Когда появилось государство израиль: Почему Сталин создал Израиль: сенсационная версия израильского адвоката

Содержание

Почему Сталин создал Израиль: сенсационная версия израильского адвоката

– Почему вы посчитали неверными традиционные версии объясняющие решение Иосифа Сталина поддержать создание сионистского государства в Палестине?

– По моему мнению, государство Израиль обязано своим существованием Соломону Михоэлсу [общественный и театральный деятель Соломон Михоэлс был убит под видом ДТП 12 января 1948 г. в Минске - -Авт.]. Роль Михоэлса в этом ключе никогда не рассматривалась ни одним историком.

Что касается Сталина, то нет никакого сомнения, он на самом деле являлся ключевой фигурой в вопросе образования Израиля. Сталин не просто был согласен с созданием сионистского государства в Палестине, а явно поставил перед собой цель, которой добивался любой ценой.

Вот, историческая зарисовка. К ноябрю 1947 года в ООН состояли 58 стран. Для принятия положительного решения "За", должны были проголосовать две трети Генеральной ассамблеи ООН.

26 ноября 1947 года было проведено предварительное голосование. Вполне возможно, «предварительным» оно стало считаться после того, как стали известны неудачные для Израиля результаты: за - 25, против - 13 при 17-ти воздержавшихся.

На первом голосовании отсутствовали Филиппины, Парагвай и Таиланд. К 29-му ноября представители первых двух стран были доставлены на заседание. Почему не приехала делегация Таиланда не известно и по сей день.

29 ноября 1947 года результаты оказались другие: за -33, против - 13 и воздержалось – 10. Рубеж был пройден.

Считалось, что между 26 и 29 ноября шла активная разъяснительная работа с колеблющимися, давшая положительные результаты.

Фото из личного архива Алекса Раскина

- Не исключаю, разъяснение велось людьми Судоплатова. У них всегда был редкостный дар убеждения.

Существует легенда, в соответствии с которой представители будущего Израиля якобы шантажировали Нельсона Рокфеллера, добиваясь от него применить свое влияние в латиноамериканских странах. Крайне сомневаюсь в таком развитии событий. Если Рокфеллера, кто и мог шантажировать, так опять-таки только Лубянка.

Роль американцев в вопросе создания Израиля, как ни странно, была незначительной, поскольку Государственный департамент США выступал против.

Все эти известные факты четко показывают какое упорство проявил Сталин для создания в Палестине еврейского государства.

Уже после голосования в ООН в период войны за Независимость, власти Чехословакии поставляли оружие в Израиль. Понятно по чьему приказу они действовали. Существует также версия, (Израиль ее отрицает), об участии советских офицеров в войне 1947 года с арабскими государствами, в качестве инструкторов. Я склонен считать, что это имело место. Судя по всему, в Ташкенте существовала секретная школа, в которой готовились специалисты – евреи, официально объявленные погибшими, либо пропавшими без вести в период Отечественной войны.

Во всяком случае примерно лет двадцать назад мне довелось встречаться с людьми, утверждавшими, что их пропавшего в 43-45 году родственника видели в вскоре после окончания войны в Ташкенте, а затем через много лет уже в Израиле. В тот же период времени я связывался как с музеем Хаганы (Хагана — еврейская подпольная военная организация в Палестине времен британского мандата), так и с другими историками, которые мне ответили, что фактов подтверждающих данное утверждение у них не имеется.

– Какими же мощными могли были быть реальные мотивы Сталина объясняющие его последовательность в поддержке цели всемирного сионистского движения, создать государство Израиль, не где-нибудь , а именно в Палестине?

– У историков нет ответа на этот вопрос. Общепризнанной версией считается, что Сталин видел в создании Израиля противовес Британии на Ближнем Востоке.

Я считаю такое объяснение далеким от действительности. Уже к 1947 году Англия заявила о нежелании продлевать свой мандат в Палестине.

Кроме того, такие страны как Новая Зеландия, Канада, Австралия, являющиеся странами Британского Содружества, проголосовали за Израиль. Сама же Англия по этическим соображения воздержалась от голосования.

Голда Меир считала, что Сталин помог Израилю по гуманным соображениям. Подобное «романическое» убеждение Голды лишний раз указывает на то, что действия Сталина были никому не понятны.

Никому. Кроме - Соломона Михоэлса…

Я склонен поверить, что Сталин с помощью Михоэлса заключил сделку с сионистским движением: атомная бомба в обмен на Израиль.

– ?!

– Вернемся в 1943 год. Михоэлс вместе с поэтом Исааком (Ициком) Фефером едет в Америку. Фефер курировался непосредственно зам. начальником управления генералом Элизаром Райхманом.

Судя по всему, перед поездкой оба встречались с Лаврентием Берией.

Официальная цель поездки - сбор средств от богатой еврейской общественности для оборонной промышленности СССР, с целью ускорения Победы над фашистской Германией.

По моему предположению, реальная задача Михоэлса состояла в том, чтобы договориться с представителями Международного еврейского конгресса о сделке со Сталиным.

А Фефер должен был "присматривать" за Михоэлсом и быть на связи с Лубянкой, для решения оперативных вопросов.

В тот момент подобная сделка была выгодна всем сторонам.

СССР отставал в разработке ядерной бомбы от США, а что еще страшнее от Германии.

Для сионистов это тоже был единственный шанс создать Израиль.

Представим себе, что Сталин не проделал бы всю эту работу в ООН и тогда вполне возможно, воссоздание Израиля было бы отложено на десятилетия, а может ни состоялось бы вовсе.

Естественно, что ни ведомство Гувера, ни другие официальные американские лица о достигнутой договоренности ничего не знали.

Надо иметь в виду, в те годы, лидеры мирового сионизма, находившиеся в США не слишком-то уютно там себя чувствовали. За ними велась слежка, лидеры США отказались принять еврейских беженцев и не предприняли никаких действий, чтобы предотвратить уничтожение евреев в Европе. Следовательно, сантиментов к Америке у них не было. И понятно, что их выбор был в пользу создания государства Израиль.

Одним из инициаторов создания атомной бомбы являлся Альберт Эйнштейн, позиция которого по отношению к созданию государства Израиль также была хорошо известна.

Руководителем Манхэттенского проекта был еврей Роберт Оппенгеймер. Над проектом работали ученые-евреи: Отто Фриш, Эдвард Теллер, Нильс Бор, Лео Силард, Джон фон Нейман, Джозеф Ротблат, Исидор Раби, Станислав Улам, Александр Сакс,  Джон Кемени, Джеймс Франк .

За ядерный шпионаж в пользу СССР были осуждены - супруги Розенберг, Дэвид Грингласс, Генри Голд, Мортон Собелл и еще около пятнадцати человек. В основном все они были евреи.

Все эти факты укрепляют жизнеспособность моей версии.

– Не кажется ли вам, что выбор Соломона Михоэлса для такой деликатной миссии, не совсем оправдан? Ведь, он был известен, не как сторонник воссоздания еврейского государства в Палестине, а на территории современного Крыма, где в средние века существовало иудейское царство?

– Скорее всего до поездки в Америку Михоэлс искренне верил в идею с Крымом. Выступления Михоэлса в Америке с целью сбора денег для создания еврейской автономии в Крыму, начались ближе к завершению его поездки. Видимо вопрос Крыма был предназначен для конспирации уже имеющихся соглашений.

Кроме того, я сомневаюсь, что международные сионистские руководители стали бы обсуждать проблему переселения евреев в Крым. Они рассматривали лишь один путь – репатриацию в Израиль.

– На ваш взгляд, почему тогда убили Михоэлса, ведь свою миссию в Америке он выполнил успешно?

– Понятно, Сталин не хотел оставлять свидетелей. Резолюцию по созданию Израиля была принята 29 ноября 1947 года, а 12 января 1948 года, через полтора месяца после этого, был убит Михоэлс.

В начале 1950 года и в Америке начались разоблачения причастных к передачи секретных данных Москве.

Все фигуранты имеющие отношения к этой истории получили различные сроки тюремного заключения. Только супруги Розенберг, хотя они были единственные, кто не имел прямого доступа к секретным сведениям, и единственные, против кого не было однозначных доказательств, оказались на электрическом стуле.

Скорее всего они единственные из всей группы знали о цели передачи атомных секретов.

Судьей на процессе был еврей Ирвинг Кауфман, занявший этот пост только за два года до этого.

Кстати, председатель Всемирного еврейского конгресса Стивен Ваиз умер 19 апреля 1949 года, а вице-президент Джойнта Джозеф Хаймон 10 февраля 1949 года.

Трудно сказать были ли их смерти естественными, но факт в том, что умерли они примерно через полтора года после создания государства Израиль – и если моя версия в отношение сделки верна, то наверняка они оба имели к ней отношение.

- Коммунист Сталин никогда не верил сионистам и судя по цепочке исторических событий последовательно выступал в качестве их ярого идеологического противника. Если ваша версия верна, то поразительно, как сионисты поверили обещаниям Сталина?   

– Конечно для великого кормчего ложь и обман были обычным делом. Он вполне мог получить чертежи атомной бомбы и не выполнить своих обязательств в отношении Израиля.

Но не надо забывать с кем он имел дело. Скорее всего, его оппоненты предусмотрели такой исход событий и подстраховались. Вполне возможно, самую ключевую информацию Сталин должен был получить после ноября сорок седьмого года.

Если исходить из предположения, что смертная казнь Розенбергов была частью зачистки, проведенной Сталиным, то становится ясно почему их сдали только в пятидесятом году.

По одному из утверждений, когда схемы и чертежи, которые Грингласс передавал Розенбергам, а те своим кураторам (интересно как они из советской разведки попали в руки ФБР) показали американским физикам, те назвали их «карикатурой», пояснив, что в них нет ключевых вещей, без которых раскрыть секрет атомного оружия невозможно.

Вполне возможно, что именно эти ключевые вещи Сталин получил после 29 ноября 1947 года. И скорее всего это произошло в период с 29 ноября 1947 года по 12 января 1948 года.

6 ноября 1947 года министр иностранных дел СССР В. М. Молотов сделал заявление из которого следовало - у СССР уже есть атомная бомба. Молотов, конечно, поспешил на двадцать три дня, но такое заявление подтверждает связь между атомной бомбой и голосованием в ООН.

Хочу вернуться к советским инструкторам, предположительно принимавшим участие в войне за Независимость Израиля.

Великая Отечественная Война закончилась в сорок пятом году. Их родственники получали похоронки, либо люди объявлялись пропавшими без вести. Следовательно, еще до окончания войны началась подготовка кадров для Израиля, что подтверждает наличие договоренностей.

И еще несколько слов об одной центральной фигуры в моей версии.

1 февраля 1943 года И. В. Сталин подписал решение Государственного Комитета Обороны о программе работ для создания атомной бомбы под руководством В. М. Молотова. Вскоре контроль над этим проектом перешел к Берии.

Михоэлс поехал в Америку летом 43 года. Нет сомнения, что его поездку курировал Берия.

9 января 1953 года было объявлено о "Деле врачей."

В конце февраля 1953 года был арестован профессор Мирон Вовси - двоюродный брат Михоэлса.

Через несколько дней после ареста Вовси - 1 марта 1953 года на Ближней даче находят парализованного Сталина

Сталин умер 5 марта 1953 года.

4 апреля 1953 года "Дело врачей" было закрыто, и все арестованные освобождены, а сам Вовси был освобожден еще раньше. Стряпчий этого дела Рюмин был арестован по личному распоряжению Берии. 3 апреля 1953 года (до официального объявления о реабилитации врачей) Лидия Тимощук была лишена ордена Ленина, который получила за "разоблачение вредителей".

Опять совпадение в хронологии событий? Маловероятно. Скорее всего, во время поездки в Америку Михоэлс не только вложил колоссальную лепту в будущее провозглашение государства Израиль, но и "закрыл" личные вопросы Берии. Например, оказание тому помощи, когда он придет к власти в СССР в обмен на борьбу с антисемитизмом.

Не надо забывать и темную историю со службой Берии в мусаватистской контрразведке Азербайджана, имевшей деловые связи с английской разведкой.

- Несомненно встанет вопрос об источниках выдвигаемой вами версии…

- По понятным причинам каких-либо официальных документов по этой теме не существует и не могло существовать, но и опровергнуть мою версию не чем.

Все приведенные выше данные давно всем известны. Я лишь посмотрел на них под другим углом.

Справка «МК». Алекс Раскин, адвокат. До репатриации в Израиль, служил в оперативно-следственных подразделениях милиции, срочную службу проходил в роте особого назначения внутренних войск МВД СССР. А в Израиле – совершенно невероятный случай, стал первым репатриантом девяностых годов из бывшего СССР, принятым на работу в спецслужбы полиции Израиля. Много лет служил в одном из самых секретных подразделений, Международном отделе по борьбе с организованной преступностью, при Генеральном штабе полиции Израиля.

70 лет раздела Палестины: альтернативная история

  • Михаил Смотряев
  • Русская служба Би-би-си

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Строительство еврейских поселений в Палестине было предметом споров и конфликтов еще до образования государства Израиль

29 ноября 1947 года Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию 181 (II) по плану раздела Палестины.

План предусматривал прекращение действия британского мандата на территории Палестины к августу 1948 года и создание на ее территории двух независимых государств.

Иерусалим должен был оставаться территорией под международным контролем, однако предполагалось, что оба государства сохранят единое экономическое пространство на основании уже существовавшего в то время на территории Палестины.

Арабский мир посчитал раздел вопиющей несправедливостью. Наиболее радикальные еврейские организации тоже углядели в плане ООН ущемление прав евреев на землю обетованную.

Буквально на следующий день начались столкновения арабских и еврейских военизированных формирований, быстро переросшие в Арабо-израильскую войну 1947-49 годов.

Как поделить Палестину

Помимо плана по разделу территории Палестины в запасе у ООН был еще и проект, предусматривающий создание федерального государства.

Однако достаточного количества сторонников у него не нашлось, а Еврейское агентство, представлявшее интересы палестинских евреев, требовало скорейшего создания независимого еврейского государства. После ужасов Второй мировой войны необходимость его создания уже никто не оспаривал.

Однако план, в итоге принятый Генеральной Ассамблеей, никак нельзя назвать удачным. Каждое из государств представляло собой три анклава, связанных соединительными коридорами, где действовал принцип экстерриториальности.

Иерусалим и Вифлеем, как важнейшие религиозные святыни, попадали под международное управление, но в остальном принцип был прост: закрепить за евреями и арабами те территории, на которых их на тот момент было больше.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Арабы жили в Палестине веками. Евреи стремились туда тысячелетиями. Чьи права важнее?

Доклад UNSCOP - специальной комиссии ООН по Палестине, - признал, что и арабы, и евреи предъявляют "обоснованные претензии на права и интересы в Палестине".

Первые - по праву "коренного и преобладающего народа, населявшего Палестину веками", вторые - в силу "исторической ассоциации со страной и международными обязательствами, данными в связи с их правами в Палестине".

Комиссия посчитала, что население Палестины на тот момент составляло более 1,2 миллиона арабов и более 600 тысяч евреев, рассеянных по стране. Тем не менее, план предусматривал выделение около 55% территории Палестины под еврейское государство.

Правда, в нем должны были жить не только полмиллиона евреев, но и 400 тысяч арабов (и еще около 90 тысяч кочевников-бедуинов), в то время как в арабском государстве на 725 тысяч арабов пришлось бы всего 10 тысяч еврейского населения.

Иерусалим предполагалось заселить примерно поровну - по 100 тысяч.

Декларация Бальфура

За 30 лет до описываемых событий министр иностранных дел Великобритании Артур Бальфур составил документ, впоследствии получивший его имя.

В нем говорится: "Правительство Его Величества с одобрением рассматривает вопрос о создании в Палестине национального очага для еврейского народа и приложит все усилия для содействия достижению этой цели; при этом ясно подразумевается, что не должно производиться никаких действий, которые могли бы нарушить гражданские и религиозные права существующих нееврейских общин в Палестине или же права и политический статус, которыми пользуются евреи в любой другой стране".

Спустя еще пять лет, в 1922 году, Лига Наций вручила Великобритании мандат на управление Палестиной (в то время включавшей в себя территории современного Израиля, Палестинской автономии, Иордании и части Саудовской Аравии).

Предполагалось, что британцы создадут в Палестине политические, экономические и административные условия для образования еврейского государства.

В тексте мандата, к слову, "еврейское государство" не упоминается, только некий "национальный очаг". Зато недвусмысленно сказано о защите интересов всех обитателей Палестины, независимо от происхождения и вероисповедания.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Декларацию Бальфура современные палестинцы не любят

Мандат также предусматривал содействие еврейской иммиграции. Однако уже живущие в Палестине арабы к этому пункту отнеслись без пиетета - по их мнению, евреев на небогатых палестинских землях и так уже было достаточно.

И нашим, и вашим

В течение последующих лет британцы пытались ограничивать еврейскую иммиграцию, евреи проникали в Палестину и селились нелегально при полной поддержке еврейских организаций и лидеров. Тем временем ситуация в Европе осложнялась все больше: всплески антисемитизма в Восточной Европе, а затем и приход к власти Гитлера вызвал новую волну эмиграции в Палестину.

В феврале 1939 года в Лондоне началась конференция, на которую министр по делам колоний Великобритании Малколм Макдональд пригласил арабскую и еврейскую делегации. Евреи требовали увеличения квот на иммиграцию, арабы - ее запрета. Евреи требовали разрешить постройку новых поселений, арабы - запретить евреям покупать землю. Неудивительно, что договориться стороны не смогли, и конференция провалилась.

После этого Макдональд представил парламенту доклад, ставший известным как "Белая книга". В нем говорилось, что Палестина не может принадлежать исключительно евреям или арабам, и что в течение следующих 10 лет на ее территории будет создано единое арабско-еврейское государство, а квота на въезд евреев в Палестину составит 75 тысяч человек на пять лет.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Британские власти в Палестине депортировали нелегальных еврейских иммигрантов целыми пароходами

Понятно, что накануне Второй мировой войны понимания у евреев эта позиция Великобритании не встретила. На подмандатной территории обострилось противостояние между жившими там евреями и британскими колониальными властями, хотя сионистские организации и поддерживали союзников в войне против Германии.

Отношения с арабским населением (которого на палестинских землях было гораздо больше) у приезжающих, тем более нелегально, не сложились. Напряженность, периодически выливавшаяся в столкновения и погромы, не прекращалась с момента возникновения сионистского движения в конце XIX века.

Однако в предвоенные годы и особенно после войны отношения палестинских евреев и арабов сделались настолько напряженными, что британское правительство в 1947 году заявило о своей неспособности урегулировать отношения между ними и отказалось от мандата на управление Палестиной.

Альтернативная история

Что произошло дальше, мы знаем: британский мандат завершился 14 мая 1948 года, и в тот же день Давид Бен-Гурион провозгласил создание независимого еврейского государства.

Сразу же начались столкновения еврейского ополчения Хагана и арабских вооруженных формирований, быстро переросшие в полномасштабную войну с армиями соседних арабских государств.

Она закончилась поражением арабских сил, значительным увеличением территории новообразованного государства Израиль и принятием его в ООН в 1948 году.

Однако давайте на минуту представим, что резолюция 181 (II) была принята к исполнению.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Отношения между палестинцами и израильтянами и сегодня не всегда миролюбивы

"С точки зрения арабов евреи были пришельцами, чужими, пришедшими из Европы, и тот факт, что им давали кусок Палестины, вызывал сильные негативные чувства, - считает главный научный сотрудник Института востоковедения РАН Ирина Звягельская. - Но даже если представить, что такие государства были созданы, то Израиль остался бы с плохо защищаемыми границами, на очень маленькой территории. А что касается арабского государства, то я не думаю, что оно долго существовало бы как независимое - его неизбежно поглотила бы какая-нибудь более сильная арабская страна".

"Я думаю, для ближневосточного конфликта эти резолюции не имели и не имеют большого значения, - соглашается член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко. - В свое время большое значение имели отношения Запада и Советского Союза. Конечно, большее значение имеет взаимное восприятие, я бы сказал, взаимная агрессивность палестинцев и израильтян. Можно ругать или оправдывать и тех, и этих, но при том, как эта ситуация в Палестине возникла и развивалась, она была изначально обречена на очень длинный конфликт, что мы в итоге и получили".

Но, как мы помним, существовал и другой сценарий решения проблемы - его продвигали в UNSCOP Индия, Иран и Югославия. Он предусматривал создание на территории Палестины федеративного государства.

В упоминавшемся уже докладе UNSCOP отдельный раздел посвящен этому сценарию, авторы которого предположили (как оказалось, весьма дальновидно), что "любое решение для Палестины не может считаться решением еврейской проблемы в целом", и что Палестина - это "общая страна и для арабов, и для евреев, которые имели с ней исторические связи и играют жизненно важные роли в ее экономической и культурной жизни".

