Украина как государство возникло в: Путин напомнил, как возникла Украина

Содержание

Путин напомнил, как возникла Украина

Президент Путин дал интервью, в котором вполне откровенно поделился озабоченностями России, возникающими в связи с военной активностью США и НАТО у наших границ и теми процессами на Украине, которые выглядят как некая стратегическая синхронизация с действиями Запада, откровенно враждебными нам. В начале интервью с главой государства мой коллега Павел Зарубин спросил про закон о коренных народах, что запущен в Киеве Зеленским и где русские на Украине – народ не коренной.

Для Путина эта тема – очень горячая, ведь вся динамика межнациональных отношений в нынешней Украине направляется так, чтобы размыть русскость, вытеснить из страны русских и русское как таковое. То есть в будущем и русского духа там не останется. Не останется там, где некогда была Киевская Русь, где древнейший монастырь Руси Киево-Печерская Лавра (основан при Ярославе Мудром в XI веке), где в пещерах покоятся мощи русского богатыря Ильи Муромца, а сам Киев, как свидетельствует «Повесть временных лет» 882 года, по воле князя Олега – «мать городов русских».

«И сел Олег княжить в Киеве. И сказал Олег: «Да будет это мать городам русским». И были у него славяне и варяги, и прочие, прозвавшиеся русью», – говорится в «Повести временных лет».

Путин вспомнил еще и то, как через века Переяславская Рада в 1654 году закрепила цивилизационный выбор нынешней Украины, а что до украинской государственности, так она вообще-то только в ХХ веке.

«Наверное, нужно вспомнить, как возникла Украина как государство. Это порождение советского периода. Большевики, организуя Советский Союз, создали в том числе союзные республики и Украину. Можно вспомнить, что эти территории пришли в состав российского государства или процесс их воссоединения с Россией начался в 1654 году после Переяславской Рады и тогда те люди, которые проживали на этих территориях, а это, выражаясь сегодняшним языком, три области, так вот эти люди считали и называли себя русскими и православными», – подчеркнул Владимир Путин.

До большевистской революции Украины как государства никогда не существовало. Ленинский октябрь 1917 года спровоцировал на западе России активный территориальный передел. Различные квазигосударства с претензией на украинскость и независимость стали появляться там как грибы. Но и жизнь их была не дольше грибной. Кто там только ни претендовал на власть в ходе гражданской войны: от большевиков и националистов до эсеров и анархистов. В результате первым жизнеспособным государством стала лишь одно – провозглашенная в 1919 году Украинская Социалистическая Советская Республика со столицей в Харькове и в союзе с Советской Россией.

Эта же Советская Украина и стала государством-сооснователем СССР при подписании союзного договора в 1922 году. Историческая Россия таким образом сократилась ровно на Советскую Украину. Щедро. В этом смысле Владимир Ильич Ленин как глава советского правительства – создатель первого жизнеспособного украинского государства.

Вот российские губернии, вошедшие в состав Украинской ССР на 1922 год: Волынская, Донецкая, Екатеринославская, Запорожская, Киевская, Кременчугская, Николаевская, Одесская, Подольская, Полтавская, Харьковская и Черниговская. И вот города, основанные при благоволении русских царей, когда эта территория была еще в составе Руси/России: Сумы – 1655 год основания, Харьков – 1656-й, Кировоград – 1754-й, Запорожье – 1770-й (как Александровск), Кривой Рог – 1775-й, Днепропетровск (ныне – Днепр) – 1776-й (как Екатеринослав), Херсон – 1778-й, Мариуполь – 1778-й, Николаев – 1789-й, Одесса – 1794-й, Луганск – 1795-й, Донецк – 1869-й (как Юзовка).

Уже через год после создания СССР, в 1923-м, в Советской Украине началась активная политика «украинизации» бывшего куска России. Тогда считалось, что это спасет большую страну от украинского сепаратизма. Не спасло.

Вот что пишет Леонид Кучма в своей книге «Украина не Россия»: «При любом отношении к происходившему в 20-х годах надо признать, что если бы не проведенная в то время украинизация школы, нашей сегодняшней независимости, возможно, не было бы. Массовая украинская школа, пропустившая через себя десятки миллионов человек, оказалась, как выяснило время, самым важным и самым неразрушимым элементом украинского начала на Украине».

А дальше прирост Украинской ССР заботами Сталина шел так. В 1939 году, согласно Пакту Молотова-Риббентропа Восточная Галиция — сегодня это Львовская, Ивано-Франковская и частично Тернопольская области — переходит от Польши к СССР и включаются в состав Украины. В 1940-м к УССР Сталин присоединяет территории Северной Буковины и южную часть Бессарабии, ныне – Черновицкая область и часть Одесской. В 1945-м в состав Украины входит Закарпатье — нынешняя Закарпатская область.

Вишенкой на подарочном торте украинской государственности стала незаконная передача Крыма, о чем даже украинские националисты никогда не смели мечтать. Советский лидер, выходец из Украины Никита Сергеевич Хрущев сделал это со всей пролетарской щедростью в 1954 году, очевидно, по случаю 300-летия Переяславской Рады – воссоединения Украины с Россией. Как подарочек секретарям украинских обкомов КПСС, тем, на которых опирался. Но подарил чужое.

Собственно, в таких границах Украинская Советская Социалистическая Республика просуществовала до развала СССР в 1991 году. В годы незалежности начался распад. Измотанная майданами Украина сначала потеряла Крым по результатам референдума 2014 года, а примерно в то же время Киеву в результате госпереворота там перестал подчиняться и Донбасс.

«Даже после ухода Крыма и части Донбасса в фактических границах нынешней Украины остаются многие миллионы русских – коренных русских, которые туда не приехали. Поэтому говорить о русских как о некоренном народе – это просто не просто некорректно, а это смешно и глупо. Это соответствует истории абсолютно. Вообще само по себе деление на коренные, первосортные категории людей, второсортные и так далее – это уже точно совершенно напоминает теорию и практику нацистской Германии. А как быть людям со смешанной кровью? Сам Зеленский еврей по национальности. Я не знаю, у него, может быть, кровь намешанная. Что делать вот с этими людьми? Им что, сейчас будут, как в нацистской Германии, мерить черепа, другие части тела циркулем и определять, как там, настоящего арийца или ненастоящего, так здесь будут определять настоящего украинца или ненастоящего? Я уже не говорю о других составляющих.

Я видел этот проект. Одна из статей там звучит примерно так, что коренные народы не могут подвергаться дискриминации. Есть общее правило, согласно которому разрешено все, что не запрещено. Значит, коренные народы не могут подвергаться дискриминации, а некоренные, значит, могут? В том числе и русские. Но речь идет не только о русских. Румыны, поляки, венгры – вот это же вопрос большой. Поэтому это абсолютно неприемлемо, не соответствует никаким нормам международного гуманитарного права», – заявил Путин.

И он вновь возвращается к несправедливости для миллионов родных нам людей, которым создают невыносимые условия, вплоть до вынужденного переселения. А с какой стати? Явно искусственная, продиктованная с Запада конструкция, разрушительная как для русских на Украине, так и для самой Украины в целом.

«Если взять перепись населения советского периода, я думаю, что мало что изменилось, это же миллионы людей, которые проживают на этой территории и прямо писали себя русскими. Никто не захочет быть людьми второго сорта, я уже не говорю по языку и по другим составляющим нормальной жизни человека, но это приведет к тому, что сотни тысяч, а может быть, и миллионы вынуждены будут либо уехать, не желая быть людьми второго сорта, либо начнут себя переписывать как-то по-другому.

Вы понимаете, это такой мощный, очень серьезный удар по русскому народу в целом. И, конечно, это не может быть для нас безразличным», – подчеркнул глава государства.

Путин с болью говорит об угрозе сокращения культурного ареала расселения русских. О насильственном размывании всего русского на Украине и вытеснении. Но дело не только культурном перерождении территории. У этого процесса есть совершенно четкий военно-стратегический аспект. Если из Украины искусственно лепят государство-антиРоссию, то там рано или поздно будут против нас пытаться разместить и ракеты. Не надо быть провидцем. Опыт движения в нашу сторону военной наступательной инфраструктуры у НАТО есть.

«Вот Польша, Румыния стали членами НАТО. Американцы легко договорились с ними о размещении там систем противоракетной обороны. Но пусковые установки этих систем могут использованы для ударных комплексов, которые достигают центра России, включая Москву. Причем за очень короткое время, 15 минут подлетное время до Москвы. Ну, представим себе, что Украина станет членом НАТО. Подлетное время от Харькова, от Днепропетровска до центральной части России, до Москвы уменьшится до 7 минут. Это для нас красная линия или нет?» – говорит глава государства.

Вот этот момент – принципиальный. И как прикажете реагировать, когда ракеты – ядерные и высокоточные, а со временем и не исключено, что гиперзвуковые, – против нас хотят разместить, скажем, по такой дуге: Чернигов – Сумы – Харьков – Мариуполь? Это было бы 7 минут до Москвы, а в перспективе – с гиперзвуком – 3 минуты что ли? Путина реально волнует такая перспектива. И вот они – те самые «красные линии», которые мы определяем сами.

Нужна нам угроза подробного рода? Категорически не нужна. И нравится это кому-то или нет, а Россия подобного не допустит. А там уж думайте, во что и с кем играете. Действия России по обеспечению собственной безопасности будут справедливыми.

Размышляя, Путин вспомнил Карибский кризис 1962 года. Тогда американцы поставили свои ракеты в Турции против СССР, а мы притащили свои на Кубу, нацелив на США. Жизнь под прицелом ракет в упор тогда лидерам наших стран Хрущеву и Кеннеди показалась не очень комфортной. В результате дикого перенапряжения от угрозы 15-минутной взаимной ликвидации отказались. А сейчас по новой что ли? Осмелели?

«Если взять то, что являлось бы опасным и неприемлемым для Штатов. Размещение наших ракет на Кубе, подлетное время до центрального региона промышленного США, до Вашингтона – 15 минут. А для того, чтобы такое подлетное время сократилось до 7-10 минут, надо было разместить наши ракеты на южной границе Канады или на северной границе Мексики. Это для США красная линия или нет? А для нас? Ну, кто-то вообще должен об этом подумать, подумать о том, как мы должны реагировать на то, что по сути предлагается и обсуждается», – считает Путин.

Президент не зря напоминает о Карибском кризисе, ведь нечто похожее ползуче возникает и сейчас. Румыния и Польша – это одна тема. А другая – это когда американские эсминцы с крылатыми ракетами на борту вторгаются в Черное море. Нам это приятно?

Да вот недавно в акваторию Черного моря вошел американский эсминец «Лабун» с управляемым ракетным оружием – крылатые ракеты «Томагавк» и «Гарпун». В январе в Черном море отметились эсминцы ВМС США «Портер» и «Дональд Кук», в марте – эсминец «Том Хаднер» и крейсер «Монтерей», а в мае в порт Одессы зарулил фрегат береговой охраны США Hamilton.

Если же оценить общую динамику военной активности НАТО у наших западных границ – а это учения с участием украинцев, переброска к ним оружия и боеприпасов, а также активизация разведки – то картина впечатляет.

Число военных учений иностранных государств близ России к июню этого года выросло более чем в 1,5 раза по сравнению с прошлым, а общая продолжительность маневров увеличилась вдвое.

В первом квартале 2021 года число полетов стратегических бомбардировщиков США у границ России возросло в 1,5 раза по сравнению с тем же периодом прошлого года. На этой неделе над Балтикой у наших границ появился американский Б-52.

За 2 года интенсивность разведывательных полетов у юго-западных границ России выросла в 3,5 раза, у западных – более чем вдвое.

А что до приема Украины в НАТО, то Путин к таким планам призывает относиться без шуток. Тем более что Зеленский с Байденом по телефону тему сейчас обсуждали. В каком залоге, никто точно не знает.

«Мы ведь не знаем, как на самом деле строился разговор. Сейчас американские партнеры говорят, что им ничего не обещали, украинцам, вернее, не украинцам, а украинскому руководству, в том числе президенту Зеленскому. Откуда мы это знаем. А может быть, просто они ему сказали: знаешь что, ты рановато вылез. Рано еще об этом говорить, не к месту ты вылез, потому что сейчас намечается встреча на высшем уровне двух президентов. Чего ты нам мешаешь, портишь нам обстановку перед саммитом? Помолчать не мог что ли несколько дней? А на самом деле можно себе представить, что план вступления Украины в НАТО обсуждается. Во всяком случае никто не говорит «нет». А я в своих прежних разговорах на этот счет с прежними американскими руководителями не раз слышал: НАТО – открытая организация, каждое государство, каждый народ имеет право на выбор того, как он считает нужным обеспечить свою безопасность. Вот мне это было сказано неоднократно. И что, какой вывод из этого можно сделать? Есть формальное ограничение. Но никаких гарантий вступления Украины в НАТО нет. И что они там между собой разговаривали, о чем они разговаривали, о чем договорились, мы не знаем. А вот этот окрик из-за океана в сторону президента Украины, он, на мой взгляд, ничего не значит. И мы должны иметь это в виду. И конечно, имея это в виду, соответствующим образом выстраивать свои отношения в сфере безопасности с нашими партнерами, с ближними соседями, с теми, кто извне руководит на самом деле внешней политикой Украины сегодня», – завил Владимир Путин.

от скифов до Путина /

С ЧЕГО НАЧИНАЕТСЯ РОДИНА

Ранний железный век. 1-е тыс. до н.э.–нач. 1-го тыс. н.э.

Первый народ на украинских землях, чье название известно, – киммерицы, упомянутые в гомеровской «Одиссее». Считается, что эти кочевники, говорившие на родственном иранскому языке, пришли в Причерноморье в IX веке до н.э. из Нижнего Поволжья. Тут он остановились на два века. Письменности у них не было: о киммерийцах рассказывают источники древних греков и ассирийцев, в частности Геродот Галикарнасский.  

От Днестра на западе до Ворсклы на востоке жили чернолесцы: племя, на чьи земли киммерийцы устраивали опустошительные набеги. Какими бы могущественными ни казались последние, в VII веке до н.э. их вытеснили скифы, тоже ираноговорящие кочевники; жили они коневодством и войнами. Наибольшего расцвета они достигли в V–IV веках до нашей эры.

Первое централизованное государство на территории Украины, Великая Скифия, как писал Геродот, простиралось прямоугольником по всему северному Причерноморью от Дуная на западе до Азовского моря на востоке. С севера ее пределы – река Припять и линия, на которой лежат современные Чернигов, Курск, Воронеж. В III столетии до н.э. скифов в причерноморских степях сменили сарматы – так их называли греки и римляне, по-видимому, от иранского слова, означающего «опоясанный мечом»: они тоже были кочевыми воинами. В причерноморских степях они владычествовали примерно шесть веков, пока в первом тысячелетии нашей эры их не вытеснили готы и гунны. После их нашествия на территории Украины воцарились славянские племена антов и склавинов.

600–650 годы. Венеды, анты, склавины

О склавинах (похоже на слово «славяне», не так ли?) пишет, например, готский историк VI века Иордан. По его утверждению, у славян общий прародитель, и они живут тремя пеменами: венеты (или венеды), анты и склавины. В VII веке франкский летописец Фредегар рассказывает, что «склавины называются венедами». Анты жили между Днестром и Днепром.

Археологи иногда находят антские клады, состоящие из золота и серебра, награбленного во время походов. Воины антов были вооружены отравленными стрелами, копьями, сулицами, щитами и характерными длинными мечами. Анты считались сильнейшим славянским племенем: их воины служили в византийской армии. Пленных использовали как рабов, продавали их или брали за них выкуп у соседей. Впрочем, по прошествии некоторого времени захваченный раб становился свободным и входил в общину. Главным божеством антов был Перун. Жертвоприношения отличались бескровностью: в жертву приносились продукты.

Во времена антов зародились города Киев и Волынь.

КИЕВСКАЯ РУСЬ

862–1132 годы. Киевская Русь   

Это государство возникло в IX веке, когда восточнославянские и финно-угорские племена объединились под властью княжеской династии Рюриковичей. Его история начинается с захвата Киева Олегом, подчинившим восточнославянские племена.

В период наивысшего расцвета Киевской Руси ее пределами были Днестр и верхнее течение Вислы на западе, Таманский полуостров на юго-востоке, верхнее течение Северной Двины на севере. Географию также помогают понять города Киевской Руси, самыми древними из которых были Киев, Чернигов, Переяславль, Смоленск, Ростов, Ладога, Псков, Полоцк.

Правление князя Владимира (ок. 960 –1015) и Ярослава Мудрого (1019–1054) было временем наивысшего расцвета государства, границы которого необычайно расширились (от Прибалтики и Карпат до причерноморских степей).

К середине XII века в Киевской Руси наступила феодальная раздробленность, и она распалась на полтора десятка отдельных княжеств, управляемых разными ветвями Рюриковичей. Началом раздробленности считается 1132 год, когда после смерти Мстислава Великого, сына Владимира Мономаха, власть киевского князя перестали признавать Полоцк и Новгород. Киев формально считался столицей вплоть до монгольского нашествия (1237–1240).

1220–1240. Первое столкновение с монголами

В битве с монголами на реке Калке (на территории современной Донецкой области 31 мая 1223) участвовали практически все южнорусские князья, многие из них, как и многие родовитые бояре, погибли. Победа досталась монголам. С ослаблением южнорусских княжеств усилился натиск венгерских и литовских феодалов, зато увеличилось и влияние князей в Чернигове, Новгороде, Киеве. В 1240 году монголы (под предводительством хана Батыя, внука Чингисхана) обратили Киев в руины. Город достался князю Ярославу Всеволодовичу, которого монголы признали главным, а затем – его сыну Александру Невскому. Но они не стали переводить стол в Киев, и остались во Владимире.

РАСЦВЕТ ЗАПАДНОЙ УКРАИНЫ

1245–1349. Галицко-Волынское княжество

В 1245 году  в Ярославском сражении (у современного Ярослава в Польше, на реке Сан) войска Даниила Галицкого разбили полки венгерских и польских феодалов. Даниил Галицкий, в расчете на западное союзничество против Золотой Орды, в 1253 году принял от папы римского титул короля. Время княжения Даниила Романовича стало периодом наибольшего подъема Галицко-Волынского княжества. Его укрепление вызвало обеспокоенность в Золотой Орде. Княжество было вынуждено платить Орде дань, и князья должны были посылать отряды для совместных с монголами походов. Тем не менее, Галицко-Волынское княжество вело самостоятельную внешнюю политику.

Во второй половине XIII века Галицко-Волынское княжество не контролировало Подолье, но затем  восстановило контроль над этими землями и получило выход к Черному морю; после 1323 года  снова их утратило. Полесье было присоединено Литвой в начале XIV века, а Волынь – в войне за галицко-волынское наследство между Королевством Польским и Великим княжеством Литовским. Галиция была присоединена Польшей в 1349 году. Этот год и принято считать концом существования Галицко-Волынского княжества.

ПОД ЛИТВОЙ

1386–1434  Великое княжество Литовское 

Великий князь литовский Ольгерд в 1362 году разбил монголов при Синих Водах (на территории современной Кировоградской области, возле Новоархангельска) и присоединил Подольскую землю. Затем он сместил княжившего в Киеве Федора, подчиненного Золотой Орде, и отдал город  своему сыну Владимиру. В первое время эти земли перестали платить дань Орде, в которой тогда шла борьба за власть. В 1386 году великим князем литовским стал Ягайло. Он принял католичество и правил в Польше под именем Владислава II до 1434 года.  Много православных князей выступало против сближения с Польшей: в 1381–1384, в 1389–1392 и 1432–1439 прошли три гражданских войны. Многие города, среди которых, например, Львов, Киев, Владимир-Волынский, получили собственное самоуправление, так называемое магдебургское право.

В 90-х годах XIV века двоюродному брату Ягайло-Владислава Витовту благодаря союзу в монголами удалось мирно присоединить на юге обширные территории Дикого Поля.

КОЗАЦКАЯ ЭРА

1751. Гетманщина и Запорожская Сечь

Восстание Богдана Хмельницкого 1648–1654 годов привело к возникновению автономной Гетманщины. На Переяславской раде Хмельницкий принял подданство Русского царства, началась русско-польская война 1654–1667 годов, во время которой в Гетманщине началась гражданская война (Руина). Левобережная Украина желала быть в составе России, а Правобережная стремилась к союзу с Речью Посполитой.

Во время русско-турецкой войны 1676–1681 русско-казацкое войско отражает вторжение Османской империи в Левобережную Украину. Во время Северной войны гетман Мазепа переходит на сторону шведского короля Карла XII, с которым терпит поражение в Полтавской битве. В результате автономия Гетманщины была ограничена и она стала управляться через Малороссийскую коллегию. В XVIII века казацкая знать интегрируется в российское дворянство. В 1751-м году под власть Гетманщины была передана Запорожская Сечь, в 1764 году Екатерина II упразднила Гетманщину, в 1775-м – Запорожскую Сечь. Казацкая знать приравнивается к российскому дворянству, казакам выделяют земли, присоединенные к России: Новороссию, Кубань, Ставрополье.

ЧТО ТАКОЕ НОВОРОССИЯ?

В русскоязычной традиции это название употреблялось до начала XX века. Произошло оно от Новороссийской губернии (существовала в 1764–1775 годах во времена Екатерины II и в 1796– 1802 годах при Павле I). Так называли территории северного Причерноморья, отошедшие к Российской империи в результате русско-турецких войн второй половины XVIII века. Под Новороссией (одноименная губерния затем бала разделена) понимались Херсонская, Екатеринославская, Таврическая, Бессарабская, а также – Ставропольская губернии плюс Кубанская область с Областью Войска Донского. Во многом совпадает с украинской исторической областью Гетманщина. С середины XX века используют определения «Северное Причерноморье» и «Южная Украина».  В наши дни используется определение «Юго-восточная Украина».
Сейчас термин «Новороссия» широко применяют сторонники федерализации Украины. 17 апреля президент России Владимир Путин во время своей «прямой линии» назвал юго-восточную Украину «Новороссией».  

УКРАИНСКАЯ НАРОДНАЯ РЕСПУБЛИКА

1918–1920

 

УНР была провозглашена Третьим Универсалом Украинской Центральной Рады 7 ноября 1917 года. Предполагалась широкая национальная автономия, федеративно связанная с Россией.  Четвертый Универсал 22 января 1918 года провозгласил независимость УНР. А спустя год – 22 января 1919 года был провозглашен «Акт Злуки», объединивший Западно-Украинскую Народную Республику и УНР.

Тогдашняя Украина была значительно больше современной, ее территория определялась Брест-Литовским мирным договором и признавалась Австро-Венгрией, Германией, Венгрией, Турцией и Болгарией. На Парижской мирной конференции делегация УРН заявила свои границы, однако они не были признаны из-за позиции Великобритании, Франции и Польши.

Итак, провозглашенная украинская территория включала земли Восточной Польши, Приднестровье и часть Заднестровья, простиралась на глубину до 250 км на территории современных южной Беларуси и России, включая часть Курской и Белгородской областей, а также нижний Дон. Например 20 февраля 1918 года законодательный орган Независимой Кубанской Народной Республики принял постановление о присоединении Кубани к УНР на федеративных началах.

В 2005 году в Сумах обнаружился любопытнейший документ. Это – карта независимой Украины, составленная в 1918-м, на которой отмечены украинские государственные границы того времени, то есть – границы УНР. Экземпляр, как полагают ученые – единственный из дошедших до нашего времени. Карта, как это следует из отметки в правом верхнем углу, над линейкой масштаба, выпущена в Харькове в геодезическом издательстве «Южная экспедиция». Этот раритет передала государству семья Голубченко из Сум.


