от Китая, всегда могут ощутить плечо Отчизны, могут полагаться на поддержку отечественных дипломатов.

Агентство «Associated Press of Pakistan»: Как вы оцениваете текущую ситуацию в Афганистане?

Ван И: Сердце Азии в лице Афганистана значительно влияет на мир и стабильность в регионе. Сегодня ситуация в Афганистане быстро меняется, и мир для этой страны оказался как никогда ближе. Однако, путь впереди по-прежнему тернистый, пять задач неотложно стоит.

Первая, укрепление солидарности в правительстве. Мы приветствуем достижение консенсуса между президентом Гани и доктором Абдуллой Абдуллой о создании коалиционного правительства, надеемся, что в скором времени оно приступит к штатной работе. Вторая, формирование плана мирных переговоров. Призываем все силы Афганистана приступить к немедленному прекращению огня и договариваться по межафганским переговорам в пользу согласования будущей конфигурации властей страны. Третья, обеспечение упорядоченного вывода военных контингентов. США должны ответственным образом выводить свои войска, без ущемления интересов Афганистана и других стран региона. Четвертая, ведение борьбы против терроризма. Важно продолжать усилия по борьбе с терроризмом, не допуская вновь возрождения различных террористических группировок. Пятая, оказание поддержки извне. Следует продолжать улучшение отношений Афганистана с Пакистаном и другими странами, добиваться наращивания международной поддержки мирного процесса в Афганистане.

Мы полагаем, что в ходе выполнения вышеназванных задач необходимо руководствоваться тремя принципами.

Первый, приверженность ведущей роли самих афганцев, ведь за ними будущее Афганистана и судьба афганской нации. Второй, приоритетность мира. Нужно обязательно воздержаться от применения силы в ходе продвижения своих интересов. Третий, инклюзивность. Будущий Афганистан должен быть более инклюзивным, сплоченным и мощным.

Афганский народ имеет право выйти из-за туч войны и жить счастливой жизнью. В этом смысле китайский народ, как близкий сосед и брат, всегда на стороне афганского народа. Мы будем и впредь играть позитивную и конструктивную роль в продвижении межафганских переговоров, восстановлении мира и стабильности, возобновлении экономики в Афганистане, а также вовлечении его в региональное сотрудничество.

Телеканал HBTV: Мы хорошо знаем, какие колоссальные усилия приложены МИДом Китая для отстаивания репутации Уханя и одержания победы в битве за Ухань. Какую помощь от МИДа можно ожидать для развития и внешней связи провинции Хубэй в будущем?

Ван И: Под твердым руководством ЦК КПК во главе с товарищем Си Цзиньпинм удалось разгромить вирус в битвах за Хубэй и Ухань. В этом тяжелом сражении жители провинции Хубэй и города Ухань понесли серьезные потери, внесли весомый вклад в противоэпидемическую борьбу как в нашей стране, так и за ее пределами. Пользуясь случаем, хотел бы от имени всех соратников дипломатического фронта отдать дань глубокого уважения героическому народу провинции Хубэй и города Ухань!

С момента вспышки коронавирусной инфекции все, кто работает на дипломатическом поприще, пошли на фронт за Хубэй и Ухань. Под единым руководством руководящей группы ЦК была направлена в Ухань мидовская рабочая группа, призванная заниматься сбором противоэпидемических средств в поддержку провинции Хубэй, и приемом международной помощи. Более 100 наших сотрудников, находящихся в отпуске в провинции Хубэй, тоже присоединились к противоэпидемической кампании своих земляков. При помощи загранучреждений были налажены связи с хубэйскими соотечественниками, которые не смогли вернуться в страну из-за коронавируса, организован для них вывоз на Родину чартерными рейсами.

В настоящее время в Хубэе восстанавливается нормальный ритм в социально-экономической и других областях. Наше ведомство готово за счет собственных преимуществ внести свою лепту в развитие Хубэя после эпидемии. Активно прорабатывается вопрос об открытии экспресс-коридора с учетом нужд Хубэя и Уханя. Оказывается поддержка предприятиям Хубэя с иностранным капиталом в восстановлении деловой и производственной деятельности. По мере улучшения глобальной ситуации с коронавирусом будем открывать Хубэю больше возможностей для перезапуска международного обмена и расширения внешнего сотрудничества. Когда обстановка позволит, готовы провести мидовскую презентацию, специально посвященную провинции Хубэй, чтобы вновь возрожденный Хубэй и Ухань вызвали восхищение народов всех стран мира.

Пресс-конференция длилась 1 час 40 минут.

Китай предлагает построить «стальной караван евразийского континента»

Создать «стальной караван евразийского континента» и Ассоциацию бизнеса Большой Евразии предложили участники специальной панели «К Большой Евразии через сопряженность государств, бизнеса и людей», которую провели Евразийский банк развития (ЕАБР) совместно с Евразийской экономической комиссией (ЕЭК) в рамках Первого Евразийского конгресса. Модератором дискуссии выступил член Коллегии (министр) по торговле ЕЭК Андрей Слепнев.

 

Заместитель министра коммерции КНР Юй Цзяньхуа отметил особенности непростого времени пандемии. При этом Китай и страны ЕАЭС взаимно поставляют друг другу материалы медицинского назначения, обеспечивают цепочку поставок, а  также реализуют соглашение о сотрудничестве. Согласно новому 14-му пятилетнему плану, Китай со следующего года готов начать новый этап строительства открытой экономики. 

 

Представитель КНР озвучил несколько инициатив по сотрудничеству с ЕАЭС. Так, предлагается запустить технико-экономическое обоснование по Соглашению о зоне свободной торговли между странами ЕАЭС и Китаем. Такой формат нужен для развития экономик всех сторон, либерализации и укрепления мировой торговли и инвестиций. Важно также обеспечить бесперебойность экономической деятельности, углубить двусторонний диалог, усилить стыковку стандартов. Для этого необходимо в том числе использовать площадку Совместной комиссии по реализации соглашения между ЕАЭС и Китаем, внедрить меры по упрощению процедур международной торговли, развивать трансграничную электронную коммерцию и обеспечить бесперебойность поставок. 

 

Юй Цзяньхуа также озвучил необходимость повышения уровня взаимосвязи. Важно было бы продвигать строительство «зеленых» коридоров для грузов, повысить эффективность таможенного оформления в приграничных портах, совместно построить логистические и складские центры, «стальной караван евразийского континента» с активизацией строительства экономических коридоров, таких, как Новый евразийский мост.

 

Президент РСПП Александр Шохин  заметил, что в период кризисов бизнес особенно заинтересован в новых драйверах роста, снижении барьеров. Кризисные явления пандемии только усилили эту потребность. А роль региональных соглашений заметно выросла: участники таких объединений гораздо меньше пострадали из-за пандемии. В этом контексте следует рассматривать проект Большой Евразии, которая могла бы стать единым бесшовным пространством. Но для реализации инициативы и вовлеченности бизнеса нужны конкретные проекты. Для обмена идей и взаимодействия с бизнесом можно было бы создать Ассоциацию Большой Евразии, соответствующую цифровую платформу. Тогда Большое Евразийское партнерство будет не только брендом. Появится реальное содержание с прикладными интересами бизнеса. 

 

Постоянный представитель Российской Федерации при ЕС Владимир Чижов заметил, что совсем скоро можно ждать новую расстановку фигур среди мировых игроков. Это естественный процесс и вполне естественной является эволюция Большой Евразии в один из полюсов. При этом среди целей такого партнерства – формирование преференциальных режимов торговли, переход к новой системе валютно-финансовых отношений и, как следствие, обеспечение долгосрочного процветания. В этой связи введение односторонних протекционистских мер, создание барьеров – крайне негативны. 

 

Как отметил Антонио Фаллико, закрываться изнутри экономических макрорегионов, глядя на окружающих, как на смертельных конкурентов, было бы ошибкой. Такой выбор с торговыми и тарифными войнами, санкциями и другими методами нечестной, нерыночной конкуренции не обеспечит вывод всей экономической миросистемы из кризиса и не приведет к устойчивому развитию. «Успех одних приведет к провалам других, составив основу для новых конфликтов», – подчеркнул он. Более перспективным, по мнению Антонио Фаллико, представляется другой путь – поиска точек соприкосновения и сотрудничества между макрорегионами, чтобы вместе лучше преодолевать общего врага – санитарную и экономическую пандемию. «Евросоюз, ЕАЭС и зона свободной торговли Восточной Азии должны объединять свои усилия», – уверен профессор.

 

Посол Индии в России Д.Б. Венкатеш Варма считает, что концепция Большой Евразии далеко не нова и, если углубиться в века, это совершенно естественная связь и коридоры, которые формировались тысячелетиями. Поэтому Индия всегда поддерживала путь к интеграции и евразийскому партнерству, это отличная платформа для больших свершений с огромным потенциалом. Так, по его мнению, «соглашение между Индией и странами ЕАЭС позволит увеличить оборот до 15 млрд долларов, и это не предел. Это все часть одной большой картины. Мы видим возможности везде, стараемся быть членами разных организаций». 

Посол по особым поручениям МИД РФ Кирилл Барский, в свою очередь, отметил актуальность принципа евразийской солидарности, нацеленности на обеспечение социально-политической стабильности. Инициатива евразийского партнерства способна дать мощный импульс развития регионального сотрудничества. Пока создание Большой Евразии, конечно, только идея, отметил Барский. Но ее реализация вполне реальна, может показать некий образ будущего и создать позитивную повестку, в которой сейчас так все нуждаются. 

 

Председатель Агентства по стратегическому планированию и реформам Республики Казахстан, управляющий Международного финансового центра «Астана» Кайрат Келимбетов считает, что Центральная Азия сегодня – это во многом инфраструктура. В том числе это платформа взаимосвязанностей: многие из стран не имеют выхода к морю, но при этом, по расчетам BCG, это очень большой рынок, емкостью свыше 100 млн человек. Поэтому очень важна взаимосвязанность и различные платформенные решения. 

 

Подводя итог дискуссии, министр по торговле ЕЭК Андрей Слепнев отметил, что сегодня в мире осталось не так много инструментов и драйверов развития: инструменты бюджетного стимулирования практически исчерпаны, дальнейшее применение монетарных методов выглядит почти нереальным, а оснований предвидеть взрывной рост торговли в нынешних условиях тоже немного. «Сегодняшняя дискуссия показывает, что этот глобальный драйвер находится у нас прямо перед глазами – это наш огромный континент, тот потенциал, который может быть раскрыт через связанность, через трансъевразийские коридоры, проекты и общую повестку развития в сфере цифровизации и вопросов климата», – заявил министр.

