Степные легенды туркестана: пять причин поехать в Туркестан

Содержание

пять причин поехать в Туркестан

Туркестан – один из древнейших исторических городов Центральной Азии. Он находится на юге Казахстана, от Алматы до него 800 километров. Туркестан называют «Второй Меккой». Город занимает особое место у тюркских народов. Здесь сохранились строения времен Тамерлана – полководца и основателя империи Тимуридов. А исторические объекты вошли в список культурного наследия ЮНЕСКО.

Туркестану больше полутора тысяч лет. Когда-то город был столицей Казахского ханства. Здесь множество святынь, поклониться которым едут паломники со всего мира. Три хаджа в Туркестан равносильны малому хаджу в Мекку. Но и туристы здесь найдут для себя множество поводов, чтобы приехать. Вот вам пять причин, чтобы посетить этот город.

Причина первая: посетить святыни и мавзолеи

Слово «Туркестан» имеет иранское происхождение и переводится, как «страна тюрков». Исторически под этим названием понималась огромная территория от Джунгарских гор через Семиречье и присырдарьинские степи вплоть до Аральского моря. В средние века здесь жили предки казахов – кыпчаки, аргыны, дулаты, джалаиры. На этих землях ханы принимали иностранных послов, проводили собрания высшей казахской знати по главным государственным вопросам. Именно здесь хоронили представителей мусульманского духовенства и тюркских правителей.

Самым известным жителем Туркестана был Ходжа Ахмед Ясави – ученый, поэт, признанный глава тюркской ветви суфизма. По преданию, он был последователем пророка Мухаммеда и пользовался огромной популярностью среди простого народа. После смерти Ясави город стал религиозным центром Средней Азии. В его честь построили мавзолей, который был построен по приказу Тамерлана и стал одной из самых почитаемых святынь для всех народов Центральной Азии. 

«Его строили 10 лет. Кирпичи мавзолея были взяты за 35-45 километров отсюда, из старого города Сауран, – рассказывает экскурсовод Кунсулу Асетова. – Люди вставали в цепочку в ряд, передавали эти кирпичи из рук в руки».

Глина из Саурана славилась своей крепостью. Говорят, что именно поэтому мавзолей по сей день крепко стоит на месте. И сейчас казахстанские реставраторы используют это сырье для восстановления средневековых культовых сооружений по всей республике. Из глины Саурана построен курган и крепкая стена вокруг мавзолея. Они служили для обороны комплекса.

У стен мавзолея расположены могилы знаменитых казахских ханов, султанов и батыров. Здесь покоится около 20 правителей. Поклониться им едут мусульмане со всего мира. Вызывает огромный интерес история этого места и у туристов. Как рассказал нам один американец из Вашингтона, которого мы тут встретили, он путешествует с 18 лет и посмотрел уже 90 стран, и культура казахского народа его очень привлекает. 

Учителем Ясави был Арыстан-Баб. Его признали среднеазиатским святым. Именно с мавзолея на его могиле паломники начинают свой путь. Мавзолей представляет собой усыпальницу и поминальную мечеть. Местные жители говорят: чтобы желания исполнились, нужно провести ночь у Арыстан-Баба.

У казахов считается, что в могилах святых присутствует некая духовная энергия, исходящая от мощей. «Паломники просят у них здоровья, открыть дорогу. Сюда приезжают те, кто не может родить детей», – объясняет экскурсовод Гульмира Арыстанбаева.

Это самое длинное погребение для одного человека и находится оно в мавзолее Укаш-ата. Здесь лежит могильная плита длиной больше 20 метров. Возле нее сидят часами люди разных национальностей и вероисповедания. Одна из них, Наталья Маркова приезжает сюда во второй раз. «Мне здесь очень нравится, здесь я очищаюсь душой, – говорит она. – Мне так легко. Вообще меня очень тянет в Туркестан. Сам воздух, атмосфера, везде здесь я нахожу какое-то чудо для себя».

Про Укаш-ату она знает и может рассказать: «Он был батыром могучего телосложения, не знавшим ни одного поражения в боях. По легенде, это был ученик Пророка Мухаммеда и проповедовал ислам в Средней Азии. Его враги подкупили жену, которая рассказала, что воин становится уязвимым во время молитвы. Ему отрубили голову его же мечом. То место, где текла его кровь, накрыли саркофагом. А голова покатилась и упала в расщелину в километре от тела. В тоннеле позже появилась вода. А на этом месте появился колодец. Вокруг него вот уже многие столетия стали собираться люди. Паломники верят, что живой источник обладает целебными свойствами. И просят у него благополучия и очищения от грехов».

Причина вторая: испить воды из целебного колодца

В колодец, который находится в мавзолее Укаш-ата, нужно опустить ведро. Если ты человек с чистой душой, то он наполнит его водой. А если ты пришел с плохими намерениями, то не даст ни капли. Набрать воды удается не каждому. Поэтому многие возвращаются сюда не раз, чтобы повторить попытку. Говорят, полным ведро будет только у безгрешного человека. Надо также обращать внимание на качество вода в ведре: чистая она или мутная. Цветы, амулеты на дне считаются большой удачей.

— Исполнится мое желание? – спрашивает Чинохон Абдухалликова, которая приехала сюда для того, чтобы прикоснуться к целительной силе колодца. — Иншаллах! (значит, «На все воля Аллаха!») – отвечает ей экскурсовод.

Женщина уже приезжала сюда и вытащила полное ведро. После этого, как она сама говорит, ее жизнь изменилась. Поэтому она вернулась вновь к волшебному источнику. «Мы приехали из Узбекистана. У нас в стране нет такого святого источника. Я приезжаю сюда уже второй раз поклониться и набрать воды. И все мои желания исполняются. Сына женила, дочь замуж отдала. Главное, сильно верить», – говорит она.

Глубина колодца 25 метров. Местные жители говорят, что на самом деле он пуст. «В самом колодце воды нет, – говорит Калиден Есембаев, житель Шымкентской области. – Но в периметре 1,5-2 метра бежит родник. Никто не может доказать и сказать, кто в ведро воду наливает и как она оттуда выходит». 

Причина третья: загадать желание в пещере Акмешит

Необыкновенную энергетику хранит пещера Акмешит (в переводе с казахского «Белая мечеть»). Ее называют одним из десяти чудес Казахстана и советуют обязательно посетить туристам. Спуститься в пещеру можно по длинной металлической лестнице. Огромный подземный зал поражает своими масштабами. Он напоминает декорации фантастического фильма с драконами и райскими растениями. Камни, из которых образовалась пещера, относятся к периоду Энеолита. Она очень помогала казахам в разные века. Здесь разбивали свой лагерь войска. Сюда приходили для утреннего намаза. Пещера напоминает купол, поэтому ее прозвали «Белой мечетью».

По одной из легенд, во время джунгарского нашествия здесь прятались дети и женщины. Возможно, поэтому бездетные пары стремятся сюда, преодолевая тысячи километров. По поверью, женщина, которая проведет ночь в молитвах в пещере, обретет материнское счастье.

Причина четвертая: попробовать местную кухню

Когда желание исполнится, казахи благодарят Всевышнего. И устраивают большой той (пир, праздник), на который зовут всех родных и друзей. Туркестан находится неподалеку от границы Узбекистана. Поэтому на праздничном дастархане (столе) нередко можно увидеть казахские лепешки и узбекский плов. Готовить его умеют здесь даже дети.

Бабумурату Абдурахманову всего 15 лет. Он показывает блюдо, которое приготовил: 5 килограммов плова. «Этому меня научил папа и дедушка. Я думаю, что в Туркестане готовят самый вкусный плов», – говорит он.

Причина пятая: взять мастер-класс у лучших ремесленников Казахстана

Многие годы через Туркестан проходил маршрут Великого Шелкового пути – из Китая в страны Ближнего Востока и Европы. Город стал торговым и ремесленным центром Средней Азии. До сих пор считается, что лучшие специалисты прикладного искусства живут на юге Казахстана.

Мы решили воспользоваться случаем и взять мастер-класс у одного из них. Абайхан Рысбаев гончарным делом занимается всю жизнь. Он принимал участие в реставрации мавзолея Ходжи Ахмета Ясави. Больше всего ремесленник любит создавать кувшины, небольшие статуэтки и музыкальные инструменты. Его изделия имеют знак качества ЮНЕСКО. Мастер принимал участие на выставке ремесленников в городе Санта-Фе в США.

Мы попросили мастера помочь нам сделать глиняную пиалу. «Чтобы глина была более плотная, нужно ее хорошенько размять, – объясняет нам ремесленник Абайхан Рысбаев. —  Делаем из нее шар, смачиваем водой, кладем на гончарный круг и вытягиваем необходимую нам фигуру».

Работы местных мастеров пользуются огромной популярностью не только в Казахстане, но и за его пределами. Купить их можно в ремесленном центре или на восточном базаре Туркестана. Где-то на прилавках, возможно, вам посчастливиться встретить и нашу пиалу.

Арыстан-баб. Жизнь, сотканная из легенд

«С Арыстан-баба путь начни… Придя к Хазрету попроси…» — с этих слов для многих туристов начинается путешествие в Туркестан. Местные гиды рекомендуют начать тур именно с посещения мавзолея Арыстан-баба, что находится в 60 километрах от Туркестана, неподалеку от городища Отрар и села Шаульдер Отрарского района. TengriMIX делится историей о проповеднике и его мавзолее.

Многие туристы остаются здесь на ночь — загадывают желание, пребывают наедине со Всевышним… И лишь после едут в Туркестан к мавзолею Ходжи Ахмеда Яссауи. Именно так завещал известный суфий.

В своих «Хикметах» он писал:
«В семь лет меня отыскал Арыстан-баб,
Он тайны мои прикрыл завесой.
«Бихамдиллаһ», — сказал он и поцеловал меня.
Вот по этой причине в шестьдесят три года я спустился под землю.

Азреил прибыл и взял душу Арыстан-баба.

Райские девы обернули его в белый саван.
Семьдесят тысяч ангелов оплакивали его.
Вот по этой причине в шестьдесят три года я спустился под землю».

 

Фото из открытых источников

Но кем был Арыстан-баб — настолько чтимый Яссауи, что после смерти учителя он спустился под землю, погрузился в себя и перестал общаться с внешним миром? На этот счет историки дают мало ответов. Жизнь Арыстан-баба буквально соткана из легенд…

Фото из открытых источников

По одной из них, пророк Мухаммед и его сподвижники однажды сидели и ели хурму. Один из плодов все время выпадал из блюда. В это время пророк якобы услышал откровение: «Эта хурма предназначена для мусульманина Ахмеда, который родится на 400 лет позже вас». Пророк спросил у своих сподвижников, кто из них передаст эту хурму будущему сподвижнику. Никто не вызвался. Пророк повторил свой вопрос, и тогда Арыстан-баб ответил: «Если вы у Всевышнего выпросите 400 лет жизни, то я передам хурму». Так и случилось. Спустя много лет Арыстан-баб встретил маленького Ахмеда и действительно передал ему хурму.

Красивая легенда. Однако она вызывает немало споров. Ведь пророк Мухаммед жил в 571-632 годах, тогда как Яссауи родился в 1103 году. Между ними не менее 500 лет. Другие легенды и вовсе приписывают Арыстан-бабу жизнь в 900 лет. Якобы во время разговора с пророком ему уже было за 300. Как бы то ни было, Арыстан-баба можно назвать самым большим долгожителем в истории казахского народа.

Встретил маленького Ахмеда Арыстан-баб на мосту в Сайраме (бывший Исфиджаб). Легенды рассказывают, что к старцу подбежал 7-летний мальчик и попросил свой аманат. Вот только передал Арыстан-баб не хурму, а только косточку от нее. Чтобы не потерять аманат, он долгие годы держал хурму за щекой и за века она истерлась. На что Ахмед сказал старцу: «Ты отдал мне косточку, а себе оставил мякоть. Значит к тебе будут приходить ночевать, а ко мне просить». Так легенда объясняет, почему прежде паломникам стоит посетить мавзолей Арыстан-баба и лишь потом Ахмеда Яссауи.

Фото из открытых источников

Кем был Арыстан-Баб — сказать сложно… История называет его то странствующим святым, то местным правителем-шейхом. Слово «арстан» или «арслан» с тюркского переводится, как лев. Легенды рассказывают, что свое прозвище он получил потому, что долго скитался по земле и обрел сверхъестественные способности. Якобы он сдружился со львами и даже мог свободно ездить на них верхом. К слову, такую же способность легенды приписывают и Карахану в Таразе. Слово «баба» в переводе с арабского означает врата. В данном случае баба — это врата божественного откровения. Так раньше назывался титул суфийских святых. Сохранилась даже казахская поговорка: «Отырарда отыз баб, Сайрамдагы сансыз баб», дословный перевод которого звучит так: «В Отраре 30 «баба», а в Сайраме их бесчисленное множество». Арыстан-баб считается главной фигурой в иерархии святых баба Центральной Азии. Именно ему легенды приписывают привнесение в Казахстан идей суфизма.

Фото из открытых источников

Суфизм в наших степях прижился довольно легко. Ученые-религиоведы, в частности доктор философских наук, профессор КазНУ имени аль-Фараби Калимаш Бегалинова, считают, что этому немало способствовали кочевой образ жизни и психология тюрков. От природы в нас очень много суфийского. Это и поэтический склад ума, и широта мировоззрения, и свободное нестандартное мышление, и самое главное — предпочтение живой веры (иман) и духовного самосовершенствования мусульманской схоластике и внешним обрядам. Суфий, так же как и кочевник, не был привязан к одной конкретной территории. Его жизнь — бесконечные странствия и путешествия. Понимали кочевники и строгие самоограничения и аскетизм, которые на себя накладывали суфии, ведь сами они воспитывали в себе дисциплину и порядок. С другой стороны, суфизм — это сложное явление. Он глубоко синкретичен. Помимо ислама, он впитал в себя идеи индийской философии, гностицизма, зороастризма, христианского мистицизма и других направлений. Суфизм стал своего рода встречей ислама с другими культурами, диалогом, позволяющим исламу глубже понять свою самобытность. Впитал в себя суфизм и верования местных тюркских племен, зороастрийские представления. 

Впрочем, есть у легендарного Арыстан-баба и вполне реальный исторический прототип. Историки считают, что им мог быть Салман аль-Фариси — первый в истории перс, принявший ислам. Он родился в Персии в семье зороастрийцев, но принял ислам и почти всю свою жизнь странствовал. Почему бы и нет? К тому же Салман аль-Фариси был близким сподвижником Мухаммеда, которого последний символически даже объявил членом своей семьи. Но пока что это только гипотеза. Кем был на самом деле Арыстан-баб, никто не знает.

Скончался Арыстан-баб в окрестностях Отрара в XII веке. Здесь же и был похоронен. Ученики и последователи возвели ему мавзолей. Как удалось пережить ему «отрарскую катастрофу», когда войска Джучи полностью уничтожили Отрар, точно неизвестно. Но эмир Тимур нашел мавзолей Арыстан-баба в XIV веке уже разрушавшимся. И решил отстроить в знак почтения новое здание. По этому поводу сохранилась еще одна легенда. Когда Тамерлан распорядился над могилой Ходжи Ахмеда Яссауи начать строительство мечети, все попытки строителей возвести стены терпели неудачу. Их сносила сильная буря. Или, по другой версии, внезапно появлялся зеленый бык и все разрушал. К эмиру Тимуру тогда явился во сне святой и сказал, что сначала нужно построить мавзолей над могилой святого Арыстан-баба, и лишь затем — над могилой Ходжи Ахмеда Яссауи. Так эмир Тимур и сделал. Воздвиг мавзолей учителю Яссауи, а потом — и суфию. К сожалению, мавзолей Арыстан-баба, построенный Тамерланом, не сохранился. Разрушился от землетрясения. От постройки Тимура остались лишь три резных деревянных айвана, два из которых хранятся в мавзолее, а один — в музее Алматы.

В XVIII веке на месте мавзолея было построено новое сооружение. Но и оно разрушилось. Так же, как разрушился мавзолей, построенный в 1907 году и в 1971. Но попытки местного населения увековечить имя Арыстан-баба не прекращались.

Современный мавзолей построен по прототипу 1907 года. Он состоит из двух частей — усыпальницы (гурханы) и поминальной мечети. Они объединены большим сводчатым коридором.

Помимо надгробия Арыстан-баба, здесь установлены надгробия его учеников и последователей Хермет-азыра, Карга-баба, Лашын-баба.

Сохранился в мавзолее и старый Коран — великолепный образец средневекового каллиграфического искусства.


А рядом с мавзолеем расположен знаменитый колодец. Вода в нем слегка солоноватая, но, по поверьям, помогает излечить и физические, и душевные раны человека.

Арыстан-баб вошел в историю казахского народа как учитель и проповедник. Ахмед Яссауи в «Хикметах» писал: «Арыстан-баб рассказал об исламской религии» (второй хикмет), «научил тысяча одному зикиру, проявив милосердие» (девяностый хикмет). «Слушайте слова Арыстан-баба», — призывал Яссауи, потому как учитель дает советы, как избегать зла и насилия, которые совершаются ради богатства и карьеры, как не сходить с пути истины.

С 1982 года мавзолей Арыстан-баба находится под защитой государства. Он является одним из величайших объектов культурного наследия страны.

Мавзолей довольно популярен, и разных видов экскурсий здесь очень много. Однодневная поездка в мавзолей Арыстан-баба из Шымкента, к примеру, совмещающая также посещение Сайрама и Туркестана, обойдется в 6 тысяч тенге.

 

Двухдневная поездка с ночевкой у мавзолея стартует от 29 тысяч, так как предполагает услуги автотранспорта, питание и проживание в гостиничном комплексе. Сам вход в мавзолей сравнительно недорогой — 200 тенге с человека. 

Автор текста: Мадина Ашилова

Фото: Алибек Бегалинов

Великая Тартария или Туркестан? Границы в Средней Азии — Реальное время

И не предвидится в ближайшее время, несмотря на периодические взрывы национализма, считает историк Светлана Горшенина

Советские элиты, после распада СССР оказавшиеся у власти в новообразованных республиках, не были готовы к пересмотру границ. Когда им требовалось решать непростые экономические вопросы, на первый план вышли другие заботы, нежели перекраивание территорий, считает специалист по истории Средней Азии Светлана Горшенина, работающая во Франции. В колонке, написанной для «Реального времени», она рассказывает, что такое великая Тартария и великий Туркестан, какие легенды, мифы и исторические факты связаны с этой территорией и как изменялись границы нынешней Центральной Азии на протяжении столетий.

«Тартары» виделись то как «сатанинское племя», то как воплощение не менее дьявольских Гога и Магога, то как наследники десяти исчезнувших племен Израиля»

История Средней/Центральной Азии соткана из сложно сплетенных историй различных государственных образований, часть из которых была сцентрована на самом регионе, а часть входила в качестве составляющих в соседние страны/империи. Сегодня многие из этих государственных образований нам известны не под их собственными самоназваниями, а под теми наименованиями, что утвердились в европейской исторической или географической традиции. «Тартария» — один из классических случаев такого типа.

Самые первые наименования того региона, который мы сейчас называем то Средней, то Центральной Азией, связаны с ахеменидской империей: они фигурировали в надписи Дария I в Бехистуне, представляющей список двадцати трех провинций или народов империи. Эти ахеменидские названия провинций, такие как Парфия, Маргиана, Дрангиана, Ария, Хоразмия, Бактрия, Согдиана, Скифия и Арахосия, были унаследованы античными историками, философами и географами, которых мы сегодня воспринимаем в качестве создателей большей части «классической» информации о пространственной организации региона в древности, определивший топографический словарь европейской географии вплоть до XVIII века.

В этот пазл европейское Средневековье привнесло свои коннотации, «породнив», в частности, этот регион с мифическими народами Гог и Магог, связанными с Антихристом и адом.

Со своей стороны арабские географы VIII—XIV веков, не избежавшие влияния древних и средневековых авторов, нередко определяли этот регион или в соответствии с наименованием населявших его народов (отсюда, в частности, Туркестан) или в соответствии с его географическим положением (например, Мавераннахр, то есть «Междуречье»), привнося также новые топонимы локального происхождения (например, Фар, Кандагар или Кашмир).

В этом топонимическом «бульоне», где пересекались разные географические и лингвистические традиции разных эпох, «Тартария» — именно с «р» — появляется и входит в широкий оборот в Европе в контексте татаро-монгольского нашествия: наименование одной из урало-алтайских этнических групп — «татары», представители которой входили в армию Чингисхана и которая долгое время воспринималась как синоним Монгольской империи, — ставится в параллель мифическому аду — «тартару», из которого, казалось, выходили полчища «диких» кочевников, олицетворяющих собой для Европы грядущий Апокалипсис. Впервые, в 1173 году, упомянувший — вполне нейтрально — «Тартарию» Бенджамин Тудельский уходит в тень; на смену ему появляется цепочка западных правителей — от грузинской царицы Русудан (1224) до французского короля Людовика IX (1241) и римского императора и сицилийского монарха Фредерика II (1241), которые активно используют этот термин, который не был самоназванием ни империи Чингисхана, ни его наследников, и укрепляют связь между мифическим образом малоизвестного в Европе народа и преисподней: по словам Фредерика II, «пусть Тартары будут отброшены в их тартар» (ad sua Tartara Tartari detrudentur).

За этим псевдоэтнонимом скрывались разнообразные фантазмы, порожденные страхом: «тартары» виделись то как «сатанинское племя», то как воплощение не менее дьявольских Гога и Магога, то как наследники десяти исчезнувших племен Израиля, якобы запертых Александром Македонским за их еретические воззрения за высокими стенами и чье появление предвещает конец света. Подлинная история империи Чингисхана и позднее Чингизидов оставалась практически неизвестной в Европе.

Фото raremaps.com
Привязанность термина к географическому пространству была весьма нестабильной: «Тартария» могла начинаться то от Днепра, то от Дона, то от Волги, то от Урала и протягиваться то вплоть до севера Индии и Дальнего Востока, то резко обрываться у столь же нестабильных границ оседлых стран Туркестана

«Российские специалисты всячески избегали и саму возможность приложения к российским территориям термина «Тартария», прямым синонимом которого вскоре стал Туран»

Негативные коннотации не исчезли и позднее, когда в XVII—XVIII веках европейская картография структурировала регион вокруг трех составляющих — российской/московской, китайской и независимой «Тартарией». В свою очередь, российские специалисты всячески избегали как использование буквы «р» в написании «Тартария» (она изредка появлялась лишь в переводных картах), так и саму возможность приложения к российским территориям этого термина, прямым синонимом которого вскоре стал Туран, символ глубоко континентальной «варварской» Азии, с которой проевропейски настроенные элиты Российской империи послепетровского времени никак не хотели себя отождествлять.

Будучи термином, сконструированным в Европе и привнесенным в Центральную Азию извне, «Тартария» по определению не могла отразить сути региона. С одной стороны, многочисленные классификации «тартарских» народов, активно составляемые исследователями XVII—XVIII веков, не могли охватить всего этнического разнообразия его населения. По мнению самих составителей, это создало к концу XVIII века неприемлемую ситуацию, в которой этнографический по характеру термин прилагался к географическому региону, населенному также и другими «расами», такими как монголы, калмыки, буряты, киргиз-кайсаки (казахи) и уйгуры, которые оставались не только «незамеченными», но воспринимали это определение как уничижительное.

С другой стороны, привязанность термина к географическому пространству была весьма нестабильной: «Тартария» могла начинаться то от Днепра, то от Дона, то от Волги, то от Урала и протягиваться то вплоть до севера Индии и Дальнего Востока, то резко обрываться у столь же нестабильных границ оседлых стран Туркестана. Более того, c конца XVII века «Тартария» начинает дробиться: картографы прибавляют к этому термину многочисленные эпитеты, и на картах появляются Tаrtaria Magna или Независимая Тартария, соотносимая с миром степей, который нередко также назвали «азиатской Скифией», «Малая Тартария» Крыма, «Российская или Московская Тартария» Сибири, «Китайская Тартария» Синьцзяня, северная, южная, восточная, западная, внутренняя, «подлинная», и т.д.).

В конце концов, в результате активной критики, инициированной П. Палассом в 1789 году, этот топоним уступил свое место не менее проблематичному термину Средняя/Центральная Азия.

Что же до топонима «Туркестан», то, будучи впервые упомянут в работах арабских географов IX века, он появился в Европе в XIII века благодаря царю Армении Хетуму I, после чего довольно вольно — на уровнях написания, определяемого географического пространства и государственных структур — использовался первыми европейскими путешественниками (от Бенедикта Поляка и Рубрука до Марко Поло и его современников) для описания то пространства на восток от Арала, то султаната Сельджукидов, то Анатолии, то Чагатайского улуса. К XIV веку картографы начинают выделять западный Туркестан, включающий в себя территорию от Сеистана и Герата через Хиву, Бухару и Самарканд вплоть до Ходжента и иногда называемый «Тартарским Тукестаном» (Tartaria Torquesten), а позднее Тураном, Мавераннахром, Большой Бухарией или Трансоксианой (XVIII век).

Этот западный Туркестан противопоставляется восточному Туркестану, который нередко становится синонимом «восточной Тартарии» или «Малой Бухарии». При этом все эти наименования не подразумевают существования некоего единого государственного образования, не предусматривают никаких точных границ, их географические контуры не совпадают в деталях, и их внутренняя иерархия нестабильна. Локальное по происхождению наименование постепенно трансформируются согласно европейской оптике и приобретает те же характеристики привнесенного термина, что и «Тартария».

В XIX веке европейская картография уже привычно оперирует терминами «русский, китайский и афганский Туркестан», связывая их с политическим противостоянием великих держав в рамках так называемой «Большой игры» и процессом завоевания туркестанских ханств Российской империей.

В тот момент, когда новые российские владения получают официальное наименование Туркестанского генерал-губернаторства, а позднее Туркестанского края, в Германии звучит критика, согласно которой российские власти неправомерно узурпировали наименование «Туркестан» и что «подлинным» Туркестаном может быть только китайский Туркестан, где этот этнотопоним соответствует этническому составу населения региона.

Идея же «Великого Туркестана», который привязывается к империи Тимура, проклевывается, так и не оформившись в стройную доктрину, в начальный момент национально-территориального размежевания среди локальных элит, но очень скоро трансформируется в претекст для проведения репрессий в рамках кампаний, ведомых советской властью против «националистов» в этой среде нарождающихся среднеазиатских политических лидеров.

Фото topwar.ru
В XIX веке европейская картография уже привычно оперирует терминами «русский, китайский и афганский Туркестан», связывая их с процессом завоевания туркестанских ханств Российской империей

«В основе формирования границ в Средней Азии лежала логика завоевания региона Российской империей»

На протяжении почти четырех столетий границы региона многократно перекраивались согласно различных идеям и теориям и в соответствии с разнообразными политическими ситуациями. Эти процессы были очень неоднозначные, и я посвятила их анализу отдельную книгу Asie centrale. L’invention des frontires et l’hritage russo-sovitique (Центральная Азия. Изобретение границ и русско-советское наследие), которая была опубликована на французском языке в 2012 году.

Если же очень коротко, то можно сказать, что в основе формирования границ в Средней Азии с конца XVIII до конца XIХ века лежала логика завоевания региона Российской империей. Ее противоречивая, непоследовательная политика опиралась на разнообразные теории, которые то дополняли друг друга, то оказывались во фронтальной оппозиции, то выходили на первый план политических и общественных дебатов, то забывались со вчерашними новостями. Среди них навскидку можно назвать поиски «научных/естественных границ»; идея «цивилизационной миссии»; желание возвратиться к исконной «арийской/туранской прародине»; ощущения существования некоего «печального рока, влекущего Россию против ее воли в сердце Азии»; рассуждения о «самовольстве» российских генералов, падких на медали и охочих до славы; необходимость «защиты от диких кочевников собственных границ/крестьян/переселенцев/городов», перетекающая в необходимость «превентивно-защищающего наступления»; подсчеты будущих выгод — как экономических, так и политических — от захвата Туркестана; муссирование положения о «крайней убыточности» региона; попытки «противостояния британской угрозе»; геополитические спекуляции по поводу важности «завоевания Центра Азии для последующего господства над всей Евразией» вперемежку с мечтами о «третьем Риме» и о «срединном» положении России, накладывающим на нее особую «мессианскую» обязанность по объединению Востока и Запада; проекты вхождения на равных в «клуб великих западных держав», занятых империалистическим разделом мира…

В соответствии с этими теориями и идеями, используя то дипломатические механизмы, как подписание договоров, как, например, с казахскими ордами, то военные захваты, как, в частности, штурм Геок-Тепе, Российская империя продвигалась все далее и далее на юг, вплоть до лимитов, за которыми начиналась сфера британского влияния, символом которых стала Амударья — Оксус древнегреческих авторов.

В ходе этого перманентного движения на протяжении более чем века границы фиксировались в соответствии с разными сценариями.

В отношении трех казахских орд, Бухарского эмирата, Хивинского и Кокандского ханств, на полуофициальном уровне рекомендовалось по возможности четко не фиксировать границы ни в каких государственных документах, оставляя за собой возможность последующего продвижения вглубь территорий. В этом контексте приветствовалось также создание пористых границ, позволяющих русской армии пересекать по своему усмотрению территорию, формально ей не принадлежащую, как то было в 1878 году с Бухарским эмиратом, низведенным до уровня протектората Российской империи.

Собственно внутренние границы созданных в регионе губернаторств (впоследствии краев) — Туркестанского, Оренбургского/Степного, Сибирского — регулярно пересматривались в 1860—1890-е годы в ходе новых завоеваний (так, Кокандское ханство было преобразовано в 1876 году в Ферганскую область Туркестанского генерал-губернаторства, а туркменские территории — в Амударьинский отдел, 1873) и приспосабливались к административным и военным нуждам российских структур (в частности, Закаспийская область и Семиречье входили то в Туркестанское генерал-губернаторство, то, соответственно, в Кавказское наместничество и в Степной край).

Русский Туркестан в 1900 году. Фото wikipedia.org
Внутренние границы созданных в регионе губернаторств регулярно пересматривались в 1860—1890-е годы в ходе новых завоеваний и приспосабливались к административным и военным нуждам российских структур

«Российская империя была обязана учитывать позиции западных политических элит»

Демаркация границы с Афганистаном, Китаем и Ираном проходила по правилам, которые в гораздо большей степени соответствовали международным практикам того времени. Российская империя была обязана учитывать позиции западных политических элит, напуганных стремительным расширением российских границ в Азии, которые нередко сравнивали с безудержным расползанием по плоскости масляного пятна. В ходе многочисленных международных переговоров в несколько этапов, с 1864 по 1895 год, опирающихся на работы российско-британских комиссий по проведению границ, последние были более или менее четко зафиксированы, даже несмотря на тот факт, что высокогорные районы Гиндукуша и Памира оставались неизвестны комиссионерам.

Логика формирования границ в советское время была совершенно иная, но и она так же не была единой и сильно видоизменялась от одного периода к другому. Непосредственно после революции 1917 года и до начала 1920 года в регионе одновременно или последовательно было создано множество государственных образований разной политической ориентации и срока существования — от эфемерных Кокандской автономии и Закаспийского временного правительства 1918 года до более стабильных, таких как Туркестанская АССР, на основе которой впоследствии будет реализована вся программа по территориальной реконфигурации региона.

«Границы оставались исключительно декоративными»

На смену этому мультигосударственному взрыву пришла сначала программа экономического районирования, которая практически не затрагивала территориальных структур Туркестана времен Российской империи, а затем, в 1924 году, национально-территориальное размежевание, преследующие иные цели и принесшее с собой иную риторику и методы создания новых границ — теперь уже национальных по смыслу и антропогеографических по характеру.

Несмотря на то, что этот процесс был в общих чертах завершен к 1936 году, незначительные территориальные изменения были реализованы и в позднесоветское время. При этом по сути границы оставались исключительно декоративными: с точки зрения советских создателей границ, чем более абсурдной казалась линия границ и форма вновь созданных национальных республик (вытянутый Узбекистан с многочисленными анклавами и децентрированной столицей тому яркий пример), тем лучше казался результат национально-территориального размежевания для сосуществования разных народов в рамках Советского Союза.

Создателям границ хотелось верить в то, что подобные нежизнеспособные в «буржуазном мире» государственные территории наилучшим образом подтверждали сам исключительный факт создания государства нового типа — социалистического — и утверждали возможность равноправной интеграции различных территорий с различным этатическим статусом в рамках единой советской страны.

Фото today.tj
На смену этому мультигосударственному взрыву пришла сначала программа экономического районирования, которая практически не затрагивала территориальных структур Туркестана времен Российской империи, а затем, в 1924 году, национально-территориальное размежевание

«Каждая из республик стала узнаваемой в своих границах»

Неожиданное обретение независимости в 1991 году подтолкнуло все республики Центральной Азии к пересмотру статуса границ: из фиктивных они должны были превратиться в «настоящие» государственные границы с пропускными пунктами, нейтральными полосами, таможенной и пограничной службами. Эти трансформации границ были реализованы в первые же годы независимости вплоть до создания герметически закрытых границ между Таджикистаном и Узбекистаном, Узбекистаном и Туркменистаном, в частности с использованием минных полей или прекращением любого транспортного сообщения. Также были пересмотрены и отрегулированы несколько «проблемных» участков между бывшими советскими республиками и их соседями (в первую очередь с Китаем). Другие же еще ждут своего часа вплоть до наших дней, периодически провоцируя взрывы национализма, как то, например, регулярно происходит в Ферганской долине.

Вместе с тем радикального пересмотра границ в Средней Азии после распада СССР не было: советские элиты, оказавшиеся у власти в национальных республиках, не были готовы инициировать подобные процессы, так как, с одной стороны, получив советское образование, они идентифицировали себя с уже существующими территориями; с другой стороны, в момент тяжелого экономического кризиса на первый план вышли другие заботы, определяемые, в частности, страхом перед крепнувшим национализмом и радикальным исламом.

На сегодняшний день каждая из республик уже закрепила за собой определенный статус на международной арене и стала узнаваемой в своих границах, что в принципе исключает какой-либо радикальный пересмотр границ в ближайшее время.