СТАРЫЙ СПОР О КРЫМЕ

На  полуострове во времена УНР местное правительство возглавлял царский генерал Матвей Сулейман Сулькевич, который был против включения Крыма в состав УНР. Гетман Скоропадский, считавший Крым украинским, ввел экономическую блокаду полуострова. В итоге на переговорах решили включить Крыма в состав Украины на правах территориальной автономии.

Газета «Таврический голос» 3 января 1918 года писала: «Главнейшими народностями Крыма являются великороссы, татары и немцы. Украинцев в Крыму немного. И простое включение Крыма наравне с другими частями Украины в Украинское государство не соответствовало бы желанию большинства населения. При объединении Крыма с Украиной население Крыма должно получить гарантию свободы своего национального самоопределения и самостоятельного внутреннего самоуправления. Такой гарантией является автономное устройство края».

ВСЯ ВЛАСТЬ СОВЕТАМ

1920–1951 . УССР

 

В составе Советской Украины некоторое время оставались два уезда Белгородской области. Когда рассматривался вопрос о границах между УССР и РСФСР, решили за основу взять дореволюционные границы между губерниями. Власти договорились, что руководство Советской Украины не будет претендовать на Донскую область РСФСР. В то же время четыре уезда на севере Черниговской губернии вошли в состав Гомельской губернии. РСФСР передала Украине Таганрог вместе с округом, но в 1924 году его вернули России. В 1925–1926 годах Украина продолжает разрастаться: получает части Курской, Брянской и Воронежской губерний.

В 1939-м советские войска заняли принадлежавшие Польше территории, которые вошли в УССР. Затем, в 1945-м, некоторые из них вернули Польше. Граница прошла по линии Керзона, немного отклонившись в сторону Польши. Летом 1940 года советская армия заняла Бессарабию и Северную Буковину, принадлежавшие Румынии. Приднестровье было передано Молдавской ССР. Украинская ССР получила Северную Буковину с городом Черновцы и юг Бессарабии.

 

В 1945-м в состав Украины вошла часть Закарпатья, принадлежавшая Чехословакии. В 1951-м часть Дрогобычской области (существовала до 1959 года) СССР отдал Польше. 15 февраля 1951 года состоялся обмен территориями между СССР и Польшей, в результате чего УССР потеряла часть территории Дрогобычской области.

НЕ КРЫМОМ ЕДИНЫМ

1954–2014. Крым

5 февраля 1954 года Крымская область РСФР была передана Украинской ССР постановлением Верховного Совета Российской Советской Федеративной Республики. Если одни историки связывают это с личной инициативой Первого секретаря ЦК КПСС Никиты Хрущева, то другие считают передачу вынужденной мерой, связанной с тяжелой экономической ситуацией на полуострове: стояла послевоенная разруха, крымские татары были депортированы, а у российских переселенцев не было навыков ведения хозяйства в степной зоне.     

16 марта 2014 года в Крыму прошел незаконный референдум: большинство пророссийски настроенного населения проголосовало за вхождение Крыма в состав России. При этом на территории автономии без опознавательных знаков действовали российские военные подразделения, захватывавшие украинские гарнизоны и блокировавшие корабли ВМС Украины. Крым был фактически аннексирован Россией, принявшей полуостров в свой состав. Международное сообщество не признает ни определенный Россией статус Крыма в качестве субъекта РФ, ни результаты референдума, ни самопровозглашенное местное правительство. Украина официально считает Крым своей территорией, между тем на некоторых российских картах Крым уже обозначен как часть РФ.  

ЗAПАДНАЯ УКРАИНА — информация на портале Энциклопедия Всемирная история

Западная Украина — в 1921–1939 неофициальное название юго-восточной части Польского государства, населенной преимущественно украинцами.

Меньшие территории западной части Украины входили также в состав Чехословакии (см. Подкарпатская Русь) и Румынии (Северная Буковина). Именование западной части Украины как З. У. возникло в период существования Западно-Украинской Народной Республики. З. У. отошла к Польше по Рижскому миру 1924, завершившему Советско-польскую войну. В сентябре 1921 на территории З. У. были созданы воеводства – Львовское, Тернопольское и Станиславовское в Восточной Галиции и Волынское на населенной преимущественно украинцами территории бывшей Российской империи. По данным переписи 1931, в Польше, преимущественно на З. У. проживало около 4,3 млн украинцев (в реальности — до 5,5 млн). Конституция Польши 1921 гарантировала автономные права для национальных меньшинств, в том числе и украинцев, но в июне 1922 польский сейм отклонил идею введения территориальной автономии в восточных областях (Kresy wschodnie, Восточные кресы). 14 марта 1923 Совет послов Антанты санкционировал передачу Польше всех отошедших к ней по Рижскому миру территорий. Началась колонизация З. У. польскими землевладельцами (осадниками), пользовавшимися покровительством властей и получавших по 10—45 га земли. З. У. оставалась аграрным регионом, только 15 % предприятий З. У. имели более 20 рабочих (предприятия нефтедобывающей, химической и деревообрабатывающей промышленности) и принадлежали в основном неукраинским владельцам.

В 1924 усилилась полонизация украинских школ, к 1932 на Волыни осталось 4 украинские школы, еще 390 школ были двуязычными. В 1930 на З. У. действовало 60 украинских издательств и 120 газет. В З. У. действовали различные политические и общественные организации, в том числе украинские. Волынское украинское объединение поддерживало двуязычие в системе просвещения. Украинское национально-демократическое объединение, созданное в 1925, выступало за независимость, но с 1932 — за национально-культурную автономию. В июне 1920 радикальные ветераны Украинской галицийской армии создали Украинское войсковое объединение (УВО), которое перешло к подпольной вооруженной борьбе против Польши, поджигая хозяйства осадников и нападая на полицию, совершая экспроприации и террористические акты. На основе УВО в 1929 была создана террористическая Организация украинских националистов (ОУН). В середине 1920-х росло влияние подпольной Коммунистической партии Западной Украины (КПЗУ), в 1938 партия была запрещена. Нападения на польских землевладельцев вызвали жесткую репрессивную реакцию польских властей.

В сентябре 1939 З. У. в соответствие с секретными статьями Договора о ненападении между Германией и СССР была занята советскими войсками. 28 сентября 1939 был заключен Советско-германский договор о дружбе и границе, по которому территория З. У. отошла к СССР. 22 октября 1939 на выборах в Народное собрание подавляющее большинство населения проголосовало за просоветских кандидатов. Депутаты Народного собрания 27 октября 1939 проголосовали за воссоединение З. У. с Украинской ССР (2 ноября 1939). В декабре 1939 на территории З. У. были образованы Львовская, Дрогобычская, Станиславская, Тернопольская, Волынская и Ровенская области. После присоединения к СССР Бессарабии в августе 1940 в состав УССР вошли Черновицкая и Аккерманская области.

С территории З. У. были выселены осадники, «кулаки» и другие «буржуазные элементы», из которых свыше половины были поляками. Развернулась борьба против влияния униатской и католической церквей, а также против польского подполья и ОУН. В З. У. прошли преобразования, направленные на интеграцию региона в социально-экономическую систему СССР, были конфискованы и распределены между крестьянами помещичьи земли, начались национализация и коллективизация. Дальнейшее развитие этих регионов происходило в составе Украинской ССР (см. Украина).

Лит.: Баканов А. И. Коммунистическая партия Западной Украины и Организация Украинских националистов по материалам КПЗУ (1929—1938) // Историческое пространство. М., 2009; Западная Белоруссия и Западная Украина в 1939—1941 гг.: люди, события, документы. СПб., 2011; История Украины. Научно-популярные очерки. М., 2015.

Украина — неудавшееся государство

Как получилось, что за два с небольшим десятка лет «великие укры» основали Киевскую Русь? Почему украинцы, растащившие свою страну, с обидой относятся к тому, что происходит в России, и требуют ото всех особого к себе внимания? Главный редактор Pravda. Ru Инна Новикова беседует с историком, политологом, программным директором Валдайского клуба, профессором МГИМО Олегом Барабановым.

— Тема «древних укров» для профессионального историка сродни анекдоту. Другое дело, что этот бред реально прописан в украинских учебниках по истории, как вузовских, так и школьных. По принципу: история человечества начинается не с Адама и Евы, а с Тараса и Гали, которые понадкусывали все яблоки в саду добра и зла, а Господь не выдержал и изгнал их оттуда. А от этих Тараса и Гали пошли древние укры.

А если серьезно, то нынешние киевские историки связывают мифических древних укров уже с шумерской цивилизацией. Есть реальная трипольская археологическая культура, край балканского неолита, представляющая собой маргинальный край более широкой общности — кукутени, румынской неолитической культуры. Отличается она действительно красивой расписной керамикой, знаменующей собой некий скачок в ее производстве. Нынешняя украинская историография делает акцент на том, что древние укры происходят как раз из этой трипольской культуры. И параллельно со своими братьями-шумерами 5000 лет назад они первыми занялись строительством мировой цивилизации.

Следом в украинских учебниках возникает тема Киевской Руси как предтечи современной украинской государственности. Хотя если мы возьмем сравнительную этнологию, то увидим, что в Польше в это же время, где-то в VIII–IX веках, происходит консолидация древнепольской этничности, идет формирование древнепольского государства. Один из его центров называется Куява, а одно из племен, которое формируют древнепольскую государственность, — поляне. Неожиданно те же поляне и тот же Киев (Куев, Куява) появляются на Днепре. Таким образом, нельзя говорить о том, что «киевские поляне» (автохтонное племя, предтеча украинцев) «выросли» из трипольской культуры. Если говорить по существу, это была просто часть поляков, пришедших на Днепр.

Идем дальше, IX век, 800-е годы… Восточнославянские племена разбросаны от Черного до Балтийского морей. В том числе и поляне. При этом южная их часть находится под политическим протекторатом Хазарии. Славянские племена, в том числе поляне, платят дань хазарам — иудейско-тюркской державе.

В то же время на севере, на территории нынешнего Новгорода и Пскова, живут другие славянские племена, которые так и называются словене. Они находятся в весьма сложных отношениях с другим этносом — варягами. Варяги патронируют территорию северных славянских племен, но, в отличие от хазар, относятся к ней не как к колонии, тупо собирая дань. Варяги называют ее «Гардарики», что в переводе с древнескандинавского означает «страна городов». В скандинавских сагах помимо того, что упоминаются реальные древнерусские князья — Владимир, Ярослав, фигурирует и центр Гардарики — варяжский город Хольмгорд, нынешний Новгород. Это позволяет говорить о существовании некоей, не дошедшей до нас в письменных источниках, варяжской государственности с центром в Новгороде.

В 860-е годы варяжские дружины во главе с Рюриком, а потом и с Олегом, совершают поход с севера по Днепру, захватывают Киев (Куяву). Хазарскому протекторату над этими землями приходит конец. А затем они переносят столицу из Хольмгарда-Новгорода в Куявию-Киев, ближе к Византии, поскольку главной их целью был контроль за торговым путем из варяг в греки. Из Киева делать это было удобнее. Так формируется держава Киевская Русь, и делают это скандинавы, западные славяне вместе с северными славянами, словенами, новгородскими и кривичскими, смоленскими и псковскими. Ни о какой Украине тогда никто слыхом не слыхивал. Ярослав Мудрый очень бы удивился, если бы кто-то тогда назвал его «украинским князем».

Общепринятая историками теория того, как сформировалась Украина, связана с казацким движением XVI-XVII веков. После консолидации Великого княжества Московского при Иване III и затем при Иване Грозном формируется феномен окраин, или украин: появляются окраина Днепровская, окраина Донская, окраина Яицкая на реке Урал, окраина Литовская. Консолидация означала усиление государственного порядка и налогового бремени. Те же, кто не хотел жить в рамках строгих государственных правил, бежали на окраины и сколачивали полуворовские, полуразбойничьи шайки, из которых впоследствии и сформировалось казачество. Одна из таких казацких окраин потом начала формироваться в более серьезную структуру под названием Украина.

Это стандартная теория, которую ни один уважающий себя историк не берется оспаривать. Но только не современные украинцы. Они говорят: все обстояло совсем не так, слово «Украина» впервые появилось в русских летописях еще в XII веке. Действительно, появилось, но встретилось оно в них один-единственный раз и относилось к Переяславскому княжеству. Княжество это располагалось южнее Киева и служило форпостом между древней Русью и Степью. Понятно, что территория эта из Киева рассматривалась как окраина, чисто географическая, не более того. Можно говорить, что угодно: что Киевская Русь — украинское государство, что трипольская культура — достижение древних укров, что Тарас и Галя населяли рай. К науке все это не имеет никакого отношения. Древний Киев был русским городом и останется таковым в истории.

— Бог с ними, с украми. Как вы, как историк и политолог, оцениваете 25 лет независимости современной реальной Украины?

— Если оперировать цифрами, то Украина — яркий пример неудавшегося государства, failed state. Экономическая статистика позднего Советского Союза демонстрирует огромный промышленный потенциал Украинской ССР. Но к сегодняшнему дню он практически весь или изничтожен, или разворован. И в том, что нынешняя Украина — несостоявшееся государство, вина не только «майданутых», не только нынешней власти. В разворовывание Украины внесли свою лепту все: и Янукович, и Ющенко, и Кучма, и «великая мафиозная организация» — Днепропетровский обком комсомола с Тигипко, Турчиновым и Тимошенко.

Многие украинцы сегодня ненавидят Россию. Но при этом ломятся на заработки к нам, поскольку в Польшу, Румынию поехать не получается, там их не особо привечают. Ненависть к России даже не мешает им отдыхать в Крыму: украинские туристы в этом году начали массово возвращаться в Крым. Плюются, говорят, что еще придет их час, но в Одессу и на Азовское море под Мариуполь почему-то не едут. Если бы они были до конца принципиальными и последовательными, то в 2014 году, когда «вражья» Россия что-то аннексировала, оккупировала и т. д., они бы настояли на том, чтобы их страна разорвала с агрессором дипломатические отношения, ввела строжайший визовый режим. Но нет, крыть Россию последними словами следует у себя дома на словах, а на деле: летом повоевал в АТО, что-то за это получил; зимой как-то в окопах сидеть неуютно — поехал в Москву, маршруткой порулил; летом снова вернулся в АТО, повоевал, понял, что АТО 2015 года хуже АТО 2014-го, плюнул и снова отправился «заработчанить» в Москву. Таков, примерно, ход мыслей нынешнего кастрюлеголового украинца.

Весной-летом 2014 года российское руководство стояло перед дилеммой: останавливаться ему на Крыме или не останавливаться? Было решено остановиться на Крыме. Почему — отдельный вопрос, но было принято решение пытаться сохранять хотя бы минимальный контакт с Украиной. А тогда легко было и визовый режим ввести, и Мариуполь взять, и много чего еще сделать. Мы постоянно говорим, что «мяч» на стороне Украины: мы готовы рассматривать любые варианты: и разрыв дипотношений, и введение визового режима. Сердцем нам этого очень хочется, два года нас поливают и поливают грязью. Сердцу, понятно, не прикажешь, но есть более сложные моменты. Но тут вступает в дело прагматика: как только это произойдет, как только мы перестанем поставлять им нефть, газ, уголь и прочее, страна реально загнется. И кому от этого будет хуже — еще вопрос. Аукнется это на всех нас.

— Видео

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

фрагментарное прошлое, кризисное настоящее, неясное будущее

В 1936 году испанский писатель Мигель де Унамуно написал: “Me duele España” («У меня болит Испания»). Вот уже несколько месяцев многие граждане России и всего постсоветского пространства чувствуют то же: «болит Украина!» Братская страна болит, как орган собственного тела, и врачи не сулят скорого облегчения. Авторы статей этого раздела анализируют предысторию и ход последних событий. Безусловно, многие положения в приведенных публикациях спорные. Редакция заказала критические комментарии ряду ученых Украины и России, и они будут напечатаны вне очереди (как и прочие аналитические тексты на эту тему) в ближайших номерах журнала.

Многие на первый взгляд труднообъяснимые и откровенно негативные особенности внешней и внутренней политики современной Украины в значительной степени связаны с геополитическими и историческими особенностями формирования государства, менталитета и традициями социально-политической психологии. Очевидно также, что многие отрицательно воздействующие на стабильность государства геополитические и геокультурные факторы прошлого не утратили своего значения до сих пор. Анализу этих факторов и их роли в разные периоды украинской истории и посвящена данная статья.

Ключевые слова: Украина, государственность, территория, культура, язык, разделенность, геополитика, политический проект.

Many hard-to-explain facets of current Ukrainian foreign and domestic policy are related to the aspects of Ukraine’s state formation. These factors and their role at various stages of the Ukrainian history are investigated in this paper.

Keywords: Ukraine, statehood, territory, culture, language, separateness, policy.

ВВЕДЕНИЕ. Современный кризис на Украине и взгляд на ее историю

Возникший глубокий кризис украинской государственности и развернувшаяся там гражданская война вынуждают обратиться к причинам постоянных неудач на пути формирования украинского государства. Многие на первый взгляд странные, труднообъяснимые и откровенно негативные особенности внешней и внутренней политики современной независимой Украины в значительной степени объясняются геополитическими и историческими особенностями формирования государства, менталитета и сложившимися традициями социально-политической психологии. Очевидно также, что многие отрицательно воздействующие на стабильность государства геополитические и иные факторы прошлого ни в коей мере не потеряли своего значения. Их современное влияние важно для объяснения событий на Украине и прогнозирования. Анализу этих геополитических и геокультурных факторов и их роли в разные периоды украинской истории и посвящена данная статья.

План изложения. В первом разделе постулируются и обосновываются основные сквозные причины (как их видит автор) того, почему государственность на Украине не сложилась, общество всегда оказывалось разделенным, какие постоянные факторы и особенности влияют на это как на протяжении всей истории, так и сегодня. Во втором разделе статьи излагается краткая геополитическая история украинской государственности, где основной акцент делается именно на выделенных особенностях, на процессе их появления, проявления и трансформации.

РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ. ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ УКРАИНСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ И МЕНТАЛЬНОСТИ

1. 1. Основные идеи. Главными геоисторическими причинами, обусловившими длительную задержку формирования собственной государственности на Украине, а также постоянной разделенности общества, на наш взгляд, являются следующие (тесно связанные между собой) причины:

1. Особенности географического положения, в силу которых длительное время ее территория была легкодоступной для нападений врагов, а также особенности заселения данной территории.

2. Объект геополитической борьбы. Украинские территории всегда были и до сих пор остаются местом столкновения военных и геополитических интересов более сильных соседей (о современности см., например: Корниенко 2014). Украина всегда оказывалась в положении подвластной территории или младшего союзника, с которым не особенно считались.

3. Между Востоком и Западом. С XI века (но особенно в XVI веке) украинское общество находилось в зоне не только политической, но и культурной борьбы влияний Запада и Востока (Европы и России), что предопределяло постоянные колебания в идеологии и политике украинской элиты и нации в целом.

4. Территориальная и культурно-языковая разделенность. Территория Украины была длительное время разделена. В результате отсутствовал исторический центр, не сложилось единое культурно-политическое ядро государства, не было единой языковой, ментальной и культурной общности нации. Особенности заселения страны дополнительно усилили эти различия.

5. Отсутствие стабильно существующего национального государства. Во всех случаях и попытках образования национального государства имели место чрезвычайность, неполная легитимность и необходимость лавирования между более сильными геополитическими игроками.

6. Слабость государственной идеологии, олигархичность и фракционность элиты. Слабые традиции государственности в итоге не создали государственной идеологии. Это предопределило: а) слабость позиции руководителя страны; б) соответственно высокую роль и фракционность узкой верхушки общества. Все это объясняет действия украинских элит и олигархии, которые очень легко и быстро меняют свои ориентиры и союзников в зависимости от выгоды.

1.2. Географический фактор и особенности заселения

Украина располагается в плодородном поясе земель. Однако степные территории с самого начала подвергались нападениям различных захватчиков (аваров, хазар, позже печенегов, половцев), что не способствовало стабильности. В результате историческое ядро Киевской Руси стало слабеть, а население мигрировало на северо-восток. Монголо-татарское нашествие окончательно привело к запустению эти территории (кроме Галицко-Волынского княжества). С XV по XVIII век более половины земель нынешней Украины (особенно южнее Киева и тем более Причерноморье) были заселены слабо или вовсе пустовали, образуя так называемое Дикое поле, из-за крымских татар (см. карту на рис. 1). Реально эти территории были заселены в XVIII и особенно в XIX веках украинцами и русскими в результате колонизационной политики российского правительства[1].

Более трех веков (XV–XVIII) украинские территории, включая Киев, западные и юго-западные украинские земли Подолья и Червонной Руси, подвергались постоянным набегам крымских татар. Украина реально была беззащитной окраиной (украйной) Польско-Литовского государства (что хорошо видно на карте на рис. 1). В целом татарские набеги оказались для Украины более тяжелыми и затяжными, чем для России. Однако в обеих странах татарская угроза, запустение приграничных территорий, а также стремление населения уйти от возрастающего социального давления привели к сходному явлению – формированию вольного, воинственного и разбойного казачества. На Украине роль казачьей идеологии оказалась очень большой.

Рис. 1. Дикое поле в XVII в. закрашено темным цветом. В границах Дикого поля сейчас располагаются Луганская, Донецкая, Днепропетровская, Запорожская, Кировоградская, Полтавская, Николаевская, Одесская, Харьковская и Херсонская области Украины

Источник: http://photo.i.ua/user/2830897/172808/4466120/

1.3. Украинские территории как поле для геополитической борьбы. Разделенность народа как постоянный фактор

Геополитика средневековья и раннего Нового времени. Уже с конца XII века Украина постепенно становится ареной геополитических интересов разных стран. А в XIV веке территория Галицко-Волынского княжества оказалась поделенной между Польшей, Литвой и Молдовой. В XIV и XVI веках за украинские земли происходили бесконечные столкновения между Литвой, Польшей, Москвой и Золотой Ордой (позже Крымским ханством, вассалом Турции). После 1569 года, когда Литва и Польша объединились в единую Речь Посполитую, основной массив украинских земель перешел от Литвы к Польше. И это способствовало, во-первых, росту геополитической (и геокультурной) борьбы между последней и Россией, а во-вторых, росту национально-казачьей борьбы украинцев против поляков (о геополитическом противостоянии России и Польши в течение столетий см.: Долбилов, Миллер 2006; см. также: Шимов 2007).

Разделы страны как результат геополитических комбинаций. «Склеенная» территория. Украинская территория постоянно служила разменной монетой в спорах держав. Разделы и размежевания ее земель стали постоянной чертой истории Украины, а все объединения происходили с помощью чужой силы и воли и потому стоили очень дорого. Начиная с XIV века мы насчитали минимум четырнадцать эпох разделов, а если брать каждое изменение границ, особенно смену власти и границ в период смут, то их было как минимум вдвое больше.

Эпохи разделов. Вторая половина XIV века – между Ордой и Литвой, а также Польшей и Литвой; в XV – первой половине XVI века – несколько разделов между Москвой и Литвой; 1569 год – переход территорий от Литвы под юрисдикцию Польши в результате объединения двух государств; 1667 год – раздел между Польшей и Россией; конец XVII века – между Польшей, Россией, Турцией и Крымом; конец XVIII века – три раздела Польши (1774, 1793 и 1795 годы), которые включали территории Украины. В 1918– 1920 годах неоднократные переделы и разделы, включая раздел между советскими республиками и Польшей, различные комбинации в результате распада Австро-Венгрии, в том числе переход Закарпатья от Венгрии к Чехословакии. 1939 год – раздел Польши между СССР и Германией; новые изменения границ после 1945 года, наконец, последние события, связанные с Крымом (многие эпизоды разделов указаны на карте на рис. 2).