Убрали клешни: конфликт с Китаем грозит ударом по экономике Австралии | Статьи

Напряженность в отношениях Китая и Австралии, которая активно нарастала в течение последних месяцев, грозит вылиться в новую торговую войну с участием Пекина. Уже в пятницу, 6 ноября, власти КНР могут объявить о том, что запрещают ввоз ряда австралийских товаров, в том числе угля, лобстеров и вина — суммарная стоимость этого экспорта оценивается примерно в $6 млрд в год. Поводом для столь резких мер стали явно антикитайская политика, которой Канберра придерживается в ситуации с эпидемией коронавируса, и попытки Австралии противостоять политической и технологической активности КНР. Подробности — в материале «Известий».

Запрет на $6 млрд

Политическое и идеологическое противостояние двух крупнейших держав в Азиатско-Тихоокеанском регионе — Китая и Австралии — подошло к опасному болезненными экономическими последствиями рубежу. Уже в пятницу, 6 ноября, Пекин может официально объявить о введении запрета на экспорт австралийских товаров в семи категориях.

Первым о возможных торговых ограничениях со стороны КНР сообщило агентство деловой информации Bloomberg со ссылкой на осведомленные источники. По его данным, власти Поднебесной запретили китайским торговым компаниям приобретать у австралийцев уголь, ячмень, медную руду и концентрат, сахар, древесину, а также вино и лобстеров. Соответствующее указание было в устном виде доведено до всех крупных трейдеров, а официально о запрете может быть объявлено 7 ноября. Крупнейшей по стоимости экспортной статьи — для Австралии это железная руда — ограничения коснуться не должны. Однако стоимость рискующей попасть под запрет продукции всё равно внушительная — порядка $6 млрд в год.

Сбор сахарного тростника в Австралии

Фото: Global Look Press/Peter Skinner/Danita Delimont

Чуть позже полуофициальное подтверждение планируемых санкций пришло от Global Times — подконтрольного Китайской компартии англоязычного издания, которое нередко используется Пекином для отправки «месседжей» иностранным акторам. В опубликованном в среду вечером материале, посвященном участию австралийского посла в Пекине в международной импортной выставке в Шанхае, газета пишет о том, что этот визит состоится «после того, как Китай приостановил допуск семи категорий австралийских товаров на свой рынок».

Своеобразную «артиллерийскую подготовку» перед нанесением этого мощного удара по торговым отношениям с Австралией Китай, собственно, уже провел. На таможне, например, «зависли» несколько партий живых лобстеров, введен запрет на импорт продукции с нескольких австралийских скотобоен, на ячмень введены повышенные заградительные пошлины в размере 80%, а древесину из штата Квисленд в Поднебесную перестали пускать из-за якобы обнаруженных в ней опасных насекомых. В отношении поставляемого из Австралии вина ведется антидемпинговое расследование — в Пекине допускают, что продукция экспортируется по цене ниже цены производства лишь с целью сохранения доли рынка.

«Отношения в свободном падении»

Частично смягчить удар от потенциальных торговых рестрикций со стороны КНР поможет коронавирус — международная торговля и так сократилась. Впрочем, когда — и если — ситуация вернется на круги своя, объем потенциальных потерь для австралийских поставщиков может достичь колоссальной суммы — по данным Perth USAsia Centre, это порядка $19 млрд в год. Это неудивительно — Китай, по ряду причин, в том числе географических, является крупнейшим импортером австралийской продукции и услуг. Например, только в сфере туризма посетители из Поднебесной вносят в австралийский ВВП $16,3 млрд в год, в сфере образования — еще $12,1 млрд. Стоимость поставок австралийской сельскохозяйственной продукции в Китай в 2018–2019 годах составила $11,3 млрд.

Австралийская экономика сейчас переживает первый за последние 30 лет период рецессии. На этом фоне Резервный банк Австралии снизил ключевую ставку рефинансирования до исторически низкого уровня — 0,10%. Кроме того, регулятор объявил о запуске программы дополнительного выкупа государственных облигаций на общую сумму около $74 млрд. В свете сложившейся ситуации китайские запреты для правительства Моррисона будут совершенно некстати.

Фото: Global Look Press/Andre M. Chang/ZUMAPRESS

Распоряжение о запрете на ввоз товаров из Австралии — это признак «драматического ухудшения в отношениях, напряженность в которых ощущалась с 2018 года, когда Австралия по соображениям национальной безопасности запретила компании Huawei Technologies строить свою сеть 5G», отмечает Bloomberg. «После того как в апреле этого года правительство премьер-министра Скотта Моррисона призвало провести независимое расследование для установления источников распространения коронавируса, отношения (двух стран) находятся в свободном падении», — пишет агентство.

По мнению Ричарда Макгрегора, ведущего научного сотрудника базирующегося в Сиднее аналитического Института Лоуи, «Китай, видимо, полон решимости наказать Австралию, сделав ее примером для других стран». Как полагает специалист, Пекин стремится «продемонстрировать, что за политическое несогласие придется платить».

На фоне растущего недовольства

Тех позиций, по которым Канберра пытается критиковать Пекин, насчитывается немало. Помимо предположений о якобы умышленном распространении COVID-19 Китаем, Австралия активно осуждает отношение к мусульманскому меньшинству в КНР и ограничению свобод в Гонконге. С теми же репликами, к слову, активно выступали и США — участник пока не затухающего торгового конфликта с Китаем. Кому из противостоящих Пекину в этой глобальной игре геополитических соперников приходится и будет приходиться тяжелее — Соединенным Штатам или Зеленому континенту, — вопрос открытый.

Специалисты также указывают на то, что нынешний разлад в отношениях между Австралией и Китаем отличается от предыдущих случаев «недопонимания» между двумя странами. «Несмотря на то что противостояние Китая с Австралией разыгрывается по уже хорошо знакомому сценарию, оно свидетельствует об эскалации уже существовавших трений за счет своей интенсивности, направленности и сочетания политики дезинформации и экономического принуждения», — отмечал Эшли Тауншенд, директор отдела внешней политики и обороны Центра американских исследований при Университете Сиднея.

Фото: Global Look Press/Li Ziheng/XinHua

Говоря о кампании взаимной критики, начавшейся на фоне утверждений Запада о якобы умышленной и противоправной деятельности Китая по распространению коронавируса, эксперт указывал, что «в этом случае Китай, возможно, переусердствовал, однако конфронтация с ним осложняет для Австралии проведение своей политики и дает важный урок того, как Канберра, Вашингтон и другие державы должны противодействовать аналогичной тактике в будущем».

Одним из инструментов сдерживания Китая, очевидно, призван стать обсуждающийся сейчас в Австралии законопроект об ограничении иностранного вмешательства и влияния на внутренние дела страны. Документ, в частности, предполагает наделение федерального правительства полномочиями для проведения оценки тех соглашений, которые австралийские общественные организации, в том числе высшие учебные заведения, заключают с иностранными партнерами. Сейчас порядка 10% студентов австралийских университетов — это этнические китайцы (из КНР, с Тайваня и других регионов). Правда, если в Канберре захотят несколько проредить их ряды, бюджеты вузов могут недосчитаться солидной доли своих поступлений.

Ухудшение отношений между двумя странами не могло не сказаться и на том, как к Китаю и его лидерам относятся обычные австралийцы. Так, согласно результатам опроса Pew Global Attitudes за 2020 год, 81% жителей Зеленого континента в целом неодобрительно относятся к Китаю — притом что годом ранее их доля составляла 57%, а в 2017-м — 32%. Австралийцы также негативно оценивают и не испытывают доверия к председателю КНР Си Цзиньпину — о таком отношении заявили 79% респондентов, хотя в предыдущие годы цифры были скромнее, отмечает The Diplomat.

«Забыть о гордыне»

Понятно, что перспектива лишиться крайне емкого китайского рынка не может не волновать австралийских производителей. Например, Национальная федерация фермеров заявила о том, что «остается обеспокоена реальными и предполагаемыми перебоями в торговле продукцией аграрного сектора с Китаем» — на КНР приходится 28% всего сельскохозяйственного экспорта страны. Как отметил президент федерации Тони Махар, «крайне важно, чтобы австралийско-китайские отношения продолжали развиваться в позитивном ключе, на основе взаимной выгоды и уважения», пишет The Guardian. Махар также призвал правительство продолжить искать возможности для диалога с китайской стороной.

Зерновой терминал в Австралии

Фото: Global Look Press/Paul Mayall/imagebroker

Глава австралийского минторга Саймон Бирмингем утверждает, что Канберра «оставляет дверь открытой для уважительного диалога с Китаем на министерском уровне». Впрочем, отсутствие конкретных подвижек на этом направлении дает оппозиции железобетонный повод для критики в адрес кабинета министров и его руководителя, лидера Либеральной партии Моррисона: они, дескать, приносят интересы бизнеса и обычных граждан в жертву своим политическим амбициям. «Какой еще ущерб должен быть нанесен нашей экономике до тех пор, пока Скотт Моррисон не признает свои ошибки, забудет о своей гордыне и с должным рвением займется налаживанием отношений с нашим крупнейшим торговым партнером», — недоумевает член нижней палаты австралийского парламента, функционер оппозиционной Лейбористской партии Джоел Фитцбон.

Идеологические разногласия с Китаем есть у многих стран, но для Австралии этот конфликт политических интересов может нанести болезненный удар по экономике. Далеко не ясно, готовы ли к нему адаптироваться австралийские производители и экспортеры и смогут ли они, с учетом особенностей географического расположения страны, найти адекватную альтернативу китайскому рынку. Впрочем, не факт, что и сам Китай сможет оперативно заполнить освободившуюся рыночную нишу. Однако идеологические соображения, которыми руководствуются политики, в случае Китая вполне могут взять верх над экономическими расчетами.

Китай и Юго-Восточная Азия по JSTOR

Информация о журнале

Академия политических наук опубликовала 150 выпусков Известий Академии политических наук. Политология как серия с 1910 по 1991 год. В рамках государственной службы Академии каждые полгода проводились собрания для исследования политических, экономических и социальных вопросов. В этих встречах участвовали признанные ученые, а также официальные лица, которые представили доклады по теме, включенной в повестку дня.Многие статьи опубликованы в Сборнике трудов.

Информация об издателе

Академия политических наук — это беспартийная некоммерческая организация, основанная в 1880 году с тройной миссией: (1) внести свой вклад в научный экзамен политических институтов, процессов и государственной политики (2) для обогащения политических обсуждать и направлять лучшие исследования в области социальных наук в понятном путь к политическим лидерам для использования в выработке государственной политики и процессе управления, и (3) просвещать широкую публику, чтобы они стали информировали избирателей о демократическом процессе.Основные средства достижения эти цели — его журнал, Ежеквартальный вестник политических наук, Академия. конференций, а также публикацию трудов или симпозиумов, основанных на конференции презентации. Престиж и авторитет Академии таковы, что государственные деятели и ученые всех политических убеждений зарегистрировались в качестве членов, участвовали на своих конференциях и способствовал его публикациям. Бывшие президенты Джеральд Форд, Джимми Картер, Рональд Рейган и Джордж Буш — почетные члены Академия.Для получения информации об институциональных подписках, индивидуальном членстве, назад вопросы, перепечатки, разрешения или отправка рукописей обращайтесь в Академию политологии. Эта информация также доступна на http://www.psqonline.org/.

