Тибет и китай – есть ли решение? » Военное обозрение

есть ли решение? » Военное обозрение

Одной из наиболее значимых геополитических проблем в Центральной Азии вплоть до настоящего времени остается «тибетский вопрос». Несмотря на то, что священная для буддистов древняя земля Тибета не является «горячей точкой», подобной очагам ближневосточных или афганских конфликтов, практически не существует и тибетского терроризма, в отличие от соседних мусульман – уйгур, также борющихся за независимость Восточного Туркестана, тибетский вопрос заключает в себе клубок крайне опасных противоречий политического, военного, этноконфессионального характера.

Официально тибетскому вопросу – чуть более шестидесяти лет. Отсчет времени начинается с вторжения китайской Народно-освободительной армии на территорию фактически независимого Тибета в 1950 году. С этого времени радикальные политические, экономические, культурные перемены коренным образом трансформируют сам характер общественной жизни в Тибете, практически не менявшийся на протяжении тысячелетия с лишним, заставляют эмигрировать всех активных приверженцев сохранения традиций во главе с самим Далай-ламой XIV – главой духовной иерархии Тибета, а мировому сообществу в лице стран Запада и региональных оппонентов Китая дают основания утверждать о совершенном акте оккупации суверенного государства. На самом деле, история тибетского вопроса куда продолжительнее и уходит в глубину многовековых взаимоотношений двух ближайших соседей – Тибета и Китая, точнее государств, существовавших на его территории.

Истоки тибетской теократии

Кстати говоря, той политической системой, которая существовала в регионе до его захвата Народно-освободительной армией КНР, Тибет Китаю (точнее – одной из императорских династий) и обязан. Когда в Китае в XIII веке установилось господство династии Юань, представители последней обратили внимание и на ближайшего западного соседа империи – Тибет, к этому времени расколотый на отдельные владения. Конечно, династию Юань сложно назвать китайской – по этническому происхождению ее императоры восходили к монголам и представляли одну из ветвей Чингизидов, однако поскольку Китай неоднократно управлялся чужеземными династиями чжурчжэньского, монгольского, маньчжурского происхождения и годы правления этих династий из истории страны вычеркнуть невозможно, есть все основания называть династию Юань именно китайской. Так вот, император Хубилай – наиболее известный представитель династии Юань, правивший Китаем в 1294-1307 гг., назначил главу тибетской буддийской школы Сакья Пагба-ламу фактическим руководителем провинций У, Кам и Цанг, составлявших территорию Тибета. Пагба-лама, духовный наставник Хубилая, обративший императора в буддизм, тем самым стал первым теократическим правителем Тибета. Система, при которой и духовная, и светская власть в Тибете оказались сконцентрированными в руках руководителя одной из буддийских школ, просуществовала более шести столетий.
В 1578 г. монгольский хан Алтын-хан отдал предпочтение более молодой, чем Сакья, школе тибетского буддизма – Гелугпа. Глава школы Гелугпа Сонам Гьяцо и получил от хана титул Далай-ламы, тем самым открыв первую страницу многовекового правления над Тибетом Далай-лам, считающихся живыми воплощениями бодхисатвы Авалокитешвары (бодхисатва – человек, стремящийся стать буддой и отрекшийся от мира во имя спасения всех живых существ от «колеса перерождений»).

В течение нескольких веков правления в Тибете Далай-лам жизнь здесь практически законсервировалась. Социальные, экономические отношения, не говоря уже о духовной, культурной составляющей жизни тибетского общества, оставались неизменными. Привилегированной частью населения считалось духовенство, в особенности его высшая категория – «тулку», то есть «перерожденцы» буддийских бодхисатв, основателей духовных школ, известных монахов. В 1717 г. китайская династия Цин – тоже чужеземного, маньчжурского происхождения, как и Юань исповедовавшая буддизм, была вынуждена ввести в Тибет китайские войска, которые выполнили функцию по защите территории страны от рейдов монгольских ханов. С тех пор на протяжении двухсот лет в Тибете оставался китайский наместник и небольшой военный гарнизон. Периодически китайцы вмешивались для восстановления политического порядка на территории Тибета, предотвращения нападений монголов с севера или непальских гуркхов – с юга, но во внутренних делах Тибет оставался фактически полностью самостоятельным государством.

До конца XIX века Тибет, находившийся в относительной изоляции от остального мира, функционировал «сам в себе», поддерживая тесные связи лишь с Китаем и ближайшими регионами, население которых исповедовало буддизм тибетского толка – с монгольскими ханствами, гималайскими королевствами и княжествами Ладакх, Заскар, Мустанг, Бутан, Сикким и т.д. Ситуация изменилась по мере роста интереса к региону со стороны крупнейших мировых держав – Великобритании и Российской империи. Для Великобритании, к тому времени овладевшей полуостровом Индостан, Тибет рассматривался как стратегически важный форпост для дальнейшего проникновения в Китай и Среднюю Азию. Российская империя, в свою очередь, пыталась этому противостоять, используя в качестве проводников своего влияния в Тибете, в том числе, и российских подданных бурятского и ойрат-калмыцкого происхождения, исповедовавших буддизм.

В конце концов, противоборствующие стороны на нескольких конференциях по вопросам Тибета в начале ХХ века признали сюзеренитет Китайской империи Цин над Тибетским регионом и отказались от своих претензий на его территорию. Хотя, разумеется, и британские, и российские власти в действительности не потеряли интерес к Тибету, особенно в контексте постепенного ослабления Цинской империи. После того, как в 1913 году империя Цин окончательно рухнула, правивший в тот момент в Тибете Далай-лама XIII Тхуптэн Гьяцо провозгласил государственный суверенитет Тибета. Таким образом, почти сорок лет – с 1913 по 1950 гг. – Тибет существовал как независимое государство. Внешние отношения в этот период страна поддерживала с Китаем, Монголией, Непалом, Сиккимом, Бутаном и Великобританией. Таким образом, британцы, воспользовавшись Первой мировой войной и крушением Российской империи, все смогли опередить Россию, а затем и СССР, в утверждении политического влияния в Тибете.

Независимый Тибет

Весь период своего суверенного существования в первой половине ХХ века Тибет оставался столь же законсервированным государством, жизнь в котором регулировалась юридическими принципами, заложенными еще при царе Сонгцэн Гампо, правившем в 604-650 гг. н.э. Естественно, что неизменность политико-административной, правовой, социальной системы соответствующим образом сказывалась на общем уровне развития тибетской государственности. В стране отсутствовали современные коммуникации, полноценная армия, зато существовали такие пережитки средневекового прошлого как рабство, телесные наказания, жестокие способы казни преступников. Земельные угодья страны были поделены между монастырями, являвшимися наиболее крупными землевладельцами (37% земель), феодальной аристократией и правительством Далай-ламы. Целые районы Тибета в силу отсутствия развитой сети коммуникаций фактически были полностью независимы в своих делах и всевластными правителями на их территории оставались настоятели местных монастырей или феодальные князьки. В масштабах же страны абсолютная полнота власти принадлежала Далай-ламе, который назначал четырех «калонов» — членов тибетского правительства, именовавшегося Кашаг.

Впрочем, нельзя сказать, что Далай-лама XIII не стремился модернизировать отдельные сферы жизнедеятельности тибетского общества. По крайней мере, в период с 1913 по 1926 гг. был принят ряд мер в направлении укрепления армии, правоохранительной системы, образования. Эти меры предпринимались, в первую очередь, по наставлению английской резидентуры, получившей реальное влияние в Тибете после провозглашения его независимости и стремившейся усилить позиции Далай-ламы как альтернативу советскому влиянию в регионе. Была создана 5-тысячная тибетская армия нового типа, некоторые военнослужащие которой прошли боевую подготовку в Индии. Для поддержания порядка в тибетской столице Лхаса сформировали полицию во главе с приглашенным специалистом Сонамом Лэдэнла, прежде руководившем полицией Дарджилинга в Сиккиме. Кстати, до создания полиции в 1923 году, все полицейские функции в стране выполняли землевладельцы и руководство монастырей. В 1922 году открылась первая телеграфная линия «Лхаса – Гьянцэ», в 1923 г. была открыта первая светская школа в городе Гьянцэ.

Однако система финансирования модернизационных мероприятий впечатляла. С 1914 года в стране были введены новые налоги – сначала на соль, шкуры и шерсть, затем на чай, подушный налог, а также налоги на уши и нос. Последний налог был безусловным «достижением» тибетской теократии: после его введения домохозяйства должны были платить определенную сумму в серебре за каждое ухо человека или домашнего животного, причем безухие от налога освобождались. Налог на уши дополнил налог на нос, согласно которому с длинноносых людей взималась большая сумма, чем с плосконосых. Несмотря на комичность данных налогов, в действительности эти нововведения вряд ли приходились по душе тибетскому населению.

С другой стороны, модернизационные начинания Далай-ламы XIII были негативно восприняты консервативной частью высокопоставленного духовенства. Когда в 1924 г. ветер сломал ветви плакучей ивы возле монастыре Джокан, а в 1925 г. в Лхасе началась эпидемия оспы, консервативное духовенство однозначно истолковало эти события как ответ на реформы. Далай-ламе не оставалось ничего иного, как распустить полицию, сократить армию и закрыть светскую школу, вернувшись к прежней тысячелетней модели существования тибетского общества. Впрочем, сам Далай-лама был убежден в необходимости реформ, поскольку предвидел возможный крах тибетской государственности в обозримом будущем и именно с целью предотвращения его и настаивал ранее на совершенствовании армии и создании полиции. Ему принадлежат пророческие во многом слова, сказанные в 1933 году: ««Очень скоро в этой стране (с гармоничным сочетанием религии и политики) случатся предательские действия, как снаружи, так и изнутри. В это время, если мы не отважимся защищать нашу территорию, наши духовные личности, включая Победоносных Отца и Сына (Далай-лама и Панчен-лама) могут быть уничтожены без следа, собственность и власть наших Лакангов (резиденций перевоплощённых лам) и монахи могут быть отобраны. Кроме того, наша политическая система, разработанная Тремя Великими Владыками Дхармы, исчезнет без остатка. Собственность всех людей, высоких и низких, будет отобрана, а людей заставят стать рабами. Все живые существа должны будут влачить бесконечные дни страданий и будут пронизаны страхом. Такое время грядёт».

Период последних семнадцати лет существования суверенного Тибета – с 1933 по 1950 гг. – характеризовался такими событиями, как смерть Далай-ламы XIII в 1933 году, создание режима временных регентов, которые должны были управлять до поиска и совершеннолетия нового Далай-ламы, и периодические войны с китайскими генералами на восточных границах Тибета. Поскольку новый Далай-лама XIV Тэнзин Гьяцо, родившийся в 1935 году, «обнаруженный» в 1937 году как перевоплощение предыдущего Далай-ламы и в 1940 году официально возведенный в ранг духовного лидера, был еще ребенком, Тибет терзали непрекращающиеся политические противоречия между аристократами, претендовавшими на ведущие позиции при дворе Далай-ламы. В 1947 г. ситуация накалилась до предела – регент Нгаван Сунрабон получил посылку с гранатой, происходили вооруженные стычки между людьми регента и сторонниками его оппонента Джампел Ешэ.

Тем временем, в гражданской войне между Гоминьданом и коммунистами, долгое время раздиравшей территорию Китая, одержала верх Коммунистическая партия Китая. Позиция КПК в отношении Тибета оставалась непреклонной – Тибет является неотъемлемой исторической частью Китая и рано или поздно будет воссоединен с китайским государством. Примечательно, что данная позиция нашла своих сторонников и в Тибете. В частности, на Китай ориентировался Панчен-лама IX – второе по влиянию после Далай-ламы лицо в духовной иерархии тибетского буддизма и давний соперник Далай-ламы. Еще в 1923 г., в результате противоречий с Далай-ламой, Панчен-лама уехал в Китай, где гоминьдановское правительство назначило его «уполномоченным по западным границам». Сменивший его после смерти Панчен-лама X, которому в 1949 году было 10 лет, официально приветствовал провозглашение Китайской Народной Республики (разумеется, такой выбор сделало его окружение).

Присоединение к Китаю

7 октября 1950 г. 40-тысячные части Народно-освободительной армии Китая (НОАК) вошли на территорию Тибета со стороны провинций Цинхай и Синьцзян. Естественно, что тибетская армия, состоявшая всего из 8500 военнослужащих, плохо вооруженная и необученная, оказать полноценное сопротивление не могла. Тем более, что далеко не все тибетцы были настроены на боевые действия, многие напротив видели в китайской экспансии решение внутренних проблем страны. На сторону НОАК перешло более трех тысяч тибетских солдат и монахов, а 11 октября – целый 9-й батальон тибетской армии в полном составе. В декабре 1950 года пятнадцатилетний Далай-лама XIV со своей свитой покинул Лхасу и переселился в монастырь Донкар. Параллельно начались переговоры о мирном освобождении Тибета. Поскольку продолжать вооруженное сопротивление Тибет был не в состоянии, а поддержкой мировых держав, не спешивших ссориться с Китаем и стоявшим за его спиной Советским Союзом, пять лет назад одержавшим победу в войне с гитлеровцами, Далай-лама заручиться не смог, у тибетского руководства не оставалось иного выхода, как пойти на уступки Китаю и согласиться с включением Тибета в его состав в качестве автономного образования, сохраняющего при этом полный внутренний суверенитет.