Соответственно ни о какой устойчивости границ говорить не приходится, что явно не способствовало формированию идеологии государственности. До 1946 года не было периода, когда все земли Украины находились хотя бы под властью одного государства. Они всегда были разделены между целым рядом держав, причем юрисдикция территорий постоянно менялась. Кроме Польши, России, Крымского ханства, Турции и Австрии в судьбе Украины активное участие периодически принимали также Румыния, Венгрия, Турция, Франция, Германия, Чехословакия. Разделы определили и разную судьбу тех или иных украинских земель. Некоторые территории, такие как Северная Буковина, были оторваны от других украинских земель в течение 5–6 столетий, другие, как Закарпатская Украина, оказались в составе страны вообще только в 1946 году[2]. Поэтому они не имеют прочных исторических и этнических связей с Украиной. Таким образом, земли Украины, многие века находившиеся под властью разных держав, просто не успели «спаяться». Ведь они находились в единых границах с 1954 по 1991 год, меньше 40 лет. Таким образом, Украина только к середине ХХ века оказалась окончательно собранной из самых разных земель, но она все еще остается «склеенной» территорией (см. карту на рис. 2). Чтобы ее крепко «спаять», нужны длительное время и правильная политика.

1.4. Культурная дивергенция и геополитическая борьба идеологий

Центр государства – исключительно важный элемент в процессе тесно связанного политического, этнического и культурного развития. Если Лондон, Париж, Москва были такими центрами на протяжении столетий (Москва в течение 4-х веков – XIV–XVII века), то после разгрома Киева в XIII веке Украина никогда не имела ни единого культурного, ни тем более единого политического центра. Его отсутствие явно не могло способствовать консолидации ни украинской нации, ни украинского государства. Разделенные украинские территории стали развиваться во многом по-разному и экономически, и культурно. Возникли два собственно украинских центра культуры – в России и Австро-Венгрии (Киеве и Львове), при этом западноукраинский центр оказался культурно и политически существенно более активным и более националистически настроенным, чем восточный (российский). Эта ситуация, по сути, сохраняется до сих пор.

Религиозно-культурный и языковой раскол. Украина уже очень давно стала культурным пограничьем между разными идеологиями и религиями. Культурная разделенность украинских земель, возникшая уже с XII века, усилилась в XIV и особенно в XV веках. Но главный раскол произошел в последней трети XVI века, когда в результате Люблинской унии образовалось Польско-Литовское государство, а большинство украинских территорий от Литвы перешло под юрисдикцию Польши. Украина оказалась в тисках между католицизмом и православием, западной и восточной идеологией. В результате Брестской церковной унии 1596 года на базе православной церкви была образована греко-католическая (или униатская) церковь, сохранившая православные обряды, но принявшая католические догматы и подчинившаяся папе (особая униатская церковь позже была создана в Закарпатье). Одновременно сформировалось два религиозно-культурных центра (в Киеве –Москве и Западной Украине), которые активно борются между собой и сегодня. Таким образом, Украина стала ареной борьбы разных конфессий и вариантов христианской цивилизации, а религиозный вопрос оказался крайне политизированным (как и поведение служителей культа). И это одна из важных причин сегодняшнего разделения нации. Отметим, что в России именно борьба за православие была одной из ведущих сил интеграции населения (хотя именно это трагически отдалило Россию от Европы).

Греко-католическая церковь стала очень ярким примером, своего рода символом промежуточного межкультурного положения украинских территорий и населения между Западом и Востоком. Это довольно необычный гибрид, и по сути, и по своей истории отражающий постоянные колебания Украины. Эта церковь, как и православная, с тех пор стала объектом бесконечного давления со стороны более мощных сил (условно западных и восточных). Униатские книги распространялись и сжигались, число униатов то росло, то уменьшалось (причем они массово переходили не только в православие, но и в католицизм). Даже в период первой мировой войны, когда западноукраинские территории несколько раз переходили от Австро-Венгрии к России и обратно, временно господствующая сила обязательно производила соответствующие действия в отношении религии (запреты, аресты и т. п.). В СССР униатов загнали в подполье, а после образования независимой Украины началось их наступление на православие. Таким образом, на Украине разные территории в течение четырех веков беспрерывно боролись за сохранение той или иной религии (на востоке за православие, а на западе – за униатство). Сегодняшний дележ церковных зданий и приходов на Украине – отголосок давно возникшего геокультурного противостояния.

Наконец, на украинских территориях имела и имеет место языковая дивергенция, обусловленная разделенностью земель, вхождением территорий в состав разных государств, различиями религий и культурных влияний, резкими изменениями статуса украинского языка и т. д. Например, поскольку многие новые территории обживались совместно русскими и украинцами, то там распространялся русский язык или суржик – смесь русского и украинского языков. В западной части преобладает украинский язык, в центральной – среди значительной части населения суржик, в восточной – русский. Но и украинский язык не идентичен в разных местах. При такой ситуации агрессивная политика вытеснения русского языка несет большую опасность усиления нестабильности.

1.5. Чрезвычайность формирования украинского государства и особенности элиты

Попытки восстановить государственность и их цена. После потери независимости Галицко-Волынским княжеством самостоятельная сильная государственность на украинских землях исчезает, а после объединения Литвы и Польши в Речь Посполитую в 1569 году не остается даже ее тени. В результате, начиная с XVII века, мы видим либо эпизоды кратковременной и во многом химерической государственности, либо псевдогосударственность (автономию под господством другой державы). Все попытки возродить государственность происходили в какие-либо кризисные моменты, связанные с военными столкновениями более сильных игроков или с ослаблением державы, в которую входили украинские земли. Еще более важно отметить, что все подобные кратковременные удачные попытки, к сожалению, заканчивались гражданской войной и огромными социально-демографическими потерями для Украины[3].

Первой попыткой можно считать возникновение государства Богдана Хмельницкого в 1648 году. Она была предпринята в результате неожиданно успешного восстания (изначально намерений строить свое государство не было). Но затем стало ясно, что казаки не смогут отстоять самостоятельное государство между Польшей, Крымским ханством и Россией, поскольку никто из них не желал этого. Дальнейшие события можно определить как постоянные колебания и метания украинской элиты между ведущими геополитическими игроками этого региона, борьбу самолюбий, бесконечные интриги, которые в итоге привели к очень тяжелым последствиям. В результате почти 40-летних войн, увода пленных в неволю, голода и эпидемий украинское население сократилось на 65–70 % (Бойко 2002: 178). Недаром этот период (1657–1687 годы) называли Руиной, и он может рассматриваться как квинтэссенция черт и жертв движения к государственности. Во-первых, он ярко продемонстрировал фрагментарность как ведущую черту украинской элиты, а попытки лавировать между сильными соседями, надеясь от этого выиграть (по сути, усидеть на двух стульях), – как ее ведущую стратегию. Эту черту и стратегию легко увидеть и во всех последующих драматических событиях, в том числе и в современном кризисе[4]. Не было ни одного события (кроме, возможно, 1991 года), в котором украинская элита оказалась не то чтобы единой, но хотя бы на какой-то стороне имела решающий перевес. Во-вторых, стала укрепляться казацкая модель власти (см. ниже). В-третьих, эта попытка, как и все последующие усилия добиться независимости, закончилась переделом территории Украины.

От Мазепы до Бандеры. Следующая попытка создать независимое государство была предпринята в 1708–1709 году И. Мазепой, который воспользовался ситуацией войны Петра I с Карлом XII. Действительно, только в такой особой ситуации казацкая верхушка и могла надеяться на обретение самостоятельности. Вновь, как и в конце жизни Б. Хмельницкого, украинская верхушка задумала разыграть шведскую карту, но опять неудачно.

Новая возможность возникновения самостоятельного украинского государства появилась только через двести лет. И вновь она возникла в исключительно кризисной ситуации – в ходе Первой мировой войны, в результате февральской революции и ослабления российской государственности. Центральная Рада, появившаяся в марте 1917 года, в ноябре провозгласила Украину независимым государством. Но далее все закружилось в кровавом политическом вихре. И хотя прошло 250 лет, украинская элита во многом вела себя так же, как и в эпоху Руины. В период 1917–1921 годов вновь мы наблюдаем не просто раскол, но и сильное фракционирование элит и народа, воевавших за Советы, Директорию, за белых, анархистов, атаманов и т. д.[5]; гражданская война сопровождалась войной всех против всех, неоднократной сменой союзников «независимой» Украины (немцев, поляков и др.), стремящейся опереться на иностранную силу и действовать вместе с ней на правах младших партнеров. Однако все «союзники» продемонстрировали полное игнорирование украинских интересов, и дело закончилось очередным разделом ее территории и тяжелыми социально-демографическими потерями.

Через 20 лет успехи немецкой армии в войне против СССР вновь – как это было в 1708 и 1918 годах – дали националистически настроенной элите (ОУН, среди наиболее известных лидеров которой были С. Бандера и Р. Шухевич) надежду на создание национального украинского государства. И вновь мы видим похожую картину: во-первых, поляризацию и раскол на фракции в политической элите, что вело на фоне большой войны к гражданской войне всех против всех; во-вторых, готовность идти в фарватере иностранных войск и держав независимо от их идеологии, которые в то же время никоим образом не считались с украинскими интересами; в-третьих, политическое лавирование между разными силами; в-четвертых, страшное ожесточение и террор со стороны всех участников, но при этом националисты умудрялись выделиться особо[6]. В этот период государственность была абсолютно химерической, хотя и в прежние эпизоды часто наблюдалась ситуация, по меткому выражению Тараса Боровца (Бульбы), «армии без государства»[7]. Однако борьба за эту независимость потребовала огромных жертв.

Таким образом, исходя из исторических и геополитических особенностей, Украина оказалась не готовой, не способной к тому, чтобы быть самостоятельной державой. И это хорошо видели не только внешние наблюдатели, но и некоторые искренние патриоты Украины (см. об этом, в частности: Камiнський 1924; 1927; см. также: Соколов 2001). Стоит отметить, что, несмотря на все темные стороны российского господства, все более или менее удачные попытки обретения государственности (вплоть до последней в 1991 году) осуществлялись лишь с помощью или в составе России, а все попытки опираться на западные державы неизменно заканчивались тяжелыми провалами и поражениями. И украинской элите надо это все-таки иметь в виду.

Независимость на обломках СССР. Наконец, наиболее успешная попытка построить украинскую государственность в 1991 году была опять-таки связана с ослаблением суверена – СССР. И опять же заметим, что собственно Украина в развале СССР играла подсобную роль, а первую скрипку, к сожалению, – сама Россия в лице Б. Н. Ельцина (в ином случае раздел оказался бы постепенным и не таким тяжелым).

Модель олигархической государственности. Ясной модели государственности и идентичности в национальном сознании не сложилось, что существенно влияет на неустойчивость государства. Слишком большой была роль олигархии и самозваной аристократии, начиная от мятежей боярства в Галицко-Волынской Руси в XII веке и заканчивая формированием латифундий польско-украинских помещиков (Потоцких, Конецпольских, Вишневских и т. п.) с почти государственным суверенитетом в XVI–XVII веках. Далее институты казачьего самоуправления оказали глубокое влияние на идеологию управления обществом. Модель казацкой старшины, выбирающей и свергающей гетмана, с постоянной борьбой партий и сменой курса достаточно глубоко укоренилась в ментальности, тогда как во Франции, Пруссии и Австрии утверждался абсолютизм, а в России восторжествовала модель еще более жесткого единоличного правления. Также и образец вольницы польской шляхты при слабом короле не способствовал идее крепкого государства. В то время как в Европе и России росло почитание монархов, в Польше король постепенно превращался в декоративную фигуру.

Олигархичность, фракционность и коллаборационизм элиты. Постоянные лавирования между разными силами, стремление, с одной стороны, приобрести независимость любой, самой страшной ценой, с другой – попытки элиты сохранить свои привилегии (в чем бы они ни выражались в данный момент) сделали украинскую элиту во многом коллаборационистской и компрадорской, готовой ради своих интересов сотрудничать с любой силой.

На протяжении последних более чем 20 лет мы видим постоянные колебания в курсе украинской элиты, ее раскол, влияние на нее разных сил (которые в целом можно определить как влияние Запада и России), постоянные «перелеты» политиков. Компрадорство и коллаборационизм, разрушительные и в России (особенно в 1990-е годы), на Украине приняли особо тяжелые формы, поскольку выражаются и в периодических кампаниях по совершению переворотов и революций. При этом на первом месте стоят узкоэлитарные и групповые интересы, прикрывающиеся националистическими или демократическими фразами.

Рис. 2. Территориальные изменения Украины в рамках Российской империи и СССР в 1654–1954 годах

Источник: http://commons.wikimedia.org/wiki/File:Территориальные_ приращения_Украины.jpg?uselang=ru.

РАЗДЕЛ 2. ГЕОПОЛИТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ УКРАИНСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

2.1. Древнерусский период

Возникновение государства и роль географического фактора. Украина (особенно земли полян, то есть Киевщина и Черниговщина) – это центр Древнерусского государства. Однако первый очаг государственности у восточных славян сложился не среди полян, а в районе Новгорода в результате то ли призвания, то ли завоевания, то ли захвата власти варягами в 860-х годах. А потом эта северная полития захватила Киев, образовалось крупное древнерусское государство[8]. Киев и некоторые города на Днепре и других реках занимали стратегически важные места на пути «из варяг в греки» (из Балтийского моря в Черное, в Византию). Таким образом, будущая территория Украины впервые включается в состав крупного государства, а географический фактор (нахождение между двумя мощными полюсами – пока торговыми) при этом оказывается важнейшим.

Упадок исторического центра Древней Руси и образование новых центров. Российские историки называли период Древней Руси периодом борьбы со степью (печенегами и половцами), что полностью соответствует действительности. Но именно южные и юго-западные княжества больше всего страдали от набегов кочевников. Население в XI и особенно в XII веках стало переселяться на север и северо-восток, колонизируя менее плодородную лесную зону европейской равнины, где защита от кочевников была более надежной. Так возникло Владимиро-Суздальское княжество. Одновременно усилился и юго-западный центр Руси – Галицко-Волынское княжество[9]. Колыбель же древнерусской государственности – Киев – приходил в упадок. Сам Киев оставался постоянным яблоком раздора между новыми центрами, но правили им уже наместники.

Монголо-татарское нашествие и запустение Киевского, Черниговского, Переяславльского княжеств. Окончательно подорвало возможность развития государственности на украинских землях монголо-татарское нашествие. Наметившееся уже в XII веке разделение Древней Руси (на будущие Великороссию и Малороссию) в результате татарского нашествия стало свершившимся фактом. Обе части Древней Руси развивались в течение длительного времени в условиях иноземного (монголо-татарского) господства, оставившего глубокий след, но их выход из данного положения оказался совершенно разным, во многом определившим дальнейшие пути развития древнерусских земель.

Киев и ряд других городов после Батыева нашествия потеряли былое значение и пребывали в упадке до такой степени, что их история до середины XIV века (особенно с конца XIII века) во многом остается белым пятном. По-видимому, там уже не велись летописи, что само по себе говорит о многом (см.: Грушевский 1991: 465 и далее). Последующее возрождение Киева было связано с возвышением Литовского государства, а затем и Речи Посполитой. В конце XV века Киев получил магдебургское (немецкое) право, которое было и у некоторых других украинских городов Галичины (где польское влияние усиливалось, а Львов стал уже наполовину польским городом). Но культурное и интеграционное значение Киева не шло ни в какое сравнение с Москвой, его вообще нельзя считать ведущим центром Украины.

2.2. XIV–XVI века. Между Ордой, Литвой, Польшей и Москвой. Путь Украины от этнокультурной основы Литовско-Русского государства до угнетенной и незащищенной окраины Речи Посполитой

Потеря независимости Галицко-Волынского княжества и первый раздел Украины. Судьба Галицко-Волынского центра (не без основания стремившегося стать королевством) на первых порах сложилась более удачно. Его князья хотя и не сумели избавиться от монголо-татарского господства, но смогли избежать разрушений и разорений. При этом в процессе поиска союзников против татар Галицкий князь Данило Романович даже готов был сдать позиции православия католичеству, но, не получив помощи от Запада, отказался от этой идеи. Тем не менее это был первый реальный случай геополитической культурно-религиозной борьбы на земле Украины, который открыл цепь непрерывных попыток, не закончившихся и до сего дня, с разных сторон воздействовать на религиозную принадлежность ее населения. Но когда в 1323 году пресеклась династия Романа Мстиславовича, а попытки установить новую династию прочного результата не дали, русско-украинский Галицкий центр потерял свою независимость. Его территории были включены в состав Польского королевства в качестве провинции, а Волынь в результате войны Польши и Литвы осталась за последней. Таким образом, XIV век открыл путь к многочисленным разделам украинских земель между Польшей, Литвой, Москвой и другими соседями Украины.

Литва собирает северные украинские земли. Два центра древнерусской централизации. Черниговское, Переяславское и Киевское княжества к середине XIV века раздробились на множество мелких уделов, при этом в них отсутствовали силы и лидеры, способные их объединить в крупное государство. Поэтому объединяющей силой стали другие княжества. К середине XIV века в Восточной Европе появилась такая новая сила – Литовское княжество, сумевшее справиться с феодальной раздробленностью и смутами на Украине и в Белоруссии (в противном случае это сделала бы несколько позже Москва).

Для появления новых государств или централизации феодальных земель особенно благоприятной является ситуация ослабления ведущих игроков. Крупнейшим изменением во второй половине XIV века в Восточной Европе стало ослабление Золотой Орды (см.: Греков 1975: 51; Грушевский 1991: 494), в которой начались смуты и усобицы («великая замятня», по выражению летописи). Ее ослабление привело к ряду крупных военных поражений, сначала от Литвы (1362), затем от Москвы (1380). Открылись возможности для территориальных приобретений, которыми воспользовались Польша, Молдова, Москва. Но больше всех выгод получила Литва, в состав которой в основном добровольно или полудобровольно вошли северные украинские, белорусские и некоторые западнорусские земли. Итак, XIV век положил начало процессу, когда украинские земли перестали играть самостоятельную роль, а стали лишь частью чужого государства. Во второй половине – конце XIV века сложилось два главных очага централизации древнерусской государственности – Литовское (Литовско-русское) княжество и Московское государство (Греков 1975). Их борьба за эти земли определит судьбу Украины почти на четыре столетия. Украина стала местом геополитического соперничества крупнейших держав Восточной Европы, которые для решения своих задач активно привлекали к военным союзам различные государства.

Модели государственности для Украины. Но главные коллизии ждали еще впереди. В XIV веке литовцы были в основном еще язычниками, а литовские великие князья балансировали как между язычеством и христианством, так и между католическим и православным крещением. Поэтому религиозного или этнического гнета еще не было. А поскольку Литва образовала государство намного позже других европейских народов, в культурном плане она отставала от западнорусских земель и заимствовала культуру от них. Поэтому какое-то время западнорусский язык был государственным. Пожалуй, в первый (и увы, в последний) раз в истории украинские территории не сами были местом геополитического культурного воздействия, а, напротив, осуществляли культурную экспансию. С учетом того, что Москве в XIV веке не удалось сбросить татарское господство, североукраинские (и белорусские) земли в результате вхождения в состав Литовского государства на какое-то время выиграли, жизнь там стала полегче. Но этот благоприятный фактор в то же время надолго задержал развитие собственной государственности.

Очевидно, что судьба государства и народа во многом зависит от того, когда и каким образом пойдет процесс централизации. в XIV–XV веках в Польше, Литве и Северо-восточной Руси этот процесс происходил по-разному. Польша не создала достаточно крепкой королевской власти, которая к тому же имела тенденцию к ослаблению. Великое княжество Литовское также не смогло создать жестко централизованное государство. Зато Московская Русь объединилась на более чистой этноконфессиональной основе и с более крепкой центральной властью. Таким образом, сложились две основные модели государственности, между которыми Украина и могла выбирать в будущем.

Князья Северо-восточной Руси в XIII–XV веках оказались под жестким и неумолимым контролем Орды, что привело к росту интриг и доносов хану (как формы борьбы с политическими врагами и конкурентами). Однако при этом северо-восточные территории, во-первых, получили идею и стимул к освобождению от ига, во-вторых, имели модель монархического деспотического правления, которая – при всех жестокостях – была эффективнее, чем феодальная вольница. Заметим, что сами монголы многое почерпнули в административно-политическом устройстве завоеванных ими земель (в Китае, Средней Азии, Персии и других местах [см.: Вернадский 1997: раздел «Влияние на правительство и администрацию»]). Таким образом, в России складывалась восточная модель государственности (позже еще модернизированная по турецкому примеру) со всеми ее недостатками, но с главным достоинством, позволяющим создать крепкое государство с сильной армией. Она была хуже, чем западноевропейская модель монархии с элементами права, но в перспективе эффективнее той, что сложилась в Польше и надолго стала примером для Украины. Правда, в результате определенной интеграции с Западом украинские и белорусские земли в XVI–XVII веках в культурном отношении в ряде моментов опережали Московскую Русь[10]. Но это не искупало потери политической независимости и отсутствия национальной идеологии.

Конец XIV – первая половина XVI века. Дрейф Литвы к Польше. Привилегированное положение русских земель в Литовском государстве продолжалось недолго. В результате так называемой Кревской унии 1385 года началось сближение двух государств ради геополитических выгод в борьбе с весьма сильными державами (Тевтонский орден, Московская Русь и Золотая Орда). Но это сближение шло неровно, откатами, поскольку и в Литве, и в украинско-белорусских землях было много противников проникновения польского влияния и католичества. Тем не менее Литва стала все активнее заимствовать польские институты, католичество постепенно утверждалось в Литве, и к концу XV века украинские княжества стали провинциями (воеводствами).

В конце XV – первой половине XVI века в результате относительно успешных войн России с Литвой произошел некоторый передел североукраинских территорий в пользу первой (в том числе Черниговских, а также собственно русских и белорусских земель). Нажим Москвы на Литву способствовал и постоянному переходу литовских православных бояр и князей под руку Москвы. Литва слабела, а Москва усиливалась. Это в итоге ускорило движение Литвы в сторону Польши, которое завершилось в 1569 году, когда образовалась Речь Посполитая.

Украина как окраина Литовского и Польского государств. Казачество

В конце XV века образовалось независимое от Золотой Орды Крымское ханство, набеги которого на украинские земли Литвы и Польши стали настоящим бичом. В 1482 году, например, крымский хан Менгли-Гирей захватил Киев и разрушил его, уведя много пленных, а несколько позже, после похода на Волынь, увел в плен до 100 тыс. человек. Россия также сильно страдала от этого. Но все же из-за большей близости Крыма к Украине набеги на последнюю были существенно чаще. Так, за столетие с 1450 по 1556 год татары совершили 86 крупных грабительских походов на Украину (Бойко 2002: 109), а на Россию за XVI век – 20 походов (Маркевич б. г.). Татарские набеги были для Украины более тяжелыми еще и потому, что Русское государство проводило более энергичную политику защиты своих окраин, чем Польское.