Авторы альтернативного проекта предлагали задаться вопросом, должен ли еврейский национализм и требование создания еврейского государства любой ценой быть признан международным сообществом, и ответили на него: нет, не должен, потому что благосостояние страны и населяющих ее народов перевешивают стремление евреев к государственной независимости.

Второй вопрос - можно ли заставить евреев и арабов сосуществовать и сотрудничать в рамках федерации. На него авторы проекта ответили утвердительно, с оговоркой, что при наличии правильных условий шансы на такое сосуществование достаточно велики.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Палестино-израильский конфликт постепенно приобретает обыденный характер

В итоге возобладала другая точка зрения. Но даже если бы Палестина стала федеральным государством, вряд ли это радикально изменило бы ход ближневосточной истории.

"Я не считаю, что это была реальная альтернатива, - говорит Ирина Звягельская. - Конечно, мне, как нормальному человеку, хотелось бы верить, что если бы арабы тогда это приняли, то уже с 1948 года существовало бы такое арабское государство, да и Израиль был бы совершенно другой, но это все wishful thinking, принятие желаемого за действительное. На самом деле, учитывая все происходившее в то время в Палестине и вокруг нее, этого просто быть не могло".

Так или иначе, резолюция ООН выполнена не была, Израиль стал самостоятельным государством, а Ближний Восток надолго превратился в головную боль для всего мира. "На сегодняшний день конфликт не урегулирован, я сомневаюсь, что он вообще когда-нибудь будет урегулирован, но к нему все привыкли, - считает Алексей Малашенко. - В последнее время, не считая отдельных терактов, видимого обострения не заметно и, по-моему, не будет".

Сирийский конфликт постепенно выходит на первый план в арабском мире. По нему, кстати, тоже приняты десятки резолюций, но нельзя сказать, чтобы это сильно помогло в его решении.

В чуть более отдаленной перспективе вырисовываются контуры еще более серьезных проблем: курдское государство, Турция, противостояние Саудовской Аравии и Ирана и в целом суннитского и шиитского миров.

Помогут ли в их разрешении резолюции ООН?

Каким было бы государство Израиль без «российской прививки»?

Если бы мне дали лист бумаги и карандаш и сказали бы: «Нарисуй Израиль таким, каким ты его чувствуешь, каким ты его себе представляешь», – я бы нарисовал что-то такое, от чего бы веяло чуть-чуть волшебством, и вместе с тем это было бы что-то необыкновенно живое, шумное и даже крикливое. Оно, это нечто, было бы разных оттенков синего и, глядя на него, человек бы то смеялся, то плакал. Вот что я нарисовал бы, если бы умел. Но я не умею. Поэтому скажу лишь, что эта страна неоднозначная, разная во всем, кроме одного: она обожаема теми, кто в ней живет.

По утрам из окна своей гостиницы я с некоторым удивлением смотрел на то, как вдоль морской набережной жители Тель-Авива берегут свое здоровье. Да, да, именно так. Они ходят, бегут трусцой, мчатся на велосипедах, несутся на роликах. Причем это не несколько человек, это буквально толпы молодых и не очень, бородатых и бритых, женщин и мужчин. Это, так сказать, раз. А два – по утрам жители Тель-Авива завтракают. Ну и что тут такого, скажете вы. Все завтракают, конечно, но не так. К этим берегам плывут с незапамятных времен. Плывут крестоносцы, плывут паломники, плывут переселенцы, плывут из разных стран, привозя с собой свои обычаи, свои традиции и свою кухню.

Теодора Герцля называют отцом сионизма. После процесса над капитаном французской армии – евреем Дрейфусом, когда половина Франции вопила «смерть евреям», Герцль пришел к выводу, что евреям нужна своя страна, свое государство, поскольку им нет нигде житья. Идея сионизма заключалась, по Герцлю, только в этом – в создании еврейского государства, и не имело значения, где именно.

Я люблю учить языки, это необыкновенно увлекательное дело. Иврит не показался мне особенно трудным, но это, возможно, объясняется тем, что я начал учить его на «шуке», так на иврите называется рынок. Это и многие другие слова современного иврита придумал Элиэзер Бен-Йехуда, переселенец из Российской империи. «Да ладно…, – скажете вы… – придумал», то-то и оно, что придумал. Вы представьте себе вот что: никто не знал и не знает, как на самом деле звучал древний иврит, ведь этот иврит исчез и веками никто не говорил на нем. И тут появился человек и сделал невозможное, возродил то, что было, казалось, утеряно навсегда.

Да, у Герцля была мечта, но воплотил ее Давид Бен-Гурион, причем абсолютно анекдотичным образом. В ночь с 14-го на 15 мая 1948 года заканчивалось действие британского мандата на территории Палестины. Это была ночь с пятницы на субботу, то есть в шаббат, когда иудаизм строго запрещает евреям какую-либо деятельность. Бен-Гурион, будущий премьер-министр Израиля, был совершеннейшим атеистом, но как остроумно было кем-то сказано, «хотя сам Бен-Гурион и не верил в Бога, скорее всего, Бог верил в него». Так или иначе, он организует церемонию Декларации независимости государства Израиль именно в этот день. И разумеется, в строжайшей тайне. Текст Декларации утверждается за час до начала церемонии, и его спешно везут на попутной машине, которую по дороге останавливают за превышение скорости. Мало того, выясняется, что у водителя нет прав. Но полицейский, узнав, что речь идет о провозглашении нового государства, тут же отпускает его. К этому моменту «тайна» уже известна всему Тель-Авиву. И перед домом на бульваре Ротшильда собирается огромная толпа.

Образ Израиля как плавильного котла, куда съезжаются евреи из разных стран мира и, как «фондю», плавятся и становятся израильтянами, конечно, хороший, но не точный. Никакого «израильского фондю» нет, так мне кажется. А есть, если продолжить кулинарную тему, некий пирог, состоящий из теста и весьма сложной начинки, вкус которой в значительной степени определил приезд русских евреев – людей ярких и талантливых.

Тель-Авив – культурная столица Израиля. Помимо множества мелких театральных и музыкальных коллективов здесь четыре крупных репертуарных театра. Два из них основаны выходцами из России. «Габима» – созданный в 1920-е годы учениками Вахтангова, и «Гешер» – основанный Евгением Арье, учеником великого Товстоногова. Сказав это, я вдруг задаюсь вопросом: а каким было бы государство Израиль без «российской прививки», без приезда сюда переселенцев из Российской империи и алии из СССР и Российской Федерации. Точного ответа нет, кроме одного – эта страна была бы совсем другой.

Знаете, часто большие города не очень любят приезжих и относятся к ним чуть презрительно, свысока, не проявляя никакого радушия. А вот Тель-Авив мне показался совсем другим, в нем нет снобизма, он какой-то весь приветливый, радушный, приятный, с улыбкой.

Кто спас Израиль в 1947 году? — Лехаим

Материал любезно предоставлен Mosaic

Обычно говорят, что Трумэн, но таким человеком легко мог бы быть и Сталин. На самом деле благодаря сионистской дипломатии они оба спасли Израиль; и в этом урок для сегодняшнего еврейского государства.

Грузовик с портретом советских коммунистических лидеров Ленина и Сталина на параде в честь Дня солидарности трудящихся в Тель‑Авиве 1 мая 1949. Пинн Ханс / Пресс‑центр правительства Израиля

29 ноября отмечалась 70‑я годовщина принятия Генеральной ассамблеей ООН резолюции 181, в которой рекомендовалось разделить подмандатную Палестину на два отдельных государства — еврейское и арабское. В этот день 1947 года миллионы слушателей прильнули к радиоприемникам, ожидая результатов голосования. Исход голосования привел к спонтанным демонстрациям сионистов разных стран, потому что это было первое формальное международное признание еврейского государства.

В честь этой годовщины представительство Израиля в Организации Объединенных Наций восстановило в облике 1947 года зал в районе Флашинг‑Медоус, где сейчас находится главный выставочный зал Музея Квинса, а в те годы проходили заседания Генеральной ассамблеи. Объявлено было о плане восстановить события голосования в присутствии нынешних послов стран‑делегатов, которые проголосовали тогда «за».

Больше всего внимания привлекла позиция, которую выразили Соединенные Штаты. Вообще, о голосовании и его последствиях обычно рассказывают как о событии, главную роль в котором сыграла Америка. Посол Израиля в ООН Дани Данон обрисовал исторический контекст торжества:

 

С тех пор как президент Трумэн стал первым мировым лидером, признавшим еврейское государство, у Израиля не было лучшего друга, чем Соединенные Штаты Америки, а у США не было более преданного союзника, чем Государство Израиль.

 

По той же причине главным из выступавших в Нью‑Йорке станет вице‑президент США Майк Пенс. Похоже, мы снова и снова будем слышать, как Гарри Трумэн пошел наперекор своему Госдепартаменту (или же менее героически уступил еврейским избирателям) и сказал «да» в ноябре 1947 года, а затем немедленно признал Израиль, когда Давид Бен‑Гурион провозгласил создание государства 14 мая 1948 года. И вновь нам расскажут о еврее Эдди Джейкобсоне, вместе с которым Трумэн держал галантерею в Канзас‑Сити перед Великой депрессией и который воспользовался дружескими связями, чтобы устроить важнейшую встречу Трумэна с сионистским лидером Хаимом Вейцманом в марте 1948 года.

Детали этой истории полировались годами, в том числе и самим Трумэном. В 1953 году, когда Эдди Джейкобсон представил бывшего президента еврейской аудитории как человека, «который помог создать Государство Израиль», Трумэн усилил впечатление, сравнив себя с древним персидским правителем, который вернул евреев в Иерусалим из вавилонского изгнания: «Как это “помог создать”? Я Кир».

Президент США Гарри Трумэн в галантерейной лавке своего старинного приятеля и партнера Эдди Джейкобсона. Июнь 1945

Историки действительно спорят по поводу мотивов, которыми руководствовался Трумэн. Но все они соглашаются в одном: Израиль обязан своим созданием Трумэну в большей степени, чем любому другому мировому лидеру. «Без Трумэна, — пишут Эллис и Рональд Радош в книге о Трумэне и Израиле, — юное Государство Израиль не пережило бы первых тяжелых лет и не добилось бы успеха впоследствии». Майкл Дж. Коэн, автор более ранней книги о Трумэне и Израиле, утверждает, что в 1947 и 1948 годах «Трумэн действительно сыграл решающую дипломатическую роль в рождении Государства Израиль». Майкл Орен в бестселлере «Сила, вера и фантазия» («Power, Faith, and Fantasy»), посвященном деятельности Америки на Ближнем Востоке, пишет, что, сравнивая себя с персидским царем Киром, Трумэн «хвастался не зря».

Проблема проста: все, что сказано о вкладе Трумэна, можно сказать и о вкладе Иосифа Сталина.

Сталин — отец‑основатель Израиля?

В опубликованной в 1998 году статье, посвященной 50‑летию Израиля, историк Пол Джонсон рассуждал о «парадоксальном аспекте сионистского чуда, которое мы тогда совершенно не уловили и которое до сих пор понимаем недостаточно». Этот парадокс, по мнению Джонсона, состоит в том, что «среди отцов‑основателей Израиля был Иосиф Сталин». Двадцать лет спустя этот факт улавливают еще меньше людей. Советский Союз давным‑давно рухнул, и в воспоминаниях Израиля и его сторонников он остался патроном Насера, тюремщиком и мучителем евреев и пропагандистом антисемитизма. Ни один советский лидер никогда не претендовал на мантию Кира. Наоборот, начиная с 1950‑х годов Советский Союз делал все возможное, чтобы стереть из официальной истории и арабской памяти тот факт, что он поддерживал создание Израиля.

Тем временем в Соединенных Штатах и в Израиле изгладился из памяти аналогичный обратный процесс — непостоянство американской поддержки при создании Израиля.

Да, в ноябре 1947 года США голосовали за раздел подмандатной Палестины, но в марте следующего года они заявили, что осуществить такой раздел невозможно, и предложили вместо него «временную» опеку ООН. Накануне официального выхода Великобритании из Израиля в мае ведущий американский дипломат все еще уговаривал израильских лидеров не провозглашать независимость.

Действительно, Трумэн немедленно признал Израиль (правда, де‑факто, а не де‑юре). Но перед этим он ввел эмбарго на поставку оружия на Ближний Восток, заставив Израиль бороться за выживание собственными силами.

Сталинский же Советский Союз, наоборот, не только проголосовал за раздел, но и стал первым государством, признавшим Израиль де‑юре через три дня после провозглашения независимости, и выступил в поддержку еврейского государства задолго до Соединенных Штатов. Более того, он неукоснительно придерживался этой линии и до, и после голосования и косвенно гарантировал, что юное государство получит военную технику, в которое оно отчаянно нуждалось для самозащиты. По словам первого посла Израиля в ООН Абы Эбана, без советского голоса в защиту раздела (вместе с голосами четырех стран‑сателлитов) и без оружия, предоставленного советским блоком, «мы бы с этим не справились ни с дипломатической, ни с военной точки зрения».

Можно спросить: даже если все это так, наверное, есть какая‑то цель, которая заставляет возвращаться к этим событиям сегодня? Конечно, нельзя говорить о «реабилитации» сталинского Советского Союза. Хотя в современной России такого рода тенденция присутствует, за пределами страны мало кто питает иллюзии относительно жуткого наследия Сталина. Цель не может состоять и в преуменьшении значения американской поддержки для Израиля с 1967 года.

Моя задача иная — показать, как накануне, в процессе и после создания Государства Израиль его лидеры творчески осмысляли послевоенный геополитический порядок. Зная, что верных друзей у них нет, они угадали, что Советский Союз становится могущественной державой, и стали добиваться расположения Москвы. В награду за это они заручились советской поддержкой, которая позволила им сыграть на противоречиях холодной войны и добиться усиления поддержки со стороны США. Это был мастерский ход сионистской дипломатии.

Мотивы решения Сталина до сих пор неясны, и совершенно необязательно, что сионистские инициативы сыграли решающую роль в неожиданной позиции Советского Союза, имевшей далеко идущие последствия для еврейского государства. Но это вполне возможно. Сегодня, когда Израиль ищет свой путь в меняющемся мире, для которого характерно появление новых сил, может быть, на этот исторический урок полезно будет обратить внимание.

Все началось с забытой речи.

Забытая речь, которая поразила мир

Незадолго до полудня 14 мая 1947 года Андрей Громыко, постоянный представитель Советского Союза в Организации Объединенных Наций, поднялся на трибуну зала Генеральной ассамблеи ООН во Флашинг‑Медоус в Квинсе.

В этот момент сионистами разных стран владели мрачные настроения. Они еще не оправились от потрясений Холокоста, фотографий из нацистских лагерей смерти и судеб сотен тысяч выживших, которые вышли из лагерей и лесов. Огромное большинство этих евреев мечтали уехать из Европы, и многие пускались в долгое путешествие к средиземноморским портам в стремлении добраться до Палестины. Четверть миллиона евреев находились в лагерях для перемещенных лиц в Германии и Австрии, надеясь, что их просьбы будут услышаны и им разрешат свободно уехать на еврейскую родину.

В Палестине благодаря проарабской политике Великобритании двери для еврейской иммиграции были закрыты так же плотно, как во время войны. Королевский флот перехватывал суда, направлявшиеся в Палестину с человеческим грузом из выживших евреев, и отправлял «нелегалов» в зловещие лагеря для интернированных на Кипре. Некоторые палестинские евреи в ответ на эти драконовские методы брались за оружие и восставали против англичан, запуская нескончаемый цикл убийств и наказаний. Другие пытались взывать к совести мирового сообщества — с весьма скромным успехом. Хотя ишув, организованное еврейское население Палестины, был готов к независимости, ни одна великая держава не высказалась в защиту еврейского государства.

В феврале 1947 года Британия объявила об окончании мандата и передаче палестинской проблемы в ведение ООН. В мае Генеральная ассамблея ООН начала создание специального органа — Специального комитета ООН по Палестине (UNSCOP), задача которого состояла в «установлении фактов» и составлении рекомендаций по «решению палестинской проблемы».

На этом фоне 14 мая прозвучала речь Андрея Громыко, который вкратце обрисовал деятельность UNSCOP с советской точки зрения. Ни у кого из сионистов не было оснований многого ждать от этой речи. Советский Союз всегда объявлял сионизм реакционным, если не фашистским движением, орудием западного, прежде всего, британского империализма. С конца войны СССР придерживался позиции, что «еврейскую проблему» можно решить не перемещением евреев в Палестину, а только «полным искоренением всех ростков фашизма» в самой Европе. Коммунистические партии Ближнего Востока, в том числе в самой Палестине, осуждали идею раздела, называя ее империалистическим заговором. Партийная линия требовала «единой, демократической, независимой Палестины» — где численность арабов будет вдвое превышать численность евреев.

Тридцатисемилетний Громыко был уже опытным советским дипломатом, который ранее занимал пост посла в Вашингтоне. Британец, работавший в штате ООН, называл его «угрюмым и резким». Сионистские дипломаты и американские еврейские лидеры, хорошо знавшие его, не питали иллюзий в отношении этого «громовержца», как они его называли. Эбан вспоминал впоследствии, что «и Элияу Эпштейн, который возглавлял наш офис в Вашингтоне, и [Моше] Шарет [глава политического отдела Еврейского агентства] свободно говорили по‑русски и неоднократно вели беседы с Громыко и его заместителем Семеном Царапкиным, и никаких намеков на советскую поддержку не звучало».

Американское правительство таких намеков тоже не делало. Госдепартамент, Комитет начальников штабов и ЦРУ постоянно предупреждали, что, если США проголосуют за раздел, СССР, выступив против, заслужит благодарность арабов, а в том, что Москва выступит против, никто не сомневался. Всего за четыре дня до речи Громыко американское посольство в Москве предупреждало, что на следующей сессии ООН Советский Союз будет противиться «образованию на всей или части территории Палестины еврейского государства, которое СССР будет рассматривать как сионистское орудие Запада, неизбежно враждебное Советскому Союзу» и настаивать на «независимости Палестины с нынешним, преимущественно арабским населением».

В начале речи Громыко не сказал ничего необычного. Британский мандат над Палестиной, подробно разъяснял он, не оправдал себя; по мере распространения насилия страна превратилась в «полувоенное и полицейское государство» . Мандат следует ликвидировать. Ничего удивительного: Советский Союз был настроен резко антибритански и, конечно, не собирался настаивать, чтобы Британия сохраняла аванпосты своей империи.

Андрей Громыко выступает с речью в зале Генеральной ассамблеи ООН во Флашинг‑Медоус в Квинсе. 14 мая 1947

Но затем, ко всеобщему удивлению, Громыко обратился к теме Холокоста. Еврейский народ, сказал он, «перенес в последней войне исключительные бедствия и страдания. Эти бедствия и страдания, без преувеличения, не поддаются описанию». Евреи «подверглись почти полному физическому истреблению». И теперь «сотни тысяч евреев бродят по разным странам Европы», многие из них находятся в лагерях для перемещенных лиц, где они «продолжают терпеть большие лишения… Пора не на словах, а на деле, — заявил Громыко, — оказать этим людям помощь… Это является долгом Объединенных Наций».

Что же нужно делать? Ранее позиция Советского Союза состояла в том, что решение судьбы этих сотен тысяч бездомных евреев должно быть найдено в Европе. Но теперь ситуация изменилась.

 

Ни одно государство в Западной Европе, — заявил Громыко, — не оказалось в состоянии предоставить должную помощь еврейскому народу в защите его прав и самого его существования от насилий со стороны гитлеровцев и их союзников. Это тяжелый факт. Но, к сожалению, как и все факты, его необходимо признать… Это обстоятельство <…> объясняет стремление евреев к созданию своего государства.

 

А затем как гром среди ясного неба:

 

Было бы несправедливо не считаться с этим и отрицать право еврейского народа на осуществление такого стремления. Отрицание такого права за еврейским народом нельзя оправдать, особенно учитывая все то, что он пережил за Вторую мировую войну.

 

Советский Союз, отметил Громыко, предпочел бы «единое арабско‑еврейское государство с равными правами для евреев и арабов». Но если комиссия ООН сочтет этот вариант «неосуществимым ввиду испортившихся отношений между евреями и арабами», существует «оправданная» альтернатива: «раздел Палестины на два самостоятельных независимых государства: еврейское и арабское».

Эбан ушам своим не верил:

 

Ничто не предвещало такой неожиданной удачи… Москва изменила своей традиционной позиции и предложила создание еврейского государства. Я приехал в ООН с пессимистическими представлениями о балансе сил; теперь я пересмотрел прогнозы… Впервые на нашем политическом небосклоне появился луч надежды. Теперь чтобы предрекать успех сионизма, не нужно было быть романтическим оптимистом. Громыко стал сионистским героем.

 

Новости привели ишув в большое возбуждение. «Палестина в восторге от советской позиции», — кричал заголовок «Нью‑Йорк таймс». Крупнейший ивритский поэт ишува Натан Альтерман опубликовал стихотворение «Телеграмма Громыко». Вот отрывок из него:

 

Слов нет.
Ишув в изумлении.