Светлана Горшенина

Справка

Светлана Горшенина — историк и историк искусства Средней Азии, занимающаяся главным образом историей Туркестанского края XIX — начала ХХ в. и первыми годами советской власти в регионе. Защитила кандидатскую диссертацию в Узбекистане (1996), докторскую в ун-те Лозанны и в Сорбонне (2007), хабилитацию по проблемам культурного наследия Туркестана в INALCO (Париж, 2016). Работала в College de France, CNRS, ENS и EHESS (Париж) и в университетах Лозанны, Манчестера и Ташкента. Была куратором нескольких выставок, посвященных фотографиям XIX — начала ХХ века и истории археологии Средней Азии, проходивших в Париже, Лионе, Женеве, Болонье, Ташкенте, Самарканде. Автор или научный редактор многочисленных публикаций, в том числе 13 книг, в частности: L’invention de l’Asie centrale. Histoire du concept de la Tartarie l’Eurasie; Asie centrale. L’invention des frontiers et l’hritage russo-sovitique; Explorateurs en Asie centrale. Voyageurs et aventuriers de Marco Polo Ella Maillart. С. Горшенина — генеральный секретарь ассоциации Alerte Heritage. Живет в Париже.

ОбществоИстория

Завершены съемки экспедиции по Казахстану для проекта «Степные легенды»

Съемочная группа проекта побывала в экспедиции по Казахстану, преодолев расстояние в 10 тысяч километров.Завершены съемки телевизионного проекта «Седьмого канала» под названием «Степные легенды» в рамках второго сезона программы «Знаки», передает Tengrinews.kz.

Программа расскажет об энергетически сильных местах Казахстана, где происходят необъяснимые наукой вещи, которые паломники называют чудесами. Для этого съемочная группа проекта побывала в исследовательской экспедиции по Казахстану, преодолев расстояние в 10 тысяч километров. Маршрут включил в себя 12 городов, 37 населенных пунктов, 32 исторических памятника и объекта духовного наследия.

Первым пунктом путешествия стал мавзолей Арыстан-баба, который находится близ села Шаульдер в Южно-Казахстанской области. Далее съемочная группа посетила мавзолей Ходжи Ахмеда Яссауи. В окрестностях Туркестана команда «Седьмого канала» также побывала в Древнем Отыраре (в 57 километрах к югу от села Талапты) и местечке Укаш-ата (в 55 километрах к северо-востоку от Туркестана).

Далее путь лежал в сторону Шымкента через мавзолей Домалак-ана и Байдибекскую впадину. В самом Шымкенте съемочная группа посетила мазары Кошкар-ата и Темирши-ата, а затем отправилась к символам Гаип-Ерен-Кырык-Шелтен. Это две скалы, между которыми есть узкая расщелина. Также команда «Седьмого канала» посетила мавзолей Айша-биби и мазар Бес-ата близ Тараза.

В Алматы группа посетила источник Альмерек-ата, мазар Райымбек батыра и отправилась на восток. Путь пролегал через Чарынский каньон и Жаркент, где растет гигантское 800-летнее дерево. Также создатели программы посетили знаковые места Восточно-Казахстанской области: побывали в пещере Коныр-аулие и у мавзолеев Абая и Шакарима, Енлик-Кебек, Козы-Корпеш и Баян Сулу. Недалеко от Павлодара съемочная группа посетила мазар Машхур Жусупа Копеева. В Северо-Казахстанской области команда побывала в усыпальницах батыров Карасая и Агынтая.

«В экспедиции мы познакомились с интересными людьми. Одна из них — 96-летняя хранительница печати самого Ходжи Ахмеда Яссауи. Сама печать — это срез дерева с высеченными на нем письменами. Я не думал, что мне так повезет и я прикоснусь к древности своими руками», — поделился своими впечатлениями журналист проекта «Знаки. Степные легенды» Нуриддин Бидосов.

«Целью экспедиции было узнать, во что верили наши предки и во что люди верят сейчас. Чем живет и что пересказывает друг другу из уст в уста народ Казахстана? Что волнует людей и о чем они мечтают?» — пояснила автор и руководитель проекта Алия Баймухамедова. Добавим, что самые драматичные истории будут экранизированы с участием актеров. Телепередача выйдет в эфир в сентябре 2013 года. Всего будет 17 выпусков, которые покажут в вечернее время.

Источник: Tengrinews.kz

27 августа 2013, 15:23

Семь источников Туркестана, которым приписывают целительную силу | Реальные истории

Туркестанская область издревле привлекала путешественников своими культовыми местами. Местным источникам воды приписывают целительную силу. Расскажем о семи наиболее известных, которые посетили участники молодежной экспедиции из Клуба путешественников Almaty Nomad и Tengri Travel.

«С Арыстан-Баба путь начни… Придя к Хазрету, попроси…» — с этих слов для многих туристов начинается путешествие в Священный Туркестан. Местные гиды рекомендуют начать тур именно с посещения мавзолея Арыстан-Баба, что находится в 60 километрах от Туркестана, неподалеку от городища Отрар и села Шаульдер Отрарского района.

Вся жизнь Арыстан-Баба буквально соткана из легенд. Согласно одной из них, пророк Мухаммед и его сподвижники однажды сидели и ели хурму. Один из плодов все время выпадал из блюда. В это время пророк якобы услышал откровение: «Эта хурма предназначена для мусульманина Ахмеда, который родится на 400 лет позже вас». Пророк спросил у своих сподвижников, кто из них передаст эту хурму. Никто не вызвался. Пророк повторил свой вопрос, и тогда Арыстан-Баба ответил: «Если вы у Всевышнего выпросите 400 лет жизни, то я передам хурму». Так и случилось. Спустя много лет Арыстан-Баба встретил маленького Ахмеда и действительно передал ему хурму.

Встретил маленького Ахмеда Арыстан-Баба на мосту в Сайраме (бывший Испиджаб). Легенды рассказывают, что к старцу подбежал 7-летний мальчик и попросил свой аманат. Вот только передал Арыстан-Баба не хурму, а только косточку от нее. Чтобы не потерять аманат, он долгие годы держал хурму за щекой, и за века она истерлась. На что Ахмед сказал старцу: «Ты отдал мне косточку, а себе оставил мякоть. Значит, к тебе будут приходить ночевать, а ко мне просить». Так легенда объясняет, почему прежде паломникам стоит посетить мавзолей Арыстан-Баба и лишь потом Ахмеда Ясави.

Многие туристы остаются в мавзолее Арыстан-Баба на ночь — загадывают желание, пребывают наедине со Всевышним… И лишь после едут в Туркестан к мавзолею Ходжи Ахмеда Ясави. Как и завещал известный суфий.

И, конечно же, обязательный ритуал — питье воды из колодца Арыстан-Баба. На вкус эта вода очень соленая. Но имеет целебные свойства. Говорят, эта вода особенно полезна для лечения заболеваний желудочно-кишечного тракта. Многие не только пьют воду из колодца, но и наполняют ею разные емкости, отвозят домой. Но будьте осторожны — если у воды, по приезде, образовался черный осадок, то, как говорят старожилы, эту воду пить нельзя!

Родник «Сорока невидимых ангелов»

Эта каменная долина известна как «Сорок исчезнувших святынь» (или «Сорок невидимых ангелов»). По преданию, именно святые духи помогают людям пройти через сложное испытание скалы, а также наполняют это место силой и особой энергетикой.

Испытание скалы заключается в том, чтобы пройти сквозь узкий проход. В ширину он всего 14 сантиметров! Зато в длину — несколько метров. Считается, что пройти сквозь расщелину может лишь тот, кто силен в вере и праведен в помыслах. Иной раз тучный человек может пройти, а худой — испытание провалить. Потому смотритель то и дело просит сконцентрироваться и попросить благословения у Всевышнего, а для начала — испить из чистейшего родника, что бьет у подножия скалы — набраться сил и энергии.

Этот родник образован от трех святых источников. Считается, что у каждого источника своя целительная сила. Особенно полезен этот родник тем, кто лечит заболевания уха, горла и носа.

Капельный водопад Жылак-ата

Водопад Жылак-ата находится близ села Киелитас в Туркестанской области. Дословно в переводе с казахского это означает «плачущий дедушка». Называют его еще и стеной плача. А все из-за того, что водопад этот капельный. Отовсюду здесь по стенам стекают небольшие ручейки, образуя невероятной красоты пейзаж.

По легенде, некогда на аул, расположенный близ этого места, напали джунгары. В спешке люди покидали насиженные места. Они бежали в соседние села, чтобы объединиться и дать отпор врагам. В суматохе местные жители забыли нескольких младенцев. А когда спустя несколько дней вернулись с войском, нашли уже бездыханные и растерзанные их тела… и разрыдались все женщины аула, а с ними и мать-земля. И хлынули отовсюду слезы.

Вот так появилась эта стена плача. Говорят, что с тех пор как здесь появился водопад, вода стала святой: ее можно пить и она излечивает от многих заболеваний. Причем пьют воду туристы прямо из десятков ручейков.

Колодец Укаша-ата

Колодец Укаша-ата, по праву, считается одним из самых загадочных сакральных мест Казахстана. Только представьте, бросите вы ведро в колодец — оно то придет, полное воды, то — без единой капли! Объясняет легенда это так… Укаша в свое время был верным сахаба (телохранителем) Пророка Мухаммада. Он занимался распространением ислама в Средней Азии и обладал чудесной неуязвимостью, которую утрачивал только во время чтения молитвы. Враги воспользовались этим и напали во время утреннего намаза. Укаша отсекли голову, которая, откатившись, упала в расщелину, а затем через подземные пути, по легенде, попала в Мекку. Вскоре через эту расщелину стала бить вода.

Колодец у мавзолея святого Укаша-ата представляет собою выложенный камнями узкий тоннель. Под небольшим наклоном он уходит вниз на 22-25 метров. В него едва помещается обыкновенное ведро. И местные жители верят, что воду из колодца сможет извлечь только безгрешный человек. Считается, что вода может измерить и намерения, и поступки человека. Он может достать полное ведро, наполовину или на четверть наполненное, либо пустое. Иногда из колодца ведра выходят искореженными, согнутыми, поломанными. Это знак вернуться в эти места снова.

По легенде, вода в колодце святого Укаша связана через подземные пути с родниковой водой Зам-Зам в Мекке. И в этой легенде есть свой смысл. Считается, что состав воды совпадает по составу воды из Мекки и также имеет целительные свойства.

Особо удачливым паломникам, помимо воды, удается достать из колодца цветы, амулеты и камни. Справедливости ради стоит отметить, что колодец Укаша-ата — одна из самых популярных достопримечательностей Южного Казахстана. Простое алюминиевое ведро, если хотите попытать счастье и вы, стоит тысячу тенге. А вот бросить его будет сложнее. В выходные и праздники придется отстоять четырехчасовую очередь!

Родник Ак-бура

Родник Ак-бура расположен у подножия Священной горы Казыгурт. Здесь же находится и мавзолей святого Ак буры, что жил в ХІІ веке, во времена Ходжа Ахмеда Ясави, и был его учеником и распространителем религии. Настоящее имя Ак бура — Акберген. Сохранилось предание, что во время совершения зикра у него изо рта шла белая пена, которая полностью покрывала его плечи и грудь, и в этот момент святой обладал могущественной силой. А поскольку он всегда был на белом верблюде, его и прозвали «Ак бура». По легенде, два ракаата утреннего намаза он читал у родника, после же направлялся в Туркестан, чтобы прочитать последующие два ракаата с народом и читал его вместе с Ходжа Ахмедом Ясави. Пятничный намаз святой, по легенде, читал уже в Мекке или Медине.

Паломники приезжают к подножию Казыгурта почтить святого Ак бура, посвящают ему Коран и пьют из его целительного родника. Родник, к слову, имеет свою историю. После смерти святого Ак бура его верблюд так горько оплакивал смерть хозяина, что «слезы текли из его глаз ручьем, опустился на колени и превратился в камень». Родник, который течет из теснин этого камня, — это и есть слезы белого верблюда, оплакивающего хозяина.

12 родников Нур-аты

Святой Нур-ата считается одним из первых казахов, принявших ислам. Он помогал людям, лечил их и в то же время занимался распространением ислама. Местное население поначалу с неохотой принимало новую религию. А потому у Нур-аты было много врагов. Все они хотели убить старца. Но по воле Всевышнего Нур-ата умер сам, когда пришло его время. Не успели похоронить святого, как явились враги, чтобы осквернить его могилу. Но как бы они ни копали, тела найти не смогли. Куда оно подевалось, не знает никто. Согласно преданиям, захороненным Нур-ата мог быть сразу в четырех местах. Причем два места предполагаемой могилы — в Южном Казахстане, одно — близ города Навои в Узбекистане и еще одно — неизвестно. Наша группа побывала в мавзолее Нур-ата близ села Майбулак Толебийского района.

Примечателен этот мавзолей тем, что у его подножия бьют сразу 12 родников. Все они, согласно преданиям, целительны. И хотя все родники имеют один источник, считается, что лечебные свойства у них разные. Так, один лечит почки, другой — заболевания сердца, третий — головы… Какое место человека больше всего беспокоит, к тому роднику и стоит идти.

Водопад Жылаган-ата

Водопад Жылаган-ата расположен на вершине одной из Каратауских гор, близ города Кентау. По легенде, некогда здесь жили пожилые супруги Гурзыхан-ата и Шаш-ана. К сожалению, детей у них не было. С мольбой о ребенке они обратились к Всевышнему. Их просьбу он удовлетворил, но с условием — ребенка мать должна носить в кожаном мешке аж 7 лет, пока он не встанет на ноги. Женщина почти доносила положенный срок и буквально в последний день не выдержала. Взмолилась о тяжелой ноше! Мешок упал, еще не рожденный младенец выпорхнул из него и, словно ангел, начал уноситься вдаль со словами: «Вы не дотерпели всего один день до моего рождения, и теперь я покидаю вас навсегда!» Унесся он, согласно легенде, в горы и исчез в пещере на самой вершине. Отец малыша был убит горем. Рыдал он долго и горько. Из его слез и возник водопад. Считается, что течет он только после того, как прочитают ему суру из Корана.

Холм тысячи воинов и плачущий по младенцам водопад. Путешествие по неизвестному Туркестану

Если другие родники, по поверьям, излечивают различные телесные заболевания, то к Жылаган-ата чаще всего приезжают женщины. Как и пожилые родители из легенды, они просят у Всевышнего самого простого — женского счастья и возможности стать матерью. Как правило, женщины остаются здесь на ночь. И проводят время в молитвах.

Автор текста Мадина Ашилова

Фотографии Алибек Бегалинов

богатая история и современная архитектура — Forbes Kazakhstan

ФОТО: архив пресс-службы

Медиацентр

Однако посещение святынь — не единственный повод побывать в самом древнем городе Казахстана. С каждым месяцем облик нашей духовной столицы становится все привлекательнее, здесь появляется много новых архитектурных сооружений, поражающих воображение. Какой он, Туркестан нашего времени?

Духовная столица Центральной Азии в настоящее время переживает второе рождение, активно развивается и застраивается современными зданиями. При этом «большая стройка» не затеняет старинный колорит города, а напротив, дополняет ее, акцентируя внимание туристов на незыблемых ценностях «сердца» Великого шелкового пути.

ФОТО: архив пресс-службы

АДЦ

Только представьте: первое поселение на месте современного Туркестана появилось более 1500 лет назад! То есть на 1000 лет раньше, чем Христофор Колумб открыл Америку и более чем на 500 лет раньше основания Москвы. Древнее городище располагалось на пересечении всех караванных путей и по прошествии веков стало центром древних земледельческих культур, местом проповеднической деятельности великого мыслителя Ходжа Ахмеда Ясави. В XVII веке город получил статус столицы Казахского ханства. В Туркестане похоронены великие люди казахской степи – 20 ханов, 8 султанов и 50 биев, в числе которых и великий Казыбек би. Это сакральное место.

ФОТО: архив пресс-службы

Драмтеатр

Современные здания и соседствующие с ними мавзолеи как будто символизируют тесно переплетенные здесь быль и легенду. Впервые за много лет жители города могут гордиться не только богатой историей Туркестана, но и его шикарным архитектурным наполнением – никогда ранее здесь не было отелей с международным статусом, театров, ультрасовременных стадионов и медиацентров. Больше 170 новых объектов появится в городе в рамках его трансформации. Многие проекты реализует инновационный строительный холдинг BI Group. О них рассказал руководитель южного подразделения BI Construction&Engineering Диас Адильханов:

— Для нас стало большой честью выполнить стратегические объекты в новом областном центре. Холдинг высоко ценит доверие, оказанное государством. Наша гордость – отель международного уровня Hampton by Hilton Turkistan, музей тюркского мира, музей ханов и биев, центр «Ұлы дала елі», драматический театр. И, конечно крупный объект — стадион на 7 тысяч мест, который уже получил право на проведение международных турниров и тренировочных занятий по легкой атлетике согласно регламенту IAAF. Кстати, на днях здесь был проведен первый в этом году футбольный матч за суперкубок. BI Group построил также здание акимата Туркестанской области, площадь «Нур-Султан» с комплексом уникальных фонтанов и медиацентр. Медиацентр Туркестана — второй в стране после столичного, построенный с нуля. Мы счастливы за жителей нашего священного города, которым стали доступны новые инфраструктурные объекты. Духовная столица стала еще более комфортной и привлекательной для проживания.

ФОТО: архив пресс-службы

Музей

Отметим, что в Туркестане разработано 57 туристских маршрутов в направлении экологического, историко-культурного и познавательного туризма. Каждый гость древнего города сможет выбрать тур по душе.

Край тысячи святынь — 09.04.2021: информационно-познавательный сайт


Туркестан – край тысячи святынь

Туркестанский регион не зря называют краем тысячи святынь. Ведь достаточно сделать один шаг в сторону, и вы сразу же окажетесь в объятиях истории. Туркестанский регион по праву является и считается одним из наиболее насыщенных культурно-историческими рнесурсами регионов республики. Помимо историко-культурных ресурсов, Туркестанская область обладает огромным потенциалом природных ландшафтов, горных и степных оазисов, имеет богатые охотничьи традиции, условия для отдыха и туризма. Территоря ведь богата не только архитектурными памятниками, но и интересными природными объектами, которые главным образом расположены в горных и предгорных районах области. Все эти природные или как его еще называют, естественные объекты так или иначе связаны с геологической историей области.


Невероятно огромное количество исторических объектов, не уступающие по количеству и значимости сакральным объектам Мангыстауской области, ждет своих не только ценителей этномаршрутов и паломнических туров, но и первооткрывателей.

Начните свой тур с подземного музея «Кылует». Вы получите неизгладимое и невероятные по своей красоте историческое и культурное эстетисеское наслаждение и желание вновь и вновь сюда вернутся.

Тайказан – новое чудо света


Не секрет, что большинство туристов не упустят момент, чтобы посетить Туркестан, который по праву значится духовной столицей и центром тюркского мира. А увидеть своими глазами поистине жемчужину зодчества XIV века, которая сохоранилась и дошла до наших дней в первозданном виде, это дорогого стоит. Это всемирно известная святыня – мавзолей древнего мыслителя, философа, мистика и поэта Ходжа Ахмета Ясави. Нельзя забывать, что Мавзолей Ходжа Ахмета Ясави включен в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Огромное здание насчитывет внутри своем 37 различных залов и помещений. Ежегодно поклониться праху Х.А. Ясави приезжают сюда тысячи поломников. Вместе с тем, что город разрастается, здесь создаются все необходимые условия для почитателей жизнидетельности философа. Это и размещение, питание. Организация досуга туристов.


Если вы обратитесь к гиду, вам досканально покажут подземную мечеть хильвет, восточную баню XV века. Незабываемые впечатления непременно принесут и прогулка по фрагнменту цитадели крепостной стены, ведь вам здесь расскажут о событиях, имевших место в т те самые времена именно на этом месте. Вы окунетесь в историю Тайказана, уникальной средневековой огромной чаши для воды, не имеющей себе равных во всем белом свете. Средневековый мощный Тайказан был отлит аж в 1399 году по приказу самого Амира Тимура. Уникальность Тайказана состоит в том, что он отлит из семи разных компонентов металла: золота, серебра, меди, бронзы, свинца, цинка, олова. Это даже напоминает своего рода знаменитый Наурыз коже, куда также добавляют непременно семь компонентов пищи. При всем при этом это чудо искусства весит без малого 2 тонны, при диаметер 2,4 метра, при высоте 1,6 метров. А вмещает в себя Тайказан аж целыз 3 тыс литров воды. Не это разве настоящий символ величия своей эпохи? Кто-то может знать, а кто-то нет, что Тайказан долгое время стоял в Эрмитаже, а на родину вернулся он лишь в 1989 году. Вот такая не легкая судьба у нового чуда света.


Арыстан баб – место пересечения времени

Совсем недалеко от Туркестана в Отрарском районе расположен не менее известный паломнический комплекс-мавзолей Арыстан баб, живший в XII веке. С тех пор мавзолей несколько раз прошел реставрацию. Есть информация, что в XIV веке мавзолей был заново. В 1909 году здесь сделали капитальный ремонт, вследствие чего были построены нынешняя мечеть и минареты. Эскизный проект архитектурного памятника считается уникальным, который представляет собой усыпальницу и мечеть. Здесь же есть и кельи. В декорации мечети использваоны рахнообразные узоры и материалы. По большому счету, Мавзолей Арыстан баб – плод труда именно местных мастеров. Известно, что после Октябрьской революции начались гонения на религиозной почве. Вследтствие этого памятнику архитектуры также был нанесен непоправимый ущерб. Некогда хорошо сохранившиеся колонны внутри мавзолея были вынесены на улицу под палящее солнце. В 70-80-ых годах прошлого столетия мавзолей частивно отреставрировали. Изготовили точные копии колонны и кровлю мавзолея заново покрыли.

В ряду памятников старины Туркестанской области именно мавзолей Арыстан баб занимает особое место. Ведь каждый паломник, посещающий святые места Туркестана и Отрара, считает своим долгом побывать на месте, где захоронен человек, который считается духовным наставником Ходжа Ахмета Ясави – святого, чьем имя связывают с распространением тюркского течения суфизма на территории Центральной Азии.

Сегодня это место считают местом пересечения веры в Создателя, древних мифов, утраченной истории и неповторимого архитектурного почерка.

Кстати, здесь можно посетить и библиотеку с древними рукописными книгами.


Гаухар ана – символ материнства

Мавзолей Гаухар ана (XII-XIV века), являющийся памятником истории республиканского значения, в Туркестане возведен в честь дочери великого поэта и мыслителя Ходжа Ахмета Ясави. Он расположен буквально в 500 метрах с левой стороны трассы Туркестан-Шауельдер. В 2011 году археологи музея-заповедника провели археологические исследования. На сегодняшний момент не установлены точная дата рождения и смерти Гаухар ана.

По словам О. Дастанова, который долгое время проработал главным хранителем фонда, а затем и директором музея-заповодника «Азрет Султан», а также согласно народных преданий, Гаухар ана обладала даром целительницы, благодаря чему она исцелила многих больных, однако сама не мгла иметь детей. Рассказывают, что

Мавзолей возведен из жженного кирпича, по архитектуре сильно напоминает мавзолей Рабии Султан Бегим, хотя по размерам намного ему уступает. Первоначально мавзолей не имел кровлю. Состоял из четырех стен, рядом же находилось трехкомнатное сооружение для паломников. В 2014-2015 годах по инициативе музея-заповедника «Азрет Султан» и РГУ «Казреставрация» заново возвели мавзолей Гаухар ана.

Кстати, считается, что колодец, что расположенный возле мавзолея, обладает целебными свойствами. Рассказывают, что целительницу похоронили на месте убийства брата, который с колодца набирал воду. По сей день к мавзолею приезжают паломники из ближнего и дальнего зарубежья в надежде исцелиться и родить детей. Для этого они выполняют целый ритуал омовения водой и молятся Гаухар ана. Удивительно и то, что вода моментально высыхает на теле человека и даже в самые холодные времена никто не заболел здесь. Многие, кто сюда приезжал и молился о помощи, уверяют, что целительница действительно помогает нуждающимся.

В 1989 году мавзолей Гаухар ана включили в реестр памятников музея-заповедника «Азрет Султан» и взят под охрану государства.


Домалак ана — символ мудрости и примирения

«Домалак ана» или Нурила Али Сланкызы жила в VII веке, являлась младшей женой Байдибек ата. Однако сам мавзолей считается архитектурным памятником XI века.

В народе ходит немало легенд, которые гласят, что Домала ана была находчивой. Благобаря своим мудрым решениям ей удавалось заглушить давние обиды и примирить стороны.

 Отец был выходцем рода Урмат. Мать была выходцем рода Азык. В летописе значится, что от единственного сына Нурилы Жарыкшака взяло начало большое племя Албанов, Дулатов и Суанов. Именно внук Дулат сооружает над могилой своей бабушки нынешнее четырёхъярусное здание мавозлея. К сожалению отреставрированный в 1957 году Мавзолей не сохранился. В 1996 году произвели кладку из белых каменей, привезенных из Мангыстау. Высота Мавзолея составляет 12 метров.

Сама Нурила или «Домалак ана» известна в истории как святая ясновидящая. Со временем название «Дихнат мама» (на персидском Святая мать) подверглось звуковым изменениям и стала называться «Домалак ана».

Нынешнее поколение продолжает и по сей день поклонятся матери. Ведь по преданию считается, что те кто пройдут меж двух священных камней, которые находятся в Мавзолее, будет считается праведным и безгрешным. Здесь же сохранилось огромное количество рукописей.


Древний Отрар и Великий Шелковый путь

Древнее городище Отрар когда-то был одним из крупных центров на пути Великого Шелкового пути и служил перепутьей для древних городов Тараз, Баласагун и городов Восточного Туркестана.

Отрар был центром науки и культуры, торговли, земледелия и скотоводства. Если в VI-VIII веках Отрар был феодальным центром в среднем течении Сырдарьи, то в IX-XI веках он уже стал региональным мегаполисом, а в XIII-XIV веках уже считался крупным городом южного региона Казахстана. Уже в XVI-XVIII веках Отрар превратился в экономический и политический центр Казахского ханства.

Сегодня руины городища Отрар состоят из трех разделов. Это – цитадель, шахристан и рабат. Шахристан если занимает 20 гектар земли, а рабадная часть больше его в 10 раз. В далеком 1904 году здесь были проведены первые археологические раскопки. Чуть позже, в 1947 году под руководством А. Бернштама образовалась Южно-Казахстанская археологическая экспедиция. Через 22 года сюда приехала Отрарская археологическая экспедиция под руководством К. Акишева, которая начала досканально изучать памятники Отрарского оазиса.

Отрар считается наиболее исследованным средневековым городом не только Казахстана, но и всей Средней Азии.

Благодаря многолетним археологическим изыскательным работам в городище вскрыты целые жилые кварталы XI-XII веков Караханидского периода, а также восточная баня XIII-XIV веков, жума мечеть XIV-XV веков, дворцовый комплекс, квартал гончаров, юго-западне ворота. Кстати, городище Отрар вошел в общенациональный список святых (сакральных) мест Казахстана.

Кстати, о юго-западных воротах. Входная группа состоит из караульынх помещений и ворот, фланкированных башнями. По обе стороны от въезда имеются большие караульные помещения из сырца, через которые, возможно, поднимались на башни. В стенах, выходящих на улицу с наружной стороны, располагались лавочки с тандырами.

Башни, фланкировавшие въезд, расположены на линии север-юг под углом 45 градусов по отношению к крепостной стене. Северная башня вынесена на 23 метра, южная на 32 метра от крепостной стеныи построены уже за бермой. Сохранились по уровню фундамента находящегося во рву на глубину 4 метра. Они облицованы кладкой из жженного кирпичаквадратной формы,

Северная башня в плане представляет собой ¾ часть круга. Фундамент южной башни построен полукругом, далее он переходит в стенку рва под углом, идущую в напарвлении крепостных стен. Наземная часть южной башни построена из сырца, в палне кргулая, диаметром 7 метров.

Перед башнями в 2,8 метров от стенок рва, параллельно ей расположена опора моста. На уровне 3 метра она имела подпрямоугольную форму, на глубине 4 метра форма изменилась на семиугольную, что явилось следствием  перестроек на данном уровне. Опора также неоднократно подвергалась ремонту и наращивалась как и стенка рва вверх по мере роста культурного слоя на городище.

При раскопке башен и опор в заполнении рва найдены обломки сильно прокаленных кирпичей. Возможно даже, что  ворота башни были штурмованы, в результате чего произошло возгорание, соответственно обрушение в ров наземной части ворот, сложенной из сырцовых кирпичей. Зольные линзы жирные, что может свидетельствовать о том, что при штурме могло использоваться масло.

После разрушения входной группы на месте башен появились жилые помещения и мастерские. В завершающий период жизни шахристана Отрара входная группа перестала существовать, ее завалы заполнили ров, образовав пандус, который вымощен битыми кирпичами.


Акмечеть – аккумулятор энергии

Отдельного внимания достойны нескончаемые ущелий и природные памятники с великолепными ландшафтами: Бургулюк, Каскасу, Угам, Машат, Кокбулак, Акмечеть, Сайрам-Угамский национальный парк. Только вблизи Шымкента сосредоточены целых 16 государственных природных памятников – озеро Кызылколь, Красная горка, несколько водохранилищ с непременной атрибутикой – чайками и мидиями, Плачущая пещера с невероятная по своей красоте и неведанные тропы в загадочных и полных тайн ландшафтах.

Например пещера Акмечеть, состоящая из известняков, возникших в эпоху неолита. До сих пор не известно, в какое время и как возникла удивительная пещера, которая относится к числу крупнейших в Центральной Азии. Внутри она занимает территорию в 1 гектар, гле растут тутовые деревья и карагачи. Хотя вокруг за километр не растет ни одно дерево. Сверху пещеры капают, не переставая, снего-дождевые капли. Кстати, внутреннее строение пещеры очень схода с юртой. Войти в пещеру можно с западной ее стороны. Специалисты уверены, что исторические данные пещеры требуют досконального археологического исследования.

Еще один немаловажный факт. Современные научные исследования свидетельствуют о том, что пещерный воздух оказывает моментальное благотворное влияние на снижение высокого кровяного давления организма. Также доказано, что человек, находящийся внутри пещеры 20-30 минут, избавляется от плохой энергии. От того посетители из-за всех этих чудодейственных свойств прозвали пещеру святым.

А вот в ущелье Машат функционируют санатории и дома отдыха на любой вкус и кошелек. Здесь вашему вниманию предложат любой вид экологического туризма – начиная от пешеходного и путешествия на велосипедах, завершая конной прогулки, спортивной охоты и спелеотуризма (путешествие по различным пещерам).

Хотите полетать и парить в воздухе как птица? Без проблем. Энергетический заряд и адреналин обеспечены вам при полете на параплане. Можно выбрать тандемные полеты в окрестностях Шымкента с пологих массивных участков. Позитивные воспоминания обеспечены искателям приключений на высоте 1000 метров. Если желаете еще больше адреналина, пилот готов совершить комплекс пилотажа: крутые винговеры, тугие спирали, горки. Все это вам непременно гарантирует всплеск эмоций.


Юг – туристический рай

В Туркестанском регионе распространены абсолютно все виды туризма, начиная от джип-туров и сплавов по реке, завершая дайвингом и подводной охотой. На пути к приключениям и открытиям вы можете пройтись по живописным дорогам, наблюдая на территории охраняемых парков порядка 2000 видов растений, 50 из которых занеены в Красную книгу, где обитают более 40 видов млекопитающих животных и порядка 300 видов птиц.

А горный поход – то, что доктор прописал. Ведь это работа всего организма в комплексе, нагрузка на сердце, мышцы тела. Ведь шымкентский регион славится своей сильнейшей школой альпинизма, а несколько шымкентцев даже являются обладателями признанного во всем мире звания «Снежного барса». Соответственно здесь имеются специально обученные горные гиды. Особой популярностью пользуется жарким летом Сайрамское ущелье. Сюда ежегодно из самых разных стран приезжают сотни команд, одиночки, профессионалы и новички. На угамском хребте вас ожидают для покорения 30 вершин высотой выше 3000 метров несметное количество вершин поменьше и попроще. А вершиной Угамского хребта по праву считается пик Сайрамский высотой без малого 4238 метров, где установлена мемориальная доска с портретом Владимира Высоцкого. Считается, что это самый высокостоящий памятник поэту во всем мире.


Исфиджаб – город-музей под открытым небом

Отдельного внимания достойны экскурсии по мавзолеям древнего Исфиджаба (Сайрам). Сегодня это один из важных микрорайонов города Шымкент, где сосредоточены мавзолей матери Ходжи Ахмета Ясави – Карашаш ана и оьца мыслителя – Ибрагим ата. Это – знаковые сооружения, вобравшие в себя мастерство зодчих нескольких поколений. Можно также заглянуть в мавзолей Махмуд шейха и убедиться лично самому, что в священном месте, где родился великий суфий, не растет трава.

Можно легко свернуть от дороги и попасть в городище «Мартобе» неподалеку от Сайрама, где прошел когда-то первый курултай, на котором старейшины родов и племен казахов определяли кочевья, территории пастбищ, решали вопросы международных отношений.

А можно отправиться к древнему Саурану, который считался когдато-то важным и игравшим ключевую роль городом в истории региона. Первые упоминания о Сауране найдены в летописях X века нашей эры, уже в XIII веке это был независимый пограничный город, который не платил наравне с Исфиджабом харадж. Город цвел и развивался влоть до XVII века. Сейчас на эти земли представляют собой безмолвные стены с массивгыми сторожевыми башнями. На огромной территориив 33 гектара отлично можно разобрать планировку города с площадями, улицами, переулками, колодцами и фундаментов некогда большой мечети.


Если вас привлекает современная история, то можно взглянуть на инженерную диковинку у поселка Екпынды – Красный мост, который собой в 1886 году заменил деревянный мост. Ведь с приходом Красной армии появилась необходимсоть в прочной переправе для тяжелого транспорта. Данная конструкия является редким для Средней Азии того воремени. Сегодня мостом пользуются современные машины и пешеходы, почти как 150 лет тому назад.

Завершить знакомство можно в одном из самых аутентичных мест Шымкента – этно-галерее «Алтын Орда», которая являет собой не просто выставку иди магазин изделий прикладного искусства, эьо своегь рода путешествие к жизни наших предков в компании мастеров своего дела: шорников, кожевенных и войлочных дел мастеров, знаменитых оружейников и прикладников.