Напомним, что больше половины территории современной Украины занимали территории Крымского ханства или вовсе ничейные, в целом малозаселенные – Дикое поле (см. рис. 1). А тогдашние украинские территории в Юго-восточной Польше (Червонная Русь и Подолье) и Литве (Киевское воеводство, Брацлавщина и даже Волынь) оставались южной открытой для набегов окраиной. Именно украинские земли в течение почти трех веков прикрывали подходы к собственно польским, белорусским и литовским землям.

В результате военного противостояния Турции, Крымского ханства, с одной стороны, и Польши, Литвы и России – с другой в этом приграничье в XVI веке формируется казачество. Казаки по своей природе были вольными людьми, жившими по собственным правилам, не желавшими никому подчиняться, считавшими разбойные нападения достойной жизнью и готовыми входить в союз с любой силой (и так же легко ей изменить). Украинское казачество стало в определенной мере сдерживающей крымских татар силой, а также резервом польской короны для участия в различных военных действиях в Тридцатилетней войне (1618–1648), в походе на Москву с Лжедмитрием и в последующих войнах с Россией. Походы украинских казаков (особенно на Крым, в Турцию, Молдову, куда они ходили по своей инициативе) – едва ли не единственный пример в украинской истории, когда украинская сила выливалась вовне. Как уже было сказано, особенности самоорганизации и антигосударственной психологии казачества оставили глубокий след в политической идеологии украинских политиков и народа в целом, что, на мой взгляд, ослабило государственную идеологию.

Ливонская война (1558–1583 годы) как первое столкновение России и Запада. Два неверных выбора, определивших ход истории. В течение XVI века Литовское государство ослабевало, а Россия после прихода к власти Ивана Грозного усиливалась (особенно после захвата в 1552–1556 годах Казанского и Астраханского ханств). Перед Россией стоял выбор, куда направить свою экспансию. Достаточно влиятельное политическое течение настаивало на борьбе с Крымским ханством, что позволило бы обезопасить южные границы и начать осваивать плодородные земли. В этом случае имелся шанс заключить союз с Литвой (а возможно, и с Польшей) против татар. Другое направление было связано с выходом к Балтийскому морю против Ливонского ордена. Иван Грозный выбрал второе направление. Первые результаты Ливонской войны были успешны для России, но плодами побед воспользовалась Литва. Это привело к войне России с Литвой. Она шла с переменным успехом и затягивалась, и в 1566 году Литва предложила заключить мир. Таким образом, у России появился шанс повернуть в союзе с Литвой против татар. Однако прошедший в этом же году Земский собор в России поддержал царя в намерении продолжать войну. Этот выбор, сделанный представителями русского народа, оказался неверным и привел к тяжелейшим последствиям, а через полвека поставил Россию на грань исчезновения (Смутное время). В скором времени Литве стало ясно, что войну она продолжать не сможет. В итоге в 1569 году между Литвой и Польшей была заключена Люблинская уния, ставшая важнейшим рубежом в истории Украины. Она предполагала объединение Польши и Литвы во главе с польским королем на основах формального равенства государств, но фактически это привело к преобладанию Польши и католичества. При этом украинские земли переходили в состав Польши. С одной стороны, это способствовало собиранию украинских земель в единый политический массив, с другой – усилило давление католичества.

Принятию унии предшествовали съезды литовских, белорусских и украинских дворян, на которых в целом последние высказались за объединение с Польшей под гарантии сохранения статуса и религии. Так Украина сделала свой исторический выбор в пользу Запада. Правда, можно согласиться с О. Д. Бойко (2002: 106–107), что особого выбора не было (как раньше и позже в украинской истории), деспотизм московского царя отпугивал украинских дворян. Но все же этот добровольный выбор также привел Украину к глубокому кризису, поскольку она стала объектом на порядок более жесткого, чем раньше, геокультурного давления. А в середине XVII века этот выбор открыл затяжную гражданскую войну. Таким образом, на Украине (так же как и в Польше) возникла практика, когда интересы элиты стали коренным образом противоречить интересам нации, что обусловило трагизм украинской истории на века.

2.3. XVII–XVIII века: эпоха восстаний и разделов. Между Польшей, Россией и Австрией

Польский натиск и польское влияние. Польская шляхта рассматривала Украину именно как окраину, которую нужно колонизировать и эксплуатировать, а католическая церковь – как объект для насильственного миссионерства. Поскольку королевская власть в Польше была слабой и постоянно ослабевала еще больше, население не могло найти в короле защиту от землевладельцев, как это было в других странах. Украина вступила в период, когда она оказалась в центре борьбы западной и восточной не только геополитики, но и геокультуры (до этого проявлявшейся не столь интенсивно)[11]. В итоге, как уже было сказано, возник раскол в церкви и появился чисто украинский феномен, очень наглядно иллюстрирующий двойственность положения Украины в целом и ее культуры, – униатская церковь. Давление католичества вызвало к жизни не только культурно-религиозную оппозицию, но и стало причиной ряда казацких восстаний (наряду с чисто казацкими обидами и требованиями).

Начало эпохи лавирования между Западом и Востоком. С XVII века Украина являет собой особенно яркую картину бесконечных колебаний и смены курсов в обстановке геополитического окружения более мощных сил, стремящихся захватить ее, поделить или усилить там свое влияние.

Подобные примеры, конечно, можно найти в истории Италии или Германии, но особенность украинского случая в том, что такая ситуация продолжается и сегодня, являясь источником кризиса, в то время как в других странах это давно стало достоянием истории. При этом подобное лавирование, как это ни прискорбно, обычно связано с быстрыми переходами с одной стороны на другую, прямым предательством и поиском внешней силы, под покровительство которой в данный момент выгоднее перейти. Недаром патриот Украины А. Каминский говорил об измене всем всех и всего всем как принципе политики Украины во времена гражданской войны и в другие эпохи, восклицая: «Неужели же такая деморализация будет основой державы?» (Камiнський 1924).

Восстание Богдана Хмельницкого в 1648 году создало возможность образования украинского государства (некоторые основы которого уже были заложены ранее при гетмане Петре Сагайдачном). Но оно было зажато между Польско-Литовским государством, Россией и Крымским ханством, влияние оказывали также Швеция, Валахия, Турция. В итоге Украина стала местом борьбы иностранных государств и ареной внутренней борьбы элит. Наиболее известным событием этого периода является так называемая Переяславская рада в январе 1654 года, на которой было принято решение войти в состав России на условиях автономии. Б. Хмельницкий вынужден был «проситься под руку» русского царя после того, как его предал крымский союзник. Но вскоре военные цели гетмана и России разошлись, и казаки рассорились с русским царем[12].

После смерти Б. Хмельницкого в 1656 году началась длительная тридцатилетняя эпоха, названная Руиной. Шла одновременно внешняя и внутренняя гражданская война, а украинские политики постоянно меняли союзников. В это время стало практикой существование сразу двух гетманств (польского и русского), а иногда и трех, отчаянно враждующих между собой. При этом все гетманы зависели от внешних сил, и большинство из них были иностранными ставленниками, каждый старался добиться власти путем внешней поддержки (Яковлева, Миллер 2006). Помимо ориентиров на Польшу, Россию, Швецию была еще и крымская партия. Ряд украинских гетманов заключали союзы с крымским ханом, открывая ему широкую дорогу для грабежей и увода тысяч пленных в рабство. В итоге сорокалетних войн страна потеряла две трети своего населения (Бойко 2002: 178) и оказалась разделенной (Левобережная Украина с Киевом отошла к России, а Правобережная осталась за Польшей).

2.4. Конец XVII–XVIII века. Между Польшей, Россией, Турцией и Австрией. Эпоха восстаний и разделов

Русско-польская война 1654–1667 годов фактически была последним актом серьезного противостояния России и Польши. Шляхетская модель Польско-Литовского государства оказалась не способной обеспечить развитие государства, и оно становилось слабее, все более втягиваясь в орбиту российской политики (см. подробнее: Дьяков 1993: 77–82, 85–87). В течение всего времени на польской Украине шла повстанческая борьба украинских казаков и населения, получившая название гайдаматчины, одно из которых (так называемая колиивщина, получившее название, видимо, за жестокость восставших) в 1768–1769 годах под руководством Гонты и Зализняка и послужило прологом к первому разделу Польши (там же: 85–87; Дядиченко 1976: 617–618).

В течение XVIII века резко ослабела опасность набегов крымских татар (последний набег был в 1769 году). Зато российское влияние на Украину усиливалось. В результате трех разделов Польши (1774, 1793, 1795 годы), которые были также (или даже в первую очередь) разделами Украины, основная часть польских украинских земель (Правобережье, Волынь) отошла России, а меньшая часть (Галичина) – Австрии, в составе которой с давних пор оставалось Закарпатье[13]. Такое разделение украинских земель между Россией и Австрией сохранялось до 1914 года, и противостояние на Украине Запада и Востока шло теперь между Российской и Австрийской империями.

Можно считать, что географический фактор, столь неблагоприятный для Украины в течение ряда веков, в XVIII веке существенно изменился. Хотя в политическом плане она и в дальнейшем оставалась территорией противостояний, периодами – разменной монетой в договорах и объектом разделов, однако многое изменилось в социально-хозяйственном плане. Дело в том, что в результате успешных для России войн с Турцией в состав первой вошли Крым и другие причерноморские земли. Для украинцев исчезла угроза набегов татар, и как подданные России они могли начать колонизацию новых земель. В результате в течение XIX века территория Украины фактически увеличилась вдвое, украинские крестьяне освоили плодородные земли Юга, а население Украины стало быстро расти. Сегодняшние украинские историки порой «забывают» о том, что, по сути, в XVIII и особенно в XIX веке на Украине происходила демографическая революция, которая была обеспечена внутренним миром и покоем.

Так, согласно Википедии, численность населения Украины впервые можно определить на начало XVII века в 5–6 млн. человек (1629), хотя, скорее всего, это очень завышенные данные[14]. Затем в результате войн эпохи Руины численность сильно сократилась. При этом на Левобережной Украине в 1678 году проживали примерно 1,4 млн. человек, а уже в 1732 году – более 1,8 млн. (Водарский 1973: 25). В 1795 году после присоединения Правобережной Украины там насчитывалось около 3,5 млн. человек (там же: 96). И почти столько же (3,4 млн. человек) проживало на Левобережной Украине (там же: 92). Таким образом, население Правобережной Украины за XVII–XVIII века практически не выросло (хотя надо учитывать переселение части ее жителей на Левобережье), а Левобережной – увеличивалось более чем в два раза. Зато в 1857 году и Правобережная, и Левобережная Украина показывают примерно одинаковый и быстрый рост (соответственно 4,9 и 4,6 млн. человек [там же: 92, 96]). То есть всего в российской Украине, включая Новороссию, проживало 13,2 млн. человек (там же: 97). В 1897 году численность населения достигла 26 млн. человек, а к 1914 году – 36,5 млн. человек (там же: 144). Согласно переписи 1897 года, 22 млн. человек считали себя по языку малороссами (там же: 111).

Политическое развитие русской Украины XVIII века шло в направлении ослабления автономии, пока гетманство не было вовсе отменено, а беспокойные запорожские казаки не переселены на Кубань.

Таким образом, Украина стала частью Российской империи, в которой не считали нужным признавать особенность культуры украинцев, а рассматривали их как часть русского народа. Но в то же время Российская империя дала Украине мир и покой, которого не было ни в один из предшествующих веков, и обеспечила мощный хозяйственный и демографический подъем, возможность освоения новых земель, обеспечила выход к Черному морю. В отличие от российских областей Украины особого хозяйственного подъема в австрийской части не было.

2.5. Сто спокойных лет (1815–1914). Два культурно-политических центра Украины. Глобальные трансформации Европы в 1800–1815 годах не обошли Украину, но и не затронули ее катастрофическим образом. В последующие сто лет история Украины, конечно, не была полностью спокойной, геополитическое культурное противостояние на ее территории продолжалось с большей или меньшей активностью. Так, после двух польских восстаний (в 1837 и 1875 годах) под давлением происходил активный переход униатов в православие целыми епархиями. Но в целом это было самое спокойное столетие в украинской истории, которое сопровождалось демографическим, культурным и промышленным подъемом Украины. Никогда ни до, ни после не было столь длительного спокойного периода (другой аналогичный, но гораздо менее длительный период, немногим более 40 лет, – с 1947 по 1991 год в составе СССР).

Но в этот период сформировались два культурных и в значительной мере политических (подпольно-оппозиционных) центра. Киев был наиболее значимым городом российской Украины. Но были и другие крупные культурные города, особенно Харьков. Другим центром стал Львов в австро-венгерской Галичине. Стоит отметить, что в промышленном отношении эта австро-венгерская провинция Украины не шла ни в какое сравнение с российской, зато в смысле политических свобод ее возможности были гораздо выше. Галичина в культурном, идеологическом и даже политическом плане стала более активным центром, чем российская Украина[15]. Неудивительно, что к концу XIX века Галицию стали называть «украинским Пьемонтом», уподобляя ее роль той, которую Сардинское королевство сыграло в объединении Италии в 1850–1870-е годы. Такое разделение территории Украины (экономически более развитый, но политически менее активный Юго-восток и промышленно менее развитый, но политически активный Запад) сохранялось в течение всего ХХ века и зримо проявляется в новейших украинских кризисах. При этом тяга галичан к Европе (которая при этом рассматривала их явно как людей не первого сорта), а украинцев – к России также ощущалась в течение всего времени и ощущается поныне очень отчетливо[16].

Тяжелое тридцатилетие обретений и потерь (1914–1947). В период войны Галичина несколько раз переходила из рук в руки, и каждый раз военные власти победившей стороны торопились провести выгодные им изменения. Наконец, в 1917 году возникает Украинская Рада, и 20 ноября 1917 года впервые за 250 лет Украина провозглашает себя независимой. Годом позже, после поражения Австро-Венгрии, в ноябре 1918 года была провозглашена Западная УНР с территорией около 70 000 кв. км, на которой проживали 6 млн. человек (75 % из них были украинцы). Но поскольку поляки сразу же начали против ЗУНР вооруженную борьбу, то уже 21 ноября украинские части были вынуждены оставить Львов.

С 1917 по 1921 год короткая эпоха борьбы за независимость становится новой Руиной с бесконечными расколами политических сил, казацко-анархистской вольницей, перетягиванием страны на ту или иную сторону, вереницей позорных договоренностей с иностранными государствами, совершенно не считающимися с украинцами. 1918 год – период оккупации Украины немецкими и австрийскими войсками с прогерманским правительством во главе с гетманом Скоропадским (свергнувшим Центральную Раду). В 1919 году шла борьба в постоянно меняющихся комбинациях между силами Советской Украины, Директории (правительства Рады во главе с Петлюрой), Белого движения Деникина, поляков, анархистов и еще ряда других собственных и иностранных сил. В 1920 году украинцы вместе с поляками начали наступление против Красной армии, и эта схватка, по мнению Т. Снайдера [2012], была решающей для европейского порядка. Вновь на украинской земле Восток и Запад сталкивался в лице России и Польши. Советско-польская война закончилась Рижским миром между РСФСР и Польшей в 1921 году, разделившим Украину и похоронившим надежды украинцев на самостоятельность (Мельтюхов 2001). Причем в состав Польши вошло больше украинских территорий, чем было у Австро-Венгрии.

Межвоенный период и в Польше, и в СССР был характерен ростом культуры и самосознания украинского населения. Польское господство вызвало активное сопротивление украинской элиты, продолжающееся не только в течение существования Польского государства, но и в годы второй мировой войны. Наследие этих националистических сил заметно ощущается на Украине сегодня. В СССР Украина впервые получает подобие государственной автономии с признанием украинского языка государственным, она становится одной из развитых индустриальных территорий не только в СССР, но и в Европе. Однако вместе с другими народами СССР она заплатила очень высокую цену за индустриализацию в виде коллективизации, голодомора и репрессий.

Начавшаяся вторая мировая война вновь оживила националистические силы Украины, но возможностей для обретения независимости оказалось совсем немного. Сначала они оказались в подручных у немецких оккупантов, но затем с нежеланием немцев признать даже химерическое украинское государство (провозглашенное 30 июня 1941 года во Львове) радикальная бандеровская часть УНО в 1942–1943 годах встала во главе Украинской повстанческой партизанской армии (командующий Р. Шухевич). Последняя сражалась против всех: полностью лояльного к оккупантам и активно сотрудничавшего с ними крыла ОУН (во главе с А. Мельником), немцев, красных партизан и поляков. Какое-то время (до 1949 года) оуновцы (во главе с Шухевичем) вели подпольную террористическую борьбу против советской власти, а затем они стали одной из сил зарубежного эмигрантского антисоветского центра.

Последние десятилетия СССР и его наследие. Истоки современной элиты. Вторая половина ХХ века, как видится ретроспективно, была неплохим временем для Украины. Экономика развивалась динамично, население жило лучше, чем в основных российских провинциях, индустриализация продолжалась.

Период советской власти с 1950-х годов за многое можно ругать и критиковать. И все же следует отметить, что Украина получила хорошее «наследство» от СССР. Прежде всего впервые за всю многовековую историю страны ее территория оказалась единой. При этом нужно признать, что в другой ситуации Украина не получила бы некоторых важных территорий (которые вообще могли быть включены в ее состав только исходя из номинального автономного статуса). Кроме того, имелось добротное, отрегулированное административное деление на области, районы и т. п., которым можно было пользоваться, ничего не меняя. Мощная промышленность и относительно развитое сельское хозяйство, приличная сеть дорог, портовая и прочая инфраструктура и т. п. позволяли развиваться. К сожалению, стоит отметить, что Украина (как во многом и Россия) слабо преумножила полученное достояние, в значительной мере «проела» его и привела в ветхость. В 1989 году население Украины составляло 51 млн. 700 тыс. человек, а в 2014 году (с Крымом) – только 45 млн. 426 тыс. Все потери населения произошли за счет низкого демографического роста. При этом если России за последние годы удалось переломить эту тенденцию, то на Украине такой задачи, судя по всему, и не ставилось.

Как и другая национальная элита в рамках СССР, украинская впитала в себя многие черты советской партийной элиты, поэтому современная украинская элита причудливо соединяет в себе традиционные и заимствованные от советского строя черты (см., например: Касьянов 2008; Соболев 2011), а также характеристики, присущие бюрократиям государственного капитализма переходных обществ (особенно непотизм, клановость и коррумпированность).

2.6. 1991–2014. Современная независимая Украина. Вновь между Западом и Востоком: поиск идентичности и политика лавирования

Основные этапы и экономические вехи. Можно условно выделить несколько этапов в новейшей истории Украины, во многом связанных с внешними экономическими и политическими факторами.

1991–1996 годы – до принятия конституции, когда основы нового государства только устанавливались. Во многом история постсоветских республик в этот и частично последующий период весьма похожа: гиперинфляция, денежные реформы, быстрые политические и законодательные изменения, захват и передел собственности, разгул криминалитета и коррупции, постоянные изменения конституции и т. п.

1996–2004 годы – складывание модели украинской политической системы в общих чертах, уже вполне заметен антироссийский крен, при этом происходят сильные колебания внутреннего и внешнего курса. Эти колебания, как мы видели, не являются случайными, а составляют определенную почти фундаментальную характеристику украинской политической жизни на протяжении всей ее истории. В этот период отметим, что низкие цены на энергоносители (например, 50 долларов за тыс. куб. м природного газа) и мягкая энергетическая политика России (за счет чего часть элиты обогащалась на перепродаже энергоресурсов [Касьянов 2008]) позволяли России в какой-то степени влиять на политику Украины.

2004–2010 годы – очевидный переход к прозападной и антироссийской политике после «оранжевой революции». Небезынтересно отметить, что рост протестов на Украине совпал с ростом цен на нефть (если в 2001 году цена была 24 дол./бар., то в 2004 году – 38 дол./бар.), а угроза ужесточения политики России в отношении незаконной и неоплачиваемой откачки газа усугубляла ситуацию. В дальнейшем рост антироссийской политики, с одной стороны, шел на фоне стремительного роста цены на газ, а с другой – усиливал газовый нажим Москвы. Наконец, кризис 2008 года особенно сильно ударил по Украине, способствовав отказу от откровенно антироссийского курса и некоторому дрейфу в сторону России.

2010–2013 годы – компромисс по-украински в плане ее баланса между Западом и Россией.

2013/2014 годы – начало кризиса, смена власти, восстание Юго-Востока, начало гражданской войны и угроза распада государства.

Впервые самостоятельное государство. За самостоятельность в этот раз бороться не пришлось. Украинская элита, как и элита всех стран СНГ, смогла сполна воспользоваться ситуацией и без оглядки на бывший центр взять свое. Но по сравнению с соседями украинское государство продемонстрировало собственные очень существенные отличия, причины которых можно найти в исторических особенностях.

Во-первых, отсутствие самостоятельности во внешней и во многом внутренней политике и поиск покровителя. И если другие республики рано или поздно начинают выстраивать собственную линию, то Украина никак с ней не определится.

Во-вторых, неспособность найти определенную форму правления, что определило и неспособность реформировать важные институты. Это могло объясняться тем, что, с одной стороны, деспотичность, свойственная среднеазиатским республикам и Азербайджану, здесь не годилась, менталитет был другой, а с другой – сильная президентская власть также не приживалась по причине того, что традиционно элита («старшина») относилась к лидеру без должного пиетета, а также особенностей населения. В итоге образовалась в значительной степени олигархическая модель, при которой для политической победы требовалась помощь извне (традиционная ситуация периода гетманата). Поэтому пост президента в условиях дестабилизации и внешнего воздействия с учетом разных ментальностей населения регионов стал мешать при попытках изменения строя. Однако попытки переделать конституцию под парламентскую республику с ограничением власти президента в 2004–2007 годах, а затем свержение Януковича вовсе дестабилизировали ситуацию, авторитет этой должности пошатнулся. Но представляется, что институт сильного президентства нужен обязательно.

В-третьих, в связи с тем, что не было внятной и оправданной внутренней и внешней политики, а политическая элита постоянно меняла курс, при этом пытаясь опираться на внешние силы, вмешательство во внутренние дела извне стало перманентным.

В-четвертых, политика в отношении Запада и России была неумной и в известной мере являлась продолжением традиции «сидеть на двух стульях». Такие действия могли идти на пользу конкретным политикам, но не стране в целом.

В-пятых, государственное строительство (как и в других постсоветских государствах, включая Россию) шло без правильного учета этнических, языковых и исторических особенностей страны. Но в других постсоветских республиках не было такой «склеенной» территории и такого разделения по этничности и языку. Когда особенности разных частей страны проявились определенно, начался перманентный государственный кризис, сегодня очевидно ведущий к расколу.

Заключение

Крах националистической идеологии и практики. В стремлении освободиться от наследия прошлого, влияния России и найти собственную идентичность украинское руководство взяло курс на украинизацию языка, культуры и жизни страны, причем украинизацию жесткую, с сильным политическим уклоном, по-галицийски (см.: Камiнський 1927)[17]. Культурный национализм, весьма характерный для молодых национальных государств, приобрел на Украине гротескные и опасные формы игнорирования прав национальных меньшинств. Однако жесткая политика насильственной украинизации при почти наполовину русской Украине была в корне неверной. В итоге она углубила поляризацию страны, опасность раскола, обострила многие проблемы, усилила вмешательство со стороны России (хотя ее цель была именно в уменьшении влияния последней). В настоящий момент нет единой нации, а есть расколотое по многим параметрам общество (территориально, что является особо опасным, культурно, ментально, лингвистически, идеологически и социально). Рост национального самосознания имеет место в основном на почве антироссийской идеологии.