Поймите: долгое время
мы были лишены новостей
со вкусом манны…
Это здоровое, теплое, доброе чувство
пловца, борющегося с волнами,
которому с берега вдруг бросили спасательный круг.

Обложка журнала ТIME. 18 августа 1947

 

Давид Бен‑Гурион вскоре встретился с Громыко в Нью‑Йорке. После этого, стараясь не преувеличивать значение речи, он заявил, что получил от Громыко «дополнительные разъяснения», которые были «позитивными» и «нимало не уменьшили впечатления», произведенного речью в ООН, которая имела «моральную и политическую ценность».

Эволюция советской поддержки

Как оказалось, осторожность Бен‑Гуриона была излишней. В течение следующих двух лет Советский Союз показал себя самым последовательным сторонником еврейского «государства в пути», а затем Израиля из числа великих держав. В эволюции советской поддержки можно выделить не менее пяти крупных событий.

(1) Когда UNSCOP в сентябре 1947 года внес рекомендацию о разделе, Советский Союз тут же поддержал ее. 26 ноября в ходе общих дебатов перед историческим голосованием Громыко немедленно встал на сторону сионистов, назвав «неприемлемым» возражение арабов, будто бы раздел является «исторической несправедливостью»:

 

…хотя бы уже потому, что еврейский народ был связан с Палестиной на протяжении длительного исторического периода времени. Кроме того, мы не можем упускать из виду <…> положение, в котором очутился еврейский народ в результате последней мировой войны… Решение вопроса о Палестине на основе разделения ее на два самостоятельных государства будет иметь большое историческое значение, так как такое решение будет идти навстречу законным требованиям еврейского народа, сотни тысяч представителей которого, как вы знаете, все еще являются бездомными, не имеющими своих очагов, нашедшими лишь временный приют в специальных лагерях на территориях некоторых западноевропейских государств.

 

Советский Союз проголосовал за раздел вместе со своими сателлитами Белоруссией, Украиной, Польшей и Чехословакией. (Еще один сателлит, Югославия, воздержался.)

(2) В марте 1948 года, когда Соединенные Штаты отошли от идеи раздела, Советский Союз твердо стоял на своих позициях и выступил резко против альтернативного предложения США об опеке ООН. 20 апреля, когда Британский мандат доживал последние дни, Громыко осудил идею опеки, которая поставит Палестину «в положение колониального рабства» . Только раздел на независимые государства «удовлетворил бы <…> законные устремления еврейского народа, столь сильно пострадавшего за время существования гитлеровского режима». Если вопрос об опеке будет поставлен на голосование, предупредил Громыко, Советский Союз проголосует против.

(3) Также в начале 1948 года Советский Союз хоть и не посылал собственного оборудования, не препятствовал заключению важнейшей сделки о поставке оружия Израилю из Чехословакии, которая обеспечивала Израилю преимущество в войне с палестинскими арабами, а в близости этой войны никто не сомневался. Чехи руководствовались практическими мотивами: им нужна была иностранная валюта. Но сделка зависела от согласия СССР (и по некоторым данным, от личного разрешения Сталина).

Поставки оружия позволили обеспечить каждого израильского новобранца собственным оружием и достаточным количеством боеприпасов. Оружие прибыло в самый последний момент, позволив «Хагане» продолжить наступление на пути к независимости («План Далет»).

«Они спасли страну, в этом я не сомневаюсь, — говорил Бен‑Гурион два десятилетия спустя. — Чешское оружие очень помогло нам, оно спасло нас, и я сильно сомневаюсь, что без него мы бы пережили первый месяц». Голда Меир в своих мемуарах тоже вспоминала, что без оружия из Восточного блока «кто знает, устояли бы мы <…> в черные дни начала войны, пока положение не переменилось в июне 1948 года?»

(4) В июне 1948 года, когда Израиль начал одерживать победы, СССР поддерживал большинство важных возражений Израиля против плана устройства, который продвигал посредник ООН граф Фольке Бернадот. В ответ на предложение Бернадота передать Трансиордании весь Негев министр иностранных дел В. М. Молотов сообщал Сталину, что этот план отдаст четыре пятых территории Израиля в руки Трансиордании — «т. е. под британский контроль» — и должен быть отвергнут. («Тов. Сталин согласен», — приписал к документу Молотов.)

(5) СССР также поддерживал Израиль по вопросу о палестинских беженцах. Вопреки предложению Бернадота дать этим арабам право вернуться на территорию еврейского государства, Советский Союз считал, что «евреям должна быть предоставлена возможность достичь соглашения с арабами по этому вопросу в ходе мирных переговоров». В самом конце войны, в декабре 1948 года, Советский Союз и его сателлиты проголосовали против резолюции 194 Генеральной ассамблеи, которая впоследствии стала считаться основанием «права на возвращение» палестинских арабских беженцев. (Соединенные Штаты голосовали «за».)

В целом Израиль вряд ли мог надеяться на большее. В октябре 1948 года Шарет докладывал израильскому кабинету министров, что «Восточный блок твердо нас поддерживает <…> В Совете Безопасности русские работают не просто как наши союзники, а даже как наши эмиссары» . Эбан отмечал, что в эти «два‑три года» Советский Союз «проявил больше постоянства в поддержке Израиля, чем даже Соединенные Штаты. Не было ни сомнений, ни колебаний». Более того, СССР постоянно «резко выступал против арабов». По мнению Эбана, это объяснялось советским политическим стилем, принципиально отличающимся от американского:

 

Тогда и позднее Советский Союз был либо за вас, либо против вас. Если он был за вас, то на 100 процентов; если он был против вас — то на 100 процентов. У Соединенных Штатов всегда были разнообразные цели, и они пытались сочетать эти цели в единую политику. Поэтому они никогда не были на 100 процентов за вас или на 100 процентов против вас. Никто не мог полностью доверять им, и никто не мог полностью отчаяться в них.

Зачем Сталин делал это

Зачем Сталин делал это? Этот вопрос волновал историков 70 лет. С момента падения Советского Союза исследователи изучили и опубликовали сотни советских документов, связанных с ранним периодом советско‑израильских отношений. К этим документам относятся политические рекомендации, поданные Сталину, и распоряжения советского Министерства иностранных дел, отправленные дипломатам, но нет ни одного документа, отражающего собственную позицию Сталина.

Поскольку внезапная перемена позиции вызывает недоверие, некоторые сомневались в том, что Сталин вообще сильно задумывался об этом. Так считал историк Вальтер Лакер. Через десять лет после описываемых событий Лакер выражал

 

определенное сомнение в том, что решение о поддержке образования еврейского государства было принято на высшем уровне; в свете последующего развития событий можно, по крайней мере, предположить, что действия Советского Союза предлагались какими‑то советниками Министерства иностранных дел, а Сталин рассеянно одобрял их.

 

Да, это возможно — но судя по советским документам, маловероятно. В июле 1947 года первый секретарь советского посольства в Вашингтоне утверждал, что «только после тщательного исчерпывающего анализа ситуации в Палестине Громыко был уполномочен выступить с заявлением» . В тот период, когда проводился анализ на высшем уровне, почти все советники Сталина по международным делам высказывались против раздела (как и советники Трумэна). Их общее мнение состояло в том, что поддержка еврейского государства вызовет «неблагоприятную реакцию» в арабском мире.

Только Сталин мог пойти поперек общего мнения. Подобного рода поворот официальной политики, утверждает специалист по истории холодной войны Владислав Зубок, «был немыслим без персонального решения Сталина <…> [Это был] риск, на который мог пойти только сам Сталин». И действительно, всем остальным слишком опасно было бы предлагать поддержать сионистский проект еврейского государства. Молотов, который в то время занимал пост министра иностранных дел и члена Политбюро, вспоминал позднее, что, когда возникла идея еврейского государства, «кроме нас, все были против. Кроме меня и Сталина» .

Так все же почему Сталин принял именно такое решение? Идею о каких бы то ни было филосемитских чувствах не рассматривал всерьез ни один историк. В Ялте в феврале 1945 года Сталин в разговоре с президентом Франклином Д. Рузвельтом называл евреев «перекупщиками, спекулянтами и паразитами». Нет свидетельств о том, что он изменил это мнение, разве что в худшую сторону. Дальше всего в своих оценках зашел Бенни Моррис , который полагал, что Советский Союз помимо соображений Realpolitik руководствовался мыслью «об ужасах Холокоста и чувством товарищества по отношению к другим пострадавшим от рук нацистов». Бернарда Льюиса подобная позиция не убеждает: «Трудно поверить, что таким человеком, как Сталин, истребившим бессчетные миллионы людей в собственных концлагерях, двигало сочувствие судьбе уцелевших жертв Гитлера».

В Америке в те годы господствовало мнение, что Сталин просто хотел посеять сумятицу. Раздел приведет к войне, которой независимо от ее исхода СССР может каким‑то образом воспользоваться. Так, второй номер в американском представительстве в ООН интересовался, «хотят ли русские раздела или же они стремятся к хаосу в Палестине». Ведущий специалист по Советскому Союзу в Госдепартаменте Джордж Кеннан назвал раздел «благоприятным для советской задачи сеять разлад и разногласия среди некоммунистических стран».

Во время заседания Организации Объединенных Наций. В третьем ряду справа налево Моше Шарет, Аба Сильвер, Голда Меир, третий от нее Андрей Громыко. Март 1948

Правда, остается неясным, каким именно образом это разногласие могло бы послужить советским интересам. Вплоть до речи Громыко в мае 1947 года (а в некоторых случаях и позже) все правительственные агентства США, связанные с этим вопросом, утверждали, что СССР выступит против раздела, чтобы добиться расположения арабов, и Америке придется заплатить высокую цену за поддержку этого проекта, утратив арабские симпатии. Поэтому неудивительно, что американцев сбил с толку советский шаг, казавшийся им чрезвычайно нелогичным.

Дин Раск, глава отдела ООН в Госдепартаменте, признавал, что был «озадачен новой просионистской политикой [CCCР]». Заместитель Госсекретаря Роберт Ловетт говорил, что «удивлен». Кеннан тоже не мог вообразить ничего подобного: «Невозможно сказать, каким именно образом СССР попытается обратить раздел в свою пользу». («Следует признать, однако, — оговаривался он, — что Москва предпримет все усилия, чтобы найти способ воспользоваться этим шансом».)

Большинство проницательных специалистов в области советской политики полагали тогда и полагают сейчас, что у Сталина есть вполне конкретный и убедительный мотив. К 1947 году холодная война уже начинала проникать в Средиземноморье и на Ближний Восток через Грецию, Турцию и Иран. Сталин мог прийти к выводу, что вопрос о еврейском государстве может стать эффективным рычагом, чтобы удалить Британию из самого сердца этого региона. Британцы могут и дальше контролировать под своей властью арабов Трансиордании и Ирака и крепко удерживать Египет. Но еврейское государство полностью выдавит британцев из Палестины. Правда, такая политика имеет свою цену: (немногочисленные) арабские коммунистические партии будут разочарованы. Но это ничтожная цена за то, чтобы гарантировать позорное изгнание Британии с одной из самых важных ее баз на Ближнем Востоке.

Крупнейшему сионистскому дипломату Элияу Сассону, который был специалистом по арабской политике, это было ясно уже в июне 1946 года. Со своей выгодной позиции он наблюдал, что по всему Ближнему Востоку Советский Союз противостоит Британии. Он пришел к пророческому выводу:

 

Нам не только не следует опасаться, что русские займут враждебную нам позицию, но напротив — существуют серьезные основания полагать, что позиция СССР окажется дружественной не потому, что они симпатизируют нам или ненавидят арабов, а исходя из необходимости свести политические счеты с англичанами .

 

Антибританские соображения фигурируют и в некоторых советских политических документах, и в ретроспективе все представляется абсолютно логичным. Но поскольку из уст лично Сталина ничего не исходило, загадка остается. Молотов не прояснил ситуацию в 1972 году, когда пытался дать спутанное объяснение своим действиям:

 

Одно дело быть против сионизма — это осталось неизменным в политике, против буржуазного направления, а другое дело — против народа еврейского… А евреи, они давно боролись за свое государство, под сионистским флагом, и мы, конечно, были против. Но если народу отказать в этом, значит, мы их давим .

 

Парадокс: Государство Израиль возникло благодаря важнейшей поддержке режима, который продолжал себя считать «против сионизма», «конечно».

Сионисты обхаживают Россию

Еще один ключевой элемент, отмеченный мною выше, поможет нам дополнить картину. Поддержка Советским Союзом идеи раздела и образования Израиля обычно считается «неожиданной удачей» (по выражению Эбана), заставшей сионистов врасплох. Но в течение нескольких лет до речи Громыко сами сионистские лидеры прикладывали огромные усилия, чтобы добиться этой поддержки. Конечно, в 1947 году они удивились, но кое‑кто из них поверил, что их многолетние усилия наконец‑то начали приносить плоды.

Главными героями этой саги были Вейцман и Бен‑Гурион. Но в самом центре стоит человек, имя которого почти забыто в истории Израиля, — Иван Михайлович Майский.

С 1932 по 1943 год Майский был послом Сталина при Сент‑Джеймсском дворе. Выходец из семьи польских евреев, он с юности присоединился к революции и провел Первую мировую войну в изгнании в Англии. Вернувшись в Россию после революции 1917 года, он вступил в партию большевиков и использовал свое обаяние на дипломатической службе.

Отправленный обратно в Лондон, Майский подружился с ведущими представителями британской политической и интеллектуальной элиты, от Невилла Чемберлена и Уинстона Черчилля до Джорджа Бернарда Шоу и Беатрисы Вебб . Современные историки благодарны Майскому за подробнейший дневник, из которого видно, как он лавировал в переменчивых политических водах и искусно поддерживал советско‑британские отношения на протяжении большей части войны.

На него обратил внимание Хаим Вейцман, который руководил сионистской дипломатией из Лондона. Во время предыдущей мировой войны Вейцман предвидел падение Османской империи, сделал ставку на Британию и много сделал для появления Декларации Бальфура. К 1941 году престарелый сионистский деятель, президент Всемирной Сионистской организации страдал от того, что Британия нарушила свое обещание упростить создание еврейского национального очага в Палестине. Теперь казалось, что новая мировая война сокрушит Британскую империю, открыв новые возможности для Ближнего Востока. Кто заполнит образовавшийся вакуум? На кого могут рассчитывать сионисты?

Вейцман не питал никаких иллюзий по поводу Сталина. Помимо известного перечня предательств, совершенных советским диктатором, у Вейцмана были собственные основания знать о его жестокости. Хотя большинство братьев и сестер Вейцмана уехали из России до 1917 года, младший брат Самуил вернулся, чтобы строить новое общество, и сгинул во время Большого террора конца 1930‑х годов.

Несмотря на это, Вейцман полагал, что при определенных обстоятельствах Сталин может выразить готовность помочь сионистскому делу, — а Иван Майский был самым близким к Сталину человеком в Лондоне. «На днях у меня был неожиданный гость, — записал Майский в дневнике в феврале 1941 года, — известный лидер сионизма доктор Вейцман». Майского поразило достоинство, с которым держался этот «высокий, немолодой, элегантно одетый джентльмен», который «прекрасно говорит по‑русски» и у которого «спокойная, медлительная речь» .

В разговоре этот человек, которому евреи были обязаны Декларацией Бальфура, высказал мнение о скором прекращении союза между британцами и сионистами. Англичане, считал он, «не любят евреев» и «предпочитают арабов евреям». Они вряд ли пойдут на то, чтобы поселить в Палестине «4‑5 млн евреев из Польши и других стран». Вейцман поставил вопрос ребром: «Что может сулить евреям британская победа?» Подразумевался ответ: когда война закончится, сионисты заявят об окончательном разводе с Британией и будут открыты для новых отношений.

Так начались обхаживания Майского — совместный проект Вейцмана и Бен‑Гуриона. Они состояли в инициативах и меморандумах, в которых сионистские лидеры развивали поставленные темы: евреи ведут решительную борьбу за свободу, еврейское государство будет нейтральным, а арабы — либо британские агенты, либо коллаборационисты, сотрудничающие с нацистской Германией.

В числе прочего двое лидеров стремились убедить Майского, что Палестина — единственное решение для отчаявшихся евреев Европы. В течение всего периода мандата критики сионизма заявляли, что страна не может принять достаточно евреев, чтобы решить европейский еврейский вопрос. Сионисты особенно активно пытались убедить Майского в обратном.

Советский посол при Сент‑Джеймсском дворце Иван Майский

Поэтому, когда на первой их встрече Майский «выразил удивление, как это на территорию, занимаемую миллионом арабов, Вейцман собирается привезти 5 млн евреев», Вейцман ответил, что араб — «отец пустыни <…> Дайте мне землю, занимаемую миллионом арабов, и я прекрасно устрою на ней пятикратное число евреев». На второй встрече, состоявшейся в сентябре 1943 года, Майский повторил свои сомнения относительно «малых размеров» Палестины, на что Вейцман ответил ссылками на отчет известного американского инженера, специалиста по ирригации, Уолтера Клея Лаудермилка, по оценкам которого страна может вместить еще 4 млн еврейских беженцев из Европы. Через месяц Майский обсуждал тот же вопрос с Бен‑Гурионом: «Мы хотим знать правду, какова вместимость Палестины?» Ответ Бен‑Гуриона был скромнее, он говорил о 2 млн евреев и через несколько дней предоставил Майскому соответствующий меморандум.

Оба сионистских лидера заверили Майского, что социально‑экономическое устройство ишува не только сравнимо с коммунизмом, но даже напоминает его. Кибуцы, подчеркивал Бен‑Гурион в октябре 1941 года, хотя и близки к коммунизму идеологически, «с экономической точки зрения <…> являются коммунистическими». Палестина представляет собой очаг «единственного организованного рабочего движения на всем Ближнем Востоке» и «ядром социалистического содружества».

В марте 1943 года Вейцман направил Майскому меморандум, содержавший такой хитрый льстивый пассаж:

 

Три фундаментальных аспекта советской социальной философии воплотились в национальной системе, выстроенной в Палестине сионистским движением: коллективное социальное обеспечение и отсутствие индивидуальной выгоды представляют собой руководящий принцип и цель экономической структуры; в обществе существует равенство положения между работниками ручного и интеллектуального труда; тем самым обеспечивается максимальный простор для интеллектуальной жизни и трудового развития. Нет фундаментальных психологических преград для взаимопонимания, и сионистское движение никогда не испытывало антагонизма к советской социальной философии.

 

Война продолжалась, и когда советские войска начали оттеснять немцев обратно в Европу, сионистские лидеры увидели, что их усилия начинают окупаться. В сентябре 1943 года, когда Майский собирался уехать из Лондона в Москву для участия в планировании послевоенного устройства мира, Вейцман встретился с ним в последний раз. Сионисты, сказал Вейцман, «питают дружеские чувства к России и надеются, что советское правительство поймет их цели». Майский ответил, что «он не может давать обязательств от имени своего правительства, но полагает, что СССР поддержит их <…> Он думает, что Россия обязательно выступит на их стороне», — первый намек на тот драматический взрыв, который произвела речь Громыко в ООН три с половиной года спустя (или предчувствие этого взрыва).

Путь Майского в Москву лежал через Ближний Восток, и в октябре он посетил Палестину. Теперь он уже по собственной инициативе встретился с Бен‑Гурионом, который повез его и его жену в два кибуца неподалеку от Иерусалима. Майский вел себя так, как будто он находится в официальной поездке для выяснения фактов, проявил большой интерес к общинной жизни кибуца и даже сфотографировался вместе с Бен‑Гурионом и Голдой Меир.

Вернувшись в Иерусалим, Майский сказал Бен‑Гуриону, что «после войны встанет серьезный еврейский вопрос и его нужно будет решать; нам нужно будет выразить свое мнение, так что мы должны знать». Бен‑Гурион с трудом поверил в такой поворот событий. «Все это стало для меня большим сюрпризом, — сообщал он коллегам. — Это как откровение. Мне трудно поверить в это. Это накладывает на нас обязательства — еще одна страна, которая проявляет интерес к этому вопросу».

Майский составил меморандум о своем визите в Палестину. Этот меморандум не видел ни один историк, поэтому он остается предметом бесконечных спекуляций — и хотя подробности неизвестны, суть его вполне ясна. Тогдашний нарком иностранных дел Украины сказал, что доклад «полон восхищением перед удивительными прогрессивными достижениями евреев в Палестине» . Лидер британских социалистов Гарольд Ласки в 1944 году говорил Бен‑Гуриону: «Я читал секретный отчет Майского и стал сионистом».

Произвел ли меморандум аналогичный эффект в Москве? Историк Габриэль Городецкий, переводчик и издатель дневников Майского, опровергает предположение, что усилия сионистов по привлечению симпатий Майского стали решающим фактором. Майский «обманул» Бен‑Гуриона, позволив тому предположить, что он обладает решающим влиянием на советскую внешнюю политику. Хотя он и подготовил для Сталина «хвалебный доклад», сам он к тому времени уже утратил свои позиции. По возвращении Майского в Москву в 1943 году, пишет Городецкий, «двери Кремля наглухо закрылись перед ним». Хотя он продолжал консультировать Сталина на Ялтинской и Потсдамской конференциях, к концу 1945 года он потерял все посты в министерстве. Сионистские лидеры только воображали, что их заигрывания с Майским имели какое‑то отношение к решению Сталина.