Африка: торговля Китая с континентом выросла до рекордных отметок

По данным Министерства торговли Китая, торговля между Китаем и Африкой увеличилась на 40,5 процента в годовом исчислении за первые семь месяцев 2021 года и была оценена на рекордно высоком уровне в 139 долларов США.1000000000. В министерстве отметили, что африканские товары все чаще получают признание на китайском рынке, и что импорт из Африки в Китай увеличился на 46,3% в период с января по июль 2021 года. Кроме того, импорт сельскохозяйственной продукции, такой как каучук, хлопок и кофе, из Африки в Китай увеличился вдвое по сравнению с первыми семью месяцами 2020 года. Данные министерства также показали, что за последние 20 лет товарооборот Китая с Африкой вырос в 20 раз, показывая, что Китай является крупнейшим двусторонним торговым партнером Африки.

Недавний отчет Economist Corporate Network при поддержке Baker McKenzie и Silk Road Associates, BRI Beyond 2020 (отчет экономиста), показал, что такое укрепление торговых связей отчасти является результатом благоприятных финансовых стимулов, предлагаемых Китаем африканским юрисдикциям. Согласно отчету Economist, 33 из беднейших юрисдикций в Африке экспортируют 97% своего экспорта в Китай без тарифов и таможенных пошлин. В этом отчете отмечается, что двусторонняя торговля по-прежнему в значительной степени зависит от импорта Китаем природных ресурсов Африки.Однако в последние годы Китай увеличил импорт продукции обрабатывающей промышленности из стран с более диверсифицированной экономикой, таких как Южная Африка.

Отчет Baker McKenzie для Oxford Economics — AfCFTA: возможность на три триллиона долларов (отчет AfCFTA) — показал, что более трех четвертей африканского экспорта в остальной мир по-прежнему в значительной степени ориентированы на природные ресурсы, но это на импорт, на промышленные товары приходилось более половины общего объема импорта в африканские юрисдикции.Наиболее важными поставщиками промышленных товаров из Африки были Европа (35%), Китай (16%) и остальные страны Азии, включая Индию (14%).

Сильная зависимость Африки от иностранных юрисдикций в отношении своих промышленных товаров показывает, что для полного успеха внутрирегиональной торговли в рамках Африканской континентальной зоны свободной торговли (AfCFTA) большее количество юрисдикций в регионе должны развивать свои производственные базы и уменьшать свою зависимость от природных ресурсов. Таким образом, надежная транспортная инфраструктура жизненно важна для бизнеса в Африке, чтобы иметь возможность наращивать производство для регионального экспорта.Континенту также необходимо удвоить усилия, чтобы обеспечить наличие достаточного количества воды и электричества. Дополнительные инвестиции в коммунальную инфраструктуру будут иметь дополнительное преимущество в виде стимулирования иностранных компаний к созданию производственных мощностей на континенте.

Чтобы помочь Африке удовлетворить эти огромные потребности в инфраструктуре, Китай за последние несколько лет предоставил значительный капитал для ключевых инфраструктурных проектов в Африке. Еще один отчет Baker McKenzie — Новая динамика: изменение моделей финансирования инфраструктуры в Африке (отчет по инфраструктуре) — показал, что кредитование китайскими банками энергетических и инфраструктурных проектов в странах Африки к югу от Сахары немного увеличилось в 2020 году, несмотря на пандемию, хотя стоимость сделок были значительно ниже своего пика 2017 года.В 2017 году китайские банки предоставили ссуды на африканские инфраструктурные проекты на 11 млрд долларов США, которые сократились до 4,5 млрд долларов США в 2018 году, 2,8 млрд долларов США в 2019 году и 3,3 млрд долларов США в 2020 году. инфраструктурные сделки из Китая, хотя они до сих пор остаются крупнейшими инвесторами в регионе. В краткосрочной перспективе в отчете отмечается, что ожидается более целевое кредитование из Китая.

Кроме того, в отчете Economist указано, что политические и политические обязательства между Китаем и Африкой за последние годы усилились и расширились по своему охвату.Во время Форума китайско-африканского сотрудничества 2018 года, официального форума между Китаем и всеми государствами Африки, председатель КНР Си предложил странам восемь основных областей сотрудничества: продвижение промышленности, подключение производственных мощностей, содействие торговле, зеленое развитие, наращивание потенциала, здравоохранение и гигиена, гуманитарные обмены, мир и безопасность. Китайские компании недавно поддержали строительство трех основных экономических зон в Африке к югу от Сахары, включая Замбию-Китайскую зону экономического и торгового сотрудничества, Восточную промышленную зону в Эфиопии и китайско-нигерийскую зону свободной торговли.Такие инвестиции помогают создавать рабочие места, развивать местную промышленность и способствовать торговле.

Однако по мере того, как Африка снижает свою чрезмерную зависимость от природных ресурсов и увеличивает производственные мощности, она также должна обеспечивать устойчивое развитие других отраслей. С этой целью в отчете Economist рассказывается о том, как Китай и Африка договорились работать вместе над повышением способности Африки к зеленому, низкоуглеродному и устойчивому развитию и развернуть более 50 проектов по чистой энергии, защите дикой природы и окружающей среде. сельское хозяйство и низкоуглеродное развитие.Ожидается, что торговля экологически чистыми товарами и услугами также принесет пользу африканскому континенту в будущие годы.

Успешная региональная торговля в рамках AfCFTA соединит более богатые и бедные страны региона, будет способствовать росту производственно-сбытовых цепочек и заложит основу для увеличения международной торговли в этом процессе. Ожидается, что по мере закрепления свободной торговли в рамках АфКЗСТ существующие прочные торговые связи, которые африканские юрисдикции уже поддерживают с Китаем и другими основными торговыми партнерами континента, будут и дальше укрепляться

восточноазиатских исследований 199.Китай и Африканский континент

В то время как Африка сталкивается с серьезными проблемами, «пекинская модель» предлагает интригующие альтернативные взгляды на неэффективные проекты традиционных иностранных игроков в регионе. Переходя от китайских фермерских хозяйств в Мозамбике к государственным медным рудникам в Замбии, военным базам в Восточной Африке и штаб-квартире Организации Объединенных Наций, этот семинар критически оценивает потенциал присутствия Китая в преобразовании Африки к югу от Сахары. После определения интеллектуальных ставок (неделя 1) и обсуждения анекдотических наблюдений на низовом уровне (неделя 2) класс занимается традиционной помощью в целях развития, наряду с маоистскими попытками революционизировать «мировую сельскую местность», что приводит к таким наследствам, как Партизан, прошедший подготовку в Китае, исполняющий обязанности президента Зимбабве.Затем мы обсуждаем текущее влияние Пекина, включая его влияние на политику элит, интересы китайского государственного и частного бизнеса, а также разнообразие одного миллиона китайских мигрантов в Африке. Четыре сессии специализируются на (1) добыче ресурсов и возможностях развития человеческого капитала (2) долговых ловушках западного и восточного происхождения (3) возникающей напряженности по поводу политики в области прав человека (4) и военном измерении, включая роль Китая в поддержании мира. Операции. Наконец, курс посвящен тому, как китайское присутствие может преобразовать устоявшиеся многосторонние институты, а также проблемы, связанные с миграцией африканцев в Китай.Исследования в области социальных наук будут читаться вместе с журналистскими отчетами и первичными документами, такими как просочившиеся дипломатические телеграммы и стратегические документы. Станет ли Африка «вторым континентом Пекина» неоколониального или подчиненного типа? Какие обещания дает африканцам китайская модель? Как партнеры на обоих континентах реагируют на переживания разочарования и отступления? Задания предназначены для обучения студентов работе с государственной политикой и требуют тесного группового сотрудничества.

сайт курса

Большой континент Чань: Китай в западном сознании

Профессор Спенс описан на обложке этой книги как «возможно, теперь ведущий историк Китая в англоязычном мире».Без сомнения, он самый творческий и разносторонний ученый, работающий в этой области. Врата небесного покоя , впервые опубликованная в 1981 году, представляет собой историю современного Китая, увиденную через жизни китайских писателей и интеллектуалов. Китайский Сын Бога , появившийся три года назад, рассказал — в драматическом настоящем времени — «историю столь же странную, как любая другая в истории Китая», — жизнь Хун Сюцюаня, лидера восстания тайпинов. Теперь Спенс направил свои таланты в другую область и написал обзор западных взглядов на Китай от Вильгельма Рубрука, первого жителя Запада, пересекшего Азию и предоставившего надежный источник информации о Китае, до Жана Леви, чей Номер , опубликованный во Франции в 1985 году, был рассказом о жизни Цинь Ши Хуанди, Первого императора, и в то же время аллегорией бесчинств правителей страны на протяжении всей истории.

Великий континент Чана — это в высшей степени удобочитаемая книга, которая не требует особого внимания. Он возник в результате серии семинаров, а затем программы лекций, которые автор прочитал студентам и широкой публике в Йельском университете в 1996 году, и это обеспечивает его доступность для широкой аудитории. Он написан в увлекательном стиле и иллюстрирован яркими отрывками из текстов, некоторые из которых забавны, другие трогательны. Он цитирует шутливое восхваление Голдсмита, написанное в стиле китайского литератора.Он рассказывает о сюжете романа Джека Лондона «Чинаго» и включает в себя часть истории, в которой герой А Чо приговорен к двадцати годам каторги, а затем приговорен к гильотине в результате действия правовой системы, которую он не понимал, и за преступление, которое он не совершал.

Ценной особенностью книги является то, что она представляет собой превосходное резюме недавних исследований выдающихся авторов ранних взглядов на Китай, таких как Лейбниц и Монтескье, и современных авторов, внесших вклад в эту тему, таких как Эзра Паунд, Андре Мальро и Бертольд. Брехт.Некоторые из этих писателей ранее обсуждались П.Дж.Маршаллом и Глиндуром Уильямсом в книге Великая карта человечества: британское восприятие мира в эпоху просветителей года и Колином Маккеррасом в книге Western Images of China . Однако профессор Спенс включает в себя ряд американских и французских писателей, чьи работы менее известны в этом контексте.