Степная женщина, Гордость нации

Осенью 1937 года Алимгирей Ершин собрал личные вещи покойной жены в их доме в столице Казахстана Алма-Ате (ныне Алматы). В страхе и с тяжелым сердцем он уничтожил все, кроме двух предметов: старинную фарфоровую тарелку и небольшой деревянный стол с ящиком, предназначенным для медицинских инструментов. Его жена, доктор Аккагаз Досжанова, пионер медицины и защитник прав женщин, скончалась пятью годами ранее, в возрасте 39 лет. Некоторые из ее близких сказали, что заболели туберкулезом, а другие сказали, что заболели малярией или другим заболеванием во время одного из ее сельских событий. домашние посещения.

За несколько месяцев до этого советский премьер Иосиф Сталин издал Оперативный приказ № 00447, положивший начало тому, что стало известно как Великая чистка. Приказ санкционировал «репрессивные операции» против помещичьих крестьян, «преступников и контрреволюционных элементов». Через две недели дополнительным приказом были добавлены семьи «изменников Родины». Приказ не затушевывал их намерение: «искоренить раз и навсегда» писателей, мыслителей и ученых вместе с любым супругом — как Ершин .

В своем доме в Алматы, Казахстан, внучка Досжановой Айжан Ершина с гордостью хранит полку с семейными фотографиями, в которой есть портрет ее бабушки в молодости, сделанный с фотографии 1913 года, ниже , на которой Досжанова в окружении одноклассников во время окончила среднюю школу женской гимназии Оренбурга.

«Репрессиям подвергалась вся мыслящая часть общества — общественные и политические деятели, — говорит Динара Ассанова, основательница виртуального музея« Женщины Казахстана »и докторант по женским исследованиям Национального педагогического университета в Алматы.

По всему Казахстану, одной из пяти советских республик Средней Азии, мужчины и женщины были арестованы тысячами, часто ночью, отправлены в трудовые лагеря, заключены в тюрьмы, и многие были казнены. Поскольку Досжанова выступала за медицинский прогресс и права женщин, особенно за право на образование, Ершин опасался, что ее деятельность может привлечь внимание правительства к нему и их 11-летнему сыну Шахбазу.

Ассанова предполагает, что Досжанова всегда знала, что ее государственная служба связана с политическими рисками.«Люди боялись? Несомненно. Продолжила ли Досжанова карьеру? Да, несомненно. … [Но] она считала своим долгом служить обществу », — говорит Ассанова.

Досжановой удалось за свою короткую жизнь стать первой казахстанкой во всей Средней Азии, окончившей советский университет со степенью врача. Она посвятила свои усилия как своей профессии, так и своей работе в качестве общественного деятеля. Хотя это поставило ее в авангарде усилий по ранней советской модернизации, Досжанова под опекой своего старшего брата Сагындыка Досжанова, известного педагога, и через свой круг друзей, лично познакомилась с членами партии Алаш, конституционно-демократической партии. и освободительное движение, выступавшее за равное обращение с казахами.Почти 20 лет спустя, в 1937 году, Ершина беспокоила связь Досжановой с Алашем, который был внезапно прерван в 1920 году советским правительством. Он знал, что бывших членов Алаша арестовывают. В конце концов его пощадили, но страх не исчез, и до конца своих дней он редко говорил о своей жене.

Родившаяся в 1893 году, Досжанова выросла в казахском ауле (деревня, стоянка кочевников), недалеко от Бортэ, большого поселения за городом Актобе на северо-западе Казахстана, недалеко от границы с тогдашней царской Россией.Как дочь скотоводов из казахского племени кете, она должна была выйти замуж к 16 годам, и у нее не было возможности получить формальное образование. Эти ожидания, однако, начнут меняться, когда в 1902 или 1903 годах (дата неизвестна) скончалась ее мать, а несколько лет спустя умер и ее отец. По словам врача и писателя Жибек Кангтарбаевой, в 1974 году написавшей единственное известное биографическое свидетельство Досжановой, ее брату было 27 лет, и он взял на себя опеку над своей сестрой.Названный просто Aqqag’az Doszhanova , он был написан по заказу правительства Казахской ССР.

Из-за 71 года «русификации» с 1920 по 1991 год потомки Досжановой только в последние годы начали понимать ее влияние на медицинские и социальные реформы по всей Центральной Азии. Собранные ими семейные записи обсуждают слева направо невестка Досжановой Айнакуль Ершина, внук Шингиз Ершин, внучатая племянница Алтын С.Исаева и старшая внучка Айжан Ершина. Внизу справа На портрете 1927 года в Ташкенте изображена Досжанова, тогда 34 или 35 лет, с ее мужем Алимгиреем Ершиным, их сыном Сахбазом и двумя племянницами; Досжанова прожила еще пять лет.

Досжанов, которого Кангтарбаева называет «образованным, прогрессивным человеком своего времени», был дипломированным учителем, чья принадлежность к высшим учебным заведениям привела его к казахскому педагогу и педагогу XIX века Ибраю Алтынсарину, прогрессивные усилия которого повлияли на карьеру Досжанова и помогли ему открывать школы в аулах и городах по всему Западному Казахстану.Как написала Чангтарбаева, после смерти их матери Досжанов признал интеллект своей сестры и призвал ее поступить в местную татарскую школу. Досжанов поддержал переезд своей тогдашней сестры-подростка в Оренбург на западе Казахстана, где он сам учился в средней школе, для поступления в городскую женскую гимназию. В 1913 году Досжанова окончила с отличием, и местная газета Оренбургский вестник сочла ее заслугу настолько, что опубликовала об этом статью.

Годом ранее, в 1912 году, Досжанов обратился к генерал-губернатору области с просьбой о выделении стипендии, позволяющей Досжановой посещать медицинские курсы для женщин в Москве.Она приехала в Московский университет незадолго до начала Первой мировой войны. Почти год спустя она получила приказ от сестер милосердия, находящихся под управлением Великого княжества Российского, немедленно служить медсестрой на передовой возле Польши, где она и ее однокурсники провели следующие два года.

«[Аккагаз] Досжанова была сильным мотиватором и образцом для подражания для женщин советской Средней Азии при ее жизни».
— Динара Ассанова

Москва, в которую она вернулась в 1917 году, была в агонии политических потрясений, кульминацией которых стала Октябрьская революция в следующем году.Именно в это время Досжанова получила признание как активистка в сообществах мусульман, особенно татар, которые поддерживают культурные и языковые связи с казахами и чьи пути и проблемы Досжанова знала еще со времен начальной школы. Чангтарбаева отмечает, что во время митинга в Татарской Слободке в феврале 1917 года Досжанова, обращаясь к членам Общества татарских студентов и Московского студенческого общества мусульман, произнесла страстную речь на русском языке. Позже в том же году Ахмет Заки Валиди, глава татарского освободительного движения, охарактеризовал Досжанову как «одну из величайших женщин среди восточных турок», — идентификатор, который запомнился ей.

Аккагаз Досжанова

и партия Алаш

Получив имя, которое восходит к монгольским воинским частям и казахским легендам, освободительное движение, известное как партия Алаш, черпало вдохновение также в трудах поэта и философа конца XIX века Абая Кунанбайулу, который пробудил культурную самобытность, сформулировав Qazaqtyq (казахскость), уходящая корнями в adab , или приверженность социальным нормам степной культуры, как учат старшие.

Хотя казахские интеллектуалы и писатели официально учредили партию Алаш в 1917 году как освободительное движение, первоначально она выросла из противостояния имперскому правлению в 1800-х годах в ответ на «русификацию» тюркских кочевников. Партия создана для сохранения казахской идентичности и развития образования.

«Партия Алаш заложила фундамент в 20-е годы прошлого века, который является основой современного Казахстана, — поясняет Кулпаш Мирзамуратовна, доцент Евразийского университета в Нур-Султане, Казахстан.«Их цели предполагали создание автономной нации, и они продвигали идеи об образовании и этнической идентичности, которые реализуются сегодня».

В декабре 1917 года, ободренная падением царского правительства, партия Алаш объявила об образовании первого казахского автономного государства — Алаш-Орды (Орды). Алихан Букейханов, ведущий интеллектуал, был назначен президентом, и было сформировано временное правительство из 25 членов со столицей, расположенной в Алаш-Калай, ныне Семей на северо-востоке Казахстана.Несмотря на широкую поддержку на местах, новое большевистское правительство в России ликвидировало Алаш-Орду в ноябре 1919 года.

Аккагаз Досжанова «сыграла активную роль в попытках Алаш-Орды создать собственное государство», — объясняет Мирзамуратовна, чьи исследования партии Алаш и роли женщин в движении привели ее к Досжановой. «Ее считали образцом для подражания при ее жизни, и она до сих пор остается для нас образцом для подражания».

«Досжанова была сильным мотиватором и образцом для подражания для женщин советской Средней Азии на протяжении всей своей жизни», — говорит Ассанова, отмечая, как репутация Досжановой продолжала расти в то время, в том числе как защитница прав женщин.

В мае 1917 года она стала единственной женщиной-делегатом Всероссийского съезда мусульман, где участвовала в представлении Тургайского областного съезда казахов. Выступая на конгрессе, она высказалась за расширение роли женщин в обществе и обратилась с петицией о правах женщин на образование. Она продолжала освещать эти темы в многочисленных статьях, написанных для казахстанских журналов, в том числе Айел тендиги (Равенство женщин) и Жас азамат (Молодые граждане).

«Наша семья не могла [полностью] осознать вклад, который она внесла в историю Казахстана, пока мы не начали активно искать информацию», — объясняет Индира Занкина, которой чуть за 30 и которая, как младшая внучка Досжановой, с любовью относится к ей как апа (бабушка).Только позже Занкина и другие члены семьи начали осознавать степень влияния Досжановой на медицинские и социальные реформы в Центральной Азии.

Старшая внучка Досжановой, Айжан Ершина, которой сейчас за 60, вспоминает, что их отец, Шахбаз Ершин, часто рассказывал семейные истории о своей матери, которая умерла, когда ему было 6 лет. Хотя он знал ее как врача, он запомнил ее больше как добрую и любящую мать.

«Но подробности ее жизни и работы не обсуждались в нашем большом семейном кругу», — добавляет Ершина.«Мне было 11 или 12 лет, и я нашел упоминание имени моей бабушки в публикации 1920-х годов Tar zhol, tayg’aq keshu [Узкая дорога, скользкий переход], книги, которую мы должны были прочитать на уроке истории, — говорит она, вспоминая полуавтобиографический рассказ о борьбе за независимость казахского писателя Сакена Сейфуллина, казненного во время Великой чистки.

В тот же период, когда была впервые опубликована книга, много позже революции, в 1920 году, Досжанова поступила в Томский медицинский институт, ныне Сибирский государственный медицинский университет.В следующем году она подала заявку на учебу в селе национального поэта Казахстана Абая Кунанбайулу, что позволило ей столкнуться с широко распространенными проблемами доступа к медицинской помощи для сельских женщин и детей. В августе 1921 года она переехала в Ташкент, столицу Туркестанской Автономной Советской Социалистической Республики (ныне Узбекистан), где с отличием окончила медицинский факультет Туркестанского университета. Она была в числе первых девушек из Средней Азии, получивших медицинскую степень на факультете, и 18 декабря 1922 года в выпуске «Правда» , советской государственной газеты, были отмечены ее достижения.

Среди многих, кто прислал поздравления, был выдающийся казахский писатель Мухтар Ауэзов, устроивший в ее честь собрание. Управляющий Совет Народных Комиссаров Туркестанской Республики также учредил стипендию в ознаменование достижения будущих студенток-медиков и издал престижное постановление о присуждении ей премии в размере 100 000 советских рублей — сегодня это примерно 31 000 долларов США — для оснащения ее медицинского оборудования. офис.

Помимо бесплатных уроков медсестер и акушерок, в Ташкенте Дожанова вылечила тысячи детей из голодающих районов.

Досжанова продолжала работать в медицине и в социальной сфере в Ташкенте. Она сотрудничала с Гульсум Асфендияровой, первой казахстанской женщиной-врачом в России до революции, чтобы предложить женщинам бесплатные курсы медсестер и акушерок в Детской городской больнице. Она также посвятила много времени лечению тысяч переселенных детей-сирот из голодающих районов Поволжья и Урала, а также Центральной Азии, часто ожидающих на станциях, чтобы встретить вагоны, в каждом из которых находится до 1500 детей.«Несмотря на свой плотный график… Аккагаз никогда не забывала служить другим, делать добро другим», — написала Кангтарбаева со ссылкой на российского врача Исаака Ивановича Бучацкого, который также работал с Досжановой в ташкентских детских домах. Далее она приводит цитату К. Ершина, который вырос сиротой под опекой Досжановой: «Она очень о нас заботилась. … Малярия, одни с туберкулезом, другие с чесоткой. [Досжанова] уделяла каждому из них особое внимание… пока они полностью не выздоровели ».

В 2016 году Западно-Казахстанский государственный медицинский университет в Актобе почтил наследие Досжановой, присвоив ее имя новому концертному залу и установив бюст на его площади.Близлежащая улица также носит ее имя. Она остается первой женщиной-врачом своего времени, отмеченной таким образом.

Во время работы в Ташкенте она познакомилась с Алимгиреем Ершиным, который, хотя недавно получил диплом преподавателя, был назначен в 1920 году руководителем городского управления по надзору за детскими домами. Десять из них, как отметила Чангтарбаева, были открыты недавно, и он также отвечал за городские школы-интернаты. Они поженились в 1925 году.

Сегодня потомки Досжановой гордятся ее наследием, но им трудно узнать подробности ее жизни. 71-летняя «русификация» Казахстана, с 1920 по 1991 год, привела к уничтожению многих документов и архивных материалов. Однако выход Казахстана из Коммунистической партии Советского Союза, его последующее провозглашение независимости в 1991 году и Программа культурного наследия 2004 года позволили выявить большую часть богатой истории страны, в том числе жизнь Досжановой.

В 1990-х годах сын и внучки Досжановой вместе с другими членами семьи приветствовали архивистов из Актюбинского областного краеведческого музея, когда они пришли к семье с дополнительным исследованием, которое они обнаружили о Досжановой. Спустя годы члены семьи и сотрудники местных музеев обратились к мэру Актобе Сапарбеку Бердибекову с просьбой назвать улицу в ее честь. В 2016 году они вместе с местными властями и жителями назвали новое здание Западно-Казахстанского государственного медицинского университета ее именем и открыли бронзовый бюст перед ним, а также посвятили улицу, названную в ее честь.

А.Т. Тайжанов, профессор Медицинского университета, опубликовавший одну из первых всеобъемлющих статей о Досжановой в 2017 году, указывает на ее достижения в период большого неравенства как для женщин, так и для казахов в целом. Досжанова, благодаря своим достижениям, служит прекрасным образцом для подражания для молодых казахов.

«С момента обретения независимости казахстанское общество всегда интересовалось национальной историей и историческими личностями, внесшими большой вклад», — говорит Тайжанов.«Мы смотрим на свое прошлое через призму их поступков. Жизнь и творчество таких личностей, как Аккагаз Досжанова, могут стать прочной основой в формировании новой идентичности и гордости современных казахов ».

Статья Президента Республики Казахстан Нурсултана Назарбаева «Семь граней Великой степи» — Официальный сайт Президента Республики Казахстан

Пространство — мера всего, время — мера всех событий. Когда горизонты пространства и времени сливаются, начинается национальная история.И это не просто красивый афоризм.

На самом деле, если вы думаете об истории немецкого, итальянского или индийского народов, совершенно справедливо возникает вопрос о связи между территорией и великими достижениями этих народов в течение тысячелетней истории. Конечно, Древний Рим и современная Италия — это не одно и то же, но итальянцы по праву гордятся своими корнями. Древние готы и современные немцы тоже не один и тот же народ, но все они являются частью обширного исторического наследия Германии.Древняя Индия с ее богатой полиэтнической культурой и современный индийский народ естественно рассматриваются как одна уникальная цивилизация, продолжающая свое развитие в непрерывном потоке истории.

И это правильный подход, позволяющий понять свое происхождение, да и всю национальную историю во всей ее глубине и сложности.

Историю Казахстана тоже нужно понимать с высоты современной науки, а не по отдельным ее фрагментам.Для этого есть убедительные аргументы.

Во-первых, большинство протогосударственных объединений, о вкладе которых пойдет речь ниже, сформировались на территории Казахстана, став одним из элементов этногенеза казахской нации.

Во-вторых, те выдающиеся достижения культуры, о которых пойдет речь, не были принесены в степь, а в большинстве случаев родились на нашей земле и только потом распространились на Запад и Восток, Север и Юг.

В-третьих, исторические находки последних десятилетий однозначно подтверждают неразрывную связь наших предков с самыми передовыми технологическими новинками своего времени и позволяют по-новому взглянуть на место Великой степи в мировой истории.

Наконец, названия некоторых казахских племен и родов на много сотен лет старше этнонима «казак», что, несомненно, указывает на совершенно иной горизонт национальной истории, чем считалось ранее.

Евроцентрическая точка зрения не позволяла увидеть реальный факт, что саки, гунны, прототюркские этносы были частью этногенеза нашей нации.

Кроме того, принципиально важно отметить, что речь идет об истории Казахстана, которая является общей для многих этносов, проживающих на нашей территории в течение длительного времени. Это наша общая история, вклад в которую внесли многие выдающиеся деятели разных национальностей.

Сегодня нам нужен позитивный взгляд на нашу собственную историю. Однако его не следует сводить только к выборочному и конъюнктурному освещению конкретного исторического события. Черный — неразлучный спутник белого. Вместе они образуют уникальную цветовую гамму жизни как отдельного человека, так и целых народов. В нашей истории было много драматических моментов и трагедий, смертельных войн и конфликтов, социально опасных экспериментов и политических катаклизмов. Мы не имеем права о них забывать.Необходимо осознать и принять свою историю во всей ее многогранности и многомерности.

Цель не в том, чтобы показать свое величие, умаляя роль других наций. Наша цель — спокойно и объективно понять нашу роль в мировой истории, основываясь на строгих научных фактах.

Итак, вот семь граней Великой степи.

* * *

I. Пространство и время национальной истории

Наша земля, без преувеличения, стала местом происхождения многих предметов материальной культуры.Многое из того, без чего жизнь современного общества просто немыслима, когда-то было изобретено в наших краях. В своем развитии жители степей открыли миру множество технических новинок, стали прародителями изобретений, которые до сих пор используются во всех частях света. В летописях хранится множество общеизвестных фактов, свидетельствующих о том, как предки казахов неоднократно меняли ход политической и экономической истории на обширных территориях Евразии.

1. Культура верховой езды

Всем известно, что Великая степь дала миру коневодство и культуру верховой езды.

Впервые одомашнивание лошадей человеком произошло на территории современного Казахстана, о чем свидетельствуют раскопки поселения Ботай на севере страны.

Приручение лошади дало нашим предкам немыслимое превосходство в то время и в мировом масштабе произвело крупнейшую революцию в экономике и военном деле.

Однако одомашнивание лошади положило начало культуре верховой езды. Всадник на коне, вооруженный луком, копьем или саблей, стал символом той эпохи, когда на передний план истории вышли могущественные империи, созданные кочевыми народами.

Образ конного знаменосца — самая узнаваемая эмблема героической эпохи и особый «культурный код» кочевого мира, формирование которого связано с зарождением верховой езды.

Мощность автомобильных двигателей по-прежнему измеряется в лошадиных силах. И эта давняя традиция — символическая дань той великой эпохе, когда на планете господствовали всадники.

Нельзя забывать, что человечество вплоть до XIX века пользовалось плодами этой великой технологической революции, пришедшими на свет с древней казахской земли.

Основные элементы современной одежды восходят к древней эпохе степной цивилизации.Культура верховой езды породила оптимальную одежду для всадника-воина. Стремясь к удобству и практичности во время катания, наши предки впервые разделили одежду на верхнюю и нижнюю части. Поэтому они изобрели первые типы брюк.

Это дало всадникам свободу кататься и сражаться. Жители степи шили штаны из кожи, войлока, конопли, шерсти и льна. За последнюю тысячу лет этот вид одежды кардинально не изменился.Найденные при раскопках древние брюки имеют форму современных.

Также известно, что сегодня все разновидности сапог являются «наследниками» мягкой обуви с голенищем и каблуком, которую кочевники использовали для верховой езды.

Стремясь улучшить управляемость лошади во время верховой езды, степняки изобрели высокое седло и стремена. Нововведения позволили всаднику уверенно сидеть на лошади и даже при быстром движении более эффективно использовать свое оружие — лук, копье, меч.

Наши предки довели до совершенства стрельбу из лука на скаку — изменили конструкцию оружия: оно стало составным, более удобным в использовании и более смертоносным, а стрелы получили оперение и металлический наконечник, пробивающий броню.

Еще одним технологическим новшеством, внесенным тюркскими племенами, населявшими территорию Казахстана, стало изобретение сабли, отличительной особенностью которой было прямое или изогнутое лезвие с рукоятью, повернутой в сторону лезвия.Это оружие стало самым важным и распространенным в арсенале наступательного оружия.

Наши предки первыми создали из доспехов защитный доспех для лошади и всадника. Это привело к появлению тяжеловооруженной кавалерии — важнейшему военному новшеству евразийских кочевников. Его развитие в период с I тысячелетия до н.э. по I век повлияло на создание особого рода войск — тяжелой кавалерии, которая на долгое время обеспечивала небывалое военное превосходство степняков, вплоть до изобретения и массового применения огнестрельного оружия. .

2. Древняя металлургия Великой степи

Изобретение методов производства металлов открыло новую историческую эпоху и навсегда изменило ход человеческого развития. Богатая разнообразными металлическими рудами казахская земля также стала одним из первых центров становления металлургии. Центры горного производства и выплавки бронзы, меди, свинца, железа, серебра и золота, производства листового железа возникли в глубокой древности на землях Центрального, Северного и Восточного Казахстана.

Наши предки постоянно развивали производство новых, более прочных металлов, что открывало им возможности для ускорения технического прогресса. Об этом свидетельствуют найденные при раскопках печи, в которых выплавляли металл, украшения, предметы домашнего обихода и оружие более ранних эпох. Это свидетельствует о высоком технологическом развитии степных цивилизаций, существовавших на нашей земле в древности.

3.Животный стиль

Наши предки жили в полной гармонии с окружающим миром и считали себя неотъемлемой частью природы. Это ключевой принцип формирования мировоззрения и ценностей народов Великой Степи. У древних жителей Казахстана была высокоразвитая культура — своя письменность и мифология.

Самым ярким элементом их наследия, отражением художественного своеобразия и богатства духовного содержания является «искусство звериного стиля».«Использование изображений животных в повседневной жизни было символом взаимосвязи человека и природы, указывающим на духовных наставников степняков.

Они предпочитали изображения хищников, в основном представителей семейства кошачьих. Скорее всего, не случайно снежный барс, редкий и благородный представитель местной фауны, стал одним из символов суверенного Казахстана.

В то же время звериный стиль отражает высочайшее производственное мастерство наших предков — хорошо известны художественная резьба и техника работы с металлами: выплавка и литье меди и бронзы, способы сложного изготовления золотых листов.

Вообще феномен «звериного стиля» — одна из высших вершин мирового искусства.

4. Золотой человек

Сенсационным открытием для мировой науки, позволившим по-новому взглянуть на наши истоки, стал найденный в Казахстане в 1969 году на Иссыке Золотой человек, которого в кругах искусствоведов называли «казахстанским Тутанхамоном».

Воин много нам рассказал.Наши предки создавали художественные произведения высочайшего уровня, которые до сих пор поражают воображение. Искусное золотое обличье воина свидетельствует об уверенном владении древними мастерами техники обработки золота. Он также раскрыл богатую мифологию, отражающую мощь и эстетику степной цивилизации.

Так степняки превозносили личность вождя, возводили его в ранг солнцеподобного божества. Роскошное убранство захоронения познакомило нас с интеллектуальными традициями предков.На одной из серебряных чаш, найденных рядом с воином, были обнаружены каракули — следы древнейшей письменности, когда-либо найденной в Средней Азии.

5. Колыбель тюркского мира

Алтай имеет большое значение для истории казахов и других народов Евразии. Испокон веков эти величественные горы не только украшали земли Казахстана, но и были колыбелью тюркских народов. Именно здесь, в середине 1 -го и тысячелетия зародился тюркский мир, и наступила новая веха в Великой степи.

История и география сформировали особую модель преемственности тюркских государств, великих степных империй. На протяжении веков они сменяли друг друга, оставив свой значительный след в экономическом, политическом и культурном ландшафте средневекового Казахстана.

Освоив пространство в широких географических границах, тюркские народы сумели создать симбиоз кочевой и оседлой цивилизаций, что привело к расцвету средневековых городов, ставших центрами искусства, науки и мировой торговли.Например, средневековый Отырар дал человечеству один из величайших умов мировой цивилизации Абу Наср аль-Фараби, а в Туркестане жил и творил Ходжа Ахмет Яссави, один из великих духовных лидеров тюркских народов.

6. Великий шелковый путь

Уникальное географическое положение Казахстана — в самом центре Евразийского континента — с древних времен способствовало возникновению транзитных «коридоров» между разными странами и цивилизациями.С начала нашей эры эти сухопутные маршруты были преобразованы в систему Великого шелкового пути — трансконтинентальную сеть торговых и культурных связей между Востоком и Западом, Севером и Югом Большой Евразии.

Он стал стабильной платформой для формирования и развития глобального товарообмена и интеллектуального сотрудничества между народами.

Ключевыми посредниками на важнейшем торговом пути древности и средневековья, обеспечивающими безупречную организацию и безопасность транспортных артерий, были жители Великой степи.Степной пояс соединял китайскую, индийскую, персидскую, средиземноморскую, ближневосточную и славянскую цивилизации.

С момента своего создания карта Великого шелкового пути в основном располагалась в пределах тюркских империй. Именно во время правления тюркских народов в Центральной Евразии Великий шелковый путь достиг своего пика и способствовал экономическому процветанию и культурному росту в международном масштабе.

7. Казахстан — родина яблок и тюльпанов

Научно доказано, что предгорья Алатау — «историческая родина» яблок и тюльпанов.Именно отсюда эти скромные, но значимые для всего мира растения постепенно распространились по всем странам. И теперь Казахстан является хранителем прародительницы всех яблонь Земли — яблони Сиверса. Именно это дерево подарило миру один из самых распространенных плодов современности. Известные нам яблоки являются генетическими разновидностями плодов наших видов яблонь. На древних маршрутах Великого шелкового пути от предгорья Заилийского Алатау на территории Казахстана он попал в Средиземное море, а затем распространился по миру.И как символ этой долгой истории популярного фрукта, один из красивейших городов юга нашей страны называется «Алматы».

На самом деле, здесь, в Чу-Илийских горах, мы до сих пор видим в первозданном виде жемчужины казахстанской флоры — тюльпаны Регеля. Эти прекрасные растения появились на нашей земле в полосе пустынь и предгорий Тянь-Шаня. С казахской земли эти скромные, но необычные цветы постепенно распространились по миру, покоряя своей красотой сердца многих народов.

Сегодня в мире насчитывается более 3 тысяч сортов культурных тюльпанов, и большинство из них являются «потомками» наших местных цветов. В Казахстане существует 35 видов тюльпанов.

* * *

II. Модернизация исторической идентичности

Все эти вопросы требуют серьезного размышления. Они касаются основ нашего мировоззрения, прошлого, настоящего и будущего нации.

Я считаю, что мы можем начать эту работу с нескольких крупных проектов.

1. Архив-2025

За годы независимости проделана большая работа по изучению прошлого нашего народа — успешно реализована программа «Культурное наследие», которая позволила восстановить забытые фрагменты исторической летописи. Однако многие документальные свидетельства о жизни предков и их уникальной цивилизации еще не введены в научный оборот и ждут своего часа в многочисленных архивах по всему миру.

Поэтому считаю, что нам необходимо создать семилетнюю программу «Архив-2025», которая включала бы серьезные фундаментальные исследования всех отечественных и зарубежных архивов, начиная с античности и заканчивая современностью.

В рамках его реализации необходимо сосредоточить исследовательскую работу специальных групп историков, архивистов и культурологов на системном и долгосрочном взаимодействии с отечественными и крупными зарубежными архивами.

Этот важный вид деятельности ни в коем случае не должен превращаться в «академический туризм» за государственный счет.Необходимо не только кропотливо собирать архивные данные, но и активно преобразовывать их в цифровой формат, делая доступными для всех заинтересованных экспертов и широкой общественности.

Воспитание чувства гордости за свою историю, воспитание патриотизма должно начинаться в школе. Поэтому важно создать историко-археологическое движение в школах и краеведческих музеях во всех регионах страны. Знакомство с национальной историей вызывает у всех казахстанцев чувство единства своего происхождения.

2. великие имена Великой степи

Известно, что исторический процесс в массовом сознании в первую очередь персонифицирован. Многие народы заслуженно гордятся именами великих предков, ставших уникальными послами своих стран.

Например, такие всемирно известные личности ушедших эпох, как Тутанхамон, Конфуций, Александр Великий, Шекспир, Гете, Пушкин и Джордж Вашингтон, сегодня являются бесценным «символическим капиталом» для «своих государств», способствуя их эффективному продвижению в международном масштабе. арена.

Великая степь породила целую плеяду выдающихся личностей. Среди них такие масштабные деятели, как Аль-Фараби и Яссави, Кул-Тегин и Бейбарс, Тауке и Абылай, Кенесары и Абай и многие другие.

Поэтому в первую очередь следует создать образовательный парк-энциклопедию «Великие имена Великой степи», где под открытым небом будут представлены скульптурные памятники в честь наших известных исторических деятелей и их достижений.

Во-вторых, организуя адресный государственный заказ, необходимо инициировать формирование актуальной галереи образов великих мыслителей, поэтов и правителей прошлого в современной литературе, музыке, театре, изобразительном искусстве.

Помимо классических форматов, важно раскрыть творческий потенциал альтернативного молодежного искусства. В этой работе могут участвовать не только отечественные, но и зарубежные мастера искусства и творческие коллективы.

В-третьих, необходимо систематизировать и активизировать деятельность по созданию и распространению научно-популярной серии «Выдающиеся личности Великой степи» — «Улы Дала Тулгалары», охватывающей широкий исторический горизонт.

В этом направлении могут создаваться международные мультидисциплинарные команды, в которых наряду с казахстанскими учеными будут задействованы зарубежные специалисты. В результате жизнь и деятельность наших героев будут известны как в нашей стране, так и за ее пределами.

3. Генезис тюркского мира

Казахстан, прародина тюркских народов, это священный «Кара Шанырак».Отсюда, из наших степей, тюркские племена и народы, внесшие значительный вклад в исторические процессы в других странах и регионах, разошлись в разные уголки мира.

Нам необходимо запустить проект «Тюркская цивилизация: от истоков до наших дней», в рамках которого можно организовать Всемирный конгресс тюркологов в Астане в 2019 году и Дни культуры тюркских этносов, где древнетюркские Артефакты будут выставлены в музеях разных стран.Также важно создать единую онлайн-библиотеку общетюркских произведений по примеру Википедии, модератором которой может выступить Казахстан.

Кроме того, в рамках продвижения Туркестана как нового регионального центра необходимо усилить его позиции на международной арене.

Древняя столица Казахстана — это не только духовный центр нашего народа, но и священное место для всего тюркского мира.

4. Музей древнего искусства и техники Великой степи

У нас есть все возможности для создания Музея древнего искусства и техники Великой степи «Улы Дала». Здесь можно собрать образцы высокого искусства и техники, в том числе артефакты, выполненные в зверином стиле, украшение «Золотого человека», предметы, отражающие процесс приручения лошади, развитие металлургии, изготовление оружия, снаряжения и др. артефакты.Расширить в нем экспозицию ценных археологических находок и археологических комплексов, обнаруженных на территории Казахстана, которые отражают процесс развития различных отраслей экономики на территории нашей страны в определенные исторические эпохи.

А также создать Национальный клуб исторических реконструкций «Великие цивилизации Великой степи» и на его основе проводить фестивали в Астане и регионах Казахстана: древние саки, гунны, эпоха великих тюркских каганов и др.Работу над этими темами можно вести одновременно, объединяя всех, кто интересуется этими предметами.

Интересен туристический проект частичной реставрации древнего города Отырар с реконструкцией объектов городской среды — домов, улиц, общественных мест, водопровода, городских стен и так далее.

В то же время необходимо сосредоточиться на популяризации знаний и развитии туризма на этой основе.

5. Тысячелетие степного фольклора и музыки

В рамках этого проекта нам необходимо создать «антологию степного фольклора». В него войдут лучшие образцы словесного народного творчества наследников Великой Степи за прошедшее тысячелетие — сказки, легенды, сказки, былины.

Кроме того, необходимо выпустить сборник «Древние мотивы Великой степи» — сборник значительных произведений, созданных для традиционных казахских музыкальных инструментов: кобыза, домбры, сыбызгы, сазсырнай и других.

Фольклор и мелодии Великой степи должны обрести «новое дыхание» в современном цифровом формате. Для работы над этими проектами важно привлекать отечественных и зарубежных специалистов, умеющих не только систематизировать, но и актуализировать богатое наследие Степи.

Основные сюжеты, персонажи и мотивы нашей культуры не имеют границ и должны систематически исследоваться и продвигаться по всей Центральной Евразии и во всем мире.

Модернизация словесных и музыкальных традиций должна приобретать форматы, близкие и понятные современной аудитории.

В частности, древние слова и тексты могут сопровождаться иллюстрациями или воплощаться в виде ярких видеоматериалов. В свою очередь, звуки и мелодии могут рождаться не только с помощью аутентичных инструментов, но и с помощью современных электронных версий.

Кроме того, необходимо организовать серию научно-исследовательских экспедиций в различные регионы Казахстана и других стран для поиска общих исторических основ фольклорной традиции.

6. История кино и телевидения

В современном мире кино занимает огромное место в самообразовании народов по историческим предметам. Яркие кинопленки иногда играют более значительную роль в массовом восприятии публики, чем документальные портреты в научных монографиях.

Следовательно, в ближайшее время необходимо запустить в производство специальный цикл документальных фильмов, телесериалов и полнометражных фильмов, демонстрирующих преемственность цивилизационной истории Казахстана.

Работа над этими проектами должна вестись в рамках широкого международного сотрудничества с привлечением лучших отечественных и зарубежных сценаристов, режиссеров, актеров, продюсеров и других специалистов современной киноиндустрии.