В определенном смысле так оно и есть: Сталин принял решение более чем через три года после доклада Майского, в контексте холодной войны. Но сами по себе контакты сионистов с Майским представляли собой только одну грань более широкой кампании, предпринятой целым рядом сионистских дипломатов (в том числе Шаретом, Эпштейном и Нахумом Гольдманом) в советских миссиях от Вашингтона до Анкары. Эта кампания продолжалась вплоть до речи Громыко.

Сионистские государственные деятели, участвовавшие в ней, не были наивны и не страдали от недостатка информации о происходящем в Советском Союзе. В частности, глубокими и обширными познаниями о ситуации в СССР обладал Бен‑Гурион. Еще молодым активным деятелем социалистического движения он провел там три месяца в 1923 году и впоследствии свидетельствовал, что «мы [сионисты] всегда выражали любовь к великой революции в России». Но в 1928 году советские власти запретили даже самые социалистические формы сионизма, и Бен‑Гурион сказал, что все стало видно «в истинном свете». Он прекрасно понимал, что примирение с Москвой «не станет результатом кибуцного движения <…> или перевода Ленина или Сталина на иврит».

И все же он и его коллеги знали также, что говорить, чтобы казалось, что поддержка еврейского государства соответствует если не советской идеологии и пропаганде, то, по крайней мере, интересам СССР (и умели сказать это по‑русски). И в момент принятия решения так оно и оказалось. В июле 1947 года второй секретарь советского посольства в Вашингтоне сказал Эпштейну, что в Советском Союзе прекрасно знают, «что наши опыты по созданию коллективных хозяйств не имеют ничего общего с марксистским толкованием принципов коллективизма» . Но, добавил он, похоже, что ишув представляет собой «миролюбивое, демократическое и прогрессивное общество <…> которое сможет воспрепятствовать распространению антисоветских настроений, которые так легко возникают в реакционных правящих кругах в арабских странах в настоящее время».

Могла ли подобная трансформация советских взглядов произойти без многолетних усилий сионистской дипломатии? И произошла бы она вовремя? Историки могут спорить на эту тему. Но у сионистов сомнений не было: каким‑то образом им удалось склонить чашу весов на свою сторону.

Почему Советский Союз отвернулся от Израиля?

Описывая поддержку, оказанную Советским Союзом сионистскому движению, Вальтер Лакер писал, что «без него у них не было бы шансов». И все же эта поддержка так и не стала основанием для долгосрочного союза. Уже к 1949 году между Советским Союзом и Израилем начались конфликты. Что же произошло?

Если верно, что задача СССР состояла в том, чтобы выдавить с Ближнего Востока Британию, то к 1949 году эта цель уже была достигнута. Израиль одержал решающую военную победу и даже завоевал Негев, который Британия надеялась сохранить в качестве моста между Египтом и Трансиорданией. Окончательный уход Британии с Ближнего Востока займет еще десятилетие, но отступление началось уже с момента создания Израиля. Что касается стратегических задач СССР, то здесь «миссия была выполнена».

Но СССР не просто прекратил поддержку; он стал проявлять открытую враждебность. Маятник качнулся в обратную сторону в силу целого ряда факторов, включая усиливавшуюся по всем направлениям паранойю Сталина. Существовала и внутренняя проблема, в которой оказались замешаны советские евреи.

Во время войны сионистские лидеры гарантировали советским властям, что инициированное ими движение за возвращение не коснется евреев СССР. «О них [советских евреях] я не беспокоюсь», — сказал Вейцман Майскому на первой встрече.

 

Ничто им не угрожает. Пройдет 20–30 лет, и, если в вашей стране сохранится нынешний режим, они ассимилируются <…> Советские евреи постепенно войдут как неотъемлемая составная часть в общее русло русской жизни. Мне это, может, не нравится, но я готов с этим мириться: по крайней мере, советские евреи стоят на дороге, и судьба их не заставляет меня содрогаться.

 

Но когда в 1947 году Громыко объявил о повороте в советской внешней политике, советских евреев охватила волна эйфории. Повсюду, от синагог до трудовых лагерей, евреи открыто выражали сионистские чаяния. Эта лихорадка только усилилась после принятия резолюции о разделе, провозглашения государства и, наконец, прибытия в сентябре 1948 года Голды Меир в качестве первого посла Израиля. В первую субботу ее пребывания в Москве десятки тысяч евреев заполнили улицы вокруг главной городской синагоги. То же самое повторилось в Рош а‑Шана и Йом Кипур. Меир в своих мемуарах ярко описывает эту сцену:

 

Нас ожидала пятидесятитысячная толпа. В первую минуту я не могла понять, что происходит и даже кто они такие. Но потом я поняла. Они пришли — добрые, храбрые евреи, — пришли, чтобы быть с нами, пришли продемонстрировать свое чувство принадлежности и отпраздновать создание Государства Израиль… Кто‑то втолкнул меня в такси. Но такси тоже не могло сдвинуться с места — его поглотила толпа ликующих, смеющихся, плачущих евреев… Только и сумела я пробормотать не своим голосом одну фразу на идише: «А данк айх вос ир зайт геблибен иден!» («Спасибо вам, что вы остались евреями!») .

Голда Меир в качестве посла Израиля в Москве, возле Московской хоральной синагоги. 4 октября 1948

 

Все это было очень трогательно. Но Мордехай Намир, первый секретарь израильской дипломатической миссии, вспоминал, что спонтанная демонстрация вызвала «нехорошее предчувствие, поскольку существовали подозрения, что столь откровенное поведение общины перешло принятые границы <…> и мы участвовали в весьма трагическом событии».

Дальнейшее подтвердило его опасения. В своей речи Громыко указывал, что «ни одно государство в Западной Европе» не гарантировало евреям элементарных прав (курсив мой. —&nbsp;М. К.). Имелось в виду, что права советских евреев ничем не ущемлены; теперь, когда они явно демонстрировали обратное, взывая к Израилю как к своему спасителю, власти оказались застигнуты врасплох. С каждым месяцем они испытывали все большее беспокойство по поводу распространения сионистских настроений внутри страны.

Итак, у Сталина были самые веские причины для беспокойства по поводу влияния его собственной политики на два с половиной миллиона советских евреев, которые после Холокоста составляли самое многочисленное еврейское население Европы. Десятилетия репрессий внезапно были забыты, и начался этнический и национальный подъем, который, в свою очередь, потребовал еще более жестоких репрессивных мер. Уже к концу 1948 года началось явление, которое один историк назвал «тайным погромом», направленным против известных евреев, обвиненных в сионистском заговоре.

Последовавшие гонения начала 1950‑х годов, от показательного процесса и казни в Праге Рудольфа Сланского и других высокопоставленных членов Коммунистической партии Чехословакии до московского «дела врачей», говорят сами за себя. Достаточно отметить, что в Советском Союзе и в странах, находившихся под его влиянием, внутренний антисемитизм и враждебность к Израилю стали неотделимы друг от друга.

Сионисты предпочитают Запад

Не только Сталин осуждал сионизм и ненавидел евреев. Крупнейшие сионистские лидеры, в свою очередь, тоже не особенно высоко ценили Сталина или Советский Союз. Их предпочтения лежали на Западе.

Это, правда, не касается крайне левых сионистских группировок, которые в 1948 году объединились в израильскую партию МАПАМ. До пражских процессов 1952 года большинство ее членов, многие из которых играли важные роли в военной структуре ишува, высоко ценили Советский Союз. Портреты Сталина украшали столовые некоторых кибуцев, а КГБ успешно вербовал агентов из числа руководителей МАПАМ. Но просоветски настроенные левые даже в период максимального успеха не собирали более 15% голосов — таков был их результат на первых израильских выборах 1949 года, — и после этого переживали неуклонный упадок.

Верно также и то, что во время максимальной советской поддержки волна благодарности охватила весь ишув. Особенно интересное свидетельство оставил венгерский писатель еврейского происхождения Артур Кёстлер, который провел в Израиле большую часть 1948 года. Бывший коммунист, агент Коминтерна во время Гражданской войны в Испании, Кёстлер получил известность благодаря написанному в 1940 году роману «Слепящая тьма». Действие книги разворачивается в 1938 году, в самый разгар Большого террора, и содержит обвинения в адрес Сталина.

В репортаже, написанном в Израиле в июне 1948 года, Кёстлер отмечал, что «вашего корреспондента трудно заподозрить в сталинизме» (и это еще мягко сказано):

 

И все же если бы он вынес то, что вынесли люди здесь за последние шесть месяцев, когда одна ведущая западная демократия [Великобритания] вела против них почти неприкрытую войну, а вторая [Соединенные Штаты] наблюдала за этим, психологическое давление обстоятельств, возможно, заставило бы даже его симпатизировать [коммунистической России] <…> Почти еженедельные колебания американской политики, парадоксальное сохранение эмбарго на экспорт оружия, лишающее Израиль возможности защитить себя, притом что Америка признала существование Израиля, усиливают общее чувство горечи и разочарования Западом.

 

Кёстлер был свидетелем «спонтанного всплеска симпатии и благодарности» по отношению к Советскому Союзу среди израильтян. Тем не менее он считал, что этот «эмоциональный перекос» скоро пройдет. Большинство евреев Палестины, в том числе в Рабочей партии, к которой принадлежал Бен‑Гурион,

 

осознавали, что жест России служит исключительно ее собственным политическим целям. Они хорошо помнили, что в России 30 лет преследовали сионизм, объявляя его фашистским движением. Внезапный и радикальный поворот советской политики <…> представляет собой слишком очевидный маневр, чтобы обмануть их.

 

Для Кёстлера было совершенно очевидно, что основная часть сионистов отдает предпочтение Западу; внезапная симпатия к СССР возникла только из‑за противоречивого поведения Запада.

Однако эта симпатия подкрепляла подозрения американских противников сионизма, сидевших в Госдепартаменте, ЦРУ и Пентагоне, которые утверждали, что еврейское государство станет сателлитом СССР и под видом еврейских беженцев его наводнят советские агенты. Сионистские лидеры постоянно опровергали это обвинение. Первым из них был Вейцман, который накануне голосования по разделу отправил письмо Трумэну. Вейцман призывал президента не верить тем, кто предсказывает, «будто наш проект в Палестине каким‑то образом может быть использован в качестве канала для инфильтрации коммунистических идей на Ближний Восток»:

 

Ничто не может быть дальше от истины. Наши иммигранты из Восточной Европы — это именно те, кто покидает коммунистические страны, с которыми они не желают иметь ничего общего. Иначе они не стали бы покидать их. Если бы Советский Союз всерьез предпринял попытку распространить через иммигрантов коммунистическое влияние, он легко мог бы это сделать в предшествующие десятилетия. Каждые выборы и все исследования, проводившиеся в Палестине, свидетельствуют о ничтожности поддержки коммунизма в нашей общине.

 

Помимо этого ишув все больше тяготел к Соединенным Штатам, чья еврейская община стала теперь крупнейшей в мире. Заняв пост президента Израиля, Хаим Вейцман заверял первого посла США Джеймса Макдональда, что «наш народ демократичен и понимает, что только благодаря сотрудничеству с Соединенными Штатами и их поддержке мы сможем обрести силу и сохранить свободу». Ему вторил Бен‑Гурион, который сказал Макдональду, что «Рим станет коммунистическим прежде Иерусалима».

Макдональд согласился. «Когда наступал момент и Израилю приходилось делать выбор, — писал он впоследствии, — это выбор всегда был прозападным». Советский посол Павел Ершов был согласен с ним, жалуясь, что Израиль «все больше сдвигается к американской позиции» и «может полностью капитулировать перед американцами, став инструментом для реализации их экспансионистских планов».

Формально, однако, Израиль заявлял о своем «нейтралитете» в отношениях между Востоком и Западом — это было важно для предпринимавшихся попыток вызволить сотни тысяч евреев, оставшихся в странах‑сателлитах Советского Союза. Первые руководители Израиля при всем их желании заручиться поддержкой Соединенных Штатов не стеснялись укреплять отношения и с Советским Союзом, намекая, что они могут и качнуться в сторону Москвы. Сам Вейцман предупреждал, что, если Запад «унизит и бросит Израиль в ООН и других международных организациях», народ Израиля «отдалится» и (надо полагать) обратится к Советскому Союзу. Кёстлер считал, что это невозможно, но его беспокоило, что Бен‑Гурион и Шарет «слишком робко» говорили об этом, давая Вашингтону основания подозревать, что Израиль «может переметнуться на другую сторону».

Оглядываясь назад, такой сценарий представляется невероятным. Но его допущение и стремление предусмотреть его, возможно, действительно, сыграли роль в том решении, которое теперь считается рождением израильско‑американских отношений. На ключевой встрече, в ходе которой Трумэн принял решение немедленно признать Израиль, советник Белого дома Кларк Клиффорд высказал соображение, что, признав Израиль первыми, США смогут «опередить СССР». Один наблюдатель отметил преобладание «весьма оправданного подозрения, что быстрое признание США было обусловлено, главным образом, страхом, что Советский Союз может сделать это первым». Среди мотивов, которыми руководствовался Трумэн, желание обойти СССР могло играть не последнюю роль.

После провозглашения Декларации независимости Государства Израиль. Май 1948. Getty Images

По мере того как Израиль укреплялся, усиливалась и холодная война. В июле 1948 года Филипп Джессап, второй человек в американском представительстве в ООН, уже описывал Израиль как «более чем достойного противника» любой комбинации арабских сил. Джессап также сообщал, что Израиль «осознает недостатки слишком близкой связи с Советским Союзом» и «признает, что может добиться больших преимуществ от более тесной связи с США и другими западными державами». Предупреждая, что, если Израиль «бросится в объятия Советского Союза, он может стать силой, действующей к большому ущербу для США, Великобритании и других стран Запада», Джессап приходил к ясному выводу: «справедливое» обращение с Израилем превратит его в «силу, действующую в нашу пользу».

Путь от «справедливого обращения» с Израилем до стратегического союза с Соединенными Штатами, заключенного после 1967 года, оказался долгим и довольно извилистым. Но цель его состояла в том, чтобы вывести Израиль из орбиты СССР — и это была американская реакция на крайне маловероятный сценарий, который показался реальным только в силу странных, но упорных усилий Сталина поддержать еврейское государство в момент его рождения. В этом случае, возможно, у Израиля есть еще одно основание благодарить Сталина: он против собственной воли помог Израилю установить первые контакты с Соединенными Штатами.

Уроки для сегодняшнего дня

В 1961 году Министерство иностранных дел СССР опубликовало сборник основных документов по советско‑арабским отношениям. Хотя редакционную коллегию возглавлял сам Громыко, в эту книгу не вошла ни одна из его речей в ООН в поддержку Израиля. В изданных в 1988 году на русском языке мемуарах Громыко также ни разу не упоминает, что Советский Союз поддерживал Израиль в 1947 и 1948 годах и о том, какую роль он сыграл в провозглашении Израиля. В СССР хотели стереть весь этот эпизод из памяти и заставить арабских сателлитов сделать то же самое. «Теперь это [Израиль] в нехорошее дело вылилось, — рассуждал Молотов в старости, отвечая на вопрос о советской поддержке образования Израиля, — но Г‑споди Б‑же мой!.. А то, что есть американский империализм, — хорошее дело?»

К счастью, за последние два десятилетия несколько талантливых историков провели огромную работу, чтобы открыть архивы и рассказать эту историю во всех подробностях. Собирая данные для этого очерка, я полагался, главным образом, на их публикации. К числу этих историков относятся прежде всего Яаков Рои, Арнольд Краммер и Ури Бялер, чьи внушительные труды появились еще до распада Советского Союза; а также Габриэль Городецкий, Биньямин Пинкус и Лоран Рюкер, чья работа в открывшихся впоследствии архивах привела к многочисленным новым открытиям. Существует множество важнейших научных статей других авторов, отвечающих на различные вопросы, связанные с этой историей, но многое до сих пор не выяснено.

Но все же этим вопросом занимаются очень мало. И израильские дипломаты, и американские сионисты предпочитают рассказывать одну и ту же простенькую сказку, отраженную в заявлении посла Данона: «С тех пор как президент Трумэн стал первым мировым лидером, признавшим еврейское государство, у Израиля не было лучшего друга, чем Соединенные Штаты Америки». Всем нравится 70‑летняя история любви между маленьким воинственным Израилем и величайшей сверхдержавой и демократией мира. Но как мы видели, это заявление, вполне точное в отношении последних лет, не соответствовало истине в те годы, когда Советский Союз, по словам первого посла Израиля в ООН Абы Эбана, «поддерживал Израиль еще активнее, чем даже Соединенные Штаты».

К сожалению, за искажение истории приходится платить. Во‑первых, не получает освещения истинное значение международного признания, которого удостоился Израиль во время голосования по разделу. Да, потребовались героические усилия сторонников раздела, в том числе Соединенных Штатов, чтобы заручиться необходимыми двумя третями голосов в Генеральной ассамблее. Но успешный исход был обусловлен тем принципиальным фактом, что обе державы‑победительницы, Соединенные Штаты и Советский Союз, поддержали раздел и создание еврейского государства. Это сближение создало восходящий поток и привлекло другие страны.

Аба Эбан считал раздел «первым советско‑американским соглашением послевоенной эры». То, что таким соглашением стало создание еврейского государства, говорит о том, как глубоко заложены основы международного признания Израиля. Многие арабские апологеты все еще пытаются показать, что то или иное голосование в Генеральной ассамблее было обусловлено подкупом или сделкой, и действительно, в ноябре 1947 года сторонники раздела задействовали все возможные методы. Но обе сверхдержавы объединились, и нужно было питать особенную враждебность к сионизму, чтобы проголосовать против. За несколькими исключениями, это были только страны, населенные преимущественно мусульманами.

Во‑вторых, ложная идея о том, что Соединенные Штаты были «лучшим другом» Израиля в 1948 году, умаляет заслуги самих первых израильтян. Гораздо проще было бы победить палестинских арабов и даже союзные арабские армии при поддержке величайшей мировой державы. Но у Израиля такой поддержки не было. На встрече с госсекретарем Джорджем Маршаллом Шарет высказался довольно резко (в соответствии с записями первого секретаря Совета министров Израиля Зеэва Шарафа):

 

Соединенные Штаты, продолжал [Шарет], не помогли основать Израиль; [они] содействовали только, проголосовав в ООН, и этого мы не забудем. Но мы, еврейский народ, сказал он, сражались в Палестине сами, без какой‑либо помощи. Мы просили оружия, но нам его не дали; мы просили военных директив, но с ними тянули; наконец, мы попросили броню для автобусов, и даже в этом нам было отказано. Все, чего мы добились, мы достигли исключительно собственными силами.

 

Шарет был слишком дипломатичен, чтобы напомнить Маршаллу о том, что сделал для Израиля Советский Союз.

В мае 1949 года Трумэн отправил Бен‑Гуриону письмо с угрозами, критикуя послевоенную позицию Израиля по границам и беженцам. Трумэн упомянул, что американское правительство (и народ) «предоставили щедрую поддержку образованию Израиля». В своем дневнике рассерженный Бен‑Гурион опровергает эту инсинуацию, преуменьшая даже поддержку США в ходе раздела:

 

Государство Израиль возникло не вследствие резолюции ООН. Ни Америка, ни какая‑либо другая страна не содействовали выполнению этой резолюции и не помешали арабским странам (и британскому мандатному правительству) объявить нам тотальную войну в нарушение резолюций ООН. Америка пальцем не шевельнула, чтобы спасти нас, наоборот, она ввела эмбарго на оружие, и если бы мы потерпели поражение, она не стала бы воскрешать нас.

 

Основатели Израиля сомневались в том, что Соединенные Штаты твердо стояли на стороне молодого государства в момент его создания. Своим существованием, считали они, Израиль обязан только собственному мужеству и стойкости — а также ящикам с оружием, отправленным по приказу Сталина и купленным за миллионы долларов, которые собрали американские евреи.

Резолюция 181, принятая Генеральной ассамблеей ООН 29 ноября 1947

В‑третьих, рассказывая историю раздела как историю «спасительницы Америки», мы лишаемся важнейших уроков. Гений сионистской дипломатии в 1947 году, как и в 1917 году, состоял в том, чтобы точно определить, какие силы переживают взлет, а какие упадок, и суметь играть на противоборствах. Сионисты были слишком опытными политиками, чтобы полагаться на дружбу только одной державы. Конечно, можно сказать, что у сионизма вообще не было верных «лучших друзей». Мировые войны, революции, крушение империй — сионистские лидеры не видели постоянных величин в международной политике и неустанно следили за первыми признаками изменений в политике и соотношении сил. Сионисты практиковали диверсификацию в дипломатии, никогда не говорили «никогда» и никогда не принимали отказа.