Тибетская сторона выдвинула следующие требования: полная внутренняя независимость Тибета, отсутствие китайских войск на его территории, сохранение тибетской армии, присутствие китайского представителя в Лхасе с охраной не более 100 человек, причем представитель должен по вероисповеданию быть буддистом. В результате переговоров Тибет пошел на уступки – все военные и внешнеполитические вопросы переходили в компетенцию КНР, в Тибете создавался военный округ и размещался контингент НОАК. При этом Китай пообещал сохранить политическую и социальную систему Тибета. 23 мая 1951 года соглашение было подписано. Так Тибет стал национальным автономным районом в составе КНР, хотя некоторое время после введения китайских войск еще сохранял остатки внутренней автономии. Параллельно КНР начал создание тибетских национальных автономных районов в составе китайских провинций Цинхай, Ганьсу, Сычуань и Юньнань, где традиционно проживало значительное количество тибетоязычного населения, исповедовавшего ламаизм.

После установления власти Китая над Тибетом, Далай-лама возглавил автономный район. Однако Китай, разумеется, не собирался в действительности сохранять в незыблемом состоянии политическую систему Тибета, тем более, что она не укладывалась в рамки коммунистической идеологии, на которую ориентировалось китайское руководство. Постепенно в Тибет стало проникать значительное количество китайцев – как военнослужащих, так и гражданских лиц, направляемых для пропаганды коммунистической идеологии и атеизма. Естественно, что данная ситуация не устраивала тибетское духовенство и значительную часть тибетцев, находившихся под полным влиянием Далай-ламы. На территории старинных провинций Кам и Амдо, входивших ныне в состав провинций Ганьсу и Цинхай, атеизация тибетского населения шла полным темпом, что привело к восстанию верующих и массовому оттоку беженцев в Тибет, который пока еще пользовался определенной автономией. На территории южных районов Тибета развернулась настоящая партизанская война. Против НОАК действовали партизанские отряды общей численностью в 80 тысяч человек, которые подпитывались новыми людьми, бежавшими от китайских репрессий в провинциях Ганьсу и Цинхай.

Партизанская война в Тибете

10 марта 1959 года в Тибете в день религиозного праздника Монлам вспыхнуло народное восстание, организованное камскими и амдосскими беженцами. Восставшие захватили ряд важных зданий и напали на китайские военные и гражданские административные объекты. 28 марта китайский премьер Чжоу Эньлай объявил, что ««большинство калонов местного тибетского правительства и реакционная клика верхушки Тибета, войдя в сговор с империализмом и собрав мятежных бандитов, подняли мятеж, нанесли вред народу, увезли с собой Далай-ламу, сорвали Соглашение о мероприятиях по мирному освобождению Тибета, состоящее из 17 статей, а ночью 19 марта возглавили широкое наступление местных тибетских войск и мятежников на части Народно-освободительной армии в Лхасе». Восстание продолжалось 20 дней, и 30 марта было подавлено Народно-освободительной армией Китая. Однако в южных и центральных районах Тибета продолжилась партизанская война против китайских властей, длившаяся до конца 1970-х годов.

По результатам подавления восстания было уничтожено 87 тысяч тибетцев, 25 тысяч – арестовано. Далай-лама XIV и его сторонники бежали из страны в соседние Индию, Непал и Бутан. Начался массовый исход верующих тибетцев, преимущественно представителей духовенства и аристократии, из Тибета в другие государства. Всего в течение 1959 года эмигрировало более 80 тысяч тибетцев. Далай-лама, обосновавшийся в Индии, объявил о создании «тибетского правительства в изгнании». Таким образом, восстание, преследовавшее цели освобождения Тибета от китайского управления, в действительности оказалось выгодно именно китайским властям. Ведь после его подавления режим автономного правления Далай-ламы был ликвидирован, уничтожено или изгнано из страны активное ядро антикитайской оппозиции. Китай получил «широкий коридор» для окончательной модернизации Тибета по образцу остальных провинций страны и утверждения на его территории коммунистической идеологии и атеистического мировоззрения. На территории Тибета начались репрессии против ламаистского духовенства, а также верующего населения. Закрывались монастыри, монахи либо «перевоспитывались», либо уничтожались. Местные органы власти, существовавшие в период до 1959 года, были распущены, а их функции переданы китайским комитетам в составе военнослужащих НОАК и коммунистически настроенных тибетцев.

Сторонники независимости Тибета рассчитывали на помощь со стороны западных государств, однако она, по мнению тибетских руководителей, оказывалась не в должном объеме. Спецслужбы США обучали небольшие группы тибетцев на территории штата Колорадо и на острове Сайлан в Тихом океане, после чего на самолетах забрасывали на территорию Тибета. В 1960-е гг. началась подготовка тибетских партизан в тренировочном лагере на территории королевства Мустанг в Непале. Впрочем, отряды забрасываемых на территорию Тибета партизан, вооруженные винтовками, карабинами, минометами, очень скоро уничтожались превосходящими по силе частями китайской армии.

Тем не менее, США не увеличивали объемы военной помощи тибетским партизанам, поскольку в действительности были заинтересованы не столько в суверенитете Тибета, сколько в ослаблении китайских позиций в регионе.

До конца 1960-х гг. на юге Тибета действовало до 30-40 тысяч партизан, подпольные организации в крупных городах Тибета продолжали функционировать до 1976 года. Однако, реальной опасности для утвердившейся в Тибете власти Коммунистической партии Китая они уже не представляли. В особенности, если учитывать, что большая часть тибетского населения за прошедшие годы успела свыкнуться с китайским управлением, многие тибетцы вступали в ряды НОАК, делали военную и партийную карьеру и уже не помышляли о возвращении прежнего социально-политического устройства страны. Постепенно была свернута и помощь ЦРУ США тибетским партизанам, в особенности после того, как Китай рассорился с Советским Союзом и превратился в одного из ключевых оппонентов СССР в мировом коммунистическом движении.

Впрочем, подавление партизанской войны в Тибете не означало окончательного решения тибетского вопроса, равным образом, как и прекращения сопротивления тибетцев китайской власти. Так, в 1987-1989 гг. Тибетский автономный район Китая, как с 1965 г. назывался Тибет, сотрясла волна массовых беспорядков. Начавшись с демонстрации монахов в Лхасе 27 сентября 1987 года, беспорядки охватили не только территорию Тибетского района, но и распространились на соседние провинции Сычуань, Цинхай, Ганьсу и Юньнань, где также проживает значительное по численности тибетское население. В результате беспорядков погибло от 80 до 450 человек (по разным данным). Еще одно восстание вспыхнуло в марте 2008 года, когда тибетские монахи вышли на демонстрацию в память об изгнании Далай-ламы. Поддержавшая их толпа молодежи начала громить китайские магазины и учреждения. Погибло несколько человек. По итогам выступлений было арестовано 6500 тибетцев, четверо приговорены к смертной казни. Нестабильная политическая ситуация в регионе вынудила китайское руководство значительно увеличить количество тюрем и лагерей в Тибете и ближайших провинциях: в Тибетском автономном районе действует 25 тюрем и лагерей, еще 32 – в соседней провинции Цинхай.

Кому выгоден тибетский вопрос

Стимулирование антикитайских выступлений в Тибете осуществляется, в первую очередь, Далай-ламой XIV и его окружением. Обосновавшийся в Индии Далай-лама, естественно, надеется на возвращение независимости Тибета, утверждая, что китайское управление уничтожает культуру и религию тибетского народа. Во многом он прав – политика модернизации тибетского общества действительно изменила Тибет до неузнаваемости, ликвидировала многие традиционные основы жизнедеятельности тибетского общества. Вместе с тем, сложно утверждать, что именно в период шестидесятилетнего китайского управления Тибетом многократно возросло качество жизни тибетского населения. Были созданы светские образовательные учреждения, предприятия, современная социально-бытовая и коммуникационная инфраструктура, здравоохранение – то есть все то, чего были лишены тибетцы в годы независимости.

С другой стороны, многим тибетцам, в особенности представителям духовенства, не нравится политика Китая на подрыв роли ламаизма в общественной жизни региона. Данные настроения играют на руку сразу нескольким мировым и региональным державам. Во-первых, в независимости Тибета заинтересовано Дели, поскольку этот выход является оптимальным для создания буферного государства между Индией и Китаем. Во-вторых, сложно отрицать заинтересованность Соединенных Штатов, являющихся одним из основных геополитических соперников Китая, в подрыве политической и социальной стабильности в КНР. Наконец, Япония также видит в поддержке тибетского освободительного движения возможность ослабления позиций Китая в Азии.

Для развала китайского государства или, по крайней мере, его существенной дестабилизации, Соединенными Штатами будут использованы, в первую очередь, два ключевых инструмента давления – тибетский вопрос и уйгурский вопрос. При этом США, разумеется, не имеют никакой заинтересованности в создании сильных и независимых государств на территории современных Тибетского автономного района и Синьцзян-Уйгурского автономного района. Освободительные движения на этих территориях для американских спецслужб являются лишь инструментом давления на Китай, поэтому поддерживая тибетских или уйгурских оппозиционеров, американцы преследуют исключительно собственные цели, хоть и прикрывают их рассуждениями о правах человека и национальном самоопределении. Впрочем, открыто ссориться с КНР не собирается ни США, ни другие государства, поэтому все тибетские делегации, прибывающие в Соединенные Штаты или Великобританию за поддержкой, получают ответ, что Тибет является частью Китая, но есть «озабоченность соблюдением прав человека на его территории».

Движение за независимость Тибета поддерживается значительной частью западной общественности. Связано это, в первую очередь, с широким распространением интереса к буддизму, Тибету и тибетской культуре среди образованных слоев американского и европейского населения. В поддержку тибетской независимости высказывались Ричард Гир, Харрисон Форд, Стинг и другие медиаперсоны мирового уровня. Очень большое количество американцев и европейцев, а теперь уже и россиян, приняли буддизм тибетского толка и признают Далай-ламу своим духовным лидером. Соответственно, они поддерживают его позицию, в первую очередь руководствуясь мировоззренческим и конфессиональным выбором, а не соображениями социально-политической целесообразности, выгодности суверенитета самому тибетскому народу.

Представления американской и европейской общественности о Тибете во многом основаны на романтизации жизни в этой стране до включения в состав КНР. Тибет рисуется как мифическая сказочная страна без насилия, управляемая мудрыми буддийскими ламами, хотя подобная идеализация очень далека от реальности. По крайней мере, русскоязычные источники путешественников, побывавших в Тибете в начале ХХ века (а это воспоминания бурята Гомбожаба Цыбикова, знаменитого востоковеда Юрия Рериха – сына не менее известного художника Николая Рериха) свидетельствуют о социальной отсталости, нищете большей части населения, жестокости властей в тогдашнем суверенном Тибете. Отрицание реальных заслуг Китая в области обеспечения тибетского населения современными социальными благами, включая доступ к образованию и здравоохранению, искоренение в регионе рабства и феодальных отношений представляется либо следствием неосведомленности, либо намеренным искажением фактов. Более того, массовая поддержка на Западе движения за независимость Тибета в действительности лишь обрекает регион на ужесточение внутренней политики Китая, для которого позиция западной общественности по Тибету является свидетельством ангажированности тибетского движения за независимость западными державами и их спецслужбами.

Что касается позиций России по тибетскому вопросу, то следует помнить, что Россия является соседом и стратегическим партнером КНР, что побуждает российское руководство соблюдать дистанцию от тибетского национального движения. Так, Далай-ламе регулярно отказывали с разрешением визитов на территорию Российской Федерации, хотя в России в трех республиках – Калмыкии, Бурятии и Туве, а также в Иркутской и Читинской областях, – проживает значительное количество буддистов – представителей коренного населения этих регионов. Буддизм школы Гелугпа, главой которой и является Далай-лама, признается одной из четырех традиционных конфессий Российской Федерации. Естественно, что буддисты России имеют право лицезреть своего духовного лидера, но разрешение на въезд Далай-ламы в страну может осложнить отношения с КНР и Москва прекрасно понимает эти последствия.

Очевидно, что тибетский вопрос нуждается в политическом разрешении, поскольку любой иной исход принесет лишь горе и страдания тибетскому народу и другим народам региона и ни в коем случае не будет способствовать подлинному процветанию этой древней земли. Поскольку история взаимоотношений Китая и Тибета насчитывает более тысячи лет, можно говорить о том, что тибетский вопрос в его нынешнем виде – лишь одна из стадий многовековой коммуникации. Вероятно, гармонизация отношений между тибетцами – сторонниками традиционной модели развития, и китайским правительством наступила бы гораздо быстрее, если бы американские, британские, индийские власти не занимались усугублением ситуации, фактически подпитывая и стимулируя дестабилизацию политической обстановки в Тибете.

topwar.ru

КИТАЙСКО-ТИБЕТСКИЙ КОНФЛИКТ 1950-1960-х гг.. В боях за Поднебесную. Русский след в Китае

КИТАЙСКО-ТИБЕТСКИЙ КОНФЛИКТ 1950-1960-х гг.