Кроме того, необходимо максимально использовать жанр новой исторической теле- и кинопродукции, включив в нее популярные сегодня у зрителей элементы фэнтези и остросюжетных блокбастеров, а также приключенческие и мелодраматические мотивы.

Для этой цели можно использовать богатый мифологический и фольклорный материал Великой степи.

Особое внимание следует уделить подрастающему поколению, которое остро нуждается в качественных детских фильмах и мультсериалах, способных создать культ национальных супергероев.

Наши выдающиеся воины, мыслители и правители заслуживают быть образцами для подражания не только в Казахстане, но и во всем мире.

Заключение

Полтора года назад я опубликовал статью «Курс в будущее: модернизация казахстанской идентичности», которая нашла широкий резонанс в обществе.

Рассматриваю вышеперечисленные проекты как продолжение программы «Рухани жангыру».

Новые компоненты общенациональной программы «Рухани жангыру» позволят воплотить в жизнь многовековое наследие наших предков, сделав его понятным и востребованным в современных условиях цифровой цивилизации.

Я убежден, что у людей, которые помнят, ценят и гордятся своей историей, большое будущее.Гордость за прошлое, прагматическая оценка настоящего и позитивный взгляд в будущее — вот залог успеха нашей страны.

XIONGNU, YUEZHI И ДРЕВНИЕ ЛОШАДИ МОНГОЛИИ И ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

XIONGNU (HSIUNG-NU)


из музея Ганьсу

Xiongnu были агрессивными всадниками из пограничных областей Китая и Монголии и, вероятно, предки гуннов.Они были родом из сибирских степей и совершали набеги на китайские города во втором веке до нашей эры, что привело к строительству Великой стены. Позже они продвинулись на запад и вытеснили королевства юэ-чжи в Западном Китае, которые, в свою очередь, продвинулись и вытеснили саков, и они сделали то же самое с согдийцами в Центральной Азии.

Xiongnu были большой конфедерацией евразийских кочевников, которые доминировали в азиатских степях с конца III века до нашей эры. до 1 века нашей эры. Китайские источники III в. До н. Э.К. сообщают, что они создали империю под руководством Моду Чаньюя, верховного лидера после 209 г. до н. Э. Эта империя (209 г. до н.э. — 93 г. н.э.) простиралась за пределы современной Монголии. После победы над ранее господствовавшими юэчжи во II веке до нашей эры хунну стали господствующей силой в степях центральной и восточной Азии. [Источник: Википедия +]

Происхождение хунну неясно. Их язык не известен современным ученым, но люди, вероятно, были похожи по внешнему виду и характеристикам на более поздних монголов.Различные попытки отождествить их с группами, известными с дальнего запада по Евразийской степи под разными названиями, остаются весьма противоречивыми. Идентичность этнического ядра Xiongnu была предметом различных гипотез, потому что только несколько слов, в основном титулы и личные имена, сохранились в китайских источниках. Предложения ученых включают иранский, тюркский, монгольский, тохарский, уральский, енисейский или многоэтнический. Имя Xiongnu может быть родственным имени Huns (Hunni) и Huna, но доказательства этого противоречивы.+

Веб-сайты и ресурсы: Монголы и степные всадники: «Лошадь, колесо и язык, как всадники бронзового века из евразийских степей сформировали современный мир», Дэвид Энтони, 2007 г. archive.org/details/horsewheelandlanguage ; Скифы — Фонд Шелкового пути silkroadfoundation.org; Скифы iranicaonline.org; Британская энциклопедия, статья о гуннах britannica.com; Статья в Википедии о евразийских кочевниках Википедия Статья Википедии Википедия; Сеть Монгольской империи.archive.org/web; Монголы в мировой истории afe.easia.columbia.edu/mongols; Отчет Уильяма Рубрука о монголах Wington.edu/silkroad/texts; Монгольское нашествие на Русь (изображения) web.archive.org/web; Британская энциклопедия, статья britannica.com; Монгольские архивы historyonthenet.com

Происхождение Xiongnu

Раннее упоминание сюнну было сделано Сыма Цянем, который писал о сюнну в Записях великого историка (ок.100 г. до н.э.), проводя четкую границу между оседлым народом хуася (китайцы) и кочевниками-скотоводами (сюнну), характеризуя его как две полярные группы в смысле цивилизации и нецивилизованного общества: различие между хуа и и. Источники из доханьских эпох часто классифицировали сюнну как народ ху, хотя это был скорее общий термин для обозначения кочевников в целом; он стал этнонимом хунну только во время ханьского периода. [Источник: Википедия +]


Филиалы хуннских ежиков, 400 г. до н.э. до AS 100

Древний Китай часто контактировал с кочевыми народами сяньюнь и сижун.В более поздней китайской историографии некоторые группы этих народов считались возможными прародителями народа хунну. Эти кочевые люди часто повторяли военные столкновения с Шан и особенно с Чжоу, которые часто завоевывали и порабощали кочевников в дрейфе экспансии. В период Воюющих царств армии из государств Цинь, Чжао и Янь вторгались и завоевывали различные кочевые территории, которые были населены сюнну и другими народами ху.

Ин-Ши Юй написал в «Кембриджской истории ранней Внутренней Азии»: «Китайская письменная традиция прослеживает истоки сюн-ну с незапамятных времен.Сообщается, что в глубокой древности Сюн-ну был известен под разными именами, такими как Хун-чжу, Сянь-юнь, Юнг, Ти и т.д. добавлен в список. Однако со строго исторической точки зрения все эти отождествления должны оставаться предположительными по своему статусу. Нынешнее состояние наших исторических знаний не позволяет нам давать какие-либо достоверные сведения о Сюн-ну намного позже III века до нашей эры; и единственное другое имя, с которым Сюн-ну может быть безопасно идентифицировано в ранних китайских источниках, — это Ху.Другими словами, сюн-ну впервые официально появились на сцене истории Внутренней Азии, когда история Китая как раз собиралась перевернуть новую страницу — в конце периода Сражающихся царств. [Источник: Кембриджская история ранней Внутренней Азии, под редакцией Дениса Синора. Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета, 1990]

Юэчжи и сюнну

Юэчжи были лингвистически связаны с древними кочевыми скифскими народами, населявшими степи к северу и северо-востоку от Черного моря и регион к востоку от Аральского моря, и поэтому были индоевропейскими.Другой группой были хунну, кочевой народ неопределенного происхождения. [Источник: Роберт Л. Уорден, Библиотека Конгресса, июнь 1989 г. *]


Бюст мужчины эпохи Юэчжи Халчаян,

Хотя в ходе истории другие народы вытеснили юэчжи и сюнну или смешались с ними, их действия, конфликты, а также внутренние и внешние отношения установили образец с четырьмя основными темами, который оставался почти неизменным — за исключением завоевание Евразии в тринадцатом и четырнадцатом веках — до восемнадцатого века.Во-первых, среди этих четырех тем была постоянная ожесточенная борьба с участием соседних племен, вовлеченных в часто меняющиеся союзы, которые не всегда следовали этническим, расовым или языковым линиям. Во-вторых, в периоды, когда Китай был единым и сильным, торговля с народами Внутренней Азии была разрешена, и кочевые государства либо становились вассалами китайского императора, либо отступали за пределы его досягаемости в северные степи; И наоборот, когда Китай казался слабым, совершались набеги на богатые китайские земли, иногда приводившие к ответным экспедициям в Монголию.В-третьих, время от времени имело место временное объединение — всей или значительной части региона под контролем завоевателя или коалиции подобных племен; такие временные объединения могли привести к борьбе не на жизнь, а на смерть между основными племенными группировками до тех пор, пока одна или другая не будет истреблена или изгнана из региона, или пока они не объединят свои силы. В-четвертых, несколько раз набеги на северный Китай были настолько обширными и успешными, что победившие кочевники поселились на завоеванных землях, основали династии и в конечном итоге были поглощены — китаизированы — более многочисленными китайцами.*

В рамках этой схемы хунну в конечном итоге изгнали юэчжи, которые были вытеснены на юго-запад, чтобы стать кушанами иранской, афганской и индийской истории. В свою очередь, сами хунну позже были вытеснены на запад. Их потомки или, возможно, другая группа продолжили миграцию на запад, основав Империю гуннов в Центральной и Восточной Европе, которая достигла своего апогея при Аттиле. *

Эта модель была резко и резко прервана в конце двенадцатого века и на протяжении всего тринадцатого века Чингизом и его потомками.Во время консолидации Монголии и некоторых вторжений в северный Китай Чингис создал сложные военные и политические организации, превосходящие по умению, эффективности и силе институты наиболее цивилизованных наций того времени. При нем и его ближайших преемниках монголы завоевали большую часть Евразии. *

Xiongnu и китайцы

Первое значительное зарегистрированное появление кочевых всадников-воинов в Восточной Азии произошло в конце третьего века до нашей эры.C., когда китайцы отразили вторжение сюнну через Хуанхэ (Хуанхэ) со стороны Гоби. Китайская армия, взявшая на вооружение военные технологии хунну — ношение брюк и использование конных лучников со стременами — преследовала хунну через Гоби в безжалостной карательной экспедиции. Крепостные стены, построенные различными враждующими государствами Китая, были соединены между собой, образуя Великую китайскую стену протяженностью 2300 км вдоль северной границы, которая служила преградой для дальнейших вторжений кочевников. [Источник: Библиотека Конгресса, июнь 1989 г.]

Сюнну действовали в регионах нынешней южной Сибири, Монголии, Внутренней Монголии, Ганьсу и Синьцзяне.Отношения между ранними соседними китайскими династиями на юго-востоке и хунну были сложными, с повторяющимися периодами военных конфликтов и интриг, чередовавшихся с обменом данью, торговлей и брачными договорами.

Ин-Ши Юй писал в «Кембриджской истории ранней Внутренней Азии»: «Интересно, что из ранних китайских источников мы знаем, как Китай защищался от сюн-ну до того, как мы действительно столкнемся с вооруженными вторжениями сюн-ну в Китай. В конце периода Сражающихся царств три основных государства, Цинь, Чао и Янь, были южными соседями Сюн-ну, и каждое в качестве защиты от кочевников построило стену вдоль своей северной границы.Из трех Цинь первым сделал это, вероятно, не позднее 324 г. до н. Э .; но вся его обнесенная стеной система защиты — в Лунг-си (Ганьсу), Пей-ти (части Кансу и Нинси) и Шанском командовании (части Шэньси и Суйюань) — не была завершена примерно до 270 г. до н. э. Затем шла северная пограничная стена Чао, протянувшаяся от Юнь-чжуна (в Суйюань) через Йен-мэнь до Тай (оба в Шаньси), которая была построена около 300 г. » [Источник: Кембриджская история ранней Внутренней Азии, под редакцией Дениса Синора.Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета, 1990]

В 215 году до нашей эры император Цинь Ши Хуан — человек, которому приписывают основание Китая — послал генерала Мэн Тяня завоевать сюнну и изгнать их из Петли Ордос, что он и сделал позже в том же году. После катастрофического поражения от рук генерала Мэн Тяня вождь сюнну Туман был вынужден бежать далеко на Монгольское нагорье. Империя Цинь стала угрозой для сюнну, что в конечном итоге привело к реорганизации многих племен в конфедерацию.+

Вольфрам Эберхард писал в «Истории Китая»: «Во времена династии Цинь (221-206 гг. До н.э.) к северу от китайской границы уже приобрел неприятный вид к северу от границы с Китаем, тогда еще относительно небольшой союз племен сунну. С тех пор империя хунну разрушила федерацию племен юэ-чжи (некоторые из которых, по-видимому, принадлежали к индоевропейскому языку) и включила их народ в свою собственную федерацию; они покорили также менее организованные восточные пастушеские племена дунху и, таким образом, стали грозной державой.Все говорит о том, что у него были тесные отношения с территориями северного Китая. [Источник: «История Китая» Вольфрама Эберхарда, 1951, Калифорнийский университет, Беркли]

«Многие китайцы, похоже, мигрировали в империю сунну, где их приветствовали как ремесленников и, вероятно, также как фермеров; но прежде всего они были нужны для укомплектования штатов новой государственной администрации. Надписчики во вновь созданном государственном секретариате были китайцами и писали по-китайски, поскольку в то время у сюнну, очевидно, не было письменности.Были китайцы, служившие администраторами и судебными чиновниками, и даже инструкторами в армейской администрации, обучая искусству войны против некочевников. Но какова была цель всего этого? Мао Дун, второй правитель хунну, и его первые преемники, несомненно, намеревались в конечном итоге завоевать Китай, точно так же, как планировали это сделать многие другие северные народы после них, и некоторые из них сделали это. Основная цель этого всегда заключалась в том, чтобы привести большое количество крестьян под власть кочевых правителей и раз и навсегда решить проблему обеспечения дополнительной зимней пищей.Таким образом, все, что было необходимо, и все, что, казалось, стоило попытаться получить по мере того, как они стали более цивилизованными, можно было получить лучше и чаще, чем с помощью набегов или утомительных коммерческих переговоров. Но для того, чтобы Китай был завоеван и управлялся, должна существовать государственная организация, равная с ее властью; правитель сунну должен сам выступить в роли Сына Неба и разработать придворный церемониал, подобный церемониалу китайского императора. Таким образом, основа организации государства хунну лежала в его соперничестве с соседним Китаем; но детали, естественно, соответствовали особой природе социальной системы хунну.Молодое феодальное государство сунну отличалось от древнекитайского феодального государства не только зависимостью от кочевой экономики с лишь дополнительным сельским хозяйством, но и наличием, помимо целого класса знати и другого сословия простолюдинов, еще одним слоем рабства, подлежащего анализу. далее ниже. Подобно государству Чжоу, государство Xiongnu содержало, особенно вокруг правителя, элемент придворной бюрократии, который, однако, никогда не развивался достаточно далеко, чтобы заменить в основном феодальный характер управления.



Сюннуские сражения с китайцами

Между тем хунну снова совершили набег на север Китая около 200 г. до н.э., обнаружив, что плохо защищенная Великая стена не является серьезным препятствием. К середине II века до нашей эры они контролировали весь северный и западный Китай к северу от Хуанхэ. Эта новая угроза побудила китайцев улучшить свою оборону на севере, одновременно создавая и улучшая армию, особенно кавалерию, и одновременно готовя долгосрочные планы вторжения в Монголию.[Источник: Библиотека Конгресса]

Между 130 и 121 гг. До н.э. китайские армии отбросили сюнну обратно через Великую Китайскую стену, ослабили их власть в провинции Ганьсу, а также в том, что сейчас является автономным районом Ней-Монгол (Внутренняя Монголия — и, наконец, вытеснили их к северу от Гоби в центральную часть страны). Монголия. После этих побед китайцы расширились на районы, позже известные как Маньчжурия, Корейский полуостров и Внутренняя Азия. Сюнну, снова обратив свое внимание на запад и юго-запад, между 73 и 44 годами совершили набег вглубь долины Оксус. Б.C. Потомки юэчжи и их китайские правители, однако, сформировали общий фронт против сюнну и отразили их *.

В течение следующего столетия, когда сила Китая ослабла, пограничные войны между китайцами и сунну были почти непрерывными. Постепенно кочевники вернулись в Ганьсу и северную часть того, что сейчас является Синьцзян-Уйгурским автономным районом Китая. Примерно в середине первого века нашей эры возрожденная династия Восточная Хань (25-220 гг. Н.э.) медленно отвоевала эти территории, вытеснив хунну обратно в Алтайские горы и степи к северу от Гоби.В конце первого века нашей эры, восстановив административный контроль над Южным Китаем и Северным Вьетнамом, который был ненадолго утрачен в начале того же века, Восточная Хань предприняла согласованные усилия для восстановления своего господства над Внутренней Азией. Китайская армия пересекла Памирские горы, завоевала территории на западе, вплоть до Каспийского моря, победила Юэчжи-Кушанскую империю и даже отправила эмиссара на поиски восточных провинций Рима.

Хань китайцы и сюнну

Гаозу, первый император династии Хань (206 г. до н.э.C.-A.D. 220). Вождь сюнну Мао Дун был одним из его самых опасных врагов. Вольфрам Эберхард писал в «Истории Китая»: Политика Гаозу должна была быть направлена ​​на предотвращение любого вмешательства сюнну в дела Северного Китая и, прежде всего, на предотвращение союзов между сюнну и китайцами. Одни хунну, с их техникой всаднической войны, вряд ли могли бы сравниться с постоянным завоеванием укрепленных городов на севере и Великой стены, хотя они контролировали население, которое, возможно, превышало 2 миллиона человек.Но они могли бы преуспеть с помощью Китая. На самом деле китайский противник Гаозу уже договорился с Мао Дун, и в 200 г. до н. Э. Гаозу был очень близок к катастрофе на севере Шаньси, в результате которой Китай перешел бы под власть сюнну. Но до этого не дошло, и Мао Дун не предпринимал дальнейших попыток, хотя возможность предоставлялась несколько раз. Очевидно, политика его двора была не империалистической, а национальной в неискаженном смысле этого слова.Стало понятно, что такой густонаселенной страной, как Китай, можно управлять только из центра внутри Китая. [Источник: «История Китая» Вольфрама Эберхарда, 1951, Калифорнийский университет, Беркли]

Таким образом, хунну пришлось бы покинуть свою родную территорию и править в самом Китае. Это означало бы бросить стада, отказаться от кочевой жизни и превратиться в китайцев. Основными сторонниками национальной политики, первым принципом которой была верность старому образу жизни, по-видимому, были вожди племен.Мао Дун согласился с их взглядами, и сюнну сохраняли свое положение, пока они придерживались этого принципа — примерно семьсот лет. Другие кочевые народы, тоба, монголы и маньчжуры, следовали противоположной политике, и вскоре они оказались пойманными в механизме гораздо более высокоразвитой китайской экономики и культуры, и каждый из них исчез с политической сцены в ходе определенного периода. век или около того.

«Национальная линия политики сюнну отнюдь не означала прекращения военных действий и набегов на территорию Китая, поэтому Гаозу объявил себя готовым предоставить сюнну продукты питания и материалы для одежды, в которых они нуждались, если они прекратят свою деятельность. рейды.Договор об этом был заключен и скреплен браком китайской принцессы с Мао Дун. Это был первый международный договор на Дальнем Востоке между двумя независимыми державами, взаимно признанными равными, и формы международной дипломатии, разработанные в это время, оставались стандартными формами в течение следующей тысячи лет. Соглашение возобновлялось с приходом к власти каждого нового правителя, но никогда полностью не соблюдалось ни одной из сторон. Потребности хунну увеличивались с расширением их империи и растущей роскошью их двора; Китайцы же хотели дать как можно меньше и, несомненно, делали все возможное, чтобы обмануть сюнну.Таким образом, несмотря на договоры, набеги хунну продолжались. С постепенной консолидацией Китая добровольная иммиграция китайцев в империю сюнну подошла к концу, и сюнну фактически начали похищать китайских подданных. Таковы были основные черты отношений между китайцами и сунну почти до 100 г. до н. Э.

Туркестанская политика и конец хуннской империи

Вольфрам Эберхард писал в «Истории Китая»: «За два десятилетия между 160 и 140 годами до нашей эры.C. были дальнейшие неприятности с хунну, хотя крупномасштабных боев не было. При следующем императоре У (или У Ди, 141-86 гг. До н. Э.) Произошли коренные изменения в политике. Китайцы впервые начали активную политику против сюнну. Похоже, что у этой политики было несколько причин и несколько целей. Набеги хунну из района Ордос и из северной части Шаньси оказались прямой угрозой для столицы и ее чрезвычайно важных внутренних районов.Северный Шаньси гористый, с глубокими оврагами. Значительная армия на лошадях могла проникнуть на некоторое расстояние на юг, прежде чем привлечь внимание. Северный Шэньси и район Ордос — степная страна, в которой было очень мало китайских поселений и через которую армия всадников могла продвигаться очень быстро. Поэтому было решено отбросить хунну достаточно далеко, чтобы устранить эту угрозу. Также было важно сломить власть хунну в провинции Ганьсу и отделить их как можно дальше от тибетцев, живущих в этом регионе, чтобы предотвратить любой союз между этими двумя опасными противниками.Третьим важным моментом была охрана караванных путей. Государство, и особенно столица, разбогатели благодаря политике Венди. Товары хлынули в столицу со всех сторон. Особенно возросла торговля с Центральной Азией, в результате чего в Китай были доставлены продукты Ближнего Востока. Караванные пути проходили через западные Шэньси и Ганьсу в Восточный Туркестан, но в то время хунну господствовали на подступах к Туркестану и были в состоянии отвлечь торговлю на себя или отрезать ее.Торговля приносила прибыль не только караванным торговцам, большинство из которых, вероятно, были иностранцами, но и чиновникам провинций и префектур, через которые проходили маршруты. Таким образом, официальные лица в западном Китае были заинтересованы в том, чтобы торговые пути находились под прямым контролем, чтобы караваны могли прибывать регулярно и не подвергаться грабежу. Наконец, китайское правительство, возможно, считало незначительным для своей чести продолжать платить долги хунну и посылать принцесс их правителям теперь, когда Китай был несравненно богаче и сильнее, чем в то время, когда началась эта политика умиротворения.[Источник: «История Китая» Вольфрама Эберхарда, 1951, Калифорнийский университет, Беркли]

«Первым активным шагом была попытка в 133 г. до н. Э. Захватить главу государства сюнну, которого называли шань-ю, но шань-ю разглядел план и сбежал. Затем последовал период непрерывных боев до 119 г. до н. Э. Китайцы совершили бесчисленное количество атак, но безуспешно. Но сюнну были ослаблены, что является одним из признаков того, что разногласия возникли после смерти шань-юй Чун-чен и в 127 г. до н. Э.Ч. его сын перешел к китайцам. Наконец китайцы изменили свою тактику, наступив в 119 г. до н. Э. с сильной кавалерийской армией, которая понесла огромные потери, но нанесла серьезный урон хунну. После этого сюнну отошли дальше на север, и китайцы поселили крестьян в важном районе Ганьсу.

«Тем временем в 125 г. до н. Э. Возвратился знаменитый Чан Цзянь. В 138 г. его послали заключить союз с юэ-чжи против сюнну. Юэ-чжи раньше были соседями хунну до области Ала-Шаня, но из-за поражения хунну их остатки мигрировали в западный Туркестан.Чан Цзянь последовал за ними. В политическом плане он не добился успеха, но он принес точную информацию о странах на крайнем западе, о которых ничего не было известно, кроме расплывчатых отчетов купцов. Теперь стало известно, откуда поступали иностранные товары и куда уходили китайские товары. Отчеты Чан Цзяня (которые являются одним из основных источников по истории Центральной Азии в то далекое время) усилили желание установить прямые и надежные торговые отношения с этими далекими странами.Правительство, очевидно, задумывалось о том, чтобы взять эту торговлю в свои руки. Для этого нужно было возложить «дань» на заинтересованные страны. Идея заключалась в том, что миссии, приносящие ежегодную «дань», будут своего рода государственными бартерными комиссиями. Облагаемое данью государство должно поставлять определенные товары за свой счет и получать взамен китайские продукты, стоимость которых должна была быть примерно равна «дани». Таким образом, отчеты Чан Цзяня привели к тому, что после первых успехов в борьбе с сюнну возрос интерес к политике в Центральной Азии.Наибольшим военным успехом были кампании генерала Ли Куан-ли на Фергану в 104 и 102 гг. До н. Э. Результатом походов было взятие под дань всех малых государств в бассейне Тарима и некоторых государств Западного Туркестана. Отныне в Китай беспрепятственно поступали не только иностранные потребительские товары, но и множество других товаров, в частности такие растения, как виноград, персик, гранат.

«В 108 г. до н. Э. была завоевана и западная часть Кореи. Корея уже была важным транзитным регионом для торговли с Японией.Таким образом, эта торговля также попала под прямое влияние китайского правительства. Хотя это завоевание представляло опасность для восточного фланга хунну, это никоим образом не означало, что они были побеждены. Ослабленные хунну уклонились от давления Китая, но в 104 г. до н. Э. и снова в 91 году они нанесли поражение китайцам. Сюнну косвенно угрожала китайская внешняя политика, поскольку китайцы заключили союз со старыми врагами сюнну, Ву-сун, на севере бассейна Тарима.Это сделало бассейн Тарима безопасным для китайцев и угрожало хунну новой опасностью в их тылу. Наконец, китайцы сделали все, что могли, с помощью интриг, шпионажа и саботажа, чтобы способствовать разобщенности и беспорядку внутри сюнну, хотя из китайских отчетов нельзя увидеть, насколько китайцы несут ответственность за фактические конфликты и постоянные изменения в шань-юй. . Военные действия против сюнну продолжались непрерывно после смерти Ву Ди при его преемнике, так что сюнну еще больше ослабли.Вследствие этого стало возможным восстать против них другие племена, которые до этого находились в их зависимости: тин-лин на севере и у-хуань на востоке. Внутренние трудности хунну еще более усилились.

«Активная политика У Ди не была направлена ​​только против сюнну. После тяжелых боев он подчинил себе южный Китай с районом вокруг Кантона и юго-восточное побережье Китая — в данном случае опять же из-за торговых интересов.Несомненно, в Кантоне и других прибрежных городах уже существовали значительные колонии иностранных купцов, торгующих индийскими и ближневосточными товарами. Торговцы, кажется, часто были согдийцами. Южные войны дали У Ди контроль над доходами от этой торговли. Он несколько раз пытался продвинуться через Юньнань, чтобы обеспечить лучший наземный путь в Индию, но эти попытки потерпели неудачу. Тем не менее китайское влияние усилилось на юго-западе.

«Несмотря на свое долгое правление, У Ди не оставил взрослого наследника, поскольку наследный принц был казнен вместе со многими другими людьми незадолго до смерти У Ди.Наследный принц был замешан в предполагаемой попытке большой группы людей сместить императора с помощью различных видов магии. Сегодня трудно определить, что стояло за этим делом; вероятно, это была борьба двух дворянских клик. Таким образом, совет регентства должен был быть создан для молодого наследника престола; в него входил член племени хунну. Фактическое правительство находилось в руках генерала и его клики до смерти наследника престола и в начале правления его преемника.

«В это время пришел конец империи хунну — иностранное событие огромной важности. В результате непрекращающихся разрушительных войн с китайцами, в которых не только много людей, но особенно большое количество скота попало в руки китайцев, жизнь сунну подвергалась серьезной угрозе; их беды усугублялись эпидемиями и необычно суровыми зимами. К этим неприятностям добавились политические трудности, в том числе нерешенные вопросы наследования престола.Результатом всего этого было то, что хунну больше не могли оказывать эффективное военное сопротивление китайцам. Несколько шань-юй правили одновременно как соперники, и одному из них пришлось уступить китайцам в 58 г. до н. Э .; в 51 г. он стал вассалом китайского двора. Крах империи хунну был полным. После 58 г. до н. Э. Китайцы были освобождены от всех опасностей с этой стороны и на какое-то время смогли установить свою власть в Средней Азии.

Ван Чжаоцзюнь: одна из четырех великих красавиц Китая

Ван Чжаоцзюнь, также известный как Ван Цян, родился в деревне Баопин уезда Цзыгуй (нынешняя провинция Хубэй) в 52 г. до н. Э.C. в период династии Западная Хань (206 г. до н. Э. — 8 г. н. Э.). Одна из четырех великих красавиц древнего Китая, она, как говорят, была великолепной женщиной, талантливой в живописи, китайской каллиграфии, игре в шахматы и музыке. Она жила в то время, когда империя Хань находилась в конфликте с сюнну, кочевым народом из Центральной Азии, проживавшим в современной Монголии. Прежде чем в ее жизни произошел драматический поворот, она была заброшенной дворцовой наложницей, которую никогда не посещал император.

В 33 г. до н.э. Ху Ханье, лидер сюнну, нанес уважительный визит ханьскому императору, прося разрешения жениться на ханьской принцессе, как доказательство искренности народа сюнну жить в мире с народом хань.Вместо того, чтобы дать ему принцессу, как было принято, император предложил ему пять женщин из своего гарема, включая Ван Чжаоцзюня. Ни принцесса, ни горничные не хотели выходить замуж за вождя сюнну и жить в отдаленном месте, поэтому Ван Чжаоцзюнь выделялась, когда она соглашалась поехать в сюнну.


история Джин Миди

В исторической классике «Хоу Хан Шу» рассказывается, что Ван Чжаоцзюнь вызвался жениться на Ху Ханье.Когда ханьский император наконец встретил ее, он был поражен ее красотой, но было уже слишком поздно для сожалений. Она вышла замуж за Ху Ханье и родила от него детей. Ее жизнь стала основой и неизменной историей «Чжаоцзюнь Чу Сай» или «Чжаоцзюнь отправляется за границу». Мир установился на протяжении более 60 лет благодаря ее браку. [Источник: Пэн Ран, CRIENGLISH.com, 17 июля 2007 г.]

В наиболее распространенной версии легенды «Четыре красавицы» говорится, что Ван Чжаоцзюнь ярким осенним утром покинула свой родной город верхом на лошади и отправилась в путешествие на север.По пути лошадь заржала, заставив Чжаоцзюнь очень грустно и неспособной контролировать свои эмоции. Сидя в седле, она начала играть на струнном инструменте печальные мелодии. Стая гусей, летевшая на юг, услышала музыку, увидела красивую молодую женщину верхом на лошади, сразу же забыла взмахнуть крыльями и упала на землю. С тех пор Чжаоцзюнь получил прозвище «валит гусей» или «сбрасывает птиц». Статистика показывает, что существует около 700 стихотворений и песен и 40 видов рассказов и сказок о Ван Чжаоцзюне от более чем 500 известных писателей, как древних (Ши Чун, Ли Бай, Ду Фу, Бай Цзюй, Ли Шаньинь, Чжан Чжунсу, Цай Юн). , Ван Анши, Елю Чуцай) и современные (Го Моруо, Цао Ю, Тянь Хан, Цзянь Бозан, Фэй Сяотун, Лао Шэ, Чэнь Чжисуй).[Источник: Википедия +]

Мавзолей Ван Чжаоцзюня называется Цин Чжун, или Зеленая гробница. Он напоминает естественный зеленый склон холма. Люди Внутренней Монголии до сих пор поминают ее как посланницу мира, которая внесла большой вклад в дружбу между ханьскими и монгольскими этническими группами. Рядом с ее могилой был открыт музей Чжаоцзюнь, в котором ее прекрасное подобие отображено в скульптуре из белого мрамора, а сцена ее свадьбы стала бронзовой статуей. В этих художественных представлениях Ван Чжаоцзюнь всегда выглядит счастливой и решительной, в соответствии с широко распространенным представлением о ней как о храброй женщине, пожертвовавшей ради своей страны.Ее горести как трагической героини, лишенной настоящей любви, могут быть похоронены вместе с ней глубоко в зеленой могиле.

Подробнее о Ван Чжаоцзюне см .: ЧЕТЫРЕ КРАСОТЫ ДРЕВНЕГО КИТАЯ factanddetails.com

Боевые действия между китайцами и сюнну над Западным Китаем

Вольфрам Эберхард писал в «Истории Китая»: «Сюнну, несмотря на внутренние трудности, восстановили значительное влияние в Туркестане (Синьцзян, современный западный Китай) во время правления Ван Манга.Но король города-государства Яркенд увеличил свою власть, ловко натравив китайцев и хунну друг против друга, так что вскоре он смог атаковать хунну. Маленькие государства в Туркестане, однако, считали господство далекого Китая более предпочтительным, чем Яркенд или хунну, оба из которых, будучи ближе, могли более эффективно задействовать свою власть. Соответственно, многие небольшие государства обратились за помощью к Китаю. Куанг-Ву Ди ответил на это обращение полным отказом, подразумевая, что порядок в Китае только что был восстановлен, и что теперь у него просто не было ресурсов для кампании в Туркестане.[Источник: «История Китая» Вольфрама Эберхарда, 1951, Калифорнийский университет, Беркли]

Таким образом, король Яркенда смог распространить свою власть на оставшуюся часть малых государств Туркестана, поскольку хунну были вынуждены отступить. Куанг-Ву Ди провел несколько пограничных войн с сюнну без какого-либо решающего результата. Но примерно в 45 г. н.э. хунну пережили несколько сильных засух, а также нашествие саранчи, так что они потеряли большую часть своего скота.Они больше не могли самоутвердиться в Туркестане и в то же время сражаться с китайцами на юге и с сянь-пи и у-хуанями на востоке. Эти два народа, по всей видимости, в основном монгольского происхождения, в прошлом подчинялись хунну. Они неуклонно распространялись на территориях, граничащих с Маньчжурией и Монголией, за пределами восточной границы империи хунну. Живя там в относительном мире и в то же время имея очень плодородные пастбища, эти два народа стали сильнее.А после великого политического краха 58 г. до н. Э. Xiongnu не только потеряли свои лучшие пастбища на севере провинций Шэньси и Шаньси, но в значительной степени привыкли жить в сотрудничестве с китайцами. Они гораздо больше привыкли к торговле с Китаем, обменивая животных на ткани и зерно, чем к войне, так что в конце концов они потерпели поражение от Сянь-пи и У-хуаней, которые придерживались более старой формы чисто воинственного поведения. кочевой образ жизни. Ослабленные голодом и войнами против У-хуаня и Сянь-пи, сюнну разделились на две части, одна часть отошла на север.

«Южные хунну были вынуждены подчиниться китайцам, чтобы обезопасить себя от других врагов. Таким образом, китайцы смогли добиться большого успеха, даже не пошевелив пальцем: хунну, на протяжении столетий снова и снова показывающего себя самыми опасными врагами Китая, были сведены к минимуму с политической точки зрения. Около ста лет назад империя хунну потерпела поражение; теперь половина того, что от него осталось, стала частью китайского государства. Его место заняли Сянь-пи и У-хуань, но поначалу они имели гораздо меньшее значение.

«Несмотря на раздел, северные хунну пытались в период между 60 и 70 годами нашей эры вернуть себе сферу влияния в Туркестане; им это казалось легче, так как король Яркенд был схвачен и убит, а Туркестан был более или менее в замешательстве. Китайцы сделали все возможное, чтобы настроить север против южных хунну и поддержать политический баланс сил на западе и севере. Пока в Туркестане было несколько небольших государств, из которых по крайней мере некоторые были дружественными Китаю, китайские торговые караваны относительно мало беспокоились в своих путешествиях.Независимые государства в Туркестане оказались более прибыльными для торговли, чем когда там приходилось содержать большую оккупационную армию. Однако когда появилась опасность нового союза двух частей хунну как восстановления большой империи, включающей также весь Туркестан, китайская торговая монополия оказалась под угрозой.