Ни один сионист сегодня и не подумал бы праздновать годовщину голосования по разделу, прославляя мудрое предвидение товарища Сталина. Но прославлять только Трумэна как нового Кира — это отказ от идеи многообразия возможностей (и неверное обращение с историей). В тот день мир приветствовал рождение еврейского государства в Палестине. Это стало возможным благодаря тому, что проницательные и упорные еврейские государственные деятели и дипломаты убедили лидеров великих держав, антагонизм которых неуклонно возрастал, что еврейское государство послужит интересам каждого из них.

«Если говорить о советской и американской политике, — писал Пол Джонсон в статье 1998 года, которую я цитировал в самом начале, — Израиль пробился на свет через едва приоткрытое и внезапно закрывшееся окошко». Сионистские политики — в строгом соответствии с сионистскими военными — смогли приоткрыть это окошко достаточно широко и на достаточный срок, чтобы Израиль проскочил в него. Именно это достижение и достойно памяти и празднеств во Флашинг‑Медоус 70 лет спустя. Сага о голосовании по разделу — не только часть американской истории, это напоминание о том, что Израиль всегда должен проявлять невероятную ловкость, маневрируя среди различных сил, и никогда не полагаться только на одну. Это было критически важно в момент рождения Израиля и может оказаться критически важным опять.

И наконец, есть еще одна причина для размышлений по мере приближения Израиля к 70‑й годовщине. В начале ХХ века одновременно произошли сионистская революция и революция в России. Обе они возникли из‑за схожего недовольства, примерно в одном и том же географическом пространстве. Неудивительно, что обе они конкурировали за признание и энергию евреев. Советский Союз продержался почти 69 лет, с 1922 до 1991 года. Начиная с этого года Государство Израиль становится старше, и оно продолжает процветать. Израиль выиграл войну за евреев, подобно тому как Соединенные Штаты выиграли холодную войну.

Советское наследие заслуживает всякого порицания и в отношении Израиля. Позднее Советский Союз вооружал арабов и провоцировал их развязывать с Израилем кровопролитные войны, которые принесли множество страданий. Но Израиль обязан этому жестокому режиму ХХ века двумя вещами. Во‑первых, отцы‑основатели Израиля, как видно из этого очерка, в самом начале заручились важнейшей поддержкой Советского Союза. И во‑вторых, он спас миллионы евреев от уничтожения нацистами — тех евреев, потомки которых резко увеличат население Израиля после распада СССР.

Все это не умаляет преступлений, совершенных Сталиным, который по жестокости не уступает Гитлеру. Вся эта история напоминает о том, что, хотя Израилю всегда стоит отдавать предпочтение хорошей компании, всеми остальными пренебрегать тоже не следует. 

Оригинальная публикация: Who Saved Israel in 1947?

В Израиле не задают вопрос, кто победил нацизм

Парадным маршем, под песни военных лет, под звуки военного оркестра ветераны Великой Отечественной войны вышли в этот день на центральные улицы Иерусалима на парад Победы.

В Израиле, где День Победы отмечается, как и в России – 9 мая, в колонне рядом с героями, победившими нацизм, идут сегодня и министры, и депутаты Кнессета, и школьники, и солдаты боевых частей. Это государственный праздник, это сегодня понимают здесь все: без разгрома гитлеровской Германии государство Израиль не появилось бы на политической карте мира.

"Это важнейший исторический день, когда советские войска и силы союзников победили зло и принесли в этот мир надежду", – заявил министр обороны Бени Ганц.

Когда-то, в начале девяностых, в Израиль переехали 50 тысяч бойцов Красной армии, ветеранов Великой Отечественной. С тех пор здесь не задают вопросов о том, кто освободил Освенцим, кто остановил кровавый маховик Холокоста, кто брал Берлин и как семнадцатилетний сержант Исраэль Гитман писал мазутом свои фамилии на колоннах Рейхстага.

Сегодня в 45 городах Израиля на улицы выходят ветераны, выходят в колоннах "Бессмертного полка" дети и внуки, с портретами тех, кто не дожил до сегодняшнего праздника. Через всю страну, от Хайфы до Эйлата под красным знаменем Победы проходит мотопробег, и волонтеры навещают и поздравляют тех, кто не может выйти на парад с боевыми товарищами.

Торжества, посвященные Дню победы в Иерусалиме, начинались у памятника героям Ленинградской блокады. У подножия стелы здесь всегда живые цветы. Здесь собираются ветераны, сюда приводят своих детей иерусалимцы.

Цветы и венки возлагают и у белоснежных мраморных крыльев, распахнутых над морской синью в Нетании. Памятник победившим германский фашизм красноармейцам – единственный такого рода монумент, воздвигнутый в двадцать первом столетии в дальнем зарубежье.

Израильтяне, как и россияне, лучше других понимают, что такое "праздник со слезами на глазах". поэтому народный гимн праздника "День Победы" здесь поют перед гимном национальным – "Надеждой".

обзор отечественной историографии – тема научной статьи по истории и археологии читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

Международные отношения. Политология. Регионоведение Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2007, № 4, с. 165-1 69

ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНО-ПОЛИТИЧЕСКИХ КООРДИНАТ В ПЕРИОД «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ»:

ОБЗОР ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ

© 2007 г. И.В. Рыжов

Нижегородский госуниверситет им. Н.И. Лобачевского [email protected]

Повтупола врндакцою 6.06.2007

Рассматриваются отличительные черты советской и российской историографии, посвященной Г о-сударству Израиль. Анализируются основные факторы, определявшие направленность исследований. Изучаются основные направления научной работы по данной теме в СССР и России.

Изучение Г осударства Израиль, его внешней и внутренней политики, особенностей его социально-политического устройства всегда вызывало значительный интерес сначала со стороны советских, а затем российских исследователей. Во многом это объяснялось той значимой ролью, которую Израиль играл на Ближнем Востоке - в регионе, всегда занимавшем одно из ведущих мест в системе советских внешнеполитических приоритетов. Также нельзя забывать и тот факт, что именно Советский Союз сыграл решающую роль в создании еврейского государства, что в самом СССР проживали сотни тысяч евреев и так далее.

Однако если рассматривать литературу, издаваемую в Советском Союзе с начала 1950-х вплоть до конца 1980-х годов, то нельзя не отметить ее антисионистскую направленность. Естественно, что издание подобных работ было обусловлено прежде всего самим характером взаимоотношений между СССР и Израилем. Несмотря на поддержку, которую оказало советское руководство в вопросе создания Израиля, последний никогда не стремился развиваться в фарватере политики СССР и очень скоро в своей внешней политике занял однозначную прозападную позицию. Одновременно, по мере сближения Советского Союза с рядом арабских государств, советская позиция по отношению к Израилю становилась все более агрессивной и даже враждебной, что привело в конце концов к разрыву советско-израильских двусторонних отношений после поражения арабских стран от Израиля в ходе Шестидневной войны 1967 года.

Вторая половина 1940-х - вторая половина 1980-х годов характеризуется как период глобального противостояния двух социальнополитических систем - коммунизма и капитализма. В данный период характер отношений между ведущими странами указанных систем СССР и США принято называть «холодной

войной». Период холодной войны предопределял противостояние двух систем практически во всех сферах жизни общества, в том числе оказал влияние на характер исследований, проводимых советскими специалистами в отношении как самих Соединенных Штатов, так и их союзников, в том числе и Государства Израиль.

В этой связи работы советских авторов, изданные в период холодной войны и посвященные изучению проблем израильской внешней политики, прежде всего рассматривали характер тесных взаимосвязей между Израилем и США, а также зависимый от позиции Белого дома характер принимаемых израильским правительством внешнеполитических решений. К таким работам можно отнести публикации Р.В. Борисова «США: ближневосточная политика в 70-е годы» [1], Р. Боронова «Нефть и политика США на Ближнем и Среднем Востоке» [2], О.А. Колобова «США, Израиль и арабский мир: о некоторых особенностях осуществления и формирования политики американского империализма на Ближнем Востоке и в Северной Африке в 1945-1986 гг.» [3] и другие. Вполне понятно, что указанные работы носили во многом антиизраильский и антиамериканский характер.

В то же время нельзя говорить о том, что до конца 1980-х все работы советских авторов, посвященные изучению ситуации на Ближнем Востоке, имели явную антиизраильскую направленность. Так, достаточно корректными и взвешенными были работы Е.М. Примакова, одного из крупнейших и наиболее авторитетных специалистов Советского Союза, а затем и России по Ближнему Востоку. На страницах его монографий появилось не совсем характерное для советской пропаганды признание факта строительства на Ближнем Востоке «израильской политической нации». Однако и здесь можно ви-

деть, что работы Е.М. Примакова в целом соответствовали духу советской науки [4].

Можно сказать, что именно в 1960-1970-е годы в СССР были заложены основы советского израилеведения. Но всплеск действительно научных исследований совпал по времени с процессом восстановления дипломатических отношений Советского Союза с Израилем и последовавшего вскоре развала социалистической системы на рубеже 80-90-х годов ХХ века. Именно на данном этапе происходит концептуальное переосмысление многих переломных событий ближневосточной истории. Изменились подходы к освещению характера деятельности Организации освобождения Палестины, подчеркивалось применение этой организацией террористических методов борьбы, одновременно изменились, и достаточно значительно, оценки политики Государства Израиль на Ближнем Востоке, подверглось переосмыслению понимание его роли в международных отношениях.

Как и прежде, исследования внешней политики Израиля увязывались с политикой Соединенных Штатов Америки в ближневосточном регионе, однако здесь сам характер двусторонних отношений союзников также стал рассматриваться по-новому. В работе одного из ведущих отечественных востоковедов, профессора МГИМО и сотрудника Института востоковедения РАН И.Д. Звягельской «Конфликтная политика» США на Ближнем и Среднем Востоке (Середина 70-х - вторая половина 80-х годов)» внешняя политика США в ближневосточном регионе в период после войны 1973 года и заключения израильско-египетского мирного соглашения подвергнута критическому переосмыслению [5]. В работе И. Лисицыной и Е. Дмитриева «Феномен» Израиля в ближневосточном контексте» авторы всесторонне анализируют особенности возникновения и развития исторического и политического «феномена» Израиля. В статье исследуется роль религии в создании государства; большое внимание уделено анализу взаимоотношений между Израилем и США; обосновывается необходимость восстановления дипломатических отношений между СССР и Израилем [6].

Особый интерес у советских и российских исследователей получила проблема развития двусторонних взаимоотношений Израиля с различными странами мира: С.М. Гасратян «Израиль и ЮАР: цели и формы сотрудничества» [7], Р.С. Абдулмаджидов «О египетско-израильских отношениях в 1981-2002 гг.» [8] и другие. Значительное внимание исследователей привлекает работа Е.Я. Сатановского «Израиль в начале XXI века». Несмотря на то что тематика ука-

занной работы посвящена скорее изучению современной политики Израиля, тем не менее здесь приводится анализ истории международной политики еврейского государства и в период холодной войны, причем делается разделение исследования взаимоотношений со странами мира по географическому и проблемному принципу, что позволяет оценить конкретные направления и приоритеты во внешней политике Государства Израиль [9].

Таким образом, изучая работы советских и российских исследователей различных периодов по проблемам и особенностям израильской внешней политики в годы холодной войны, можно проследить и дать характеристику этапов взаимоотношений самих двух стран: Государства Израиль и СССР - Российской Федерации. В настоящее время исследования израильской внешней политики фокусируются на самых различных ее направлениях, что говорит о значительном интересе российских специалистов к изучению специфики построения внешнеполитического курса еврейского государства, взаимодействия с региональными соседями и основными международными центрами силы и так далее. Вполне закономерно, что наиболее разработанной является тематика развития советско-израильских отношений с конца 1940-х годов.

Приступая к обзору историографии советско-израильских отношений, прежде всего необходимо оговориться, что в советской и российской историографии не существует работ, посвященных непосредственно проблемам двусторонних отношений России и Израиля. Тем не менее сама историография вопроса, связанного с внешней политикой Израиля и СССР, достаточно обширна. Советское израилеведе-ние, значительно дополненное впоследствии работами исследователей российского периода, несмотря на различные препятствия объективного и субъективного порядка, накопило достаточный опыт изучения истории еврейского государства и обладает целым рядом интересных и глубоких исследований. Так, в работах Г.С. Никитиной, И.Д. Звягельской, С.М. Гасра-тян, Т.А. Карасовой, А.З. Егорина, А.Б. Волкова приводится основательный анализ основ и особенностей внешней политики Государства Израиль, в том числе в отношении Советского Союза и России. Кроме того, освещены некоторые факторы, влияющие на международный курс Израиля.

После разрыва Советским Союзом дипломатических отношений с Израилем в 1953 году и окончательного их расторжения во время июньской войны 1967 года Израиль стал однозначно рассматриваться советским руководством как

«орудие международного империализма» [10]. Этот официальный подход к пониманию арабоизраильского конфликта был воспринят советскими учеными-ближневосточни-ками и ретроспективно распространен в их трудах на весь период, предшествовавший созданию Государства Израиль, с момента возникновения сионистского движения в конце XIX в. Другой отличительной чертой советской ближневосточной политики и соответственно советской историографии ближневосточного конфликта был «египто-центризм». Иначе говоря, после победы июльской революции 1952 года в Египте все многообразие событий и явлений на Ближнем Востоке стало восприниматься в Москве как бы глазами Каира. Этот «египтоцентризм» не был преодолен ни в советской дипломатии, ни в советской науке вплоть до заключения Кэмп-дэвидских соглашений 1979 года. После Кэмп-Дэвида «египтоцентризм» сменился «сириоцентризмом» [11].

Важно отметить, что уже в 1960-е годы в СССР были заложены основы советского израи-леведения. Первой работой в этом направлении стало коллективное исследование К.П. Иванова и З.С. Шейниса «Государство Израиль, его положение и политика» [12], также можно отметить работу Г.С. Никитиной («Государство Израиль: особенности экономического и политического развития») [13]. Свое наибольшее развитие советское израилеведение получило в 1980-е годы в работах таких авторов, как Л.А. Барковский («Арабское население Израиля») [14], А.В. Фе-дорченко («Израиль: проблемы экономического развития») [15], А.Б. Волков, П.Г. Тарасов («Государство Израиль и Всемирный еврейский конгресс: принципы и практика взаимоотношений»)

[16] и др. В 1986 году вышел первый, затем переизданный справочник «Государство Израиль»

[17] с историческим очерком, в том числе содержащим обзор периода подмандатной Палестины.

Распад Советского Союза, восстановление незадолго до этого советско-израильских отношений и участие СССР (затем - России) в мирном процессе на Ближнем Востоке в качестве коспонсора - все эти события заставили российских исследователей по-новому взглянуть на политику СССР на Ближнем Востоке. Одна из первых серьезных попыток ее глобального переосмысления была предпринята в работе

А.М. Васильева с характерным названием «Россия на Ближнем и Среднем Востоке: от мессианства к прагматизму» [18]. В разделе, посвященном советско-израильским отношениям, автор справедливо указал на тесную связь внутри- и внешнеполитических факторов советской политики в отношении подмандатной Палестины и Государства Израиль [19].

В 1990-е годы появился ряд работ, в которых отмечался решающий вклад СССР в создание Государства Израиль в 1947-1948 гг., например

В.И. Носенко «Характер и этапы советско-израильских отношений (1948-1990)», Ю.И. Стри-жов «СССР и создание Государства Израиль» и «Советский Союз внёс весомый вклад в создание Израиля» [20]. Подходы различных исследователей к данной проблематике объединялись, как правило, общим вопросом о причинах «неожиданного» сближения СССР и сионистского движения в конце 1940-х годов. Это сближение в литературе объяснялось желанием советского руководства вытеснить Англию из Палестины (В.И. Носенко, А.М. Васильев), стремлением И.В. Сталина вбить клин между английским и американским империализмом на Ближнем Востоке (Г.В. Костырченко «Тайная политика Сталина: власть и антисемитизм» [21]), надеждами Москвы на будущую просоветскую ориентацию еврейского государства (М. Горелик «Израиль был создан одной левой», «Роковая ошибка Сталина» [22]) или далеко идущими геополитическими расчетами И.В. Сталина (В. Батюк, Д. Евстафьев «Первые заморозки. Советско-американские отношения в 1945-1950 гг.» [23]). Весьма интересна версия Е.Д. Пырлина, по которой, «согласившись с внесением «инородного элемента» в арабский мир, И.В. Сталин рассчитывал прежде всего раскачать, а затем и разрушить «замшелые» арабские монархии... создать условия для прихода к власти в ведущих арабских странах прогрессивных националистических сил» [24]. Другим общим моментом названных работ было утверждение, что борьба сионистов в Палестине за создание своего государства привлекла внимание И.В. Сталина только в феврале 1945 года в ходе Ялтинской встречи [25]. В итоге утверждалось, будто вся суть советской политики в отношении Палестины 1947-1948 гг. сводилась к попытке реализации вдруг увиденной советским руководством возможности потеснить англичан на Ближнем Востоке, иначе говоря - изначально была авантюрной и потому обреченной на провал.

Основанная на архивных материалах работа Ю. Стрижова «Советский Союз внес весомый вклад в создание Государства Израиль» также знакомит читателей с историей создания Государства Израиль и ролью, которую сыграл при этом Советский Союз [26].

Весьма провокационный характер носит публицистическая книга известного российского телевизионного обозревателя Л. Млечина «Зачем Сталин создал Израиль?», которая также посвящена созданию Государства Израиль и его от-

ношениям с Советским Союзом в период, предшествовавший Шестидневной войне (19481967). Автор книги утверждает, что еврейское государство было фактически создано Советским Союзом. По его словам, «Израиль бы никогда не появился, если бы этого не захотел Сталин, в ту пору - лучший друг сионистов. Израиль бы не выжил, если бы Сталин не снабдил его оружием и солдатами в ту пору, когда американские политики менее всего желали появления еврейского государства». Л. Млечин пытается ответить на вопросы о том, почему и ради чего И.В. Сталин вел такую политику, какие тайные интересы он связывал с Ближним Востоком, почему так быстро переменился в своем отношении к Израилю и что принесло Советскому Союзу сближение с арабским миром [27].

Многочисленные публикации в 1990-х годах источников по истории палестинской проблемы и различным аспектам советско-израильских отношений свидетельствовали об устойчивом росте интереса российских исследователей к данному вопросу и открывали перед ними широкие возможности. Например, в статье А. Левина «Наследие и прогнозы на будущее» освещены этапы развития отношений между Советским Союзом - Россией и Израилем в период с 1948-го по 1998 год. Большое внимание уделяется факторам, определяющим динамику и направления двусторонних связей [28].

Однако наиболее значительные работы были выполнены на основе в первую очередь архивных материалов, ставших доступными исследователям в последнее десятилетие. Необходимо отметить, что до 2000 года основной проблемой израилеведов-историков было отсутствие опубликованных дипломатических документов, которые могли бы стать серьезным подспорьем для дальнейших исследований. Ситуация стала меняться после выхода в Москве двух сборников, достаточно подробно показывающих динамику советско-израильских отношений в их начальный период и формирование советской политики на Ближнем Востоке. Вслед за выходом двухтомника «Советско-израильские отношения (1941-1953)» [29] был опубликован сборник «Ближневосточный конфликт. 19471967. Документы». Издания представляют собой уникальные по полноте сборники документов и материалов из архивов министерств иностранных дел обеих стран. Отбор материалов осуществлялся при участии российских и израильских дипломатов. В итоге исследователи стали обладателями объемной коллекции документов, которые ранее не допускались к печати.

Особый вопрос в проблеме взаимоотношений России и Израиля, безусловно, заключается в

существовании эмиграции из бывшего СССР в Израиль и достаточно большого количества евреев, проживающих в России. Духовные и идеологические контакты России и Израиля представляют собой отдельную тему для исследования. Так, С.М. Гасратян уделяет внимание разработке вопроса о деятельности русской духовной миссии в Израиле в 40-60-е годы XX века. Её работа, опубликованная в журнале «Восток» Российской академии наук, является еще одним этапом на пути к формированию нового взгляда на российско-израильское межгосударственное сотрудничество.

Историография внешней политики Государства Израиль в период холодной войны в советской и российской исследовательской литературе представлена достаточно большим кругом работ, посвященных различным аспектам внешнеполитической деятельности Тель-Авива.

В советский период подавляющее количество книг и статей, посвященных изучению Израиля, имели явно антисионистскую направленность, что определялось сложным характером советско-израильских отношений с начала 1950-х, и особенно после 1967 года вплоть до конца политики «перестройки» в СССР на рубеже 1980-1990-х годов. Издаваемые публикации, ввиду своей идеологизированности и односторонних взглядов и подходов к изучению израильской внешней и внутренней политики, несомненно, теряли значительную часть своей научной значимости. Некоторые попытки отдельных исследователей, в частности Е.М. Примакова, нестандартно для советской исследовательской литературы освещать ситуацию на Ближнем Востоке и представлять место Государства Израиль на международной политической арене, не могли серьезно повлиять на сложившуюся ситуацию. В то же время необходимо отметить, что именно с 1960-х годов закладываются основы советского израилеведения.