Все это происходило на фоне слабого экономического развития. В 2012–2013 годах ВВП не достигал и 70 % от ВВП 1990 года (Нигматулин 2014). В 2014 году ВВП будет еще на 5–7 % ниже, чем в 2013. (Конечно, России тоже особо хвастать нечем, но все же ее ВВП превышает ВВП 1990 года примерно на 15 %.) При такой экономике, отсутствии твердой власти и политической линии ситуация оказывалась стабильно неустойчивой.

Для складывания государственности требуется время, двадцати лет самостоятельности для этого явно мало. элите и нации нужны опыт, ясное осознание, что надо жить вместе, либо убеждение, что лучше разойтись. Пока же ни нация в целом, ни ее отдельные части не определились в этом. В такой ситуации крайне опасно позволять внешним силам оказывать давление на те или иные группы элиты и населения, на различные территории, тем более на центральное правительство. Пока не удастся создать хоть какие-то твердые институты единства, пока территории, группы и партии будут ориентироваться на иностранные силы, самостоятельное существование Украинского государства будет под вопросом.

Неустойчивость государственности и несамостоятельность элит, иностранное влияние привели к глубочайшему кризису, в результате которого за полгода страна пережила государственный переворот и неожиданно быстро втянулась в жестокую гражданскую войну. Результат будет тяжелым, как бы она ни закончилась. Если даже удастся силой подавить восстание в Донецкой и Луганской областях, опасность раскола страны в той или иной форме будет оставаться исключительно высокой. Если же удача будет сопутствовать юго-восточным регионам, военно-реваншистский настрой будет отравлять украинский народ еще много лет и десятилетий.

Прогнозы и рекомендации. Быстро нарастающие проблемы и главное – стремление решать их путем переворота, смены власти, выхода из состава страны, карательными операциями и т. п. нелегитимными способами поставили под вопрос само существование государства. Украинцам необходимо твердо понимать, что только опора на собственные силы и готовность нести жертвы ради выхода из кризиса может спасти ситуацию. При этом нужно быстрее освободиться от широко распространенных иллюзий, что иностранцы помогут решить проблемы. Как мы видели, в истории Украины не было таких случаев, зато примеры, когда иностранные партнеры полностью игнорировали интересы Украины и ввергали ее в тяжелейшие кризисы, присутствуют в изобилии.

Рассуждая с точки зрения интересов Украины, но не Украины правых националистов, а государства, которое хочет иметь твердое будущее, можно сформулировать некоторые императивы. Главное – только нейтральный статус страны, политика неприсоединения с установлением дружественных отношений с соседями способна ослабить внешнее влияние и влияние различной ориентации пятых колонн в стране, а также воздействие коллаборационистской и компрадорской верхушки, разрушающей страну в угоду собственным интересам. Статус неприсоединения и нейтралитета должен быть прописан в конституции и не подлежать изменению. Западные геополитики прямо пишут, что Украина сегодня находится (как, впрочем, и всегда находилась) на линии соприкосновения геополитических платформ, она зажата между российской сферой влияния с одной стороны и западной, или европейской – с другой (см.: Корниенко 2014). Автор этой идеи – голландский генерал в отставке ван Капен – утверждает, что страны, находящиеся на стыке геополитических платформ, не имеют возможности самостоятельно выбирать свою судьбу (Там же). Однако мы полагаем, что именно выбор статуса неприсоединения и нейтралитета может способствовать нормализации ситуации внутри страны.

Другой императив заключается в том, что нельзя допускать изменения и перекраивания конституции под конкретные ситуации и политиков. Напротив, необходимо усложнить процедуру ее изменения, ряд статей нужно сделать неотменяемыми. Также опасно уменьшать власть президента в пользу исполнительной власти председателя правительства, назначаемого парламентским большинством. В условиях несложившейся нации президент должен стать основой единства страны, и население всей страны должно видеть в нем не только гаранта целостности страны, но и арбитра в случае возникновения кризиса.

В-третьих, только тщательное соблюдение баланса интересов регионов и основных групп населения по ментальности и культуре сможет сохранить единство страны. Прежде всего необходимо закрепить права населения учиться и общаться на русском языке, а равно другие права культурной автономии. Если нельзя сделать русский язык вторым государственным (что было бы, наверное, хорошим решением), то следует всячески закрепить его статус в конституции с неотменяемыми статьями.

К сожалению, в настоящий момент не заметно ни сил, ни лидеров, ни групп, которые смогли бы консолидировать украинскую нацию. Украина раскололась, а консолидация ее основной части, к несчастью и для Украины, и для России, происходит на антироссийских чувствах и уже плохо контролируемых националистических инстинктах, а равно абсолютно далеких от реалий идеологемах и мифах. Ее нынешние руководители абсолютно не самостоятельны, и они пока могут действовать, только используя эти чувства населения, прибегая к дезинформации и провокациям. На такой основе не удастся выйти из глубокого и системного кризиса.

Литература

Бахтурина, А. Ю. 2000. Политика Российской империи в Восточной Галиции в годы Первой мировой войны. М.: АЙРО-ХХ.

Бойко, О. Д. 2002. Історія України. Киев: Академiя.

Вернадский, Г. В. 1997. Монголы и Русь. Тверь; М.: Леан; Аграф.

Водарский, Я. Е. 1973. Население России за 400 лет (XVI – начало XX в.) М.: Просвещение.

Греков, И. Б. 1975. Восточная Европа и упадок Золотой Орды. М.: Наука.

Гринин, Л. Е. 2011. Государство и исторический процесс. Эпоха формирования государства. Общий контекст социальной эволюции при образовании государства. 2-е изд., испр. М.: Либроком.

Грушевский, М. С. 1991. Очерк истории Киевской земли от смерти Ярослава до конца XIV столетия. Киев: Наукова думка.

Гуржий, И. А., Дядиченко, В. А., Компаниец, И. И., Спицкий, В. Е. 1973. Украинская Советская Социалистическая Республика. В: Жуков, Е. М. (гл. ред.), Советская историческая энциклопедия: в 16 т. Т. 14. М.: Советская энциклопедия, с. 721–777.

Долбилов, М., Миллер, А. (ред.). 2006. Западные окраины Российской империи. М.: Новое литературное обозрение.

Дьяков, В. А. (ред.). 1993. Краткая история Польши с древнейших времен до наших дней. М.: Наука.

Дядиченко, В. А. 1976. Правобережная и Западная Украина. В: Пономарев, Б. Н. и др. (ред.), История СССР с древнейших времен до наших дней: в 12 т. Т. 3. Превращение в великую державу. Народные движения XVII–XVIII вв. М.: Наука, с. 615–620.

Касьянов, Г. В. 2008. Украина 1991–2007: Очерки новейшей истории. Киев: Наш час. URL: http://www.e-reading.ws/bookreader.php/1019157/ Kasyanov_-_Ukraina_1991-2007_ocherki_noveyshey_istorii.html.

Камiнський, А.

1924. Галиччина – Пiємонтом. Львiв. URL: http://www.angelfire.com/ nt/oboguev/images/kaminsk1.htm.

1927. Загадка України i Галиччини. Львiв. URL: http://www.angelfire. com/nt/oboguev/images/kaminsk2.htm.

Клеванский, А. Х. (ред.). 1985. Краткая история Чехословакии. М.: Наука.

Корниенко, С. 2014. Пиджак рвется по шву. Интервью с Франком ван Капеном. URL: http://www.svoboda.org/content/article/25362031.html.

Маркевич А. И. б. г. Краткий очерк истории Крымского ханства. URL: http://www.kyrgyz.ru/?page=255.

Мельтюхов, М. И. 2001. Советско-польские войны. Военно-политическое противостояние 1918–1939 гг. М.: Вече.

Нигматулин, Б. И. 2014. Украина. Ціна незалежності. Уроки для России. URL: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=print& sid=5170.

Пашуто, В. Т. 1950. Очерки по истории Галицко-Волынской Руси. М.: Изд-во АН СССР.

Романовский, Д. 2010. Коллаборанты. Украинский национализм и геноцид евреев в Западной Украине. URL: http://jerusalem-temple-to day.com/maamarim/drugie/10/Romanovsk.html.

Снайдер, Т. 2012. Кровавые земли. Европа между Гитлером и Сталиным. [Отрывки из книги.] URL: http://gefter.ru/archive/4981.

Соболев, Ю. 2011. Постсоветская Украина. URL: http://gazeta.zn.ua/ SOCIETY/postsovetskaya_ukraina.html.

Соколов, Л. 2001. Чья мечта сбылась в 1991 году (к десятилетию украинской незалежности). URL: http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_ dream.html.

Шимов, Я. 2007. Новая история пограничья: попытка беспристрастного анализа. Русский вопрос 1. URL: http://www.russkiivopros.com/index. php?csl=1&kat=8&id=15&pag=one.

Яковлева, Т. Г., Миллер, А. И. 2006. Переяславский договор. Политические маневры 1654–1659 гг. Раздел Гетманщины по Днепру. Руина. В: Долбилов, М., Миллер, А. (ред.), Западные окраины Российской империи. М.: Новое литературное обозрение, с. 41–49.

[1] Это обусловило наименьшую украинскую составляющую именно на колонизируемых землях Новороссии.

[2] Северная Буковина, бывшая частью Галицкого княжества, сначала стала независимой, а во второй половине XIV века перешла к Молдавскому княжеству, в составе которого она находилась до 1774 года, пока не перешла в состав Австрии. В первой половине ХХ века у нее была непростая судьба, так как она трижды переходила из одной юрисдикции в другую. Закарпатье Галицкое княжество потеряло еще в XI веке (Гуржий и др. 1973: 726). Территория отошла к Венгрии, оставаясь там (за исключением немногих лет) до 1918 года (в составе Австро-Венгрии), а затем в 1920 году перешла к Чехословакии (Клеванский 1985: 297–298). Неудивительно, что Закарпатская Украина с ее русинским и венгерским населением существенно отличается от Галичины, в том числе и по политическим пристрастиям.

[3] «Деструкции, которыми кормится украинство, длительное время создают иллюзии, но в другое время они ведут к физической, широкой и глубокой разрухе» (Камiнський 1924).

[4] При этом, как отмечает один из исследователей, «между собой украинцы воюют, кажется, с большим рвением, чем с чужаками, которые приходят на их землю и успешно ее грабят, разоряют и порабощают» (Бойко 2002: 177).

[5] Именно на Украине было больше всего так называемых «зеленых», то есть анархистов и просто бандитов.

[6] Например, в начале июля 1941 года Организация украинских националистов (ОУН) выпустила воззвание, где были слова: «Народ! Знай! Москва, Польша, мадьяры, жиды – это твои враги. Уничтожай их: ляхов, жидов, коммунистов – уничтожай без милосердия» (Романовский 2010).

[7] Так называлась его книга: «Армія без держави, слава і трагедія українського повстанського руху».

[8] Такой путь государствогенеза был ведущим в мировой истории (см. подробнее: Гринин 2011).

[9] Территория Галицко-Волынской земли простиралась от Карпат до Полесья, захватывая течения рек Днестра, Прута, Западного и Южного Буга, Припяти (Пашуто 1950), то есть те или иные части территорий нынешних Винницкой, Хмельницкой, Тернопольской, Черновицкой, Ивано-Франковской, Львовской, Житомирской, Черкасской и Кировоградской областей.

[10] Так, учебные заведения возникли там раньше, чем в Москве. Мало того, именно по инициативе просветителя с Запада Симеона Полоцкого была основана в 1678 году Славяно-греко-латинская академия в Москве, а Киево-могилянская академия была, по признанию Петра Первого, кузницей кадров для его империи.

[11] Отметим, что конец XVI – XVII век – это период так называемой контрреформации в Европе, когда жесткость идеологической политики католичества возросла колоссально.

[12] Как отмечал историк М. В. Грушевский, военный демократизм казаков, выразившийся в устройстве Гетманщины (казацкого государства Богдана Хмельницкого), находился в противоречии с преобладавшим в России монархическим началом.

[13] Общее население австрийской части Украины составляло 1,7 млн. человек (Гуржий и др. 1973: 737).

[14] Есть данные, что после Люблинской унии 1569 г. население единой Польши и Литвы составляло всего 8 млн. чел. (Дьяков 1993: 53), а по другим данным, население польской Украины в 1648 году составляло 3 млн. (Гуржий и др. 1973: 730).

[15] Так, лидер украинского национального движения М. С. Грушевский, который в 1894 году переехал из Киева во Львов, утверждал, что Галиция являлась передовой частью украинского народа, которая давно обогнала бедную российскую Украину, что до сих пор Галиция шла, а Украина стояла или шла за Галицией (Бахтурина 2000: 39).

[16] Конечно, гетман Павел Скоропадский на фоне его служения Германии не выглядит образцом, но все же его слова о галичанах достаточно характерны: «…к сожалению, их культура из-за исторических причин слишком разнится от нашей. Затем, среди них много узких фанатиков, в особенности в смысле исповедывания идеи ненависти к России. Вот такого рода галичане и были лучшими агитаторами, посылаемыми нам австрийцами. Для них неважно, что Украина без Великороссии задохнется, что ее промышленность никогда не разовьется, что она будет всецело в руках иностранцев, что роль их Украины – быть населенной каким-то прозябающим селянством» (цит. по: Соколов 2001).

[17] «Многие думают, что украинизация – это продукт процесса освободительных стремлений народа. Между тем украинизация имеет свои сжатые, логичные, политические причины в политике могучих сил, которые играют Украиной так, как волны моря лодкой» (Камiнський 1927). Заметим, что антироссийская идеология имеет глубокие исторические корни, и в XIX и XX веках активно использовалась европейскими политиками.

«Подарки от русского народа». Кто и как перекраивал карту СССР

«Возникает вопрос: если та или иная республика вошла в состав Советского Союза, но получила в свой багаж огромное количество российских земель, а потом решила выйти из состава? Но тогда бы выходила хотя бы с чем пришла и не тащила с собой подарки от русского народа».

С таким заявлением выступил на днях Владимир Путин. Учитывая печальный опыт Украины шестилетней давности, не удивительно, что в соседних с Россией странах насторожились. Пресс-секретарю президента РФ Дмитрию Пескову даже пришлось разъяснять, что слова его шефа не означают, что у России есть территориальные претензии к другим бывшим советским республикам. Путин «говорил не о подарках. Он говорил о ранее допущенных системных ошибках в [советской] Конституции, которые не предусматривали целый ряд ситуаций», – утверждал Песков.

Радио Свобода попыталось разобраться, кто, кому и какие территориальные «подарки» делал в СССР за без малого 70 лет его существования и какими соображениями это диктовалось.

Ленин против Сталина, федерация против автономии

101 год назад, в июне 1919 года, в разгар Гражданской войны на территории бывшей Российской империи, Всероссийский центральный исполнительный комитет (ВЦИК), номинально высший орган советской власти, принял постановление «Об объединении советских республик России, Латвии, Литвы, Белоруссии для борьбы с мировым капитализмом». Документ предусматривал объединение военных и хозяйственных органов этих республик, создание общей финансовой, транспортной, социально-экономической системы. Надо отметить, что в тот момент большевики не считали, что их революция ограничится пределами распавшейся империи, а рассчитывали, что она перекинется на другие страны Европы и Азии и в конечном итоге станет мировой. Именно это было главной политико-идеологической целью похода Красной армии в Польшу в 1920 году.

Нынешние сторонники коммунистов носят на своих акциях портреты Ленина и Сталина. Но вожди были не всегда согласны друг с другом
В ходе Гражданской войны границы государственных образований, создаваемых большевиками и их противниками, не раз менялись, о чем подробнее ниже. Отметим лишь, что в 1918–1922 годах на карте бывшей империи появлялись, например, такие недолговечные государства, как Литовско-Белорусская ССР (Литбел) или Дальневосточная республика – формально независимое государство, служившее буфером между Советской Россией и Японией. Идеология перемешивалась в национальной политике большевиков с грубым прагматизмом: с одной стороны, правительство Ленина выступало под лозунгом самоопределения наций, с другой – нередко кроило карту в соответствии с текущими военно-политическими нуждами. Этот подход соблюдался и позднее: так, в 1940 году, после советско-финской («зимней») войны, Карельская автономия в составе РСФСР была преобразована в Карело-Финскую ССР. Она просуществовала 16 лет и была вновь «понижена в звании» до автономной республики в 1956-м, когда отношения с соседней Финляндией нормализовались – в знак чего из названия республики убрали слово «финская», которое могло быть истолковано соседями как намек на территориальные претензии.

Когда стало ясно, что мировой революции пока не получится, большевики занялись обустройством того, что оказалось у них в руках в результате Гражданской войны. Между советскими республиками в начале 1920-х годов существовали договорные отношения, но в 1922-м большевистское руководство решило объединить эти республики в единое государство. Каким образом? По этому поводу столкнулись мнения Ленина и Сталина, занимавшего пост наркома по делам национальностей. Сталин выдвинул проект «автономизации»: другие республики должны были вступить в РСФСР на правах автономий. Ленин был против, назвав сталинское предложение «вредной затеей» и выступив за федерацию формально равноправных республик: «Мы признаём себя равноправными с Украинской ССР и др. и вместе и наравне с ними входим в новый союз, новую федерацию» (из письма членам Политбюро ЦК РКП(б) 26 сентября 1922).

Против авторитета вождя революции не попрешь, и СССР был создан 30 декабря того же года в составе четырех республик: РСФСР, Украинской ССР, Белорусской ССР и Закавказской федерации (ЗСФСР). В составе последней находились советизированные годом раньше Грузия, Армения и Азербайджан. Однако Сталин фактически добился своего позднее, создав в годы своей диктатуры строго централизованное государство, в котором автономия союзных республик в отношении Москвы стала сущей формальностью. С другой стороны, у РСФСР, вроде бы «главной» советской республики, не было некоторых государственных атрибутов, имевшихся у других собратьев по Союзу, – например, собственной компартии с соответствующими структурами.

В 2016 году, выступая на форуме Общероссийского народного фронта, Владимир Путин вступил в давний спор двух большевистских вождей – фактически на стороне Сталина. Он отметил, что в СССР «границы определялись совершенно произвольно и далеко не всегда обоснованно. На Украину, например, Донбасс передали. Под каким предлогом: повышение процента пролетариата на Украине для того, чтобы иметь там большую социальную поддержку. Это бред какой-то». Кто же кому и что передавал на самом деле?

Украина: «подарки» были взаимными

В 1918 году, когда была провозглашена независимость Украинской Народной Республики (УНР), в качестве ее границ были заявлены границы нескольких регионов бывшей Российской империи с преобладанием украинского населения: Киевской, Волынской, Подольской, Херсонской, Черниговской, Полтавской, Харьковской, Екатеринославской губерний и уездов Северной Таврии. В начале 1919 года было объявлено об объединении УНР с Западно-Украинской Народной Республикой (ЗУНР), что означало присоединение к Украине ряда территорий, входивших до окончания Первой мировой войны в состав Австро-Венгрии. В том же 1919 году на Парижской мирной конференции украинская делегация представила карту, на которой в состав УНР были включены Крым, Кубань и некоторые районы Области Войска Донского и Слободской Украины. Эти планы не были реализованы в связи с поражением сторонников украинской независимости в Гражданской войне.

Государственно-административное творчество большевиков на украинской территории тоже было весьма разнообразным. В феврале 1918 года в части районов Левобережной Украины была провозглашена Донецко-Криворожская советская республика, но очень скоро по распоряжению из Москвы ее присоединили к Украинской советской республике – большевистской «альтернативе» УНР. (Вероятно, именно этот эпизод имел в виду Владимир Путин, говоря о «передаче Украине Донбасса»). В 1922 году УССР вступила в состав Советского Союза, причем ее границы неоднократно корректировались. Так, в 1919 году от УССР к РСФСР были переданы 4 северных района Черниговской губернии. Тогда же советская Украина претендовала на ряд районов Слобожанщины (ныне в составе Белгородской и Курской областей РФ). 13 января 1919 года Временное рабоче-крестьянское правительство Украины постановило: «Учитывая естественное тяготение Белгородского района к Харьковской губернии… в соответствии с запросом Белгородского ревкома присоединить Белгородский район к Харьковщине». Впоследствии, однако, эти претензии удовлетворены не были. Напротив, значительная часть нынешней Ростовской области с городами Таганрог, Каменск и Шахты оказалась в 1920 году в составе УССР, но пять лет спустя большую часть этих территорий вернули РСФСР. Очертания, подобные нынешним, российско-украинская граница на донбасском участке приняла только в 1928 году.

Продвижение советской империи на запад как следствие соглашения с Германией о фактическом разделе востока Европы отразилось и на границах советской Украины. Осенью 1939 года к УССР были присоединены области Западной Украины, входившие после 1921 года в состав Польши. В 1940 году украинская территория пополнилась Северной Буковиной, которую (вместе с Бессарабией) под нажимом СССР уступила Румыния, а в 1944-м – Закарпатьем, переданным Советскому Союзу Чехословакией. В 1954 году УССР была передана Крымская область – согласно тогдашнему официальному определению, в силу «общности экономики, территориальной близости и тесных хозяйственных и культурных связей между Крымской областью и Украинской ССР».

Беларусь: приращения и урезания

В 1903 году этнограф профессор Ефим Карский составил «Этнографическую карту белорусского племени» с обозначенной на ней «границей белорусской области» – в нее наряду с территорией современной Беларуси были, исходя из тогдашнего этнического состава населения, включены, например, Вильна (Вильнюс) с окрестностями и значительная часть нынешних Смоленской и Брянской областей РФ. Исходя из этой карты, в 1918 году руководство недолговечной Белорусской Народной Республики попыталось установить границы новорожденной страны. Гражданская война внесла свои коррективы, и «сбором» белорусских территорий занимались уже большевики, провозгласившие советскую Белоруссию в начале 1919 года. Затем они на какое-то время слили ее с Литвой – по крайней мере на бумаге, потому что реальная обстановка на фронтах менялась стремительно, – и, наконец, воссоздали БССР, но на очень небольшой территории, фактически включавшей в себя лишь Минск и Могилев с окрестностями.

В середине 1920-х годов к БССР были присоединены части Витебской, Смоленской и Гомельской губерний. Самым крупным территориальным приращением Беларуси стало присоединение западных белорусских земель в результате советско-германского раздела Польши в 1939 году. Тогда в состав БССР включили и Белостокскую область, часть которой, однако, после Второй мировой войны вернули Польше. А вот Виленский край, который белорусское национальное движение во многих отношениях считало «своим», Беларуси не достался. Более того, в конце 1940 года, после присоединения к СССР трех стран Балтии, Сталин провел корректировку белорусско-литовской границы, передав от БССР Литве ряд районов – в том числе курорт Друскининкай (Друскеники).

Менее известен эпизод августа 1944 года, когда Кремль планировал создание Полоцкой области, которая должна была быть включена в состав РСФСР. Авторство идеи приписывают одному из приближенных Сталина – Георгию Маленкову. А ее провал – неожиданному сопротивлению тогдашнего главы белорусских коммунистов Пантелеймона Пономаренко. По его воспоминаниям, ему удалось убедить диктатора не менять границу: «Сталин нахмурился, повисла гнетущая пауза, все молчали и ждали его решения. Наконец он поднялся и сказал: «Ладно, покончим с этим вопросом. Полоцкую область нужно создать, но в составе Белоруссии. Народ хороший, и обижать его, действительно, не стоит». Такую благосклонность Сталина современные белорусские историки объясняют тем, что он к тому времени уже решил передать просоветскому правительству Польши Белостокскую область БССР. Дополнительное урезание белорусской территории еще и в пользу России могло бы вызвать недовольство населения БССР, совершенно не нужное советскому режиму в сложный послевоенный период.