Любая великая держава обеспечит себе лучшие товары, и у Китая не останется хороших дел. По этим причинам была предпринята большая китайская кампания против Туркестана в А.D. 73 под Тоу Ку. В основном благодаря способностям китайского заместителя командующего Пань Чао весь Туркестан был быстро завоеван. Тем временем император Мин Ти (58-75 гг. Н. Э.) Умер, и при новом императоре Чанг Ти (76-88) «изоляционистская» партия взяла верх над кликой Тоу Ку и Пань Чао: опасность изоляционисты утверждали, что восстановления империи хунну больше не существует; Туркестан следует предоставить самому себе; малые государства по собственному желанию предпочли бы торговлю с Китаем.Между тем значительная часть Туркестана отошла от Китая, так как Чан Ти не послал ни денег, ни войск для удержания завоеванных территорий. Тем не менее Пан Чао остался в Туркестане (в Кашгаре и Хотане), где он держался, несмотря на бесчисленные трудности. Хотя он сообщил (78 г. от Р. Х.), что войска могли прокормиться в Туркестане и не нуждались ни в припасах, ни в деньгах из дома, никакого значительного подкрепления не было послано; до него дошли только несколько сотен или, возможно, тысяча человек, в основном освобожденные преступники.Лишь в 89 г. н.э. клика Пань Чао вернулась к власти, когда мать молодого императора Хо Ти (89-105) взяла на себя управление во время его несовершеннолетия: она была членом семьи Тоу Ку. Она была заинтересована в успешном завершении предприятия, которое начали члены ее семьи и ее последователи. Кроме того, можно показать, что ряд других членов «партии войны» имели прямые интересы на Западе, в основном в форме помещичьих владений. Соответственно, в 89 г. при ее брате началась кампания против северных хунну, решившая судьбу Туркестана в пользу Китая.Туркестан оставался во владении Китая до смерти Пань Чао в 102 году. Вскоре после этого снова вспыхнули ожесточенные бои: тангуты продвинулись с юга, пытаясь отрезать китайцам доступ к Туркестану. Китайцы отбросили тангутов и сохранили свои позиции в Туркестане, но уже не полностью.

Гунны и хунны

Многие считают, что гунны произошли от племен, которые китайцы называют сунну. Ирма Маркс из Фонда Шелкового пути писала: «Сюнну произошли в основном из сибирской ветви монгольской расы.В течение третьего и второго веков до нашей эры. они пришли к великой власти и стали племенной конфедерацией. Во время правления императора Мо-тун (208-175 гг. До н.э.) сюнну находились в зените своего могущества и занимали огромную территорию от озера Байкал на севере до плато Ордос на юге и реки Ляо на востоке. К 55-34 г. до н. Э. их политическое влияние доходило до низовьев Волги и предгорья Уреала. Эта экспансия на запад значительно увеличила торговлю с западным миром.Торговый путь вел теперь с запада через северный оазис Восточного Туркестана к штаб-квартире хуннов в северной Монголии и на юг в северный Китай. [Источник: Ирма Маркс, Фонд «Шелковый путь»]


Аттила Гунн

«Основой экономики Xiongnus было скотоводство, в основном кочевники-скотоводы, которые жили в вымощенных войлоком палатках, используя лук и стрелы верхом на лошади. К I веку Б.C. были также большие оседлые популяции с хорошо развитым земледелием проса, ячменя и пшеницы. Производство ремесел процветало, поскольку в их мастерских выплавляли металл, железо и бронзу, производили прекрасные инструменты, оружие, домашнюю утварь, украшения и керамику.

«Китайские источники сообщают нам, что сюнну поклонялись солнцу, луне, небу, земле и своим предкам. У них были шаманы или знахари, которые имели большое влияние на соплеменников. Лошадь играла ведущую роль в миграции пастухов, охоте и войне.В особых церемониях приносили в жертву белых коней и пили кровь. Когда человек умирал, его вдовы выходили замуж либо за младшего брата, либо за сына. Когда великий вождь умирал, наложниц и слуг часто убивали и хоронили вместе с ним. У хунну явно не было письменности. Считается, что они говорили на одном из тюркских языков (Guniley, 1960, с. 48-49; Meanchen-Helfen, 1973, с. 376-443). Однако вопрос о языке далек от своего решения.

«Во время новообразованной китайской династии Хань (206–220 гг. Н. Э.) Китай расширил свои границы, а империя сюнну потеряла свои позиции.Ослабленные гибелью людей и животных из-за постоянных сражений и раскола из-за внутренних разногласий, племена конфедерации начали одно за другим принимать вассальную позицию под Китаем. Северные хунну двинулись из Внешней Монголии на территорию, которая была чем-то вроде Дзаунгарии, где они завоевали новую, но недолговечную империю. После того, как китайская армия обезглавила своего лидера, группа исчезла из истории.

«Южные хунну, сменившие своих северных сородичей во Внешней Монголии, в течение нескольких лет оставались в мире с Китаем.На рубеже христианской эры эти хунну расширили свою власть на запад, в Джунгарию и вновь подтвердили свою независимость от Китая, хотя некоторые племена на окраинах остались вассалами китайцев и служили буферами против своих независимых сородичей. В первом тысячелетии этого тысячелетия сянпэй, тунгусский или монгольский народ, появился к северу от Китая и завоевал Монголию, вытеснив независимые хунну в Джунгарию. Спустя столетие Сяньпеи также получили контроль над Джунгарией.Сюнну, оставшиеся на границах Китая, просуществовали в истории до V века. Те, кого изгнали из Джунгарии сянпэй, исчезли из поля зрения в 170 г. н.э.

Хунну: древнекитайское описание сюнну


Одежда хунну

Китайское описание хунну или ху, как полагают, в основном относится к хунну.Согласно Mongolia Today: «Царство Хунну простиралось от озера Байкал на севере до Великой Китайской стены на юге, от Желтого моря до оазисов Центральной Азии. Государство, управляемое королем или шаньюем, избранным собранием всех вождей племен — хурултаев, было построено на принципе военной демократии, при которой все кочевые пастухи были воинами и подданными одновременно. Китайские исторические записи отмечают, что каждую осень для определения суммы налогов и армейских подписок подсчитывались все люди и крупный рогатый скот.Армия хунну была основана на десятичной системе счисления и была хорошо вооружена. Наскальные рисунки того периода изображают рыцарей и коней в доспехах, защищенных фартуками, расшитыми металлическими пластинами. [Источник: Mongolia Today, 18 июня 2007 г. ==]

«Хунну приручили различных животных, в том числе верблюдов, и выращивали сельскохозяйственные культуры. Внутри кладбищ точильный камень для кукурузы и части плуга доказывают, что они выращивали урожай. Хунну знали изделия из металла, о чем свидетельствует удивительное разнообразие их рук. У каждого хуннуского воина было различное оружие для ближнего и дальнего боя.Обилие посуды из бронзы и гончарной посуды доказывает, что у Хунну были хорошо развитые мастера. ==

«Упадок империи хунну начался в первом веке до нашей эры. начиная с соперничества двух князей, Хуханьэ и Жижи. После нескольких крупных сражений младший брат бежал, ведя своих людей на запад, к Каспийскому морю. Спустя пятьсот лет их потомки мигрировали дальше, достигнув реки Дунай и основав собственное королевство во главе с. Оставшиеся ослабленные хунну подверглись неоднократным нападениям соседнего кочевого племени сяньби, появившегося на восточных флангах империи хунну.==

«Недавние исследования показывают, что хунну внешне мало чем отличались от современных монголов и могут представлять своих предков. Антропологические исследования показывают, что монголоидная раса, или среднеазиатский тип, уже сформировалась ко времени хунну. Это окончательный вывод, сделанный профессором Г. Тюменом, заведующим кафедрой антропологии и археологии Монгольского национального университета, после более чем 30-летнего сравнительного исследования черепов от каменного века до наших дней. Анализ ДНК также подтвердил соответствие генетических линий между хунну и современными монголами.Этот научный вывод предполагает, что гунн Атилла действительно был предком моголов ». ==

Юэчжи


Юэчжийская копия греко-бактрийской монеты II в. До н.э.

Юэчжи (Wade-Giles Yüeh-chih, также называемые индо-скифами) — древние люди, правившие в Бактрии и Индии примерно со 128 г. до н. Э. примерно до н.э. 450 как Империя Кушинов. Первые упоминания о юэчжи в китайских источниках относятся к началу II в. До н.э.C. как кочевники, жившие в западной части провинции Ганьсу, северо-запад Китая. Когда Лао Шан (правил ок. 174–161 до н. Э.), Правитель хунну (могущественный народ Северного Китая), победил их и убил их царя, основная часть юэчжи двинулась на запад, в Согдиану и Бактрию, положив конец Греческое правление в обоих регионах. [Источник: britannica.com]

Юэчжи довольно подробно описаны в китайских исторических источниках, особенно во II – I веках до нашей эры. «Записки великого историка», или Шиджи, Сыма Цяня.Один отрывок гласит: юэчжи изначально жили в районе между Цилиан, или Небесными горами, и Дуньхуаном, но после того, как они были побеждены сюнну, они двинулись далеко на запад, за Дайюань, где они напали и завоевали народ Даксии и установили до двора своего короля на северном берегу реки Гуй. Небольшое количество их людей, которые не смогли отправиться на запад, нашли убежище среди варваров Цян в Южных горах, где они известны как Малые Юэчжи.[Источник: «Отчет Дайуаня», Шиджи, 123]

Область между горами Цилиан и Дуньхуан находится в современной китайской провинции Ганьсу. Однако некоторые ученые утверждают, что горы, о которых идет речь, — это Тянь-Шань, расположившая первоначальную родину юэчжи на 1000 километров западнее в северной части современного Синьцзяна. Археолог Линь Мэйцун далее утверждает, что Дуньхуан относится к горе на Тянь-Шане под названием Дуньхун, которая внесена в «Классику гор и морей».[Источник: Википедия]

См. Отдельную статью БАКТРИЯ, КУШАНЫ И ГАНДХАРА

Исход хунну и юэчжи

Сюнну временно отказались от интереса к Китаю и обратили свое внимание на запад, в район Горного Алтая и озера Балкаш, населенный юэчжи, кочевым народом, говорящим на индоевропейском языке, который переселился из нынешней китайской провинции Ганьсу как в результате их более раннего поражения от хунну.Эндемическая война между этими двумя кочевыми народами достигла апогея во второй половине третьего века и в первые десятилетия второго века до нашей эры; хунну торжествовали. Затем юэчжи мигрировали на юго-запад, где в начале второго века они начали появляться в долине Окса (современная Амударья), чтобы изменить ход истории Бактрии, Ирана и, в конечном итоге, Индии *.


Юэчжи миграции

Незадолго до 174 г.К., возглавляемые одним из вождей племен Моду, сунну вторглись на территорию юэчжи в регионе Ганьсу и одержали сокрушительную победу. Моду хвастался в письме (174 г. до н.э.) к ханьскому императору, что благодаря «превосходству своих воинов и силе своих лошадей, ему удалось истребить юэчжи, вырезать или заставить подчиниться все члены племени. . » Сын Моду, Лаошан Чаньюй, впоследствии убил царя юэчжи и, в соответствии с кочевыми традициями, «сделал чашу для питья из его черепа».»(Shiji 123. Watson 1961: 231). [Источник: Wikipedia +]

Согласно китайским источникам, большая часть народа юэчжи попала под власть сюнну, и они, возможно, были предками тохарских спикеров, засвидетельствованных в VI веке нашей эры. Очень небольшая группа юэчжи бежала на юг, на территорию прототибетского Цяна, и стала известна китайцам как «Малый юэчжи». По данным Hanshu, они насчитывали всего около 150 семей. +

Наконец, большая группа юэчжи бежала из Таримской котловины на северо-запад, сначала поселившись в долине Или, непосредственно к северу от гор Тянь-Шаня, где они противостояли и победили сай (саков или скифов): «Юэчжи напали царь Саи, который продвинулся на значительное расстояние к югу, а затем юэчжи заняли его земли »(Хань Шу 61 4B).Саи предприняли свою собственную миграцию, которая должна была привести их до Кашмира, пройдя через «приостановленный переход» (вероятно, через перевал Хунджераб между современным Синьцзяном и северным Пакистаном). В конечном итоге саки основали Индо-Скифское царство на севере Индии. +

После 155 г. до н. Э. Усунцы в союзе с сюнну и из мести за более ранний конфликт сумели вытеснить юэчжи, вынудив их двинуться на юг. Юэчжи пересекли соседнюю городскую цивилизацию Даюань в Фергане и поселились на северном берегу Оксуса, в регионе Трансоксиана, в современном Таджикистане и Узбекистане, к северу от эллинистического греко-бактрийского царства.Греческий город Александрия на Оксе, по-видимому, был сожжен дотла юэчжи около 145 г. до н. Э. +

Юэчжи покоряет бактерии

Юэчжи посетили в Трансоксиане китайская миссия во главе с Чжан Цянем в 126 г. до н.э., которая стремилась заключить наступательный союз с юэчжи, чтобы противостоять угрозе сюнну на севере. Юэчжи отклонили просьбу, предпочитая мирно оставаться на месте, а не мстить. Чжан Цянь провел год с Юэчжи и в Бактрии.Он писал в «Великие юэчжи, живущие в 2 000 или 3 000 ли (832–1247 км) к западу от Дайюань (Фергана), к северу от реки Гуй (Оксус). Анси (Парфия), а на севере — Канджу (за средним Яксартом). Это нация кочевников, перемещающихся с места на место со своими стадами, и их обычаи подобны обычаям хунну. У них около 100 000 или 200 000 человек. воины-лучники «. [Источник: Шиджи 123]


Юэчжийская копия монеты II в. До н.э. с изображением греко-бактрийского царя Гелиокла I

Юэчжи были разделены на пять основных племен, каждое из которых возглавлял ябгу, или вождь племени.Хотя какое-то время они оставались севернее Окса, они, по-видимому, подчинили себе Греко-Бактрийское царство к югу от Окса. Описывая греко-бактрийское царство после завоевания Юэчжи, Чжан Цянь писал: «Даксия (Греко-Бактрия) расположена более чем в 2000 ли к юго-западу от Дайюань, к югу от реки Гуй (Оксус). Ее люди возделывают землю и имеют города и дома. Их обычаи подобны обычаям Та-Юаня. У него нет великого правителя, а только несколько мелких вождей, управляющих различными городами.Люди бедны в использовании оружия и боятся сражений, но они умны в торговле. После того, как Великие Юэчжи двинулись на запад и напали на земли, вся страна попала под их власть. Население страны велико, около 1 000 000 и более человек. Столица называется городом Ланши (Бактра) (современный Балх) и имеет рынок, где продаются и покупаются всевозможные товары ».

О физических типах и культурах Средней Азии в 126 г. до н.э. Чжан Цянь сообщил, что «хотя государства от Дайюань на западе до Аньси (Парфия) говорят на довольно разных языках, их обычаи в целом схожи, а их языки взаимно понятны.У мужчин глубоко посаженные глаза, густые бороды и усы. Они искусны в торговле и готовы торговаться за доли цента. Женщины пользуются большим уважением, и мужчины принимают решения по совету своих женщин ».

В 124 г. до н.э. юэчжи, по-видимому, участвовали в войне против парфян. Спустя некоторое время юэчжи двинулись на юг, в Бактрию, завоеванную Александром Македонским в 330 г. до н. Э. и поселился его греко-персидскими преемниками Селевкидами. Греческий историк Страбон записал это событие, приняв юэчжи за скифское племя.«Большинство скифов, начиная с Каспийского моря, называются дахэ-скифами, а те, что расположены ближе к востоку, массагеты и саки; остальные имеют общее название скифов, но каждое отдельное племя имеет свое особое название. большая часть из них — кочевники.Самые известные племена — это те, кто лишил греков Бактрианы, асианцев, пазиани, тохари и сакараули, пришедших из страны по ту сторону Яксарта, напротив саков и согдианов. » [Источник: Страбон, 11-8-1]

Последний греко-бактрийский царь Гелиокл I отступил и перенес свою столицу в долину Кабула.Восточная часть Бактрии была оккупирована пуштунами. Когда они поселились в Бактрии примерно в 125 г. до н.э., юэчжи в некоторой степени стали эллинизированными, о чем свидетельствует их принятие греческого алфавита и некоторые оставшиеся монеты, отчеканенные в стиле греко-бактрийских царей, с текстом на греческом языке. Область Бактрии, которую они заселили, стала известна как Тохаристан, поскольку юэчжи греки называли тохарами. [Источник: Википедия]

хунну, кушаны и китайцы


Будда в кушанском стиле, II век нашей эры

Со временем юэчжи заключили мир с хунну, саками и согдийцами.Их потомки, кушаны, обратились в буддизм в I веке до нашей эры. и основал королевство, охватившее части Афганистана, Индии, Пакистана и Средней Азии. Когда Кушан был на пике своего развития в первые три века после Рождества Христова, он наряду с Римом, Китаем и Парфией считался одной из великих держав мира.

Торговые отношения с Китаем также процветали, поскольку в I веке до нашей эры было направлено множество китайских миссий: «Самое большое из этих посольств в иностранные государства насчитывало несколько сотен человек, в то время как даже небольшие партии включали более 100 членов… В течение одного года будет разослано от пяти до шести или более десяти партий ». В« Хоу Ханьшу »также упоминается визит послов Юэчжи в китайскую столицу во 2 г. до н.э., которые давали устные учения буддийских сутр одному из них. студент, предполагающий, что некоторые юэчжи уже исповедовали буддийскую веру в I веке до нашей эры [Источники ”Шиджи, перевод Бертона Уотсона; Балдев Кумар 1973]

Более поздняя китайская аннотация в Шиджи, сделанная Чжан Шоуцзе в начале 8-го века, цитирующая «Странные вещи из Южного региона» Ван Чжэня, ныне утерянный текст царства Ву третьего века, описывает кушанов как живущих в та же общая территория к северу от Индии, в городах греко-римского стиля и с утонченными ремеслами.«Великие юэчжи [кушаны] расположены примерно в семи тысячах ли (около 3000 км) к северу от Индии. Их земля находится на большой высоте; климат сухой; регион отдаленный. Король государства называет себя« сыном рай ». В этой стране так много верховых лошадей, что их число часто достигает нескольких сотен тысяч. Планировка городов и дворцы очень похожи на таковые в Дацине (Римская империя). Кожа людей там красновато-белая. Люди такие искусный в стрельбе из конного лука. Местные продукты, раритеты, сокровища, одежда и обивка очень хороши, и даже Индия не может сравниться с этим.«Цитаты сомнительны, поскольку Ван Чжэнь, вероятно, никогда не посещал королевство Юэчжи по Шелковому пути, хотя он мог получить свою информацию из торговых портов на прибрежном юге. [Источник: Википедия]

Сяньбэй, Дунху, Тоба и Руруань

Хотя в конце концов сюнну были вытеснены китайцами на их родину в 48 г. н. Xiongnu.Сяньбэй были северной ветвью Дунху (или Дун Ху, Восточный Ху), прототунгузской группы, упоминаемой в китайской истории как существующей еще в четвертом веке до нашей эры. Язык дунху, как и язык сюнну, современным ученым неизвестен. Дунху были одними из первых народов, покоренных хунну. Однако, как только государство сюнну ослабло, дунху восстали. К первому столетию сформировались два основных подразделения Дунху: Сяньбэй на севере и Ухуань на юге.Сяньбэй, которые ко второму веку нашей эры атаковали китайские фермы к югу от Великой стены, основали империю, которая, хотя и была недолгой, породила многочисленные племенные государства вдоль китайской границы. [Источник: Библиотека Конгресса, июнь 1989 г. *]


женщина-воин Сяньбэй

Среди этих штатов было государство Тоба (T’o-pa в Уэйд-Джайлсе), подгруппа сяньбэй, в современной китайской провинции Шаньси.Ухуань также занимали видное место во втором веке, но после этого исчезли; возможно, они были поглощены западной экспансией Сяньбэй. Сяньбэй и ухуань использовали конных лучников в войне, и у них были только временные военачальники вместо потомственных вождей. Основой их экономики было сельское хозяйство, а не полноценное кочевничество. В шестом веке нашей эры ухуань были изгнаны из Внутренней Азии в русские степи *.

Контроль Китая над частями Внутренней Азии длился не дольше первых лет второго века, и, поскольку династия Восточная Хань закончилась в начале третьего века нашей эры.Д., сюзеренитет ограничивался в первую очередь коридором Ганьсу. Xianbei смогли совершить набеги на Китай, охваченный внутренними беспорядками и политическим распадом. К 317 г. весь Китай к северу от Чанг-Цзян (река Янцзы) был захвачен кочевыми народами: сяньбэй с севера; некоторые остатки хунну с северо-запада; и народы чанг из Ганьсу и Тибета (современный китайский автономный район Сицзан) с запада и юго-запада. Хаос преобладал, поскольку эти группы воевали друг с другом и отражали тщетные попытки раздробленных китайских королевств к югу от Чан Цзяна отвоевать регион.*

К концу четвертого века в регионе между Чанг Цзян и Гоби, включая большую часть современного Синьцзяна, доминировали Тоба. Возникнув как частично китаизированное государство Дай между 338 и 376 годами нашей эры в районе Шаньси, Тоба установила контроль над регионом как династия Северная Вэй (386-533 годы нашей эры). Армии Северного Вэя отбросили назад руруань (который китайские летописцы называли Руанруан или Хуан-Хуан), недавно возникший кочевой монгольский народ в степях к северу от Горного Алтая, и реконструировали Великую стену.Также в IV веке гунны покинули степи к северу от Аральского моря и вторглись в Европу. К середине пятого века Северная Вэй проникла в Таримский бассейн во Внутренней Азии, как и китайцы во втором веке. Однако по мере роста империи племенные обычаи Тоба были вытеснены китайскими, что не было принято всеми Тоба *.

Руруань, лишь временно отброшенные Северной Вэй, вытеснили хунну к Уральским горам и Каспийскому морю и совершали набеги на Китай.В конце пятого века руруанцы основали могущественную кочевую империю, распространившуюся в основном к северу от Северной Вэй. Вероятно, именно руруанцы впервые использовали титул хана. *

Влияние Танского Китая древних конных народов


Тан лошадь

С 629 по 648 год воссоединившийся Китай под властью династии Тан (618-906 гг. Н. Э.) Разрушил власть восточных тюрков к северу от Гоби; установил сюзеренитет над Китаном, полукочевым монгольским народом, который жил в районах, которые стали современными китайскими провинциями Хэйлунцзян и Цзилинь; и заключили союз с уйгурами, населявшими регион между Горным Алтаем и озером Балхаш.Между 641 и 648 годами Тан завоевал Западный Тюрк, восстановив китайский суверенитет над Синьцзяном и взимая дань с запада Памирских гор. Империя Тюрков окончательно распалась в 744 г. [Источник: Библиотека Конгресса, июнь 1989 г. *]

Более века Тан сохраняли контроль над центральной и восточной Монголией и некоторыми частями Внутренней Азии. В течение этого столетия Тан расширил контроль Китая до долины Оксус. В то же время их союзники и номинальные вассалы, уйгуры, завоевали большую часть западной и северной Монголии, пока к середине восьмого века полукочевая империя уйгуров не распространилась от озера Балхаш до озера Байкал.*

Примерно в это же время волна ислама, возглавляемая арабами, достигла Внутренней Азии. После упорной борьбы китайцы были изгнаны из долины Оксус, но с помощью уйгуров они разбили попытки мусульман проникнуть в Синьцзян. Самые ранние связи монголов с тибетским буддизмом или ламаизмом также могли быть установлены в этот период. В это время китанцы западной Маньчжурии воспользовались ситуацией, чтобы сбросить контроль со стороны Китая, и начали совершать набеги на северный Китай.*

Несмотря на эти сокрушительные потери, Тан оправился и, при значительной помощи уйгуров, удержал свои границы. Зависимость Тан от своих северных союзников, по-видимому, смущала китайцев, которые тайком подстрекали киргизов и карлуков атаковать уйгуров, вытесняя их на юг, в Таримский бассейн. В результате действий киргизов в 846 году уйгурская империя распалась. Часть уйгуров эмигрировала в Китайский Туркестан (регион Турфан), где они основали процветающее королевство, которое несколько столетий спустя свободно подчинилось Чингисхану.По иронии судьбы, это ослабление уйгуров, несомненно, ускорило упадок и падение династии Тан в следующие пятьдесят лет. *

Источники изображений: Wikimedia Commons

Источники текста: New York Times, Washington Post, Los Angeles Times, Times of London, Lonely Planet Guides, Библиотека Конгресса, правительство США, Энциклопедия Комптона, The Guardian, National Geographic, журнал Smithsonian, The New Yorker, Time, Newsweek, Reuters , AP, AFP, Wall Street Journal, The Atlantic Monthly, The Economist, Foreign Policy, Wikipedia, BBC, CNN, а также различные книги, веб-сайты и другие публикации.

Последнее обновление: август 2021 г.


Оуэн Латтимор: Мировой историк — Oxford Handbooks

Страница из

НАПЕЧАТАЕТСЯ ИЗ OXFORD HANDBOOKS ONLINE (www.oxfordhandbooks.com). © Oxford University Press, 2018. Все права защищены. В соответствии с условиями лицензионного соглашения, отдельный пользователь может распечатать PDF-файл одной главы заголовка в Oxford Handbooks Online для личного использования (подробности см. В Политике конфиденциальности и Правовом уведомлении).

дата: 21 сентября 2021 г.

Резюме и ключевые слова

Американский ученый, путешественник, политический советник и общественный интеллектуал Оуэн Латтимор оказал сильное влияние на американское общественное мнение в отношении Китая и Центральной Евразии в двадцатом веке, но он также написал основные работы по этой теме. география и окружающая среда на границах Азии, которые до сих пор влияют на глобальных историков. В его трудах утверждается жизненно важное значение отношений Китая с степными кочевниками, включая монголов, для определения границ, культур и геополитической стратегии империй и национальных государств.Он выступал за сложные объяснения взаимосвязи между экологическими факторами, такими как климат и человеческая культура, и он проанализировал Китай и Центральную Евразию, чтобы предложить новые взгляды на мировую историю. В этой статье оценивается вклад Латтимора в мировую историю в свете его динамичной политической и академической жизни.

Ключевые слова: Латтимор, Китай, Центральная Евразия, климат, границы, география, монголы, кочевники, степь, окружающая среда

Йельский университет

Питер К.Perdue

Введение

Оуэн Латтимор (1900–1989), американский путешественник, дипломат, географ, журналист и бизнесмен, основал историческое исследование границ Китая и Центральной Евразии в том виде, в каком мы ее знаем сегодня. В его обширных трудах о Маньчжурии, Монголии, Синьцзяне, Тибете, России и других странах на границе с Китаем исследуется культурная история окраин, где китайцы встречались с народами оазисов, лесов и степей. Хотя он так и не получил ученой степени и потерял свою академическую базу в Соединенных Штатах из-за преследований сенатора Джозефа Маккарти, Латтимор больше, чем любой другой азиатский историк своего времени, вдохновил нас на исследование основных сил, формирующих контуры жизни. Китай и Центральная Евразия за пределами национальных границ.Мировые историки в огромном долгу перед ним, и мы все еще можем опираться на его идеи.

Биография

Латтимор родился в 1900 году в Вашингтоне, округ Колумбия. Его отец был учителем средней школы, который стал бизнесменом в Китае. 1 Его семья отправила Оуэна в Европу в возрасте двенадцати лет для получения образования, и он изучал классические языки в Швейцарии и Англии, но Оксфордский университет отклонил его заявку на стипендию, поэтому он так и не получил высшего образования. В 1919 году он вернулся в Китай, чтобы работать в экспортно-импортном бизнесе своего отца в Тяньцзине.1920-е годы в Китае были временем хаоса, когда полевые командиры боролись за господство в стране. Считая сам бизнес и иностранное сообщество эмигрантов утомительным, он посвятил себя интенсивному изучению китайского языка и путешествиям. В 1925 году он нашел свой путь в Гуйхуа (современный Хух-Хото) в конце железнодорожной станции во Внутренней Монголии, где он увидел верблюдов и караваны, доставлявшие тюки с шерстью из Центральной Евразии. Как только он увидел край степи со стороны Хух-Хото, ему пришлось ехать дальше.

В том же году он встретил свою будущую жену Элеонору и женился на ней в 1926 году.Затем они запланировали очень необычный медовый месяц. Оуэн должен был следовать по маршруту каравана верблюдов через Монголию, а Элеонора по российской транссибирской железной дороге через Маньчжурию в Синьцзян. Они встретятся в конце железной дороги в Семипалатинске и поедут оттуда на юг через Синьцзян и через перевал Каракорум в Индию. К началу двадцатого века Синьцзян, самый западный регион Китая при династии Цин, населенный в основном тюркскими мусульманами, попал под власть независимых китайских военачальников.Его народ пострадал от влияния большевистской революции, исламского возрождения, остатков рухнувшей империи Цин, бандитов, полевых командиров и кочевников, которые все боролись за власть. Оуэн и Элеонора действительно воссоединились в этой хаотической стране, и каждый из них написал захватывающие отчеты о своих путешествиях по отдаленным, опасным ландшафтам. Латтимор написал свою первую книгу о путешествиях, Desert Road to Turkestan (1929), основываясь на этом опыте, и Элеонора также написала свою книгу под названием Turkestan Reunion (1934), основанную, по ее словам, на ее «письмах, написанных на мое свадебное путешествие в китайский Туркестан.” 2

Это путешествие вдохновило Латтимор на всю жизнь его любовь к монголам и степи:

«Я был по-детски взволнован, путешествуя с караваном по этому огромному плато глубины и красок, с горами в поле зрения, горами, по другую сторону которых лежала чужая страна, где я мог бы путешествовать только один раз в своей жизни, живя целую вечность. несколько десятков дней жизни людей других возрастов ».

Латтимор научился любить монголов и китайских мусульман, возивших караваны, но он также выражал пренебрежительное отношение к китайскому крестьянству.Больше всего его беспокоило безжалостное давление со стороны растущего китайского населения, проникающего в луга и изгоняющего монголов:

«китайский крестьянин просто не может постичь идею плодотворного досуга, осторожного брака и воспитания своих сыновей за счет расширения их возможностей». [Вместо этого они практикуют] «безрассудные браки и зачатие», расширяя ареалы своих нерестилищ и брачных угодий. «Китайцы выселяют монголов со скоростью десять миль в год по краю караванного пути.” 3

Латтимор рассматривал китайского фермера не как мирного земледельца, который возделывает свои поля в гармонии с природой, а как агрессивную, угрожающую силу, движимую перенаселенностью и которой правительственная полиция помогает проникнуть в малонаселенные приграничные земли за счет местных жителей. Население:

г. так монголы должны были уйти от угрозы полей и домов и жизни, которую они не понимали; дичь будет напугана красивыми холмами, а вместо сосен, овец и белых юрт будет всего несколько убогих деревень.На мой взгляд, это было трагично.

Из этих наземных опытов, путешествуя по Монголии и Синьцзяну, Латтимор на протяжении всей своей жизни восхищался жизнью скотоводов и отвращением к разрушительному воздействию на окружающую среду китайского поселения хань.

Оуэн и Элеонора ненадолго вернулись в Соединенные Штаты, но затем вернулись в Китай в 1929 году. На этот раз они отправились в Маньчжурию, где увидели аналогичный процесс изгнания монголов китайскими колонистами.В Маньчжурии, Монголии и Синьцзяне китайские военачальники и официальные лица активно способствовали заселению ханьских крестьян, чтобы обеспечить более жесткий контроль и больший доход. Позже националистическое правительство будет продвигать еще более агрессивную программу поселений, как это делали раньше Цин. Поскольку российское и советское проникновение в степь, напротив, не продвинулось так далеко, Латтимор пришел к выводу, что политика России и Советского Союза в отношении жителей Центральной Евразии была более просвещенной, чем политика Китая.Хотя он поддерживал некоторые политики Советского Союза и его союзников-военачальников, он никогда не был коммунистом или даже марксистом. Он всегда с подозрением относился к великим теориям, которые не основывались на реальности жизни людей.

Заслуживший признание своим путевым счетом, Латтимор был нанят по возвращении в Соединенные Штаты Институтом тихоокеанских отношений в качестве редактора его ведущего журнала « Pacific Affairs ». Под редакцией Латтимора с 1934 по 1941 год в этом журнале публиковались научные и популярные статьи писателей из многих стран о важнейших событиях в Азии.Сам Латтимор писал статьи, в которых, помимо прочего, рассматривал исторические и культурные перспективы японского империализма, монгольского общества и китайского национализма. Вернувшись в Пекин в 1934 году, у него была роковая встреча с Карлом Августом Виттфогелем (1896–1988), немецким китаистом-марксистом, бежавшим из гитлеровской Германии. Виттфогель также интересовался китайскими границами, но никогда особо не путешествовал. Его основное внимание было сосредоточено на академической науке. В Германии он написал марксистский классовый анализ китайского аграрного общества и классовой структуры, и в сотрудничестве с китайским ученым Фэн Цзяшэн работал над большим научным исследованием династии Ляо, династии, правившей в северном Китае и Маньчжурии. двенадцатый и тринадцатый века. 4

Виттфогель представился учеником более опытного Латтимора. Он даже убедил Латтимора процитировать его собственную работу в книге Inner Asian Frontiers of China . Сначала Латтимор сочувствовал Виттфогелю, который, казалось, разделял его научные взгляды, но Элеонора предупредила его: «Будьте осторожны. Этот человек льстит вам, чтобы начать работу в США. Он из тех, кто всегда либо облизывает ваши сапоги, либо прыгает на вас своими ботинками ». 5 Но Латтимор отказался ее слушать.