В Советском Союзе значительный рост интереса к изучению Израиля, его места в системе международных отношений произошел в период окончания холодной войны, когда кардинальным образом пересматривались внешнеполитические приоритеты советского государства. С окончанием глобального противостояния двух систем - социализма и капитализма, уже российские исследователи получили возможность рассматривать не изученные ранее стороны внешней политики Израиля, с различных позиций изучать ход арабо-израильского конфликта и так далее. После слома идеологических барьеров, оказывавших непосредственное воздействие на характер советских исследований в сфере израилеведения, российские уче-

ные-историки и международники в своих работах смогли выработать более объективную и взвешенную позицию в отношении роли, которую Израиль играет на Ближнем Востоке и в мире в целом.

Список литературы и примечания

1. Борисов Р.В. США: ближневосточная политика в 70-е годы. - М., 1982. - 216 с.

2. Боронов Р. Нефть и политика США на Ближнем и Среднем Востоке. - М., 1977. - 272 с.

3. Колобов О.А. США, Израиль и арабский мир: о некоторых особенностях осуществления и формирования политики американского империализма на Ближнем Востоке и в Северной Африке в 19451986 гг. - М., 1984.

4. См. например: Примаков Е.М. Анатомия ближневосточного конфликта. - М., 1978. - 374 с.; Примаков Е.М. История одного сговора: Ближневосточная политика США в 70-е - начале 80-х гг. - М., 1985. - 319 с.

5. Звягельская И.Д. «Конфликтная политика» США на Ближнем и Среднем Востоке (Середина 70-х

- вторая половина 80-х годов). - М., 1990. - 192 с.

6. Дмитриев Е., Лисицына И. «Феномен» Израиля в ближневосточном контексте // Народы Азии и Африки. - 1989. - № 5. - С. 25-36.

7. Гасратян С.М. Израиль и ЮАР: цели и формы сотрудничества. - М., 1987. - 142 с.

8. Абдулмаджидов Р.С. О египетско-израильских отношениях в 1981-2002 гг. // Ближний Восток и современность. - 2003. - № 17. - С. 92-110.

9. Сатановский Е.Я. Израиль в начале XXI века.

- М.: Институт изучения Израиля и Ближнего Востока, 2001. - 163 с.

10. История КПСС. Т. 5. Кн. 2. - М., 1980. -С. 492.

11. Пырлин Е.Д. Ближневосточный лабиринт. -М., 1996. - С. 16-17.

12. Иванов К.П., Шейнис З.С. Государство Израиль, его положение и политика. - М., 1958.

13. Никитина Г.С. Государство Израиль: Особенности экономического и политического развития. -М., 1968.

14. Барковский Л.А. Арабское население Израиля. - М., 1988.

15. Федорченко А.В. Израиль: проблемы экономического развития. - М., 1990.

16. Волков А.Б., Тарасов П.Г. Государство Израиль и Всемирный еврейский конгресс: принципы и практика взаимоотношений. - М., 1991.

17. Государство Израиль: Справочник. - М., 1986.

18. Васильев А.М. Россия на Ближнем и Среднем Востоке: от мессианства к прагматизму. - М., 1993.

19. Васильев А.М. Указ. соч. С. 308-315.

20. Носенко В.И. Характер и этапы советско-израильских отношений (1948-1990) // СССР и третий мир: новый взгляд на внешнеполитические проблемы. - М., 1991. - С. 65-104; Стрижов Ю.И. СССР и создание Государства Израиль // Международная жизнь. - 1995. - № 11/12. - С. 94-97; Он же. Советский Союз внёс весомый вклад в создание Государства Израиля // Азия и Африка сегодня. - 1998. -№ 5. - С. 45-49.

21. Костырченко Г.В. Тайная политика Сталина: власть и антисемитизм. - М., 2001.

22. Горелик М. Израиль был создан одной левой // Новое время. - 1997. - № 6. - С. 35-37; Он же. Роковая ошибка Сталина // Новое время. - 1998. -№ 18-19. - С. 38-40.

23. Батюк В., Евстафьев Д. Первые заморозки. Советско-американские отношения в 1945-1950 гг.

- М., 1995. - С. 33-34.

24. Пырлин Е.Д. 100 лет противоборства. -

С. 421.

25. См. напр.: Васильев А.М. Указ. соч. - С. 315.

26. Стрижов Ю. Советский Союз внес весомый вклад в создание Государства Израиль // Азия и Африка сегодня. - 1998. - № 5. - С. 45-49.

27. Млечин Л. Зачем Сталин создал Израиль? -М.: Яуза-Эксмо, 2005. - 479 с.

28. Левин А. Наследие и прогнозы на будущее // Международная жизнь. - 1998 (осень). - С. 29-37.

29. Советско-израильские отношения. 1941-1953. Сборник документов / Под ред. Б. Колоколова,

Э. Бенцура и др. - М.: Изд-во «Международные отношения», 2000. В 2-х книгах. - 554 с. и 560 с.

THE STATE OF ISRAEL IN THE SYSTEM OF INTERNATIONAL POLICY COORDINATES DURING THE PERIOD OF THE «COLD WAR»: A REVIEW OF THE NATIONAL HISTORIOGRAPHY

I. V. Ryzhov

Some distinctive features of the Soviet and Russian historiography on the State of Israel are considered. The factors that influenced the main trends of research are analyzed. The author investigates principal areas of focus in the scientific work on this topic in USSR and Russia.

Еврейский экстремизм после 1948 года

На выборах партия р. Кахане получила 12 800 голосов и не преодолела электорального барьера. После этого она поменяла название на «Ках» – именно этот призыв был изображен на эмблеме ЭЦЕЛ. Однако на выборах 1977 и 1981 гг. партия получила еще меньше голосов избирателей.

Чтобы расширить массовую базу своего правоэкстремистского движения, преданные ему раввины (Й. Лернер, И. Ариэль, А. Толедано, А. Корн и др.) создали в поселениях несколько десятков молодежных групп, которые выступали с лозунгом «Кахане к власти». Самые известные из них: ТНТ («Террор против террора»), «Ассоциация дальнейшего заселения и освоения Иудеи, Самарии, сектора Газа и Иорданской долины», «Комитет по обеспечению безопасности движения по дорогам Иудеи и Самарии», «Хашмунаим» («Хасмонеи» или «Последователи раввина Й. Лернера»), МААЦ («Отдел общественных работ»), «а-Емин а-амити» («Настоящие правые»), «Новые израильские правые», целый куст ячеек, объединенных общим названием «Движение за захват мечети Аль-Акса», и др. Эти группировки представляли собой вооруженные отряды из нескольких сот молодых националистов из религиозных поселений, отождествлявших себя с народной милицией. Однако на деле боевики М. Кахане терроризировали население арабских деревень и организовывали провокации в местах, которые являются одновременно святыми для иудеев и мусульман, в основном в Хевроне у могилы Патриархов. В 1980 г. раввин М. Кахане был арестован на шесть месяцев за подготовку теракта в мечети на Храмовой горе.

Популярность р. Кахане среди поселенцев – религиозных сионистов настолько возросла, что на выборах 1984 г., когда он был избран депутатом Кнессета, за него проголосовало около 25 тыс. израильтян. На предвыборном постере партии «Ках» были написаны такие слова: «Отдай нам свой голос, и мы, в конце концов, займемся ими (арабами)». «Смерть арабам» – плакатом с этим призывом приветствовали избрание М. Кахане в Кнессет его единомышленники.

Накануне выборов 1984 г. Кахане подготовил и опубликовал детальную «программу трансфера арабов за пределы Эрец Исраэль». О крайней расистской сущности движения «Ках» свидетельствовали законы, предложенные р. Кахане во время его депутатства в израильском парламенте: «О насильственной депортации неевреев, которые откажутся от статуса временно проживающего в Израиле иностранца», «О запрете неевреям жить в пределах Иерусалима», «О создании раздельных пляжей для евреев и неевреев», «О заключении в тюрьму сроком на 5 лет любого нееврея, сожительствующего с еврейкой».

Деятельность «Ках» на любом направлении и уровне была настолько преступной и противоправной, что подавляющее большинство депутатов Кнессета и израильских правительственных чиновников старались отмежеваться от связей с р. Кахане и его сторонниками. В октябре Центральная избирательная комиссия под председательством судьи Г. Баха проголосовала 18 голосами против 10 за отстранение движения «Ках» от участия в выборах, определив, что предвыборный список этого движения является «расистским и антидемократическим». В 1994 г., уже после смерти М. Кахане, решением израильского суда «Ках» было объявлено вне закона и включено в список запрещенных террористических организаций. «Ках» также запрещено в США, Канаде и странах Евросоюза.

Израиль | Факты, история, население и карта

Рельеф

Несмотря на небольшой размер, около 290 миль (470 км) с севера на юг и 85 миль (135 км) с востока на запад в самом широком месте, в Израиле четыре географические регионы - средиземноморская прибрежная равнина, холмистые районы северной и центральной части Израиля, Великая рифтовая долина и Негев - а также широкий спектр уникальных физических особенностей и микроклимата.

Прибрежная равнина представляет собой узкую полосу длиной около 115 миль (185 км), которая расширяется примерно до 25 миль (40 км) на юге.Песчаный берег с множеством пляжей граничит с побережьем Средиземного моря. В глубине страны на восток плодородные сельскохозяйственные угодья уступают место растущим сельскохозяйственным поселениям и городам Тель-Авив, Хайфа и их пригородам.

На севере страны горы Галилеи составляют самую высокую часть Израиля, достигая высоты 3963 футов (1208 метров) на горе Мерон (арабский язык: Джебель Джармак). Эти горы заканчиваются на востоке откосом, выходящим на Великую рифтовую долину. Горы Галилеи отделены от холмов оккупированного Израилем Западного берега на юге плодородной равниной Эсдраэлон (иврит: Emeq Yizreel), которая, протянувшись примерно с северо-запада на юго-восток, соединяет прибрежную равнину с Великой рифтовой долиной.Хребет горы Кармель, кульминацией которой является пик высотой 1791 фут (546 метров), образует отрог, идущий на северо-запад от высокогорья Западного берега, почти до побережья Хайфы.

Великая рифтовая долина, длинная трещина в земной коре, начинается за северной границей Израиля и образует серию долин, идущих в основном на юг по всей территории страны до залива Акаба. Река Иордан, которая отмечает часть границы между Израилем и Иорданией, течет на юг через трещину от Дана на северной границе Израиля, где она находится на высоте 500 футов (152 метра) над уровнем моря, сначала в долину Сула (на иврите: ʿEmeq HaḤula ), затем в пресноводное Тивериадское озеро, также известное как Галилейское море (на иврите: Ям Кинерет), которое находится на 686 футов (209 метров) ниже уровня моря.Иордан продолжается на юг вдоль восточного края Западного берега - теперь через долину реки Иордан (на иврите: ʿEmeq HaYarden) - и, наконец, в сильно соленое Мертвое море, которое на высоте 1312 футов (400 метров) ниже уровня моря является самым низким точка объекта природного ландшафта на поверхности Земли. К югу от Мертвого моря река Иордан продолжается через разлом, где теперь образует долину Арава (иврит: «саванна»), засушливую равнину, которая простирается до порта Элат на Красном море.

Мертвое море

Столбы соли, поднимающиеся из чрезвычайно соленых вод Мертвого моря.

Питер Кармайкл / ASPECT

Малонаселенный Негев занимает южную часть Израиля. Эта равнинная, песчаная пустыня, имеющая форму стрелки, сужается к югу, где становится все более засушливой и врезается в холмы из песчаника, прорезанные вади, каньонами и скалами, прежде чем наконец добраться до места, где Арава достигает Эйлата.

Рождение Израиля | Мое еврейское образование

В конце Второй мировой войны конфликт из-за Палестины набрал обороты.Еще в 1942 году ишув, еврейская община в Палестине, обратилась к США за поддержкой еврейского государства в Палестине.

Даже после ужаса Холокоста Великобритания отказалась изменить свою политику запрета дальнейшей еврейской иммиграции. Несмотря на то, что сотни тысяч евреев томятся в лагерях для перемещенных лиц союзников, британцы заперли ворота в Палестину. Британские корабли останавливали корабли и загоняли беженцев в лагеря, которые они основали на Кипре.Несмотря на всеобщее возмущение, британцы интернировали более 51 500 евреев, которые отчаянно пытались попасть в Палестину.

Сопротивление евреев резко возросло. Ишува собирали оружие для предстоящей войны. Несмотря на вмешательство Великобритании на каждом шагу, Хагана [буквально «Оборона», неправительственная еврейская военная организация] готовилась к военному конфликту, пряча оружие в кибуцах [коллективных общинах] и обучая добровольцев в апельсиновых рощах.

Арабский терроризм усилился."Иргун" и "Стерн Банда" [вооруженные подпольные еврейские организации, отвергавшие политику умеренности и сдержанности Хаганы по отношению к арабам и британцам] ответили ответным ударом. Иргун также повернул свои силы против англичан. В 1944 году Менахем Бегин стал главой Иргун. После побега от нацистов в Польше Менахем Бегин был впоследствии арестован советскими властями, но выжил. Прибыв в Палестину, он объявил англичанам вооруженную войну. Многие в ишуве были разгневаны, потому что боялись, что репрессии еврейских террористов отвратят всеобщее сочувствие к их делу.Бегин ответил, что миру все равно; евреям придется самим выгнать британцев.

29 июня 1946 года ([позднее] названного «Черной субботой») британцы арестовали руководителей Еврейского агентства, организации, ответственной за проведение ишува. Это еще больше радикализовало страну. 26 июля «Иргун», предварительно предупредив британцев, взорвали свою штаб-квартиру в Иерусалиме, расположенную в отеле «Кинг Давид». Было убито более 100 британцев, арабов и евреев.

Для поддержания мира у Британии было более 100 000 солдат в стране. Их усилия были напрасны. Арабские снайперы ежедневно убивали людей, евреев и британцев. Банда Стерна регулярно получала бомбы. «Иргун» атаковал британские линии снабжения, базы и соединения. 5 мая 1947 года в результате объединенного рейда Хагана / Иргун в британской тюрьме в Акко (город на севере Израиля, также пишется Акко) был взорван бункер, и 251 заключенный сбежал. Британцы считали тюрьму Акко неуязвимой.И они были потрясены этой смелой и успешной атакой.

Британцы потеряли еще большую поддержку в мире, когда они остановили «Исход 1947 года», корабль с 5200 еврейскими беженцами, плывущий в Палестину из Марселя. Состоялись рукопашные бои, но евреи были побеждены. Британцы перевезли евреев обратно во Францию. В Порт-де-Бук евреи отказались сойти с двух британских кораблей, а французы отказались их заставить. Затем британцы отплыли на двух кораблях обратно в Гамбург, Германия, где они заставили евреев вернуться в лагеря для перемещенных лиц.Скандал с Исходом потряс британское правительство. Хотя британцы все еще были в союзе с арабами, им пришлось признать, что ситуация вышла из-под контроля. Как британский парламент, так и Соединенные Штаты оказали огромное давление с требованием прекратить действие мандата.

Наконец, британцы предложили ООН дать рекомендации по решению палестинской проблемы. Они все еще надеялись, что ООН порекомендует британцам сохранить контроль над районом.

После многих дебатов и компромиссов Специальный комитет ООН по Палестине (ЮНСКОП) рекомендовал арабское государство и еврейское государство (рекомендация была известна как план раздела).Евреи получат большую часть прибрежной равнины, а Яффо - арабский остров. Они также получат долины Исраэль и Хулах [плодородные долины, расположенные на севере] и большую часть Негева [южный засушливый регион, граничащий с Трансиорданией и Египтом и имеющий выход к Красному морю через Эйлатский залив]. Остальная [земля] будет арабской. Иерусалим станет международным городом.

(Интересное примечание: есть история, подтвержденная миссис Нельсон Глюк, что доктор Нельсон Глюк, покойный президент Еврейского унион-колледжа, сыграл центральную роль в убеждении ишува настаивать на получении Негева.Это выглядело очень непривлекательным местом. Евреям удалось основать несколько небольших поселений в северной пустыне, но бесплодие этого региона удручает. Большинство было убеждено, что Негев нельзя сделать плодородным.

Доктор Глюк был ответственен за обнаружение набатейских руин в Негеве, убедив его в том, что при достаточном количестве воды Негев может стать плодородным. Он поговорил об этом с Хаимом Вейцманном, и Израиль получил большой участок кажущейся пустоши. Сегодня сельскохозяйственные поселения можно найти на территории бывшей пустыни.)

29 ноября 1947 года большинством 133-13 голосов Организация Объединенных Наций проголосовала за то, чтобы, начиная с 15 мая 1948 года, если ишув согласился (и он согласился), в Палестине было бы два независимых государства и британское мандат закончится.

Печатается с разрешения сайта Jewishgates.org.
.

Подпишитесь на нашу рассылку новостей

Сделайте свое еврейское открытие, ежедневно

сионистов провозглашают новое государство Израиль

ИЗ АРХИВА /15 мая 1948 г.

Сионисты провозглашают новое государство Израиль; Трумэн признает это и надеется на мир; Тель-Авив бомбит, Египет приказывает вторжение

Автор GENE CURRIVAN Специально для The New York Times

Эль-Авив, Палестина, суббота, 15 мая - Еврейское государство, новейший суверенитет в мире, известное как Государство Израиль, возникло в Палестине в полночь после прекращения британского мандата.

Признание государства Соединенными Штатами, которые в то время выступали против его создания, стало полной неожиданностью для людей, которые были напряжены и готовы к угрозе вторжения арабских войск и обратились за помощью к ООН.

В один из самых обнадеживающих периодов своей беспокойной истории еврейский народ вздохнул с облегчением и взял новую жизнь в свои руки, когда узнал, что величайшая национальная держава приняла их в международное братство.

Церемония простая и торжественная

Провозглашение нового государства Давидом Бен-Гурионом, председателем Национального совета и первым премьер-министром возрожденного Израиля, было произнесено во время простой и торжественной церемонии в 4 часа дня, и его народу была дана новая жизнь, но извне. был грохот автоматов, воспоминание о других декларациях независимости, которых было нелегко добиться.

Первым действием нового правительства было отозвание Палестинской Белой книги 1939 года, которая ограничивала иммиграцию евреев и покупку земли.

В провозглашении нового государства правительство обратилось к Организации Объединенных Наций с призывом «помочь еврейскому народу в построении своего государства и принять Израиль в семью наций».

В прокламации добавлено:

«Мы предлагаем мир и дружбу всем соседним государствам и их народам и приглашаем их к сотрудничеству с независимой еврейской нацией для общего блага.Государство Израиль готово внести свой вклад в дело мирного прогресс и восстановление Ближнего Востока ».

Евреи мира просят о помощи

В заявлении содержится призыв к евреям всего мира помочь им в иммиграции и развитии, а также в «борьбе за осуществление мечты поколений - искупление Израиля».«

Планы церемонии были составлены с большой секретностью. Никто, кроме сотни или более приглашенных гостей и журналистов, не знал о встрече до ее начала, и даже гости узнали о месте всего за десять минут до этого. Он проходил в Художественный музей Тель-Авива - белое современное двухэтажное здание. Над ним летела Звезда Давида, который является государственным флагом, а внизу, на тротуаре, стоял почетный караул Еврейского агентства для Палестины.

Когда вспыхнули лампочки фотографов и кинокамеры отсняли сцену, собрались огромные толпы людей, которые приветствовали министров и других членов правительства, когда они вошли в здание. Меры безопасности были идеальными. Пушки Стена размахивали во всех направлениях, и даже крыши ощетинились ими.

Местом для чтения воззвания была галерея, в холле которой хранились картины выдающихся еврейских художников.Многие из них изображали страдания и радости людей диаспоры, расселение евреев.

Тринадцать министров правительственного совета сидели на длинном возвышении под фотографией Теодора Герцля, который в 1897 году задумал создать еврейское государство. По бокам висели вертикальные бледно-голубые и белые флаги государства. Слева от министров а под ними сидели другие члены национальной администрации. Всего их тридцать семь, но некоторым не удалось добраться сюда из Иерусалима

В 4 стр.М. резко встал и спел национальный гимн «Хатиква». Казалось, участники пели с необычным азартом и вдохновением. Едва утихли голоса, как «приземистый седой председатель господин Бен-Гурион, начал читать прокламацию, которая за несколько часов должна была превратить большинство присутствующих из людей без страны в гордых граждан. Когда он произнес эти слова: «Настоящим мы провозглашаем создание еврейского государства. в Палестине, чтобы называться Израилем, "раздались громовые аплодисменты и немало сырых глаз.