Ядро книги — обсуждение 48 писателей, чьи размышления о Китае разделены на двенадцать тем.Их тексты описаны как «наблюдения» — термин, который Спенс признает двусмысленным, может означать мимолетную или прерывистую встречу, процесс определения дальности или даже устаревший игровой термин для жульничества в кости. Он нигде не дает убедительного оправдания своего выбора писателей, который включает в себя некоторые идиосинкразические выборы и некоторые заметные упущения. В главе о Просвещении не упоминается Дени Дидро, чья передовая статья в энциклопедии , PHILOSOPHIE DES CHINOIS, содержала мощную критику китайской религии и философии.Девятнадцатый век — несомненно, ключевой век в формировании западных взглядов — плохо обслуживается. Сильным кандидатом на включение в этот контекст был бы Джордж Уингроув Кук, первый специальный корреспондент газеты The Times по Китаю, чей репортаж о войне Arrow и личности Е Минчэня, генерал-губернатора Гуандуна и Гуанси, которого он сопровождал в изгнании в Индию, предоставил самый непосредственный и авторитетный отчет о событиях в Китае, который еще не появился в западных СМИ.Глава, посвященная женщинам-наблюдателям (о которых будет рассказано позже), остановилась на 1900 году и не упомянула ключевых фигур, таких как Агнес Смедли и Анна Луиза Стронг, чей вклад в изменение американских взглядов на китайский коммунизм был сопоставим с вкладом Эдгара Сноу, чей Красная звезда над Китаем обсуждается подробно.

Примечательной особенностью книги является нежелание профессора Спенса включить теоретический аспект в свое обсуждение. Имена Саид и Фуко не упоминаются, равно как и не предпринимается попыток деконструкции текстов.В главе, озаглавленной «Реалистические путешествия», Спенс отмечает, что «Джордж Энсон олицетворяет новую напористую сторону экспансионистской Великобритании», и связывает это с мрачными комментариями Энсона (или, возможно, его секретаря) по поводу приема, оказанного ему в Кантоне. Но это все, что он позволяет своим теоретическим выводам. Критика Ансоном Китая рассматривается как начало серьезного изменения взглядов Запада на Китай. Различные причины, которые были выдвинуты для объяснения этого изменения отношения, были рассмотрены в работе Маршалла и Уильямса, , Великая карта человечества, , но Спенс не расширяет этот анализ.Отсутствие какой-либо теоретической основы может быть оправдано предположениями, касающимися ожидаемой читательской аудитории книги, или оно может происходить из того, что Спенс определил как свою цель: « дать смысл множеству интеллектуальных и эмоциональных установок, которые привносят жители Запада ». их попыткам разобраться с феноменом Китая ». Это утверждение может означать, что реакция Запада на Китай настолько разнообразна, что никакое общее объяснение, например теория власти / знания Фуко, не может быть подходящей.Это может быть правдой, но неспособность рассмотреть этот случай предполагает, что эта книга предназначена больше для стимулирования дискуссии, чем для дальнейшего изучения сложной проблемы.

Хотя профессор Спенс говорит о «множественности интеллектуальных и эмоциональных подходов», которые следует учитывать, диапазон взглядов, рассмотренных в книге, довольно узок, например, мало внимания уделяется эволюции западных представлений о культурных достижениях Китая в области искусства. . В разделе, посвященном Эзре Паунду, упоминается его восхищение танским поэтом Ли Бо.Это восхищение было современным явлением. Дж. Ф. Дэвис в своей пионерской работе по китайской поэзии, опубликованной в 1834 году, отмечал, что китайская литература получила «равнодушный прием на Западе». Подобную революцию в восприятии можно проследить в реакции на другие литературные формы и, в частности, на китайский роман, на китайский орнамент и, возможно, в первую очередь на китайскую живопись. В 1858 году в заметке о предстоящей выставке китайского искусства, которая должна была состояться в Лондоне, отмечалось, что «все в Китае кажется причудливым, странным и безумно комичным.Полвека спустя, когда Герберт А. Джайлс опубликовал Введение в историю китайского изобразительного искусства , он заявил, что это была первая попытка на любом европейском языке затронуть эту тему. В настоящее время уважение к китайскому искусству подтверждается ценами, которые выставляются на аукционе важными произведениями искусства, и тем, что китайское искусство и артефакты занимают видное место в ведущих музеях и художественных галереях.

Эта узость подхода также очевидна в отсутствии упоминания о широком спектре менее интеллектуальных стимулов, которые пришли из Китая и затронули европейские умы.Вильгельм Рубрук цитируется о китайском использовании пульса в диагностике, но это единственное упоминание о китайской медицине, которую в девятнадцатом веке порочили, но которая теперь занимает почетное место в списке альтернативных методов лечения, что наиболее заметно. в виде акупунктуры. Было убедительно предположено, что наиболее часто перепечатываемый перевод любой китайской работы — это Ицзин или Книга Перемен. Лейбниц рассматривает эту работу, но игнорирует ее современное использование для гадания, полагая, что это квинтэссенция восточной мудрости.Точно так же не упоминается нынешняя озабоченность Запада фэншуй, , духами ветра и воды, искусством геомантии.

В начале книги профессор Спенс комментирует, что это «мое предположение, что влияние Китая должно иметь мало общего с буквальностью или точностью реального опыта». Это предположение позволяет ему включить в свой круг писателей большинство, никогда не посещавших Китай. Несомненно, что восприятие другой культуры, выраженное на расстоянии, может иметь большое значение.Жан-Батист дю Гальд составил свое «Описание китайской империи » на основе отчетов иезуитов, отправленных в Европу. Его работа должна была стать основным справочным материалом для Вольтера и доктора Джонсона, и ее можно было найти в библиотеке лорда Макартни. Профессор Спенс подробно обсуждает роман Андре Мальро « Судьба человека », действие которого происходит в Шанхае и Ханькоу, и подробно описывает революционную борьбу, которая происходила там в 1927 году. Мальро, скорее всего, никогда не бывал в Китае, хотя и провел время на юго-востоке страны. Азия.Тем не менее, по словам Спенса, он был первым писателем, который привлек внимание широких и популярных читателей к этим революционным движениям. Однако следует допустить, что в наше время наиболее последовательные и влиятельные презентации Китая исходили от тех, кто имел непосредственный опыт в этой стране. В «Руках Старого Китая» девятнадцатого века жители Запада, проведшие годы на побережье Китая и, в частности, выучившие китайский язык, — люди, которых Джордж Уингроув Кук описал как «двадцатилетние люди, живущие в стране и говорящие». -the-language-men », которые заявляли о превосходном знании характера китайцев.В этом веке появился китайский эксперт, китаевед или наблюдатель за Китаем. Именно их взгляды, по крайней мере, на определенном уровне, учитываются и формируют западное восприятие Китая. Работы воображения действительно кое-что говорят нам о том, что Китай значит для западных умов, но в современном мире с улучшенными коммуникациями и множеством источников информации воображение может вступать в противоречие с фактами или тем, что принимается за факт. Проблема оценки источника, занимающая центральное место в искусстве историка, в данном исследовании рассматривается лишь частично.Это сложный вопрос, который включает не только личность, опыт и намерения писателя — вопросы, которые обсуждаются в книге, — но также преднамеренное или случайное манипулирование мнением писателя, тема, обсуждаемая Полом Холландером, Политические паломники: путешествия западных интеллектуалов в Советский Союз, Китай и Кубу , впервые опубликовано в 1981 году.

Приветствуется включение в список тем, исследуемых Спенс, «Женщины-наблюдатели».Как предлагалось выше, выбор обсуждаемых писателей может быть поставлен под сомнение, но нельзя отрицать ценность изучения взглядов западных женщин. Эта задача была рассмотрена более подробно Элизабет Кролл в книге « Мудрые дочери из чужих земель: европейские писательницы в Китае, , 1989». И Кролл, и Спенс обсуждают наблюдения Сары Пайк Конгер, жены американского министра в Пекине в то время. восстания боксеров. Их резюме показывают, насколько широко могут различаться интерпретации этого типа материалов.Они согласны с тем, что женский писательский труд о Китае вызывает особый интерес к внутренней жизни. Однако главная мысль Спенс, вытекающая из письма Конгера в 1899 году, состоит в том, что она оплакивает «систему», которая не позволяет китайцу идти на помощь другому. Спенс сравнивает ее размышления с пессимистическим взглядом Монтескье на китайское общество. Кролл, однако, сосредотачивается на жизни Конгер после осады пекинской дипломатической миссии, отмечая, как она получила доступ к китайским домам и узнала кое-что из домашней жизни китаянок и уважения к пожилым людям.

Великий континент Чань содержит несколько наводящих на размышления сборников текстов, возможно, не больше тех, что включены под заголовком «Французская экзотика». Спенс определяет это как проистекающее из четырех основных элементов: понимание китайских деликатесов, которые стали основой новой эстетики; осознание китайской чувственности; ощущение китайского насилия и варварства; и представление о Китае как о царстве меланхолии. Затем он исследует тему через ссылки на Китай в произведениях Проспера Жикеля, Гюстава Флобера, Пьера Лоти, Поля Клоделя и Виктора Сегалена.Место Жикеля в этом списке можно спросить. Жикель был французским офицером, который сражался на стороне империи на завершающей стадии восстания тайпинов и вел дневник, в котором записывал свои переживания. В своих наблюдениях Спенс обнаружил «все элементы зарождающейся китайской экзотики», хотя они «все еще представлены в сырой, непереваренной форме». Однако чтение дневника Жикеля мало что может подтвердить это утверждение. Его описания китайского насилия и варварства лучше охарактеризовать как лаконичные.Однажды, отметив, что дорога, по которой он ехал, была отличной и вымощенной, он затем добавил, что на ней лежало более двух тысяч частично расчлененных и наполовину сожженных трупов, «источающих невыносимый запах». Его представление о Китае почти не вызывает меланхолии, его главные заботы — продвижение французских интересов и его собственная карьера. Впоследствии он стал директором арсенала Фучжоу, где инициировал учебные программы для китайских инженеров, которые отличались практичностью и эффективностью.

В главе «Американская экзотика» есть краткий, но интересный раздел о Д.У. Фильм Гриффита Broken Blossoms . Единственная другая ссылка на визуальное представление Китая — это иллюстрация, используемая для пылевого покрова, деталь гобелена восемнадцатого века, изображающая императора в его путешествиях. Визуальные изображения Китая и китайцев, либо сфабрикованные жителями Запада, либо выбранные ими из китайского населения для представления Китая, сыграли важную роль в закреплении образа Китая в глазах Запада.В восемнадцатом веке они часто продвигали идеализированное видение Китая.В девятнадцатом веке поток пренебрежительных картинок и карикатур, например, на страницах Punch , ярче слов выражал пренебрежение, которым теперь подвергались китайцы. Это пренебрежение продолжалось до двадцатого века и сохранялось в популистских формах, например, на иллюстрации, которую можно найти в издании Everyman издания Робинзона Крузо , где унизительное описание пищевых привычек китайца сопровождается столь же унизительной иллюстрацией. .

Пол А. Коэн в книге « Открывая историю в Китае, » исследовал некоторые аспекты американских исторических писаний о недавнем китайском прошлом. Он отметил, что каждая из трех парадигм, которые он изучал, разделяет общую тему: высокая степень ориентации на Запад. Книга профессора Спенса, в силу своего предмета, естественно, демонстрирует ту же характеристику. Затем Коэн утверждал, что это «западно-центрированность», которая лишает Китай его автономии и делает его интеллектуальным владением Запада.Его утверждение полностью подтверждается текстами и темами, исследованными в книге The Chan’s Great Continent . Многие из них были написаны для косвенной атаки на западное общество или для утверждения превосходства западной культуры и нравов над китайскими.