Казахстан со столицей в Оренбурге

В период Гражданской войны на территории современного Казахстана была провозглашена Алашская автономия. Однако, не располагая сколько-нибудь заметной военной силой, в 1920 году она была уничтожена большевиками. Они объединили большую часть казахских территорий в рамках Киргизской, позднее переименованной в Казахскую, автономной республики. (В царские времена казахов называли «киргиз-кайсаками»). В 1936 году ее статус был «повышен» до союзной республики. Первой столицей казахской автономии стал Оренбург, только в 1925 году столицу перенесли южнее, в Кзыл-Орду, а Оренбург с областью были включены в состав РСФСР.

Петербургский политолог, уроженец Казахстана Григорий Голосов иронически замечает в этой связи: «По поводу Казахстана, откуда я родом, возникают вопросы. С одной стороны, почти всю территорию Казахстана можно зачислить в традиционные и т.д. территории – как-никак, Екатерина Великая уже была богоподобной царицей «киргиз-кайсацкия орды» (Г. Державин). С другой стороны, первой столицей Киргизской АССР, которая потом стала Казахстаном, был Оренбург, и не следует ли по этой причине его рассматривать как подарок от казахского народа?»

Что касается остальных центральноазиатских народов, то они в 1920–30-е годы пережили процесс так называемого национально-территориального размежевания, в результате которого возникли союзные республики (ныне – независимые государства) в границах, близких к современным. Но еще в 1928 году карта советской Средней Азии выглядела следующим образом:

Границы союзных и автономных республик СССР далеко не всегда соответствовали границам проживания разных этносов. Зачастую они проводились, исходя скорее из политических, экономических или административных интересов коммунистического режима, для которого были лишь внутренними разграничительными линиями: советская власть, естественно, не рассчитывала на собственное падение. В результате на территории СССР еще до его распада или сразу после него возникло несколько очагов межэтнических конфликтов: Нагорный Карабах, Приднестровье, Абхазия, приграничные районы Узбекистана и Кыргызстана и т.д. Тем не менее при расторжении договора об образовании Советского Союза новыми независимыми государствами территориальные претензии к соседям ими в большинстве случаев не предъявлялись, о «подарках» с той или иной стороны речь не шла. Это позволило бывшему СССР избежать наиболее кровавого сценария распада – в отличие, например, от бывшей Югославии.

Радио Свобода

Независимость: почему у балтийцев получилось раньше?

  • Анастасия Зануда
  • ВВС Украина

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Песчаные дюны и синева Балтики перекликаются с цветами украинской пшеницы и неба, но украинцы и прибалты выбрали разные пути к государственности

Августовский путч 1991 года, который положил начало официальному распаду Советского Союза, позволил Украине получить независимость. Тогда же балтийские государства восстановили ее после 50 лет оккупации Советским Союзом.

Свою независимость они получили после распада Российской империи. Первая мировая война, февральская революция и октябрьский переворот 1917 года в России открыли «окно возможностей» для народов, которые хотели получить собственное государство.

Но тогда ни украинцы, ни балтийцы не имели опыта государственности, а большие государства — участники Первой мировой — были не слишком озабочены их интересами.

Однако руководителям балтийских государств удалось не только получить независимость, но и удерживать ее в течение более 20 лет, пока в 1939 две новые силы — фашистская Германия и Советский Союз — не заключили Пакт Молотова-Риббентропа.

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Тайный протокол к Пакту был датирован 23 августа. Около 2 млн прибалтов стали живой цепью между Вильнюсом, Ригой и Таллинном 23 августа 1989 — в память о том, как пакт Молотова-Риббентропа изменил судьбу их народов. Теперь это европейский день памяти жертв сталинизма и нацизма.

В августе 1940 года Эстония, Латвия и Литва были оккупированы СССР, и из независимых государств превратились в советские республики.

Однако 20-летний опыт государственности стал одним из тех факторов, которые определили судьбу балтийских стран в начале 1990-х, когда с распадом СССР появилось очередное «окно возможностей».

В свою очередь провозглашенное в январе 1918 года «самостоятельное, ни от кого не зависимое, свободное, суверенное государство» УНР прекратило существование в августе 1920-го.

Почему украинцы и прибалты по-разному воспользовались своими историческими шансами и как это повлияло на дальнейшую судьбу народов?

Заграница нам (не) поможет

Есть серьезные внутренние и внешние причины, почему Украине не удалось удержать независимость после революции 1917 года, — говорит заведующий отделом истории новых независимых государств Института всемирной истории НАНУ Андрей Бульвинский.

«Ни на одной другой нерусской территории бывшей империи не сосредоточивалось столько большевистских войск, — говорит историк. — Летом 1920-го численность Красной Армии, воевавшей на территории Украины, составила 1,2 млн человек. УНР всвои лучшие времена не могла выставить более 50 тыс воинов».

Кроме того, сказалось и полное отсутствие союзников.

«Если Польша могла рассчитывать на сформированные во Франции части, Эстония — на финских добровольцев, в Латвии мощно действовали поддерживаемые Германией военные формирования балтийских немцев, то у Украины такой опции не было», — объясняет украинский историк.

Действительно, в случае с балтийскими государствами существовала заинтересованность французов и англичан в создании определенной «буферной зоны» от распространения большевизма, — говорит профессор Тартуского университета, автор «Истории Балтийских государств» Андрес Казекамп.

Вместе с тем он подчеркивает: то, что эти государства получили независимость, не было результатом деятельности внешних сил.

«В первую очередь, это были сами эстонцы, латыши и литовцы, которые благодаря сильному лидерству и единству смогли достичь государственности для своих стран», — утверждает эстонский историк.

Долгая дорога в дюнах

Пример многолетнего эффективного стремления к независимости приводит профессор кафедры новейшей истории Вильнюсского университета Алгирдас Якубчонис.

«В июне 1864 года российские власти запретили печать издания латиницей. Для Литвы это означало запрет печати на литовском языке. Но к чему это привело? Литовцы стали печатать книги в восточной Пруссии, и нелегально доставлять в Литву. Таким образом в Литву попали около 5 млн экземпляров, — рассказывает литовский историк. — То есть, это подтолкнуло к сопротивлению русификации».

Запрет печатного слова стал одним из звеньев цепочки событий, которые привели к тому, что в конце XIX — начале ХХ века литовцы поняли, что «свое государство лучше всего защищает интересы своего народа, а чужое государство никогда не поставит тебя на первое место, потому что на первое место ставят интересы коренной нации», — говорит Алгирдас Якубчонис.

Автор фото, René & Peter van der Krogt

Підпис до фото,

Теперь в Каунасе есть памятник knygnešiai — «книжным контрабандистам», — людям, которые отдавали жизнь, рисковали попасть в Сибирь, чтобы литовцы могли читать на родном языке. ФОТО: René & Peter van der Krogt http://statues.vanderkrogt.net

Обособленность автономией и войной

Дополнительными факторами стали опыт частичной автономии прибалтийских территорий еще во времена Российской империи и события Первой мировой.

«Территория, где сейчас расположены Эстония и Латвия, имела опыт специальной автономии даже внутри Российской империи, который подготовил людей к независимой жизни после распада самой империи», — говорит Андрес Казекамп.

Кроме того, в ходе Первой мировой, примерно с 1915 до 1918 года, все три государства были оккупированы немцами.

«Россия отступила, территорию Литвы заняли немцы, и литовцы увидели, что Россия не является таким уж и мощным государством, как казалось, — рассказывает Алгирдас Якубчонис. — К этому добавить распад России, — и вот вам геополитические условия, в которых возникло Литовское государство».

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Карта Брест-литовского мирного договора. Черным обозначены территории, от претензий на которые большевистская Россия отказывалась: Финляндия, Эстония, Латвия, Литва, Польша и Украина.

Два украинца — три гетмана

Украинцы же, наоборот, далеко не все были готовы с оружием в руках защищать государственность, считает Андрей Бульвинский. Среди других внутренних препятствий украинский историк называет нежелание объединяться вокруг формальных лидеров — «а следовательно — атаманщина и распыление сил».

В 1919 году совокупная численность организованных вооруженных отрядов украинцев достигала нескольких сотен тысяч. Этого было бы достаточно для серьезного противостояния большевикам и белым. Но «Махно действовал отдельно, атаманы отдельно, армия УНР — отдельно». Отсутствовало и понимание необходимости жесткого централизованного командования.

С другой стороны, украинские лидеры также оказались не готовы к построению независимого государства. Отсюда, говорит Бульвинский, «федералистические иллюзии, бесконечное выяснение отношений между различными политическими силами, пацифизм, увлечение болтовней и митинговостью».

«Полного единства не было и между политиками в балтийских странах. Было много прибалтов, особенно среди латышей, кто поддерживал большевиков. Но как только большевиков отбросили за границы государств, установилось определенное национальное единство, которое позволило удержать независимость до Второй мировой войны», — говорит эстонский историк Андрес Казекамп.

Алгирдас Якубчонис также отмечает, что по нынешним стандартам политическая ситуация тех лет была далека от стабильности, но в критические моменты — единства придерживались хотя бы ради самосохранения.

«Первые большие разногласия начались в 1919 году, когда за один год (в Литве. — Ред.) сменилось пять правительств. Не надо забывать, что частично Литва была оккупирована большевиками. Затем военные действия против Литвы начала Польша. То есть, в 1919 году — пять правительств и война. и политические разногласия могли привести к очень плохим последствиям. Но было принято решение о созыве Учредительного собрания, которое на время консолидировало общество», — говорит историк, и добавляет, что «если бы это было в наше время, то Литву бы хоронили уже где-то после третьей смены правительства».

Землю — борцам

Кроме того, говорит Андрей Бульвинский, украинские лидеры того времени не смогли вовремя принять принципиальные решения, которые могли бы кардинально изменить ситуацию, — в первую очередь, решение о предоставлении земли крестьянам.

«Тогда бы массам украинцев было, за что воевать, — считает историк, — но групповые интересы и отсутствие пассионарных лидеров помешали этому».

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

В то время как в исторической памяти украинцев — Голодомор 1930-х и колхозы, прибалты сохранили семейные воспоминания о «лучшей жизни в собственной стране»

Но то, что лидеры балтийских стран не медлили с решением земельного вопроса, сработало как дополнительный стимул защищать независимость, говорит Андрес Казекамп:

«Национальные правительства во всех трех странах пообещали тем, кто боролся за независимость, что они получат землю после завершения войны. То есть эстонцы, латыши и литовцы не только воевали за родную землю, но и за свой кусок земли».

После завершения войны национальные правительства балтийских государств сдержали свое обещание, и те, кто воевал за независимость, были первыми в очереди за лучшими участками земли. В случае с Эстонией этот вопрос был решен вообще очень быстро — в течение 1919 года, и распределение земли началось еще до завершения войны, даже до того, как была согласована Конституция, — рассказывает эстонский историк.

Потеря независимости

Почему же накануне Второй мировой войны балтийские государства не смогли защитить свою независимость, хотя после Первой мировой им это удалось?

«В России говорят: «против лома нет приема «, — говорит Алгирдас Якубчонис. — Посмотрите, что в это время происходило в Европе. Польши как государства нет. Чехословакии как государства нет. Активно действуют мощные силы, которые хотят присоединить другие государства».

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Содержание секретного протокола к Пакту Молотова-Риббентропа, который определил судьбу Балтийских государств, на территории СССР было обнародовано лишь в 1989-м

«Все балтийские государства сдались в 1940 году СССР без сопротивления из-за его бесперспективности и из-за желания избежать потерь населения. Это тот случай, когда размер имеет значение», — говорит Андрей Бульвинский.

Он считает, что «с геополитической точки зрения независимость стран Балтии держалась на относительной временной слабости СССР и Германии. Когда эти большие страны решили, что они достаточно сильны, чтобы перекраивать карту Европы, они это и сделали».

Похожее мнение имеет и Андрес Казекамп: «Когда две большие силы — нацистская Германия и Советский Союз — решили поделить Восточную Европу между собой, балтийские государства, фактически, мало что могли сделать».

Эстонский историк добавляет, что на этот раз внешние факторы были не на стороне прибалтов, которые, фактически, оказались в изоляции.

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Весной 1940 года на ярмарке в Лейпциге Эстония была представлена как независимое государство

Андрес Казекамп также отмечает, что попытка придерживаться нейтралитета не имела положительных результатов, — так же, как и в Западной Европе с Нидерландами, Данией и другими странами.

«Все они оказались без друзей или союзников, один на один с необходимостью защищать себя, — говорит эстонский историк. — Это было одной из причин того, почему Балтийские государства настойчиво стремились к членству в ЕС и НАТО в наше время».

Уроки потерь

Все балтийские государства хорошо усвоили печальный опыт потери государственности перед Второй мировой, когда у них не было ни одного союзника, с которым можно было бы обратиться за помощью.

Те трагические события 1939-1940 годов прибалты еще раз вспомнили, наблюдая за событиями последних лет в Украине, — аннексией Крыма Россией и конфликтом на Донбассе, говорит Андрес Казекамп.

«Многим здесь это очень напомнило то, что происходило в Прибалтике во время аннексии Советским Союзом в 1940 г.», — добавляет он.

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Печальный опыт потери независимости запечатлелся в исторической памяти балтийских народов. С 2004 года все три балтийских государства — члены ЕС и НАТО

В то же время эстонский историк напоминает и о том, что благодаря позиции США и других западных держав эту аннексию так и не признали де-юре. Он утверждает, что непризнание аннексии Балтийских государств на протяжении 50 лет, хотя и не имело очевидного практического смысла, сыграло важную роль в восстановлении независимости балтийских государств. И на это стоит обратить внимание, когда речь идет об аннексии Крыма:

«Наша история показала, что и через 50 лет можно апеллировать к этому принципу».

Когда 20 больше 50

50 лет пребывания в составе СССР, которые в балтийских государствах считают периодом оккупации, не смогли уничтожить историческую память о 20 годах опыта независимости. Этот опыт стал одним из факторов того, почему в начале 1990-х украинцы и прибалты снова по-разному воспользовались шансом построить собственное государство.

«Первые 20 лет независимости были определяющими для возвращения независимости в 1990-х, — говорит Андрес Казекамп. — Это была живая память членов семей о лучшей жизни в независимом государстве».

«Если 16 февраля 1918-го мы говорили, что имели Великое княжество литовское, то 11 марта 1990-го мы говорили, что имели независимость в течение 20 лет. Да, это прекратилось буквально в один день. Но воспоминания остались», — говорит Алгирдас Якубчонис.

Он также добавляет, что 50 лет временной потери независимости научили литовцев «работать как для себя, несмотря на то, что власть не твоя».

Автор фото, AFP

Підпис до фото,

После массовых расстрелов на Майдане Незалежности в январе 2014 года, жители балтийских столиц вышли на улицы, чтобы выразить солидарность с участниками Революции достоинства

«Безусловно, фактор живой памяти о собственной успешной государственной жизни был существенным фактором для восстановления своей государственности. У украинцев в 1991 году такого опыта не было», — говорит Андрей Бульвинский.

В то время как прибалты помнили, что после обретения независимости крестьяне бесплатно получили землю и имели возможность с ней достойно жить, украинцы помнили Голодомор и колхозы.

«В следующем году мы будем праздновать 100 лет провозглашения нашей независимости. Конечно, за исключением 50 лет, в течение которых длилась оккупация», — говорит Андрес Казекамп.

«И люди очень хорошо понимают: мы не новые государства, образовавшиеся после распада Советского Союза, мы государства, которые были созданы почти 100 лет назад, и только на время потеряли государственность из-за оккупации. Это очень важно для нашей идентичности», — убежден историк.

Украина — Страны — Офис историка

Сводка

США признали Украину после распада Советского Союза в 1991 году. Соединенные Штаты традиционно стремились продвигать украинскую политическую и экономическую стабильность с тех пор, как Украина провозгласила независимость от России. Однако отношения США с Украиной были осложняется историческими отношениями Украины с Россией.

Современный Флаг Украины

Признание

Признание Украины США, 1991 г.

Соединенные Штаты признали независимость Украины 25 декабря 1991 г. когда президент Джордж Х.В. Буш объявил о решении в обращении к народу по поводу распада Советского Союза.Ранее Украина была республикой в ​​составе СССР.

Дипломатические отношения

Установление дипломатических отношений, 1991 год.

Дипломатические отношения были установлены 25 декабря 1991 г., когда Президент Джордж Х.В. Буш объявил о решении в обращение к народу по поводу распада Советского Союза.

Открытие Посольства США в Киеве (Киев), 1992.

Посольство США в Киеве было основано 23 января 1992 года под руководством Джона Гундерсена. Временный поверенный в делах.

Ресурсы

  • Государственный департамент Информационный бюллетень по стране: Украина
  • Государственный департамент информации по стране: Украина

Значение Евромайдана для Украины и Европы

МИХАЙЛО МИНАКОВ

Пять лет назад в Киеве начались гражданские протесты против решения правительства отказаться от ассоциации с Европейским Союзом.Эти события переросли в Евромайдан, событие, которое изменило Украину и международный порядок в регионе.

Но как измерить это изменение?

Чтобы получить ответ, я задал ученым украинской культуры в Европе и США вопрос: «Какое значение имеет Евромайдан для Украины и Европы?»

Их ответы на этот вопрос приведены ниже.

Джордж Г. Грабович, Дмитрий Чижевский, профессор украинской литературы, Гарвардский университет (США)

В более широком плане значение Евромайдана или Майдана 2013-14 гг. трудно переоценить: он не только завершает период гибридного постсоветского существования, начатого обретением независимости в 1991 году, но и обеспечивает своего рода завершение сложного и затяжного процесса формирования украинской нации, начавшегося в 19 -х гг. век.

Украина, которая вышла из Майдана и последовавший за ним ответ России — аннексия Крыма в 2014 году и продолжающаяся война на Донбассе, — возможно, фундаментально отличается как от Советской Украины 1922-1991 годов, так и от Украины первого периода после обретения независимости. (1991-2013). Эту разницу можно измерить по-разному. Чаще всего обсуждается политический или геополитический фактор; по сути, это переход Украины от «неприсоединившейся» или «многовекторной» к явно проевропейской и, следовательно, продемократической официальной самопроверке (включая продолжающиеся усилия по присоединению к ЕС и НАТО).

В основе этого лежат более значительные тектонические сдвиги: появление гражданского общества и растущее признание — именно в обществе, а не только среди некоторых реальных или предполагаемых элит, — что предпосылкой для участия как в Европе, так и в демократии является верховенство закона. Однако факт такого «признания», то есть его присутствие в различных формах социального дискурса, не означает немедленной реализации; Этому препятствует, конечно, почти целый век советского и постсоветского «крипто-закона» или авторитаризма / тоталитаризма («диктат» и «произвол»), маскирующийся под верховенство закона.

Очевидно, что переход от симулякра к реальному потребует времени, особенно его реализация через институты, которые сами должны быть созданы или «обнаружены». Подчеркивание этого является центральным фактором идентичности: в частности, можно ли представить Украину и «украинскость» без России. Для Ленина это было не так, как громко утверждал последний оставшийся в Киеве памятник; но Майдан обрушил его — и сотни таких чучел по всей Украине. Это было на поверхности, но также глубоко символично.Попытки освободить Украинскую православную церковь от подчинения Московскому патриархату все еще продолжаются, но теперь поддерживаются государством. Коррупция все еще сохраняется (и не только в Украине).

Джованна Броги, профессор Заслуженный славяноведение и литература, Миланский государственный университет (Италия)

Какие бы осложнения ни были сегодня в Украине, я убежден, что события 2013-2014 годов останутся славными. событие в его истории.

События в Украине оригинальным, часто парадоксальным образом отражают общие мировые тенденции. Евромайдан продемонстрировал, что, казалось бы, дремлющее общество при Януковиче собрало огромный потенциал оппозиции, и что эта оппозиция смогла проявить свою силу без агрессии. Участники Майдана в Киеве и других частях Украины продемонстрировали отличную организованность, необычайную хладнокровность и прагматизм: на мой взгляд, это начало нового подхода к социально и политически трудным ситуациям в украинской действительности.

Правда, последствия Майдана часто разочаровывали. Многие просьбы, выдвинутые Революцией Достоинства, до сих пор не удовлетворены. Действующее (ые) правительство (а) не всегда могло реализовать идеи, продвигаемые Майданом, в реальных политических условиях. На мой взгляд, это физиологично для любого «революционного» движения. Давайте удовлетворимся тем необычным фактом, что революция на Майдане не переросла в насилие и террор изнутри — насилие пришло извне.

Аннексия Крыма и последующая — все еще продолжающаяся — война на востоке Украины представляют собой самые трагические события в Европе после 1989 года, сравнимые только с Балканскими войнами 1990-х годов.В отличие от балканской ситуации, как это ни парадоксально, трагические события и война 2014-2018 годов могли способствовать кристаллизации нового чувства государственности в Украине. Действительно, трудности огромны: существующие правительства намного ниже ожиданий; сильны контрасты между разными социальными слоями; и культурное происхождение больших групп, происходящих из разных исторических, языковых и экономических контекстов. Тем не менее, я убежден, что за последние четыре года украинцы научились справляться с тяжелой, длительной, часто разочаровывающей, но неизбежной и необходимой «повседневной работой» по формированию собственной идентичности и социальной сплоченности с гораздо большей выдержкой и прагматизмом.

Подводя итог, я убежден, что Майдан внес большой вклад в развитие украинского общества и его интеграцию с Европой.

Елена Бетлий, доцент кафедры истории, Национальный университет Киево-Могилянская академия (Украина)

«Мы умрем за себя и за Европу»: эта формула опробована в Будапеште в 1956 году и в Праге в 1968 год стал сутью зимних событий в Киеве 2013-2014 годов. Таким образом, сами события, их мифология, философия и восприятие были чисто европейскими по своей природе.Вряд ли можно найти другие примеры такой готовности умереть за континент, понимаемый как идеалистическая идея исключительной коллективной идентичности, как те, которые демонстрировали люди на Майдане.

Украинцы определенно подпитали историю Европы беспрецедентными примерами жертвоприношений и тем самым оживили всю идею Европы. Это был тревожный сигнал для нашего континента — момент, который ясно продемонстрировал, что есть нечто большее, что объединяет Европу.И эта связь связана не столько с ЕС, копенгагенскими критериями или бесконечными дискуссиями о европейской принадлежности.

Анализируя Украину зимой 2013-2014 гг., Можно наблюдать не только борьбу за абстрактную Европу, но и борьбу за очень практические результаты: свободу, равенство, братство. Мы пошли на Майдан в конце ноября, потому что наша свобода была всем, что у нас осталось, и она была в опасности. Мы его защищали. Мы начали борьбу с коррумпированным режимом Януковича, и его демонтаж заставил нас возобновить период трансформации, основанный на верховенстве закона и государственном строительстве.Наконец, мы открыли для себя братство. Беспрецедентное стремление защищать и поддерживать друг друга во время Майдана и в первые годы продолжающейся войны с Россией стало важнейшей чертой украинской коллективной идентичности, проявленной во время самых трагических событий новейшей истории Украины.

Все это было значимым как для Украины, так и для Европы.