Краткая историко-географическая справка

Тибет — горная страна в Центральной Азии. Возникла как независимое государство со столицей Лхаса в начале VII в. К VIII в. Тибетская империя простиралась от Ланьчжоу в центре Китая до Кашгара в Средней Азии и севера Индии. Некоторое время эта монархия была серьезным конкурентом китайской династии Тан. В этот период на Тибете сформировалась специфическая религиозная культура, основанная на сочетании особой формы буддизма — тхеравада, тантрического буддизма и древнего шаманизма. Вместе они дали ламаизм (тибето-монгольский буддизм), на базе которого на рубеже XIV — XV вв. была основана буддийская секта — гэлутба (желтошапочники). Глава секты с XVT в. стал носить титул Далай-ламы (в переводе — «высшее море мудрости»). В 1642 г. гэлутба утвердилась в качестве господствующей религии в Тибете, а Далай-лама стал духовным и светским главой страны. С конца XVIII в. Тибет входил в состав Китая (с 1965 г. — автономный район Китая), но к концу XIX в. стал практически независимым. В результате военной экспедиции 1903—1904 гг. Тибет был захвачен Англией, передавшей в 1906 г. управление страной представителям Китая, тем самым формально признав над ней суверенитет Пекина. Это возмутило тибетцев, и после падения в 1912 г. Цинской династии они изгнали из страны китайских чиновников и сохраняли независимость до 1950 г.

* * * 

Первые попытки установить дружественные связи России с Тибетом были предприняты еще Екатериной II. Известно, в частности, что она посылала дары Далай-ламе, через калмыков, шедших в Тибет на поклонение к Живому Богу.

Начиная с конца XIX в. к Тибету проявляет колоссальный интерес Англия, которая пыталась таким образом обезопасить свои позиции в Индии — «жемчужине британской короны». Здесь, в Тибете, английским интересам реально противостоял только Китай. Англичанам удалось оттеснить своего восточного конкурента, закрепиться в Тибете и переориентировать его экономику на Индию. Такая активная политика англичан не мота не беспокоить Санкт-Петербург.

27 февраля 1893 г. на стол российского императора лег документ, озаглавленный как «Записка Бадмаева Александру III о задачах русской политики на азиатском Востоке». В нем излагался план колониального движения России в Азии и возможность присоединения к русским владениям Монголии, Китая и Тибета.

Автором «Записки» был надворный советник П.А. Бадмаев[158]. Для реализации своего проекта Бадмаев предлагал устроить поселение за Байкалом, близ реки Онона, в местности, очень удобной для скотоводства и хлебопашества. Это поселение, по замыслам автора «Записок», должно было стать своего рода центром влияния России на Восток. Однако план Бадмаева так и не был реализован.

Следующая попытка «внедрения» на Тибет связана с именем ламы Агвана Доржиева (в переводе с тибетского «Доржиев» — «Раскат грома»). Будучи российским подданным, он долгие годы являлся послом Далай-ламы в Российской империи, а впоследствии — в СССР.

Известно, что Агван Доржиев родился в Сибири, где-то к востоку от Байкала. Около 1880 г. он прибыл в числе многих других монахов-послушников в тибетскую столицу Лхасу. В те дни он был известен как Чоманг Лобзанг. В Тибете молодой монах поступил в монастырь Дрепунг — один из трех наиболее значительных центров религиозной деятельности страны. Однако вскоре ему пришлось заняться политикой. В 1898 г., когда угроза со стороны Британии стала для Тибета вполне реальной, Доржиев по поручению Далай-ламы отправился в Санкт-Петербург. Благодаря помощи русского консула в Тяньцзине и оказавшегося волей обстоятельств в посольстве князя Эспера Ухтомского ему удалось добиться аудиенции у Николая П. В Петербурге Доржиев завел полезные знакомства и вернулся в Тибет с многочисленными дарами от русского императорского двора. Его отчет произвел огромное впечатление на тогдашнего Далай-ламу. Тем более что традиционный союзник Тибета, Китай, больше не обладал значительной военной мощью и практически полностью находился под контролем англичан. Россия же представляла собой реальную военную силу. Однако дальнейшие отношения между Россией и Тибетом не получили развития.

Очередная попытка наладить связь с Тибетом была сделана осенью 1918 г. уже Советской Россией. 27 сентября газета «Известия» опубликовала небольшую заметку, озаглавленную «В Индии и Тибете». В ней шла речь о борьбе, якобы начатой тибетцами, по примеру индийцев, против «иностранных поработителей»: «К северу от Индии, в сердце Азии, в священном Тибете идет такая же борьба. Пользуясь ослаблением китайской власти, эта забытая всеми страна подняла знамя восстания за самоопределение». Рассуждения публициста о зреющем среди тибетцев стихийном протесте против угнетателей-англичан были чистым вымыслом, поскольку в тот момент никаких признаков национально-освободительного движения в Тибете не наблюдалось. Появление же этой заметки объясняется тем, что в сентябре 1918 г. ЧК освободила из Бутырской тюрьмы представителя Далай-ламы в России Агвана Доржиева. Последний вместе с двумя спутниками был арестован на железнодорожной станции Урбах (недалеко от Саратова) по подозрению в попытке вывоза ценностей за пределы Советской России. На самом деле это были средства, собранные Доржиевым среди калмыков на строительство общежития при буддийском храме в Петрограде. От расстрела, почти неминуемого, Доржиева спасло лишь вмешательство НКИДа. Условием освобождения тибетского дипломата, очевидно, стало его согласие сотрудничать с советским дипломатическим ведомством — привлечь же Доржиева к такому сотрудничеству было не очень трудно, зная о его давнишней англофобии и активной посреднической деятельности с целью привести Тибет под покровительство России. Таким образом, перед руководителем НКИДа Чичериным открылась реальная перспектива — завязать через Доржиева дружеские связи с Далай-ламой и другими тибетскими теократами, благодаря чему можно было бы продвинуть революцию в страны буддийского Востока и нанести ощутимый удар по «главной цитадели британского империализма в Азии — Индии».

В рамках этого плана было принято решение об организации двух научных экспедиций; в Восточный Туркестан и Кашмир — под руководством председателя Русского комитета для исследования Средней и Восточной Азии, находившегося в ведении НКИДа, академика Ольденбурга, и в Тибет — под началом профессора Щербатского. Обе экспедиции, хотя перед ними формально ставились чисто научные задачи, в то же время должны были служить политическим целям большевиков. Так, в проекте Тибетской экспедиции говорилось, что она, «между прочим, должна собрать сведения о взаимоотношении, взаимном проникновении и влиянии монгольских племен вдоль северной границы Тибета». Однако из-за начавшейся гражданской войны, отрезавшей Москву от Восточной Сибири и Монголии, этим экспедициям не суждено было осуществиться. Более удачливой оказалась экспедиция, организованная при поддержке НКИДа уполномоченным Коминтерна на Дальнем Востоке Шумятским. Вот что Шумятский сообщал Чичерину по поводу подготовки экспедиции в письме от 25 июля 1921 г.: «Тиб. экспедиция мною спешно снаряжается, я вызвал в Иркутск начальника экспедиции Ямпилова проинструктировать его согласно вашим указаниям. Жду присылки радиоаппарата и тех вещей, на которые я оставил вам выписку. Мы выработали маршрут для экспедиции с расчетом обойти все опасные пункты. Весь путь рассчитан на 45 — 60 дней, считая остановки и возможные задержки. Начальника конвоя ищу из числа калмыков-коммунистов. На днях один из кандидатов приедет ко мне для ознакомления, 22 июля, в крайнем случае, 4 августа экспедиция выступает в путь. Ранее приобретенные прежними организаторами верблюды экспедиция не возьмет, ибо гораздо конспиративнее следовать на наемных верблюдах, как пилигримы. Сампилон мною уже вызван в Иркутск. Он сейчас с головою увяз в работу в Монголии. Пришлось его оттаскивать от работы. При приезде немного его обработаю и пошлю к Вам для полировки и для того, чтобы Вы познакомились с ним лично, окончательно решим, стоит ли его посылать или нет». Проблема подбора кандидата на роль «начальника конвоя» разрешилась быстро. Им стал калмык-коммунист Василий Хомутников (настоящее имя — Василий Кикеев), командир Калмыцкого кавалерийского полка Юго-Западного и Кавказского фронтов. После долгого и трудного путешествия 9 апреля 1922 г. экспедиция Щербатского-Хомутникова достигла Лхасы. Далай-лама встретил посланцев довольно настороженно. Аудиенция состоялась на следующий же день в зимнем дворце правителя в Потале и продолжалась около шести часов.

Наместнику Будды от лица советского правительства были поднесены подарки: сто аршин парчи, золотые часы с монограммой «РСФСР», серебряный чайный сервиз и, наконец, «чудесная машина» — небольшой радиотелеграфный аппарат. Вместе с подарками Далай-ламе было вручено официальное послание советского правительства за подписью заместителя Чичерина и письмо от Атвана Дорджиева. Каких-то особенных результатов, кроме только разведывательных, эта экспедиция не принесла. Далай-лама не спешил разрывать договоры с Великобританией, тем более что британцы поставляли Тибету оружие и военных советников для войны с Китаем. Свой отчет о путешествии Хомутников подал в НКИД 28 октября 1922 г. О том, какого рода сведения были добыты им в поездке, говорят хотя бы заголовки основных разделов этого документа: «Далай-лама и его настроение», «Министры Далай-ламы», «Тибет и Англия», «Тибет и Китай», «Тибетская армия» и так далее.

Почти сразу речь зашла об организации следующей экспедиции, цель которой была в закреплении успеха первой. Такая экспедиция под видом каравана паломников состоялась в 1924 г. и вошла в Лхасу 1 августа. Возглавлял ее сотрудник Восточного отдела НКИДа Сергей Степанович Борисов. На этот раз тибетцы встретили советскую делегацию приветливо и даже с некоторыми почестями — при ее встрече был выставлен почетный караул. На следующий день состоялась аудиенция в летнем дворце Далай-ламы. Началась она, по обычаю, с поднесения подарков правителю Тибета, которые включали в себя фарфоровые вазы, золотые кубки, серебряные блюда и многое другое. Вместе с подарками Борисов, фигурировавший под конспиративным именем Церендоржи, вручил ему также два официальных письма — от ЦИК (за подписью Калинина) и от правительства СССР. Подарки и письма были приняты «благосклонно».

Экспедиция Борисова пробыла в Лхасе около трех месяцев и вернулась в Москву в мае 1925 г. Переговоры с Далай-ламой не увенчались успехом, хотя их подробности во многом остаются неизвестными{283}. Летом 1920 г. в ведомстве Чичерина обсуждался еще один проект «научно-пропагандистской экспедиции» в Тибет, принадлежавший литератору и ученому Александру Барченко[159], о котором я рассказывал в предыдущей главе. Барченко определил официальной целью экспедиции «исследование Центральной Азии и установление связи с населяющими ее племенами», хотя в действительности намеревался отыскать центр «доисторической культуры» в Тибете — легендарную Шамбалу северных буддистов. Однако и эта экспедиция не состоялась.

* * *

В октябре 1950 г. председатель Китайской Народной Республики Мао приказал своей армии начать поход на Тибет. Части НОАК вошли туда через труднодоступный район

Чамбо и приступили к его «умиротворению». Верховный духовный лидер Тибета Далай-лама, соблюдая буддийские традиции, ответил на китайское вторжение пассивным неповиновением. Так же поступили и населявшие пустыню племена хамда и амдо. Но не прошло и нескольких лет, как «гнет китайской оккупации», как позже утверждали западные СМИ, спровоцировал племена на восстание. Причем к 1957 г. вошедшая в Тибет группировка НОАК, имевшая ранее значительное численное превосходство, уже столкнулось, правда, с плохо вооруженной, но 80-тысячной конной армией{284}. В действительности же причиной «народного выступления» стало недовольство местных феодалов потерей влияния на простое население. Симпатии тибетцев к китайской тактике «добрыми делами обретать друзей» и появление в «заповеднике Средневековья», как охарактеризовал район советский журналист Овчинников, побывавший там в 1955 и 1990 гг., врачей, ветеринаров, агрономов наносило ощутимый удар по феодально-теократическому режиму религиозных фанатиков{285}.

Развернувшаяся повстанческая борьба с коммунистическим Китаем не могла остаться без внимания США. Тем более что Тибет занимал уникальное стратегическое положение: он являлся как бы перекрестком между Советским Союзом, Индией и Китаем. Кроме того, в этих труднодоступных и пустынных районах зарождались почти все азиатские реки.

В 1957 г. администрацией американского президента Эйзенхауэра было принято решение оказать помощь тибетскому движению сопротивления. Выполнение задачи по подготовке партизан и обеспечению повстанческих отрядов оружием и другими предметами снабжения было возложено на ЦРУ. Ему предстояло решить очень сложную проблему. Дело в том, что правительство Индии, опасаясь вызвать недовольство своего северного соседа — Советского Союза, не разрешило США использовать свою территорию как базу антикоммунистических повстанцев. Единственно возможной альтернативой являлась скрытная доставка помощи воздушным путем на большую дальность. Причем с учетом высокогорных особенностей Тибета, не без основания называемого «крышей мира», где низины располагаются на высотах порядка 4267 м. Однако ЦРУ к этому времени не располагало ни летчиками необходимой классности, ни требуемой авиационной техникой. Все это удалось найти чуть позже, на Окинаве. Костяк специальной авиационной группы составили молодые офицеры, служившие во 2-м отряде 1045-й группы наблюдения, оценки и подготовки специальных операций. Возглавил «тибетскую группу» майор Адерхольт («Хейни») имевший непревзойденную репутацию мастера партизанских операций во время войны в Корее. Самым же пригодным для выполнения поставленных задач самолетом оказался четырехмоторный самолет С-118, широко использовавшийся принадлежавшей ЦРУ авиакомпании «Сиввил Эйр Трэнспорт» (CAT)[160].

Остальное было делом техники.

Для полетов в Тибет на максимальную дальность самолет С-118 загружался на Окинаве оружием стран коммунистического блока и предметами снабжения (всего 4082 т.), которые уже были подготовлены к выброске с парашютом над опорными пунктами повстанцев в юго-восточных районах страны. Самолет обычно взлетал с Окинавы, делал промежуточную посадку на авиабазе ВВС США Кларк на Филиппинах, где дозаправлялся и брал на борт специалистов по дальней связи, а затем пролетал над Индокитаем и садился на заброшенном английском аэродроме в Восточном Пакистане (ныне Бангладеш). Там экипаж ВВС менялся на экипаж авиакомпании САГ, который пилотировал самолет на последнем отрезке маршрута: на север (в Тибет) и обратно.

К началу 1959 г. ЦРУ удалось получить от ВВС США несколько дальних тактических транспортных самолетов С-130 «Геркулес», выпускавшихся фирмой «Локхид». По своим техническим характеристикам С-130 значительно превосходил использовавшийся С-118. Появившиеся возможности внесли некоторые коррективы в проведение дальнейших операций.

Аэродром в Восточном Пакистане был заменен на более удобную авиабазу Такли королевских ВВС Таиланда, расположенной на севере страны. На нем под контролем людей из подразделения Адерхольта прибывавшие С-130 проходили «стерилизацию» (удаление опознавательных знаков государственной принадлежности) и замену военных экипажей на экипажи авиакомпании «Эйр Америка», которые и летали затем к конечной точке маршрута в Тибете.

Военные экипажи, перегонявшие С-130 в Такли, немедленно возвращались на базу другим самолетом. В Такли оставался персонал 2-го отряда, ЦРУ и авиакомпании «Эйр Америка». Чтобы обезопасить себя на случай возможного появления китайских истребителей-перехватчиков, экипажи выполняли все полеты только в темное время суток, в периоды «окон полнолуния».

В типовом случае за один самолето-вылет в район цели доставлялись несколько подготовленных к сбрасыванию на парашютах поддонов с укупорками оружия и предметов снабжения, а также небольшая группа тибетцев, прошедших специальную подготовку в лагерях ЦРУ Первым лагерем, где с 1957 г. начали проходить обучение повстанцы, был специальный военный лагерь ЦРУ США на острове Сайпан в Марианском архипелаге, находившийся под юрисдикцией Соединенных Штатов. Здесь воины хамда и амдо обучались чтению карт, работе на радиостанции, владению оружием, проходили парашютную подготовку. Примерно с 1959 г. тибетские партизаны стали проходить военную подготовку в армейском учебном центре Кэмп-Хейл, находившемся рядом с шахтерским поселком Ледвиль в штате Колорадо. Этот центр был создан еще в годы Второй мировой войны и предназначался для подготовки горно-стрелковых частей. В Кэмп-Хейли тибетцы проходили интенсивную военную подготовку: изучали оружие, подрывное дело, радиосвязь, тактику партизанских действий{286}. По некоторым данным, в 1959 — 1962 гг. через Кэмп-Хейл было пропущено 170 курсантов{287}.

По окончании боевой подготовки тибетцев незамедлительно отправляли обратно в Азию и сбрасывали с парашютом с «небесных лодок», как называли повстанцы самолеты С-130, где-нибудь на высокогорном плато Тибета.

В 1959 г. в стране вспыхнуло очередное антикитайское восстание. Вооруженные столкновения начались в столице Тибета Лхасе. Поводом к ним послужила якобы попытка китайских властей захватить главу ламаистской церкви и светской власти Далай-ламу Тенцзин Чжацзо и заменить его подконтрольным Пекину Панчен-ламой{288}. На защиту Далай-ламы выступили жители Лхасы и племена, проживавшие в окрестностях столицы. В ответ на это китайцы ввели в автономный район дополнительные армейские части[161]. В результате было убито около 30 тысяч тибетцев. Далай-лама и его несколько тысяч единомышленников вынуждены были бежать из страны. Мятеж круто изменил жизнь тех, кто бежал, и тех, кто остался. Жесткие методы Пекина в Тибете привели в конечном счете к ликвидации в районе феодальных отношений, освобождению от крепостной зависимости земледельцев и скотоводов. Тех, кто бежал за границу, пригрели западные спецслужбы. «Выдающийся правозащитник современности» Далай-лама и его сторонники превратились в орудие психологической борьбы с коммунистическим Китаем.

В 1960 г. администрация Эйзенхауэра приняла решение прекратить специальные операции по снабжению с воздуха тибетских повстанцев. Однако борьба тибетских партизан на этом не только не закончилась, но и продолжала периодически усиливаться. Значительную роль в этом сыграла помощь, оказываемая Советским Союзом. По иронии эры «холодной войны», именно СССР стал своего рода преемником США в поддержке тибетских повстанцев. Это стало следствием советско-китайского кризиса, обострившего отношения между двумя государствами на многие годы.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

military.wikireading.ru

Тибет и Китай 2019

Тибет против Китая

Тибет и Китай часто ошибочно принимают друг за друга по уважительной причине — они — каждая часть другой. Кроме того, оба они расположены в Восточной Азии. Несмотря на эту путаницу, между этими двумя местами все еще много различий.

Тибет — бывшая независимая нация со столицей Лхасы. С 1965 года по настоящее время Тибет является частью Китая, официально как один из автономных регионов Китая. Китай, с другой стороны, является независимой страной, а Пекин — ее столицей.

Тибет и Китай имеют давние отношения и долгую историю друг с другом. В какой-то момент своей истории Тибет стал частью Китая. Позже Тибет восстановит независимость. В 1950 году правительство Китая напало и побеждало Тибет, чтобы получить стратегическую границу в Азии. Политический и духовный лидер Тибета Далай-лама был вынужден изгнать. В составе новых территорий Китая Тибет находился под властью Китая и его правительства.

Официальное название Китая — Китайская Народная Республика, а Тибет — Тибетский автономный район Китайской Народной Республики. Тибет имеет официальное правительство, которое он разделяет с материковым Китаем — китайским правительством. Тем не менее, Тибет также имеет правительство в изгнании, возглавляемое его изгнанным лидером Далай-ламой. Это правительство называется Центральной тибетской властью и базируется в Индии.

В Китае насчитывается 23 провинции, три муниципалитета и пять автономных районов. Тибет является одним из автономных регионов. Он имеет большой объем земли, который включает в себя различные формы земли, включая три возвышения. Самая высокая высота Тибета — самое высокое плато и самая высокая точка в мире, на Эверест.

Китай также является многорасовым государством, в котором живут разные этнические группы. Тибетцы — одна из этих этнических групп. Самой известной этнической группой является Хань-Китай, в которую входит большинство населения. В Тибете большинство людей — тибетцы с рассеянием китайцев.

Китайцы считаются крупнейшим населением в мире. Политически тибетцы считаются китайцами и частью китайского населения. Но с точки зрения этнической принадлежности китайский народ превосходит тибетский народ.

Из-за своего многорасового статуса в Китае существует много языков. Есть четыре основные языковые семьи, шесть китайских диалектов и 41 язык меньшинств. Тибетский язык включен в языки меньшинств и широко используется в Тибете.

Транспорт также является существенным различием между ними. Китай имеет многочисленные виды транспорта со многими дорогами, 16 портами, тремя аэродромами и различными железными дорогами. Тибет, напротив, использует дороги и железные дороги для путешествий.

Резюме:

  1. Тибет и Китай разделяют одно и то же место (Восточная Азия) и одно и то же официальное правительство — Коммунистическое правительство Китая.

  2. Тибет является частью Китая и является одним из его автономных регионов. Раньше это была независимая нация до 1950-х годов. Китай является независимой страной с собственным правительством, простирающимся над материком и другими его территориями, включая Тибет, Гонконг и другие.

  3. Официально Тибет является частью правительства Китая. Однако у него есть правительство в изгнании, которое называется Центральной тибетской властью. Это правительство возглавляет Далай-лама, изгнанный лидер Тибета в Индии.

  4. Китайское население превышает Тибет, и его объем земли больше. В Китае много этнических групп, в то время как в Тибете находится только одна этническая группа — тибетцы. Тибетцы являются частью китайского населения. Большинство китайцев — ханьцы.

  5. Из-за множества этнических групп китайская нация имеет несколько языков, которые включают 4 лингвистических семьи, шесть китайских диалектов и 41 язык меньшинств. Официальный язык Китая — китайский. Тибет поддерживает тибетский язык, принимая китайский язык в целях коммуникации.

  6. Китай использует множество транспортных средств, включая железные дороги, дороги, порты, аэропорты и аэродромы. Тем временем Тибет использует дор

ru.esdifferent.com

Как китайцы строят прекрасный Тибет – Варламов.ру – ЖЖ

«В 1950-м году коммунисты оккупировали Тибет, где жили мирные замечательные буддисты, которые боялись даже на червячка наступить!»

Такова версия любого уважающего себя западного человека, основной источник знаний которого – фильм «Семь лет в Тибете» с участием Брэда Питта. Кстати, после съёмок в нём актёр пожизненно лишён права на въезд в КНР. В фильме рассказывается о том, как австриец сбегает в Тибет от Второй мировой войны и от своей беременной жены. В Тибете ещё до китайской эпохи было запрещено появляться иностранцам, но персонажа Питта радушно принимают, и он становится учителем маленького Далай-ламы (бремя белого человека, сталкивающегося с просветлёнными, но всё же дикарями). И тут приходят ужасные китайские коммунисты, которые убивают всех направо и налево и закидывают гранатами жилые дома. Брэд Питт говорит Далай-ламе, что пора бежать, но тот отказывается (в реальности Далай-лама несколько лет спустя всё-таки сбежал в Индию)… Этот фильм стал одним из источников современной мифологии о Тибете.

Существует стереотип о хороших тибетцах и плохих коммунистах. Прежде чем начать разговаривать на эту тему, надо понять несколько вещей. Во-первых, «Тибет наш» – это далеко не коммунистический лозунг. Например, партия Гоминьдан, с которой коммунисты сражались на полях гражданской войны, абсолютно так же претендовала на Тибет и считала его частью Китая. Во-вторых, Тибет на протяжении нескольких последних столетий хоть и был автономен, но регулярно оказывался под протекторатом либо Китая, либо Монголии.

На самом деле, даже в титуле Далай-ламы есть иностранное слово: «далай» по-монгольски означает «океан» или «море». А «блама» или, как мы говорим, «лама» – это уже тибетское слово, которым называют религиозного учителя, то есть оно примерно соответствует слову «гуру». Говоря «океан» или «море», монголы часто имели в виду весь мир – вспомните титул Чингисхана. Так что если попытаться перевести словосочетание «Далай-лама», то получится «Всемирный учитель» или, скажем «Вселенский пастырь».

Этот титул не взялся из ниоткуда. Ещё в XVI веке его присвоил тибетским духовным лидерам один из потомков Чингисхана, монгольский правитель Алтан-хан (это тоже титул). С тех пор Далай-лам было много. Нынешнего, 14-го по счёту, зовут Нгагва́нг Ловза́нг Тэнцзи́н Гьямцхо́, и живёт он не в Тибете, а в Индии. Он вынужден был уехать в 1959 году, после подавления Тибетского восстания войсками КНР. Раньше Далай-лама XIV руководил правительством Тибета в изгнании, но в последние годы отошёл от дел и является прежде всего духовным лидером.

В Китае Далай-ламу считают террористом и сепаратистом, поэтому его возвращение в Тибет невозможно. Кроме того, Пекин крайне истерично реагирует на любую встречу иностранных лидеров и общественных деятелей с Далай-ламой. Например, экс-президент Франции Николя Саркози несколько раз встречался с Далай-ламой, в результате чего Китай едва не отменил форум «Азия – Европа» и даже пригрозил перестать закупать во Франции «Эйрбасы». Тот конфликт вроде бы удалось урегулировать, но реакция очень показательна. Кстати, российские власти с начала нулевых не дают Далай-ламе визу по той же причине: боятся расстроить Пекин.

Надо сказать, что до 50-х годов Тибет вовсе не был мифической Шамбалой, где все ходят просветлённые и питаются горным воздухом. Тибет был обычным феодальным обществом с минимальной продолжительностью жизни. Между различными фракциями буддистов постоянно происходили стычки и гражданские войны. Последняя гражданская война в Тибете была в 1948 году, буквально за два года до того, как Народно-освободительная армия Китая наконец добралась до этого региона.

Тибет был абсолютно отсталой территорией. Там действовал запрет на развитие какой-либо промышленности, поэтому страна вынуждена была импортировать всё из Индии. Управляла страной элита, которая отправляла детей учиться в Британию и хранила свои сбережения в британских и индийских банках. То есть Тибет не был сакральным и демократическим обществом, которое разрушили коммунисты.

На вокзале нас встречает гид! Самостоятельно приехать в Тибет иностранец не сможет, а вот перемещаться по городу – без проблем. Главное – иметь паспорт: его иногда проверяют на блокпостах в центре города.