После того, как прокламация была прочитана и объявлен конец Белой книги и ее земельных законов, г-н Бен-Гурион подписал документ, а за ним последовали все остальные члены администрации, некоторые из которых были по доверенности. Последним подписал Моше Шерток, новый министр иностранных дел и представитель Еврейского агентства в ООН. Фотографы громко аплодировали ему и чуть не окружили его.

Церемония закончилась тем, что все молча стояли, в то время как оркестровые мелодии Хатиквы наполняли комнату.Снаружи лихорадка национализма распространялась от нежных объятий, теплых рукопожатий и поцелуев. Уличные торговцы продавали флаги, собирались толпы, чтобы прочитать опубликованные бюллетени, и повсюду продавались газеты.

Поскольку суббота началась, не было той степени общественного ликования, какой был бы в любой другой день.

Прокламация должна была быть прочитана в 11 часов вечера. но был повышен до 4 из-за субботы.Г-н Шерток объяснил, что провозглашение должно было быть сделано вчера, потому что мандат должен был заканчиваться в полночь, а сионисты не хотели доли секунды, чтобы вмешаться между тем временем и формальным становлением государства.

В преамбуле к провозглашению независимости кратко прослеживается история еврейского народа с момента его зарождения в Земле Израиля до наших дней. В преамбуле были затронуты более современные моменты, в том числе видение Герцля государство, признание Декларации Бальфура в 1917 году и ее подтверждение мандатом Лиги Наций и резолюцией Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций от ноября.29, 1947.

Он утверждал, что это признание Организацией Объединенных Наций права еврейского народа на создание независимого государства не может быть отменено, и добавил, что это «самоочевидное право еврейского народа быть нацией, как и все другие нации в собственном суверенном государстве ».

В прокламации говорилось, что с полуночи Национальный совет будет действовать как Временный государственный совет и что его исполнительный орган, Национальная администрация, будет составлять временное правительство до тех пор, пока не будут созданы выборные органы. до октября.1.

Израиль, продолжалось в провозглашении, будет открыт для иммиграции евреев из всех стран «их расселения». Она добавила, что она будет развивать страну на благо всех ее жителей и будет основываться на заповедях свободы. справедливость и мир, которым учили еврейские пророки.

Новое государство, согласно прокламации, будет поддерживать «социальное и политическое равенство всех своих граждан без различия расы, вероисповедания или пола» и будет гарантировать полную свободу совести, вероисповедания, образования и культуры.«

Заявление обязывалось охранять неприкосновенность и неприкосновенность святынь и святых мест всех религий. В нем также содержится обещание поддерживать принцип Организации Объединенных Наций.

Когда было получено известие, что Соединенные Штаты признали правительство провинции, в этом почерневшем городе раздались аплодисменты и выпили тостов. Влияние на людей, особенно тех, кто допоздна пьёт кофе в Тель-Авиве. дома, было электричеством.Они даже бежали в темноту улиц, крича, аплодисменты и тосты за Соединенные Штаты.

Почему название Израиль? - Мартин Крамер на Ближнем Востоке

14 мая 1948 года Давид Бен-Гурион провозгласил государственность в старом Тель-Авивском музее, ныне Зале Независимости, на бульваре Ротшильда. Кульминацией стало предложение: «Настоящим мы заявляем о создании еврейского государства в Эрец-Исраэль, которое будет называться Государством Израиль». Это была линия аплодисментов, кульминация и название государства.

До этого момента мало кто знал, как будет называться штат. В различных проектах декларации место для имени оставалось пустым. Когда дипломаты Еврейского агентства в Вашингтоне пришли, чтобы заранее получить обещание признания государства, они не могли сказать американцам, как это будет называться.

Как позже вспоминал Кларк Клиффорд, юрисконсульт Трумэна: «Название« Израиль »еще не было известно, и большинство из нас предполагало, что новая нация будет называться« Иудея ».'”Письмо, подготовленное для Гарри Трумэна 14 мая с просьбой о признании, было напечатано следующим образом:« Соединенные Штаты признают временное правительство как фактическую власть нового еврейского государства ». Какая-то рука вычеркнула «Еврейское государство» и написала вместо «Государство Израиль».

Как было решено название? Голосованием в Народной администрации, занимающем пост кабинета министров, 12 мая. Протокол не содержит подробностей дебатов. Он просто записывает слова Бен-Гуриона:

Мы решили, что название государства будет Израиль.И если мы говорим государство, то Государство Израиль…. К этому можно добавить каждое слово в грамматической конструкции state: армия Израиля, община Израиля, народ Израиля.

Бен-Гурион поставил это на голосование. Согласно протоколу, «за» проголосовали семеро. Голосов «против» и «против» не зафиксировано. В своей книге « Три дня» 1962 года секретарь кабинета министров Зеев Шареф написал, что это решение было принято «в отсутствие каких-либо других предложений».

Выбор без энтузиазма

Но на самом деле мы знаем гораздо больше о дебатах, предшествовавших этой встрече, из двух источников: во-первых, из того, что Шареф рассказал журналисту в первую годовщину независимости; а второй - это воспоминание о главном оппоненте имени Израиль.

Это то, что Шареф сказал этому журналисту в 1949 году. (Это был Моше Бриллиант, и он опубликовал свою статью, посвященную первой годовщине Израиля, в том, что даже в 1949 году все еще называлось «Палестинской почтой ». )

Большинство людей думали, что государство будет называться Иудея ( Иегуда на иврите). Но Иудея - это историческое название области вокруг Иерусалима, которая в то время казалась районом с наименьшей вероятностью стать частью государства. Кроме того, это относилось только к очень небольшой территории.Итак, Иудея была исключена.

С самого начала сионизм говорил о создании еврейского государства , как и план раздела. Поскольку «еврей» было производным от Иудеи, это имя могло показаться логичным выбором. Но согласно плану раздела ООН, практически вся традиционная географическая область Иудеи должна была быть либо интернационализирована - Иерусалим и его окрестности, либо быть частью арабского государства. Назвать государство Иудеей, в которое не входила географическая Иудея, было бы аномалией.

Но даже если бы государство действительно владело частью Иудеи, оно включало бы гораздо больше, чем она - например, Негев. И как государство могло называться Иудеей, если в основном это было что-то другое? По-другому было проблематично. Как бы называть его граждан? Иегудим? Как это будет соотноситься с арабскими гражданами государства, число которых, согласно плану раздела, составит полмиллиона? Итак, Иудея была исключена.

Возвращаюсь на аккаунт Sharef через Brilliant.

Также было предложено «Сион», но Сион - это название холма, возвышающегося над Старым городом Иерусалима.

Здесь мы снова видим проблему, связанную с действительной географией. Как государство могло называться Сион, если географический Сион не собирался быть его частью?

Даже Библия называет Иерусалим, а иногда и всю землю Израиля Сион. Именно в этом смысле он был принят «любителями Сиона» в 19 веке, а затем сионистским движением.

Но создание суверенного еврейского государства снова привело к уменьшению Сиона до его специфического территориального значения. И в любом случае, как бы называть гражданина такого государства? Если его назовут сионистом, это приведет к путанице между сионистом, живущим в Америке, и действительным гражданином еврейского государства. И, конечно, ожидать, что арабские граждане будут называть себя сионистами, было бы довольно многого.

Вернуться к Sharef через Brilliant.

Один человек предложил «Эвер» - корень «Иври», что означает иврит. Это никому не понравилось.

Нет объяснения почему, и это определенно связано с идеей «нового еврея» как еврея. Предположительно, гражданина такого государства назвали бы Иври , евреем. Но у Эвера также была географическая ассоциация, «переход», и одно из толкований состоит в том, что это относится к тому, что находится к западу от Иордана. Возможно, слишком ограничивающе, и поэтому никому это не понравилось.

«Эрец Исраэль», еврейское библейское название Палестины, было исключено из-за опасностей, связанных с его ароматом ирредента.

Помимо ассоциации Эрец-Исраэль с библейским прошлым, согласно британскому мандату, это было официальное еврейское название всей страны. Это имя было Палестина-Алеф-Юд , от Эрец-Исраэль. Евреи под мандатом иногда называли себя Eretz Yisraelim . Но ООН призвала к разделу страны.Хотя в декларации о государственности не говорилось о том, что этот план называется планом раздела и , никто также не хотел открыто бросать вызов ООН. Назвать государство Эрец-Исраэль прозвучало бы как явное требование к всем обязательной Палестине. Так что это тоже было исключено.

Вернуться в Sharef через Brilliant:

Г-н Бен-Гурион первым предложил «Израиль». Поначалу это показалось странным, и предложение было встречено хладнокровно. Но члены пытались произносить «правительство Израиля», «армия Израиля», «гражданин Израиля», «консул Израиля», чтобы посмотреть, как это звучит.Большинство из них были без энтузиазма, но оставалось всего 48 часов, и нужно было сделать много срочной работы, и вопрос был поставлен на голосование. Семь из десяти присутствующих членов проголосовали за «Израиль».

Вот и все. Название «Израиль» пришло к государству путем исключения, потому что не было времени придумать что-то лучшее. Большинство проголосовало за это - без особого энтузиазма.

Утерянный ящик для Иудеи

Самый убедительный аргумент против этого выбора исходил от Ицхака Грюнбаума, выдающегося светского лидера межвоенного польского еврейства, который впоследствии был председателем Комитета спасения Еврейского агентства во время Холокоста и первым министром внутренних дел Израиля.

Грюнбаум привел аргументы в пользу названия Иудея и против Израиля, а годы спустя объяснил свое обоснование следующими словами:

Я выступил против названия Израиль. Это напомнило мне название israelite [по-французски], используемое сочувствующими и ассимиляционистами неевреями вместо juif , которое считалось унизительным. Мы, сионисты, приняли уничижительного «еврея» , так звали наш народ после возвращения из [вавилонского] плена и строительства Второго Храма.Это название носило независимое государство Хасмонеев также после римского завоевания. Я выступал за возрождение этого имени, которое массы [еврейского] народа приняли в своих разговорных языках. Другое название было обязано отделять государство от диаспоры.

По мнению Грюнбаума, название Иудея имело то преимущество, что оно создавало непрерывность , от последнего выражения еврейского владычества, Иудеи под властью Хасмонеев, и через 2000 лет расселения евреев. Это было воспринято сионистами, когда они проводили кампанию за создание еврейского национального очага и еврейского государства.Государство под названием Иудея подчеркнуло бы не только эту преемственность во времени, но и связывало бы новое государство с евреями повсюду в настоящем.

Это аргумент, который Грюнбаум проиграл из-за географического контрапункта, о котором я упоминал ранее: географическая Иудея была слишком маленькой и не входила в штат. Грюнбаум признал, что «большинство приняло предложение Бен-Гуриона… потому что границы нашего государства шире, чем у Хасмонеев».

Но затем мы подходим к инсинуации Грюнбаума относительно истинной причины, по которой Бен-Гурион предпочел Израиль Иудее.Дело было не в географии.

У меня было ощущение, что Бен-Гурион не раскрыл истинную причину своего предложения, которое было принято. К сожалению, через несколько лет стало ясно, что название «Израиль» вызвало недоразумение среди местных жителей сабр. Сабра начал видеть себя израильтянином, а не евреем.

Грюнбаум подозревал, что настоящая причина, по которой Бен-Гурион предпочел государство Израиль государству Иудея, заключалась в том, что он хотел разрыва преемственности , разрыва с еврейским, изгнанным прошлым.

В этом отношении Бен-Гурион не совсем отличался от тех, кто во Франции заменил исраэлит на juif с целью показать, что евреи во Франции были эмансипированы. В конце концов, эмансипация была также разрывом с еврейским прошлым. И Бен-Гурион хотел не мост к диаспоре, а ее подчинение новому государству. Таким образом, выбрав название Израиль, Бен-Гурион стремился создать новую идентичность, основанную на еврейской идентичности, которая в то же время превосходила его.

Грюнбаум не был религиозным. Напротив, он был провозглашенным секуляристом и оказался в социалистической партии Мапам. Он не хотел, чтобы название Иудея сковывало государство религией (или заявляло претензии на территорию). Но он хотел имя, которое связывало бы государство с еврейской историей, а не только с израильской древностью.

Когда Грюнбаум пожаловался, что сабра перестал считать себя евреем, он говорил в 1961 году, в самый разгар светской волны самодовольного самоуважения коренных израильтян, которые думали, что они превзошли еврейскую историю.

Но в тот самый момент Бен-Гурион сделал важный шаг, чтобы напомнить молодым израильтянам, что они действительно евреи. В прошлом году Израиль схватил Адольфа Эйхмана, ключевую фигуру в планировании Холокоста, и в 1961 году предал его суду за преступления, совершенные против евреев, убитых в Европе до рождения Израиля. Газета Washington Post опубликовала редакционную статью, в которой утверждалось, что Израиль не претендует на то, чтобы представлять еврейский народ. Ответ Бен-Гуриона:

Автор Washington Post , возможно, не знает, что 14 мая 1948 года мы провозгласили создание еврейского государства в соответствии с решениями Организации Объединенных Наций (которые были поддержаны Соединенными Штатами, а также другими стран), а Израиль - это всего лишь название еврейского государства.

Сущность государства была еврейской; его имя было удобством. По мнению Бен-Гуриона, суд над Эйхманом должен был устранить любую двусмысленность, вызванную названием.

Но выбор Израиля создал путаницу, которая сохраняется и по сей день.

Этот пост взят из третьей лекции «Идентичность» моей новой серии из семи лекций «Провозглашение независимости Израиля». Сериал, спонсируемый Фондом Тиква, бесплатный. Зарегистрируйтесь здесь .

Перекрестное размещение в газете « Times of Israel» .

Анимированная карта захвата Израиля исторической Палестиной

Создание еврейского государства в Палестине было преднамеренным, длительным и насильственным процессом. Палестинцы лишились огромных участков земли. Более 80 процентов палестинцев в том месте, которое в 1948 году стало Израилем, в одночасье превратились в беженцев. Этот процесс, возможно, завершился в 1948 году, но он начался в начале 20 века и продолжается до сих пор.

Чтобы создать Государство Израиль, сионистские силы напали на крупные палестинские города и разрушили около 530 деревень.Приблизительно 13 000 палестинцев были убиты в 1948 году, более 750 000 были изгнаны из своих домов и стали беженцами - кульминация этнической чистки сионистского движения в Палестине. Сегодня беженцев и их потомков насчитывается более семи миллионов. Многие до сих пор томятся в лагерях беженцев в соседних арабских странах, ожидая возвращения на родину.

Чтобы создать Государство Израиль, сионистские силы напали на крупные палестинские города и разрушили около 530 деревень.Приблизительно 13 000 палестинцев были убиты в 1948 году, более 750 000 были изгнаны из своих домов и стали беженцами - кульминация этнической чистки сионистского движения в Палестине. Сегодня беженцев и их потомков насчитывается более семи миллионов. Многие до сих пор томятся в лагерях беженцев в соседних арабских странах, ожидая возвращения на родину.

Пальмах, сионистское военное подразделение, в командование которого входил Ицхак Рабин, изгнало палестинских жителей деревни в феврале 1948 года.

После того, как Хагана, бывшая государственная сионистская военизированная организация, изгнала своих жителей, осталось менее 4000 палестинцев. Они находятся в гетто в районе Аджами. Сегодня в состав Израиля входит Яффо в составе муниципалитета Тель-Авив.

Израильские войска захватили Акко в мае 1948 г.

До сих пор сохранились реликвии укреплений, в том числе стена и башня того периода.

Столица и самый святой город в исторической Палестине. Более 80 процентов города было захвачено сионистами в 1948 году, а оставшиеся 20 процентов, ныне известные как Восточный Иерусалим, были захвачены в 1967 году.

Стена из бетона и колючей проволоки, построенная Израилем, маршрут которой лежит преимущественно внутри оккупированного Западного берега.Строительство началось в 2002 году и привело к конфискации палестинской земли Израилем и геттоизации палестинских общин.

Основан в 1909 году сионистским движением на средиземноморском побережье исторической Палестины, недалеко от Яффо. Это второй по численности населения город в Израиле после Иерусалима. В столичном регионе Тель-Авива, который включает в себя Тель-Авив и центральные районы Израиля, проживает 42 процента населения Израиля.

Сегодня Тель-Авив является экономическим центром и финансовой столицей Израиля. Это пятый по посещаемости город на Ближнем Востоке.

Шоссе 6 проходит с севера на юг Израиля. Один из крупнейших инфраструктурных проектов Израиля, он помогает израильским поселенцам перемещаться между незаконными поселениями на оккупированном Западном берегу и Израилем.

Самая низкая точка на Земле. Он включает в себя Мертвое море, которое находится на 790 метров ниже уровня моря. Долина реки Иордан - это пограничный регион между исторической Палестиной и Иорданией. С политической точки зрения, пока в долине реки Иордан присутствует израильская армия, нет возможности создать жизнеспособное палестинское государство на оккупированном Западном берегу.

Один из крупнейших кварталов города Газа, в котором проживает около 100 000 палестинцев.В 2008-2009 годах этот район часто подвергался израильским авиаударам. Во время израильской операции «Защитный край» в 2014 году израильские силы начали массированное военное нападение на окрестности, убив по меньшей мере 100 палестинцев и вынудив жителей бежать. «Шуджайя» в переводе с арабского означает «мужество».

Сектор Газа - одно из самых густонаселенных мест в мире.Здесь проживает 1,8 миллиона палестинцев, большинство из которых являются потомками беженцев, изгнанных из других городов и деревень Палестины в 1948 году. Одним из восьми лагерей беженцев в Газе является лагерь беженцев Аль-Шати.

Небольшой порт в секторе Газа расположен недалеко от района Рималь города Газа. Это единственный порт на Средиземном море, где не разрешается ставить на якорь судам со всего мира из-за оккупации территории Израилем с 1967 года и блокады.

Один из самых процветающих районов города Газа, его главная улица соединяет побережье со старым городом.

© AL JAZEERA MEDIA NETWORK, 2015

Государство Израиль

Критические очерки Государство Израиль

С библейских времен - но особенно с начала середины девятнадцатого века - евреи стремились к постоянному дому на Святой Земле, отрезке труднопроходимой, но исторически значимой земли на восточном берегу Средиземного моря, простирающейся к северу от Залива. Акаба над пустыней Негев, к западу от Мертвого моря и Иордании и к северу до границ Сирии и Ливана.

Первоначально этот район назывался Палестина, впервые заселенная земледельцами около 8000 г. до н. Э. Еврейские племена начали заселять землю в XII веке до нашей эры, и в конечном итоге ею правили Саул, Давид и Соломон около 1000 года до нашей эры. Позже царство разделилось на два государства, Израиль и Иудею, которые, в свою очередь, были завоеваны ассирийцами и вавилонянами. Позже этим регионом правили иностранные державы, в том числе персы, Александр Македонский и Птолемеи.

римляне овладели страной в 63 г. до н. Э. и поставил на престоле Ирода Великого в 37 г. до н. э. Иисус родился в этом управляемом римлянами еврейском мире, который после его распятия стал христианской нацией. Примерно через 500 лет владение захватили арабы, и он стал исламской нацией; к десятому веку нашей эры большинство жителей обратилось в ислам. В 1099 году западные крестоносцы установили власть, но в конечном итоге были разбиты армиями египетских султанов мамелюков.В 1516 году страна вошла в состав могучей Османской империи.

Приток европейских евреев в этот район начался в середине-конце девятнадцатого века. Евреи, живущие в Европе, особенно в Польше и России, бежали от казачьей бойни и русских погромов или резни и начали иммигрировать в эту часть Османской империи, где они основали примитивные фермерские общины. Объединенные общей религией и еврейским языком, они горячо верили - несмотря на то, что им приходилось жить в грубых хижинах и палатках, постоянно подвергаясь угрозе малярии и возмущаясь их недружелюбными палестинскими соседями, - что они вернулись на родину. который с библейских времен был им Богом обещан как национальный дом.

В начале Первой мировой войны Великобритания разожгла страсть к еврейской родине на международном уровне, выпустив Декларацию Бальфура, обещающую еврейскому народу дом в Палестине. Война закончилась в 1918 году, и Великобритания вытеснила ослабевшее турецкое влияние; Палестина была теперь в руках англичан. Лига Наций также одобрила роль Великобритании в создании еврейского государства.

План создания еврейской родины начал рушиться, когда арабы осознали, что сионизм стимулировал огромную беспрецедентную иммиграцию евреев, которая внезапно дестабилизировала многовековую арабскую среду.Захват земель новоприбывшими, совместная жизнь и настойчивое стремление к гендерному равенству разозлили и ужаснули коренных палестинцев, и вспышки враждебности вскоре привели к кровавым столкновениям.

Все большие волны еврейской иммиграции в Палестину были результатом роста нацистских групп ненависти в Германии и ее фашистских сателлитах в 1930-е годы. В 1935 году, например, более 61 000 европейских евреев почувствовали такую ​​угрозу, что оставили свои дома, работу и семьи и иммигрировали в Палестину.С 1936 по 39 год палестинцы разразились серией беспорядков, пытаясь лишить Великобританию власти, чтобы спасти то, что они считали своей исконной землей, от нарастающей волны сионистов.