В более раннем эссе «Западное восприятие Китая с конца шестнадцатого века до наших дней», опубликованном в издании Пола С. Роппа, Наследие Китая , 1990, профессор Спенс пришел к выводу, что этого недостаточно, чтобы рассматривать Большинство западных представлений о Китае как о «отражении исключительно предубеждений в западной культуре или покровительственного и эксплуататорского отношения к восточным цивилизациям», — мнение, которое он приписал Эдварду Саиду.Он утверждал, что за последние четыреста лет в описании Китая было так много поворотов и поворотов, что нельзя допускать столь широких обобщений. Вместо этого он предположил, что «чем более размытым и многогранным становится наше восприятие Китая, тем ближе мы можем быть к самой неуловимой вещи: правде». Великий континент Чань является развитием этого утверждения. Приближает ли это нас к «истине» — вопрос общественного мнения.

Китайские инвестиции в Африку не купят молчание континента — Дипломат

Дебаты | Мнение

«Среди широкой публики в Африке сцены дискриминации в Гуанчжоу вызвали ярость такого масштаба, который я раньше не видел.”

Реклама

Пандемия COVID-19 временами выявляла лучшее в человечестве; в других он выявил наши недостатки. Сравните, например, массовое пожертвование Китаем оборудования для борьбы с COVID-19 в Африку и жестокое обращение, с которым африканские мигранты недавно столкнулись в городе Гуанчжоу на юге Китая.

Кадры из социальных сетей показали, что предполагаемых носителей коронавируса насильно выселяют из отелей и жилых помещений и заставляют спать на улице.В одном ролике был показан ресторан, в который, по всей видимости, не входили чернокожие.

С инцидентами власти оперативно «разобрались». Китай заявил, что он «не терпит дискриминации» и работает с местными властями над «улучшением их методов работы», одновременно прилагая усилия по дискредитации отчетов. Лидеры Африки, похоже, приняли это объяснение.

Но среди широкой публики в Африке сцены из Гуанчжоу вызвали ярость такого масштаба, который я раньше не видел по этому поводу.И люди злятся не только на расизм, но и на то, что они считают фундаментальным дисбалансом в этих якобы уютных отношениях.

Нетрудно догадаться, почему африканские правительства применяют осторожную дипломатию в своих отношениях с Пекином. Китай является крупнейшей страной-кредитором на континенте, и деловые связи его проекта «Один пояс, один путь» простираются от Судана до Южной Африки. Но в данном случае эти правительства, к сожалению, не соответствуют своим обязательствам в области прав человека и своему народу.

Вам понравилась эта статья? Щелкните здесь, чтобы подписаться на полный доступ. Всего 5 долларов в месяц.

Ответы африканских лидеров были робкими или, что еще хуже, звучали как попытка извиниться от имени Китая. Южная Африка заявила, что эти инциденты «несовместимы с прекрасными отношениями, которые существуют между Китаем и Африкой», в то время как нигерийский министр заявил, что действия полиции Гуанчжоу оправданы. Его комментарии впоследствии были опубликованы в китайских СМИ как «доказательство» того, что Китай не сделал ничего плохого.

Тем не менее, растет понимание того, что эти инциденты нельзя так просто игнорировать. На прошлой неделе посольство Китая в Зимбабве заявило, что «делать сенсацию отдельными инцидентами вредно». Но в расизме и дискриминации африканских граждан в Китае нет ничего нового. Напротив, основная причина возмущения африканцев заключается в том, что эти грубые кадры из социальных сетей из Гуанчжоу раскрывают историю системной ксенофобии.

Diplomat Brief

Еженедельный информационный бюллетень
N

Получите краткую информацию об истории недели и разработке историй для просмотра в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Получить информационный бюллетень

Китаю нравится утверждать, что отношения с африканскими государствами являются «беспроигрышными», поскольку Пекин предоставляет инфраструктуру, технологии и возможности в обмен на доступ к природным ресурсам.

Реклама

Но те, кого выселили из домов в Гуанчжоу, а затем бросили их собственные правительства, явно не в выигрыше, когда дипломатические отношения важнее прав человека. Похоже, что молчание африканских лидеров о нарушениях в отношении их людей в Китае — это цена, которую они готовы платить за продолжающееся финансирование бизнеса и медицинскую помощь.

И это молчание простирается за пределы Гуанчжоу. Точно так же, как ни одна африканская страна не критиковала Китай публично за нарушения прав человека и злоупотребления, которые, как мы знаем, он совершает в отношении этнических меньшинств в Синьцзяне, Пекину также было позволено ущемлять права африканцев, когда он вел дела на континенте.

В Amnesty International мы задокументировали человеческие жертвы китайской добычи полезных ископаемых в Мозамбике и Центральноафриканской Республике, а также роль Китая в цепочках поставок кобальта, добываемого детьми и взрослыми в опасных условиях в Демократической Республике Конго.

Не только «отдельные инциденты», но и более глубокое изучение этих отношений говорит нам о том, что ксенофобия — одна из многих проблем, скрывающихся под ее поверхностью. То, что эта проблема замалчивается, подогревает подозрения многих африканцев в том, что ни Китай, ни их собственные правительства не заботятся о своих интересах, в том числе когда речь идет о бизнесе.

Чтобы действовать в качестве глобального лидера, которым он себя считает, Китай должен взять на себя ответственность за защиту прав человека на своей территории и за ее пределами.Пекин должен подтвердить свою декларируемую приверженность абсолютной нетерпимости к дискриминации, изменив способ взаимодействия с африканцами как дома, так и за рубежом. Для начала было бы неплохо выплатить компенсацию тем, кто стал мишенью в Гуанчжоу, не говоря уже о том, чтобы принести им надлежащие извинения.

Что касается лидеров Африки, они должны быть такими же смелыми, как и их граждане, требуя этих перемен. Они могут думать, что молча защищают экономические интересы своих стран, но на самом деле они просто обнажают недостатки этой хрупкой дружбы.

Депрос Мучена — директор Amnesty International по Восточной и Южной Африке.

Отношения Китая с африканским континентом: три слона в комнате

Когда СМИ в Китае транслируют расистские события в мире, а их аналоги в африканских странах представляют китайских граждан как захватчиков, крадущих местные рабочие места, есть рецепт будущий горючий дискурс.

Социальные и онлайн-СМИ сделали обмен новостями об обращении с иностранцами через национальные границы простым и быстрым.Это, как и в случае с эпизодом в Гуанчжоу, будет определять будущую миграцию с обеих сторон.

В-третьих, местные реалии африканских стран и Китая. Экономика африканских стран пострадала от COVID-19. Давление на правительства с целью улучшения ситуации после пандемии будет продолжаться и может стать огромным. В странах, которые не могут успешно возродить свою экономику, могут появиться козлы отпущения. Политики и заинтересованные группы привлекут китайских граждан к участию в повествовании и используют их для достижения политической выгоды.

Между тем COVID-19 укрепил мощные возможности Китая в области наблюдения. У Пекина теперь больше инструментов для решения проблемы нелегальных иммигрантов из Африки, что может спровоцировать будущую напряженность между африканскими государствами и Китаем.

Заглядывая в будущее…

Чтобы противостоять будущим вызовам в этих отношениях, китайское правительство должно серьезно отреагировать на антиафриканский расизм с помощью образовательных программ с участием не только центрального правительства в Пекине, но также школ и местных властей.

Китай также должен быть более чувствительным к местным реалиям. Межправительственные отношения между правящими элитами и политиками Африки и Китая во многих случаях крепки. Но необходимо также укреплять отношения между обычными людьми или между китайскими предприятиями и их сотрудниками и принимающими сообществами.

Китайско-африканские ассоциации дружбы, африканские студенты в Китае и институты Конфуция в некоторых африканских странах и университетах обладают огромным потенциалом.Они могут способствовать межкультурному взаимопониманию, терпимости и способствовать позитивным индивидуальным отношениям. Вместе со средствами массовой информации они могут сыграть роль в искоренении расизма с обеих сторон.

Хотя отношения между Китаем и Африкой были крепкими на протяжении многих лет, время покажет, как трио расизма, средств массовой информации и местных реалий взаимодействуют, чтобы (пере) формировать миграцию между ними.

Большой континент Чань

ГЛАВА ОДИН

Великий континент Чань
Китай в западном сознании


ДЖОНАТАН Д.SPENCE
W. W. Norton & Company

Прочитать обзор

Миры Марко Поло

Совершенно уместно для нашего собственного исследования, что первая западная работа, посвященная в основном Китаю, должна быть уклончивой и проблематичной. Насколько нам известно, книга Марко Поло Описание мира , обычно известный как Travels , был продиктован человеку по имени Рустичелло в 1298 году, когда Поло находился в тюрьме или под домашним арестом.С целью описать путешествия, которые Марко Поло совершил через Азию между 1271 и 1295 годами, и Особое внимание в книге уделяется периоду с 1275 по 1292 год, когда Поло жил и работал в Китае в качестве агента монгольского правителя Китая Хубилай-хана. преувеличение, притворство, легковерное принятие ничем не подтвержденных историй и определенное количество откровенных фальсификаций. То же самое и с другими произведениями, написанными до и после, но для нас важно в тексте Поло то, что это была первая такая работа западного человека, который претендовал на то, чтобы взглянуть на Китай изнутри, и сила повествовательного описания была достаточно сильной, чтобы запечатлеть себя в западных умах вплоть до нашего времени.

Polo’s — не первый аккаунт на европейском языке, в котором китайцы обсуждаются с определенной спецификой. Эта награда принадлежит францисканскому монаху Вильгельму Рубруку, который в 1253 году был отправлен в столицу Монголии. из Каракорума, к северо-западу от границы с Китаем, королем Франции Людовиком IX в попытке склонить хана Мункэ к христианскому делу против ислама. Хотя Уильям не попал в сам Китай, пока он был в Каракоруме, он записал все, что информацию он получил от проживающих там китайцев.Рубрук понял, что «катайцы», которых он встретил в районе базы монголов, были теми же людьми, которых римляне знали как «Серес» или «шелковый народ». потому что лучший шелк происходил из их владений. Отметив, что он «достоверно проинформирован» о том, что в Катайе можно найти город с «серебряными стенами и золотыми зубцами», Рубрук сделал эскиз к изображению Китайский язык:

Катайцы — небольшая раса, которая во время разговора тяжело дышит через нос; и это общее правило, что у всех восточных есть небольшое отверстие для глаз.Они отличные мастера в любом деле, и их врачи очень хорошо разбираются в эффективности трав и могут очень точно диагностировать их по пульсу. Но они не используют образцы мочи [ urinalibus non utuntur ], ничего не зная о моче: это я видел [для себя], поскольку Их несколько в Каракоруме. У них всегда был обычай: каким бы ни было отцовское ремесло, все его сыновья обязаны следовать ему.