Денис Кирюхин, философ, научный сотрудник Института философии им. Сковороды НАН Украины (Украина)

Не будет преувеличением сказать, что Евромайдан стал самым важным политическое событие для Украины с момента обретения ею независимости в 1991 году, событие, определившее направление развития государства на многие годы вперед.В основном это связано с тем, что Евромайдан решил сложную украинскую дилемму выбора между ориентацией на Европейский Союз и пребыванием в орбите России. Сегодня ни одна политическая сила не может добиться отказа от «европейского выбора», поскольку такой отказ требует существенного изменения правовых норм и политических институтов, а также радикального пересмотра международных обязательств. Но не менее важно изменение роли гражданского общества в украинской политической системе. Евромайдан показал, что гражданское общество достаточно зрелое, чтобы организоваться и мобилизоваться для протеста.В результате государственная власть в Украине оказывается в ситуации, когда она вынуждена если не сотрудничать, то, по крайней мере, не находиться в состоянии конфликта с гражданским обществом, поскольку такой конфликт угрожает подорвать ее легитимность.

С другой стороны, Евромайдан показал, что гражданское общество не имело — и до сих пор не имеет — необходимых ресурсов для эффективной нейтрализации тех угроз демократическому развитию государства, которые все еще присутствуют в таких постсоветских странах, как Украина. .Протесты 2013–2014 гг. Объединили и легитимизировали различные политические силы, от либеральных до правых. В результате радикальные политические силы и радикальные точки зрения стали неотъемлемой частью украинского политического процесса. Это серьезный вызов украинской демократии и «европейскому выбору».

Наконец, Евромайдан накопил противоречия в системе отношений между ЕС и Россией. Эти протесты стали вызовом европейской «российской политике» и логике Европейское развитие.Очевидно, например, что политика Восточного партнерства не удовлетворяет те стремления к интеграции в европейское правовое, политическое и экономическое пространство, которые предлагает Украина. К сожалению, у Украины до сих пор нет четкой перспективы вступления в ЕС.

В каком-то смысле Евромайдан еще не закончился. Он запустил трансформационные процессы в Украине, и только по результатам этих процессов мы сможем адекватно оценить его значение и роль.

***

Наследие Евромайдана продолжает оставаться темой активного обсуждения в Украине и на Западе.Я надеюсь, что эти оценки могут выявить, как Украина и Европа изменились с течением времени, а также способствовать более широким дебатам по этой теме для более глубокого понимания наследия Евромайдана.

На разделенной Украине могут появиться два совершенно разных государства

Все труднее предсказать будущее Украины. Согласно одному сценарию, страна разделяется примерно по этническому признаку: на западное государство с этническим украинцем и на более ориентированное на Россию восточное государство, включающее сегодняшние юг и восток Украины.Так как же будет выглядеть экономика этих потенциальных новых государств?

Самый очевидный вопрос — где будут проводиться границы между двумя новыми государствами. Для простоты последующий анализ основан на предположении, что будущая «Восточная Украина» будет включать те регионы (области), где недавно свергнутый лидер Виктор Янукович получил более половины голосов на президентских выборах 2010 года. «Западная Украина» будет включать остальные 17 из 27 областей.

Аль-Джазира

Это, конечно, крайне грубое предположение — это, конечно, не прогноз, — но оно позволяет нам представить, как нынешняя экономическая география Украины может повлиять на будущее двух гипотетических государств.

Город и деревня

В случае раскола 45 миллионов жителей Украины будут разделены между двумя половинами довольно поровну. Западная Украина будет относительно сельской: только 14,4 млн из ее 24 млн жителей (57%) будут относиться к городским жителям. Напротив, Восточная Украина будет менее густонаселенным, но более урбанизированным государством, 79% которого будут проживать в городских районах.

Запад был бы беднее Востока. Текущий невзвешенный среднемесячный доход регионов Западной Украины составляет 291 доллар США по сравнению с 320 долларами США на востоке.За этими средними показателями скрываются значительные региональные различия: Киев и его окрестности — единственные регионы на Западе со средними доходами, превышающими текущий средний уровень по Украине.

На востоке Украины средний доход почти всегда выше, чем на западе. Только Херсон, малонаселенный регион к северу от Крыма, беднее, чем в среднем по Западной Украине. Уровень безработицы также выше на Западной Украине (8,5%), чем на Востоке (6,8%).

Фермы и фабрики

Экономические структуры двух государств вряд ли могут больше отличаться.В Западной Украине в экономике преобладает аграрное производство и огромный сектор услуг, сосредоточенный в столице Киеве. В настоящее время Украина является крупнейшим в мире производителем подсолнечного масла и крупным экспортером другой сельскохозяйственной продукции, такой как пшеница, зерно и сахар. Большая часть этого производства происходит на Западе.

Многие из крупнейших сервисов страны — например, телефонный оператор «Киевстар» или проектные компании аэрокосмической отрасли, а также энергетические компании, такие как «Нафтогаз Украины» или «ЭнергоРынок», сосредоточены в Киеве.На Западную Украину в 2013 году приходилось немногим более 42% от общего объема экспорта, причем более половины этого экспорта приходилось на компании только в Киеве.

В Западной Украине нет недостатка в сельскохозяйственных угодьях. thisisbossi

Однако, учитывая их связи с промышленным производством в Восточной Украине, маловероятно, что эти компании продолжат генерировать текущий уровень выручки в случае любого будущего разделения. Что будет, например, с киевскими конструкторскими бюро, работающими на харьковские аэрокосмические фирмы?

Центр промышленности Украины находится на Востоке.Почти все производство стали и большая часть оружия приходится на этот регион, и в настоящее время страна является одним из ведущих мировых экспортеров в обоих секторах. Другие отрасли с более высокой добавленной стоимостью, включая автомобильную и аэрокосмическую промышленность, также преимущественно расположены на Востоке, хотя конкурентоспособность предприятий в этом регионе неоднородна.

Но машины не строят сами себя, и все эти энергоемкие заводы потребляют много энергии. Вполне вероятно, что Восточная Украина продолжит импортировать большие объемы природного газа из России.Потребности Западной Украины в энергии будут намного ниже.

Подстановочные знаки

Два других вопроса могут определить соответствующее экономическое будущее разделенной нации: будущее большого объема государственного долга Украины; и потенциальное преобразующее воздействие сланцевого газа.

Первый ключевой вопрос заключается в том, как будет разделен большой объем существующего государственного долга Украины. В настоящее время соотношение государственного долга к ВВП Украины составляет около 40%. Это меньшая доля, чем у многих стран с развитой экономикой, таких как США и Великобритания, но тот факт, что Украина не могла сбалансировать свой бюджет в течение ряда лет, привел к быстрому росту ее долгового бремени.

Если предположить, что этот объем долга будет поровну разделен между двумя штатами, очевидно, что отношение долга к ВВП увеличится еще больше на более бедном, более аграрном Западе, особенно если он не сможет сбалансировать государственные расходы и доходы. . Вполне вероятно, что Западной Украине потребуется значительная внешняя поддержка для управления любыми будущими долговыми обязательствами. Хотя Восток также унаследует относительно высокое долговое бремя, он, в силу своего более высокого экспортного и производственного потенциала, будет лучше подготовлен для управления этим долгом.

Вторая область неопределенности связана с двумя крупными месторождениями сланцевого газа на Украине — одно в западном бассейне Люблина, а другое в восточном Днепровско-Донецком бассейне.

Крупномасштабная добыча сланцевого газа может увеличить состояние обоих государств, хотя на данном этапе перспективы обоих месторождений неясны. Однако решение Royal Dutch Shell в прошлом году инвестировать в проект стоимостью 10 миллиардов долларов на восточно-Юзовском месторождении указывает на то, что перспективы на востоке Украины в настоящее время выглядят более радужными.

Разные фьючерсы

Экономический центр Западной Украины, город Киев, вероятно, испытает значительные нарушения в случае разделения. Западная Украина потребует огромных объемов внешней помощи, как для управления ее большим бременем государственного долга, так и для проведения такой экономической реструктуризации, которая потребовалась бы для повышения уровня доходов по всей стране. Без реструктуризации Западная Украина была бы одной из беднейших стран Европы. Финансовая помощь и открытый рынок для экспорта, предоставляемые ЕС, будут иметь решающее значение для экономического будущего страны.

Восточная Украина, с другой стороны, имеет потенциал для более светлого будущего. Он унаследует более богатые, более урбанизированные и в целом более производительные секторы украинской экономики. Он также продвинулся вперед в освоении запасов сланцевого газа. Следовательно, Восточная Украина будет более жизнеспособной как независимое государство и сможет конкурировать в некоторых сферах мировой экономики. В альтернативном сценарии Восточная Украина также будет значительным и относительно современным дополнением к расширенной российской экономике.


Вы академик в Украине? Если да, мы будем рады получить от вас сообщение: [email protected]

Об Украине | Законодательство СНГ

Общая информация

Украина — государство в Восточной Европе. Украина граничит с Российской Федерацией на востоке и северо-востоке, Беларусью на северо-западе, Польшей, Словакией и Венгрией на западе, Румынией и Молдовой на юго-западе, а также с Черным и Морским морем. Азов на юг и юго-восток соответственно.Его площадь составляет 603 628 км², что делает его вторым по величине сопредельным государством на европейском континенте после Российской Федерации.

Согласно популярной и устоявшейся теории, средневековое государство Киевская Русь было основано варягами в 9 веке как первое исторически зарегистрированное восточнославянское государство, которое возникло как могущественная нация в Среднем веке. Век, пока он не распался в 12 веке. К середине 14 века украинские территории находились под властью трех внешних держав — Золотой Орды, Великого княжества Литовского и Королевства Польского.После Великого Северная война (1700–1721) Украина была разделена между несколькими региональными державами, и к 19 веку большая часть Украины была интегрирована в Российскую империю, а остальная часть находилась под контролем Австро-Венгрии. Хаотический период последовала непрекращающаяся война с несколькими международно признанными попытками обрести независимость с 1917 по 1921 год, после Первой мировой войны и гражданской войны в России. Украина вышла из собственной гражданской войны, и 30 декабря 1922 г. Советская Социалистическая Республика стала одной из республик-основателей Советского Союза.Территория Украинской ССР была расширена на запад во время гражданской войны незадолго до и после Второй мировой войны, а в 1954 году — еще дальше на юг с Крымом. передача. В 1945 году Украинская ССР стала одним из членов-учредителей Организации Объединенных Наций.

Политика

Украина — республика со смешанной полупарламентской полупрезидентской системой с отдельными законодательной, исполнительной и судебной ветвями власти.

С провозглашением независимости 24 августа 1991 г. и принятием конституции 28 июня 1996 г. Украина стала полупрезидентской республикой.Однако в 2004 году депутаты внесли в Конституцию изменения, баланс сил в пользу парламента. С 2004 по 2010 год легитимность конституционных поправок 2004 года была официально одобрена как Конституционным судом Украины, так и большинством основных политических партий. Несмотря на это, в сентябре 30 октября 2010 года Конституционный суд признал поправки недействительными, вынудив вернуться к условиям Конституции 1996 года и снова сделав политическую систему Украины более президентской по своему характеру.

Постановление о поправках к Конституции 2004 года стало главной темой политического дискурса. Большая часть беспокойства была вызвана тем фактом, что ни Конституция 1996 года, ни Конституция 2004 года не предусматривают возможности «отменять Конституции », как было указано в решении Конституционного суда, даже несмотря на то, что конституция 2004 года, возможно, содержит исчерпывающий перечень возможных процедур внесения поправок в конституцию (статьи 154–159). В любом случае действующий Можно утверждать, что Конституция может быть изменена только голосованием в парламенте.

Президент избирается всенародным голосованием на пятилетний срок и является официальным главой государства. Законодательная власть Украины включает 450-местный однопалатный парламент — Верховную Раду. Парламент несет основную ответственность за формирование исполнительной власти и Кабинета министров, который возглавляет премьер-министр. Тем не менее, президент по-прежнему сохраняет право назначать министров иностранных дел и обороны для утверждения парламентом, поскольку а также право назначать генерального прокурора и главу Службы безопасности.

Эконом

Украина имеет очень большую базу тяжелой промышленности и является одним из крупнейших переработчиков металлургической продукции в Восточной Европе. Однако страна также известна своим производством высокотехнологичных товаров и транспортных средств, таких как как самолеты Антонов, так и различные частные и коммерческие автомобили. Крупнейшие и наиболее конкурентоспособные фирмы страны входят в индекс ПФТС, котируемый на Фондовой бирже ПФТС Украина.

Среди известных украинских брендов — Нафтогаз Украины, АвтоЗАЗ, ПриватБанк, Рошен, Южмаш, Немирофф, Мотор Сич, Хортица, Киевстар и Аэросвит.

Украина — часть Запада

После распада Советского Союза в ноябре 1991 года территорию, простирающуюся от Центральной Европы до Центральной Азии, обычно называют «постсоветским пространством». Этот лейбл всегда был проблематичным, и через 30 лет после его введения пришло время его отказаться.Термин вводит в заблуждение и подразумевает определенную степень политической, социальной и экономической согласованности между различными странами, включая мою страну, Украину. Еще больше беспокоит то, что его использование побуждает политиков и общественность за пределами этой географии взглянуть на страны внутри него через одну призму.

Такой редуктивный подход служит империалистическим целям Кремля. Президент России Владимир Путин не жалеет усилий для пропаганды ложного исторического повествования о том, что украинцы и русские составляют «одну нацию»; его недавний опус, состоящий из 5300 слов, как сообщается, стал обязательным для чтения для российских военных.Путин хочет собрать страны бывшего Советского Союза и обратить вспять то, что он называет «величайшей геополитической катастрофой двадцатого века». Но для миллионов людей в регионе распад Советского Союза не стал катастрофой. Это было освобождение.

Сразу после 1991 года общая история действительно объединила страны, возникшие на развалинах Советского Союза. Но их расходящиеся траектории в последующие десятилетия делают этот общий опыт все менее актуальным.Западным странам нужно перестать видеть в них просто постсоветское пространство. Но если эта геополитическая конструкция устарела, то какие рамки должны ее заменить? И каких изменений потребует этот сдвиг во внешней политике Соединенных Штатов и их союзников? В случае с Украиной, прежде всего, признание новой реальности означает институционализацию места страны на Западе. Пришло время Соединенным Штатам и Европе разработать четкую дорожную карту для того, чтобы Украина наконец присоединилась к НАТО и Европейскому Союзу.

ДОРОГА ИСТОРИИ

В середине 1980-х годов программа реформирования гласности и перестройки советского лидера Михаила Горбачева высвободила центробежные силы в Советском Союзе. Составляющие республики прилагали усилия, чтобы вырваться из орбиты Москвы, восстановить свою национальную идентичность и найти свой собственный путь к преодолению экономических трудностей. Суверенные страны до их насильственного захвата Кремлем эти страны возвращались к естественному равновесию. К 1991 году, к удивлению многих западных политиков, процесс был завершен: Советский Союз был распущен, а на его месте образовались 15 независимых государств.

С тех пор темп изменений варьировался от страны к стране. Некоторые, например Беларусь, замедлили время и попытались сохранить свое советское наследие; другие прыгнули как можно дальше вперед и как можно быстрее. Страны Балтии и страны бывшего Варшавского договора отмахнулись от своего советского прошлого и предприняли шаги по интеграции в НАТО и ЕС еще в 1990-х годах, завершив процесс к 2004 году — прямо перед тем, как российский империализм начал возрождаться. К сожалению, Украина и Грузия упустили этот исторический момент.Обоих оставили за дверью, и оба позже подверглись нападениям со стороны российских войск, ценой жизней и территории.

За последние два десятилетия Путин пытался восстановить контроль Москвы над регионом, нарушая при этом международно признанные границы. Но Кремль не смог повернуть время вспять. Пытаясь подчинить свою волю дугу истории, Путин только укрепил силы, которые он стремится подчинить. Эта динамика стала очевидной после вторжения России в Грузию в 2008 году, и тем более после нападения на Украину в 2014 году.

Для миллионов людей в регионе распад Советского Союза не стал катастрофой. Это было освобождение.

Кремль оказывал давление на Киев задолго до этого вторжения. Постоянные издевательства Путина в сочетании с непродуманным решением президента Украины Виктора Януковича уступить Москве и переломить проевропейский курс предыдущих правительств вызвали протесты в конце 2013 года, которые превратились в Украинскую Революцию достоинства. После того, как Янукович приказал полиции открыть огонь по протестующим, в результате чего погибло более 100 человек, украинский народ заставил его покинуть свой пост.Россия вторглась в Крым в считанные дни. Но украинцы уже необратимо изменили траекторию развития нашей страны, гарантируя, что ни одно правительство в Киеве никогда не подумает о том, чтобы обращаться со своими гражданами с жесткой рукой, которую правительства России и Беларуси используют сегодня против своих граждан.

В этом году исполняется 30 лет независимости Украины. Миллионы молодых украинцев не прожили ни дня в Советском Союзе, и у многих из них теперь есть собственные дети. Идея «общего советского прошлого», уже исчезающая среди старших поколений, мало что для них значит.Эти молодые люди пережили две революции — сначала Оранжевую революцию 2004 года, а затем Революцию достоинства 2014 года — и продолжающуюся войну с Россией. По их мнению, Украина никогда не получала независимости; это всегда было независимым.

ПРОТИВ СФЕР ВОЗДЕЙСТВИЯ

На Украине и в других местах разрыв отношений с Москвой будет продолжаться независимо от того, что Путин или его окружение скажут об этом. Таким образом, Соединенные Штаты и их западные партнеры имеют возможность разработать амбициозную стратегию в регионе с конкретной политикой, адаптированной к условиям отдельных стран и блоков.

В случае Украины и Грузии продвижение членства в НАТО должно быть главным приоритетом. Как было заявлено самим НАТО в коммюнике саммита в Бухаресте в 2008 году и подтверждено в Брюсселе в этом году, такой результат неизбежен. Обе страны уже участвуют в деятельности НАТО в качестве партнеров по расширенным возможностям. Вместе с Болгарией, Румынией и Турцией вклад Украины и Грузии имеет решающее значение для обеспечения безопасности в Черном море. Россия становится все более агрессивной в регионе: она нарушает торговые пути и препятствует свободе судоходства, наращивает свои обычные и ядерные возможности в оккупированном Крыму и использует эту территорию в качестве логистического центра для своей военной деятельности на Ближнем Востоке.

Помимо сотрудничества в области безопасности, Украина и Грузия привержены углублению своей экономической и политической интеграции с Европой. Вместе со своим коллегой из Молдовы министры иностранных дел двух стран в начале этого года создали в Киеве «Ассоциированную тройку» с явной целью получить в конечном итоге членство в ЕС. Для Европы участие в группе — это возможность укрепить глобальное положение ЕС за счет расширения охвата его демократических ценностей и укрепления его экономических мощностей.Для Соединенных Штатов это углубляющееся сотрудничество будет служить целям администрации Байдена по укреплению трансатлантического единства и укреплению восточных границ демократической Европы.

Географическая близость ни одной страны к России не должна ограничивать стратегии Вашингтона или Брюсселя.

Западные столицы также имеют возможность проникнуть в другие страны, где исторически господствовала Москва. Соседи Грузии на Кавказе, Армения и Азербайджан, заслуживают особого внимания.Налаживание этих отношений может иметь большое значение для укрепления доверия между Западом и Турцией, важным союзником НАТО. Россия пыталась усилить свою хватку, позиционируя себя миротворцем и посредником в спорах в регионе. Но неожиданное переизбрание премьер-министра Армении Никола Пашиняна, лидера, склонного к уравновешиванию, а не уступке иностранным державам, и альянс между Азербайджаном и Турцией дают Западу возможность ограничить влияние России.

В Центральной Азии собственный опыт Украины является доказательством того, что Россия ускользает от контроля.Москва пытается заблокировать доступ Киева в регион с 2014 года, но мы нашли способы обойти препятствие. Наши настойчивые усилия по восстановлению традиционно прочных торговых связей, развитию инфраструктурных проектов, привлечению диаспор и предоставлению студентам возможности учиться в Украине начинают приносить плоды.

Даже в Беларуси демократическое давление вряд ли ослабнет в долгосрочной перспективе, оставив путь для Запада, несмотря на поддерживаемые Кремлем попытки Александра Лукашенко укрепить свое президентство.

Россия по-прежнему остается сильной региональной державой. Но от Минска на западе до Улан-Батора на востоке Москва давно утратила монополию на политическое влияние.

Географическая близость ни одной страны к России не должна ограничивать стратегии Вашингтона или Брюсселя. В конце концов, опасения по поводу общих границ не сдерживают Китай, который наладил тесные связи с рядом стран, исторически попавших в сферу влияния Москвы. В то же время США и их европейские союзники должны отвергнуть идею о том, что, сотрудничая с Кремлем, они могут предотвратить более тесное российско-китайское партнерство.Москва уже движется в орбите Пекина — и, вероятно, уже опасается приближаться к гораздо более могущественному Китаю.

А СОЕДИНЕННЫЙ ЗАПАД

Членство Украины в НАТО и ЕС не только укрепит прогресс в Украине; это также поможет еще раз объединить Запад.

Как игрок в Центральной и Восточной Европе и на Черном море Украина может многое предложить в рамках НАТО по вопросам региональной безопасности. Мощные вооруженные силы страны имеют бесценный боевой опыт борьбы с российскими войсками после вторжения 2014 года.Ни один из нынешних членов НАТО не обладает таким опытом или знаниями, которые с ним связаны. А когда дело доходит до кибербезопасности и борьбы с дезинформацией, немногие страны могут соперничать со способностью Украины одновременно распознавать российскую тактику и противодействовать ей.

Украина также играет жизненно важную роль в обеспечении энергетической независимости Европы. На протяжении десятилетий мы являемся надежной транзитной страной для поставок газа в Европу. Мы планируем оставаться таковыми, несмотря на попытки России обойти украинскую систему с помощью таких проектов, как газопровод «Северный поток — 2».Украина предлагает преимущество своей уникальной энергетической инфраструктуры, которая включает третье по величине в мире подземное хранилище газа и 22 991 милю трубопроводов. А с ее огромным потенциалом для производства зеленого водорода с помощью солнечной и ветровой энергии, Украина имеет хорошие возможности для того, чтобы внести свой вклад в экологический переход Европы. Другие элементы экономики Украины также демонстрируют огромные перспективы — от продемонстрированной способности к цифровизации до сельскохозяйственного сектора, способного гарантировать глобальную продовольственную безопасность.

Членство Украины в НАТО и ЕС не только укрепит прогресс в Украине; это также поможет объединить Запад.

Несмотря на весь прогресс, достигнутый Украиной, стране все еще необходимы дальнейшие реформы. В эту категорию попадают усилия по искоренению коррупции. Правительство уже добилось значительного прогресса, включая реализацию в прошлом месяце исторического закона о земельной реформе, который ранее был приостановлен на два десятилетия, что повысит прозрачность и ускорит экономику.Этим летом были наконец приняты другие важные законопроекты, призванные привести в порядок судебную систему, предоставив международным экспертам право решающего голоса в процессе фильтрации потенциальных судей с сомнительной репутацией. Мы реалисты в отношении того, сколько еще нужно сделать для борьбы с коррупцией в судебной системе, секторах обороны и безопасности и других учреждениях. Но сила нынешней политической воли ясно видна в этих смелых недавних шагах, предпринятых, несмотря на огромное сопротивление заинтересованных сторон.

Под руководством президента Владимира Зеленского Украина полностью привержена ускорению реформ в соответствии с ожиданиями своих европейских и трансатлантических партнеров. Это то, чего хочет народ Украины, и он заплатил высокую цену, защищая свой выбор. Размах истории теперь, кажется, тоже на их стороне.