Реакция мира на казнь шести миллионов евреев во время Холокоста выдвинула вопрос о еврейской родине в повестку дня молодой Организации Объединенных Наций. 29 ноября 1947 года Генеральная Ассамблея ООН одобрила раздел земель, разделив Палестину на арабское и еврейское государства.13 мая 1948 года британские миротворцы отказались от своего контроля.

На следующий день еврейские сионисты провозгласили Израиль суверенным государством во главе с Давидом Бен-Гурионом. Днем позже иорданские и египетские войска вторглись в новую нацию и положили начало кровавой эре терроризма, открытой войны и узурпации. В течение первого года существования нового еврейского государства было убито более 6000 евреев. К этому времени, однако, Израиль был уже сильной в военном отношении и победоносной нацией. Он увеличил свою первоначальную территорию на пятьдесят процентов и отвоевал Иерусалим, город, священный для евреев, мусульман и христиан.

В последующие годы перемещение арабских беженцев после того, как они потеряли свои земли в пользу Израиля в результате военных потрясений, держало этот район в постоянном состоянии беспорядков, включая войну за контроль над Суэцким каналом в 1956 году, Шестидневную войну в 1967 (что увеличило территорию Израиля на двести процентов), убийство израильских спортсменов на Олимпийских играх в 1972 году и война Судного дня в 1973 году.

Передышка от непрерывной войны между Израилем и его соседями произошла в 1979 году в Кэмп-Дэвиде, штат Мэриленд.Во время встречи, организованной президентом США Картером, президент Египта Садат встретился с премьер-министром Израиля Бегином, и оба они подписали первый мирный договор между Израилем и одним из его арабских соседей. Израиль согласился вернуть Египту богатые нефтью месторождения Синая, а взамен Египет, могущественное арабское государство, официально признал Израиль государством. Кроме того, Израиль также согласился работать на благо мира, включая возможный план палестинской автономии.

Война снова разразилась в 1982 году, когда партизаны ООП на юге Ливана начали совершать набеги на Израиль.В ответ Израиль бомбил Бейрут в течение почти двух месяцев и успешно выгнал Ясира Арафата и его армию из страны.

Одиннадцать лет спустя, в сентябре 1993 года, несмотря на натянутые отношения, Ясир Арафат, лидер Организации освобождения Палестины, премьер-министр Израиля Ицхак Рабин и министр иностранных дел Израиля Шимон Перес подписали в Вашингтоне, округ Колумбия, соглашение, в котором говорилось, что Израиль и ООП признают право друг друга на существование. ООП пообещала отказаться от своей священной террористической войны против Израиля, а Израиль, в свою очередь, предоставил самоуправление палестинским образованиям на Западном берегу и в секторе Газа.Позднее Рабин, Перес и Арафат разделили Нобелевскую премию мира 1994 года.

Сегодняшний Израиль размером примерно с Массачусетс - это высоко урбанизированная нация, несравненно демократическая по своим социальным законам, и в той части мира, где религиозные войны являются обычным явлением, свобода религии гарантируется законом мусульманам и христианам, живущим в страна. Кроме того, Израиль стал одной из стран мира, которой больше всего завидуют в предоставлении образовательных и медицинских услуг своему народу. С точки зрения экономики, страна сильно зависит от нефти как источника энергии, и поэтому она является крупным средиземноморским союзником США.С. борется за защиту нефтяных месторождений, которые питают мировой промышленный рост во второй половине двадцатого века.

История Израиля, проблемы нового государства, 1948-67

ПРОБЛЕМЫ НОВОГО ГОСУДАРСТВА 1948-67 гг.

Этатизм

Война за независимость была самой дорогостоящей войной в истории Израиля; больше, чем 6000 еврейских боевиков и мирных жителей погибли. По окончании войны в 1949 г. Неоперившееся государство было обременено рядом сложных проблем.К ним относятся реагируя на поглощение сотен тысяч новых иммигрантов и на нагноение проблемы беженцев на своих границах, поддерживая защиту от враждебный и численно превосходящий арабский мир, поддерживающий на плаву раздираемую войной экономику, и управление согласованием внешней политики. Столкнувшись с такими неразрешимыми проблемами, Бен-Гурион стремился обеспечить плавный переход от существующего предгосударственного учреждений новому государственному аппарату. Он объявил о создании Временный Государственный совет, фактически преобразованный исполнительный комитет Еврейское агентство с самим собой премьер-министром.Вейцман стал президентом совет, хотя Бен-Гурион старался сделать президентство отчетливо церемониальное положение. Временное правительство проведет выборы не позже чем в октябре 1948 г., когда Учредительное собрание разработало формальную конституцию. Однако предложенная конституция так и не была ратифицирована, и 16 февраля 1949 г. Учредительное собрание стало первым парламентом Израиля или Кнессетом.

Ключевым элементом этатизма Бен-Гуриона была интеграция израильской независимые вооруженные силы в единую военную структуру.28 мая 1948 г. Временное правительство Бен-Гуриона создало Силы обороны Израиля (ЦАХАЛ), еврейское название которого, Zvah Haganah Le Yisrael, обычно сокращается до Захал и запретил содержание любых других вооруженных сил. Это провозглашение бросил вызов Иргуну, который плыл на Алталене, корабле с оружием, в гавань Тель-Авива. Бен-Гурион приказал войскам Хаганы стрелять по кораблю, который был подожжен на пляже в Тель-Авиве. С двумя лагерями на грани гражданской войны, Бегин, лидер Иргун, приказал своим войскам не стрелять по Хагана.Хотя дело Altalena объединило ЦАХАЛ, оно оставалось горьким память о Бегине и Иргуне. Бегин впоследствии преобразовал свое вооруженное движение в политическую партию Херут (или Движение за свободу). К январю 1949 г. Бен-Гурион также распустил Пальмах, ударную силу Хаганы.

Сбор изгнанников

Первым законодательным актом Временного Государственного совета был Закон и Административный указ 1948 года, объявивший недействительными ограничения на Еврейская иммиграция, навязанная британскими властями.В июле 1950 г. приняли Закон о возвращении, в котором говорилось, что «Каждый еврей имеет право приехать в эту страну в качестве олаха (нового иммигранта) ».

В 1939 году британское мандатное управление подсчитало, что около 445000 человек из 1,5 миллиона жителей Мандата были евреями. По оценкам израильских властей, по состоянию на 15 мая 1948 г. около 650 000 евреев проживало в районе, который должен был стать Израиль в соответствии с предложением ООН о разделе от ноября 1947 года. С мая 1948 г. по 31 декабря 1951 г. около 684 000 еврейских иммигрантов въехали в новую государства, таким образом обеспечив еврейское большинство в регионе впервые за Современная эра.Самая большая группа иммигрантов состояла из евреев из Восточная Европа; более 300000 человек прибыли из числа беженцев и вынужденных переселенцев лагеря.

Высокоорганизованная государственная структура, созданная Бен-Гурионом и старой гвардией. Руководство мапая хорошо служило ишуву в предгосударственную эпоху, но было больно подготовлены к массовому наплыву неевропейских беженцев, хлынувших в новое государство в первые годы существования. С 1948 по 1952 год около 300000 человек. Сефардские иммигранты прибыли в Израиль.Помимо 120 000 высокообразованных иракцев Евреи и 10 000 египетских евреев, большинство новых иммигрантов (55 000 турецких Евреев, 40 000 иранских евреев, 55 000 йеменских евреев и тысячи других евреев. анклавы в Афганистане, на Кавказе и в Коччи на юго-западе Индии) были плохо образован, беден и в культурном отношении сильно отличается от страны доминирующая европейская культура. Это были религиозные евреи, работавшие в основном в мелкая торговля, в то время как правящие ашкенази из Лейбористской партии были светскими социалисты.В результате движение кибуцев, в котором доминируют ашкенази, отвергло их. и руководство Мапая в целом рассматривало новых иммигрантов как "сырых" материал »для своей социалистической программы.

В конце 1950-х годов произошло новое наводнение 400 000 человек, в основном малообразованных марокканцев, Алжирские, тунисские и египетские евреи иммигрировали в Израиль после израильской Синайская кампания. Общий прирост населения Израиля за первые за двенадцать лет государственности было около 1,2 миллиона, и не менее двух третей пришельцы были сефардского происхождения.К 1961 году сефардская часть Еврейское население составляло около 45 процентов, или примерно 800 000 человек. Посредством К концу первого десятилетия около четырех пятых сефардского населения проживало в большие города, в основном города развития, и города, где они стали рабочими в экономике, в которой преобладают ашкенази.

Израильские арабы, арабские земли и арабские беженцы

События непосредственно перед и во время Войны за независимость и во время остаются первые годы независимости, поскольку в этих событиях участвовали арабские Жители Палестины вызывают горький и эмоциональный спор.Палестинский Арабские беженцы настаивают на том, что они были изгнаны с родины евреями. террористы и регулярные еврейские вооруженные силы; правительство Израиля утверждает что вторгшиеся арабские силы призвали палестинских арабов покинуть свои дома временно, чтобы избежать опасностей войны, которая положит конец еврейскому вторжению в арабские земли. Спустя сорок лет после этого события защитники арабов или евреев продолжают представлять и верить диаметрально противоположным описаниям тех События.

По данным британского мандатного управления в 1947 г. около 1.3 миллиона арабов во всей Палестине. От 700 000 до 900 000 человек Арабы жили в регионе, в конечном итоге ограниченном линией перемирия 1949 г. так называемая Зеленая линия. К тому времени, когда боевые действия прекратились, осталось всего около 170 000 арабов остались в новом Государстве Израиль. К лету 1949 г. около 750 000 палестинских арабов жили в убогих лагерях беженцев, фактически созданных ночевка на территориях, прилегающих к границам Израиля. Около 300 000 человек жили в сектор Газа, который был оккупирован египетской армией.Еще 450 000 стали нежеланные жители Западного берега Иордана, недавно оккупированного Арабский легион Трансиордании.

Арабы, оставшиеся в Израиле после 1948 г., стали гражданами еврейского государственный. У них были права голоса, равные еврейской общине государства, и согласно Декларации независимости Израиля были гарантированы социальные и политическое равенство. Поскольку парламент Израиля никогда не принимал конституцию, однако права арабов в еврейском государстве оставались ненадежными.Арабских жителей Израиля видели оба Израильтяне-евреи и сами по себе как иностранцы в чужой стране. Они были ведя войну с сионизмом с 1920-х годов, и нельзя было ожидать, что они примут восторженно проживает в еврейском государстве. Учреждения нового государства были разработаны, чтобы способствовать росту еврейской нации, которая во многих случаи влекут за собой предполагаемое нарушение прав арабов. Таким образом, арабская земля был конфискован, чтобы освободить место для еврейских иммигрантов, еврейский язык и Иудаизм преобладал над арабским и исламским, иностранная экономическая помощь хлынула в Еврейская экономика в то время как арабское сельское хозяйство и бизнес получали лишь скудные помощь и опасения по поводу безопасности Израиля серьезно ограничили свободу арабов. движения.

После обретения независимости районы, в которых проживали 90 процентов арабов, были помещен под военное правительство. Эта система и присвоение почти неограниченные полномочия военных губернаторов были основаны на обороне (чрезвычайной ситуации) Постановления, принятые британским мандатным органом в 1945 году. Использование образца 1945 года. нормативных актов в качестве правовой основы, правительство создало три области или зоны, которые должны быть управляется Министерством обороны. Самым важным был северный район, а также известный как район Галилеи, где проживает около двух третей арабского населения.Второй важной областью был так называемый Маленький треугольник, расположенный между деревни Эт Тира и Эт Тайиба у границы с Иорданией (тогда Трансиордания). Третья область включала большую часть пустыни Негев, регион проходили ранее аполитичные кочевые бедуины.

Самой важной чертой военного управления было ограничение передвижения. Статья 125 Положения об обороне (чрезвычайном положении) уполномочила военных губернаторов. объявлять любую указанную территорию «закрытой» для тех, у кого нет письменных авторизация.Затем этот район был объявлен зоной безопасности и, таким образом, закрыт для Израильские арабы, у которых не было письменного разрешения начальника штаба армии или министр обороны. Согласно этим положениям, 93 из 104 арабских деревень в Израиле представляли собой закрытые территории, из которых никто не мог выехать. без военного разрешения. В этих сферах официальные акты военных губернаторов были, за редким исключением, не подлежали рассмотрению в гражданских судах. Частные лица могут быть арестованы и заключены в тюрьму по неуказанным обвинениям, а частные имущество было подвергнуто обыску и изъятию без ордера.Кроме того, физическое изгнание отдельных лиц или групп из государства не подлежало рассмотрение в гражданских судах.

Еще одна мера экспроприации земли, разработанная Министерством обороны (Чрезвычайная ситуация) Положения, принятые в 1949 г. и ежегодно обновляемые до 1972 г., когда законодательству было позволено истечь. Согласно этому закону, Министерство обороны могло, при условии одобрения соответствующего комитета Кнессета, создать охранную зоны во всей или части того, что было обозначено как «охраняемая зона», территория, которая включала земли, прилегающие к границам Израиля, и другие указанные области.По словам Сабри Джирииса, арабского политэконома, основавшего свою работу исключительно из источников в правительстве Израиля, министр обороны использовал этот закон, чтобы классифицируйте «почти половину Галилеи, весь Треугольник, территорию около Сектор Газа и еще один вдоль железнодорожной линии Иерусалим-Яффо возле Батира, как зоны безопасности ". Статья закона предусматривает, что постоянные, а также временных жителей могут потребовать покинуть зону, и это лицо у изгнанного было четыре дня, в течение которых можно было обжаловать уведомление о выселении. комитет.Решения этих комитетов не подлежали пересмотру или обжалование в гражданском суде.

Еще одной мерой, принятой Кнессетом в 1949 году, стало Чрезвычайное положение. Постановление о правилах (возделывание пустошей). Одним из применений этого закона было перевод в кибуцы или другие еврейские поселения земли в зонах безопасности которая лежала под паром, потому что владелец земли или другой собственности не был разрешен вход в зону в соответствии с законодательством о национальной безопасности. 1949 год закон при условии, что такие передачи земли действительны только в течение двух лет и одиннадцать месяцев, но последующее внесение поправок в законодательство продлило срок действия переводы на время действия ЧП.

Другая распространенная процедура заключалась в том, чтобы военное правительство конфисковало до 40 процент земли в данном регионе - максимально допустимый для национальной безопасности Причины - и передать землю новому кибуцу или мошаву. В период с 1948 по 1953 год было построено около 370 новых еврейских поселений, а также По оценкам, 350 поселений были основаны на заброшенных территориях. Арабская собственность.

Имущество арабов, которые были беженцами за пределами государства и собственность, отчужденная у арабов, оставшихся в Израиле, стала главным активом в новое состояние.По словам американского ученого Дона Переца, к 1954 г. "более одной трети еврейского населения Израиля проживало заочно собственности, и почти треть новых иммигрантов (250 000 человек) поселились в городские районы, покинутые арабами ". Бегущие арабы опустели процветающие такие города, как Яффо, Акко (Акко), Лидда (Лод) и Рамла, а также "338 городов а также деревни и большие части 94 других городов и поселков, в которых находится почти четверть всех построек в Израиле ».

Для израильских арабов один из наиболее разрушительных аспектов утраты их собственностью было то, что они знали, что потеря была юридически необратимой.В первые сионистские поселенцы - особенно поселенцы Второй алии - приняли жесткую полис, согласно которому земля куплена или каким-либо образом приобретена еврейской организацией или человек никогда не мог быть снова продан, сдан в аренду или сдан в аренду нееврею. Политика зашел так далеко, что запретил использование нееврейской рабочей силы на земле. Эта политика был перенесен в новое состояние. При обретении независимости Государство Израиль унаследовал "государственные земли" британского мандатного органа, который "унаследовал" земли, принадлежавшие правительству Османской империи Империя.Еврейский национальный фонд был операционным и контролирующим агентством Управление землеустройства и гарантировало, что земля, когда-то принадлежавшая евреям, - либо индивидуально или «суверенным государством еврейского народа» - не вернуться к неевреям. Это отрицало нееврейское, в основном арабское, население Израиля. доступ к примерно 95 процентам земли.

Появление IDF

В феврале 1950 года израильское правительство незаметно обсудило проект договор с королем Трансиордании Абдаллой, включая пятилетнее ненападение пакт, открытые границы и свободный доступ в порт Хайфы.В апреле Абдулла аннексировал Западный берег и Восточный Иерусалим, создав таким образом объединенный Хашимитский Королевство Иордания. Бен-Гурион согласился, потому что он думал, что это будет означать прекращение независимых претензий на территорию Израиля и материальных претензий на конфискованная арабская территория. Однако Абдулла был убит в июле 1951 года. Более того, Израиль бойкотировали все его арабские соседи, и с конца 1951 г. Суэцкий канал и Тиранский пролив (на южной оконечности залива Акаба, где он выходит в Красное море) были закрыты для израильского судоходства.

Окруженный врагами и вынужденный интегрировать тысячи иммигрантов в нового государства, Бен-Гурион попытался сделать ЦАХАЛ новым объединяющим символом неоперившееся государство. Он понял, что социализм Гистадрута был болен. подходит для решения задач, стоящих перед новым государством. Прежде всего, Израилю нужна была единство цели, которое, по мысли Бен-Гуриона, могло быть обеспечено только сильная армия, которая защитит страну от врагов и поможет ассимилировать своих культурно разнообразных иммигрантов.Таким образом, Бен-Гурион добавил к социалистический этос движений Гистадрута и кибуца агрессивный израильский национализм, возглавляемый Армией обороны Израиля. Чтобы осуществить эту новую ориентацию, он вырастили «новую гвардию» в руководстве Мапая во главе с динамичными молодыми Генерал Моше Даян и технократ Шимон Перес. На протяжении 1950-х и в начале 1960-е сторонники Даяна-Переса в Мапае и "старая гвардия" лейбористы. истеблишмент будет бороться за власть.

В ноябре 1953 года Бен-Гурион подал в отставку, и тем не менее Военизированный Моше Шарет занял пост премьер-министра.Под более слабым Шаретт лидерства, конфликт между руководством старой гвардии Мапая и Бен-Гурионом новая технократическая элита гноится открыто. Это привело к крупному скандалу в лейбористской партии. Партия назвала дело Лавона. Министр обороны Пинхас Лавон, важный фигура в старой гвардии, уполномочил начальника разведки Бенджамина Гибли запускают израильские шпионские сети в Каире и Александрии в попытке поставить в неловкое положение Президент Египта Гамаль Абдул Насер. Египтяне, однако, поймали и позже казнил шпионов, и дело оказалось большим затруднением для Правительство Израиля.Комиссия, уполномоченная расследовать дело, стала вовлеченный в испытание на прочность между молодым военным истеблишментом - в том числе Даян и Перес - и старая гвардия Мапая, которую поддерживает Лавон просил.

В феврале 1955 года Бен-Гурион вернулся в министерство обороны, и с покорный Шарет, все еще будучи премьер-министром, смог продвигать свою жесткую линию оборонная политика. Эта позиция привела к ряду набегов на Египтяне в ответ на нападения на израильские поселения со стороны Территория, контролируемая египтянами.Впоследствии Бен-Гурион был восстановлен во главе правительство Мапая. В то время его самой большой проблемой было растущее влияние Насер. К октябрю 1955 года Насер подписал соглашение о закупке оружия у Советский Союз и Чехословакия, а президент Дуайт Эйзенхауэр отказался снабжать Израиль оружием.

Бен-Гурион стремился нанести смертельный удар египетскому режиму. Так как Насер угрожал интересам Запада в Суэцком канале, Бен-Гурион вступил в секретные переговоры с Великобританией и Францией о возможности нанесения Израилем ударов по Синайский полуостров, в то время как Великобритания и Франция двинулись к Суэцкому каналу, якобы для защиты западного судоходства от боевых действий.В конце октября ЦАХАЛ разгромил египетскую армию в секторе Газа и через неделю двинулся к Гиди и Митла проходит. 5 ноября 1956 г. французы и англичане захватили Суэцкий канал. Площадь канала. После интенсивного давления со стороны администрации Эйзенхауэра, которая была обеспокоенные угрозой советского военного вмешательства, европейские державы присоединились к прекращению огня.

В марте 1957 года израильские войска были вынуждены отойти. Война подстегнула Стремление Бен-Гуриона к большей милитаризации. Хотя Израиль был вынужден уйти с Синая, Бен-Гурион счел войну успешной: набеги из Газы прекращено, миротворческие силы ООН разделили Египет и Израиль, более тесное сотрудничество с Францией привели к увеличению продаж оружия Израилю и созданию ядерной реактор, и, что наиболее важно, почти идеальные характеристики армии подтверждали его взгляд на центральную роль Армии обороны Израиля.

Израиль История Содержание

ИСТОЧНИК: Справочник по регионам Библиотеки Конгресса США.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2019 © Все права защищены. Карта сайта