Рубрук последовал за этим наблюдением двумя одинаково точными предложениями о китайской каллиграфии и бумажных деньгах: «Повседневная валюта Катайи сделана из бумаги, шириной и длиной ладонь, на которой проставлены линии, как на печати Мангу.Они пишите кистью, которую используют художники, и в одном и том же символе сделайте несколько букв, составляющих одно слово «.

В других частях своего повествования Рубрук выказывал откровенный скептицизм по поводу некоторых китайских сведений, которые ему давали. Рассказав историю о том, как в восточной Катайе среди «парящих скал» было мало Волосатых существ, чьи ноги не сгибались и на которых охотились с помощью ловушек, наживленных вином, чтобы их можно было уколоть каплями крови, дающими редкую пурпурную краску, Рубрук дважды упоминает, что ему «это сказали». священником Катайи, но сам не видел.А что касается страны, граничащей с Катайей, где люди остаются навсегда одного возраста, когда они въезжают, Рубрук отмечает, что, хотя это «было сказано как факт», он сам »[сделал] не верю ». Несмотря на множество ценностей, отчет Рубрука об Азии, в который были включены эти замечания, оставался частным отчетом для глаз короля Людовика. Только три его рукописи, датированные тринадцатым или четырнадцатым веками. когда-либо были обнаружены, все они в Англии, предположительно потому, что это произвело впечатление на английского современника Рубрука, ученого-философа Роджера Бэкона.Но даже если Роджер Бэкон использовал рукописную версию Рубрука для своего собственного исследований, Поло никак не мог это увидеть.

Китай, который Поло дал миру в своем расширенном описании, был диктатурой, которой доброжелательно управляли, колоссальных масштабов, благопристойными обычаями, богатой торговлей, высоко урбанизированной, изобретательной в торговых сделках, слабой в пути войны. Верно все это или нет — это только начало головоломки.Не менее интересны два других аспекта проблемы. Поло там вообще было? И он писал о Китае или о чем-то другом? Сложность Решение этих вопросов усугубляется двумя другими факторами. Во-первых, у нас меньше подтверждающих свидетельств о жизни и воспитании Марко Поло, чем о почти любом другом известном писателе в истории. Во-вторых, несмотря на запутанный след из различных рукописных версий его книги — более восьмидесяти из средневековья сохранились в различных библиотеках и коллекциях, и всегда есть шанс обнаружить больше — у нас нет оригинала рукопись, но только копии утерянного оригинала, исправленные копии этих копий, а также переводы или сокращения копий.Мы даже не знаем наверняка язык «первой» версии. Скорее всего, это было на венецианском или «ломбардский» диалект, впоследствии переведенный на итальянский язык, а затем на латынь.

Трудность узнать что-либо точное о Марко Поло усиливает загадку самого текста. Единственное неопровержимое доказательство существования человека Марко Поло, которое у нас есть, основано на его последней воле и завещании. диктовал, лежа дома в Венеции, тяжело больной, 9 января 1323 года в присутствии священника и нотариуса.Этот документ также показывает, что на этот день жена Марко Доната была еще жива вместе с тремя их дочерьми, Фантина, Беллела и Морета, последняя одна, все еще не замужем. Завещание показывает, что Марко находится в комфортном положении, хотя и не особенно богат, как видно из его наследства, полученного семьей и венецианскими религиозными учреждениями. Его социальный статус далее указывается пунктом в середине завещания: «Также я освобождаю Петра Татарина, моего слугу, от всякого рабства, так же полностью, как я молю Бога освободить мою душу от всех грехов и вины.И я также передаю ему все, что он возможно, заработал работой в собственном доме; и сверх того я завещал ему 100 лир венецианских динаров ». Пять лет спустя Венеция передала этому же Петру все права венецианского гражданина из-за его долгого проживания в городе и его хорошее поведение.

Но изображение Петра как «татарина» не означает, что Марко Поло купил Петра на Дальнем Востоке или что Петр частично принадлежал к китайцам.Практически все рабы, использовавшиеся в Венеции, были ли они привезены из Причерноморье и другие места описывались как татары. В двух других юридических документах есть краткие ссылки на Марко Поло, в одном из них завещание, составленное его младшим братом Маффео (который, кажется, был гораздо богаче, чем Марко, которого он назвал один из его доверенных лиц), а другой — жалоба, поданная Марко на товарища-торговца, который обманул его и лишил его прибыли на полфунта мускуса. Марко выиграл дело с издержками.Эти и несколько других юридических документов подтверждают, что Марко как сын Никколо Поло (умерший в 1300 году) и племянник другого Маффео, умершего в 1318 году. Ни один из этих документов, несмотря на огромные исследования многих ученых, не выявил какой-либо конкретной связи с Китаем.

Таким образом, масса свидетельств о жизни Марко Поло возвращается в его собственную книгу. При отсутствии каких-либо других доказательств относительно утерянного оригинала, мы должны принять заявление в самом раннем из сохранившихся прологов. что то, что мы имеем сейчас, было продиктовано Марко Поло некоему Рустичелло из Пизы, который утверждает в своем прологе к произведению, что Марко продиктовал его ему, когда они оба вместе находились в тюрьме в Генуе в течение 1298 года.В этом есть смысл, поскольку Пиза и родная Венеция Марко были в состоянии войны с Генуей в конце тринадцатого века, и пленники, захваченные генуэзцами, часто содержались в течение некоторого времени в Генуе в ожидании выкупа или организованной торговли пленными. по дипломатическим каналам. Рустичелло из Пизы был весьма известным рассказчиком романов о короле Артуре примерно двадцатью годами ранее, и, поскольку книга Марко Поло во многом напоминает форму и содержание типичного романтического приключения В то время предполагается, что автором романов о короле Артуре и путешествий Марко Поло был один и тот же человек.

Сам Марко Поло, вероятно, мог довольно хорошо писать и иметь дело с корреспонденцией в ходе своей работы, но у него не было бы опыта сочинения каких-либо общих повествований или путевых заметок. Не было грамотности среди даже благородные считали себя в конце тринадцатого века. Некоторые версии пролога рукописи к книге Марко Поло «Путешествие » начинаются словами: «Великие князья, императоры и короли, герцоги и маркизы, графы, рыцари, и Burgesses! и Люди всех степеней, желающие узнать о различных расах человечества и разнообразии различных регионов мира, берут эту Книгу и заставляют ее прочитать вам.»Такое вступительное предложение прямо перекликались с началом многих придворных романов, и были бы успокаивающе знакомы как читателям, так и слушателям. Стилистически Рустичелло как транскрибер часто следовал условностям придворного романа, а не то, что мы предполагаем, было бы словами опытного путешественника, такого как Марко. Например, повествование Марко Поло содержит довольно длинные рассказы о семи величайших дальневосточных конфликтах его эпохи, но все они неестественны. шаблонные и повторяющиеся, поскольку они имеют дело с нечетко очерченными массированными армиями и холмами отрубленных голов и конечностей.Как выразился по этому поводу один из великих ученых XIX века Марко Поло: «Можно найти Невозможно представить себе нашего трезвого и сдержанного мессера Марко, шагающего по полу своей генуэзской темницы и семь раз раскатывающего эту великолепную напыщенность с достаточной осторожностью, чтобы его настигло перо верующих. amanuensis «.

Один конкретный пример из книги успешных действий Марко Поло на поле битвы на первый взгляд гораздо более убедителен, чем эти семь других.Кажется, что каждая деталь на месте. Могущественный монгольский хан спрашивает собравшихся у него советников, как ему подчинить китайский город Сайянфу, который упорно сопротивляется его армиям. Ханские генералы признают, что сбиты с толку, потому что стены Сайанфу настолько сильны, что они сопротивляются. прямое нападение, и город также продолжает получать регулярные поставки помощи по реке. Но среди слушателей — Марко Поло, его отец и его дядя. Рассказ Поло продолжается:

Тогда заговорили два брата и Мессер Марко, сын, и сказали: «Великий князь, среди наших последователей есть люди, которые могут строить мангонели [катапульты], которые будут бросать такие большие камни, что гарнизон никогда не выдержит их, но немедленно сдастся, как только мангонели или требушеты выстрелят в город.«
Каан от всей души велел им изготовить такие мангонели как можно скорее. Мессер Никколо, его брат и сын немедленно приказали принести древесины, сколько они хотели, и пригодной для работы. в руке. И среди их последователей было двое мужчин, немец и христианин-несториан, которые были мастерами своего дела, и им было приказано построить два или три мангонеля, способных бросать камни весом 300 фунтов.масса ….
И когда машины были доставлены в лагерь, их тут же поставили, к великому восхищению татар. А что я тебе скажу? Когда двигатели были установлены и запущены, из каждого из них выстрелили по камню. город. Они сработали среди зданий, разбиваясь и пробиваясь сквозь все с огромным шумом и суматохой. И когда горожане стали свидетелями этого нового и странного визита, они были так удивлены и встревожены, что задумались. не что делать или говорить….
И жители города сдались и были приняты к условиям; и все это произошло благодаря усилиям мессера Николо, мессера Маффео и мессера Марко; и это было непросто. Для этого города и провинции является одним из лучших, которыми обладает Великий Каан, и приносит ему большие доходы.

В этом отрывке есть большая документальная точность. Сайянфу — более ранний вариант названия нынешнего Сянъян, на северо-западе Хэбэя на южном берегу реки Хань — описан в четырнадцатом веке. Китайские источники как место длительной осады войсками монгольского правителя Китая Хублая.Город продержался с 1268 по 1273 год, и его падение стало первым этапом крушения южной династии Сун. Город был вынужден сдаться, согласно этим китайским источникам, потому что Хубилай «послал на Запад инженеров-специалистов по конструированию и эксплуатации машин для литья камней весом 150 фунтов».

К сожалению, для нашего понимания истории Поло, осада закончилась к 1273 году, и, судя по всем имеющимся у нас свидетельствам, Марко Поло никак не мог добраться до Китая до 1274 года.А также согласно в повествовательном прологе к книге Марко Поло, его отец и дядя, должно быть, покинули столицу Хубилая Каракорум на обратном пути в Венецию после своего первого путешествия на Восток самое позднее к 1266 году, задолго до начала осады. Одна из самых ранних сохранившихся рукописей, как будто осознавая половину этой проблемы, упоминает только двух братьев Никколо и Маффео, которые давали эти рекомендации Хану через три года после осады, руководя изготовлением и развертыванием. мангонелов, и заставив сдать город.Эта версия также не включает заявление о том, что два западных специалиста помогали в изготовлении и проектировании. Но мы не можем быть уверены, что эта рукопись предпочел отказаться от Марко, потому что переписчик или редактор по какой-то причине знали, что Марко Поло не могло быть там, или действительно ли это копия, очень близкая к оригиналу, и что, хотя Марко Поло никогда не говорил, что он был там, более поздние редакторы вписал его в рассказ, чтобы сделать повествование более ярким.