Первое, что удивляет – в Лхасе необычно много флагов КНР, чтобы никто не подумал, что Тибет – это не Китай. А вот флага Тибета вы не встретите, он запрещён с 1959 года, когда Китай подавил Тибетское восстание, и Далай-лама уехал из страны. С тех пор это официальный флаг правительства Тибета в изгнании и заодно символ разных протестующих, использующих лозунги типа «Свободу Тибету!». В 2008 году был неловкий момент: во время последнего тибетского бунта в китайской провинции Гуандун нашли фабрику, которая делала флаги Тибета. То есть целые партии сепаратистских флагов были made in China. Да это как если бы ткацкий комбинат в Иваново начал производить флаги Республики Ичкерия!

Флаги вывешивают повсюду: на столбах, на зданиях, на жилых домах.

В других китайских городах их тоже много, но не так!

Центр Лхасы

В Лхасе очень сложно поймать такси, они тут работают как маршрутки. Найти пустую машину практически невозможно, а даже если найдёте, то по дороге водитель обязательно кого-то подсадит. Хотите комфорта? Заказывайте «Диди», местный аналог «Убера».

Окраины Лхасы очень китайские. Повсюду растут новые дома, типовые унылые небоскрёбы.

Новенькие торговые центры. Глобализация уже добралась даже до таких уголков, как Тибет. На центральной площади Лхасы работает «Бургер Кинг» – всё, ничего святого не осталось.

Лёва налегает на водочку, говорит, что ему доктор разрешил. Мне доктор пить алкоголь запретил, но как я могу бросить друга?

В отеле стоят кислородные баллоны, если кому-то станет плохо. В каждой комнате есть специальная кнопка, чтобы вызвать помощь. Вообще, далеко не все переносят поездку в Тибет нормально. У многих от кислородного голодания постоянно болит голова, они переживают одышку, тошноту, постоянную слабость, у кого-то даже не выдерживает сердце.

Китайцы защищают буддийские святыни.

Да что вы понимаете в красивых заборчиках! Вот красота! Учитесь, как надо огораживать памятники.

Народ крутит барабаны. Барабан крутится – молитва читается, удобно!

Я человек не религиозный, поэтому смотрю на всё это как на красивое представление. Когда у тебя с одной стороны сетевой ресторан фастфуда, а с другой – торговый центр, святости места не чувствуешь.

Зато в местных барах знают о Чемпионате мира по футболу! Осталось правильно написать слово «Россия».

Старина Забивака на крыше мира!

«Юникло» сделала специальные пуховички для монахов нужного цвета. А вы говорите, что глобализация – это плохо!

Рынок

Рядом с рынком стоят палатки логистических компаний. Тут закупаются мелким оптом перекупщики, которые сразу отправляют посылки себе домой. Удобно. Вышел с рынка и сразу всё барахло послал домой в коробке.

Маски надевают для защиты от пыли. Девушки закрывают лица от агрессивного солнца.

В Тибете просто очаровательные бабушки. Любителям фактурных лиц и портретов понравится.

Иностранцев всегда не очень охотно пускали в Тибет, поэтому долгое время не существовало фотографий Тибета и конкретно Лхасы. Первые известные фотографии Тибета сделал уроженец Российской империи Гомбожаб Цыбиков, востоковед и этнограф бурятского происхождения. В конце XIX века он получил от Петербургской академии наук грант на поездку в Тибет и отправился туда. Кто бы знал, что для тибетцев это обернётся страшной диверсией!

Цыбиков сделал первые в мире фотографии дворца Потала (самый известный архитектурный комплекс в Лхасе, он на заглавной фотографии), причём фотоаппарат он замаскировал как раз под такой молитвенный барабан, как у бабули на фото выше.

Тибетские фотографии учёный отправил в журнал National Geographic. Журнал к тому времени почти обанкротился, и у редакции почти не осталось денег на авторов, поэтому решено было публиковать большие фотографии с минимальным количеством текста. Формат прижился, и с тех пор National Geographic именно такой, каким мы его знаем теперь.

Тибетцы очень обиделись на Цыбикова за шпионаж, и вскоре после смерти и похорон учёного обнаружилось, что его голова была похищена из могилы. Судя по всему, буддийское духовенство того времени выкрало его голову для каких-то своих ритуалов, чтобы испортить Цыбикову следующую жизнь.

Доступ в центр города – по паспорту. Местные просто прикладывают свои карточки к автомату, у иностранцев иногда проверяют паспорта, иногда просто спрашивают, откуда приехали. Досматривают вещи. А вот на дронах летать тут нельзя, надо за 20 дней отправлять запрос и получать разрешение. Судя по тому, что фоток с дронов в сети я не нашёл, сделать это непросто.

Пункт досмотра

Полицейские участки отмечены мигалками и числом 110.

Их очень много, почти все они в национальном тибетском стиле.

Последний всплеск активных протестов тибетцев против китайского владычества произошёл в 2008 году. Тибетские монахи совершали самосожжения, пытаясь привлечь внимание к проблеме независимости Тибета во время Олимпиады в Пекине. А обычные тибетцы (тоже, впрочем, под предводительством монахов) массово избивали китайцев и закидывали их камнями. Бунт, разумеется, был жёстко подавлен, после чего на Западе и вошло в моду движение Free Tibet. С того времени громких событий не происходило, гораздо больше в западных странах говорят о том, как Китай притесняет уйгуров.

Нельзя отрицать, что КНР стремится китаизировать Тибет, но она несёт в регион и блага цивилизации. Например, при китайцах в Тибете очень выросла продолжительность жизни, а пенсии так вообще самые высокие в стране. Это достаточно бедная, но развивающаяся территория с растущим уровнем жизни. Кстати, Тибет не один такой: запад Китая вообще намного беднее, чем восток.

При этом в Тибете китайцы давно поняли, что действовать исключительно грубой силой довольно глупо, и не собираются давить армейским сапогом тибетскую культуру. Так что теперь они даже поощряют тибетский буддизм и везде строят «буддийские Диснейленды» для туристов, то есть новые храмовые комплексы, где можно потусить с монахами. Попирать Тибет сапогом просто нет смысла: это вызывает ответную реакцию, волну критики и вообще неэффективно. А вот строить диснейленды и возить туда туристов поглазеть на тибетцев, бегающих в национальных одеждах – это как раз то, что разрушает самобытность региона, превращая его в часть КНР.

Ещё забавно, что во время Культурной революции активным уничтожением памятников культуры в Тибете занимались прежде всего сами тибетцы. Хунвэйбины собственно китайского происхождения в этом процессе были абсолютным меньшинством.

Дворец Потала. До 1959 года он был резиденцией Далай-ламы, а теперь просто буддийский храмовый комплекс.

Свадьба

Лозунг гласит: «Под великим знаменем идей Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой для новой эры крепить солидарность народов, строить прекрасный Тибет!»

В июне 2018 года премьер Китая Ли Кэцян впервые за долгие годы посетил Тибет и выражался в том смысле, что «это наша родная сакральная гавань». То есть Тибет наш!

Его привели в монастырь Джоканг, где в феврале этого года был пожар. Там есть какой-то монумент, который подтверждает заключение союза между Тибетом и Китаем ещё в VIII веке, то есть ещё в эпоху Тан. Ли Кэцян поспешил выразиться в том смысле, что «Тибет был частью КНР испокон веков».

«Сохранение нашей сакральной государственной территории позволит нам построить счастливый дом!»

Самый высокогорный поезд в мире

varlamov.ru

Китай Тибет — Туризм в Китае

Тибет находится высоко в горах, на уровне почти четырех тысяч метров над уровнем моря и считается святым центром из-за большого скопления храмов, духовных школ и монастырей.

 

В переводе с китайского «tibet» переводится как Сицзан. Площадь, которую занимает Тибет в Китае можно сравнить с площадью трех Германий, то есть это около 1,2 миллионов километров квадратных. Население составляет около 10 миллионов жителей. Столицей Тибета является Лхаса, также это самый большой город в этой части Китайской народной республики.

Тибет, Китай

Долгое время Тибет был независимым государством на севере страны или же был частью Монголии. Но с 1950 года с приходом к власти Чамдо, Тибет становится подконтрольным Китаю. После долгих исторических делений территории за Тибетом закрепился Тибетский автономный район, Ганьсу, Сычуань, Цинхай и Юньнань.

До 1984 года, Тибет был закрыт для туристов и иностранцев. Это было связано с ужасными климатическими условиями, частыми снегопадами и не развитой инфраструктурой. Также причина была политического характера, большинство правителей запрещали доступ к этому региону. Присутствовал здесь и кровавый конфликт между Тибетскими и пекинскими властями. Китай и Тибет долгое время существовали в разногласиях, благо сейчас система посещения этого края налажена, и можно с большим удовольствием насладиться красотами склонов Гималайского хребта на юге и самой высокой горой Эверест.

Климат Тибета

Тибет на карте Китая расположен в его северной части, где территория имеет очень скалистый рельеф. Это говорит о большом воздействии ветра, который дует практически постоянно, изменчивой погодой в виде то дождя, снега или же тумана. Но, по словам очевидцев, закаты и восходы в этой части Китая превосходны.

Главные черты климата Тибета – это сухой климат на севере и влажный на юге. Для этой местности характерно уменьшенное содержание кислорода в атмосфере, пониженная запыленность территории и разреженность воздуха. Это способствует большому выделению ультрафиолета примерно в несколько раз. Следовательно, у Тибетцев отсутствуют кожные заболевания и заражения во время травмы. Но для туристов рекомендуется запастись головными уборами и солнцезащитными кремами.

Тибет — сухой климат на севере и влажный на юге

Самая высокая температура летом была зарегистрирована в Дзаю, на самой низкой точке, показатели термометра опустились до около +20 градусов, в то время как на самой высокой точке Амдо летом температура достигает +8. В зимний период холоднее всего в горах Амдо – 15 градусов, это связано с нахождением на высоте более четырех тысяч метров над уровнем моря.

Что касается Лхаса, то среднегодовая температура около +7-8 градусов Цельсия, но из-за высокого расположения в горах температура воздуха, кажется холоднее, чем есть на самом деле.

По отзывам туристов и при анализе погодных прогнозов для посещения Тибета необходимо выбрать период с конца марта по середину октября, а период лета считается наиболее выигрышным.

к содержанию ↑

Как попасть в Тибет?

Прежде всего, Тибет это китай, поэтому вам необходимо оформить визу в своем городе, в среднем это занимает около недели. Далее в специальном Бюро по туризму в Тибете необходимо получить разрешение на посещение данного региона и на протяжении всего времени пребывания быть в сопровождении экскурсовода.

Групповое разрешение получить намного легче, при условии, что вас должно быть больше чем 5 человек. Получить индивидуальный допуск – маловероятно.

Как добраться до Тибета

Следует заранее узнавать информацию в туристическом бюро, ведь часто бывает, что Тибет закрыт для туристов.

Добраться до столицы региона можно на джипах вместе с организованной группой, что как сказано выше – самый оптимальный вариант. Также можно добраться с Пекина в Лхасу Цинзайской железной дорогой, но следует учесть, что такая поездка может занять около двух дней.

к содержанию ↑

Достопримечательности Тибетской местности

Прежде всего, мы советуем создать список мест, которые хотите посетить. Китай Тибет имеет очень богатую историческую культуру, которая сохранилась до сегодняшних дней и когда вы попадаете в этот рай архитектуры и исторических памятников, трудно выбрать что-то одно.

В первую очередь посетите дворец из белого камня Потала, расположенный на красной горе в городе Лхаса. Неофициально его называют, как мистическим героем. Высота этого сооружения достигает 115 метров и выглядит как тринадцатиэтажный дом. Количество комнат невозможно сосчитать, и каждая из них уникальна по своему оформлению и красоте. Во дворце работают и прислуживают монахи, которые присматривают за дворцом.

Храм Джоканг

Для неспешных прогулок или же медитаций рекомендуется посетить парковый комплекс Далай Ламы с многочисленными храмами. Здесь также имеется пруд, недалеко расположено озеро, а по соседству находится зоопарк.

В 7 веке был построен храм Джоканг, одно из самых популярных мест паломничества буддистов. Как говорит описание, храм отстроен, чтобы разместить в нем изображения Будды Джово Сакьямуни и Акшобья. Увидеть эти памятки культуры можно с утра и до полудня, также в подвальном помещении вы можете увидеть тысячу горящих свечей. Этот храм также является действующим.

Особенно загадочным местом в китае, считаются монастыри Сера и Дрепунг, в котором вы можете сделать ритуальный обход озера Манасаровар. Его особенность заключается в лечебных свойствах. Необычность его проявляется в изменении озером своего цвета, в какой сезон или месяц вы бы не приехали, цвет озера всегда будет разным.

Гора Кайлас

Славится Китай своей горой Кайлас. Природа создала уникальное творение пирамидальной формы, смотрящее на четыре стороны света. Со временем на этой скалистой вершине появились трещины, которые при соединении чем-то схожи со свастикой. Большинство религий мира считают Кайлас священным местом.

По желанию можно совершить ритуальный обход вокруг горы, а это 53 км, которые займут около трех дней – человек сможет очиститься от всех своих грехов. Проходя по равнинам и вершинам, вы сможете увидеть множество пейзажей.

к содержанию ↑

Народные празднования

Чтобы полностью окунуться в культуру Тибета, самым лучшим вариантом будет посещение народных праздников и фестивалей, которые проходят особенно ярко. Большинство праздников имеют религиозный характер.

Феерично проходит празднование Тибетского Нового года, семьи собираются в монастырях или у родителей. В день наступления Лосара проходят концерты различных народных танцев, показательные соревнования по борьбе и скачки.

2 июня в полнолуние сотни туристов, буддистов и паломников поднимают огромный флаг, что символизирует единство всех людей.

Фестиваль Шотон

Во время фестиваля Шотон в августе, паломники поклоняются самому большому изображению Будды в летнем дворце Далай Ламы. Этот праздник имеет давнюю историю, раньше, когда весь август буддисты были затворниками и когда они выходили в свет в сентябре, то их кормили простоквашей, как самой полезной пищей.

Фестиваль Палден Лхамо или как еще считают женщины «женский день». День, когда монахи со статуей на голове Тянь-Му проходят путь от Джоканга до Бакао-стрит и обратно, в момент их ходьбы многие приносят им дары. Женщины в этот день приходят в лучшей одежде в храм, а после поют и танцуют.

Запоминающимся будет посещение праздника лампад, которые зажигают перед храмом Джоканг. Этот праздник связан со смертью основателя Тибетско-буддийской школы Чже Цонкапы.

к содержанию ↑

Туры в Тибет

Узнав так много о Тибете и изъявив желание его посетить, следует четко спланировать свой путь передвижения по стране, об этом говорят все туристы с опытом, особенно это рекомендуется тем, кто едет впервые. Создать маршрут можно самостоятельно по карте или же обратиться в Китай Тибет туры, где вам могут предоставить туры на любой вкус и цвет.

Тибет! Священные места!

В большинстве случаев туры в Тибет включают в себя транзит и экскурсионные программы. Продолжительность такой поездки, может быть от семи дней до нескольких недель. Чаще всего в тур включен весь проезд, полное питание, экскурсии и услуги гидов. Это самый лучший вариант без любых забот.

Люди, посетившие Тибет, должны принять его культуру, понять и ею проникнуться. Она необычна, не похожа на все остальные и особенно это касается посещения храмов, для этого нужно дорасти духовно. Далай-лама зазывает людей на посещение Тибета, чтобы для жителей расширился кругозор, и карта мира была расстелена перед ними. Иностранцы должны знать больше о древней истории Тибета, а жители о вселенной.

Хорошие статьи в продолжение:

tourisminchina.ru

Правда о Тибете » Военное обозрение

Для многих Тибет это — «райский уголок с благородными монахами», «светлой религией», «мудрыми правителями» и «бесконечно трудолюбивым верным народом». Однако…

Тибет

Тибет. Западная пропаганда вбила в голову странное клише «оккупация Тибета». Запад мягко забыл, что почти тысячу лет до 1959 года Тибет был частью Китая, и только несколько десятилетий японской оккупации и гражданской войны находился вне юрисдикции центрального китайского правительства.

Если кратко, то и в 1959 особой надобности в «оккупации» у Китая не было. Надобность появилась, когда США сообразили, что ракета средней дальности, помещенная на высокогорье на 4-5 тысяч метров над уровнем моря, превращается в ракету очень высокой дальности.. [more]

И как только это открытие было сделано, Тибет поднял мятеж против центрального правительства. Странно, кстати – как можно поднять мятеж против того, кому ты не подчиняешься? Чтобы тебя затем «оккупировали»?

Тем не менее, «оккупация» произошла. Но вопросы остались.
Почему высокогорная страна, в которой житель равнины задыхается даже без физических усилий, не смогла сопротивляться?
Почему страна монастырей не уперлась в оборонительных сражениях за каждое ущелье?
Почему веками строящиеся мощнейшие укрепления не оказали никакого сопротивления мягко говоря, слабовооруженной и очень не сытой китайской НОАК?

Да потому что защищать теократический режим было некому. Треть населения Тибета в 1959 году были рабы. Треть – крепостные. Причем и рабы и крепостные были не картонными – а самыми что ни на есть настоящими.

Раб был имуществом. Скотиной. Раба можно и должно было истязать, унижать, морить голодом и пытками. Можно было искалечить – в Тибете ламы очень любили обереги из отрубленных человеческих рук, кистей и ступней. Носили на поясе. Некоторые экземпляры обвешивались человечиной в несколько слоев.

Крепостной не отличался в правовом статусе практически ничем. ЕГо обязанность была одна – платить.
Когда платить было нечем – его обращали в раба.
Долги крепостного монастырю индексировались – иногда под 50-80% годовых (наши банки громко сглатывают слюну и облизываются) и переносились на детей, внуков и правнуков. Должок по процентам забирался человечиной – членов семьи обращали в монастырских рабов.

Это – не средневековье. Это – 50 годы 20 века.

Тибетские ламы были теократическими правителями горной страны. В миллионном Тибете — 200 тысяч населения были монахи. Остальные – рабы и крепостные.

Монахи, кстати, тоже не были высшей кастой. Большинство было бесправно и находилось на положении практически тех же рабов.


Каждый монастырь имел свой боевой отряд, задачей которого было поддерживать покорность подданных на монастырской земле. Как вы понимаете, из карателя бойца не сделаешь – поэтому противостоять «оккупации» такая армия не могла даже теоретически.

Вот, собственно, здесь и кроется ответ – почему жители Тибета не встали грудью на защиту родной земли от кровавых оккупантов. Это была не их земля. Это была земля лам.
Ну, а пропаганда – да, она нарисовала из Шамбалы райский уголок с благородными монахами, мудрыми правителями и бесконечно трудолюбивым верным народом. Которых поработили кровавые завоеватели. Никого ведь не интересует, как там на самом деле, когда все познания берутся из фильмов Джеки Чана и журнальных статей про «буддиста” Стивена Сигала.

Этот «прекрасный и загадочный» Тибет…

Как то зашла речь о Тибете времен правления Далай-ламы и кто то удивился рассказу о том, что в 20-х годах прошлого века, пытаясь найти деньги на войнушку с соседями, духовным правителем Тибета — Далай-ламой был введен налог на уши.

Т.е. те, кто хотел, чтобы его уши остались с хозяином, должны были уплатить подать, иначе их отрубали. Мне воскликнули «И это тот самый свободный Тибет, который угнетают китайцы?».

Ну хорошо, давайте посмотрим на то, каким был Тибет до 1959 года, когда на «штыках Национальной освободительной армии Китая» в Тибете, последнем из всех государств Земли было отменено рабство. Переживающие за находящегося в изгнании Далай-ламе эти фото о тибетском рае никогда не опубликует. Смотрите их сами:

Верхний ряд слева направо: Поделки тибетских лам из черепов казненных рабов — Обереги из отрубленных рук (их следовало носить у пояса) — Раб тащит на спине другого раба, которому отрубили ноги за ослушание хозяина.

Нижний ряд слева направо: Раб и собака: одна подстилка на двоих — Раб в колодке — Женщина раб с отрубленной ступней

Слева: раб, которому хозяин за провинность выколол глаза. Справа: орудия наказания рабов

Места проживания рабов. Вдалеке виднеется белый дворцовый комплекс

Раб, держащий свою отрубленную хозяином руку

Так жили рабы. Слева скарб, справо само семейство

Старый, умирающий раб

Рабыня держит руку мужа, отрубленную перед тем, как его похоронили заживо

Теперь немного о том, за что могли наказать раба.
Известен случай, когда хозяин послал раба в отдаленное селение с поручением. Тот не успел вернуться засветло и заночевал в поле. Поле оказалось принадлежащим какому то местному землевладельцу и тот потребовал с раба денег за ночлег. Денег у того, естественно, не было и тогда в наказание ему отрубили руку.

Когда он ослабевший вернулся обратно к хозяину, то тот, разгневанный тем, что здоровый, хороший раб стал инвалидом, приказал отрубить ему и вторую руку.
Неправда ли, эта замечательная сказочная страна заслуживает всякого одобрения со стороны правозащитных организаций?

Вот ещё свидетельства людей, побывавших в Тибете, и о царивших там порядках.
Французская путешественница Александра Давид Неэль в книге «Старый Тибет перед новым Китаем» отметила: «В Тибете все крестьяне являются пожизненными крепостными, среди которых, вряд ли, можно найти кого-то, кому удалось избавиться от долгов».

А Дэвид Макдональд, который в 20-е годы XX века работал торговым представителем Великобритании в Тибете, в книге «Истинный Тибет» написал такие строчки:

«Самое тяжкое наказание в Тибете – смертная казнь. Приговоренных к смертной казни зашивают в кожаный мешок и бросают в реку. Сначала такой мешок всплывает на поверхность реки, а через минут пять погружается под воду. Если человек в мешке не погибает, то мешок еще раз бросают в реку. Если он уже умер, то его достают из мешка, расчленяют труп и выбрасывают в воду. Кроме смертной казни, есть масса жестоких наказаний: ломание рук и ног, выкалывание глаз, вливание горячего масла или кипятка в глаза, что лишает зрения, и т.д. После этого даже при сохранении жизни крепостной становится инвалидом. Преступники и подозреваемые содержатся в сырых, темных и грязных темницах до конца своих дней».

Однако издевательствам подвергались не только рабы. Известный журналист Всеволод Очинников, в 50-е годы посетивший Тибет вспоминает:

« Мне разъяснили, что секта «Красных шапок» издавна развивает у молодых лам способность к телепатическим контактам. Чтобы улучшить «роуминг» такой связи, некогда использовался жестокий обычай. Под краеугольный камень каждого нового монастырского здания клали ламу-подростка. Юношу вводили в состояние «самадхи», похожее на летаргический сон, и без его ведома навсегда накрывали спящего каменной плитой.
Утверждают, что подобно тому, как конь чует могилу хозяина, погребенного несколько лет назад, трупы молодых лам давали излучение, облегчавшее телепатам выход на нужный объект. В 1990 году я беседовал в Лхасе с профессором богословия Тибетского университета. Отданный ребенком в монастырь Ганден, он был выбран для этой печальной участи. Но бежал, предупрежденный наставником, который сжалился над своим учеником»

Но может быть это агенты китайской пропаганды и нагло клевещут на беззащитных и добрых лам? Обратимся к документам.
Мелвин Гольдштейн в своей книге «The Snow Lion and the Dragon: China, Tibet, and the Dalai Lama (University of California Press, 1995)», пишет:

«Несколько столетий спустя армия китайского императора была послана в Тибет, дабы оказать поддержку Верховному Ламе – амбициозному человеку 25 лет отроду, давшему себе впоследствии титул Далай (океан) Лама, правителя всего Тибета.

Две его предыдущие «инкарнации» в качестве ламы были ретроактивно признаны за его предшественниками, таким образом, превратив первого Далай Ламу в третьего Далай Ламу.
Этот первый (или третий) Далай-лама захватил монастыри, не принадлежавшие его секте, а также уничтожил буддистские письмена, которые выражали несогласие с его претензиями на святость.
Далай-лама, пришедший ему на смену, сибаритствовал, имел множество любовниц, устраивал пышные празднества в обществе друзей и вообще, вел себя не подобающим для своего высокого сана образом. За это он был убит своими священниками. В течение 170 лет, несмотря на признанный священный статус, пятеро Далай Лам были убиты представителями высшего духовенства или своими придворными»

В 1660 году при пятом Далай-ламе разразилось восстание в провинции Цанг – цитадели соперничающей секты Кагу, во главе с верховным ламой по имени Кармапа. Пятый Далай-лама призвал к решительным действиям против восставших, направив монгольскую армию, чтобы уничтожить мужчин, женщин и детей «подобно яйцам, разбивающимся о камни… Короче, сотрите с лица земли все их следы, даже их имена» .

В 1792 году многие монастыри Кагу были конфискованы, а их монахи были насильственно обращены в секту Гелуг (секта Далай-ламы). Школа Гелуг, известная также под именем «Желтые шляпы», не желала проявлять терпимость к другим буддистским сектам.
Традиционные молитвы секты содержали такие слова:
«Благословен ты, о, жестокий бог учения Желтой шляпы, обращающий в пыль великие существа, высших сановников и простых людей, которые загрязняют и портят учение Гелуг».

Воспоминания тибетского генерала, жившего в XVIII веке, содержат описания борьбы между буддистскими сектами – такой же кровавой и беспощадной, как и все другие религиозные конфликты. Эта мрачная история остается незамеченной сегодняшними последователями тибетского буддизма на Западе.

Майкл Паренти пишет работе «Дружественный феодализм – миф о Тибете» (отрывок большой, но даем его полностью, в силу его наглядности) :

«Одна 22-летняя женщина, сама беглая крепостная, сообщала:
«Хорошенькие крепостные девушки обыкновенно брались хозяином в качестве домашней прислуги и использовались по хозяйской прихоти. Они были просто рабынями без всяких прав» .
Чтобы пойти куда-либо, крепостным требовалось разрешение. Помещики имели законное право ловить тех, кто пытался сбежать.
Один 24-летний беглец приветствовал китайское вторжение как «освобождение». Он свидетельствовал, что при крепостничестве он подвергался непрерывным издевательствам, мёрз и голодал. После третьей неудавшейся попытки бежать он был безжалостно избит людьми помещика, до тех пор, пока кровь не пошла у него носом и ртом. Затем они вылили алкоголь и соду на его раны, дабы усилить боль.

Крепостные облагались налогом на женитьбу, рождение каждого ребёнка и на каждую смерть члена семьи. Они платили налог на посадку дерева в своём дворе и на содержание животных.
Были налоги на религиозные праздники, публичные танцы и игру на барабанах, налогом облагалось даже заключение в тюрьму и освобождение из неё.

Те, кто не мог найти работу, платили налог за то, что были безработными, а если они отправлялись в другую деревню в поисках работы, то платили налог на проезд. Если люди не могли платить, монастыри одалживали им деньги под 20-50%. Иногда долги переходили в наследство от отца к сыну, от деда к внуку. Задолжники, бывшие не в состоянии расплатиться по своим обязательствам, рисковали быть проданными в рабство.

Теократические религиозные учения опирались на классовый порядок. Бедным и угнетаемым внушалось, что они сами навлекли на себя свои несчастья, так как грешили в предыдущих жизнях. Поэтому они обязаны были смириться со своим горьким жребием в жизни нынешней и принять его как кармическое возмездие, живя надеждой на улучшение своей судьбы в будущих инкарнациях. Богатые и сильные рассматривали свою удачную судьбу в качестве награды за заслуги в прошлой и нынешней жизни.

Тибетские крепостные не всегда хотели мириться с ролью кармических жертв, виновных в своём угнетенном положении. Как мы видели, некоторые бежали; другие сопротивлялись открыто, зачастую подвергаясь за это суровым наказаниям.
В феодальном Тибете пытки и нанесение увечий – включая выкалывание глаз, вырывание языка, отрывание конечностей – были излюбленными видами наказаний, применявшимися к ворам и к беглым или строптивым крепостным.

Путешествуя по Тибету в 1960-х годах, Стюарт и Рома Гердер взяли интервью у бывшего крепостного, Церефа Ванг Туэя, укравшего двух овец, принадлежавших монастырю. За этот проступок ему вырвали оба глаза и изуродовали руку так, что он не смог больше её использовать.
Он объяснил, что перестал быть буддистом: «Когда святой Лама приказал им ослепить меня, я подумал, что в религии нет ничего хорошего». Так как лишение жизни противоречило буддистскому учению, некоторых преступников подвергали сильному бичеванию, а затем «оставляли Богу» замерзать на ночь до смерти. «Поразительно сходство между Тибетом и средневековой Европой» — заключает Том Грюнфельд в своей книге о Тибете.

В 1959 году Анна Луиза Стронг посетила выставку пыточного оборудования, использовавшегося тибетскими властителями.
Там были наручники всех размеров, включая крошечные для детей, инструменты для отрезания носов и ушей, ломки рук и подрезания сухожилий ног.
Были приспособления для горячего клеймления, кнуты и специальные устройства для потрошения.
На выставке были представлены фотографии и свидетельства жертв, подвергшихся ослеплению, покалеченных или лишенных конечностей за кражу.

Одному пастуху хозяин должен был уплатить компенсацию в юанях и пшенице, но выплачивать отказался. Тогда пастух забрал у хозяина корову. За это ему отрубили руки. Другому скотоводу, противившемуся, чтобы у него забрали жену и отдали её помещику, поломали руки. Были представлены фотографии коммунистических активистов с отрезанными носами и порванными губами, а также женщины, которую сперва изнасиловали, а затем отрезали ей нос.

Как бы нам не хотелось верить в обратное, но феодально-теократический Тибет был бесконечно далек от того романтизированного Шангри-Ла, которым с энтузиазмом восхищаются западные прозелиты буддизма.»

Впечатляющие свидетельства для мирной и доброй религии и ее главы, неправда ли?

Вот, кстати, и еще один миф (самим Далай-ламой, впрочем и придуманный) – что Далай-лама это глава всех буддистов. На самом деле он глава всех ламаистов — религия тибетских лам, вобравших в свои практики страшные изуверства — традиционной тибетской религии Бон и подобных.

Дадим еще раз слова М. Паренти:

«Для богатых лам и помещиков коммунистическая интервенция оказалась страшным несчастьем. БОльшая их часть иммигрировала заграницу, включая и самого Далай-ламу, которому бежать, помогло ЦРУ.
Некоторые к своему великому ужасу обнаружили, что им придется самим зарабатывать себе на жизнь.

Многим, тем не менее, удалось избежать этой печальной участи. В течение 1960-х годов тибетское эмигрантское сообщество получало $1.7 миллиона в год от ЦРУ, согласно документам, опубликованным госдепом в 1998 году. После опубликования этого факта, организация Далай-ламы сама призналась, что получала миллионы долларов от ЦРУ в 1960-е года на засылку вооруженных формирований в Тибет для подрыва маоистской революции.
Далай-лама ежегодно получал $186000. Индийская разведка также финансировала его и других тибетских изгнанников. Далай-лама отказался ответить, работали ли он и его братья на ЦРУ или нет. ЦРУ также не комментировало эти факты»

Такая вот, совсем нелицеприятная, для тибетских лам картина вырисовывается, если делать суждения о ламаисткой теократии, не по репортажам западных телеканалов, голливудским фильмам и сочинениям г-жи Блаватской, Рериха и прочих теософов.

Нам могут возразить, что, дескать, положительно-загадочно-сакральный образ Тибета сложился задолго до присоединения Тибета к КНР и люди там бывшие ничего подобного не упоминают.
Для этого достаточно просто посмотреть, что знали европейцы о Тибете в XIX веке, когда эти мифы начали зарождаться. Да ничего, фактически, не знали.

Была некая таинственная страна, высоко в горах, в которой, как говорили, жили мудрецы. В принципе, данной матрицы вполне достаточно, чтобы на ней сформировать ряд псевдорелигиозных спекуляций (как известно, чем таинственней информация и чем меньше ее подаешь, тем сильнее затягивает).

Большинство из тех, кто формировал мифы о Тибете либо там никогда не были, либо были там уже после того, как сформировали о нем свое совершенно определенное мнение, а таких людей не переубедишь, даже в том случае, если бы ламы у них на глазах, начали готовить в пищу младенцев. Они бы и в этом нашли свой сакральный смысл.

Очень жаль, что тема Тибета на долгие годы была отдана на откуп разного рода мошенникам и проходимцам околорелигиозного толка, в силу чего вокруг него сформировался эдакий флер недоступности и загадочности.

Будем объективны – тибетский буддизм, ничем не лучше и не «сакральнее» индийского или китайского, а тибетская цивилизация в 50-х годах XX века это вовсе не «самобытное и уникальное образование», а реликт Средневековья в современном мире, потому все претензии лам и их сторонников на некую эксклюзивность и разрушении варварами уникальной цивилизации имеют примерно такое же право на существование, как и претензии неонацистов на то, что орды большевиков уничтожили уникальную цивилизацию Третьего Рейха. Между ними, кстати, много общего. Недаром нацистские бонзы так трепетно относились к Тибету. Чувствовали родственные души.

Характерный момент, в окружении Далай-ламы до сих пор требуют от Китая возвращения «того, что было», а то, что было, мы все уже прекрасно знаем. Не думаю, что потомки тех 4 тысяч рабов, лично принадлежавших Далай-ламе, страшно обрадуются перспективе вернуться в состояние своих предков. Причем они и сами об этом говорят. Да, Далай-лама там до сих пор почитаем как духовный лидер, это бесспорно, но не более того. Примечательно, что власти Китая неоднократно предлагали Далай-ламе вернуться в Тибет, в качестве духовного владыки, при ныне существующей администрации, от чего он всячески открещивается. Ему нужно, чтобы «все было так, как тогда», а это, очевидно, невозможно.

Поэтому давайте резюмируем. Тибет в 1959 году это вовсе не небесная Шангри-Ла, а отсталая феодальная теократия, чья религиозная составляющая была ничем не «сакральнее» других течений буддизма, а многочисленные факты участия тибетских лам в пытках и казнях людей, явно идет вразрез с буддисткими канонами. Все это великолепие управлялось кучкой зарвавшихся от собственной вседозволенности и безнаказанности лам и землевладельцев.

Скованные по двое рабы

Умирающий ребенок-раб

Раб, с отрубленной хозяином рукой

Тибетские рабы за работой

Рабы за едой (ели они один раз в день)

Этой рабыне всего 35 лет

Рабы клянчат пищу

Мальчик раб и собаки: одна миска еды на всех

Ослепленный своим хозяином раб

Хозяин отрубил ногу, в наказание за провинность

Подарки Далай-ламе на день рождения: высушенный человеческий желудок, 2 головы, человеческая кровь, выделанная человеческая кожа

Высушенная человеческая кожа

Высушенная кожа младенца

…Вот вам и Тибет!

topwar.ru

Тибет: история и современность. Подробный отчет. Часть I

На момент китайского вторжения население Тибета составляло шесть миллионов человек. Это были тибетцы, отдельный народ с древней историей, богатой культурой и уникальной духовной традицией. Тибетский народ очень сильно отличается от китайцев и от народов других соседних стран.

Правительство Тибета располагалось в столице Тибета Лхасе. Оно состояло из главы государства (Далай-ламы), кабинета министров (Кашага), национального собрания (Цогду) и сложного административного аппарата, призванного контролировать обширную территорию Тибета. Юридическая система основывалась на законах, разработанных Сонценом Гампо (VII век), Чангчубом Гьялценом (XIV век), Пятым Далай-ламой (XVII век), Тринадцатым Далай-ламой (XX век) и ее исполнительными органами были магистраты, назначавшиеся правительством. Правительство Тибета взимало налоги, выпускало собственную валюту, поддерживало почтовую систему страны, руководило тибетской армией и выполняло все функции правительства.

Межнациональные связи Тибета фокусировались на соседних странах. Тибет поддерживал дипломатические, экономические и культурные связи с Непалом, Сиккимом, Монголией, Китаем, Британской Индией, Россией и Японией. Тибет проводил свою собственную независимую зарубежную политику, и лучшим примером этого может служить нейтралитет Тибета во время Второй мировой войны. Когда Япония заблокировала стратегически важную Бирманскую дорогу, Тибет остался верен своему нейтралитету несмотря на сильное давление со стороны Великобритании, Соединенных Штатов и Китая, требовавших позволить провоз вооружения через Тибет в Китай, и союзники с уважением отнеслись к такой позиции.

Сегодня Тибету грозит опасность полного уничтожения от рук китайских коммунистов. Тибетская культура и национальное самосознание систематично и целенаправленно уничтожаются. Более 1.2 миллиона тибетцев умерло в Тибете с 1949 года в результате китайского вторжения и оккупации. Было уничтожено более 6000 тибетских религиозных и культурных центров. Его Святейшество Далай-лама, духовный и светский лидер шести миллионов тибетцев, в 1959 году был вынужден покинуть Тибет и искать убежища в Индии. Около 80.000 тибетских беженцев последовали за ним и нашли убежище в Индии, Непале и Бутане.

Каков статус Тибета?
В 1949 году, во время вторжения войск Народной освободительной армии Китая, Тибет был независимым государством, как de jure, так и de facto. Военный захват его территории представлял собой агрессию против суверенного государства и нарушение международных законов. Китай продолжает оккупировать Тибет, используя для этого военные формирования, состоящие из нескольких сотен тысяч солдат, и это также является нарушением международного законодательства и фундаментальных прав тибетского народа на самоопределение и независимость.

Сегодня Тибет является страной, находящийся под китайской оккупацией. Коммунистическое правительство Китая утверждает, что у него есть «право собственности» на Тибет. Это «право собственности», по мнению китайского правительства, основывается не на военном захвате Тибета, начавшемся в 1949 году и на осуществлявшимся с тех пор якобы эффективном управлении Тибетом. Китайское правительство также не считает, что «право собственности» основывается на так называемом «Соглашении из семнадцати пунктов о мирном освобождении Тибета», навязанном Тибету в 1951 году. Китай считает, что его «право собственности» на Тибет основывается на исторических связях — главным образом на связях монгольских и маньчжурских правителей Китая с тибетскими ламами. Главное событие, которое Китай считает основой своих притязаний на Тибет, произошло много веков назад: во время расцвета монгольской империи. Монгольские императоры в этот период подчинили своей власти почти всю Азию и значительную часть Восточной Европы. Также Китай вспоминает о маньчжурских правителях Китая, распространивших в XVIII веке свое влияние на Восточную и Центральную Азию, в том числе и на Тибет.

Никто не спорит, что в разные периоды своей долгой истории Тибет в разной степени подпадал под иностранное влияние: он находился под влияним монголов, непальских гурков, маньчжурских императоров Китая и британских правителей Индии. В другие периоды Тибет сам подчинял своей власти соседние страны и оказывал на них влияние (в том числе и на Китай). Сейчас в мире едва ли можно найти государство, которое некогда не находилось под властью другой страны или под иностранным влиянием. А иностранное влияние на Тибет и вмешательство в дела Тибета никогда не было сильным и продолжительным. Более того, отношения с монгольскими, китайскими и маньчжурскими правителями, хотя и имели некоторое политическое значение, все же по природе своей были личными и никогда не подразумевали объединение или интеграцию Тибетского государства с Китаем.

Однако, несмотря на то, что тибетская история очень интересна, статус Тибета на момент китайского вторжения нужно, конечно же, определять по его положению в современной истории. Особенно подробно следует рассмотреть, как складывались отношения Тибета с Китаем начиная с 1911 года, когда китайцы свергли то, что они считали чужеродным маньчжурским правлением, и стали хозяевами своей собственной страны. Каждая страна может отыскать в своей истории период, который позволит ей предъявить права на соседние государства. Такой подход неприемлем для международного законодательства и практики.

Очевидно, что с 1911 года и до китайской оккупации 1951 года нет никаких свидетельств того, что Китай управлял Тибетом или оказывал на него влияние. На самом деле, факты свидетельствуют об обратном: Тибет был полностью независимым от Китая суверенным государством. К этому выводу пришли самые компетентные ученые, изучающие этот вопрос. Международная комиссия Юридического исследовательского комитета по тибетскому вопросу в работе, озаглавленной Тибет и Китайская Народная Республика (Женева, 1960 год), сделала следующий вывод о правовом статусе Тибета: «С 1913 по 1950 год Тибет, согласно нормам международного законодательства, имеет все признаки отдельного независимого государства. Тибет существовал как независимое государство почти две тысячи лет до того, как Китай вторгся в страну и начал его оккупацию в 1949 году. Почти все страны свободного мира осудили Китай, назвав нарушение территориальной целостности Тибета агрессией. На протяжении своей истории Тибет обладал всеми атрибутами независимого государства, признаваемого международным законодательством. У него была определенная территория, правительство и способность вступать в международные отношения. Территория Тибета главным образом соответствует геологическому плато, площадь которого составляет приблизительно 2,5 миллиона квадратных километров. Население Тибета во время китайского вторжения составляло более 6 миллионов. Правительство Тибета находилось в столице Тибета Лхасе. Оно состояло из главы правительства (Его Святейшества Далай-ламы), кабинета министров (Кашага), национального собрания (Цонгду) и административного аппарата.

Международные отношения Тибета были сфокусированы на соседних странах. Тибет поддерживал дипломатические, экономические и культурные отношения со странами этого региона: Бутаном, Китаем, Индией, Монголией, Непалом и, в определенной степени, с Японией и Россией. С 1913 по 1950 год международные отношения Тибета осуществлялись исключительно правительством Тибета, и страны, с которыми Тибет поддерживал международные отношения, как показывают официальные документы, действительно относились к Тибету, как к независимому государству».

Очевидно, что сорок лет независимости — это достаточный срок для того, чтобы международное сообщество относилось к стране как к суверенному государству. Многие члены ООН являются независимыми примерно столько же лет, а некоторые и меньше.

Ранняя история
Согласно тибетским анналам, первый тибетский царь правил с 127 года до н.э., но лишь в VII столетии нашей эры Тибет стал объединенным государством, которым правил царь Сонгцен Гампо и его наследники. В последующие три столетия Тибет был одним из самый могущественных государств Азии. В мирном соглашении, заключенном между Тибетом и Китаем в 821 году н.э., указывалась граница между двумя этими странами. Обе стороны торжественно поклялись, что «великая эпоха, когда тибетцы будут счастливы в Тибете, а китайцы будут счастливы в Китае» никогда не прекратится. Текст мирного договора на тибетском и на китайском языках был высечен на трех каменных колоннах. Одна из них была воздвигнута в Лхасе, где она стоит в настоящее время, вторая — на тибетско-китайской границе в Гунгу Меру, а третья — в китайской столице Чанг’ан.

Между X и XII веками Тибет распался на несколько провинций. Внимание Тибета было сфокусировано на Индии и Непале, сильное религиозное и культурное влияние которых породило духовный и интеллектуальный ренессанс.

Отношения с монгольскими императорами (1240-1350 гг.)
Монгольский правитель Чингиз-хан и его наследники покорили обширные территории в Азии и Европе и создали одну из самых больших империй, когда-либо существовавших в мире. В 1240 году принц Годан отправил экспедицию в Тибет и пригласил одного из ведущих тибетских религиозных лидеров, Сакья Пандита Кунга Гьелцена (1182-1251 гг.) к своему двору, что положило начало продолжительным тибетско-монгольским отношениям. Кублай-хан, ставший правителем после Годен-хана, принял тибетский буддизм и Дргон Чогьел Пагпа, племянник Сакья Пандиты, стал его духовным наставником. Эти отношения чо-йон (священник-патрон) привели к тому, что Хубилай-хан сделал буддизм государственной религией своей империи, и Пагпа стал наивысшим духовным авторитетом в этой империи. В благодарность Хубилай-хан в 1254 году сделал своего тибетского наставника правителем всего Тибета, даровав ему разнообразные титулы.

Невозможно отрицать, что влияние монгольских императоров распространялось и на Тибет. Но, вопреки утверждениям Китая о том, что «в середине XIII века Тибет официально вошел в состав территорий китайской династии Юань», ни один из монгольских правителей никогда не предпринимал попыток напрямую руководить Тибетом: Тибет даже не платил налогов монгольской империи, и, конечно же, монгольские императоры никогда не считали его частью Китая.

Тибет разорвал политические отношения с монголами в 1350 году, когда Пагмо Дубпа унаследовал главенство над школой Сакья в Тибете. Через восемнадцать лет после этого китайцы освободились от монгольского правления, обрели независимость и установили династию Мин.

Отношения с маньчжурами и соседними народами
Тибет не устанавливал политических связей с китайской династией Мин (1368-1644 гг.). В 1642 году Великий Пятый Далай-лама с помощью своего монгольского патрона Гуши-хана стал высшим политическим и религиозным правителем Тибета. С этого времени тибетцы стали считать его своим «Гонгса Ченпо», «Высшим Правителем».

Пятый Далай-лама не только поддерживал близкие взаимоотношения с монголами, но у него также были тесные связи с маньчжурским императором (1639 г.) и с его наследником, Шунци, который покорил Китай и основал династию Цин (1644-1911 гг.). В 1653 году Пятый Далай-лама побывал с государственным визитом в Пекине по приглашению первого императора династии Цин Шунци. В качестве беспрецедентного знака уважения маньчжурский император проделал четырехдневное путешествие за пределы своей столицы, чтобы принять тибетского правителя и высшего духовного лидера центрально-азиатского буддизма. При этой встрече Пятый Далай-лама и маньчжурский император одарили друг друга высокими титулами. Далай-лама согласился стать духовным наставником маньчжурских императоров и взамен принял их покровительство и защиту. Эти отношения «священника и патрона», которые Далай-лама также поддерживал с некоторыми монгольскими принцами, были единственными формальными узами между тибетцами и маньчжурами на протяжении правления династии Цин. Само по себе это никак не влияло на независимость Тибета. На всем протяжении правления династии Цин отношения между Тибетом и маньчжурскими императорами не выходили за рамки отношений «священник-патрон». Маньчжурский император с готовностью откликнулся на просьбу помочь изгнать вторгшихся джунгарских монголов и сопроводить только что обнаруженного Седьмого Далай-ламу в тибетскую столицу (1720 г.). Маньчжурские войска еще три раза входили в Тибет в XVIII столетии, один раз — чтобы защитить Тибет от вторгшихся гурков из Непала (1792 г.), и еще два раза — чтобы восстановить порядок после гражданских войн (1728 и 1751 гг.). Каждый раз они приходили по просьбе тибетцев. Эти экспедиции позволили маньчжурскому императору установить свое влияние в Тибете. Император послал в столицу Тибета Лхасу своих представителей, и некоторые из них пытались оказать влияние на тибетское правительство. В тот период, когда маньчжурское влияние на Тибет достигло своего пика (а этот период продолжался несколько десятилетий) отношения между двумя странами представляли собой отношения между сильной державой и страной, находящейся под ее протекторатом. Таким образом, независимость более слабого государства вовсе не затрагивалась. Тибет никогда не был частью маньчжурской империи и, тем более, Китая, продолжая поддерживать собственные отношения с соседними странами.

После этого маньчжурское влияние в Тибете быстро пошло на убыль, и маньчжуры уже не могли участвовать в войнах, которые Тибет вел с захватчиками из Джамму (1841-1842 гг.), Непала (1855-1856 гг.) и Британской Индии (1903-1904 гг.). К середине XIX столетия роль маньчжурского императора (и, соответственно, роль его представителя) стала исключительно номинальной.

Беспрецедентное вторжение маньчжурских войск в Тибет в 1908 году стало поворотным пунктом в отношениях Тибета и маньчжурского императора. Прежде императорские войска приходили в Тибет лишь по просьбе Далай-ламы или тибетского правительства. Но в этот раз маньчжурский император попытался установить контроль над Тибетом с помощью силы, и сделано это было, главным образом, для противодействия усиливающемуся британскому влиянию в Тибете. В 1910 году Далай-лама XIII бежал в соседнюю Индию, но оккупация Тибета продолжалась недолго. После китайской революции 1911 года и свержения Маньчжурской династии, имперские войска сдались тибетской армии и вернулись на родину после заключения двух китайско-тибетских договоров, подписанных соответственно в августе и декабре 1912 года.

Далай-лама XIII восстановил полную независимость Тибета, выпустив в 1913 году в Лхасе соответствующую декларацию, установив связи с зарубежными лидерами, в том числе с британскими, российскими и китайскими, и подписав соглашение с Монголией.

Тибет в XX веке
С 1911 по 1950 годы Тибет успешно избегал каких-либо влияний и сохранял полную независимость. Накануне китайского вторжения, которое началось в конце 1949 года, Тибет обладал всеми атрибутами независимого государства, признаваемого международным законодательством: у него были четкие границы, население, проживающее на территории, очерченной этими границами и правительство, способное поддерживать международные отношения. У Тибета был глава государства и система правительства, юридическая система, налогообложение, валюта и почтовое сообщение, представители за рубежом и вооруженные силы. Международные связи Тибета фокусировались на соседних странах. Тибет поддерживал дипломатические, экономические и культурные связи с Непалом, Бутаном, Сиккимом, Монголией, Британской Индией, независимой Индией и, до определенной степени, с Россией и Японией.

Отношения с Китаем оставались напряженными. Китай вел с Тибетом пограничную войну. В то же время китайский президент многократно формально призывал Тибет и Непал присоединиться к Китайской Республике, тем самым признавая, что Тибет не был в то время составной частью Китая. Однако, в то же время, Китай заявлял всему миру, что тибетцы — это один из «пяти народов» Китая.Чтобы избежать войны между Тибетом и Китаем, была проведена трехсторонняя конференция, организованная британскими посредниками в Симле (Индия) в 1913 году. На этой конференции три страны встретились и вели переговоры на основе принципа равноправия. На этой конференции Великобритания, заинтересованная в том, чтобы на ее северо-индийских границах сохранялся мир, убедила Тибет принять номинальную власть Китая в обмен на обязательство Китая уважать территориальную целостность и полную автономию Тибета. Однако китайское правительство отказалось подписать Симлскую Конвенцию. 3 июля 1914 года тибетские и британские полномочные представители подписали Объединенную Декларацию, лишавшую Китай всех преимуществ, которые он мог бы получить при подписании Конвенции. Статус Тибета, таким образом, остался таким же, как и до начала конференции: Тибет остался независимым государством, никак не связанным с Китаем. В Симлской Конвенции также содержалось признание Великобританией и Китаем независимости Тибета и его способности вести торговлю и заключать независимые договоры с другими странами на равноправной основе.

В 1934 году тибетское правительство приняло в Лхасе китайскую делегацию, принесшую свои соболезнования по поводу смерти Тринадцатого Далай-ламы. Китайскому представителю было разрешено остаться и он получил такой же статус как непальские и британские представители в Лхасе. Китайский представитель оставался в Лхасе до 1949 года, когда он был изгнан из Тибета.

Во время Второй мировой войны Британия, США и Китай просили пропустить через Тибет военные грузы, направлявшиеся в Китай. Но Тибет настоял на сохранении своего нейтралитета и позволил провезти через свою территорию лишь грузы невоенного назначения.

В 1947 году, за несколько месяцев до того, как Индия обрела независимость, Тибет пригласили участвовать в Конференции по азиатским связям, проходившей в Нью-Дели. Члены тибетской делегации прибыли туда с тибетскими паспортами и участвовали в Конференции в качестве представителей независимого государства. В 1948 году, когда тибетская правительственная торговая делегация посетила Индию, Великобританию, Италию, Францию и Соединенные Штаты Америки, паспорта членов делегации, выписанные тибетским правительством, были приняты правительствами всех этих стран в качестве действующих документов.

Когда в 1947 году Индия обрела независимость, она заняла британскую дипломатическую миссию в Лхасе и признала все договоры, заключенные между Великобританией и Тибетом. Это с очевидностью следует из официального сообщения, посланного индийским правительством в тибетское Министерство Иностранных Дел в котором, в частности, говорится: «Правительство Индии будет радо получить уверения в том, что тибетское правительство намерено продолжать отношения с Индией на существующей основе до тех пор, пока не будут выработаны новые соглашения по интересующим обе стороны вопросам. Индия продолжает отношения со всеми странами на основе соглашений, заключенных правительством Его Величества».

Хотя Тибет никогда не поддерживал обширных международных отношений, те страны, с которыми он такие отношения поддерживал, относились к Тибету как к любому другому суверенному государству. Когда Непал в 1949 году захотел вступить в Организацию Объединенных Наций, он сослался на договоры и дипломатические связи с Тибетом. Даже последний официальный глава китайской миссии в Лхасе, Шен Зонглиан, признал, что «с 1911 года Тибет во всех практических вопросах имел полную независимость».

Продолжение следует:

Читать Часть II

ru-free-tibet.livejournal.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о