Но собственные усилия Украины не увенчаются успехом без решительной поддержки со стороны ЕС, НАТО и государств-членов этих двух организаций. Шаги, которые мы предпринимаем, должны быть взаимными, и все стороны должны работать над достижением цели членства Украины в обеих организациях.Соединенные Штаты и Европа должны признать, что Украина — часть Запада. Только тогда наши нынешние усилия не окажутся напрасными.

Загрузка …
Пожалуйста, включите JavaScript для правильной работы этого сайта.

Причины и возможные решения конфликта между Украиной и Россией

Это отрывок из книги Источники российской политики великих держав: Украина и вызов европейскому порядку . Загрузите бесплатную копию на E-International Relations

Продолжаются разногласия по поводу причин и возможных решений конфликта между Украиной и Россией.Мы используем слово «решения» осторожно, потому что у нас мало шансов восстановить уровень доверия или нормы, которые преобладали до 2014 года. В этом кратком заключении мы излагаем некоторые из ключевых выводов книги и продолжаем их значение для будущего. Во-первых, эта книга отличается от многих других своим пониманием хронологии конфликта. Конфликт, возникший в 2014 году, имел свои корни в самом начале периода после холодной войны, потому что с самого начала Россия стремилась помешать Украине получить независимость, а когда это было неизбежно, стремилась ограничить ее как с точки зрения суверенитета, так и с точки зрения ее суверенитета. территория.Как проницательно отмечает Анджела Стент: «Каждый президент США с 1992 года приходил к власти, полагая, что, в отличие от своего предшественника, он сможет наладить и поддерживать новые, улучшенные отношения с Россией…». Однако каждая перезагрузка заканчивалась разочарованием для обеих сторон »[1]. Точно так же структурные проблемы подрывают усилия по восстановлению украинско-российских отношений; даже самые пророссийские украинские президенты (Кучма и Янукович) изо всех сил пытались найти стабильное соглашение с Россией.

Что касается национальной идентичности и тактики, история начинается еще раньше.Как показано во второй главе, подход к информационной войне и использование нетрадиционной тактики («активные меры») имеет глубокие корни в советское время, даже если в конкретной тактике кибервойны использовались преимущества современных технологий. Распространение дезинформации, наглой лжи, «что насчет» [2] и целенаправленное насилие — все это тактика, которую использовал Советский Союз, особенно в его давней борьбе против движения за независимость Украины. Как показано в третьей главе, концепция российской национальной идентичности, в том числе точка зрения о том, что русские и украинцы являются одним народом, имеет источники, уходящие в глубь веков.

Это не означает, что военный конфликт был неизбежен или что события 2013–2014 годов не предоставили России дополнительных стимулов и возможностей для применения силы. Но это указывает на то, что желание пересмотреть территориальное устройство на Украине возникло не в ответ на расширение НАТО или ЕС. Хотя эти события, несомненно, рассматривались как опасные для интересов России, заинтересованность России в контроле над Украиной возникла раньше них.

Забегая вперед, это толкование имеет важные последствия.Хотя характер режима Путина помогает объяснить решение о вмешательстве в Украину в 2014 году, представление о том, что Украина частично или полностью является территорией России, не ограничивается Путиным или узкой частью российской элиты. В той степени, в которой миф о русском творении сосредоточен на событиях в Киевской Руси и в той степени, в которой территориальная экспансия при Екатерине Великой рассматривается как основа для Новороссии , кажется, что территориальные устремления России в Украине не были удовлетворены. .Усилия по продвижению дальнейшего сепаратизма в Новороссия в 2014 году показали, что при наличии возможности гораздо больший кусок украинской территории мог бы попасть под влияние российских марионеток.

Это приводит нас ко второму важному выводу: реалистический анализ, хотя и вносит большой вклад в понимание динамики конфликта, не дает четких рекомендаций по политике без помощи дополнительных предположений. Самый известный реалистический анализ конфликта, сделанный Миршаймером, основан на предположении, что Россия была оборонительной державой, защищающей статус-кво.В той мере, в какой это предположение верно, принятие Западом этого статус-кво можно рассматривать как основу для стабильного мира в будущем.

Однако предположение, что Россия стремится к дальнейшему пересмотру статус-кво, столь же правдоподобно. Территориально, зонд НовоРоссия , угрозы в адрес стран Балтии и продолжающееся давление на линии фронта на Донбассе указывают на то, что Россия может захватить больше территории, если сможет это сделать. Точно так же, как мало кто ожидал, что Россия захватит Крым в 2014 году, несмотря на ее долгую историю притязаний на эту территорию, нам, возможно, следует серьезно отнестись к намекам России в отношении Киева и Новороссии.Иными словами, немного изменив территориальный статус-кво 1991 года, удовлетворится ли Россия тем, что этот статус-кво по-прежнему оставляет западную границу ее влияния далеко на восток от того, где она находилась с 1945 по 1989 год, и оставляет Одессу и Киев вне ее контроля. ? Оставляя в стороне вопрос о том, насыщена ли Россия территориально, она явно стремится к пересмотру норм, которые, по мнению Европы и США, лежали в основе безопасности Европы с 1989 года, две из которых заключаются в том, что на выбор государства в отношении институциональной принадлежности не может наложить вето третьими сторонами. и что границы не будут изменены силой.[3]

Таким образом, в зависимости от того, считаем ли мы, что Россия удовлетворена статус-кво или нет, реализм указывает Западу на противоположные стратегии. Если Россию устраивают Крым и Восточная Украина, тогда Запад может помочь своей безопасности, согласившись на эти достижения и, таким образом, сделав Россию менее агрессивной. Но если Россия не удовлетворена, то реализм, как он традиционно делал, советует встречать власть силой. Самый основной аргумент реалистов заключается в том, что сила является решающим фактором результатов, поэтому, если не будет согласия по разделительной линии между сферой России и Западом, то она будет определяться применением силы или угрозой применения силы.С этой точки зрения, лучший способ предотвратить конфликт — это сдержать его силой.

Очевидно, Запад ошибся, полагая, что Россия может быть удовлетворена интеграцией Украины в западные институты. Но остается неясным, чем будет удовлетворена Россия. Сами российские лидеры могут не соглашаться и даже не иметь фиксированной идеи. Точно так же, как возможность вступления Украины в НАТО не была на экране радаров Запада в 1991 году, представление России о том, где может закончиться сфера ее интересов, вполне могло быть определено как возможностью, так и каким-то заранее определенным представлением.Как бы трудно ни было оценить намерения, оглядываясь назад (ученые все еще расходятся во мнениях относительно того, что двигало советской политикой во время холодной войны), еще труднее оценить их, глядя в будущее. В результате мы должны по-прежнему ожидать, что политические рекомендации в отношении украинско-российского конфликта будут отражать предположения авторов в такой же степени, как и любой анализ, основанный на этих предположениях.

Третий вывод: конфликт будет нелегко. Неоднократные попытки прекращения огня длились не более суток, а предложение Украины пригласить миротворцев ООН на Донбасс было заблокировано Россией.[4] Предложение России о миротворцах было отклонено Украиной и США по основному вопросу о том, где их разместить. Украина и США стремятся разместить миротворцев на международно признанной российско-украинской границе, в то время как Россия предложила разместить их на линии прекращения огня. Поэтому предложение Путина напоминало более ранние предложения во время президентства Ельцина, когда миротворцы «СНГ» (читай по-русски) замораживали конфликты, которые российские ставленники выиграли на линии прекращения огня в Приднестровье, Южной Осетии и Абхазии.Возможно, вместо того, чтобы думать о том, как разрешить конфликт, нам следует думать о том, как с ним справиться. Именно в этом отношении аналогия с холодной войной может быть наиболее плодотворной. Хотя дискуссии с обеих сторон о победе в «холодной войне» никогда не прекращались, с течением времени все большее внимание уделялось управлению конфликтом, чтобы свести к минимуму опасность его выхода из-под контроля.

Конфликт вряд ли будет разрешен по двум причинам. Во-первых, мнения разных сторон об источниках конфликта и приемлемых решениях сильно расходятся.Несмотря на то, что многие на Западе признают, что Россия вряд ли откажется от аннексии Крыма, и готовы с этим согласиться, признать это официально и узаконить будет намного сложнее. Это тем более верно для правительства Украины. Если предположить, что территория не будет возвращена Украине, для полного разрешения конфликта потребуется найти способ узаконить аннексию России, и не похоже, чтобы многие на Западе или в Украине были близки к тому, чтобы найти это частично приемлемым. потому что это может создать опасный прецедент.Во-вторых, ущерб, нанесенный различным отношениям, нелегко исправить, даже если бы было желание сделать это (а это само по себе сомнительно).

Предположение после 1991 года о том, что гармония интересов в значительной степени заменила конфликт интересов в отношениях Запада с Россией, помогло сгладить большое количество разногласий. Теперь предположение, что обе стороны являются противниками, снова подрывает сотрудничество. Доверие минимально, а недобросовестность широко распространена, что подрывает условия даже для поиска общих интересов.Более того, в США и России (а также, возможно, в других странах) внутренняя политика поощряет враждебную позицию по отношению к другой стороне. Особенно после кампании влияния России на президентских выборах 2016 года, будет очень трудно, чтобы администрация США заключает сделки с Россией. На протяжении большей части холодной войны попытки конструктивного отношения к России приводили к обвинениям в наивности или «мягкости». Сегодня это может привести к обвинениям в государственной измене.

Этот возросший уровень враждебности означает, что даже если бы была заключена сделка с целью признания нового статус-кво, включая суверенитет России над Крымом и Восточной Украиной, ни отношения России с Западом, ни Украина не могли бы вернуться к довоенному состоянию доверия, каким бы низким оно ни было. .Западные правительства должны будут продолжать жить в соответствии с новым предположением, что военные действия теперь являются частью отношений между этими странами.

Фундаментальным следствием российской интервенции в Крым и на востоке Украины является то, что «состояние войны» теперь снова преобладает в Европе, в том смысле, в котором Гоббс считает, что война «на столе», даже если она не ведется активно. Даже если те, кто считал, что война исключена из европейских международных отношений, были наивны, эта точка зрения оказала сильное влияние на характер отношений между Западом и Россией, а следовательно, и на Украину.Это доверие потенциально могло стать таким же сильным, как доверие между Германией и Францией, где вера в невозможность войны помогает сделать это так. Вместо этого мы наблюдаем ремилитаризацию отношений между Востоком и Западом.

Такое обсуждение выводов опровергает тот факт, что на данный момент у нас гораздо больше вопросов, чем ответов о развивающемся характере отношений между Западом, Россией и Украиной. Здесь мы указываем на два взаимосвязанных важных вопроса. Во-первых, как будут развиваться режимы в России и Украине, а во-вторых, как это повлияет на их отношения друг с другом и с Западом.

В то время как Россия, похоже, находится в периоде международного господства, большинство наблюдателей считают, что внутри страны она нестабильна. Экономика по-прежнему сильно зависит от природных ресурсов и страдает от коррупции и кланового капитализма. Политическая система становится все более персонализированной, что приводит к вопросу о том, сможет ли она выжить за пределами самого Путина. Мы просто не знаем. Мы также не знаем, что может заменить путинизм.

Будущее Украины также неопределенно.После двух якобы демократических революций политика страны, проводимая олигархами, практически не изменилась. Соревнование между олигархическими группами за власть и доступ к благам коррупции и ренты движет политической системой. Устойчивая поддержка реформ Западом после оранжевой революции привела к небольшому количеству реформ и никаких структурных изменений. После Евромайдана экономические, налоговые и энергетические реформы продвинулись вперед, но для Украины по-прежнему характерно олигархическое влияние на экономику и СМИ, ограниченный прогресс в преобразовании Украины в правовое государство и медленную борьбу с коррупцией на высоком уровне.В результате страна остается бедной и уязвимой для проникновения и влияния России и зависит от финансовой поддержки Запада. Порошенко продолжает в длинной череде украинских президентов поддерживать членство в НАТО и ЕС. «Единственный путь, который у нас есть, — это широкий евроатлантический автобан, который приведет нас к членству в ЕС и НАТО», — сказал Порошенко по случаю 26 годовщины независимости Украины, добавив, что Соглашение об ассоциации является «убедительным свидетельством нашей окончательной — де-факто и де-юре — разрыв с империей ».[5]

Тем не менее, обе организации предлагают только интеграцию без членства; ЕС никогда не предлагал Украине перспективу членства, в то время как НАТО остыл в этом вопросе с 2008 года. НАТО остается осторожным из-за продолжающихся территориальных конфликтов с Россией, которые, если Украину предложат присоединиться, перерастут в войну НАТО. Кроме того, Запад постоянно разочаровывается неспособностью Украины выполнить все свои обязательства по реформированию, особенно в сферах верховенства закона и коррупции.

Как эта внутренняя политика повлияет на международную политику? Со времен холодной войны большая часть политики была основана на предполагаемой связи между демократией и миром, что вызвало насмешки со стороны ученых-реалистов. Вместо того, чтобы репетировать эти дебаты, мы спрашиваем, что нас ждет в будущем, если Россия станет более демократичной; или если в Украине нет.

Была бы более демократическая Россия более мирной Россией? Это было руководящим положением западной политики не только с 1991 года, но и на протяжении всей истории.Это предположение никогда не могло быть проверено до 1991 года, и доказательства, полученные с тех пор, не являются окончательными. Но успех российских националистических партий на выборах и необходимость Ельцина использовать свои обширные полномочия для отпора реваншистам в 1990-е годы дают некоторые доказательства против аргумента, что демократическая Россия будет прозападной. Большинство россиян, независимо от их отношения к Путину, разделяют консенсус в отношении того, что Россия имеет право контролировать Крым и что украинцы — это не отдельный народ.

Повернется ли более автократическая Украина в сторону России? Люди как в России, так и на Западе предполагали это, но доказательства неоднозначны. Янукович был диктатором и искал поддержки своего автократии со стороны России, но он не всегда был добровольным участником усилий России по интеграции. Кучма, который подтолкнул Украину к конкурентному авторитарному режиму [6] в конце 1990-х — начале 2000-х годов и проложил путь Януковичу, чтобы попытаться украсть выборы 2004 года, также предпринял согласованные усилия по укреплению связей Украины с НАТО и консолидации Украины. «многовекторная» [7] внешняя политика.Запад поддержал деспотические методы Кучмы по принятию конституции с очень сильными президентскими полномочиями, потому что это было сочтено необходимым для преодоления левых консерваторов в парламенте.

В целом, взаимосвязь между типом режима и внешней политикой менее ясна, чем многие думают. Это важный момент, потому что основным фактором, способствующим конфликту, было желание Запада распространять демократию (при условии, что, поступая так, они также распространяют мир), и желание России предотвратить это (предполагая, что, поступая таким образом, она препятствует объединению государств против этого).Обе политики основываются на предполагаемых связях между типом режима и внешней политикой, и поэтому обе опираются на хрупкий фундамент. По иронии судьбы, нарушение презумпции связи между типом режима и внешней политикой может помочь снизить напряженность здесь и в других местах.

т es

[1] Анджела Стент, «Америка и Россия: те же старые, такие же старые», The National Interest , сентябрь-октябрь 2017 г. http://nationalinterest.org/feature/america-russia-same-old-same- старый-21941

[2] «Whataboutism» — это термин, введенный западными дипломатами во время холодной войны для обозначения советской тактики противодействия любому обсуждению советских проступков, указав на какой-то не связанный с этим недостаток на Западе.The Economist отмечает всплеск тактики в 2008 году. См. «Whataboutism», The Economist , 31 января 2008 г. http://www.economist.com/node/10598774

[3] См., Например, Сергея Караганова. , «Победа России и новый концерт народов», Россия в глобальной политике, март 2017 г. . http://eng.globalaffairs.ru/pubcol/Russias-Victory-new-Concert-of-Nations-18641

[4] http://www.pravda.com.ua/news/2017/08/26/7153204/

[5] http: // www.President.gov.ua/news/vistup-prezidenta-pid-chas-urochistogo-zahodu-parad-vijsk-z-42878

[6] Порошенко еще раз подтвердил эти взгляды на отделение Украины от России в своем обращении к парламенту 7 сентября 2017 года. Http://www.president.gov.ua/news/poslannya-prezidenta-ukrayini- do-verhovnoyi-radi-ukrayini-pr-43086. Стивен Левицки и Лукан Уэй, «Рост конкурентного авторитаризма», Journal of Democracy , том 13, № 2 (апрель 2002 г.), стр.51–65.

[7] Т. Кузио, «Ни Восток, ни Запад: политика безопасности Украины», Проблемы посткоммунизма , том 52, № 5 (сентябрь / октябрь 2005 г.), стр. 59–68.

Дополнительная литература по электронным международным отношениям

Шесть лет после Майдана

21 февраля исполняется шестая годовщина окончания революции Майдана на Украине. Три месяца в основном мирных протестов завершились спазмом смертоносного насилия. Президент Виктор Янукович бежал из Киева, а затем из Украины, что побудило Раду (парламент Украины) назначить исполняющих обязанности руководителей до досрочных выборов.

Сегодня Украина добилась прогресса в направлении удовлетворения чаяний, которые заставили украинцев заполнять улицы Киева: стать нормальной европейской демократией с растущей экономикой и снижением коррупции. К сожалению, страна оказалась втянутой в продолжающуюся вялотекущую войну с Россией с неопределенными перспективами урегулирования.

Украина в ноябре 2013 года была готова подписать соглашение об ассоциации с Европейским Союзом, документ, который установит глубокую и всеобъемлющую договоренность о свободной торговле и приблизит Украину к Европе.Однако 21 ноября правительство Украины заявило, что «приостанавливает» подготовку к подписанию соглашения. Через несколько часов тысячи людей вышли на улицы Киева в знак протеста, и началась революция на Майдане (названная в честь центральной площади Киева), также называемая «Революцией достоинства».

В течение последующих трех месяцев протесты продолжались и трансформировались в более широкое выражение народного недовольства растущим авторитаризмом Януковича, а также его решением не подписывать соглашение об ассоциации с ЕС.В некоторые дни в демонстрациях принимали участие сотни тысяч человек. Протесты оставались в основном мирными до середины февраля 2014 года. Специальные подразделения полиции открыли огонь по толпе 19–20 февраля, в результате чего около 100 человек погибли и многие получили ранения.

европейских дипломатов поспешили в украинскую столицу и в одночасье договорились между Януковичем и лидерами оппозиции. Последние, вероятно, не могли продать поселок протестующим на улицах, но у них было мало шансов попробовать.Янукович подписал соглашение и исчез, появившись несколько дней спустя в России.

22 февраля Рада назначила исполняющего обязанности президента и исполняющего обязанности премьер-министра. Они ясно заявили о своем желании продолжить внутренние реформы и сделать интеграцию с Европой — в частности, подписание соглашения об ассоциации с Европейским союзом — в качестве своего главного внешнеполитического приоритета.

Однако через несколько дней Украина оказалась в состоянии войны с Россией. Российские солдаты со снятыми с боевой формы знаками отличия захватили Крым.Украинцы называли солдат «зелеными человечками». Президент России Владимир Путин сначала утверждал, что они принадлежат к местному ополчению, но через несколько недель признал, что они были российскими солдатами, и наградил своих командиров грамотами на кремлевской церемонии. Россия почти сразу же аннексировала Крым, что отвергается большей частью мира.

В апреле 2014 года зеленые человечки начали занимать административные здания в ключевых городах и на территории восточного украинского региона Донбасса.Украинские силы безопасности и вооруженные силы оказали сопротивление. Россия подпитывала ситуацию, предоставляя руководство, финансирование, тяжелое вооружение, боеприпасы, другие предметы снабжения и, в некоторых случаях, регулярные подразделения российской армии для борьбы, которая вот-вот вступит в свой седьмой год. В результате конфликта погибло около 14 000 человек, а от 1,5 до 2 миллионов человек покинули свои дома.

В феврале 2015 года лидеры Германии и Франции пришли к соглашению, которое часто называют «Минск-2». Хотя с тех пор линия соприкосновения украинских и российских / российских марионеточных сил на Донбассе в значительной степени стабилизировалась, конфликт продолжает накаляться.Многочисленные попытки добиться полного прекращения огня потерпели неудачу. В большинстве случаев вина за нарушение режима прекращения огня и отказ отвести тяжелое вооружение с линии соприкосновения лежит на русских и их ставленниках. В отсутствие прекращения боевых действий стороны не добились значительного прогресса в реализации политических и других положений Минска II.

Петр Порошенко стал победителем внеочередных президентских выборов в мае 2014 года. В следующем месяце он подписал соглашение об ассоциации.Он и его правительство быстро добились прогресса в решении потребностей страны в проведении реформ. Они стабилизировали экономику, улучшили шаткое финансовое положение правительства (отчасти за счет повышения тарифов для покрытия затрат на производство тепла и электроэнергии), консолидировали банковский сектор и ввели более прозрачную систему государственных закупок.

Однако в 2016 году темпы реформ замедлились. Украинцы подвергли сомнению отсутствие прогресса в борьбе с коррупцией, в частности, неспособность обуздать олигархов страны и привлечь к ответственности виновных в стрельбе на Майдане в 2014 году.Соответственно упал рейтинг одобрения г-на Порошенко.

Отсутствие прогресса в сокращении коррупции, а также продолжающийся конфликт с Россией подорвали перспективы переизбрания г-на Порошенко. Он проиграл во втором туре в апреле 2019 года Владимиру Зеленскому, актеру и политическому новичку, который пообещал резкий прогресс в борьбе с коррупцией, реформы для ускорения экономического роста и целенаправленные усилия по прекращению конфликта на Донбассе. Политическая партия Зеленского получила абсолютное большинство на парламентских выборах в октябре 2019 года, когда в Раду вошла волна молодых людей.Они, в свою очередь, назначили молодой кабинет со средним возрастом 37 лет.

Зеленский и Украина сталкиваются с двумя проблемами. Во-первых, им необходимо завершить критическую массу реформ и снизить уровень коррупции, чтобы украинская экономика росла быстрее, а уровень жизни начал приближаться к уровню жизни соседей Украины в Центральной Европе и странах Балтии. Во-вторых, они должны найти способ положить конец конфликту на Донбассе.

Зеленский и его ближайшее окружение считают прекращение конфликта на Донбассе самым неотложным приоритетом, поскольку украинцы гибнут почти каждую неделю на линии соприкосновения.Президент Украины провел свою встречу 9 декабря 2019 года с г-ном Путиным, к которой также присоединились лидеры Германии и Франции, но большой разрыв разделяет Киев и Москву по ключевым вопросам, например, когда Украина восстановит суверенитет над всем Донбассом. и окончательный статус этого региона.

К сожалению, Кремль, похоже, доволен продолжением тлеющего конфликта в качестве средства давления, дестабилизации и отвлечения внимания на Киев, а также для усложнения украинскому руководству достижения своей цели построения успешного и процветающего государства.Без изменения подхода Москвы Зеленский не сможет добиться мира на Донбассе (Крым в любом случае останется точкой спора между Украиной и Россией). Люди, близкие к украинскому президенту, предполагают, что, если русские продолжат свой нынешний курс, Украина в какой-то момент может принять План Б. Это может повлечь за собой строительство виртуальной стены вдоль линии соприкосновения и переложение всего экономического бремени оккупированного Донбасса на Россия.

Зеленский и его правительство не могут самостоятельно решить Донбасс.Они могут только надеяться, что по мере роста издержек оккупации для России, включая издержки, вызванные экономическими и финансовыми санкциями США и Запада, Кремль будет искать иной курс действий.

Зеленский и его правительство могут, однако, провести внутреннюю реформу самостоятельно и предпринять другие ключевые шаги, такие как ограничение чрезмерного политического влияния олигархов страны.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.