Однако этих техников нельзя прогонять вместе с Марко Поло, поскольку азиатские источники твердо помещают их на место осады; но, соглашаясь с тем, что техники были с запада Китая, эти источники помещают Техники происходили из того, что европейцы назвали бы мусульманским Ближним Востоком: китайские источники даже называют этих двух мужчин, Ала’уддина из Миафаракаина и Исмаила из Герата. Персидские источники утверждают, что специалисты приехали из Дамаска. (или Балбек) и упомяните, что их было трое.Чтобы еще больше запутать проблему, как китайские, так и персидские источники согласны с тем, что монгольские армии очень эффективно использовали такие катапульты со времен Чингисхана, около 1230 года. даже если Поло не мог быть там и мог ложно превозносить себя и свою семью, его отчет удивительно точен в отношении общей ситуации осады; и если бы у него был «внешний источник», написано или личное, мы не знаем, что это было.

Другой аспект проблемы подлинности возникает в отношении карьеры Поло в Китае, тех семнадцати лет между 1274 и 1291 годами, в течение которых он якобы трудился на службе у Хубилай-хана.Рустичелло в прологе говорится, что во время службы у хана Марко Поло выучил монгольский язык (устный и письменный) и был знаком с «письменными знаками» четырех других языков. По мере того как Поло рос в опыте и знаниях, Хан отправлял его во все более длительные официальные поездки. По словам Рустичелло, на определенном этапе своей карьеры Поло совершил ключевой концептуальный скачок:

Итак, [Поло] несколько раз обращал внимание на то, что, когда послы принца возвращались из разных частей света, они не могли рассказать ему ни о чем, кроме дела, по которому они уехали, и что принц, следовательно, считал их дураками и тупицами и говорил: «Я гораздо больше слышал о странных вещах и нравах разных стран, которые вы видели, чем просто мне рассказывали об этом деле. вы пошли дальше; »- ибо он очень любил слышать о делах чужих стран.Поэтому Марко, когда он шел и возвращался, прилагал большие усилия, чтобы узнать обо всех видах различных вопросов в странах, которые он посетил, чтобы о них можно было рассказать Великому Каану ….
Когда Марко вернулся из посольства, он предстал перед Императором и, сделав отчет о делах, в которых он был обвинен, и их успешном завершении, он дал отчет в приятное и умное отношение ко всем новинкам и странностям, которые он видел и слышал; до такой степени, что Император и все, кто слышал его историю, были удивлены и сказали: «Если этот молодой человек жив, он обязательно придет быть человеком большой ценности и способностей.«И с тех пор он всегда назывался мессер Марко Поло, и поэтому мы впредь будем обозначать его в этой нашей Книге, как это правильно.

Но эти на первый взгляд точные ссылки никогда не проясняются в длинном описательном тексте, который следует за этим, и сам Марко Поло не сообщает читателю ни точных деталей того бизнеса, который он вел, ни того, что «новинки и странные вещи», с которыми он столкнулся, поглотили бы человека, столь же опытного в мире и войнах, как его повелитель Хубилай-хан.

В Travels есть только один отрывок, который более точно описывает бюрократические задачи Марко Поло. Что касается города Янцзю, который, по мнению всех ученых, относится к современному Янчжоу, в торговом центре на западном берегу Гранд-канала, к северу от реки Янцзы, есть такой отрывок: «И сам мессер Марко Поло, о котором говорится в этой книге, правил этим городом в течение трех полных лет по приказу в Великий Каан.Люди живут торговлей и мануфактурами, потому что здесь делают большое количество конской сбруи для рыцарей и солдат. И в этом городе и его окрестностях по приказу Каана расквартировано большое количество войск. Там нечего больше сказать об этом ». Не говоря уже о проблемном упоминании« рыцарей »и их« сбруи », что больше похоже на экстраполяцию из рыцарских войн европейского средневековья, чем на что-либо еще. мы знаем о китайской войне и обществе — это тот факт, что после многих поколений прилежных поисков китайских и монгольских записей десятками ученых не было найдено ни одного упоминания ни одного жителя Запада или члена семьи Поло. сохранившиеся списки чиновников, размещенные в городе.

Но если бы кто-то мог поддаться соблазну пойти дальше и сказать, что само представление о том, что европейцы находятся в центре Янчжоу в конце тринадцатого века, является абсурдным по своей сути, то можно было бы ошибиться в одном открытии. Сделано строителями Народно-освободительной армии, работавшими над демонтажом стен города Янчжоу в 1951 году, через два года после победы коммунистов в Китае. Для врезки в стену нашли мраморную плиту, украшенную вырезанные сцены из жизни св.Екатерины, на которой была надпись: «Во Имя Бога Отца, аминь. Здесь покоится Катерина, дочь знатного Доминико Иллиониса, умершего в 1342 году от Рождества Христова. месяц июль ». В ранних транскрипциях этого открытия имя женщины было« Вилионис », но великий медиевист Роберт Лопес смог исправить это прочтение и проследить происхождение этой семьи до некоего Доменико. Илиони, который был указан в генуэзских судебных записях 1348 года как исполнитель в неустановленное ранее время купца Якопо де Оливерио.Этот Якопо жил, говорится в документе, «in partibus Catagii» (в царство Китая), где он пятикратно увеличил запас капитала, который привез с собой.

Несколько лет спустя в Янчжоу была найдена еще одна табличка меньшего размера, опять же с христианской скульптурой над короткой латинской надписью, записывающей смерть сына того же Доменико по имени Антонио в ноябре 1344 года. Следовательно, здесь, по общему признанию, через тридцать-сорок лет после предполагаемой командировки Марко Поло в Янчжоу, есть небольшое, но явно процветающее коммерческое сообщество итальянцев в Янчжоу, приносящее хорошую прибыль.Может не такой кластер призвали к администратору, назначенному ныне правящим Китаем ханом, чтобы следить за их делами? Такому сообществу в средние века также потребовалась бы какая-то система религиозной поддержки, если это возможно, и доказательства для именно это обеспечивает францисканский монах Одорик из Порденоне, который приехал в Китай по папским делам в 1320-х годах. Одорич сообщил, что он посетил Янчжоу в 1322 году и во время пребывания там останавливался в доме ордена францисканцев, который находился внутри города вместе с тремя несторианскими церквями.Таким образом, возможность службы Polo в Янчжоу возрождается, поскольку от нее легче всего было отказаться.

Текст

Поло полон таких загадок. Это неудивительно, поскольку он пишет как человек своего времени, и это обобщение кажется устойчивым, независимо от обсуждаемой рукописи или какой бы роли он ни приписывал. Rusticello как автору или amanuensis. Это означает, что формат каждого описания следует определенным ритмам, которые можно найти в средневековых писаниях и в дипломатических отчетах послов Венеции, служащих за границей: последовательно правители, подданные, социальное положение, провинции, кланы, обычаи, продукты.Книга Поло может показаться нам странным справочником купца, но были и другие, похожие на нее, для других регионов мира; новаторский торговцы и странствующие миссионеры-дипломаты — все смешали то, что мы теперь называем «чудесами», с их трезвыми деталями, ибо чудеса — это то, что их читатели ожидали услышать, и если они слышали их раньше, тем лучше и так много достовернее стал источник. «Любой средневековый путешественник был носителем новостей», — замечает Джон Кричли.В таких случаях идеальный ландшафт всегда был ухоженным, а горы были полны странностей и опасностей.

Поло, похоже, не знал китайского языка, и его транскрипции китайских имен неизменно похожи или связаны с таковыми в текстах арабских путешественников. Но даже современные итальянские торговцы в Лондоне искажали английский. имена настолько полны, что многие из них почти неузнаваемы. Поло никогда не упоминал чай или китайскую каллиграфию, что казалось бы необычным, если бы он прожил в Китае семнадцать лет; при этом он не записывал ловлю бакланов и не комментировал связанные ноги китайских женщин, или упомянуть или посетить Великую китайскую стену.Но он зафиксировал использование угля в качестве топлива, размер квартала публичных домов Пекина и его расположение — за пределами главных городских стен; он увидел бумажные деньги и попытался описать их изготовление и функция. Он описал скопление лодок на восточных реках Китая и отметил важность соли и ее массовых поставок для экономики Китая. Он также обратил внимание на методы стабилизации цен и хранение зерна в государственных склады и общественные бани.

Это сочетание невежества и точности в Polo заставило читателей на протяжении веков до наших дней задуматься об источниках его информации.В более поздних версиях рукописи Поло, написанных после 1340 г., много новых источников, из которых можно было почерпнуть, и, следовательно, переписчики и редакторы могли бы добавить свои собственные украшения, вместо того, чтобы возвращаться к другим (теперь утерянным) оригинальным наброскам собственных слов Поло. Одорик из Порденоне много путешествовал по Китаю. в 1320-х годах, и отчет, который он представил папству по возвращении, был распространен как минимум в семидесяти трех экземплярах рукописи. Новаторская «всемирная история» персидского ученого Рашид ад-Дина, в которой приводится много деталей. о Китае он почерпнул из китайских текстов и, возможно, от монгольских респондентов, был завершен к 1310 году, и тщательно продуманные и чрезвычайно популярные вымыслы сэра Джона Мандевилля, которые, как полагали многие читатели четырнадцатого века, были точными. уже широко распространенный в 1350-х годах.В нескольких китайских городах были дома францисканских монахов, и так много итальянских купцов ехало в Китай, что Бальдуччи Пеголотти в своем знаменитом справочнике 1340 года провел две главы, описывающие маршрут.

Самое интересное, что один несторианский христианин из Северного Китая по имени Раббан Саума, тюрко-монгольского происхождения, был отправлен на Запад Хубилай-ханом около 1276 года, когда Поло, как полагают, достиг Китая. После Много приключений Раббан Саума достиг Неаполя в 1287 году, а позже в том же году — до Франции.Но нет никаких доказательств того, что его первоначальный рассказ, написанный на персидском языке, был известен в Европе в то время; действительно, ни одна персидская версия никогда не была был найден, и этот отчет сохранился только в сирийском переводе, который стал известен в девятнадцатом веке. Таким образом, для любых манускриптов Поло, которые циркулировали до 1330 года или около того, нет явно аутентифицированного конкурирующего текста, из которого он или его переписчики могли одолжить.

Одним из очевидных источников информации, на которые Марко Поло мог естественно обратиться, были два человека, которые, по описанию, сопровождали его в его путешествиях, его отец Никколо и его дядя Маффео.Это они первопроходцы торговый путь в Каракорум в 1260-х годах, куда они вернулись с семнадцатилетним Марко в 1273-75 годах. Глубоко опытные и смелые путешественники, которыми они были, и умелые торговцы, чем они занимались в течение долгого времени между 1275 и 1291 годом, когда (согласно как западным, так и монгольским источникам) они начали опасный путь обратно в Европу по морю в качестве эскорта монгольской принцессы, посланной в качестве невесты монгольскому хану в Персии? Пролог к ​​Марко Поло Описание мира богато подробностями об их действиях в их первом путешествии, но ничего не говорит о них во втором — за исключением инцидента с осадой и мангонелами.Возможно, они путешествовали и торговля в Монгольском Китае и Средней Азии в 1270-х и 1280-х годах, и что Марко был с ними только некоторое время, если вообще. Маффео Поло, зажиточный купец, имел дом на северном берегу Черного моря, в городе Судак, как засвидетельствовано различными источниками. Мог ли Марко базироваться там, собирая потенциально важную коммерческую и туристическую информацию от ряда европейских и арабских торговцев, которую он затем соединил с информацией, предоставленной его отцом? и дядя, когда они наконец вернулись?