В качестве редактора « Pacific Affairs » Латтимор поощрял статьи, сочетающие в себе научные исследования и политические комментарии. Он сосредоточился в основном на последствиях японского вторжения в Маньчжурию для стабильности в Азии. Его особенно беспокоило влияние Японии на Монголию, поскольку он понимал, что Япония не может останавливаться в Маньчжурии; логика имперской экспансии привела бы ее к проникновению в Монголию и, в конечном счете, к вызову России и Китаю. Его экспертный анализ общественных отношений в Монголии показал, что Япония не сможет контролировать Монголию, а это только усилит антияпонское сопротивление.Он пришел к выводу, что «судьба Китая, чьи морские ворота в течение столетия провисали под давлением Запада и теперь разрушаются Японией, во многом будет определяться тем, что происходит у внутренних ворот, которые открываются в сторону или из , Центральная Евразия и Сибирь ». 6

Латтимор не только вмешивался в горячие научные и политические дебаты о Восточной Азии в 1930-х годах; он продолжал путешествовать. Он поехал в Москву, где познакомился с ведущими российскими учеными, изучающими Монголию, и начал изучать русский язык.Вернувшись в Китай, он посетил лидеров коммунистической партии Китая Мао Цзэдуна и Чжоу Эньлая, которые в 1936 году уехали в пещеры в Яньань, в северо-западной провинции Шэньси. Коммунисты и националисты, по крайней мере на словах, сформировали Объединенный фронт для борьбы против Японии, и Латтимор, как и многие другие наблюдатели, считал коммунистов более приверженными национальному единству, чем классовой борьбе. Однако он прекрасно понимал, что коммунисты намеревались создать социалистическое общество после окончания войны и что политика Объединенного фронта была временной тактикой.

Латтимор вернулся в Соединенные Штаты в 1938 году, чтобы занять должность директора Школы международных отношений Пейджа в Университете Джонса Хопкинса. Затем он вернулся в Китай в 1941 году, чтобы стать советником генералиссимуса Чан Кайши, лидера националистического Китая. Чан попросил Латтимора передать призывы о военной и финансовой поддержке президенту Франклину Рузвельту. К раздражению провинциальных американских дипломатов, Латтимор имел особый доступ к Чан Кайши, потому что он знал китайский язык и симпатизировал националистической борьбе против Японии.Он также смог встретиться с Чжоу Эньлаем, лидером Коммунистической партии, в соответствии с условиями Объединенного фронта националистов и коммунистов.

После окончания войны с Японией националисты и коммунисты начали бороться друг с другом за безоговорочное господство над Китаем. Латтимор, как и наиболее проницательный из дипломатов Госдепартамента, знал изнутри, что националистическое правительство, чей лидер был провозглашен борцом за свободу Генри Люсом и журналом Time , пронизан коррупцией и некомпетентностью.Коммунисты, напротив, обладали гораздо более жесткой дисциплиной, сурово аскетическим обществом и искренней приверженностью борьбе против Японии. Его анализ мало отличался от анализа умных аналитиков Госдепартамента, таких как Джон Сервис или независимый журналист Эдгар Сноу, но Латтимор имел преимущество в том, что долгое время проживал в Китае и был знаком со многими интеллектуальными и социальными кругами за пределами националистической правящей элиты.

Победа Коммунистической партии Китая в 1949 году снова привлекла внимание Латтимора, когда в Соединенных Штатах разгорелись яростные дебаты по вопросу «Кто потерял Китай?» В 1950 году сенатор Джозеф Маккарти, возглавлявший кампанию по привлечению к ответственности должностных лиц Госдепартамента, таких как Элджер Хисс и американских военных, как советских шпионов, которые, как он утверждал, преднамеренно саботировали националистический режим, назвал Латтимора «главным советским шпионом, главным начальником». всего кольца, частью которого был Алджер Хисс.” 7

Как «Кто потерял Китай?» обострились дискуссии, расширились поиски козлов отпущения. Простая мудрость правого крыла Республиканской партии заключалась в том, что Латтимор сам стал причиной потери Китая коммунистами; Москва привела Мао к власти с помощью заговора и шпионажа; и, по словам государственного секретаря Дина Раска, Китайская Народная Республика была «советской Маньчжоу-Го», марионеточным государством, полностью находящимся под пятой Сталина, которое разделяло большевистский план завоевания мира.

Когда сенатор Маккарти обвинил сотни членов коммунистической партии в проникновении в Государственный департамент, Подкомитет Сената по внутренней безопасности провел слушания, на которых Маккарти сделал Латтимор главной целью своей кампании. Ключевым свидетелем против Латтимора был никто иной, как его бывший ученик Карл Август Виттфогель. Виттфогель, который из ярого коммунистического активиста в Германии превратился в такого же пылкого антикоммуниста в Соединенных Штатах, с радостью присоединился к охоте на ведьм Маккарти.ФБР составило досье на Латтимора из 39000 страниц, и в 1952 году большое жюри предъявило ему обвинение в лжесвидетельстве, но год спустя федеральный судья отклонил обвинительный акт. 8

Тем не менее, президент Johns Hopkins, под давлением своих попечителей с целью уволить Латтимора, упразднил школу, директором которой был Латтимор, и отправил его в оплачиваемый отпуск. Хотя позже он вернулся к преподаванию, у него не было возможности обучать аспирантов или разрабатывать программы в своей области. Латтимора возмущала малодушие университета, поэтому в 1962 году он согласился построить новый факультет китаеведения в университете Лидса в Англии.Эта должность дала ему возможность разработать свою собственную программу монголоведения, и он обучал многих студентов в Лидсе до выхода на пенсию в 1970 году. Затем он переехал в Кембриджский университет, Англия, где у него было много друзей. Ему никогда не нравилось оставаться в Соединенных Штатах, он провел большую часть своей жизни в Монголии или Европе. (Он посетил ежегодное собрание Ассоциации азиатских исследований только однажды, в 1974 году, и именно там я впервые услышал его выступление перед научной аудиторией.)

В 1969 году он был назначен первым иностранным членом Монгольской академии наук, и до конца его жизни монголы независимой Монголии выражали свою благодарность за его вклад в монголоведение. На поминальной службе в Провиденсе, штат Род-Айленд, в 1989 году его старый друг, монгольский ученый Ургунге Онон, прочитал в его честь стихотворение:

  • Мыслить и смотреть издалека
  • Вы отдали свою любовь монголам
  • , которые все стали вашими братьями.
  • Голубое небо теперь твое одеяло
  • Зеленая трава твое одеяло;
  • Пока стоит Гурбан Сайхан Хангкай
  • Монголы будут помнить вас.

Научные труды Латтимора на рубеже

Латтимор вел приключенческий образ жизни, и его объемные труды включали отчеты о путешествиях, политические комментарии, официальные меморандумы и научные исследования. Он также оставил большой архив фотографий, который сейчас хранится в Гарвардском музее Пибоди.Никто еще не провел всестороннего обзора даже его академических работ, и это эссе не является исключением. Я просто сосредоточусь здесь на нескольких темах его работ: (1) география Центральной Евразии и взаимодействие некитайских народов с Китаем; (2) геополитический анализ; и (3) вопрос об экологическом детерминизме. Современные историки, антропологи и археологи пересмотрели многие аргументы Латтимора, но они по-прежнему полагаются на его идеи. Все темы, затронутые Латтимором, продолжают вдохновлять мировых историков и сегодня.

Жизнь в степи и на внутренних азиатских рубежах Китая

Латтимор почерпнул свои знания о степной жизни на собственном опыте, путешествуя с погонщиками верблюдов по пустынным пустошам, останавливаясь в грязном караван-сарае на северо-западе Китая и страдая от холода, засухи и опасностей торговых путей своего времени. Он привнес в свою стипендию глубокое сочувствие к жизни людей, образ жизни которых вот-вот исчезнет. Больше не могучие воины степи и прибыльные торговцы караваном времен Тан, Юань и Цин, народы Монголии и Центральной Евразии в двадцатом веке страдали от нищеты, войн и забвения.Более того, неумолимый натиск китайских поселенцев ханьцев, поддерживаемый националистическим государством, превратил жителей оазисов и кочевников-скотоводов в зависимое население, пострадавшее от болезней и лишенное традиционных средств к существованию, в то время как они были вытеснены на глобальные рынки, которые платили гроши за своих животных. продукты. Гений Латтимора заключался в том, чтобы увидеть сквозь признаки упадка в Центральной Евразии своего времени более прочное прошлое и сделать это прошлое основополагающим элементом в формировании китайских государств с древнейших времен.

Внутренние азиатские границы Китая , впервые опубликованные в 1940 году, и Исследования в области истории границ , собрание его работ до 1958 года, составляют основу научной работы Латтимора. 9 Они по-прежнему дают свежий взгляд на роль скотоводства в мировой истории. Латтимор утверждал, что с древних времен китайские поселенцы на равнине северного Китая создали аграрную цивилизацию и сформировали ранние государства, основанные на вспашке мягких почв региона лесса, умеренном климате, ограниченном количестве осадков и наличии жестких зерновых культур, таких как пшеница, сорго и просо.Однако на окраинах равнины Северного Китая, где преобладали засушливые условия, возникла радикально иная форма жизни: кочевое скотоводство. Эта форма жизни сегодня почти исчезла, хотя некоторые скотоводы все еще выживают в Монголии и Африке. Кочевники-пастухи вместо того, чтобы полагаться на стабильные места на заселенных полях, полагаются на животных, которые едят различные степные травы. Они проводят свою жизнь в постоянном движении, ища подходящие пастбища в зависимости от текущих погодных условий и наличия кормов.В отличие от многих историков и комментаторов, Латтимор понимал, что скотоводство — это далеко не примитивное возвращение к образу жизни, основанное на охоте и собирательстве, а это изощренный, очень сложный метод выживания в чрезвычайно сложных условиях.

Скотоводство процветает во многих средах: от тайги и тундры сибирских оленеводов до пастбищ Центральной Евразии, простирающихся от Маньчжурии до Венгрии, до высокогорного плато Тибета, населенного яководами.Он также встречается в Африке, Северной и Южной Америке, Индии и на Ближнем Востоке. 10 Комбинации животных, передвижения людей и их взаимодействия с государствами широко варьируются от места к месту. Латтимор почти полностью сосредоточился на турко-монгольских кочевниках Центральной Евразии, но он хорошо знал о кочевых особенностях других регионов.

В книге Inner Asian Frontiers Латтимор прослеживает взаимодействие скотоводческого и оседлого образа жизни на протяжении нескольких тысячелетий, уделяя особое внимание усилиям китайских государств по защите и расширению своей территории перед лицом сопротивления и набегов со стороны их соперников, кочевников-скотоводов. .В течение долгого времени два вида жизни сосуществовали в напряженном симбиозе, в котором ни одна форма не могла устранить другую, но в конечном итоге в двадцатом веке Китай победил монгольских скотоводов. Латтимор, однако, не ограничивался взаимодействием монгольских скотоводов и оседлых фермеров на северо-западе Китая. Первый раздел Inner Asian Frontiers представляет собой обширный обзор географии, окружающей среды, народов и политики всей Центральной Евразии, включая маньчжурские леса, монгольские луга, тибетское нагорье и оазисы Синьцзяна.Тем не менее, фундаментальный организационный принцип исследования Латтимора — разделение посевных земель и степных земель, между регионами с плотным, почти неподвижным населением и рассредоточенными, мобильными. Посевные земли включают оазисы посреди пустынь, а также обширные поля Китая и южной Маньчжурии. К мобильным народам относятся степные кочевники, лесные народы, пастухи яков и торговцы караванами. В современную эпоху оседлое население Китая и России при помощи железных дорог, капиталистов и государственной власти проникло на отдаленные, малонаселенные земли, что привело к геополитической конкуренции, экологическому опустошению и почти исчезновению прежнего образа жизни. на тысячи лет.

Латтимор охарактеризовал это взаимодействие как резкое противодействие. Признавая роль торговли и культурного обмена, он настаивал на том, что Великая китайская стена является «абсолютной границей», разделяющей степь и посевы. Для него, следуя своим информаторам, «чистый кочевник был бедным кочевником», незагрязненным городской жизнью и оседлым сельским хозяйством, довольствовавшимся постоянными перемещениями со своими животными, без прочных укрытий или памятников. Но только небольшая часть скотоводов осталась в этом чистом состоянии.Скотоводы, сохранившие свою небольшую племенную организацию, могли сохранить мобильность и автономию. Однако часто амбициозные лидеры стремились создать надплеменные конфедерации, объединяющие множество племен на больших пространствах. Для создания этих конфедераций большинство вождей кочевников сочли выгодным торговать с оседлыми государствами, вступать в военные союзы и даже создавать свои собственные оседлые общины. Вождю кочевников было гораздо выгоднее черпать ресурсы из соседнего оседлого государства, чем строить их из рассредоточенных ресурсов засушливой степи. 11

Хотя скотоводство, вероятно, имело множественное происхождение, современные археологические исследования на Украине и в России обнаружили гораздо больше свидетельств о нем. Многие ученые теперь считают, что он возник в западной части евразийской степи, в районе Черного моря, на большей части территории современной Украины. Там, около 4000 г. до н.э., фермеры переехали из плодородных черноземов в более бедные земли, приобрели повозки и повозки и, наконец, сели верхом.Археолог Дэвид Энтони, как и Латтимор, подчеркивает важность приручения лошади. 12 Когда эти люди научились ездить на лошадях, они приобрели огромную силу и подвижность. Они быстро распространились во всех направлениях: на восток через Центральную Евразию в Монголию, Маньчжурию и Китай; на юг через Иран и Афганистан в Индию; и на запад, в Ближний Восток и Африку. Примерно в то же время первые оседлые китайские государства, сформировавшиеся в середине второго тысячелетия до нашей эры, распространились на север, северо-запад и северо-восток от их самой ранней базы в излучине Хуанхэ около современного Сиань

.

Встреча оседлых государств с кочевыми конфедерациями породила военный конфликт, культурный обмен и технический прогресс.Кочевники принесли с собой средства передвижения и ведения войны — верховую езду, экипажи и логистические сети, — которые позволили им побеждать оседлые государства с помощью кавалерийских войск. Оседлые режимы осознали, что в ответ они тоже должны были сесть на лошадей, обзавестись повозками и научиться сочетать как мобильную, так и пехотную войну. В то время термин «варвар [йи]», применяемый китайскими оседлыми режимами к мобильным народам, был общим описанием, а не этническим термином или даже особенно уничижительным.Однако к середине первого тысячелетия до нашей эры эти два образа жизни резко отличались друг от друга. 13

Оседлые государства Китая, в свою очередь, чтобы укрепить свои ресурсные базы, объединившись с войсками пастушеской кавалерии для ведения войны против соперничающих государств, переняли навыки верховой езды в специализированных воинских частях и улучшили свое вооружение с помощью новой металлургии, принесенной из Китая. степь. (Хотя многие китайские и западные ученые утверждают, что металлургия бронзы зародилась в Китае в ее собственной отличительной форме, есть значительные свидетельства того, что более поздние стадии, ведущие к литью чугуна, возникли в Центральной Евразии.) 14

Хотя он считал скотоводов и поселенцев противоположными политическими и культурными ориентациями, Латтимор признавал, что эти две культуры взаимодействуют друг с другом. Более поздние историки и антропологи больше, чем Латтимор, подчеркивали невоенное взаимодействие между кочевыми федерациями и оседлыми империями. Сам Латтимор отметил «теневой принцип», согласно которому кочевые строители государства полагались на ресурсы соседней Китайской империи для приобретения новых ресурсов.Посредством набегов и торговли вожди кочевников получали сельскохозяйственные товары, одежду и деньги, чтобы вознаградить своих последователей. Таким образом кочевые конфедерации выстраивались в тени существующих китайских империй.

Анатолий Хазанов и Томас Барфилд развили оригинальное понимание Латтимора общей теории формирования кочевого государства. Теория помогает объяснить, как конфедерация хунну поднималась и падала параллельно с династиями Хань с третьего века до нашей эры до третьего века нашей эры; как тюркские империи проходили параллельно с подъемом и падением династии Тан с седьмого по девятый века н.э .; в то время как империи Ляо, Цзинь и Тангут боролись за территорию Китая с династиями Сун в девятом-тринадцатом веках нашей эры.Только династия Монгол Юань ненадолго завоевала всю основную территорию Ханьского Китая, с 1279 по 1368 год, но она также сохранила отдельную сферу за пределами оседлого региона, зарезервированную для своего двора и кочевых иждивенцев.

Фискальные системы и передовые инновации

Позже аналитики подробно остановились на противоположностях модели Латтимора. Фискальные институты — тема, которую Латтимор не обсуждал подробно, похоже, играют ключевую роль в эволюции как кочевых, так и оседлых империй. 15 Степень разделения степи и посевов варьировалась от династии к династии. Каждому из пастушеских государств пришлось адаптировать институты из Китая, чтобы обеспечить стабильное правление над оседлыми регионами, находившимися под их контролем. Чтобы править оседлыми народами, им нужна была бюрократия, и им нужен был доход. Мобильные скотоводы не могут облагать своих последователей большими налогами, поскольку недовольные подданные правителя могут просто отойти от него. Государства полагаются на обещания прибыли от набегов, чтобы привлечь более амбициозных воинов.Однако, управляя оседлыми территориями, пастырские правители имеют то преимущество, что они могут охотиться на неподвижное население. Однако для этого им нужны грамотные клерки, счетчики и бюрократия, собирающая доходы.

Каждый из основных пастырских режимов создавал разные, но все более изощренные финансовые институты по мере того, как они распространяли свое правление на Китай. Династия Ляо, предмет исследования Виттфогеля и Фэна, содержала отдельные администрации для пасторальных и оседлых частей государства в Маньчжурии.Цзинь, которая проникла намного дальше на юг, в Китай, увеличила свое бюрократическое присутствие, наняв большее количество китайских государственных служащих. Монгольский юань, который к XIII веку занял весь ханьский Китай, разработал самые сложные финансовые институты, сочетая методы предыдущей династии Сун с собственным военным аппаратом. Китайские исторические источники приписывают это нововведение киданскому турку Елу Чукаю, который убедил хана, что было бы выгоднее облагать налогом оседлое население, чем истреблять его, чтобы уступить место конным пастбищам.Независимо от того, является ли легенда правдой, ее стойкость указывает на то, что пасторальные государства и оседлые государства по-разному смотрели на землю и население.

Со своей стороны, оседлые режимы, сопротивлявшиеся пастырскому завоеванию, также ответили институциональной адаптацией. Династия Тан, правители которой имели частично турецкое наследие, вместе с усиленной китайской бюрократией создала новые финансовые институты, определяемые военными потребностями. Большинство налогов собиралось натурой — зерном, тканью или барщиной, — и большинство независимых фермеров должны были пройти обязательную военную службу.Вдобавок Тан использовали военные колонии: солдат, которые защищали границы и возделывали землю, что расширило практику, впервые примененную на границах династией Хань.

Династия Сун, изгнанная на юг вторжениями Ляо и Цзинь, была вынуждена в значительной степени полагаться на коммерческие сборы для поддержки своих армий и выплаты высокой компенсации, установленной мирным договором с Цзинь. Столь большая ставка на коммерческие налоги была большим нововведением в налоговой практике Китая, ознаменовав собой резкий разрыв с хань и династией.Хань и Тан установили государственные монополии на товары первой необходимости, такие как соль и железо, но не облагали обычным налогом торговлю. Песня расширила эти монополии, но очень большой процент своего бюджета получала за счет коммерческих налогов. Мы можем утверждать, что если бы Сун не потеряла контроль над северным Китаем, его основной аграрной базой, ей не пришлось бы так радикально менять свою финансовую систему. Таким образом, опыт Сонг также подтверждает аргумент Латтимора о том, что пограничный опыт стимулировал институциональные инновации.

Династия Мин (1368–1644), однако, выступила против пастырского влияния, создав самый длительный период, в течение которого большая часть ханьского Китая была изолирована от границы. Основатель династии Мин, выходец из южного Китая, собрал крестьянские армии, чтобы изгнать монгольских правителей, и построил свою столицу на юге, в Нанкине. Его сын, третий император династии Мин, построил вторую столицу в Пекине (что означает «северная столица»), чтобы защитить северный Китай от нападений монголов. Хотя Пекин ранее был одной из столиц северных династий, включая Юань, Пекин, который мы знаем сегодня, восходит к этому периоду в начале пятнадцатого века.Расположение и структура Пекина также показывают, как пограничные факторы сформировали структуру империй Мин и Цин. Его расположение и дизайн сочетают в себе геостратегическое мышление и геомантические соображения. Сам Пекин, с точки зрения ханьского Китая, расположен на крайней северной периферии, недалеко от края монгольской степи и маньчжурских лесов. Третий император династии Мин разместил свою северную столицу рядом с лугами, чтобы поддержать свои военные кампании против монголов.Он сориентировал столицу так, чтобы горы защищали ее с севера, а Запретный город смотрел на юг, в сторону палящего солнца.

Основатель Мин также попытался вернуть фискальную систему и экономику Мин к ее сельским корням, отменив коммерческие налоги и разрушив денежное обращение, безуспешно пытаясь снова навязать стране бумажные деньги. Тем не менее, соблазн границы сохранялся. Один несчастный император династии Мин попытался вторгнуться в Монголию в 1449 году, но оказался в плену у монгольского хана.Бюрократия в Пекине продолжалась при его сводном брате, и жизнь шла своим чередом, пока его не вернули. С середины пятнадцатого до середины семнадцатого века чиновники династии Мин установили максимально возможное расстояние от степной культуры, в конечном итоге построив то, что мы теперь знаем как Великую стену, чтобы отражать набеги кочевников на территорию, простирающуюся на тысячи миль. Тем не менее, даже в этот период Мин поддерживал активные торговые отношения с монголами, приобретая у них лошадей в обмен на чай и шелк, как это делали многие из его предшественников.

Правители Цин, которые, как маньчжуры, имели прочные центральноевразийские связи, подобно монголам, снова сумели связать степи и оседлые регионы под единым правлением, но Цин, в отличие от предыдущих завоевательных династий, просуществовал почти триста лет. Цинские армии столкнулись с главным соперником кочевников, монгольской империей Зунгаров, которая процветала в Западной Монголии, Синьцзяне и Тибете с середины семнадцатого века до его разрушения в середине восемнадцатого века. 16 В ходе этой борьбы правители Цин, вновь отражая творческое влияние пограничных вызовов, преобразовали фискальную, коммуникационную и административную структуры империи.Лифаньюань, отдельная ветвь правительства, предназначенная для работы с посланниками из Центральной Евразии; Большой Совет, система связи, созданная для быстрой передачи военной и экономической информации; Новые реформы в сборе налогов и регистрации населения, а также новаторский метод работы с иностранной торговлей, сначала разработанный для Кашгара, а затем примененный к британцам в Кантоне, явились результатом экспансии Цин в далекие границы. Когда экспансия Цин прекратилась в середине восемнадцатого века, империя потеряла большую часть своего динамизма, оставив ее неподготовленной к натиску западных держав в девятнадцатом веке.

Этот краткий отчет о расширении и трансформации династий черпает вдохновение в поразительных выводах Латтимора о роли пограничной конфронтации в стимулировании инноваций в имперском Китае. Это показывает, что современные ученые расширили его внимание к влиянию границ Внутренней Азии на развитие китайского государства, обнаружив дальнейшие последствия для институциональных реформ, культурных ориентаций и военной стратегии во всех основных династиях.

Латтимор, геополитический аналитик

Помимо написания статей об истории Центральной Евразии, Латтимор, как журналист, дипломат и ученый, также активно занимался политикой своего времени.Он писал программные документы для правительства США, он писал для газет и журналов и редактировал влиятельный журнал Pacific Affairs. Он воочию наблюдал рост Японской империи, проникновение России в Азию, подъем китайского национализма и коммунизма, а также послевоенную эпоху маоизма и холодной войны. Насколько хорошо его анализы выдержали испытание временем и что мы можем извлечь из них сегодня?

В то время как он был редактором Pacific Affairs , с 1934 по 1941 год, Латтимор написал серию статей о современных событиях в Маньчжурии и Монголии после японского вторжения в 1931 году. 17 В этих статьях он использовал свои знания о долгосрочных отношениях между китайскими империями, народами Маньчжурии и монголами, чтобы оценить новое положение монголов в двадцатом веке. Монголия долгое время была разделена между Внутренней Монголией на границе с Китаем и Внешней Монголией к северу от пустыни Гоби на границе с Сибирью. Значительная часть монгольского населения попала под власть Японии в Маньчжурии, а другая часть проживала в Туркестане и России. Разделенные между этими пятью регионами, монголы изо всех сил пытались создать единое националистическое движение, но они также страдали от классовых разногласий внутри скотоводческого общества.Многие князья наживались на коммерческих сделках с китайскими купцами-ханьцами, в то время как обычные пастухи страдали от обнищания и потери средств к существованию из-за китайских мигрантов. Латтимор утверждал, что Монголия имеет жизненно важное геополитическое значение из-за ее расположения в самом сердце Евразийского континента.

Латтимор был частично прав. Япония действительно стремилась проникнуть в Монголию в 1930-х годах, чтобы обеспечить свой контроль над Маньчжурией и северным Китаем. Ключевое сражение между японскими и советскими войсками за контроль над Центральной Евразией произошло в Номонгане (Халхин-Гол) на границе Монголии и Маньчжурии в 1939 году.Поражение Японии в этой битве определило судьбу завоевания северной части Центральной Евразии и освободило советские войска для вторжения в Польшу в том же году. С другой стороны, по прошествии этого времени ключевые точки боевых действий сместились на юг Китая, и монголам не удалось объединиться в единое националистическое движение. Сама Центральная Евразия играла небольшую роль в оставшейся части Второй мировой войны, пока коммунисты и националисты не соревновались за контроль над Маньчжурией во время Гражданской войны 1945–1949 годов.

Политический анализ Латтимора не основывался на детерминистских объяснениях: вместо этого он объяснил прошлые и настоящие события в Монголии с точки зрения отношений между князьями, их подданными, маньчжурскими чиновниками и генералами и ханьскими мигрантами. Для этого анализа социальные и политические конфликты преобладали над долгосрочными процессами. Однако в более широких временных рамках Inner Asian Frontiers Латтимор уделял большее внимание климату, географии и структуре, чем в своих статьях Pacific Affairs .После его написания мы можем увидеть, как он решает проблемы, с которыми сталкиваются все мировые историки: как сбалансировать долгосрочные изменения с непредвиденными обстоятельствами, сколько стресса нужно приложить к социально-политическим отношениям по сравнению с окружающей средой, и сколько предаваться прогнозам, а не отстраненным. исторический анализ. Независимо от того, был ли он прав или неправ, в подходе Латтимора к этим вопросам видно, как работает искусный специалист по социальной истории.

Он также тщательно проанализировал черты «вторичного империализма» в отношении националистического правительства к монголам.В то время как правительство Нанкина пострадало от вторжения Японии и проникновения иностранного капитала, оно проводило аналогичную политику в отношении монголов. Строя железные дороги во Внутреннюю Монголию и поддерживая реакционных князей, она эксплуатировала ресурсы Монголии на благо ханьской торговой элиты и не принесла пользы большинству монгольского народа. Латтимор считал, что по сравнению с этим отношение Советского Союза к Внешней Монголии было менее колониальным и более выгодным для местного населения.

Но пограничная политика простиралась далеко за пределы монгольской границы. И националисты, и коммунисты, вытесненные японскими войсками глубоко внутрь Китая, оказались погруженными в сложную местность, чуждые народы и радикально отличающиеся от проблем правительства и культурной легитимности, с которыми они столкнулись в Пекине, Нанкине и Шанхае. Коммунисты разработали свою национальную политику в ответ на контакты с людьми, не являющимися ханьцами, с которыми они столкнулись во время Великого похода и на северо-западе Китая. 18 Эта национальная политика, весьма отличная от советской версии, стала краеугольным камнем нового государства после 1949 года. Националистам также необходимо было разработать технологии общественного здравоохранения, мобилизации ресурсов, энергетики и управления в Чунцине и Куньмине, которые были горными субтропическими регионами, удаленными от современной медицины или электрических сетей. 19 Они действительно добились успехов в инженерии и медицине, и первопроходцы в эти трудные времена внесли большой вклад в экономическое развитие материка и Тайваня.

Хотя в первую очередь Латтимор симпатизировал монголам, оказавшимся между Китаем и Россией в двадцатом веке, он также признавал силу китайского национализма. Когда китайцы начали мобилизоваться против западного и японского империализма, Латтимор более положительно оценивал силу китайского национализма, чем многие его современники, и более отрицательно относился к Японии. Нам нужно напомнить себе, что Соединенные Штаты с 1895 по 1931 год предпочитали Японию как восходящую, модернизирующую силу Азии Китаю, рассматриваемому как больная империя, выродившаяся в враждующие группировки, голод и беспорядки.Немногие в Госдепартаменте ожидали многого от Чан Кайши после того, как он номинально объединил Китай в 1927 году, и даже после японского вторжения в Маньчжурию в 1931 году многие дипломаты призывали Китай пойти на компромисс с Японией, а не оказывать бесполезное сопротивление. Однако после Перл-Харбора Латтимор обнаружил, что больше соответствует мнению Америки, что привело к его назначению специальным посланником в Чанге в 1941 году.

Однако, в отличие от большинства американцев, чьи симпатии к Китаю отражали мечты миссионеров об обращении или бизнесменов, соблазненных перспективами огромного рынка, Латтимор оказывал поддержку по геополитическим соображениям.Он знал, что великое имперское прошлое Китая придало ему скрытую силу, которая, в случае ее мобилизации, могла бы изменить Азию и мир в лучшую сторону. Китай, ставший жертвой империализма, как только он научится сопротивляться, сможет показать другим колонизированным народам мира, как противостоять господству. Но он также знал и более темную сторону Китая в форме «вторичного империализма», навязанного китайскими правителями и ханьским населением неханьским народам периферии. Китай одновременно пострадал от иностранного вторжения, проникновения на рынки и культурной дезориентации во время встречи с Западом, а также нанес такие же пагубные последствия на народы своей периферии.Этот двойственный статус Китая, как жертвы империализма и как империалист по собственному праву, по-прежнему точно описывает положение Китая в мире с точки зрения большинства современных западных ученых. Китайское правительство, с другой стороны, продвигает только рассказ о жертвах, игнорируя тяжелое положение тех, кто, например, тибетцев и уйгуров, страдает от дискриминации при китайском правлении. Латтимор нашел бы нынешнюю позицию Китайской Народной Республики по отношению к своим центральноевразийским меньшинствам очень похожей на позицию националистического правительства 1930-х годов.

В чем Латтимор сбился с пути, так это в его чрезмерной оценке важности Центральной Евразии для геополитических конфликтов двадцатого века и в его склонности восхвалять Советский Союз. За годы до Первой мировой войны шотландский географ Хэлфорд Маккиндер изложил теорию доминирования центра Евразийского континента над судьбами мира. Его доклад, озаглавленный «Географическая ось истории», представленный в Королевском географическом обществе в 1904 году, сформулировал хартлендскую теорию цивилизационного господства.Согласно этой теории, держава, которая доминировала в Центральной Евразии, будет доминировать на «Мировом острове» Евразии и, таким образом, править миром. 20 Он призвал Великобританию помешать Германии взять под свой контроль этот жизненно важный регион, в который входили Центральная Европа, Россия и Центральная Евразия. Латтимор, хотя он редко, если вообще цитировал Маккиндера, разделял его континентальные взгляды. Такой подход контрастировал с традиционной морской ориентацией Британской империи и теорией морского господства, которую придерживался американский военно-морской офицер Альфред Т.Махан.

Как оказалось, в ХХ веке Монголия и Синьцзян не стали «осью Азии». Решающие битвы за власть в Азии во второй половине века велись американской морской пехотой на Тихом океане, силами китайского сопротивления в Северном Китае, коммунистами в Яньане и националистами в Чунцине, а не сравнительно небольшими группами. армии в Синьцзяне, Монголии, русской Средней Азии или Тибете.

И все же пограничные влияния все еще оставляли свой след со всех сторон.Маньчжурия стала центральным источником промышленных материалов для Японии, а конфликт из-за Маньчжурии между националистами и коммунистами определил дальнейший ход гражданской войны. Книга Латтимора о Маньчжурии, опубликованная всего через несколько месяцев после японского вторжения в 1931 году, описывает давние культурные встречи Китая и Центральной Азии на этой окраине. 21 Латтимор называл Маньчжурию «резервуаром», из которого кочевые племенные конфедерации неоднократно вторгались в китайские земли хань на юге.Маньчжурия также содержала пограничную зону, куда проникали ханьские колонисты, чтобы укрепить оборону от этих вторжений. В этой книге он утверждал, что миграция китайцев в степи была защитной, а не агрессивной, и что даже Великая стена была главным образом оборонительным оплотом. Он противопоставил стремление Китая к безопасности агрессивному, предприимчивому исследовательскому сознанию американцев и русских.

Латтимор имел тенденцию допускать крупномасштабные этнические обобщения о психологических характеристиках больших групп людей в течение длительных периодов времени.Более поздние ученые фактически подтвердили многое из того, что он сказал о различиях между поселенцами-пионерами Маньчжурии, особенно поселенцами из Шаньдуна, и поселенцами с Запада. 22 Но некоторые из более крупных культурных обобщений Латтимора о всей совокупности ханьских китайцев имеют слишком сильный привкус расовой категоризации, чтобы быть убедительными. На самом деле он обращался только к характеру китайцев на севере, а не к очень разным обществам южного и морского Китая. В этих частях Китая мигранты к границам действительно были похожи на американских и русских пионеров, поскольку они агрессивно эксплуатировали землю, искали прибыль и расширяли связи со своими родными деревнями.То же самое и с зарубежными китайцами. 23

Хотя Латтимор в то время преувеличивал военное и ресурсное значение Центральной Евразии, в более широком смысле его внимание к периферии Китая, регионам, удаленным от развитого побережья, по-прежнему может многое предложить для стимулирования исследований Китая в двадцатом и двадцатом годах. первые века. Теперь КНР, выходя за рамки территориальных притязаний Цин, стремится к экономической и военной экспансии вглубь Центрально-Евразийского континента и в морскую зону Южно-Китайского моря.Политика «Один пояс — один путь» Си Цзиньпина обещает обеспечить мирное развитие во всей Евразии на основе крупных инвестиций в инфраструктуру со стороны Китая. Сторонники этой грандиозной политики любят ссылаться на древний Шелковый путь как на его предшественников, но они не черпают из представлений Латтимора о проблемных отношениях между экспансией ханьцев и народами Центральной Евразии. Тем не менее, границы и геополитика по-прежнему доминируют в обсуждении будущего Китая в мире.

Через восемьдесят лет после того, как Латтимор впервые приехал туда, научные исследования Синьцзяна процветали.Новые исследования, основанные на изучении архивных и опубликованных материалов на русском, китайском, маньчжурском, уйгурском, монгольском и японском языках, показали, что Синьцзян был местом активного межкультурного обмена и политических инноваций в начале двадцатого века. 24 Элементы политики КНР в отношении меньшинств были предвидены ханьскими китайскими губернаторами Синьцзяна, которым необходимо было обеспечить лояльность многих этнических групп провинции в то время, когда Советский Союз использовал свою собственную политику «позитивных действий», чтобы соблазнить их. от националистического правления. 25 Губернаторы не только унаследовали имперское наследие Цин, но и перенесли его в новую националистическую среду двадцатого века. Они вели себя во многом как колонизаторы, и многие из их политики увенчались успехом. Из всех приграничных регионов Цин только Синьцзян оставался полностью под номинальным националистическим, а затем и коммунистическим режимом на протяжении всего двадцатого века. Монголия разделилась на два отдельных государства, Тибет был фактически независимым, пока КНР не вторглась в него в 1951 году, а Маньчжурия попала под японскую оккупацию, пока КНР не отвоевала ее.За исключением Монголии и Тайваня, КНР вернула себе почти все бывшие территории империи Цин за своей спиной, используя для этого знакомые методы.

Даже если основные сражения войны сопротивления Японии и гражданской войны в Китае происходили в центре ханьского Китая, Латтимор указывал на стойкость имперских идеалов на окраинах Цин в двадцатом веке, и эти регионы в конечном итоге сделали это. вернуться под контроль Пекина под КНР. Они оставили непреходящее наследие напряженности и место добычи ресурсов и создания инфраструктуры вплоть до эпохи политики Си Цзиньпина «Один пояс, один путь».

Латтимор об экологическом детерминизме и исторической методологии

Латтимор всегда уделял пристальное внимание ландшафту, экономическим условиям и климату мест, по которым он путешествовал, и он хорошо знал, что культура местных народов сильно зависит от их окружающей среды. Драматические пустыни, оазисы и луга Центральной Евразии поразили многих путешественников как одни из самых суровых условий для выживания людей где-либо на планете. Другие путешественники и географы, в первую очередь Эллсуорт Хантингтон, профессор географии в Йельском университете с 1907 по 1915 год, на своем опыте вывели основные теории экологического детерминизма.Хантингтон утверждал, что великие нашествия кочевников происходили после времен высыхания в степи, заставляя отчаявшихся кочевников повсюду искать пастбища и пропитание. Карл Виттфогель также проследил корни коммунистической автократии в России и Китае до имперского контроля над водоснабжением в засушливых регионах.

Эти писатели, безусловно, существенно повлияли на мышление Латтимора, потому что, как и он, они сделали большие обобщения относительно сравнительной истории, увязав общие исторические тенденции с географией и климатом.Они также использовали откровенно расистские описания незападных народов и поддерживали биологические метафоры «подъема» и «упадка» цивилизаций. Латтимор не избежал этих «пагубных» влияний, как отмечает Уильям Роу, но использовал их для разных целей. 26 До 1930-х годов он часто писал о долгосрочных тенденциях и структурных объяснениях, выходящих за рамки политических изменений. Но, как мы уже отмечали, во время работы редактором Pacific Affairs он более активно участвовал в политических дебатах и ​​начал связывать свои расовые и культурные взгляды с текущими событиями.Он назвал энергичность маньчжурских поселенцев положительным фактором, побуждающим их сопротивляться японской экспансии, и изучил варианты объединения монголов против вторичного империализма националистического правительства и японского и советского влияния.

В большинстве своих академических работ он отвергал упрощенный экологический детерминизм. В 1954 году он заметил, что Виттфогель предпочитает теорию эмпирическим исследованиям:

Виттфогель стремится к созданию теоретической основы и терминологии, соответствующей ей, и адаптации фактов к этой структуре. 27

Вместо того, чтобы превращать людей в жертв сил окружающей среды, на службе великой теории, Латтимор придерживался принципа о том, что «люди создают границы» в той же мере, в какой границы создают людей.

Когда Латтимор использовал общий словарь «примитивных» и «продвинутых» цивилизаций, это служило нерасовым целям. Как отмечалось выше, он энергично утверждал, что скотоводство не было «примитивной» формой производства по сравнению с сельским хозяйством; Напротив, скотоводство развилось из сельского хозяйства, движимого авантюристами-первопроходцами, стремящимися избежать репрессивной государственной власти, приспособившись к суровым условиям степи.В этом смысле представление Латтимора о степи напоминает картину Джеймса Скотта «Зомия»: зона убежища для людей, спасающихся от устоявшейся государственной власти. 28

Латтимор и Хантингтон написали свой анализ до того, как появилась точная информация об изменении климата в прошлом. Недавно климатологи собрали новые данные о долгосрочных изменениях в степях, и некоторые из них поддержали детерминистские тезисы о влиянии сил окружающей среды на вторжения кочевников. Многие из этих анализов слишком упрощены, чтобы вызывать доверие.Еще один подробный отчет, сделанный в сотрудничестве с климатологами, историками и археологами, действительно обнаруживает климатическую связь с возвышением монголов при Чингисхане, но он полностью отличается от тезиса об высыхании, поддерживаемого Хантингтоном и другими. 29 В течение короткого периода в начале тринадцатого века, количество осадков выше среднего стимулировало быстрый рост трав в степи, обеспечивая корм для увеличения размера стада. Такое увеличение популяции животных могло поддержать военную мобилизацию решительного лидера.Но эти климатические условия могли дать только сырье: все равно требовалась харизматическая личность, такая как Чингис, чтобы пробудить и мобилизовать их.

Работы Виттфогеля и Хантингтона, а также объяснения экологического детерминизма по-прежнему привлекают внимание, потому что они ставят важные вопросы о взаимосвязи между естественными процессами и историей человечества. Но понимание Латтимора взаимосвязи между изменением климата, географией и историей по-прежнему дает нам более детальный отчет. 30

Заключение

Как путешественник, географ, историк, правительственный чиновник и ученый, в самые бурные годы современной истории Китая Оуэн Латтимор выполнял больше ролей, чем любой из нас мог себе представить. Благодаря его увлеченному, страстному взаимодействию с народами Китая и Монголии, в сочетании с его историческим воображением и ярким стилем письма он глубоко сформировал американское понимание восточной половины Евразии и оставил множество продуктивных идей для изучения мировыми историками.

Каталожные номера

Этот список содержит только работы, упомянутые в этой статье. Том собрания статей Латтимора, Исследования в области истории фронтира , содержит почти полный список его работ до 1958 года. Журнал Analecta Mongolica содержит полную библиографию до 1972 года.

Энтони Д. У. 2008. Лошадь, колесо и язык: как наездники бронзового века из евразийских степей сформировали современный мир .Princeton, NJ: Princeton University Press. Найдите этот ресурс:

Barfield, T. J. 1989. The Perilous Frontier: Nomadic Empires and China . Кембридж, Массачусетс: Бэзил Блэквелл. Найдите этот ресурс:

Barfield, T. J. 1993. The Nomadic Alternative . Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис Холл. Найдите этот ресурс:

Бовингдон, Г. 2010. Уйгуры: Чужие на своей земле . Нью-Йорк: Колумбия. Найдите этот ресурс:

Brazelton, M. 2015.Вакцинация нации: рост иммунологического общественного здравоохранения в современном Китае, 1900–60. Дисс. History, Yale. Найдите этот ресурс:

Christian, D. 1998. История России, Средней Азии и Монголии . Мальден, Массачусетс: Блэквелл. Найдите этот ресурс:

Ди Космо, Н. 1999. «Формирование и периодизация государства в истории Внутренней Азии». Журнал всемирной истории 10 (1): 1–40. Найдите этот ресурс:

Ди Космо, Н. 2001. Древний Китай и его враги: рост кочевой власти в истории Восточной Азии .Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

Gottschang, T. R. and D. Lary 2000. Swallows and Settlers: The Great Migration from North China to Manchuria . Анн-Арбор, Мичиган: Центр китайских исследований, Мичиганский университет. Найдите этот ресурс:

Harvey, D. 2001. Owen Lattimore: A Memoire. Пространства капитала: к критической географии . Д. Харви. Эдинбург: Издательство Эдинбургского университета: 90–107. Найдите этот ресурс:

Jacobs, J.М. 2016. Синьцзян и современное китайское государство . Сиэтл, Вашингтон: University of Washington Press. Найдите этот ресурс:

Хазанов А. М. 1984. Кочевники и внешний мир . Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

Ким, К. 2016. Пограничный капитализм: продукция Туркестана, цинское серебро и зарождение восточного рынка. Стэнфорд, Калифорния: Издательство Стэнфордского университета. Найдите этот ресурс:

Кун, П. А. 2008. Китайцы среди других: эмиграция в наше время .Лэнхэм, Мэриленд: Rowman & Littlefield Publishers. Найдите этот ресурс:

Lattimore, O. 1929. The Desert Road to Turkestan . Бостон: Литтл, Браун. Найдите этот ресурс:

Латтимор, О. 1932. Маньчжурия: колыбель конфликта . Нью-Йорк: Macmillan. Найдите этот ресурс:

Lattimore, E. H. 1934. Turkestan Reunion . Нью-Йорк: The John Day Company. Найдите этот ресурс:

Lattimore, O. 1950. Испытание клеветой . Бостон: Маленький, Браун.Найдите этот ресурс:

Латтимор, О. 1950. Поворот Азии: Синьцзян и внутренние азиатские границы Китая и России . Бостон: Литтл, Браун. Найдите этот ресурс:

Латтимор, О. (1940) 1962. Внутренние азиатские границы Китая . Oxford: Oxford University Press Найдите этот ресурс:

Lattimore, O. 1962. Исследования по истории фронтира: Сборник статей, 1928–1958 . Oxford, Oxford University Press. Найдите этот ресурс:

Liu Xiaoyuan 2004. Пограничные переходы: этнополитика и подъем китайского коммунизма, 1921–1945 гг. . Вашингтон, округ Колумбия: Издательство Центра Вудро Вильсона. Найдите этот ресурс:

Mackinder, H. 1904. «Географический стержень истории». Географический журнал 23 (4): 421–444. Найдите этот ресурс:

Маир, В. Х. 1998. Бронзовый век и ранний железный век Народы Восточной Центральной Азии. Вашингтон, округ Колумбия: Институт изучения человека в сотрудничестве с Музейными публикациями Пенсильванского университета.Найдите этот ресурс:

Мартин, Т. 2001. Империя позитивных действий: нации и национализм в Советском Союзе, 1923–1939 гг. . Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета. Найдите этот ресурс:

Миллуорд, Дж. А. 2007. Евразийский перекресток: история Синьцзяна . Нью-Йорк: издательство Колумбийского университета. Найдите этот ресурс:

Ньюман Р. П. 1992. Оуэн Латтимор и «Утрата» Китая . Беркли, Калифорния: University of California Press. Найдите этот ресурс:

Pederson, N., А. Э. Хессл, Н. Баатарбилег, К. Дж. Анчукайтис и Н. Ди Космо. 2014. «Плювиалы, засухи, Монгольская империя и современная Монголия». Proc Natl Acad Sci U S A 111 (12): 4375-4379. Найдите этот ресурс:

Perdue, P. C. 2005. Китай идет на запад: завоевание Цин Центральной Евразии . Кембридж, Массачусетс: Belknap Press of Harvard University Press. Найдите этот ресурс:

Рирдон-Андерсон, Дж. 2005. Неохотные пионеры: расширение Китая на север, 1644–1937 гг. .Стэнфорд, Калифорния: Stanford University Press. Найдите этот ресурс:

Rowe, W. T. 2006. «Оуэн Латтимор и подъем сравнительной истории». Журнал азиатских исследований 66 (3): 759–786. Найдите этот ресурс:

Скотт, Дж. К. 2009. Искусство не быть управляемым: анархистская история возвышенности Юго-Восточной Азии . Нью-Хейвен, Коннектикут: Издательство Йельского университета. Найдите этот ресурс:

Тан, Ю. 2015. Революционное течение: электричество и формирование партийного государства в Китае и Тайване, 1937–1957.Дисс. History, Yale. Найдите этот ресурс:

Thum, R. R. 2014. Священные пути уйгурской истории . Кембридж, Массачусетс: издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

Wittfogel, KA 1931. Wirtschaft und Gesellschaft Chinas , Leipzig. Найдите этот ресурс:

Wittfogel, K. and Feng Jiasheng 1949. История китайского общества: Liao . Найдите этот ресурс:

Уорстер, Д. 1985. Реки Империи: вода, засушливость и рост американского Запада .Нью-Йорк: Книги Пантеона. Найдите этот ресурс:

.

Примечания:

( 6 ) Pacific Affairs (1935), 8.4, «Внутренние ворота Китая», стр. 473

( 17 ) Эти статьи цитируются в «Библиографии исследований в области истории границ ».

Мирзачол Голодная степь больше не бесплодна.

«Если вам доведется увидеть караван вдали, вы заметите, что он спешит спрятаться от вас, опасаясь, что вы не попросите воды, что здесь очень ценится.Господа, помогите не оставаться на дороге во время переходов или проливной воды, имеющейся в заповеднике. Можете быть уверены, что никакой помощи не получите. Добавьте к этому жару 40 ° Реомюра в мае месяце в тени, сильное отражение солнца, невыносимо беспокоящее глаза, усталость днем ​​и, наконец, «приятную» ночь на земле в обществе с phalanxes — и вы составите хотя бы приблизительное представление об условиях пребывания в Голодной степи », — один из первых исследователей Голодной степи Н.Ф.Ульянов, писал в семидесятых годах девятнадцатого века.

Ученый-географ Семенов-Тянь-Шань в своей книге «Туркестан» дает следующее описание Голодной степи: «Летом Голодная степь — это желто-серая равнина, выжженная солнцем, которая при палящей жаре и полное отсутствие жизни оправдывает свое название … В мае желтеет трава, тускнеют краски, летают птицы, в норах прячутся черепахи, и степь снова становится безжизненной, выжженное пространство, на горизонте которого едва видно в жарком воздухе далекие вырисовываются снежные вершины.«

Но пустыня казалась мертвой; это таило богатые возможности на благо людей. Зеленая трава ранней весной, ярко-красные поля маков говорили о плодородии почвы. Для того, чтобы лето не принесло степи безжизненности пустыни, надо было противостоять жгучему зною животворной воды. Люди сделали это благодаря орошению Голодной степи.

Десятки новых инженерных решений получили путевку в жизнь в Голодной степи. Здесь построена первая в Узбекистане система инженерного орошения.

Трудно сказать, когда и кто впервые назвал ее Голодной степью. Теперь это название звучит разительно контрастно, закрывая глаза людям, путешествующим и живущим здесь. Но сто или сто тридцать лет назад, когда здесь ступили первые исследователи, название оправдалось реальностью. Видимо, кому-то из этих первопроходцев принадлежит идея дать такое удачное и устрашающее имя.

Места назывались Голодная степь (другой вариант — Голодная степь) или Голодная степь, а местные жители называли ее «Мирзачол».

Голодная степь, Узбекистан

Голодная степь географически определяет обширную равнину протяженностью более 150 км, наклоненную от предгорий Туркестанского хребта в пойме реки Сырдарья в середине ее течения, от Фархадского коридора до урочища Чардара. На западе Мирзачольская степь ограничена Арнасайской котловиной и озером Тузкан — огромной акваторией, отстойником Сырдарьи. Это естественный водоем, расположенный на самых низких отметках Голодной степи — около 240 м.отделяет его от бескрайних степных песков пустыни Кызылкум. Ширина Мирзачольской степи по Туркестанскому хребту составляет 70-120 км.

Климат Голодной степи

Климат Голодной степи резко континентальный. Средняя температура июля +27,9 ° C, января — 2,1 ° C.

.

Одной из отличительных особенностей климата является то, что количество осадков в Голодной степи колеблется от 250 до 350 мм, что намного выше, чем в Ферганской долине, Хорезме, Кашкадарье и т. Д.Распределение осадков во времени также является благоприятным: они выпадают в основном зимой и весной и способствуют накоплению естественной влаги во время и после посадки, при которой саженцы большинства сельскохозяйственных культур получают при естественной влажности.

Освоение Голодной степи в Узбекистане

Начало освоения Голодной степи относится к концу XIX века, когда степь окончательно вошла в состав Российской империи. Перед Первой мировой войной в Мирзачоле было начато строительство оросительных каналов.

Тем не менее, широкое вовлечение земель Голодной степи в хозяйственный оборот связано с советскими временами 1918 года, когда постановлением Совнаркома предусматривалось орошение 500 тысяч гектаров земли в пустыне Мирзачол. В 1956 году с целью развития хлопковой монокультуры были затоплены обширные пространства Голодной степи. Это позволило превратить бесплодные пустыни в большую площадь (около 800 000 га) хлопка в Узбекской ССР.

Орошение Голодной степи завершилось победой инженерной мысли, инженерных и научных разработок передовой русской интеллигенции — ученых, инженеров, агрономов, специалистов; и победа простых узбекских земледельцев, доказавших свою способность справляться с пустыней. В Голодной степи выросли новые фермы, города и села.

Легенды и рассказы о пустыне Мирзачол

Прошлое Мирзачольской степи связано с легендами и сказками, в которых люди выражали желание орошать пустыню.

В одной легенде, например, говорится, что на пространстве от села Чиназ до города Джизак все было заселено; и было так много зелени и деревьев, что соловей мог перелететь из одной деревни в другую, перелетая с ветки на ветку. В этой легенде ярко отразилась мечта народов об освоении пустой степи.

Поэтическая легенда о Фархаде и Ширин в исполнении Алишера Навои связана с Мирзачольской степью.

Географическое положение Голодной степи постоянно привлекало ее внимание на всех этапах новейшей истории.На протяжении многих веков древние караванные пути из Согда, относящиеся к IV веку до н.э., охватывают орошаемые территории в долине Зарафшана и среднего течения Амударьи — в Шаш (Ташкент), в Фергану и далее по Великому шелковому пути. в Китай, прошел здесь. Здесь шли войска Александра Македонского и Чингисхана. Вдоль Туркестанского хребта проходил караванный путь почты, о чем свидетельствуют сохранившиеся села — Ям.

Также в записях летописца Абдул Гази (начало XII века) сохранились сведения о наличии вдоль реки Сырдарьи поселений с развитым земледелием.В 1219 году орды Чингисхана уничтожили эти города и разрушили оросительные каналы. На долгие годы здесь замерла жизнь. Из сообщений побывавшего в Туркестане араба Ибн Батута ясно, что в это время у реки Сырдарья были редкие, очень бедные деревни, жители которых были преимущественно скотоводами.

Сегодня в Мирзачоле есть колхозы, межхозяйственные предприятия, кооперативы, сотни крестьянских хозяйств.

Обилие теплых и солнечных дней, продолжительное лето и мягкая зима благотворно влияют на весь аграрный сектор.Летом дуют неопрятные, жаркие и сухие ветры. Они не очень благоприятно влияют на сельскохозяйственные культуры. Но этот период длится недолго. 247 дней в году бывают теплые дни.

Дыни Мирзачоль

Знаменитые мирзачольские дыни, которые отличаются необычайно сладким и нежным вкусом, выращивают в Голодной степи.

Дыня Мирзачол относится к позднеспелым сортам, сезон которых приходится на август-сентябрь. Наверное, самые любимые узбекистанцы дыни — большие, сладкие, но не сладкие, освежающие и насыщающие мирзачольские дыни.

Мякоть дыни содержит много полезных веществ: витамины, минералы, каротин, фолиевую кислоту, клетчатку и много ферментов, улучшающих работу кишечника.

Мякоть дыни сочная, ярко-белая, имеет отличный вкус, при хранении опускается и укрепляется.

Дыня Мирзачуль — действительно отличный продукт, о котором можно много говорить.

Доподлинно известно, что дыни нынешнего узбекского сорта «Мирзачол» в 17-18 веках завоевали многие страны, вплоть до Англии.

Сегодня путешественники со всего мира могут побывать в Узбекистане и отведать знаменитые вкуснейшие мирзачульские дыни, а главное и интереснее заказать тур в Голодную степь в Узбекистане.

Видео об Узбекистане

Пережив репрессии в Синьцзяне

Поглотив пропаганду партии, она считала такие меры необходимыми.Тем не менее, она начала чувствовать глубокое отчуждение. Куда бы она ни пошла в Китае, она оставалась аутсайдером. Однажды, вернувшись в Шанхай, она посмотрела на высокие многоквартирные дома города и спросила себя: «При чем здесь они мне?»

Вскоре после этого она поговорила с другом, который переехал в Ванкувер. Сабит прилетела в гости, и ее привлекли открытость и возможность, которые она нашла; всякий раз, когда она рассказывала канадцу, что она из Синьцзяна, ответом было теплое любопытство.Она поступила на бизнес-диплом, а тем летом вернулась и нашла квартиру и соседа по комнате. Она устроилась на работу младшим бухгалтером в компанию в Ванкувере. Она попала в круг друзей. Она встретила мужчину, которого любила. Ее жизнь шла по выбранному ею курсу, и это было хорошо.

Весной 2017 года отец Сабита внезапно скончался от сердечного приступа. Ее мать позвонила, но, чтобы уберечь Сабита от шока, сказала только, что он в больнице и что она должна приехать к нему.Сабит, находившаяся в то время в отпуске, отказалась от своих планов и улетела в Казахстан. Незадолго до взлета она вошла в семейный групповой чат на своем телефоне. Кто-то написал на казахском языке: «Да пребудет его дух на небесах». Но сообщение было написано арабским шрифтом, и Сабит смог разобрать только «Небеса». Полет она провела в мучительной неуверенности. После ее приезда другая родственница, не подозревая об обмане ее матери, выразила соболезнования в связи с ее утратой. Осознав, что ее отец мертв, она расплакалась.

«Я люблю приходить в парк и разрушать хрупкую экосистему». Карикатура Ларса Кенсета

Сабит обнаружила, что ее мать опустошена горем, поэтому она решила остаться, чтобы поддержать ее. Она попросила своего босса освободить ее на несколько месяцев, но он не смог удерживать ее должность так долго, поэтому она уволилась. Она позвонила друзьям в Ванкувере и попросила их сдать ее вещи на хранение.

Тем летом Сабит с матерью вернулись в Куйтун, чтобы уладить дела отца. Друзья предупредили ее, чтобы она не ехала: ходили слухи об усилении репрессий против коренных народов Синьцзяна — исчезновении казахстанских торговцев на границе.Но Сабит совершила поездку туда менее месяца назад без происшествий и хотела быть рядом с матерью. В течение двух недель они встречались с семьей и посещали могилы предков. Позже она вспоминала, что поездка «была полна слез и печали».

15 июля Сабит и ее мать вылетели в международный аэропорт Урумчи Дивопу, чтобы вылететь обратно в Казахстан. Они прибыли посреди ночи, а здание было почти пустым. На таможне офицер проверил паспорт ее матери и пропустил ее.Но когда Сабит передал ей документы, он остановился, посмотрел на нее, а затем отнес ее паспорт в бэк-офис.

«Не волнуйся», — заверила свою мать Сабит, объяснив, что задержка, скорее всего, была очередным бюрократическим раздражением. Через несколько минут офицер вернулся с уйгурским чиновником, который велел Сабиту сесть на скамейку. «Вы не можете уйти», — сказал он. «Вы можете обсудить между собой, уйдет ваша мать или останется».

В эмоциональном потоке мать Сабита умоляла дать объяснения.Офицер ответил: «Нам нужно задать ей несколько вопросов».

«Торопись и уходи», — сказала Сабит своей матери. «Если я не приеду, то приду завтра».

Две женщины упаковали одежду в одни и те же сумки. Когда они разделили свои вещи, ее мать заплакала, и Сабит утешил ее. Затем она смотрела, как ее мать со слезами на глазах шла к воротам. Когда она ушла, чиновник повернулся к Сабиту и холодно объяснил, что ей был назначен «пограничный контроль» — красный флаг, означающий, что она вызывает подозрения.«Ваша мать была здесь, поэтому я не упомянул об этом», — сказал он. «Вы должны знать, что такое Синьцзян сейчас. Тебе лучше сотрудничать ».

II. «КАК КРЫСЫ»

Когда Сабит решал переехать в Канаду, в 2014 году на секретных встречах в Пекине намечалось темное будущее для Синьцзяна. Си Цзиньпин стал президентом годом ранее и консолидировал власть. Устраняя препятствия на пути к пожизненному правлению, он в конечном итоге подверг более миллиона государственных чиновников наказаниям, варьирующимся от порицания до казни.Что касается этнических меньшинств Китая, он был не менее зациклен на контроле.

Бурная история Синьцзяна вызвала особую озабоченность. Этот регион никогда не казался полностью зависящим от партии: он был целью внешнего вмешательства — российский царь когда-то захватил его часть — и очагом националистических настроений, сдерживаемых недолгой независимостью. Коммунистические теоретики долго обсуждали роль, которую национальности должны играть в марше к утопии, особенно в периферийных обществах, которые не были полностью индустриализированы.Первые Советы проявили уступчивость и работали над созданием автономных республик для этнических групп. Китайцы проводили более ассимиляционную политику.

В пятидесятые годы Мао, осознавая слабость партийного контроля над Синьцзяном, мобилизовал бинтуаней для создания своих ферм на севере региона — защиты от возможных советских вторжений. Хлынули революционеры, и в течение десятилетий население ханьцев составляло сорок процентов. Партийные чиновники, надеясь ассимилировать коренных жителей, стремились лишить их традиций — мусульманской веры, школ и даже родных языков.Власти сочли уйгурскую идентичность «ошибочной»: уйгуры были китайцами.

В конце семидесятых Дэн Сяопин пришел к власти и отбросил крайности Культурной революции. В Синьцзяне были вновь открыты мечети и разрешены местные языки, что привело к культурному процветанию. Но на фоне новой открытости люди начали выражать недовольство тем, что осталось колониальными отношениями. Приверженность региональным традициям или даже соблюдение «синьцзянского времени» — на два часа отставания от Пекина — стало тонким актом несогласия.Некоторые местные жители устроили акции протеста, неся плакаты с надписью «Китайцы из Синьцзяна». Несколько радикалов обсуждали повстанческое движение.

В апреле 1990 года недалеко от города Кашгар вспыхнул пожар между местными жителями и властями, по-видимому, начатый группой непрофессиональных боевиков, а затем к ним присоединились демонстранты, которые не до конца осознали происходящее. Полиция и члены бинтуань быстро подавили насилие. Со времени протестов на площади Тяньаньмэнь прошел всего год, и правящая элита страны не терпела разобщенности.Год спустя, когда пал Советский Союз, Коммунистическая партия Китая, убежденная в том, что этнический национализм помог разорвать бывшую сверхдержаву на части, встревожилась еще больше.

Правительство с почти параноидальной интенсивностью преследовало любые предполагаемые признаки «раскола». Секретарь партии Кашгара Чжу Хайлун был одним из самых агрессивных. Абдувели Аюп, который работал на Чжу переводчиком и помощником, вспоминал, что в марте 1998 года фермеры, выращивающие хлопок, опротестовали постановление, запрещающее им сажать огороды.Чжу отругал их за то, что они сепаратисты, добавив: «Вы используете свои мечети как крепости!» В другой раз он высмеял Коран, сказав уйгурской аудитории: «Ваш Бог — дерьмо». Чжу приказал Аюпу вести охоту за семьями, укрывающими националистические или религиозные книги, сказав ему, что он не должен идти домой, пока ему это не удастся. Аюп работал до рассвета, будил людей. Но, по его словам, «я вообще не смог найти ни одного книг».

Повстанцы Синьцзяна не смогли собрать много сторонников; местные жители отдавали предпочтение суфийской традиции ислама, которая делает упор на мистицизм, а не на политику.Во время терактов 11 сентября в регионе не было террористических актов, о которых можно было бы говорить. Но операция Усамы бен Ладена, запланированная через границу в Афганистане, создала новую и безотлагательную рамку для старых тревог. Китайские власти составили длинный список инцидентов, которые, по их мнению, были примерами джихада, и представили свои доводы в Государственный департамент США. Многие инциденты невозможно было проверить или отличить от насилия неполитического характера. В Китае массовые нападения — с применением ножей, топоров или даже самодельных взрывных устройств — поразительно обычны и часто не имеют ничего общего с этническими беспорядками.Не так давно мужчина вошел в школу в провинции Юньнань и опрыскал 54 человека гидроксидом натрия, чтобы отомстить обществу, заявили официальные лица. Точно так же нападавший с параличом нижних конечностей из восточного Китая взорвал бомбу в одном из международных аэропортов Пекина — очевидно, в качестве возмездия за избиение полицией. Взрыв был расценен как разовый инцидент. Уйгур, разочарованный тем, что этого никогда не будет в Синьцзяне, спросил в Твиттере: «Почему все, что мы делаем, является терроризмом?»

По мере приближения Олимпийских игр 2008 года китайские власти стали одержимы концепцией weiwen , или «поддержания стабильности», что усиливает репрессии с такой жестокостью, которую китайский социолог Сунь Липин сравнил с Северной Кореей.Сунь, которая работала в комитете, рассматривавшем докторскую диссертацию Си Цзиньпина, отметила, что партия находится в плену собственных заблуждений: переоценивая вероятность неминуемого общественного разрыва, она перестала замечать коренные причины недовольства. Рефлексивные репрессии, направленные на устранение «призрака нестабильности», предупредила Сан, приведут к нисходящей спирали репрессий и беспорядков, что может привести к тому краху, которого опасались все это время.

Нигде это не казалось более подходящим, чем в Синьцзяне, где руководство Китая постоянно принимало народное недовольство за растущее восстание.Протесты 2009 года в Урумчи, последовавшие за аналогичными протестами в Тибете, заставили партийных теоретиков призвать к созданию монокультурного общества, единой «государственной гонки», чтобы помочь проложить путь «новому типу сверхдержавы». Один влиятельный сотрудник службы внутренней безопасности заметил: «Стабильность — это освобождение человека, стандартизация человека, развитие человека».

Новый секретарь партии в Урумчи начал проводить такую ​​политику: женщинам запретили носить чадру, уйгурские книги и веб-сайты были запрещены, исторические здания были снесены.В течение нескольких лет начала происходить нисходящая спираль, о которой предупреждал Сунь Липин. Осенью 2013 года мужчина-уйгур в сопровождении двух членов семьи вспахал S.U.V. в толпу туристов на площади Тяньаньмэнь — возможно, потому, что его местная мечеть была повреждена во время рейда. Загорелся САУ, начиненный самодельными зажигательными устройствами. Мужчина и его семья погибли, но не раньше, чем погибли двое пешеходов и были ранены тридцать восемь человек.

Несколько месяцев спустя в провинции Юньнань небольшая группа нападавших в черном ворвалась на вокзал и, вооружившись ножами, зверски убила двадцать девять прохожих и ранила более ста сорока человек.Хотя ни одна организация не взяла на себя ответственность за инцидент, повстанческая группа, базирующаяся за границей, отметила нападение. Власти заявили, что нападавшие были уйгурскими сепаратистами, и в Пекине инцидент был назван «11 сентября в Китае». Си был в ярости. «Мы должны объединить людей, чтобы построить медную и железную стену против терроризма», — сказал он Политбюро. «Сделайте террористов похожими на крыс, бегающих по улице, и все будут кричать:« Бей их! »»

В апреле 2014 года Си отправился в Синьцзян.В отделении милиции в Кашгаре он осмотрел оружие на стене. «Слишком примитивны методы, которые есть у наших товарищей», — сказал он во время поездки. «Ни одно из этих видов оружия не является ответом на их большие лезвия мачете, топоры и холодное оружие». Он добавил: «Мы должны быть такими же суровыми, как они, и абсолютно не проявлять милосердия».

В последний день его визита два террориста-смертника атаковали железнодорожную станцию ​​в Урумчи, ранив десятки человек и убив одного. На встрече на высоком уровне в Пекине Си выступил против религиозного экстремизма.«Это все равно что принимать наркотик», — сказал он. «Ты теряешь рассудок, сходишь с ума и делаешь что угодно».

Вскоре после этого партийное руководство Синьцзяна объявило «Народную войну». Основное внимание уделялось сепаратизму, терроризму и экстремизму — «Трех злых силах». Высокопоставленный чиновник региона начал кампанию, но Си стал недоволен им, и два года спустя назначил ему замену: Чэнь Цюаньго, тогдашний секретарь партии Тибетского автономного района, — твердолобый аппаратчик, лояльность которого не вызывала сомнений.

Честолюбивый и строгий Чен служил в армии, а затем быстро поднялся по политической лестнице. Когда он прибыл в Тибет в 2011 году, монахи приносили в жертву самих себя — срочная реакция на длительные репрессии, которые Далай-лама назвал «культурным геноцидом». Кризис стал предметом международных заголовков.

В месте, где притеснение стало нормой, Чен не выделялся своим применением физического насилия. Вместо этого он проявил себя как систематизатор авторитарной тактики, готовый атаковать целые группы людей методами, которые пронизывают повседневную жизнь.

8,7 Центральная Азия и Афганистан

Цели обучения

  1. Поймите, что Центральная Азия — это регион, не имеющий выхода к морю, который получает мало осадков и должен полагаться на воду из крупных рек, текущих с гор на востоке.
  2. Обобщите, как Центральная Азия переходит из региона, где доминировал Советский Союз, в независимые государства и что происходило в различных государствах, чтобы адаптироваться к новой экономической среде.
  3. Опишите, как практика водопользования в регионе повлияла на Аральское море и экологические последствия, возникшие в результате политики водопользования.
  4. Объясните геополитическую историю Афганистана и почему этим районом было так трудно управлять при центральном правительстве.
  5. Узнайте, почему в Афганистане продолжается конфликт между западными вооруженными силами и местными повстанцами Талибана.
  6. Поймите принцип, согласно которому глобализация экономики вынуждает политические единицы конкурировать за природные ресурсы.

Центральная Азия (также известный как Туркестан)

Центральная Азия — регион на азиатском континенте, простирающийся от гор западного Китая до берегов Каспийского моря.Пакистан и Иран образуют южную границу региона, а бескрайние просторы России — на севере. Афганистан считается частью региона, хотя формально он никогда не был частью Советского Союза. Центральная Азия находилась на так называемом Шелковом пути между Европой и Дальним Востоком и долгое время была перекрестком для людей, идей и торговли.

Центральная Азия имеет чрезвычайно разнообразную географию, включая высокие горные перевалы через обширные горные хребты, такие как Тянь-Шань , Гиндукуш и Памир .В регионе также находятся обширные пустыни Каракум и Кызылкум , которые доминируют внутри страны с обширными песчаными полосами и запустением. Обширные безлесные травянистые степи, окружающие пустынные районы, считаются продолжением степей Восточной Европы. Некоторые географы считают евразийские степи единой однородной географической зоной.

Под песком и луговыми травами находятся одни из самых обширных неиспользованных запасов газа и нефти на планете.Природные ресурсы являются главной достопримечательностью региона, движущей экономическими силами, определяющими модели развития отдельных стран. Транснациональные корпорации активно активизировали свою деятельность в регионе.

Политические системы приспосабливаются от социалистической политики старого Советского Союза к новым демократическим системам, которые подвержены высокому уровню авторитарного правления и коррупции в бизнесе и политике.

Пять стран: Казахстан , Узбекистан , Туркменистан , Таджикистан и Кыргызстан были частью бывшего Советского Союза до его распада в 1991 году.Сегодня, с Афганистаном и , это независимые страны, составляющие регион под названием Центральная Азия. Термин стан означает «земля», поэтому, например, Узбекистан — это земля узбеков. Среднюю Азию также называют Туркестаном из-за турецкого влияния в регионе. Народ Турции произошел не с Ближнего Востока; они произошли из северной Азии. Они пронеслись через Центральную Азию и доминировали в регионе на пути к Ближнему Востоку. Турецкий язык и наследие оказали самое значительное влияние на народы Средней Азии.Название Туркменистана — еще одно напоминание о связи с Турцией; это означает «земля туркмен».

Большинство групп Центральной Азии были кочевыми народами, которые ездили верхом на лошадях и пасли скот в обширных степях региона. Такой образ жизни продолжался до 1920-х годов, когда Советский Союз вынудил многие группы отказаться от своего образа жизни и поселиться в колхозах и городах. Большинство людей в Центральной Азии продолжают отождествлять себя культурно со своим кочевым прошлым. Жители Центральной Азии, живущие в городах, часто демонстрируют сочетание местной и русской культур в одежде и еде из-за большого притока русского населения в регион.Более шести миллионов русских и украинцев были переселены в Среднюю Азию во время советской власти. Русский часто используется как лингва-франка.

Один из основных способов культурного отличия людей — это религиозные обряды. Несмотря на то, что эта территория была частью Советского Союза, где религиозная деятельность не поощрялась, ислам был и остается доминирующей религией. Большинство мусульман Центральной Азии — сунниты.

Рисунок 8.58 Центральная Азия, ранее входившая в состав Советского Союза

Афганистан также обычно входит в состав Средней Азии, хотя официально он никогда не был частью Советского Союза.

Казахстан

Традиционный народ Казахстана, разделяющий монгольское и тюркское наследие, перебрался в регион Средней Азии примерно после 1200 года нашей эры. Экспансия Российской империи при царях объединила Казахстан и его соседей, что облегчило их переходный период, когда царская система правления в России уступила место Советскому Союзу. Приток русских людей и культуры оказал большое влияние на Казахстан.

Рисунок 8.59 Пустыни Средней Азии

Объем Аральского моря уменьшается из-за забора воды из двух рек для орошения пустынных земель для выращивания огромных урожаев зерновых и хлопка.

Обновлено с карты любезно предоставлено НАСА — общественное достояние.

Казахстан получил независимость от Советского Союза в 1991 году, в результате чего образовалась самая большая в мире страна, не имеющая выхода к морю. Это девятое по величине государство на планете по площади в квадратных милях и больше по площади, чем вся Западная Европа. На этой огромной земле есть множество природных ландшафтов, в том числе высокие заснеженные вершины хребтов на границе с Китаем. Западные части — низменности, омываемые Каспийским морем.Бескрайние, казалось бы, луга внутри — одна из самых больших степных областей в мире. Степной регион имеет полузасушливый климат типа B. Большая часть южного Казахстана — это пустыня, включая северные районы пустыни Кызылкум. Более холодный климат типа D встречается в северных регионах страны.

В степи в больших количествах выращивают зерно и другую сельскохозяйственную продукцию, а продуктивная добыча полезных ископаемых увеличивает национальное богатство. Казахстан занимает высокие места по добыче многих металлов и урана.Здесь даже бриллианты встречаются. Добыча нефти и природного газа составляет крупнейший сектор экономики страны и приносит наибольший экспортный доход. Бассейн Тенгиз у северо-восточного побережья Каспийского моря является домом для обширных запасов нефти. Нефтепроводы расширяются для транспортировки нефти в порты и другие страны, включая Китай. Экономика Казахстана была больше, чем экономики всех других центральноазиатских государств вместе взятых.

Рисунок 8.60 культурных традиций в Казахстане

казахстанских исполнителей демонстрируют культурную традицию игры «Поймай девушку», в которой два всадника (мужчина и женщина) взлетают верхом и пытаются поймать друг друга. Женщина-всадник хлестает самца, пока ее не поймают. Если самец ловит самку, он награждается поцелуем.

Казахстан также имеет форвардный капитал. В советское время столица располагалась на юго-востоке по адресу Almaty , но после обретения независимости в 1991 году столица была перенесена на север, в Астану, чтобы гарантировать, что северо-восток, где доминируют русские, будет контролироваться против деволюционных сил, которые хотели отделиться и стать частью Российской республики.

Узбекистан

Узбекистан физически граничит со всеми странами Центральной Азии. Это самая густонаселенная страна Центральной Азии с населением более 27 миллионов человек. Восточная граница Узбекистана простирается вглубь территории Кыргызстана. Границы были установлены в советское время, чтобы предоставить центральному правительству больший контроль над своими республиками путем политизации анклавов в их интересах. Географы называют Узбекистан страной, не имеющей выхода к морю, потому что все страны, которые его окружают, также не имеют выхода к морю.Основной источник пресной воды происходит из регионов Восточного нагорья. Основные реки сильно отводятся для орошения и часто истощаются до того, как достигают места назначения в Аральском море .

Хлопок — основная сельскохозяйственная культура. Узбекистан является одним из крупнейших производителей хлопка в мире и крупным экспортером на мировые рынки. В центральных и западных регионах преобладает засушливый пустынный климат, и они сильно зависят от пресной воды, поступающей с гор.В сельском хозяйстве занята целая четверть населения, и на его долю приходится четверть валового внутреннего продукта (ВВП). Добыча золота, полезных ископаемых и ископаемого топлива также является основным видом экономической деятельности. Страна переходит от командной экономики бывшего Советского Союза, которая контролировалась центральным правительством, к рыночной экономике, конкурирующей на мировом рынке.

Узбекистан — страна молодежи: около трети населения моложе пятнадцати лет.В советское время большое внимание уделялось образованию; в результате около 99 процентов населения грамотно, хотя около одной трети людей по-прежнему живут в бедности. Ислам появился в этой стране после обретения Узбекистаном независимости в 1991 году после распада Советского Союза. В культуре открытости ислам приобрел известность до такой степени, что примерно 88 процентов узбеков исповедуют исламские верования. Самый распространенный язык — персидский / фарси.

Самарканд и столица страны Ташкент расположены в центральном восточном регионе, где проживает большая часть населения.В Ташкенте неофициально проживает более трех миллионов человек. Город, расположенный на слиянии местной реки и ее притоков, начинался как караван-сарай или оазис для торговли вдоль Великого шелкового пути. Самарканд — второй по величине город Узбекистана, наиболее известный как центральный город Шелкового пути, а также важный исторический город для исламских ученых. В 2001 году ЮНЕСКО объявило этот 2750-летний город объектом Всемирного наследия. Это один из старейших постоянно населенных городов мира и один из наиболее важных городов Центральной Азии.Историческая архитектура находится под сильным влиянием исламских стилей из Ирана. Район вокруг Бухары, пятого по величине города Узбекистана, был оккупирован как минимум последние пять тысяч лет. Бухара была еще одним важным городом на Шелковом пути и известна своей азиатской ковровой и текстильной промышленностью. Этот регион был важным культурным, экономическим и научным центром на протяжении большей части своего известного существования.

Рисунок 8.61 Мечеть Биби Ханым, Самарканд, Узбекистан

Самарканд, который называют перекрестком культур, расположен на древнем Шелковом пути в Китай.Город внесен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Экологическая катастрофа Аральского моря

Высыхающее Аральское море в Центральной Азии разделяют Узбекистан и Казахстан. Когда-то море было четвертым по величине водоемом в мире, но теперь его площадь уменьшилась до доли от его первоначальной площади. В 1960 году площадь Аральского моря составляла около 26 254 квадратных миль, что превышало размер американского штата Западная Вирджиния. К 2009 году море покрыло менее 10 процентов той же площади. Вся восточная часть моря превратилась в песчаную пустыню с ветхими корпусами брошенных рыболовецких судов.Потеря воды приблизительно эквивалентна полному осушению как озера Эри, так и озера Онтарио в Северной Америке.

Потери воды увеличились, когда река Сырдарья , впадающая в северную часть моря, и река Амударья , впадающая в южную часть моря, были отведены для орошения хлопка и др. посевы. Амударья, протяженностью около 1500 миль, является самой длинной рекой в ​​регионе. Его исток — высокогорные ручьи и озера Памира .Экологические проблемы усугублялись широким использованием пестицидов и удобрений в сельскохозяйственных процессах. Химические вещества загрязнили воду, текущую в Аральское море. Когда вода в море высохла, ветры унесли накопление химикатов и соли с сухого морского дна над сушей, что вызвало серьезные проблемы со здоровьем у населения, проживающего поблизости. Показатели заболеваемости раком и респираторными заболеваниями по-прежнему выше, чем обычно. Загрязнение воды и земли — серьезная проблема.Даже климат вокруг Аральского моря постепенно изменился из-за потери воды в результате испарения на осадки. Климат становится теплее летом и холоднее зимой. Сдерживающее воздействие, которое этот большой водоем оказал на окружающую его территорию, больше не так заметно, как когда-то.

Упадок Аральского моря разрушил среду обитания и местную экономику. Разрушена рыбная промышленность, в которой работало более шестидесяти тысяч человек. В остальной западной части моря повышается содержание соли, что способствует сокращению популяции рыб.К разорению окружающей среды добавилось то, что Советский Союз провел эксперименты с биологическим оружием на острове, который когда-то находился посреди Аральского моря. Опасные отходы, такие как сибирская язва и токсичные химические вещества, загрязнили землю и попали в море. Были предприняты усилия, чтобы минимизировать экологический ущерб от загрязнения, но ущерб полностью не уменьшился. Море исторически было важным местом обитания диких животных. Он расположен на главном пролетном пути мигрирующих водоплавающих птиц в Центральной Азии и служил важным местом обитания.Ухудшение состояния Аральского моря и разрушение среды обитания водоплавающих птиц и других организмов — одна из самых страшных экологических катастроф в мире. Тот факт, что Аральское море находится в регионе, который не является частью основного экономического пространства мирового сообщества, сделал его «вне поля зрения и внимания» субъектов, которые потенциально могли бы оказать экономическую поддержку.

В северной части Аральского моря, называемой Малое Аральское море , был достигнут некоторый успех в борьбе с ухудшением состояния этой некогда процветающей среды обитания.Была построена крупная плотина, которая отделяет Малое Аральское море, в результате чего вода из реки Сырдарья увеличивает уровень воды в Малом Аральском море и снижает содержание соли. Каналы, дамбы и ирригационные процессы были обновлены, чтобы уменьшить потери воды и увеличить количество, которое впадает в северную часть. Усилия по развитию привели к повышению уровня воды и, следовательно, оживили некогда находившуюся в затруднительном положении рыболовную промышленность. Эти усилия были предприняты правительством Казахстана, контролирующим Малое Аральское море.

Рис. 8.62. Корабль-сирота на сухом морском дне бывшего восточного региона Аральского моря в Казахстане

Восточная половина моря полностью высохла.

Большая часть южной части когда-то процветающего моря находится в Узбекистане, что не уделяло внимания экономике, необходимой для того, чтобы остановить продолжающееся ухудшение состояния моря. Оставшаяся западная часть узбекской стороны Аральского моря будет продолжать сокращаться, если не будут приняты меры по устранению потерь воды из реки Амударья.К 2009 году восточная сторона была полностью сухой. Узбекистан отреагировал на ситуацию, заключив контракты с различными многонациональными нефтяными компаниями из Кореи, Китая и России на разведку нефти на дне сухого морского дна.

Гибель Аральского моря была частично вызвана отводом воды из его северного входа, реки Сырдарья. На другом конце реки Сырдарья недостаток воды увеличивался дополнительным фактором: Советский Союз построил плотину на реке и позволил переливам с плотины перетекать в низинные высохшие водоемы, создавая искусственные озера.В результате было создано Озеро Айдар , которое стало вторым по величине озером в Узбекистане. Были завезены различные виды рыб, и озеро стало основным источником коммерческого рыболовства. Ежегодно вылавливают сотни тонн рыбы. В то время как рыболовство в Аральском море сокращалось, рыболовство на озере Айдар росло.

Рисунок 8.63 Аральское море

На этих спутниковых снимках сравнивается Аральское море между 1989 и 2008 годами. Восточный регион был полностью высохшим к 2009 году, тогда как северная часть благоприятно отреагировала на усилия Казахстана по сохранению.

Туркменистан

К югу от реки Амударья находится пустынная страна Туркменистан, простирающаяся от Каспийского моря до Афганистана на востоке. Туркменистан немного больше по площади, чем американский штат Калифорния. Примерно 80 процентов территории страны покрыто пустыней Каракум, которая является одной из самых засушливых в мире. Южные горы вдоль иранско-афганской границы достигают высоты 10 290 футов. Вода из реки Амударья отводится через территорию Туркменистана по Каракумскому каналу протяженностью семьсот миль, протяженностью , для выращивания хлопка и другой сельскохозяйственной продукции.

Переход от советской республики к независимому государству в 1991 году принес много изменений. Бывший лидер Туркменской Советской Социалистической Республики Сапармурат Ниязов, которого звали Туркменбаши (лидер туркменского народа), занимал пост президента в течение пятнадцати лет. Через свое авторитарное правление он продвигал традиционную культуру — с исламом в качестве преобладающей религии — и был печально известен развитием культа личности. Например, он изменил все названия дней недели и месяцев года на свое имя, имена членов своей семьи и имена туркменских героев или известных людей.Изображение Туркменбаши было напечатано на валюте, и большие плакаты с его изображением можно было увидеть по всей стране. Его книгу о важных концепциях, Рухнама ( Книга Души ), должны были прочитать все школьники и общественность. После его смерти в 2006 году многие его действия были отменены. Страна продолжает переходить к стабильному демократическому государству, хотя многие из тех же динамик коррупции и авторитарного правления сохраняются.

Туркменистан обладает четвертыми по величине запасами природного газа в мире; в тройку лидеров входят Россия, Иран и США.Доход от экспорта природного газа стал для страны главным средством обогащения. Поскольку Туркменистан не имеет выхода к морю, его правительство было вынуждено сотрудничать с Россией в использовании российских трубопроводов для экспорта природного газа. Не желая полагаться на монополию России на трубопроводы, Туркменистан разработал дополнительный трубопровод в Китай, чтобы помочь увеличить доходы и прибыль. Многие международные корпорации стремятся вести бизнес в Туркменистане и Центральной Азии, чтобы добыть часть огромных природных ресурсов.Корпоративный колониализм чрезвычайно активен и способствует высокому уровню коррупции в правительстве и деловом секторе. Неясно, какая часть богатства страны достается большей части населения. За последнее десятилетие уровень безработицы превысил 50 процентов, и более половины населения живет за чертой бедности.

Административный центр и крупнейший город Туркменистана — его столица Ашхабад с населением около миллиона человек. Ашхабад расположен между пустыней Каракумы и горами недалеко от бывшего Шелкового пути.В историческом регионе Средней Азии это сравнительно очень молодой город, выросший из небольшой деревни, основанной в 1818 году. Ашхабад в первую очередь является правительственным и административным центром, хотя он имеет процветающую хлопковую, текстильную и металлообрабатывающую промышленность. Ашхабад также является популярной остановкой на Транскаспийской железной дороге.

Кыргызстан

Местные группы в горах Средней Азии составляют население Кыргызстана. Сорок солнечных лучей на флаге страны символизируют легендарные сорок племен манаса, которые представляют нацию.Суровый ландшафт этой горной страны включает высокие хребты гор Тянь-Шаня, которые могут достигать высоты 24 400 футов и покрывать около 80 процентов территории страны. Снегопад в горах обеспечивает пресную воду для сельского хозяйства, а также для гидроэнергетики. Продовольственные культуры можно выращивать в долинах и немногих низинных районах. Половина населения работает в сельском хозяйстве, и самообеспечение в производстве продуктов питания является главной целью выживания. В горах есть залежи металлов и полезных ископаемых, которые имеют большой потенциал для увеличения национального богатства.Также доступны для эксплуатации запасы нефти и природного газа. Правительство ищет иностранную помощь и инвестиции для развития этих ресурсов.

В 2009 году население Кыргызстана составляло около 5,4 миллиона человек на территории размером с американский штат Южная Дакота. Около 30 процентов населения моложе пятнадцати лет, и около 36 процентов населения проживает в городах. Западная граница с Узбекистаном и Таджикистаном извилистая и создает различные небольшие анклавы и эксклавы людей из одной страны, окруженные людьми из другой страны и отделенные от своих родных народов.

Рисунок 8.64 Флаг Кыргызстана

На флаге Кыргызстана есть символ солнца и сорок лучей света, обозначающие легендарные сорок племен манаса, которые представляют нацию.

Переход Кыргызстана от советской республики к независимости не был гладким. Утрата государственной системы социальной защиты подтолкнула экономику к неформальному сектору, где торговля и мелкие сделки для личного выживания являются обычным явлением. Дефицит товаров народного потребления наблюдается в сельской местности и малых городах.Кыргызстан — изолированная страна, которая работает над своей интеграцией в мировую экономику с помощью технологий и модернизации. В 2010 году столкновения между узбеками и киргизами вызвали беспорядки на улицах крупных городов, в результате чего более двухсот человек погибли и триста тысяч были вынуждены покинуть свои дома. После того, как ситуация остыла, правительство приняло меры, чтобы стабилизироваться с новым руководством.

Рисунок 8.65 Базовый лагерь на леднике Южный Иныльчек в горах Тянь-Шаня, Кыргызстан

Гора на заднем плане — Хан-Тенгри (22 949 футов).

Форма импровизационной устной поэзии, которая, как утверждается, восходит к более чем тысячелетней давности, является сохранившимся аспектом традиционной культуры. Хотя он распространен во всем регионе, он в основном встречается в Кыргызстане и Казахстане. Практикующие часто участвуют в «лирических битвах» фольклора. Эти поэты, часто в сопровождении двух- или трехструнных инструментов, будут читать Манас , эпическую поэму Кыргызстана, в которой подробно описывается жизнь киргизского героя Манаса.Эта эпическая сказка — известная часть культуры и фестивалей Кыргызстана.

Рисунок 8.66 Традиция повествования

Манасчи — традиционный рассказчик — из Каракола, Кыргызстан, который выучил наизусть целые легенды своей истории, рассказывает их другим на местном фестивале.

Таджикистан

Восточный регион Центральной Азии имеет одни из самых высоких горных хребтов в мире; Около 90 процентов Таджикистана занимают горы, а высота более половины страны составляет 10 000 футов над уровнем моря или выше.Хребты Гималаев и простираются с юга до западной границы с Китаем. Памир — это горный хребет, расположенный там, где встречаются горные хребты Тянь-Шань , Каракорум и Гиндукуш в Таджикистане, область, известная как Памирский узел , или крыша мира. Высота на Памире часто превышает 24 500 футов. Памир является истоком реки Амударья и является домом для самого длинного ледника за пределами полярных регионов (48 миль в 2009 г.).Существует большой потенциал для производства гидроэлектроэнергии, и Таджикистан строит самую высокую плотину в мире.

Таджикистан имеет наименьшую физическую площадь среди всех стран Центральной Азии, но его население составляет около 7,3 миллиона человек. Лишь около четверти населения проживает в городах, а треть населения моложе пятнадцати лет. Меньше этнического или религиозного разнообразия; 80 процентов населения составляют этнические таджики и мусульмане-сунниты. Несмотря на то, что Таджикистан обладает природными ресурсами, аналогичными по количеству природным ресурсам Кыргызстана, экономика Таджикистана недостаточно развита, чтобы в полной мере воспользоваться своим экономическим потенциалом.Половина рабочей силы работает за границей и отправляет денежные переводы своим семьям для экономической поддержки. Безработица высока, а возможности трудоустройства не успевают за спросом.

Душанбе, столица и крупнейший город Таджикистана, расположен на слиянии двух местных рек и известен своими рынками по понедельникам ( Душанбе означает «понедельник» на таджикском языке). Душанбе, как и Ашхабад в Туркменистане, изначально был небольшой деревней; он стал административным центром региона, когда Советская армия захватила его в 1929 году.Подобно многим другим городам и регионам Средней Азии, Советы изменили политический и экономический ландшафт и сделали Душанбе центром производства хлопка и шелка. Советы также изменили культурный и этнический облик города, переселив десятки тысяч людей из России и других регионов Средней Азии в Душанбе.

Переход от советской республики к независимой стране в 1991 году был трудным для Таджикистана. С 1992 по 1997 год в ожесточенной гражданской войне между региональными группировками погибло более пятидесяти тысяч человек.Политическая нестабильность и коррупция препятствуют развитию рыночной экономики, а политическая власть остается в руках экономической элиты. Реструктуризация долга с Россией и вливание кредитов на цели развития из Китая помогли больной экономике. Помощь США помогла профинансировать мост стоимостью 36 миллионов долларов, соединяющий Таджикистан и Афганистан, который открылся в августе 2007 года. Помощь США также способствовала развитию инфраструктуры, предназначенной для помощи военным операциям США в Афганистане и в регионе в целом.Такие страны, как Россия, Китай и США, все стремятся получить преимущество благодаря своим связям с Таджикистаном для разработки природных ресурсов региона.

Афганистан

Современный Афганистан был завоеван Чингисханом, Александром Великим и Империей Моголов и был буферной зоной для колониальных распрей между Россией и Британской Индией. Высокий центральный горный хребет Гиндукуша доминирует над страной и оставляет зону хорошо орошаемых плодородных равнин на севере и засушливую пустыню на юге.Афганистан — удаленный регион без выхода к морю, он действует как стратегическое связующее звено между Ближним и Дальним Востоком.

Рисунок 8.67 Афганистан

Кабул — столица, а южный город Кандагар — второй по величине город.

Советское вторжение и талибы

В 1979 году Советский Союз воспользовался продолжающейся межэтнической войной в Афганистане, чтобы внедриться в страну. Советские войска вторглись с севера и оккупировали большую часть Афганистана, пока они полностью не ушли в 1989 году.Во время советской оккупации Соединенные Штаты поддерживали группы антикоммунистического сопротивления, такие как моджахеды, деньгами, оружием и ракетами класса «земля-воздух». Ракеты сыграли важную роль в уничтожении советских самолетов и истребителей МиГ, что привело к критическому сдвигу в балансе сил в войне. Одним из основных связующих звеньев между Центральным разведывательным управлением (ЦРУ) и моджахедами был гражданин Саудовской Аравии по имени Усама бен Ладен . Поддержка моджахедов со стороны ЦРУ через бен Ладена сыграла важную роль в разгроме Советов.

Вакуум власти, оставленный отступающими Советами, позволил возобновиться конфликтам между многочисленными этническими группировками в Афганистане. В Афганистане говорят на десятках языков; две верхние позиции — пушту и афганский персидский дари. Есть также дюжина основных этнических групп; две ведущие — пуштуны и таджики. Группы регулярно дерутся между собой, но, как известно, они образуют союзы. Сельские районы обычно возглавляются лидерами кланов, которые не являются частью какого-либо официального подразделения национального правительства.Афганистан — это место, где нелегко сформировать какое-либо национальное единство или идентичность. Национальное правительство в столице Кабуле не имеет большого влияния на сельские районы страны.

Советское вторжение на короткое время объединило враждующие внутри страны группировки, чтобы сосредоточить внимание на советской угрозе. Хаос и анархия процветали после ухода советских войск, но группа исламских фундаменталистов, известная как Талибан, выступила вперед, чтобы заполнить вакуум власти. Одной из целей талибов было использование ислама в качестве объединяющей силы для объединения страны.Проблема с этой концепцией заключалась в том, что было много разнообразия в том, как ислам исповедовали многочисленные местные группы. Многие фракции в Афганистане выступили против Талибана; одной из таких групп является Северный альянс , представлявшая собой объединение групп, расположенных в северной части страны. Гражданская война между талибами и теми, кто им противостоял, привела к гибели более пятидесяти тысяч человек к 1996 году, когда талибы пришли к власти в Кабуле. Талибан — это суннитская мусульманская группа, которая придерживается строгих исламских законов в соответствии с ваххабитской ветвью веры, аналогичной Саудовской Аравии.При правлении Талибана женщины были сняты с должностей в больницах, школах и на рабочих местах и ​​должны были носить паранджи (также пишется паранджи ) и быть покрытыми с головы до ног, в том числе вуалью на лице. Нарушителей либо избивали, либо расстреливали. Талибан установил боевой порядок в Кабуле и в подконтрольных им регионах. Различные фракции, такие как Северный Альянс , не разделяли строгих исламских взглядов Талибана и продолжали выступать против своего положения у власти.

Аль-Каида и вторжение США

После окончания войны против Советского Союза роль США в Афганистане уменьшилась. Группы, которые поддерживали США, продолжали соперничать за власть в локальных конфликтах. Усама бен Ладен остался в Афганистане и основал тренировочные лагеря для своей версии антизападной группы сопротивления под названием «Аль-Каида». Так же, как он выступал против Советского Союза, теперь он выступал против Соединенных Штатов, хотя Соединенные Штаты поддерживали его против Советского Союза.Правительство Саудовской Аравии разрешило Соединенным Штатам создать военные базы в Саудовской Аравии во время операции «Буря в пустыне» во время войны в Персидском заливе, и это было одной из причин сопротивления бен Ладена; он считал, что немусульмане не должны находиться в одном месте с мусульманскими святынями Мекки и Медины.

Теракт 9-11 в Нью-Йорке восходит к «Аль-Каиде» и бен Ладену, которые в то время проживали в Афганистане. В ходе военной операции, получившей название «Операция« Несокрушимая свобода », Соединенные Штаты вторглись в Афганистан в 2001 году, отстранили талибов от власти и демонтировали тренировочные лагеря« Аль-Каиды ».Хотя бен Ладену удалось бежать, террор талибов временно уменьшился. Женщинам разрешили вернуться на работу, и восстановление страны стало приоритетной задачей. Страна была опустошена войной и разделена по географическому признаку из-за различных этнических и традиционных групп. Афганистан — одно из самых бедных мест на Земле. Вооруженные конфликты в Афганистане не закончились вторжением США. После перегруппировки талибы сплотили своих сторонников на пакистанской стороне границы и вернулись на фронт боевых действий в Афганистане против Организации Североатлантического договора (НАТО) и войск США.

Рисунок 8.68 Пропагандистский плакат в Афганистане с изображением Усамы бен Ладена

Усама бен Ладен был убит морскими котиками США в 2011 году.

Министерство обороны США — общественное достояние.

Бои между западными силами и талибами в Афганистане продолжали обеспечивать изгнанному бен Ладену платформу для пропаганды его террористической деятельности Аль-Каиды из его укрытия. Попытки найти и изолировать бен Ладена продолжались до президентства США Барака Обамы.В мае 2011 года по приказу президента Обамы группа морских котиков США была отправлена ​​в город Аботтабад, Пакистан, на частный комплекс, где разведка показала, что бен Ладен скрывался. В ходе столкновения команда морских котиков США убила бен Ладена. Вся операция проводилась без ведома правительства Пакистана. Это событие могло повлиять на Аль-Каиду, но вряд ли уменьшило боевые действия в Афганистане.

Страна является крупнейшим в мире производителем опия, продукта, получаемого из семенных коробочек мака, который также может быть переработан в героин.Расширение посевов опийного мака, а также рост торговли наркотиками могут составлять одну треть дохода страны. Более 80 процентов героина, потребляемого в Европе, выращивается в Афганистане. Торговля наркотиками только усугубила проблемы этой опустошенной страны. Осмотрительные и эффективные методы решения проблемы торговли наркотиками со стороны правительства являются предметом дискуссий и переговоров. Большей частью страны правят полевые командиры и лидеры кланов, у которых мало ресурсов, кроме традиций и обычаев. Инфраструктура Афганистана была разрушена в результате войны, и его правительство зависит от иностранной помощи; без этого страна не сможет восстановиться и интегрироваться в мировую экономику.Центральная Азия обладает огромными запасами нефти и природного газа, и основные экономические регионы мира продолжат свою работу по добыче этих ресурсов для получения экономической выгоды.

Операция «Несокрушимая свобода»

Министерство обороны США опубликовало официальное заявление по Афганистану в 2008 году (Источник DoD 2008):

В ответ на события 11 сентября 2001 года США и их союзники начали вторжение в Афганистан, чтобы свергнуть режим талибов и уничтожить террористическую сеть Аль-Каиды, которую они поддерживали.С тех пор Международные силы содействия безопасности под руководством НАТО взяли на себя ответственность за обширные усилия по восстановлению и стабилизации провинций, помогая создать экономические, политические условия и условия безопасности для роста эффективного демократического национального правительства в Афганистане. В качестве ведущего члена международной коалиции США направляют войска как в миссию ISAF [Международные силы содействия безопасности], так и в операцию «Несокрушимая свобода» , которой поручено преследовать «Аль-Каиду» в негостеприимном пограничном районе Афганистана с Пакистаном.

Западные военные войска присоединились к афганским группировкам, таким как Северный Альянс, чтобы победить Талибан и устранить присутствие Аль-Каиды.

Рисунок 8.69 Операция «Несокрушимая свобода» в Афганистане

Конкурирующие группы и пересеченная местность затрудняют поддержание мира в Афганистане. Соединенные Штаты передали контроль НАТО в 2006 году. На этой фотографии солдаты 561-й роты военной полиции, Форт Кэмпбелл, Кентукки, разговаривают с местными афганцами о действиях повстанцев возле Баграма в Афганистане.

Министерство обороны США — общественное достояние.

Рисунок 8.70 Голосование в Афганистане

После голосования в Афганистане люди обмакивали пальцы в чернила, чтобы показать, что они голосовали и им не разрешено голосовать более одного раза. Эта фотография показывает, что женщинам также разрешили голосовать в Афганистане на выборах 2005 года в провинциальные советы и на должности в парламенте.

Министерство обороны США — общественное достояние.

С октября 2004 г. состоялись демократические выборы на пост президента Афганистана.Хамид Карзай был первым избранным президентом страны в двадцатом веке. Он был переизбран президентом в 2009 году на фоне обвинений в фальсификации выборов. На выборах 2004 года женщинам было восстановлено право голоса. Чтобы бороться с мошенничеством на выборах, люди обмакивали пальцы в чернила, чтобы указать, что они проголосовали, и гарантировать, что они проголосовали не более одного раза. Голосование не было гладким процессом, потому что демократическое правление является новым для Афганистана. Будущее Афганистана небезопасно. Большей частью Афганистана по-прежнему правят полевые командиры и лидеры кланов.Талибан получил поддержку в Афганистане с баз на пакистанской стороне границы, а войска Организации Объединенных Наций (ООН) и НАТО продолжают противостоять талибам и стремиться к стабильности. Кандагар, второй по величине город Афганистана, расположен на юге, в районе, где поддержка талибов сильнее, чем в Кабуле на севере.

Ресурсы и глобализация

В 2010 году в отчете правительства США указано, что американские геологи и чиновники Пентагона обнаружили в Афганистане огромное количество полезных ископаемых.Сообщается, что в Афганистане присутствуют огромные залежи железа, меди, золота, кобальта и редких промышленных минералов, таких как литий. Общие запасы неизвестны или еще не разглашались, но их извлечение принесло бы стране экономическую выгоду в триллионы долларов. Литий пользуется большим спросом и используется в производстве батарей, компьютеров и электронных устройств. В отчете указано, что Афганистан может стать ведущей горнодобывающей страной мира.

Рисунок 8.71 Просторы Афганистана

На этой фотографии показана дорога Латабанд между Кабулом и Суроби. Сухие, безлесные просторы этого региона являются домом для огромных минеральных богатств Афганистана.

Открытие обширных ресурсов помогает взглянуть на войну в Афганистане в перспективе с точки зрения глобальной конкуренции за контроль над ресурсами. Сообщалось, что Китай уже предложил миллионы долларов стимулирующих денег афганским правительственным чиновникам, чтобы позволить своей стране добывать медь.Взяточничество и коррупция в правительстве Афганистана являются серьезным препятствием для стабильной политической обстановки, но, согласно прогнозам, преступная деятельность будет продолжаться и увеличиваться с потенциалом для получения дополнительных доходов от горнодобывающей промышленности. В Афганистане нет давних традиций добычи полезных ископаемых. Сельское хозяйство было основным направлением экономической деятельности сельских сообществ. Вновь обретенный потенциал минеральных богатств изменит будущее Афганистана. Будет интересно посмотреть, как Афганистан адаптируется к открытию ранее неизвестных ресурсов и извлекает из этого выгоду.

Вопросы для обсуждения и изучения

  1. Почему Среднюю Азию часто называют Туркестаном? На что указывает суффикс «стан»?
  2. Какая страна в Центральной Азии имеет форвардную столицу и почему?
  3. Какое значение имеет бассейн Тенгиза для мировой экономики? Где он расположен?
  4. Как проблемы с Аральским морем повлияли на жителей региона?
  5. Что привлекает транснациональные корпорации в Центральную Азию? Как корпорации влияют на политику?
  6. Что произошло в Таджикистане после обретения независимости в 1991 году? Как это повлияло на страну?
  7. Перечислите по крайней мере пять общих тенденций, которые наблюдались в Центральной Азии после распада Советского Союза.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.