Такие предположения могут иметь или не иметь веса, но в важном смысле они не имеют отношения к истории.Как выразился британский медиевист Джон Кричли, Поло исключительным делает не тот путь, который он выбрал. путешествия, или его конкретный опыт, или его собственный характер и личность. Это просто его книга, да и то, что она вообще написана. Таким образом, главный вопрос заключается не столько в том, сколько в , почему это было написано .

У нас нет никаких доказательств этого. Но мы можем быть уверены, что это было не для того, чтобы заработать деньги — нельзя было заработать деньги на копии рукописи, кропотливо написанной кем-то другим и скопированной для хранения в монастыре или королевская или аристократическая библиотека.Было ли это просто продиктовано, чтобы провести время в тюрьме? Юл в отрывке, который я цитировал выше, писал о Марко Поло, «шагающем по полу своей темницы» в Генуе, но это может быть ошибкой. Если бы у Поло были хорошие связи Венецианский военнопленный, которого держали за выкуп, то он мог содержаться под каким-нибудь вполне комфортным домашним арестом, с обязательством не покидать Геную, но в остальном вполне свободно передвигаться. Его книга могла бы расшириться дискурсивно, через Вопрос и ответ применялись к некоему фундаментальному плану, подобному тому, что предлагается в существующем прологе.

Одна ранняя рукопись, известная как манускрипт «Z», обнаруженная в Толедо только в 1930-х годах, похоже, предполагает это. В нем есть ряд комментариев, которые можно найти в немногих рукописях или вообще не найти в них, и, кажется, быть ответами, адресованными неизвестному собеседнику, возможно, скептически или просто любопытствующему по поводу некоторых деталей опыта Поло. Может быть, а может и не быть значительным, что эта рукопись Z не содержит упоминания ни одного из произведений Марко Поло. трехлетнее назначение в Янчжоу или действия его или его семьи с осадной техникой в ​​битве за Сянъян.Мог ли Поло отозвать такие претензии после настойчивых допросов? Или, возможно, позже переписчики вставили детали в своих рукописях после прочтения какого-то другого источника, чтобы придать, по их мнению, дополнительный косвенный вес рассказу Поло? Изменял ли сам Поло разные версии своей истории для разных переписчиков в разное время? Помимо более позднего завещания, указывающего на его брак с Донатой, мы ничего не знаем о его жизни в Венеции после его освобождения из тюрьмы, вероятно, в 1298 или 1299 году.В венецианских записях нет ни соглашений о выкупе, ни гражданской ответственности, никаких покупок недвижимости или коммерческих предприятий. Ни один венецианский литератор не упомянул, что читал его отчеты; ни в одной из их великих библиотек нет записей о раннем приобретении копии. Но в некоторых кругах он получил прозвище «Il Milione». примерно к 1310 году, вероятно, из-за миллионов рассказанных им басен, а не из-за миллионов дукатов, которые он накопил.

Гениальное объяснение существования книги состоит в том, что Поло написал ее, чтобы добиться повышения, возможно, в свите какого-то посла в или из Венеции.Таким образом, длинные описания монгольской придворной политики и политики Поло бюрократический и командировочный опыт был призван представить его как способного и опытного светского человека, способного выполнить любую задачу, требующую такта, спокойствия и смелости. С этой точки зрения мы можем рассматривать его книгу как своего рода резюме. или vita — действительно бессвязная речь в соответствии с нашими текущими процедурами, но не без энергии и эффективности в контексте времени. Это предположение, как и многие другие, имеет некоторые доказательства, подтверждающие его.Две из самых ранних известных рукописей Поло, сохранившиеся во Франции, на лицевой стороне написано отрывок, в котором говорится, что они были подарены самим Поло французскому послу Тибо де Чепой в Венеции в 1307 году. Как простолюдин, Поло имел мало шансов на продвижение по службе в Венеции. Венецианский мир, где в 1290-х годах застывала социальная иерархия, а элита защищала и укрепляла свои собственные привилегии. Но Франция, возможно, показалась более открытой, и, конечно же, Travels содержат много отрывков о монголо-китайском языке. гибкость в найме низкорожденных и на их щедрое вознаграждение тем, кто преданно служил им.

Если большая часть рассказа Поло была задумана как смесь саморекламы и косвенной критики западной подлости в отличие от восточной роскоши и открытости, то другие аспекты его описания могли иметь аналогичные полемические или моралистические намерения. Его книга могла быть отчасти задумана как комментарий к его родному городу, а также как точное представление о жизни в Китае. Поло был отцом трех дочерей, как ясно сказано. в его воле, и мы можем предположить, что он старался воспитать их так хорошо, как мог.Возможно, это дало ему дополнительный стимул изобразить Китай моральной уверенности, который выгодно отличался бы от общеизвестно свободного и легкие сексуальные отношения многих венецианцев? Согласно одной из рукописей, которая может быть датирована примерно 1315 годом, Поло, который никогда не замечал, что у китайских женщин связаны ноги, тем не менее решил описать характер и поведение китайцев. женщины в некоторой степени:

Тебе также следует усвоить, что девушки провинции Катай превосходят других чистыми и сохраняют добродетель скромности.Они действительно не скачет и не танцуют, не резвятся, не в азарт не летают, не прилипают глядя в окна на лиц или прохожих и не показывая им свои лица, они не прислушиваются к неприличным разговорам, они не участвуют в застольях и гуляниях. И если случится так, что они отправятся в какое-нибудь подходящее место, как, возможно, в храмы идолов, [или] чтобы посетить дома родственников и родственников, они шли в компании своих матерей, не пристально глядя на людей, но нося на голове свои красивые шляпки, которые не позволяли взглянуть снизу вверх, так что при ходьбе они всегда направляют взгляд на дорогу перед ногами.Перед старшими они скромны; они никогда не говорят глупых слов, да и вообще ничего в их присутствии, кроме тех случаев, когда их спрашивают. В своих комнатах они держат при выполнении своих задач и редко показываются отцам, братьям и старшим в доме. И они не обращают внимания на женихов.

Неужели это Китай? Или это обратное изображение Венеции, как предположил Кричли, которое показывает нам не столько Поло-путешественника, сколько Поло, «стареющего отца дочерей-подростков»?

Однако, если целомудрие и приличие были двумя аспектами его Китая — реальными или воображаемыми, — которые Марко Поло надеялся передать своим читателям, а также своим дочерям, это не тот аспект, который привлек внимание читателей позднего средневековья или эпохи Возрождения.С самого начала читатели искали в Polo поддержку своих собственных прихотей, а не моралистических размышлений, и он не разочаровал их. Самый значительный из четырнадцатого века Работы, которые, как можно показать, содержат материал, взятый из Марко Поло — Чосер и Данте были тщетно прочесаны преданными учеными Поло — это романс г. Боден де Себурк, третий король Иерусалима . Большая часть предыстории этого романа заимствована непосредственно из Поло, а героиня этой истории, Ивурин, которую ухаживает и завоевывает будущий король Бауден, целиком происходит из одной из первых глав романа. История Поло о злом халифе, который поднял свою банду убийц в тщательно построенном раю, наполненном не только «вином, молоком и медом», но и «дамами и девицами, которые баловались с ними, чтобы их сердца довольны, чтобы у них было то, что будет у молодых людей.»Даже описание глаз Ивурина — черных и блестящих — происходит из описания Поло черных и блестящих глаз своего хозяина Кублая. Поло питал многие более поздние сны своим изображением сонма наложниц хана, сопровождающего своего господина группами по шесть за раз, сменяя три ночные смены, «как в комнате, так и в постели, и для всего, что ему нужно; Каан делает с ними то, что ему заблагорассудится «.

Самый известный ранний читатель Марко Поло, Христофор Колумб, был впечатлен чувственными элементами обсуждения Поло, а также открывающимися им коммерческими возможностями.Первая печатная версия Polo’s Работа (из латинского манускрипта 1300-х годов) была опубликована в 1485 году, и Колумб явно хорошо знал ее содержание до своего путешествия в 1492 году. В 1496 году, после своего возвращения, он заказал себе копию, а затем или позже сделал близко до ста знаков на полях. Эти заметки на полях, написанные в основном на латыни, с вкраплениями некоторых испанских слов, показывают отрывки, которые наиболее остро привлекли внимание Колумба. Его поразила практика сжигания слуги и женщины, которые будут сопровождать своего господина после его смерти, упомянутые Поло в одном случае; а рядом с отрывком о брачных обычаях Тибета Колумб записывает слова: «Они не хотят жен, кроме как из числа женщины, которые уже имели половой акт.«Читая рассуждения Поло о народе« Кайнду », Колумб резко увлекается другим обычаем и отмечает, что« мужчины предлагают своих жен и дочерей проходящим мимо. путешественников ». Он также отмечает убийц с их садом чувственных наслаждений, рассуждениями о чудесах и единорогах, а также местонахождение дома пресвитера Иоанна.

Но, несмотря на эти выражения интереса к чувственному и загадочному, большую часть времени, как и следовало ожидать, Колумб отслеживает текст Поло в поисках предметов торговли и ключей к его опасностям и успехам.Таким образом он подчеркивает Отсылки Polo к золоту и серебру, оптовым продажам прекрасного шелка, специй, фарфора, драгоценных и полудрагоценных камней, от рубинов и сапфиров до топазов и лазурита, наряду с прекрасным вином и ловцами жемчуга. Не менее важно до Колумба — это направление и сезонное время плавания флотилии в сезон дождей, преобладание пиратов или каннибалов, а также местоположения вероятных источников пищи и других припасов. Колумб выделил несколько многообещающих городов в Китай, включая Янчжоу и Ханчжоу, и прокомментировал свои торговые возможности, но рядом только с одним городом он написал фразу mercacciones innumeras — «неисчислимый объем торговли».»Это он написал напротив название «Камбалу» (или Камбалук), название Поло города Пекин, новой столицы Хубилай-хана в Китае. И чтобы подчеркнуть его волнение, Колумб добавил новый мотив к своим словам на полях. Это был рисунок рука, опирающаяся на то, что может быть грядой облаков или волнующим морем. Все пальцы руки были плотно сомкнуты, за исключением самого верхнего указательного пальца, который драматично указывал на новость, которая его разбудила.

(C) 1998 Джонатан Д.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *